Приключения : Путешествия и география : ГЛАВА 13 : Луи Буссенар

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  47  48  49  50  52  54  56  58  60  62  64  66  68  70  72  74  76  78  80  82  84  85

вы читаете книгу

ГЛАВА 13

Три склада провизии на льдине.– Дурная погода.– Раненый медведь.– Французы и немцы.– Агония корабля.– Падение мачты.– Начало оттепели.– Бедствие.– Гибель «Германии».


Итак, льдина пришла в движение, а вместе с ней и корабль – он был полностью во власти стихии.

Капитан серьезно тревожился: как бы «Галлия» не разбилась, не потонула.

Однажды, когда половина команды отправилась с собаками на охоту, ледяная стена перед кораблем вдруг исчезла, провалилась в образовавшуюся трещину. К этой стене, как помнит читатель, была пристроена загородка для собак. Случись это раньше, уцелевшие от гренландской болезни собаки неминуемо погибли бы.

«Галлия» уткнулась носом вниз и осталась под наклоном в двадцать пять градусов.

Капитану стало не по себе при мысли о той ужасной опасности, которой подвергался теперь каждую минуту корабль.

Матросы в ужасе и отчаянии толпились на палубе.

А корабль накренялся все больше.

– Не робейте, ребятки! – крикнул де Амбрие.– Я отвечаю за все!.. Скорее спасайте провизию!

Необходимо было сохранить хоть что-нибудь на завтрашний день, а там видно будет. Но успеют ли?

Капитан первым бросился в трюм, где была складирована провизия. За ним последовали матросы.

К несчастью, температура в этой части корабля была очень низкой. За зиму образовалась плотная корка льда, которая покрывала стены, тюки с провизией оказались плотно спаяны друг с другом. Нужны были топоры, пилы, ледоруб, чтобы разъединить их. Сколько потерянного времени, титанических усилий, и все лишь для того, чтобы поднять и вытащить продукты, которых едва хватит на двадцать дней. Но этим дело не ограничивалось. Продовольствие – единственный запас на завтра – нужно было перенести на лед. Но каким образом? Веревки, покрытые льдом, стали толщиной с ногу, шкивы затвердели, как мельничные жернова. Следовательно, невозможно было закрепить таль.

Наконец прибыли охотники и принялись энергично помогать. Обязанности тщательно распределили между всеми членами экипажа, и судно, которому грозила гибель, превратилось в гудящий улей. Началась лихорадочная, почти отчаянная работа, требующая поистине нечеловеческих усилий, и вряд ли бы люди выдержали такую нагрузку, если бы не чувство долга и крайняя необходимость, удесятерявшая их силы.

Мостик был покрыт толстым слоем снега, что затрудняло ходьбу.

Наконец веревки и шкивы освобождены от ледяной корки, затем освободили и шлюпку, похороненную под двухметровым слоем льда. Фриц получил приказ наладить работу машинного отделения, но перед сильными холодами паровые котлы полностью освободили. Не было пресной воды, чтобы наполнить их и привести в рабочее состояние, правда, механик не растерялся. Он сделал своеобразный рукав из плотной ткани, матросы наполнили его снегом. Снизу это сооружение подогрели, и вот, вещь почти невероятная, меньше чем через три часа паровой котел заработал! Правда, перед этим пришлось еще немало поработать, разбивая кирками застывший как гранит уголь. После того, как машина заработала, можно было опускаться в трюм за тысячей разнообразных вещей, скопившихся там.

Первый склад был предусмотрительно расположен в ста метрах от корабля, там, где лед был покрепче. На сани погрузили бочонки и ящики и быстро перевезли в палатку. Так прошли почти сутки, люди работали не переставая, а ситуация, если это вообще было возможно, становилась все хуже. Экипаж разделился на две части. Одна осталась в палатке, выставив часовых, которые менялись через каждый час, чтобы поднять тревогу в случае появления белых медведей, привлеченных запахом псины и продовольствия. Другая – находилась на корабле, готовая покинуть его в случае крайней опасности. Несмотря на вой ветра и скрежет льда, матросы уснули, но сон их был тревожным и беспокойным. Из предосторожности капитан приказал погасить калорифер. В спальнях стоял холод, но люди, забравшись по трое в меховые спальные мешки, казалось, не чувствовали этого. Их товарищам, спавшим в палатках, приходилось гораздо хуже. Предосторожность де Амбрие не была излишней. В час ночи раздался оглушительный треск и матросы почувствовали сильный толчок. Шхуна переваливалась с борта на борт, началась настоящая качка, которой никто не ожидал. Из-за тряски калорифер упал на пол. Если бы он был наполнен углем и работал, без сомнения начался бы пожар. Испуганные моряки вскочили на ноги, схватили карабины, сумки с багажом и, шатаясь, начали спускаться по лестнице.

Погода еще больше ухудшилась, но тревога оказалась напрасной, пока ничего страшного не произошло. В четыре часа работа возобновилась с прежним усердием. Люди, хорошенько подкрепившись и запив завтрак доброй порцией рома, гораздо спокойнее смотрели на возможность катастрофы. За зиму они прочли огромное количество рассказов арктических путешественников и знали, что очень часто полярники, лишившись корабля, тем не менее удачно заканчивали экспедицию. Со своей стороны де Амбрие после серьезных размышлений остановился на плане, который, казалось, отвечал всем необходимым требованиям. Капитан считал, что «Галлия» почти потеряна. Хотя вода не проникла внутрь судна, еще было неизвестно, сможет ли шхуна освободиться из плена во время ледохода?

Как мы помним, на корабле продовольствия хватило бы по меньшей мере года на три, поэтому было решено сделать следующее: три склада с провизией, в каждом – продовольствия на год, расположить на льдине вокруг шхуны в наиболее безопасных местах. Каждый склад должен содержать продукты, спиртное, чай и кофе, медикаменты, одежду, оружие, инструменты, а также сани и лодку. То есть все, что необходимо для жизни. Таким образом, если судьбе будет угодно потопить корабль и, что уж совсем маловероятно, погубить два склада, то останется третий, в котором исследователи найдут средства к существованию.

Каждый склад охраняли четыре человека во главе с офицером, а также шесть собак. Капитан остался на борту с боцманом Геником, механиком Фрицем Германом и двумя собаками – бдительными часовыми, обладающими тонким чутьем и способными вовремя предупредить о приближении непрошеных гостей. Время от времени часовые перекликались, так что в случае тревоги все были бы предупреждены вовремя. В случае опасности всем приказывалось немедленно спешить на помощь пострадавшим.

Работа выполнялась быстро и точно, дисциплина на корабле оставалась железной. Матросы уже не раз доказывали, что могли отлично справиться с самым трудным заданием, в каких бы сложных условиях они ни оказывались. Погода стояла поистине ужасная. Буря все не унималась. Свирепые порывы ветра сталкивали льдины друг с другом. Снег падал густыми плотными хлопьями, буквально ослепляя людей, в двадцати метрах ничего не было видно. Время от времени ветер разгонял тяжелые свинцовые тучи. но эти кратковременные просветы как будто усиливали ярость бушующей стихии, и она вновь обрушивалась на корабль с еще большим неистовством. Внезапно появилось солнце. С непривычки у матросов заболели глаза, a у некоторых начались сильные мигрени. Странная вещь, хотя с появлением солнца температура окружающей среды практически не повысилась, тем не менее на кожу солнечные лучи действовали очень сильно, почти болезненно. Получалось, что человек, стоя на солнце, с одной стороны как бы поджаривался и сильно охлаждался с другой. Ночью температура опускалась до минус тридцати, а днем повышалась до минус двадцати, что было вполне терпимо.

Люди страшно уставали от тяжелой работы. Вечером они быстро засыпали, совсем измучившись за день, а утром просыпались с неприятным чувством, хорошо известным тем, кому приходилось ночевать в снегу. Кажется, что замерзли даже глаза, почти невозможно поднять тяжелые веки, покрытые льдом, десны онемели так, что приходится энергично растирать их, чтобы восстановить нормальное кровообращение. Впрочем, матросы спали не совсем «в снегу». Они, по совету Ужиука, построили снежную хижину – илгу на манер эскимосских жилищ и худо-бедно ютились под этим примитивным кровом.

Разгрузка шхуны, начавшаяся восемь дней назад, была почти закончена. Осталось спрятать каждый склад так, чтобы до него не добрались грабители-медведи, совсем обнаглевшие от голода. Когда погода прояснялась, моряки посматривали в сторону немцев, о которых по безмолвному соглашению почти никогда не говорили. Лишь иногда, во время короткой передышки, кто-нибудь из матросов перемигивался с товарищем и, указывая на «Германию», перебрасывался парой фраз:

– Что плохо для одного, не лучше и для другого.

– Им, должно быть, не веселее, чем нам.

Вот, пожалуй, и все. Но на первый взгляд пустячное происшествие в скором времени заставило матросов «Галлии» столкнуться с немцами поближе.

Однажды, заканчивая устройство третьего склада, парижанин и неразлучный с ним Дюма вдруг увидели перед собой огромного белого медведя.

– У нас гость!..– вскричал кок.– Где мое ружье?

Плюмован на сей раз оказался проворнее товарища и прицелился, но медведь обратился в бегство. Пуля настигла его, но зверь, зарычав от боли, не остановился.

Дюма тоже выстрелил – косолапый, дважды раненный, продолжал бежать.

– Какая досада! – вскричал Тартарен.– Слушай, Плюмован, неужели мы дадим ему уйти?

Друзья погнались за зверем, на ходу продолжая стрелять. Одна лапа у медведя была перебита, и он волочил ее.

Увлекшись погоней, французы не заметили, как добежали до «Германии», где подранок наконец рухнул, громко рыча от боли и ярости.

Полагая, что никому и в голову не придет оспаривать у них добычу, приятели весело шагали к своему трофею, как вдруг заметили, что пятеро матросов с «Германии» потащили его на свой корабль.

– Извините, господа,– сказал парижанин,– но медведь этот наш: мы его убили.

Немцы не обратили на его слова никакого внимания, но Артур не желал уступать и, схватив медведя за лапу, потащил в свою сторону.

Тогда здоровенный рыжий детина замахнулся на Плюмована ножом.

Дюма мигом прицелился в противника и крикнул:

– Убери нож, негодяй, не то выстрелю!

Столкновение было неминуемо. Вдруг с «Галлии» донесся пушечный выстрел и эхом прокатился далеко вокруг.

– Вот тебе раз!.. У нас тревога! – вскричал Фарен.– Бежим назад… А вы, негодяи, подождите!.. Мы еще вернемся!..

Досадуя в душе, но верные долгу, матросы помчались к своему кораблю под улюлюканье немцев.

Вот что произошло на «Галлии».

Капитан, услыхав стрельбу, навел бинокль и увидел Плюмована и Дюма, гнавшихся за медведем. Матросы бежали в сторону «Германии», капитан досадовал, но ничего не мог поделать. Когда же дело дошло до столкновения, он поспешил к сигнальной пушке и выстрелил.

На этот раз обошлось без нагоняя. Де Амбрие только предупредил Плюмована и Дюма, чтобы впредь избегали любого общения с немцами.

– А если они нас зацепят?

– Случится что-нибудь серьезное, я сумею защитить вашу честь и вашу жизнь… Смотрите не нарушайте больше приказа!

Шли дни за днями, плохая погода сменялась хорошей, но, к сожалению, пасмурных дней было гораздо больше. Иногда казалось, что буря наконец утихла, но через несколько часов она возобновлялась с новой силой. Экипаж жил в постоянном напряжении, так как льдина, уже не скованная сильными зимними холодами, потеряла свою устойчивость. Несмотря на постоянный треск и всякие неожиданные происшествия, вроде падений в снеговые ямы или атаки тюленей, работа шла своим чередом. Здоровье экипажа было хорошим, не считая нескольких воспалений глаз в результате сильного солнечного отражения.

Наступило двадцать первое марта. Казалось бы, благословенный день. Несмотря на короткий дождь со снегом, у всех на устах были добрые слова о вновь пришедшей весне, люди с радостью замечали первые признаки пробуждения природы.

Но вот на холодном и мрачном леднике с новой силой разбушевался ураган. Казалось, никогда еще шум взбесившейся стихии не достигал такой силы. Льдина накренилась и задрожала так, что, казалось, вот-вот разобьется на мелкие куски. Можно было подумать, что внутри ледяного панциря грохотал огромный вулкан, звук был похож на раскаты грома на экваторе. Льдина шаталась все сильнее и буквально за пять минут покрылась огромными трещинами, зигзагами протянувшимися по всем направлениям. С треском откалывались громадные куски льда, рушились в воду и тонули. Кругом царил хаос. Волнение нарастало. Поднимаясь на невидимых волнах, обломки качались и напоминали каменный океан. Шхуна чудом удержала равновесие, хотя уже десять раз рисковала опрокинуться или расколоться.

Капитан, оставшийся на борту с двумя матросами, не терял из виду склады с продовольствием, возле которых находились бесстрашные моряки. Пока что трещины не задели их, но сколько времени это продлится? Каждую минуту де Амбрие боялся, что лед треснет под ними и их поглотит океан. Его сердце бешено билось, когда он видел, как появлялась новая гигантская трещина, из которой поднималось облако белой пены. Так как все время морозило, эти ледяные раны быстро зарубцовывались. Но что, если трещина появится прямо под складом? Капитан колебался, не приказать ли матросам подняться на борт? Но казалось, что часы корабля уже сочтены и на борту даже опаснее, чем на льдине. Внезапно шхуна, накренившись под углом двадцать восемь градусов, вздрогнула от сильного толчка. Ледяная гора подбросила ее вверх, а затем, отвесно рухнув вниз, увлекла с собой судно. Корабль попал в настоящий водоворот. Капитан и матросы с трудом держались на ногах. В то же время раздался страшный треск, но затрещал не лед, а дерево, не выдержавшее удара. Капитан увидел, как фок-мачта заколебалась, а потом переломилась как спичка, увлекая за собой ванты. Вещь почти невероятная, но шхуна не потеряла равновесия! Она удержалась на плаву благодаря тому, что находилась как бы меж двух ледяных стен, которые образовали что-то вроде дока 72 . Если корабль не получил пробоину, значит, он спасен, несмотря на потерю мачты. Во всяком случае, в ближайшее время ему не грозит серьезная опасность. Эта мысль внезапно пришла в голову де Амбрие, увидавшему своих людей, в ужасе размахивающих руками. Извилистые трещины все ближе и ближе подбирались к оставшимся на льдине матросам. Вокруг корабля уже бились волны. Несчастных вот-вот поглотит стихия. Капитан бросился вперед, делая знаки морякам и отчаянно крича: «Возвращайтесь на борт! Возвращайтесь же!» Его голос тонул в треске ломающегося льда, матросы не заметили его знаков и, связанные долгом, не думали покидать свой пост. Охваченный ужасным беспокойством, де Амбрие решил покинуть судно, чтобы попытаться спасти товарищей или погибнуть вместе с ними. Но внезапно буквально в двух шагах от него взметнулся столб пламени. Палубу окутало густое облако дыма, и звук оглушительного взрыва ударил по барабанным перепонкам.

– Черт,– раздался разъяренный крик,– я запутался в канатах.

Это был Геник, который возился возле сигнальной пушки почти оглушенный взрывом. Старый бретонец, буквально придавленный грудой канатов, лихорадочно преодолевал препятствия и, пытаясь освободиться, бессознательно ухватился за шнур, который по чистой случайности оказался у него под рукой, – малейшего усилия было достаточно, чтобы привести в действие запальный фитиль. Услышав этот нечаянный, но так вовремя подоспевший сигнал, моряки, наконец освободившись от инструкций, со всех ног бросились на корабль, побросав сумки на сани, спотыкаясь на льду и шлепая по лужам. Перепуганные собаки бежали впереди. Пять минут спустя все уже были на борту. С собой смогли взять только карабины и самое необходимое. Успели как раз вовремя, так как разрушительная сила достигла апогея. Вокруг чудом спасенного корабля начался ледоход. Льдины, расколовшись на тысячи острых кусков, сталкивались с невиданной силой. Все вертелось в водовороте, рушилось и гремело. На глазах у матросов, в бессильной ярости сжимавших кулаки, один за другим исчезли все три склада. А ведь это были главные ресурсы экспедиции, без которых дальнейшие исследования вряд ли будут возможны.

Буря не утихала. На северной оконечности льдина вздулась и подскочила под действием какой-то неведомой силы. Раздался грохот, похожий на взрыв. Образовался широкий провал, немецкий корабль накренился, потерял точку опоры и, получив, вероятно, пробоину, стал быстро погружаться в воду. Не прошло и десяти минут, как все было кончено. «Германия» погибла.


Содержание:
 0  Французы на северном полюсе : Луи Буссенар  1  * Часть первая. ПУТЬ К ПОЛЮСУ * : Луи Буссенар
 2  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар  4  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар
 6  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар  8  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар
 10  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар  12  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар
 14  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар  16  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар
 18  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар  20  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар
 22  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар  24  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар
 26  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар  28  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар
 30  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар  32  ГЛАВА 12 : Луи Буссенар
 34  ГЛАВА 14 : Луи Буссенар  36  ГЛАВА 1 : Луи Буссенар
 38  ГЛАВА 3 : Луи Буссенар  40  ГЛАВА 5 : Луи Буссенар
 42  ГЛАВА 7 : Луи Буссенар  44  ГЛАВА 9 : Луи Буссенар
 46  ГЛАВА 11 : Луи Буссенар  47  ГЛАВА 12 : Луи Буссенар
 48  вы читаете: ГЛАВА 13 : Луи Буссенар  49  ГЛАВА 14 : Луи Буссенар
 50  ГЛАВА 15 : Луи Буссенар  52  ГЛАВА 2 : Луи Буссенар
 54  ГЛАВА 4 : Луи Буссенар  56  ГЛАВА 6 : Луи Буссенар
 58  ГЛАВА 8 : Луи Буссенар  60  ГЛАВА 10 : Луи Буссенар
 62  ГЛАВА 12 : Луи Буссенар  64  ГЛАВА 14 : Луи Буссенар
 66  ГЛАВА 16 : Луи Буссенар  68  ГЛАВА 1 : Луи Буссенар
 70  ГЛАВА 3 : Луи Буссенар  72  ГЛАВА 5 : Луи Буссенар
 74  ГЛАВА 7 : Луи Буссенар  76  ГЛАВА 9 : Луи Буссенар
 78  ГЛАВА 11 : Луи Буссенар  80  ГЛАВА 13 : Луи Буссенар
 82  ГЛАВА 15 : Луи Буссенар  84  ГЛАВА 17 : Луи Буссенар
 85  Использовалась литература : Французы на северном полюсе    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap