Приключения : Природа и животные : Амурский тигр Экологический портрет : Сергей Кучеренко

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29

вы читаете книгу




Амурский тигр

Экологический портрет

Этот старожил уссурийской тайги отличается от пяти других подвидов, уцелевших к нашему времени на просторах Юго-Восточной и Южной Азии, наиболее крупными размерами, необычайно крепким телосложением с мощной передней частью туловища, сильными ногами и массивной головой. Он по праву считается самым могучим наземным хищником планеты. Судите сами: вес взрослых суперкотов достигает почти четырехсот килограммов при длине тела от носа до корня хвоста без малого три метра. Правда, таких гигантов теперь совсем мало, однако трехцентнеровые борцы тяжелого веса все еще властвуют в дебрях Сихотэ-Алиня.

Но и «среднеразмерные» владыки внушают благоговение и вполне естественное желание держаться подальше от них и не связываться: представьте себе зверя с длиной туловища двести двадцать сантиметров и высотой в плечах сто десять… При двухсоттридцатикилограммовой массе… Правда, тигрицы на одну треть легче и процентов на двадцать короче своих повелителей, к тому же они заметно стройнее.

Но и это не все. Наш громадный, грозный полосатый герой замечателен еще и вот почему. Вполне возможно, что это самый красивый и совершенный хищный зверь из всех живущих, а быть может, и когда-либо существовавших на Земле. В нем сочетаются огромная сила, виртуозная ловкость, стремительность в нападениях и выносливость в переходах. Простота нравов тигру вовсе не свойственна, но его выдержка и невозмутимость вызывают почтительное уважение.

Тело полосатого властелина состоит из крепчайшего скелета и до совершенства натренированных мускулов. И нет ничего удивительного в том, что матерый тигр со стокилограммовой добычей в зубах способен не просто легко шествовать по тайге, но и бежать, и прыгать, и взбираться на кручи. Для него не составляет особого труда уволочь лошадь или корову на сотни метров, а с кабаном в пасти перемахнуть через забор. В литературных источниках об этом звере нередко можно прочесть такое:

«Тигр взял в зубы девятипудового кабана, как охотничья собака берет подстреленную утку, и понес на крутую гору, не задевая за землю».

Тигр легко лазает по кручам и отлично плавает, причем свободно преодолевает даже такие громадные реки, как Амур. Забуреломленная тайга его не страшит, однако ходить он предпочитает по зверовым тропам и лесным дорогам, вдоль рек, по льду, по гребням хребтов с хорошо просматриваемыми склонами. В движении он спокоен и нетороплив, а вместе с тем скор и умел. Ходит наш герой легко, непринужденно и весьма грациозно, голову нередко держит полуопущенной, словно о чем-то глубоко задумавшись, и при этом высматривая следы. По лесу тигр передвигается удивительно бесшумно, то и дело останавливаясь для изучения обстановки. Любит взбираться на скалы, обрывы и другие «высокие точки» и подолгу там лежать или сидеть, обозревая свои владения. Особенно на сытый желудок.

Как охотник тигр считается наиболее совершенным. При поисках добычи полагается в основном на удивительно острое зрение и тонкий слух. Отлично видит ночью. Обонянием он как бы не наделен, но, тем не менее, добычу чует за сотню-другую метров, а запах следов улавливает даже через несколько часов после прохода животного. Ну а «орудия его промысла» — зубы и когти — по мощи и ловкости не менее смертоубийственны, чем, скажем, пасть крокодила или акулы.

Это один из самых умных зверей. Он необыкновенно хитер, способен оценивать сложившуюся обстановку и предвидеть события. У него развитая интуиция, прекрасная наблюдательность, крепкая память. Во всех его действиях просматривается своеобразная продуманность, граничащая с разумностью в человеческих понятиях.

Несмотря на кажущуюся свирепую беспощадность и кровожадность, амурский тигр довольно добродушен и миролюбив, чего нельзя сказать о его бенгальском или индокитайском собратьях. И к человеку он вполне терпим, «взаимодействуя» по принципу: «Нас не тронешь — мы не тронем, а затронешь — спуску не дадим». Более того, иногда этот грозный хищник проявляет желание позабавиться с перепуганным человеком, и даже как бы приглашает его поиграть… Однако и при этом он остается потенциально опасным, причем поведение его далеко не всегда предсказуемо и объяснимо.

Он довольно чистоплотен и постоянно приводит себя в порядок, при этом облизывает волос и чистит его лапами точно так же, как и наши домашние мурки. И все же у него сильный, неприятный, типично кошачий запах, и чем старее и крупнее особь, тем крепче она пахнет. Нет на земном шаре другого зверя, запаха которого боялось бы все живое больше, чем тигриного. Из десятка самых отважных собак, смело атакующих даже матерых медведей, не более двух выдерживают «дух» тигра. Хищник отлично знает это свое слабое место и потому при скрадывании замеченной добычи стремится зайти с подветренной стороны.

Амурские тигры в сравнении с южными сородичами довольно молчаливы. Молча набрасываются они и на добычу. Лишь в случае сопротивления жертвы, скажем, умеющих постоять за себя медведей и кабанов-секачей, хищники стремятся парализовать их ревом — громким, протяжным и жутким, от которого кровь стынет в жилах, волосы вздыбливаются и разум мутится. Обозленные тигры рычат глухо и вроде бы тихо, в ярости же издают знаменитый кашляющий рык, от которого замирает не только все живое, но, кажется, и деревья, и сопки, и даже небо.

Однако умиротворенный и довольный тигр в сообществе соплеменников мурлычет почти как кошка, только куда громче. В испуге глухо ухает, при желанных встречах издает своеобразное «уфф, уфф», что означает приветствие. Заневестившаяся тигрица при поиске друга сердечного ревет своеобразно и азартно. А вот тигрята так реветь не могут, и даже мурлыкать. Лишь в полугодовалом возрасте они начинают приветствовать возвратившуюся мать, сильно и громко выдыхая воздух и взревывая.

Мимика тигра богата и разнообразна. Его настроению соответствуют и размеры почти черного зрачка: чем злее этот зверь, как, впрочем, и многие другие, чем агрессивнее и решительнее, тем сильнее расширяется зрачок. Хвост тоже определенно и недвусмысленно выражает настроение и намерения хищника. В спокойном состоянии он опущен, с плавно загнутым кверху концом, кстати, всегда черным. У злящегося и волнующегося зверя он извивается в горизонтальной плоскости, при изготовке к нападению — в вертикальной. Атакующий тигр как бы описывает приподнятым над спиною хвостом конус. У яростного хищника уши прижаты, а шерсть на загривке вздыблена.

Тигр — истый приверженец горных кедрово-широколиственных лесов, являющихся также излюбленным обиталищем кабанов с изюбрами. И нет для него места краше, чем знаменитая уссурийская тайга. Всевозможные лесные «неудоби», а тем более безлесье — не для него. Размеры же «персональных» владений определяются обилием потенциальных жертв: чем их больше — тем меньше площадь территориальной собственности. У взрослых самцов она достигает восьмисот, даже тысячи квадратных километров, у самок — триста-четыреста. Но чаще амурские тигры довольствуются площадью угодий в два раза меньшей.

Участки усердно маркируются и ревностно охраняются. И все же при использовании территории тигры не столь между собою враждебны, хотя известны случаи жестоких побоищ хозяев с пришельцами. Гораздо чаще приходилось встречать в одних и тех же обиталищах и двух-трех самцов и столько же самок, не проявлявших признаков нетерпимости. В норме же на просторном участке самца законно проживают две-три тигрицы.

Распределение амурских тигров по современному ареалу и по сию пору изучено лишь приблизительно. В удобных, богатых копытным зверем местах этих хищников и теперь много — в среднем по одному на сотню квадратных километров. Располагаются они на южном Сихотэ-Алине, по Бикину и Уссурке, в средней части бассейна Хора и на Мухене. На северном же Сихотэ-Алине и его восточном макросклоне от Самарги до Тумнина этих зверей гораздо меньше.

Природой им предопределено жить оседло, и чаще всего где владыка тайги родился и вырос, там и закончит свою бурную жизнь. Бродяжничество свойственно изгоям да молодым самцам, ищущим свое место под солнцем. Однако и «состоятельные» тигры иногда предпринимают дальние вояжи. Правда, временные. Скажем, при массовых откочевках кабана, в многоснежье, исчезновении покоя, обширных затяжных пожарах. Но, путешествуя, они все время мечтают вернуться в родные пенаты.

«Нелюдимость» для амурского тигра характерна в гораздо меньшей степени, чем для полосатых собратьев из жарких стран. Детоубийство, там весьма распространенное, у «северян» случается редко. Это происходит в основном во время больших снегов и при истреблении копытных животных, когда хищники нещадно голодают.

А вот в неволе поведение тигров, всегда сытых и ухоженных, резко отличается от повадок диких собратьев в их собственных владениях. Цирковые амурские тигры, например, не только миролюбивы, но и меж собою дружны. Причем самцы испытывают к тигрятам удивительную привязанность. Тигрицы с готовностью выкармливают детенышей другой самки, даже если чужие малыши имеют значительную разницу в возрасте с их потомством.

Ну как тут не вспомнить: бытие определяет сознание. При полном достатке жизненных потребностей всякое существо дружелюбно, и наоборот. При обилии дичи, хорошей погоде и отсутствии беспокойства и вольные тигры покладисты, им даже не чужд альтруизм. Расшифровывая следы на снегу, неоднократно приходилось убеждаться, что одну крупную добычу поедало несколько тигров. Хозяин трофея запросто приводил «на мясо» своих соседей, не говоря уж о «женах», выкармливающих детенышей.

И все же… Все же территориальность у наших героев выражена четко и строго. Участки охраняются, а их границы обозначаются продуктами жизнедеятельности, выделениями анальных желез, почесами головой, царапаньем коры деревьев когтями, поскребами в точках отправления естественных надобностей. Метки обычно наносятся на заметные предметы: большие пни, выворотни и камни, скальные обнажения, одиночные деревья…

Усерднее всего собственность метится там, где чаще встречаются соседи — в приграничной зоне, разумеется. Но и в спокойной, уединенной обстановке тигр постоянно, как бы автоматически, на всякий случай, заявляет о себе как о независимом удельном князе, не терпящем каких-либо посягательств на территориальную неприкосновенность. И это не блажь матерого собственника — здесь кроется глубокий биологический смысл: каждый должен знать и свое место, и своих соседей. И тут важно напомнить мудрое правило из жизни дикой природы: «бездомные» тигры, как и большинство других зверей и птиц, и не только они, на семью прав не имеют и в размножении не участвуют. Именно такие несчастливцы неприкаянно бродяжничают в поисках собственного «угла», забредая далеко за пределы ареала. В этой связи не представляют загадки периодические появления тигров не только в низовьях Амура или Амгуни, но и на Баджальском, Становом хребтах и даже в Якутии, Приохотье, Забайкалье…

А вот собственным домом на своей территории тигры обзавестись не считают нужным. Разве что тигрицы перед родами облюбовывают места для логова во всевозможных нишах, пещерках, под каменными карнизами, выворотнями, сильно наклоненными большими деревьями… Лишь бы была защита от осадков и ветра. Самцы и бездетные самки отдыхают где придется, хотя и они имеют десяток-полтора временных убежищ, которыми пользуются периодически. Для отдыха они сравнительно удобны, особенно в непогоду. Но важно отметить другое: тигры любят отдыхать так, чтоб мир был виден от края до края. Взберитесь на карниз крутой горы или на высящийся над тайгою останец — и обязательно найдете там следы многократного пребывания царственных персон в черно-бело-желтую полоску.

Бодрствует тигр в основном в темное время суток, хотя дневные походы и охота для него не редкость, особенно зимой и в летнее ненастье. Жару этот зверь не любит и пережидает ее в тени и прохладе на обдувах, у воды, в глубоких каменных нишах и пещерах. Хоть и южного происхождения наш герой, но от жары ему спастись гораздо труднее, чем от холодов, от которых надежно защищен толстым слоем жира и теплой шубой. Потому-то в самые жаркие месяцы этот хищник уходит в хребты, в истоки рек, к морю. Часто и с наслаждением купается, подолгу лежит в воде.

Ходить он определенно не любит, хотя при необходимости может совершать далекие и быстрые переходы, иногда преодолевая за сутки до пятидесяти километров. Правда, такие вояжи очень редки и вызваны экстремальными причинами. Но пройти за ночь четверть сотни километров — явление обычное. Такие вылазки тигры любят совершать после порош и небольших снегопадов, когда по следам всякое существо обозначает себя и выявляет соседей по обиталищу.

Утверждению некоторых «тигроведов» о том, что тигр — прирожденный бродяга, — не верьте. Ходит он ровно столько, сколько требуется для того, чтобы иметь корм, убежище, брачного партнера, жить в безопасности и в комфортных условиях. Особенно мало ходит кормящая тигрица. Да и у кота в силе средний суточный ход редко превышает десять — пятнадцать километров.

И вот еще что интересно отметить. Этот грозный могучий зверь ходит не только мало, но и не слишком быстро. На суточном переходе средней протяженности насчитывается одна-две длительные лежки и восемь — десять кратковременных. Прошел километр — прилег. Более того, он часто останавливается и изучает обстановку. При подъеме в гору отдыхает через двести — триста метров, а на крутых склонах и того чаще.

А вот поспать наш герой горазд. Крепко почивает он, когда наестся до полного отвала, а рядом гора несъеденного «продукта». Да еще если не холодно и не жарко, обдувает ветерок, ласкает солнце… Тоже ведь испытывает радость полноценной жизни. Особенно когда есть спокойный завтрашний день без проблем в питании.

Устали? Но что же поделаешь, в рассказах о животных трудно избегать скучных мест. Важно не увязнуть в мелочах. А потому поговорим теперь о куда более интересном: как промышляет царь зверей и чем трапезничает. Хищник ведь, и очень даже прожорливый, из мяса предпочитающий жирную сочную свеженину. Привередливый. Расточительный.

Начнем с напоминания о том, что на участке у всякого тигра есть постоянные излюбленные маршруты переходов и зоны охот. Особенно часто и с явным удовольствием эти профессиональнейшие промысловики ходят по зверовым тропам, запущенным лесным дорогам, просекам… По стрелкам водораздельных хребтов, чистым речным берегам, не захламленным вековым кедровникам и дубнякам… Сказать короче — ходят там, где легче это делать и где вероятнее всего найти и «взять» добычу. Хозяин великолепно знает свои наследственные владения и каждодневную обстановку в них. Он прекрасно чувствует свое место и в совершенстве ориентируется на пажитях таежных.

Охотящийся тигр идет особенно тихо и совершенно бесшумно, с частыми остановками. В точках с хорошим обзором застывает этаким изваянием и самым внимательнейшим образом изучает угодья. Всматривается, вслушивается, принюхивается… Замеченную жертву умело и предельно осторожно скрадывает, стремясь подобраться к ней как можно ближе и настигнуть несколькими стремительными прыжками. Бросок этого первоклассного охотника — как вспышка желтой молнии. Представьте скорость живой груды железных мускулов в пятнадцать — двадцать метров в секунду! Единственного мига ему достаточно, чтоб достать добычу несколькими большими частыми прыжками и завершить охоту решающим броском. Куда дольше приходится отдыхать от возбуждения и перенапряжения. Остывать. Успокаиваться. Настраиваться на долгую обильную трапезу.

Но тут требуются некоторые важные уточнения. Мне довелось обследовать по следам свыше полусотни нападений тигра на жертву, и не оказалось среди них даже двух аналогичных. То затаившийся хищник поймает неосторожно вышедшего на него зверя одним-двумя большими, длиною в пять-шесть метров, прыжками, то бросится на другого, подобравшись к нему на два-три десятка метров более короткими, но очень частыми прыжками, то рванет вдогон обнаружившему опасность… И характер завершающей точки в каждой атаке был своеобразен.

А бросается он на жертву почти в любых условиях местности — сверху, снизу, со скалы или обрыва, в косогор. Ему во что бы то ни стало нужно завершить охоту быстро. А знаете почему? Нет, не отгадаете. Как это ни странно, но этот вроде бы совершеннейший охотник быстро устает. Его атакующий бросок продолжается не более десяти — пятнадцати, а в редких случаях до двадцати пяти секунд.

В погоне за убегающим зверем тигр мчится в угон или наперерез. Успех заключительного этапа тигриной охоты решают крошечные мгновения. Если алчущему свеженины удается подкрасться к несчастному на восемь — десять метров, секунды жизни жертвы сочтены. А вот при дистанции атакующего броска более двадцати метров его удачное завершение определяется несколькими факторами: заметило ли животное подкрадывающееся страшилище и насторожилось, в каком положении относительно него в эти роковые секунды находилось, кто первым ринулся в бег, какова была местность, глубина снега. Предположим, на расстоянии около двух десятков метров пасущийся кабан располагался рылом в сторону своего заклятого врага и увидел того на прыжке… Спастись ему не удастся: потеря всего полсекунды на разворот обрекает его на гибель. Бросок хищника на пасущегося в тридцати метрах изюбра или кабана обычно завершается успехом, если копытное увидело его уже в прыжке: жертва запаздывает набрать спасительную скорость бега. Но если ей все же удается развить максимальную стремительность, тигр преследование прекращает уже через полсотни, реже — сотню метров погони. Однако при глубоком снеге кабана он догоняет и на большей дистанции, чего не скажешь об изюбре. Этого крупного оленя тигру «взять» труднее, чем таежную свинью.

А настигнутую жертву этот виртуозный охотник убивает умело и быстро. Небольшую валит ударом лапы, как, например, косулю, кабаргу или собаку. Подсвинку или теленку ломает позвоночник, перекусывает горло или шею у затылка. Крупным же зверям вспрыгивает на спину, заворачивает голову, ломает позвонки… Жуть. Но крошечное счастье обреченного состоит в том, что мучается оно совсем недолго, иной раз и понять не успевает, что с ним происходит.

Остудившись и успокоившись, тигр перетаскивает добычу в удобное место, чтоб вольготнее ему было и поспокойнее.

Уж что-что, а поесть наш владыка мастак. От косули за несколько часов блаженства оставляет копыта и кишки. Пятидесятикилограммового подсвинка ему достает всего на пару дней. Обожает жир и объедает его в первую очередь. И потому упитанный кабан — голубая мечта тигра. Никто, кроме кабана, лучше не знает, что такое тигриный аппетит и его гастрономические наклонности. И жирную медвежатину царь уссурийской тайги уплетает — за уши не оторвешь. Но особое пристрастие питает к собачатине.

Крупную добычу хищник имеет в среднем через четыре-пять дней, но нередко и через сутки-другие. Случается ему добыть и несколько голов в день. Зато вволю потрапезничав несколько суток, наш герой погружается в долгий сон, а потом может такое же время спокойно поститься, экономно расходуя накопленный в изобилии жир. Ему вовсе не обязательно «садиться за стол» ежедневно и с людской педантичностью. Проголодался — идет охотиться, всласть отъевшись — беспробудно спит.

Так сколько же съедает этот «краснокнижник»? За сутки взрослый суперкот в среднем потребляет двенадцать — четырнадцать килограммов мяса, тигрица — около десяти. Но это вовсе не значит, что столько мяса им требуется. Едят ведь, как говорится, от пуза. А уменьши эту прорву продукта вдвое — не помрут. Даже не отощают.

Как и для большинства других хищников, умеренность в добывании корма для тигра ни в малой мере не характерна, и он редко когда упускает возможность успешно поохотиться, если и сыт по горло, и еще полно несъеденного. Известно много примеров, когда этот мясоед в избытке сил давил в день до пяти-шести изюбров и кабанов, причем нередко к этим жертвам не возвращался. И потому-то коэффициент использования добычи у властелина всего живого не превышает половины.

И последнее по поводу питания нашего грозного и всесильного красавца. За год «среднестатистический» зверь добывает сорок — сорок пять кабанов, двадцать пять — тридцать изюбров, трех медведей и до двух-трех десятков более мелких животных — косуль, кабарог, барсуков, собак…

Не утомились? Не задремали? Тогда займемся делами семейными.

Свадебная пора у тигра к какому-либо определенному времени года приурочена слабо и размыто. И потому выводки с новорожденными приходится встречать в любом месяце, даже в лютых зимних.

Несмотря на то, что на участке тигра-самца, как правило, живут две-три тигрицы, постоянство в отношениях между полами этому виду вряд ли свойственно. Скорее, оно условно. Заневестившаяся самка отдается любому найденному ею кавалеру. Одному, потом другому. Бывает, за будущей матерью ходят несколько кандидатов в отцы, азартно выясняющих третьего лишнего. Дерутся, иногда ожесточенно. Однако не до смерти. Даже не до крови. Скорее всего, это вовсе и не драки, а ритуальные турниры на силу. И право на потомство завоевывается весьма малой кровью, что для столь могучих зверей при совершеннейших орудиях умерщвления просто удивительно.

Длится свадьба две-три недели. Новобрачные в это время, естественно, крайне возбуждены, своеобразно урчат, фыркают, валяются. И даже играют, подумать только! Но радости эти не долги, и сменяет их обыкновенная проза жизни. Врозь, разумеется. Тигры — гордые одиночки. Они не любят, когда им мешают жить один на один с тайгою, и только с нею.

А через сто — сто десять суток тигрица дарит миру двух-трех, реже одного или четырех наследников собственной мощи, красоты и власти. Роды происходят в уединенном логове в самых глухих местах. Логово это не утепляется, и подстилка в нем весьма примитивна, но оно обязательно сухое и защищено от ветров. А неподалеку непременно должна быть вода.

Новоиспеченная мамаша первую неделю от своих ненаглядных почти не отходит, согревая их, облизывая, кормя и помогая облегчиться. Котята весят всего-то около килограмма, они беззубы, глухи и слепы. Но как стремительно врываются в жизнь эти будущие великаны, силачи и властолюбцы! В недельном возрасте они уже видят и слышат, у двухнедельных прорезаются зубы, а месячные бурно изучают окрестности гнезда. С двухмесячными мать начинает проводить небольшие экскурсии по участку и приучает полосатиков есть мясо, продолжая вволю кормить их молоком. Весят они в это время до пяти килограммов, однако уже через месяц утраивают этот вес. Полугодовалые нагуливают до тридцати килограммов, имеют размеры овчарки и покрыты настоящей тигриной шерстью черно-бело-желтого окраса. Отныне и до дней последних эта знаменитая полосатая шкура будет им и шубой, и маскхалатом, и мантией величия.

Мать усиленно кормит детей своих, терпеливо воспитывает и старательно учит жить строго по-тигриному. Главная ее забота — обучить молодых найти и «взять» добычу. С полугодовалыми она подолгу охотится, годовики способны и сами добыть себе корм. Ну а полуторагодовалый молодняк уже во всем подобен матери. У него пока нет лишь родительского опыта и мастерства, да и силы еще не те, не те… Но все слабее становится связь с матерью, слабее. К самостоятельности рвутся.

Впрочем, мать этим не печалится. Она в это время все больше подумывает об очередном сватовстве. Природой ей строго-настрого наказано приносить потомство раз в два года. А коли оно трагически гибнет в младенчестве, немедленно зачинать другое. Именно тигрицы «отвечают» за размеры приплодов, оставляя заботы о жизнестойкости потомства своей сильной половине. Благодаря стараниям тех и других годовой приплод у амурского тигра составляет двадцать четыре — двадцать шесть процентов, а прирост поголовья — с учетом смертности и молодняка, и взрослых — может достигнуть шестнадцати процентов.

Именно благодаря хорошей плодовитости так бурно росло поголовье наших тигров в послевоенное время, достигнув почти полутысячной отметки к середине восьмидесятых годов, несмотря на систематическое злостное браконьерство, легальный отлов тигрят и отстрелы по разрешениям властей.

Да, могуч, отважен и властен тигр. А вот его жизненный путь недолог. У цирковых и зоопарковских хищников признаки старения наступают с пятнадцати лет, живут же они до двадцати пяти. Всего-то? Наисчастливейшие долгожители достигают тридцатипятилетнего возраста, да и то в благодатных условиях зоопарков и питомников. Век же вольных тигров куда короче, и редко кому из них счастливится дожить до естественной старости… Впрочем, в этом есть и своеобразное достоинство.

Врагов у амурского тигра совсем мало: бурый медведь да человек. Сражения с медведями довольно обычны. Тигр в расцвете сил чаще всего давит этого заклятого врага, но от него нередко гибнут тигрята и их матери.

В непростых взаимоотношениях этих гигантов более агрессивным является именно медведь, причем ввязывается он в драку поздней осенью во время голодных сезонов. Более всего это свойственно шатунам. Тигр же нападает в основном на некрупных косолапых, будучи заведомо уверенным в победе. Этот хищник вообще никогда никого не атакует безрассудно. Например, опасных вепрей и матерых сохатых он обходит стороной, и правильно делает. Умен и отважен тигр, а вот «безумство храбрых» для него малохарактерно, и он редко когда рискует жизнью. Лишь тигрица в защите своего потомства готова на все и жизни не пожалеет.

Завершим же мы этот рассказ взаимоотношениями царя зверей с двуногими властелинами планеты всей. А были они напряженными, часто трагическими, испокон веку. В Южной Азии они остаются в общих чертах такими же и теперь. Однако амурский тигр к людям в настоящее время относится гораздо почтительнее и осторожнее, чего не скажешь о бенгальской и индокитайской подвидовых формах. В Индии и в настоящее время тигры загрызают ежегодно около пятидесяти человек.

Важно еще раз отметить, что до освоения и заселения Амуро-Уссурийского края Россией, начавшегося с середины XIX века, нападения амбы на человека, особенно на аборигенов и китайцев, было явлением обычным, и здешние люди боялись панически этого многочисленного тогда хищника. За год от него гибло несколько десятков, в иные лета — сотни людей, и многократно больше домашних животных. Еще более дерзкими были тигры в сопредельных провинциях Китая.

Однако повадки уссурийского тигра в отношении к людям резко изменились после трудного и долгого восстановления его едва не погибшей популяции в тридцатых годах XX века. Он как бы переродился. Более или менее удовлетворительное объяснение этого феномена видится в том, что к тридцатым годам уцелели самые осторожные тигры, избегавшие всяких встреч с людьми, в какой-то мере понявшие, что двуногие — сильнее их. И именно такие особи со временем «основали» генетическое ядро восстанавливавшейся популяции.

Тигр как был, так и остается зверем смелым, а вместе с тем у него прибавилось осторожности. Человека он не трогает, хотя и не боится. Человек для амурского тигра как бы неприкосновенен, и это стало правилом с редкими исключениями. За последние шестьдесят лет достоверно известно десять случаев неспровоцированного нападения хищника на людей, из которых частично было съедено пять.

Однако защищаясь, тигр нападает на человека довольно часто. Не боится он его, но любопытства к себе не переносит. Смертельно опасными становятся раненые и преследуемые хищники. Но поразительно другое: тигру скрасть и убить человека проще простого, тем не менее до смерти он его, как правило, не давит. Чаще всего крепко ударит, укусит, поцарапает. И уйдет, как бы предупредив, что может быть и хуже.

Анализируя ход событий в случаях нападения тигров на людей, часто приходишь к выводу: да, этот зверь действительно психически высокоразвит и среди диких животных вполне может считаться интеллектуалом. Впрочем, к такой мысли уже давно пришли цирковые дрессировщики.

Амурский тигр в современной возродившейся популяции как бы предложил человеку вооруженный нейтралитет и по мере сил строго его соблюдает. Человек же его нарушает сплошь да рядом. И именно поэтому снова приходится спасать удивительного зверя, самого элегантного, отважного и могучего наземного хищника планеты, оказывающего на людей при встречах в дебрях уссурийской тайги воистину магическое воздействие. И каждая из них остается в памяти нетленной до дней последних.

Как те, о которых рассказывается в этой книге.



Содержание:
 0  Встречи с амурским тигром : Сергей Кучеренко  1  Можно ли забыть такое? : Сергей Кучеренко
 2  Страх : Сергей Кучеренко  3  Тигриное презрение : Сергей Кучеренко
 4  Полосатый забавляется : Сергей Кучеренко  5  В тигриных владениях : Сергей Кучеренко
 6  На таежной тропе : Сергей Кучеренко  7  Глаза в глаза : Сергей Кучеренко
 8  В осаде : Сергей Кучеренко  9  Полосатый под нарами : Сергей Кучеренко
 10  Бродяга : Сергей Кучеренко  11  Ей снились тигрята : Сергей Кучеренко
 12  Месть ценою жизни : Сергей Кучеренко  13  Здравствуй, амба! : Сергей Кучеренко
 14  Вечерние беседы : Сергей Кучеренко  15  И на владыку находится сила : Сергей Кучеренко
 16  Свобода или смерть! : Сергей Кучеренко  17  Пять дней по следу тигра : Сергей Кучеренко
 18  В черте большого города : Сергей Кучеренко  19  Тоска тигрицы : Сергей Кучеренко
 20  Такие они разные — тигры : Сергей Кучеренко  21  Откровение промыслового охотника : Сергей Кучеренко
 22  Не преступи закон? : Сергей Кучеренко  23  Вооруженный нейтралитет : Сергей Кучеренко
 24  У последней черты : Сергей Кучеренко  25  И тигры шутят : Сергей Кучеренко
 26  Последняя встреча : Сергей Кучеренко  27  вы читаете: Амурский тигр Экологический портрет : Сергей Кучеренко
 28  Если вы встретили тигра : Сергей Кучеренко  29  Без тигра мы все обеднеем Вместо заключения : Сергей Кучеренко



 




sitemap