Приключения : Путешествия и география : ГЛАВА 4 : Луи Буссенар

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  64  66  68  70  72  74  76  78  80  82  84  85

вы читаете книгу

ГЛАВА 4

Ложная оттепель.– Гренландская обувь.– Собачьи бега.– Падение.– Гренландский кнут.– Шесть лье в час.– Как режут уши.– Хозяин на борту.– Капитан собак.– Все лед да лед.– Веселость неистощима.– Ледяной лоцман.– Пан-Флай.– Центральный ледник и полярное море.– Арктический пролив.– Тревога.


Недалеко от континента, метко названного Землей Отчаяния, мороз стал слабеть. За два дня температура с двадцати четырех градусов ниже нуля поднялась до четырех, потом опустилась до семи и так и держалась. Когда же «Галлия» вошла в гавань Юлианехоба, температура резко повысилась до плюс двенадцати градусов, как это часто случается в южной части Гренландии.

Льдины таяли буквально на глазах, но китоловы считали, что еще не кончились холода. И действительно, на третьи сутки ртутный столбик термометра внезапно опустился до минус десяти градусов, и повалил снег такой, какого жители умеренного пояса никогда не видели. Канал быстро покрылся толстым слоем льда.

Пришлось задержаться в Юлианехобе; утешались тем, что похолодание не застало экспедицию в открытом море и не помешало войти в порт. Здесь, по крайней мере, корабль был защищен от льдов и ветра, особенно сильного в конце арктической зимы. К тому же за несколько дней, проведенных у гостеприимных эскимосов, де Амбрие успел закупить упряжных собак и теплую обувь. Жители Гренландии носили прекрасные сапоги, совершено непромокаемые. Они пришлись весьма кстати, поскольку приобретенные во Франции могли оказаться в полярных условиях очень непрочными.

Гренландские сапоги – чудо мастерства, удобные и очень изящные. Они сшиты из тюленьей кожи, нитками служат тюленьи жилы, приобретающие при обработке необыкновенную гибкость. Готовые сапоги выставляют попеременно то на солнце, то на мороз, отчего они становятся совершенно белыми и их можно выкрасить в любой цвет.

Такие сапоги де Амбрие и заказал для всего экипажа. Сапожницы тотчас принялись за работу, а их мужья занялись доставкой упряжных собак, наперебой расхваливая выносливость и силу псов.

Жителей в Юлианехобе всего сто пятьдесят, зато собак чуть не тысяча. У де Амбрие глаза разбегались, он не знал, каких выбирать.

Собаки были небольшие, но мускулистые и очень красивые. Уши торчком, морда острая, как у шакала. Пушистые, загнутые калачом хвосты, длинная шерсть, защищавшая от полярного холода.

Чтобы позабавить свой экипаж, а также посмотреть собак в деле, капитан решил устроить собачьи бега, к великой радости гренландцев, в душе настоящих спортсменов. Поле для состязания приготовила сама природа, и шесть саней,– в каждых упряжка из двенадцати собак,– вытянулись в ряд. Собаки нетерпеливо скулили в ожидании сигнала. Поглядеть на состязание собрались мужчины, женщины, дети. На снегу красиво выделялись их разноцветные сапоги. Пришли даже сапожницы, оставив на время работу.

Капитан и доктор, закутанные, как настоящие гренландцы, сели в сани Ганса Игаллико – не только хорошего лоцмана, но и отменного погонщика собак. В остальных санях разместились по два матроса, утонувших в мехах и нещадно дымивших трубками.

«Колонибастирере» 39 Юлианехоба, исполнявший обязанности стартера, держал наготове хлыст. Собаки напряженно ждали сигнала.

– Вы готовы, капитан? – спросил он.

– Готов! – ответил де Амбрие, подавшись вперед в ожидании толчка.

Щелкнул хлыст, и в следующее мгновение толпа разразилась хохотом. Четыре матроса, не удержавшись, вылетели из саней и растянулись на снегу, забавно раскинув руки и ноги и крепко выругавшись, каждый, разумеется, на своем наречии.

– Это фальстарт 40 ,– смеясь сказал доктор.– Ну что, ребята, живы?

– Четыре трубки разбили,– проворчал Плюмован.

– Это не по моей специальности,– заявил доктор.– Полезайте обратно, да смотрите опять не свалитесь!..

Моряки сели, вновь щелкнул кнут, и упряжки понеслись, скрывшись в облаках снежной пыли…

Вслед раздались громкие, радостные крики.

– Эх, черт возьми! Просто здорово!

Потрясающее чувство – мчаться со скоростью двадцати пяти километров в час, мягко скользя по снежной равнине. Кругом белый пушистый снег, ну прямо пуховая перина! Из-под лап бешено несущихся псов вырывается искрящийся снежный вихрь, и седокам, ослепленным мельчайшей снежной пылью, не хватает дыхания. Ну и ну! Все закрывают рты, часто моргают, стараются дышать носом, защищая его толстой меховой перчаткой.

Иногда собака делает неверный шаг, спотыкается, замедляя движение упряжки.

Вы думаете, погонщик растеряется от такой мелочи? Ничуть не бывало! Щелк! Раздается сильный удар хлыстом – и неловкий пес, скуля и воя, неизвестно как обретя равновесие, вновь бежит наравне с остальными. Да, хлыст, именно хлыст используется в столь нелегком деле. Он наверняка бы не понравился членам общества защиты животных, но без него нет повиновения, дисциплины и, можно даже сказать, нет упряжки.

Как, в самом деле, можно поддерживать порядок в этой довольно многочисленной своре, состоящей из собак с таким разным темпераментом! Одни

– ленивы, своенравны и непослушны, другие – быстры, умны и смелы, и все вместе страстно любят охоту.

Не имея хлыста, погонщик мог бы легко оказаться во власти собачьих фантазий, вздумай его питомцы поохотиться на лисицу или полярного зайца, ведь у них нет ни удил, ни поводьев, упряжка снабжена лишь простыми ременными лямками.

Эскимосский хлыст – этот двоюродный брат московского кнута, прекрасно отвечает как своему назначению, так и расхожей истине: чем немилосердней средство принуждения, тем оно эффективнее.

Длина его, наводящего такой страх на собак, должна на полтора метра превышать длину постромков, какой бы ни была общая длина упряжки, но рукоятку оставляют неизменной, ограничивая семьюдесятью сантиметрами.

Хлыст делается из тонкой полоски недубленой тюленьей кожи, которая заканчивается прядью высохших сухожилий, с помощью которой умелой рукой точно направляется удар в нужное место.

Непослушного пса сначала призывают к порядку окриком.

Погонщик выкрикивает кличку нарушителя и громко щелкает хлыстом. Если провинность повторяется, он бьет собаку по бокам, вырывая при этом клок шерсти. Наконец, в случае намеренного упрямства, ловким ударом хозяин, не колеблясь, может содрать с обнаглевшего пса кусок кожи.

И вот, спустя пять минут после начала гонок, эскимос, недовольный одной из собак, наглядно продемонстрировал капитану действие разящего хлыста, Пес, находившийся в середине упряжки, уже второй раз нарушал дисциплину.

– Аш! Аш! – гневно закричал погонщик и добавил на ломаном английском:

– Проклятая животина мешает бежать другим. Погодите-ка немного, капитан. Вот я ей покажу! Останется с рваным ухом – будет хороший урок.

И, дождавшись новой ошибки нерадивого четвероногого, он взмахнул своим ужасным оружием, и быстрым, великолепно рассчитанным движением заставил конец хлыста закрутиться вокруг уха преступника и отрезать его как бритвой.

Получив суровый урок на будущее пес завыл от боли, и этот вой тут же подхватила вся свора.

…Пробежав нужное расстояние, упряжки повернули обратно и скоро остановились перед стартером в том же порядке, как и при отправлении. Они бежали со скоростью шесть лье 41 в час, и ни одна не отстала и не опередила других. Не зная, как сделать выбор, капитан решил не обижать торговцев и купить у каждого по пяти собак.

Таким образом, на борт «Галлии» привели тридцать животных Там они очень скоро освоились, тем более что их хорошо накормили. Особенно усердствовал Плюмован упрашивая де Амбрие позволить ему заботиться о четвероногих друзьях и выучить их французскому языку, за что получил прозвище собачьего капитана…

Два дня спустя, 23 мая, «Галлия» вышла из Юлианехоба, где простояла десять дней. Лоцман Игаллико уговаривал капитана задержаться из-за мороза еще, но тот был непреклонен.

Уже через сутки опасения эскимоса подтвердились. Над экипажем нависла опасность. Перед матросами открылся новый, совершенно незнакомый мир.

Со всех сторон на корабль надвигаются льдины. С оглушительным треском громоздясь друг на друга, они грозятся раздавить «Галлию». Кажется, будто сама природа хочет сокрушить единственное в студеном море творение рук человеческих – парусник, осмелившийся войти в царство льдов.

Плыть приходится все время в тумане. Но когда под порывами южного ветра он исчезает, можно наблюдать игру самых разнообразных красок. Вся команда зорко следит за льдинами, отталкивает их баграми.

И все же судно то и дело наскакивает на огромные глыбы – их основание скрыто под водой, а вершины не видно в тумане. «Галлия» вздрагивает, на миг останавливается и плывет дальше. Все, что есть на борту, плотно укреплено на тот случай, если придется идти на таран.

Капитан был полон решимости продолжать путь, и команда, глядя на него, не падала духом. Присущая французам веселость помогла им в самых трудных обстоятельствах. Плывя по каналу, где один берег представлял собой ледяную равнину и по-гренландски назывался «флой», а второй – беспорядочное нагромождение льдин под названием «нак», морские волки шутили и смеялись, хотя не знали, куда приведет их этот канал.

Послушаем, о чем же беседовали моряки.

Плюмован, большой шутник и балагур, задумавшись о чем-то, вдруг крикнул китобоя:

– Мишель!

– Ну!

– Великолепная идея! А что, если, возвратившись из экспедиции, мы зафрахтуем эдакое миленькое суденышко и вернемся сюда ловить льдины, чтобы продавать их где-нибудь на экваторе беднягам, изнывающим от жары.

– Эх, голова! Это уже без тебя давно придумали. В Америке в Гудзоновом заливе пароходы режут лед как пилой, потом его упаковывают в войлок вперемежку с опилками и отправляют на Антильские острова, в Мексику, в Луизиану…

– Сколько же ливров это стоит?

– Четыре су.

– Черт возьми! Ну и хитрюги эти американцы. Мишель!

– Ну что еще?

– Слушай, ты о льдах все на свете знаешь, значит, должен мне кое-что объяснить.

– Времени нет, сейчас надо держать ухо востро. Пропорем обшивку ненароком.

– Но это не причина, чтобы совсем заткнуться,

– Болтовня мешает мне работать.

– Во, гляди-ка, немного прояснилось. Можно сделать передышку.

– Да я это и без тебя вижу, но справа по борту фло.

– Что-что?

– Это поле морских льдов, застывшая на месте морская вода. Корабль должен обогнуть его, здесь пройти невозможно.

– А там, глянь-ка, слева по борту… Холмы, дюны, ледяные скалы, и все это тянется, конца-края не видно. Можно подумать, что они соединяются с этим, как его, с фло.

– Это паковый, то есть многолетний, лед.

Льдины, пришедшие с Севера, пригнанные течениями и бурями, громоздились друг на друга, крепко спаянные полярным холодом. Но солнце все растопит, расколет дрейфующие айсберги на куски.

– Гром и молния! Да они кругом, повсюду… Ух, видно мой носище совсем побагровел, просто отваливается от холода.

– Температура – минус двадцать.

– Ну тогда здесь все вот-вот замерзнет, и я просто не представляю, как мы еще умудряемся плыть.

– Здесь течение мешает воде замерзнуть.

– Ну, а потом что?

– Найдем центральный ледник, который служит барьером, преграждающим путь свободным водам Севера.

– А как же мы пройдем?

– Да ведь летом ледоход будет.

Пользуясь внезапным приступом красноречия, охватившим китобоя, который получил наконец передышку, кочегар выяснял удивительные вещи и тщетно искал в своем родном диалекте эквиваленты необычным по форме и звучанию названиям полярных льдов.

– Иностранцы, в основном англичане, пришли сюда первыми, и дали многим явлениям и предметам свои наименования.

Баск продолжал объяснения, перепрыгивая с пятого на десятое, а парижанин внимательно слушал и старался запомнить как можно больше.

Дальше Плюмован узнал, что доступ к полюсу загораживает громадный центральный ледник, за ледником полярное море. В леднике есть пролив, но обнаружить его почти невозможно. Поиск этого пролива – одна из главных целей экспедиции; ведь от пролива до полюса рукой подать.


Содержание:
 0  Французы на северном полюсе : Луи Буссенар  1  * Часть первая. ПУТЬ К ПОЛЮСУ * : Луи Буссенар
 2  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар  3  ГЛАВА 3 : Луи Буссенар
 4  вы читаете: ГЛАВА 4 : Луи Буссенар  5  ГЛАВА 5 : Луи Буссенар
 6  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар  8  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар
 10  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар  12  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар
 14  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар  16  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар
 18  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар  20  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар
 22  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар  24  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар
 26  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар  28  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар
 30  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар  32  ГЛАВА 12 : Луи Буссенар
 34  ГЛАВА 14 : Луи Буссенар  36  ГЛАВА 1 : Луи Буссенар
 38  ГЛАВА 3 : Луи Буссенар  40  ГЛАВА 5 : Луи Буссенар
 42  ГЛАВА 7 : Луи Буссенар  44  ГЛАВА 9 : Луи Буссенар
 46  ГЛАВА 11 : Луи Буссенар  48  ГЛАВА 13 : Луи Буссенар
 50  ГЛАВА 15 : Луи Буссенар  52  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар
 54  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар  56  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар
 58  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар  60  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар
 62  ГЛАВА 12 : Луи Буссенар  64  ГЛАВА 14 : Луи Буссенар
 66  ГЛАВА 16 : Луи Буссенар  68  ГЛАВА 1 : Луи Буссенар
 70  ГЛАВА 3 : Луи Буссенар  72  ГЛАВА 5 : Луи Буссенар
 74  ГЛАВА 7 : Луи Буссенар  76  ГЛАВА 9 : Луи Буссенар
 78  ГЛАВА 11 : Луи Буссенар  80  ГЛАВА 13 : Луи Буссенар
 82  ГЛАВА 15 : Луи Буссенар  84  ГЛАВА 17 : Луи Буссенар
 85  Использовалась литература : Французы на северном полюсе    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap