Приключения : Природа и животные : Глава 33 : Игорь Голубев

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40

вы читаете книгу

Глава 33

Николай видел в окно, как совещались о чем-то подростки на пустыре. И он догадывался о чем. Как ни странно, догадка не вызвала у него ни паники, ни особой тревоги. Никто ничего не сможет доказать. Во-первых, у бомжа не было ни родных, ни близких, следовательно – заступников. Во-вторых, поди докажи, чья именно собака нанесла смертельный удар. Кроме того, невозможно найти инициатора. Качок? Да. Пожалуй. Кто с дрыном бежал вслед за животными? Качок. Кто пришел науськивать? Качок. Кто ныл на бугре? Качок. Все лепилось один к одному. А собаки? Собаки – животные неразумные. Значит – несчастный случай.

Несчастный случай не само несчастье. Вот вчера могло произойти несчастье. Иванов попытался объясниться с Матвеем, выяснить его ориентацию. Он целую неделю вынашивал план, обдумывал, взвешивал каждое слово, каждый довод. Обсасывал все возможные ситуации. Отправил из дома Виолетту навестить крестную и полтора часа провел перед зеркалом, выверяя мимику лица и жесты. Он мерил квартиру из конца в конец и монотонно приводил аргументы воображаемому собеседнику. Собеседником был Матвей, старый коллега по работе. После того злополучного разговора в коридоре, когда Матвей обиделся на Иванова за то, что тот завел собаку и ничего не сказал другу, а больше из-за его контактов с Гариком, Иванов как-то произвольно начал избегать Матвея. И такая манера поведения, избранная почти на животном, интуитивном уровне, поставила их давние отношения под определенную угрозу.

Оказывается, все было сделано правильно. Как кино выдерживают в подвальной темноте годами, так их дружбе потребовалось две недели, чтобы проверить прочность, совпадение или различие в сфере человеческих и интимных интересов.

Иванов купил бутылку шампанского. Если надо – предложит себя, естественно предварительно аргументировав свое предложение ссылками на исторические личности. Что там история, когда включить телевизор, и живые примеры. Не надо далеко ходить. Конечно, это первые ласточки. Они вынуждены эпатировать публику. Они жертвуют собой ради идеи. Когда-нибудь человечество поставит им памятник как высшей форме проявления плюрализма, терпимости и уважения к чужой частной жизни. У нас демократия.

Но вышло все не так, как планировалось. То есть бутылку открыли.

– Ты прочитал?..

Иванов дал Матвею редкую книгу «Величие и падение Рима» с собственноручными закладками, где дело касалось нравов, царящих в империи, её последних властителей и их любовных пристрастий.

– Ну и как?

– Занятно, но не более. Видишь ли, Коля, народ склонен всегда винить последних, забывая о предшественниках. Плебсу совершенно чужды разбирательства с предшественниками. О предшественниках помнят только потому, что тем-то построены бани, тем-то возведен Форум. Сфера законотворчества, а с ней и формирование моральных устоев глубоко чужда основной массе населения. Народ знает, сколько стоит хлеб, сколько водка и сколько проститутка. Больше он знать ничего не хочет. А до того, что происходит во дворце по ночам, поговорят и забудут, дела нет. Ну, пожалуй, родят десяток анекдотов...

Матвей оказался так далек от исканий своего друга Иванова.

Иванов метался по квартире минут пятнадцать, а Зверь наблюдал за перемещениями хозяина с тем же недоумением, что и совсем недавно, когда хозяин репетировал. Хозяин разговаривал сам с собой, сотрясал кулаками воздух в комнате, впрочем. Зверь не всегда понимал своего хозяина. Не понял и сейчас.

Наконец он схватился за спасительный телефон и позвонил ставшему в последнее время палочкой-выручалочкой Гарику. Долго рассказывать не пришлось. Гарик думал всего несколько секунд, а потом после непродолжительной паузы задал сакраментальный вопрос: не гей ли Иванов? Получив подавленное «да», рассмеялся и сказал, что надо было сразу обращаться к нему. А что до поиска партнера, то и в этом проблем нет. Знает ли Иванов Гошу из управления кадрами? Разве Гоша?.. Да, да. Гоша именно тот человек, который ему нужен. Но ведь Гоша... Да, Гоша не красавец и со стороны больше смахивает на гориллу, но это имидж такой...

Имидж... Они пошли к тому месту, где лежит теперь бомж. Легкая тень беспокойства пробежала по лицу Иванова, но он скоро успокоил себя. Доводы были те же.

Никаких угрызений совести не испытывал и Зверь. На то он и собака, на то зверь. Тогда утром было не совсем понятно, что угрожало хозяину и всем этим людям вокруг. Но властная команда и общий настрой стаи руководили действиями. Проснулись инстинкты и выучка. Он хорошо помнил проклятую железную коробку, в которой затаился враг, он чувствовал через сталь и стекло запах страха и видел искаженное ужасом лицо. Таких лиц у людей ещё не встречал. Полгода назад, там, в другой жизни, когда нес охрану у другого человека, ему пришлось вступить в схватку только единожды. Но это была действительно схватка, и человек был готов к ней. Даже успел перекинуть нож из одной руки в другую – прием, назначенный дезориентировать собаку. Любую другую, но не Зверя. Зверь был ориентирован не на оружие, а на жизненно важный участок тела, который в данный момент наименее защищен. От того поединка остался длинный розовый шрам, который можно хорошо разглядеть, если погладить против шерсти. Полоса с восемнадцатью поперечными стежками.

А потом... А потом был дурно пахнущий, за которым увязались две дуры-доберманши. Нет, он ни о чем не жалел.

Иванов посмотрел на свежезасыпанное место, и ему показалось... Да нет, только показалось, что земля будто кем-то потревожена, словно кто-то совсем недавно тут рылся... Кто мог рыться? Кому нужно? Наверняка собаки...

– Зверь, за мной!..

...Ага... От бомжа отошли. Сейчас пойдут на трубы совещаться. Верховодит там, несомненно, вот тот звереныш с мелкими чертами лица. Хотя впереди вышагивает длинный, за ним толстяк, потом остальные, но Иванова не обмануть. Именно он первым пришел на пустырь. Именно к нему стягивались остальные. Сейчас они своими куриными мозгами пораскинут и придут к выводу, что дела плохи. В милиции не поверят, а поверят – могут и на них подумать. Скорее всего, решат молчать, но если не окончательно глупы, сами придут на поклон.

Иванов ошибся только в одном – пошли сначала не к нему, а к бывшему лидеру собачников Валере. Поэтому прошло не менее двадцати минут, прежде чем в дверь позвонили и на пороге возникла троица делегатов.

Они стояли, переминаясь с ноги на ногу. Иванов не спешил. Разглядывал. Если для пацанов владелец мастифа представлял собой белое пятно на карте, для Иванова подростки были ясны как на ладони: Долговязый несомненно Лидер или таковым себя считает, впрочем, так могут считать и остальные, но Иванов знал, чьи идеи тот претворял в жизнь. Заика – а Николай знал, что второй парень, чтобы не заметили дефекта речи, растягивает слова, отчего и получил кличку Герасим – используется Хорьком как грубая физическая сила для устрашения и междоусобных разборок. Лолита – девочка-подросток, которая никогда не вырастет ни умственно, ни физически, загнется от наркоты, не дожив и до тридцатника. Ему было очень жаль, что в делегации ходоков отсутствует сам Хорек. Он оказался умнее, чем предполагал Николай. Что ж, поживем – увидим.

– Чему обязан? – спросил Коля.

– Говорят, вы общество какое-то учредили? – начал Лидер.

– Говорят, – согласился Иванов. Он не спешил. Инициатива должна исходить от тинейджеров, а ещё необходимо сразу же сбить спесь.

Поставить на место. Национал-социалисты в Германии середины двадцатых годов сделали верную ставку на молодежь – фольксштурм. Они не прошли Первой мировой, не видели ужаса смерти и потому не ведали страха. Эти тоже не были ни в Афгане, ни в Чечне, зато читали дешевку в мягком переплете и не мыслили себя без видика и «дебильника» в ушах. Интернет тоже не входил в сферу их интересов. Максимум, чем занимались, – «Сега» и различные приставки.

– Мы хотели бы тоже вступить. Кое у кого есть собаки.

– Говорят, вы будете патрулировать район? – не утерпел Герасим, выдав тем самым вторую причину прихода.

Вон оно что! Стало быть, они хотят передела территории под прикрытием общества, сообразил Иванов. То, что членство в общественной организации даст возможность, не вызывая подозрений, собираться, а может быть, чего только не бывает, выбить у РЭУ собственный подвал под какую-нибудь секцию, лежало на поверхности.

– Красиво поете, – усмехнулся Иванов. – Ты, Герасим, прямо Лучано Паваротти.

То, что этот головастик знает их по кличкам, неприятно поразило ходоков. На них, конечно, произвел впечатление мастиф, но, в отличие от остальных собачников, ореол и авторитет собаки никак не осенял своим нимбом владельца. Скорее наоборот. Сравнение было явно не в пользу Николая. Как такой плюгавец может управлять достойной во всех отношениях собакой, оставалось неприятной загадкой.

Они проглотили.

Это хорошо, решил Иванов.

– А что вы умеете, кроме конструктивной критики родителей и окружающего мира? Вынь «дебильник» и перестань жевать.

Лолита не слушала, и Герасим сначала толкнул пацанку, а потом снял с её головы наушники.

– Чего, дяденька, хочешь послушать? В твои лохматые годы «АББА» была в ходу. Теперь снова, – не переставала жевать Лолита.

– Топайте к котловану. Я сейчас выйду, – сказал Иванов и, не дожидаясь согласия, захлопнул дверь.

– Во урод, – констатировала Лолита. – Хочешь пожевать? – предложила жвачку Герасиму.

– Да пошла ты... – Туповатый, он все-таки почувствовал, что их унижают, но ещё не представлял, что предстоит впереди.

Они молча курили, когда Иванов нашел всю компанию в сборе. Не было только Хорька. Это плохо. Но ничего. Потом сделает его своим помощником. Управлять самолично пацанами Иванову не хотелось, могли возникнуть неприятности и трения с родителями, но урок преподать собирался жесткий.

Он снял с мастифа намордник и некоторое время молча оглядывал подростков.

– Всем встать, – тихо и буднично предложил Николай.

– Чего? – не поняли некоторые.

– Я сказал, встать, – громче, но без угрозы повторил Иванов.

– Мы и сидя послушаем... – хихикнула Лолмта, по такому случаю избавившись от наушников.

– Иди познакомься, – выпустил поводок Николай.

Мастиф поднялся и подошел к молодежи.

– Мама... – подобрала под себя ноги Лолита. Подростки начали вставать в той очередности, как перемещалась от одного к другому собака.

Мастиф обходил пацанов, принюхиваясь и вскидывая морду – смотрел в глаза. У ребят в кроссовках непроизвольно поджимались пальцы ног, но снаружи испуг отразился только в бледности лиц.

– В шеренгу по ранжиру! – громко разорвал тишину пустыря голос Иванова.

Пацаны, косясь на собаку и бестолково толкаясь, начали искать свое место. Ничего не получалось. Левофланговые все время норовили затесаться в середину.

– Сброд, – констатировал Иванов, – посмотрите на себя. Вы же самый настоящий сброд. А ещё хотите быть первыми в районе. Да вас только числом больше. Триста пятьдесят вторые и то лучше организованы. Нужна дисциплина. Дисциплина предполагает подчинение. Это вовсе не то, что вы думаете. Никто в ваш внутренний мир, в ваши междоусобные разборки лезть не хочет. Это неинтересно. Что нового я там открою? Ничего. Ровным счетом. Так вот, чтобы использовать общество в своих целях, надо иметь мозги чуть больше, чем у дельфина, а главное – научиться подчиняться. Не мне лично. Идее. Так же, как тибетские монахи ламе...

Иванов обвел взглядом напряженные лица подростков, заметил кое у кого пробивающиеся усики.

– А тебе полагается бриться, – сделал он замечание Лидеру.

Долговязый стоял с каменным лицом.

– И первое, что вы должны будете сделать, – убрать всю территорию в радиусе пятидесяти метров, начиная отсюда.

Он ткнул пальцем в Долговязого, как в точку отсчета.

– Собачку я оставлю присматривать за вами, мне ещё надо сходить по делам. Не вздумайте разбежаться. ОН догонит. Потом придется покупать новые джинсы. Пригляди тут за ними, – сказал он псу и пошел прочь.

Зверь начал описывать концентрические круги по периметру разбросанных труб с подростками в центре.

– Не нравится мне все это... – протянул Герасим и направился прочь, но тут же был настигнут и сбит с ног Зверем; ни лая, ни рыка – один мощный бросок, и Герасим на земле.

– Уберите собаку... – бледный как смерть зашипел он.

Но собака, постояв несколько секунд над поверженным человеком, спокойно перешагнула его и снова пустилась вкруговую.

Первым поднял брошенную банку пепси Малыш...


Содержание:
 0  Собачья площадка : Игорь Голубев  1  Глава 1 : Игорь Голубев
 2  Глава 2 : Игорь Голубев  3  Глава 3 : Игорь Голубев
 4  Глава 4 : Игорь Голубев  5  Глава 5 : Игорь Голубев
 6  Глава 6 : Игорь Голубев  7  Глава 7 : Игорь Голубев
 8  Глава 8 : Игорь Голубев  9  Глава 9 : Игорь Голубев
 10  Глава 10 : Игорь Голубев  11  Глава 11 : Игорь Голубев
 12  Глава 12 : Игорь Голубев  13  Глава 13 : Игорь Голубев
 14  Глава 14 : Игорь Голубев  15  Глава 15 : Игорь Голубев
 16  Глава 16 : Игорь Голубев  17  Глава 17 : Игорь Голубев
 18  Глава 18 : Игорь Голубев  19  Глава 19 : Игорь Голубев
 20  Глава 20 : Игорь Голубев  21  Глава 21 : Игорь Голубев
 22  Глава 22 : Игорь Голубев  23  Глава 23 : Игорь Голубев
 24  Глава 24 : Игорь Голубев  25  Глава 25 : Игорь Голубев
 26  Глава 26 : Игорь Голубев  27  Глава 27 : Игорь Голубев
 28  Глава 28 : Игорь Голубев  29  Глава 29 : Игорь Голубев
 30  Глава 30 : Игорь Голубев  31  Глава 31 : Игорь Голубев
 32  Глава 32 : Игорь Голубев  33  вы читаете: Глава 33 : Игорь Голубев
 34  Глава 34 : Игорь Голубев  35  Глава 35 : Игорь Голубев
 36  Глава 36 : Игорь Голубев  37  Глава 37 : Игорь Голубев
 38  Глава 38 : Игорь Голубев  39  Глава 39 : Игорь Голубев
 40  Глава 40 : Игорь Голубев    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap