Приключения : Природа и животные : Зонтик : Ирина Турчина

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3

вы читаете книгу

Зонтик.

Все началось с того, что однажды мне на день рождения подарили Зонтик. Это был совершенно замечательный Зонтик, вовсе не для дождливой погоды предназначенный, а для приключений…


А вам не нужен щенок? Он хороший…

— Извините, пожалуйста, — как можно вежливее сказала я, — я совсем не хотела Вас с ног сбивать, это нечаянно получилось… я сейчас и шляпу найду и портфель достану… Так ничего и не сказав, Галкин папа сам отыскал портфель и шляпу, посмотрел на нас с Мышкой тяжелым, недобрым взглядом и скрылся в подъезде, громко хлопнув дверью.

Зонтик — глава 1

Я открыла глаза и не сразу поняла, что это такое надо мной? И в следующую минуту внутри меня, где-то в области желудка засветилось и загорелось яркое солнышко радости — сегодня мой день рождения, мне семь лет! А это, надо мной — желтое в голубых цветочках — мой Зонтик — подарок ко дню рождения! Затаив дыхание и, стараясь не двигаться, я еще какое-то время полежала под ним, наслаждаясь, рассматривая коричневую деревянную ручку, мелкую оборочку по краю, блестящие металлические штучки и крючечки, вдыхая его новый, еще незнакомый запах. Зонтик был не для простого утилитарного применения во время дождя, он был даже не родственник тем мокрым, невкусно пахнущим предметам, которые сушат на полу и на шкафах, ставят в угол, или забрасывают на вешалку, чтобы забыть там до следующего ненастья. Те зонтики были для скучного, серого и будничного времени. Мой же был для ЛЕТА, СОЛНЦА и ПРИКЛЮЧЕНИЙ! Я страстно хотела иметь такой Зонтик, но, поскольку эта вещь никакого практического применения не имела, покупка моего Зонтика каждый раз отодвигалась все дальше и дальше, чем-то более в хозяйстве нужным. Так мы и жили отдельно — Зонтик где-то своей прекрасной жизнью, а я здесь своей, не скажу, чтобы скучной, но беззонтичной жизнью.

Теперь все изменилось! Я и Зонтик начинаем новую жизнь. Зонтик нужно было срочно всем показать во дворе, нельзя было скрывать эту красоту от народа!

Двор наш был похож на все старые городские дворы сразу — множеством деревьев, столами для домино, бабульками у подъездов, чахлой клумбой посередине, огороженной поставленными друг на друга под углом кирпичами, ну и, конечно же, кучей детей, которые в ту незабвенную, безопасную пору проводили там все свободное время — с утра до поздней ночи, вырываемые время от времени из общей игры поодиночке криками мам и бабушек: «А ну сейчас же домой, сколько тебя можно ждать, обед (ужин) стынет! Смотри — спущусь, хуже будет!»

Дружили все в соответствии с возрастом, в пределах двух, трех лет. В моей ближайшей компании народу было человек семь — я была самая младшая. Зато сегодня у меня прибавилось сразу два козыря — мне уже семь, значит мне столько же сколько Светке из третьего подъезда, а еще у меня есть ЗОНТИК!

Забыла сказать, что жили мы тогда в тихом, солнечном городе Каспийске — на самом берегу моря. А значит, с Зонтиком можно будет ходить (а вернее удирать, пока взрослые не спохватились) на пляж, который был всего лишь через дорогу и четыре дома. Можно гулять по улице, можно ходить на шумный, веселый базар… да мало ли чего еще можно! Дальше я не додумала, но была абсолютно уверена, что приключения меня сами найдут — был бы Зонтик! Что впрочем и произошло. Пока же, у меня перед глазами была запомнившаяся картинка из какой-то не совсем детской книжки, о чьих-то путешествиях по Африке, где путешественники расположились на привал под большим зонтом. Ну не от дождя же они скрывались! Зонтик был совершенно необходимым атрибутом взрослой жизни с приключениями.

День был будничный, родители уже ушли на работу, впереди у нас с Зонтиком был прекрасный день. Незадолго до этого я «отвоевала» право не ходить в детский сад потому что:

— я уже не маленькая;

— я прекрасно могу сама себе разогреть обед;

— я все равно оттуда убегаю после обеда, потому что спать не буду НИКОГДА;

— вам же уже надоело выслушивать на меня жалобы и мои оправдания;

— и вообще — я уже не маленькая!

Значит, до сентября — я совершенно свободна!

Во дворе было совсем пусто. Только бабульки с младенцами в колясках обсуждали кого-то дружно у нашей парадной. Мимо них я проскочила быстренько, совсем не хотелось объяснять, почему это я не в детском саду и чем это у меня набиты карманы. Ясно же чем — вчерашняя котлета — это Рыжухе и ее щенятам, две рыбьих головы соседка дала — это кошкам, их правда три, но уж поделю как-нибудь. А еще четыре черносливины — мама дала в медицинских целях, пришлось историю сочинить, но я же не виновата, что денег на чернослив у меня нет, а новая собака из соседнего двора очень его любит! Она всегда его ждет, никто не верит, что собаки могут любить чернослив, но я точно знаю, потому что первым делом она нюхает мой карман и, если чувствует его запах, вылезает из-под ящиков на задворках магазина, целует меня в щеку и короткий хвостик ее мельтешит прямо. Еще никому, кроме меня, не удалось выманить ее из-под ящиков. Да и ко мне она выходит только тогда, когда я одна. Кто-то здорово ее испугал, или, может быть, даже избил — не верит она больше людям!

Имя новой собаке я еще не придумала, совсем немного про нее знаю, разговариваем-то мы с ней подолгу, но все больше я говорю — про себя и про все мои дела рассказываю. Она ничего, слушает, интересуется похоже.

Сегодня у нас с ней целый праздник получился — чернослив она съела, потом и котлету, и рыбьи головы — проглотила прямо-таки. Ну ничего, Рыжухе и кошкам я еще чего-нибудь раздобуду, их все во дворе подкармливают. Да они и не стесняются о себе напомнить, еды попросить. А эту бедолагу только я теперь и кормлю, похоже. Собачка, показалось мне, как-будто круглее стала, и шерсть не торчит больше в разные стороны.

— Как же тебя зовут? Жучка? Нет, конечно не Жучка, она же не черная, она у нас очень даже симпатичная — ушки какие длинненькие, кудрявые прямо, пятнышки на ней серые, черные, несколько рыженьких.

— А давай я тебя Динкой звать буду? Нравиться?

Зонтик я ей свой новый показала, она испугалась, когда я его открыла, но потом ничего, подошла опять, понюхала даже одобрительно, но погулять со мной под ним не захотела, вернулась под ящики.

Ну вот, Зонтик же у меня новый, а как назло, никого во дворе, показать некому! Жди теперь, когда все из школы вернутся, скууууууууучно!

Побродила я под Зонтиком по двору, посмотрела на малышню в песочнице, даже с бабулькой одной поговорила. Она ничего, хорошая бабулька, мы с ней вместе кошек кормим иногда, а вот собак она не любит. Мне же, наоборот, больше собаки нравятся. Кошки — они хитрые, они своего всегда добиваются, могут приласкаться, поиграть, но все равно они сами по себе, не друзья, а так — знакомые. Эх, если бы, была бы у нас не комната в коммунальной квартире… привела бы я домой Динку… папка бы точно согласился сразу же, я знаю! А мама — она хоть и строже папы, да это у нее только из-за жуткой любви к чистоте и порядку, мы все дружно от этого страдаем, но уже не боремся — что уж тут поделаешь, у всех свои недостатки. У меня их воооон сколько, даже перечислять не хочется. Мама часто мне говорит, что очень бы хотела, чтобы у меня, когда я буду взрослая, родилась дочка и чтобы она была бы такая же, как я — вот тогда я узнаю, как ей со мной не просто. Это мне, честно говоря, не нравится, потому что я, наверное, все-таки не хотела бы такую же дочку… ну просто иногда все само собой происходит, как бы и не от меня обстоятельства зависят, а в итоге — целая история! Но Динку бы мама не выгнала, пошумела бы немножко, взяла бы с меня обещание пол ежедневно мыть в прихожей и еще там что-нибудь… Да что угодно — пол так пол! Зато была бы у меня своя собака! Я однажды слышала, как мама на кухне папе рассказывала и смеялась, что бабульки во дворе меня «кошачьей и собачьей матерью» прозвали. А, пусть, мне и совсем даже не обидно, наоборот, приятно даже.

Девчонки у ворот появились, урррра!

Ворота у нашего двора очень даже особенные — металлические, со всякими загогулинками и половинки их скрипят неодинаково. А еще, мы опытным путем выяснили, что звук зависит от веса того, кто на них разъезжает. Тяжелый Вовка вместе с воротами басом поет. А у Зойки на воротах тоненький голосок получается, тощенький, как ее мышиная косичка. В моем исполнении средний голос получается. Прямо целый оркестр можно составить. Только нам никогда порепетировать как следует не дают, обязательно кто-нибудь прогонит. Я уже им и концерт обещала, и помощь всяческую во дворе — не помогает! Дворник так просто норовит из шланга нас облить. Потом Зойка сказала, что ее мама не велела ей больше со мной водиться. Подумаешь, очень надо! Мы ее к себе и взяли-то только потому, что она у нас во дворе в наилегчайшем весе. А так от нее только неприятности одни, да рев без конца.

Ну наконееец-то, заметили! И не подходят ведь, смотрят издалека, переговариваются. Я ведь этим Зонтиком уши всем прожужжала, они уже и верить мне перестали. Честно говоря, я сочиняю истории довольно часто, а иначе жить скучно. Потом я так увлекаюсь, убеждая всех остальных, что это правда, что сама же первая в них и верить начинаю. До драк иногда доходит, но не часто. Зато в нашей компании всегда весело.

Так, нужна новая история с участием Зонтика, все старые они уже слышали. Но ничего, обычно, стоит мне только открыть рот, как история откуда ни возьмись сама появляется. Что-нибудь придумаю!

Подходим мы к ним с Зонтиком не спеша, останавливаясь по дороге, на кошек оглядываясь, цветочек понюхали…

— А, вы уже из школы вернулись? Что-то рано вас отпустили сегодня, я и не заметила, как время прошло, привет!

Первой не выдерживает моя соседка Галка, вреднющая ябеда и плакса. Я-то ее хорошоооо знаю, изучила, мы уже второй год живем в одной квартире, но не дружим, я изо всех сил стараюсь нейтралитет держать. Про нейтралитет мне папа все объяснил, сказал, что от этого зависит наше всех совместное существование в коммунальной квартире. Только я ей немножко один на один дополнительно объяснила и про последствия в красках описала, красных в основном.

— А мне мамочка голубой зонтик купит, — заявляет Галка, — голубой цвет очень подходит к моим глазам, зонтики вообще под цвет глаз подбирают, а этот желтый — разве что для кошек! Хи-хи!

Вот мымра! Попробуй тут, нейтралитет удержи, так бы и треснула чем попало! Откуда это она про глаза выкопала? И девчонки тоже, уставились на меня, хоть бы слово кто сказал, подруги, называются!

— Ну, для тебя, может быть, зонтик для глаз только и нужен, другой надобности у него не будет. А вот мой предназначен совсем для других целей, уж куда интереснее, чем во дворе торчать.

— И каких же это, если не секрет? Да врет она все, как всегда!

— И ничего не вру! Вы меня, можно сказать, случайно еще здесь застали, потому что у нас с Зонтиком дело есть интересное, для желтых Зонтиков предназначенное, так что — пока!

— Какое такое дело? — тут уже и остальные не выдержали.

— А такое, что мы сейчас… отправляемся на поле, где цветут желтые тюльпаны. Поле это — не простое поле, а летное поле, там самолеты взлетают и садятся, просто так там нельзя ходить, да только Зонтик мой на что? Меня под ним на цветущем желтом поле никто и не заметит. Ладно уж, так и быть, принесу вам тюльпанов.

Да…, этого я и сама от себя не ожидала. Про желтые тюльпаны на летном поле я вчера от папиного приятеля слышала, он только что из командировки прилетел и про цветы нам очень красочно рассказал. Видно здорово мне этот рассказ в голову запал, что не успела я рот открыть, как нате вам — история! И ведь не отвертишься теперь, придется ехать.

— Врет она все! — прямо слюной брызжет противная Галка.

— Знаешь что, под моим Зонтиком можно ведь и двоим спрятаться, так что могу взять тебя с собой, — коварно улыбаюсь я, зная, что один на один Галка со мной ни за что даже во дворе не останется, не то что на летное поле поедет.

Девчонки с интересом на Галку посматривают и посмеиваются, шутки в нашей компании очень даже уважают.

Но Галке уже тоже не остановиться, ей уже все равно, ей хочется доказать всем, что я вруша и все это я придумала. Ну конечно же придумала, только я в свою историю уже настолько верю, что в голове у меня мысленно и маршрут составлен и ехать мне не терпится.

— Поехали! — кричит Галка, — Вот, у меня и деньги на автобус есть!

Самая старшая и рассудительная в нашей компании — Наташа с первого этажа. Она безусловный лидер и рефери всех наших споров и потасовок. Ее даже мальчишки уважают и никто за длинные косы никогда не дергает, разве что чужой кто-то, только ему быстро все объясняют для всех доступным языком и больше он ее не трогает, издалека поглядывает с удивлением. Она самая красивая из девчонок, только тогда мы еще не понимали этого, просто как-то приятно и спокойно было рядом с ней. А еще интересно было смотреть, как меняются ее глаза, если рассказывать ей разные истории.

— Я тоже с вами поеду, — сказала вдруг Наташа, — а то вы там друг дружку прибьете где-нибудь.

Вот такого поворота никто не ожидал, она никогда не принимала участия в авантюрных мероприятиях, а уж поездка на летное поле за тюльпанами, даже в моем понимании, была небезопасной. О последствиях думать пока не хотелось.

— Быстренько обедаем, и во дворе собираемся, — взяла Наташа командование на себя, — всем остальным — держать язык за зубами! Мы постараемся вернуться поскорее!

Так я никогда и не узнаю, почему вдруг эта примерная девочка решилась на такой откровенно бунтарский поступок. Ни разу еще на нашей памяти, да и на памяти ее родителей, как выяснилось позже, она не совершала ничего подобного. Она не дралась, не уходила без разрешения со двора, одежда ее всегда была чистой и коленки не ободранными. Училась она лучше всех в классе, гуляла только после выученных уроков. Вот разве что, она всегда любила слушать мои самые фантастические истории. А я, глядя, как вспыхивают и пропадают искорки в ее теплых коричневых глазах, могла говорить и говорить, не останавливаясь.

— Обедать домой не пойду, — решила я, — там Галкина бабушка будет расспрашивать, Галка уже придумала свою историю, пусть сама и выкручивается. А то мне еще и за вранье ее бабушке влетит, — уже начала я подсчет будущим своим убыткам.

Первой вышла во двор Наташа.

— Домой обедать ты не ходила, я тебя из окна все время видела, — улыбаясь сказала она, — да ты ведь уже и обед свой кому-нибудь скормила, так ведь? Так что, вот тебе котлета с хлебом и яблоко, подкрепись.

Бывают же на свете хорошие люди! И объяснять ничего не нужно, просто дают тебе котлету в трудную минуту и благодарности не ждут в ответ.

— Фпафипо, — сказала я с набитым ртом, — фкуфно…

Появилась Галка, оба кармана чем-то набиты, запасливая, но мне ничего не предлагает, хотя ведь знает, что я не обедала.

Не очень-то и хотелось, ладно, поехали!

Ехать нам предстоит минут сорок на автобусе до Кирпичного завода, а там нужно будет идти пешком до поля. Это, наверное, не совсем правильный маршрут, но другого я не знаю. Да и для того, чтобы попасть на летное поле незамеченными, он оказался самым верным.

До Кирпичного завода добрались без приключений. Это место я знала довольно хорошо, потому что недалеко от остановки автобуса жили друзья моих родителей и я там с ними частенько бывала. Выйдя из автобуса, девчонки повеселели, даже Галка вертела головой по сторонам и улыбалась. Был солнечный, теплый апрельский день. Листья на деревьях были еще совсем молодыми и светлыми. В воздухе была та необыкновенная прозрачность и яркость, какая бывает только в середине весны. А еще, в это время все видится в каких-то мельчайших деталях и подробностях. Каждая травинка начинает свою новую жизнь пока что отдельно, каждый одуванчик кажется необыкновенно красивым.

Мы весело шли по дороге. Я размахивала Зонтиком и пела какую-то громкую песню, которую сочиняла тут же, на ходу. Наташа смеялась, Галка тоже хохотала, правда отставала чуть-чуть от нее. Асфальт кончился, началась пыльная проселочная дорога, справа от которой, через канаву, потянулось какое-то поле, огороженное колючей проволокой. Да ведь это же оно!

— Вот, — махнула я рукой направо, — летное поле начинается, пришли…

Девчонки притихли. Теперь нужно было что-то делать, нужно было преодолеть колючую проволоку и перебраться на поле. Нам стало всем явно не по себе. Мы как-то не представляли себе, что это поле будет огорожено, а значит где-то могут быть и люди, которые его охраняют — большие, сердитые дядьки с ружьями. Под желтым зонтиком на желтом поле от них не спрятаться! Да и тюльпанов что-то не видно…

Только мне отступать некуда, да и обычно, стоило мне ввязаться в историю, она каким-то образом, в конечном итоге, заканчивалась благополучно, так что — была ни была!

— Нам всем совсем даже необязательно на поле идти, — говорю я, стараясь скрыть неуверенность, — вы меня здесь подождите, я быстренько тюльпанов нарву и вернусь.

— Правильно, — одобряет Галка, — мы здесь посидим, на обочине.

— Нет, вместе приехали, вместе и на поле пойдем, — ответила Наташа внимательно посмотрев на меня, и тихо добавила — А ты, Галя, можешь остаться, если хочешь.

Остаться одной Галке было еще страшнее, чем идти с нами. Она плетется следом.

Под колючей проволокой мы пролезаем почти без потерь, не считая моей ободранной коленки и кусочка Галкиного платья, оставшегося на колючке. По эту сторону забора мы почувствовали себя какими-то уж очень беззащитными. Я открыла Зонтик и мы втроем стали передвигаться под ним странно боком, мешая и наступая друг другу на ноги. Но, несмотря на все неудобства, желтенькая, крошечная крыша над нашими головами через некоторое время придала нам уверенности и мы повеселели.

А вот и первый тюльпан! И еще… и еще! Тюльпаны были совсем некрупные, но их становилось все больше и больше. За первыми мы отбегали в сторону ненадолго и быстренько возвращались назад под Зонтик. Потом, все больше и больше смелея, мы разбрелись по полу, бегая за самыми крупными, показывая их друг другу, весело перекрикиваясь издалека. Нами овладел настоящий охотничий азарт. Скоро в руках у нас было по огромному букету, цветы падают на землю, но остановиться трудно. Я несу тюльпаны на открытом и опущенном к земле Зонтике. Не знаю, сколько это продолжается, только мы вдруг почувствовали, как мы устали. Оказывается, мы были уже рядом с какими-то самолетами, только людей мы так нигде и не видели.

Мы сели в тени самолета, перебирая цветы, откладывая в сторону мелкие и увядшие. Цветов было много, даже очень много. Гораздо больше, чем мы как-то могли бы объяснить их появление, даже при наличии одной из моих фантастических историй. Интерес к ним стал угасать. Теперь мы вдруг заметили, что солнце уже почти село, тени стали длинными, подул свежий ветерок и настроение наше упало. Честно говоря, я теперь не представляю, в какую точно сторону мы должны возвращаться домой.

— И зачем только я тебя послушалась, поехала за твоими дурацкими тюльпаааанами — заревела вдруг Галка, — мамочка праааавильно говорила, ты меня в беду заведееееешь!!!…

В довершение нерадостной картины мы увидели движущуюся по полю грузовую машину. Вот это мы теперь точно, влипли в историю!

Прекрасно понимая, что я в этой истории виновата, я выскочила навстречу машине и замахала руками, машина остановилась. Оттуда выглядывал перепуганный водитель. Наверное никак не ожидал увидеть посредине летного поля, вдалеке от любого жилья, растрепанную девчонку, размахивающую желтым зонтиком.

— Дяденька, дяденька, подождите, пожалуйста! — заорала я изо всех сил. — Мы не диверсанты какие-нибудь, видите у меня это только Зонтик, он маленький, я с ним ни от куда спрыгнуть не смогу, ни из какого самолета,… хотя может быть с крыши смогу, если не высоко,… да и то, одна если, а не с Наташей,… или, тем более с Галкой!… Мы тут только цветы… а потом их много стало… мы уже больше не будем… Галку домой надо, а то…

Больше я пока не знаю что говорить, но этого было достаточно, чтобы водитель развернул машину и подъехал к нам.

— Ну и как вы тут, «недиверсанты» оказались? — улыбаясь спрашивает он.

Затем вдруг делает сердитое лицо —

— А вот я вас сейчас в милицию отправлю, там с вами разберутся, ишь, чего придумали, по летному полю гулять! А если бы вы под самолет попали, кто бы за вас тогда отвечал?

Галка заревела с новой силой —

— Это все Ииииркааааа придумалааааа… мне мамочка с ней не велела водиться!

— Нет, — сказала Наташа, — мы сами с ней напросились, мы тоже виноваты.

Хорошая она все-таки девчонка, справедливая, только ведь это действительно моя история, мне и отвечать.

— Это точно, я придумала, — вздыхаю я, — так что, давайте уж только меня в милицию… чего уж там…

Я протянула ему обе руки, как для наручников, так, я видела, в кино преступники делают. Водитель посмотрел на меня и засмеялся.

— Тебе ведь, небось, и так дома влетит по первое число?

— Да уж, достанется…, наверное что-нибудь особенное придумают, я ж еще и девчонок с собой прихватила…

— Ладно, если вы мне обещаете, что точно все родителям расскажете, и на поле это ни ногой… никогда больше, не буду я вас в милицию отправлять и даже до дома вас довезу, вот только бочки у вон того самолета выгружу, — строго сказал водитель.

Мы быстренько забрались в кабину и притихли. Разговаривать не хотелось. Да и о чем разговаривать, и так ясно, что ничего хорошего дома нас не ждет.

— А я ведь тебя знаю, — повернувшись ко мне, сказал водитель, — ты ведь Василия Антоновича дочка, правда?

— Да, — удивилась я, — а откуда вы меня знаете?

— Я с твоим отцом раньше работал, он у меня мастером был. Хороший мужик! А про твои приключения он нам частенько рассказывал. Ты с ним еще в прошлом году на празднике Победы 9 мая, вместе с нашим цехом на митинге была, помнишь? Там я тебя и видел. Меня дядей Гришей Самохваловым зовут.

— Спасибо, дядь Гриша. Это — Наташа, а это — Галка, мы и вправду больше не будем!

— Ну-ну, — засмеялся дядя Гриша, — поглядим!

Он выгрузил бочки и мы поехали по уже темнеющему полю к воротам, а затем дальше… Только мы уже ничего больше не видим, мы спим, сбившись к кучу, сморенные этим длинным, весенним днем, солнцем, забыв на время все тревоги и страхи.


Нужно ли говорить, что встретили нас во дворе встревоженные родители, которые уже успели вытрясти из девчонок, куда мы отправились и сообщить в милицию. В первый момент все были рады нас видеть живыми, здоровыми и быстро увели по домам, осмотреть и убедиться, что ничего с нами плохого не случилось. А потом…

Мама моя частенько практиковала «отстой в углу» для обдумывания или изоляции меня от остального мира. В этот же раз, мой день рождения закончился тем, что папка — мой все всегда понимающий папка, отправил меня в угол и велел серьезно думать над моим поведением и дальнейшей жизнью. И это после того, как я честнейшим образом рассказала ему все события сегодняшнего длинного дня! Видно плохи мои дела — неправильно я живу!

И я стала думать… и еще думать… и еще… Родители спать захотели, велели из угла выйти, только я отказалась, не выйду, пока до конца не додумаю! Так до конца ничего и не додумав, в углу же я и крепко уснула, не проснувшись, когда меня перенесли на кровать.

Утром был обычный будничный день, только провела я его в соседнем дворе с собакой Динкой. Рассказывала ей опять и опять весь вчерашний день, вспоминая новые и новые подробности, все стараясь найти момент, где же мне нужно было все-таки остановиться…


Содержание:
 0  вы читаете: Зонтик : Ирина Турчина  1  Кино — глава 2 : Ирина Турчина
 2  Щенки — глава 3 : Ирина Турчина  3  продолжение 3
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap