Приключения : Путешествия и география : Письмо четвертое. Тюрьма и воля : Владимир Динец

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4

вы читаете книгу

Письмо четвертое. Тюрьма и воля

Здравствуйте, мои бедные жители Совка!

За время, прошедшее с момента отправки последнего письма, у меня было много приключений, не всегда приятных.

Насколько легко и весело было путешествовать по Италии, настолько трудно и беспокойно — по Австрии. Попутку не поймаешь, на вокзале не переночуешь (там проверяют документы каждый час). За почти месяц, проведенный в Италии, никому и в голову не приходило проверять у меня документы! А здесь при виде полиции приходится каждый раз улыбаться им так радостно, словно встретил лучшего друга и одновременно вспомнил хороший анекдот — иначе того и гляди повяжут. (Еще можно с умным видом читать книжку — интеллигентов обычно не шмонают).

Если у немцев страсть к порядку и аккуратности воспринимается, как забавное чудачество, то у австрийцев это начинает здорово раздражать. Один раз, когда я ночевал на чердаке ратуши, как раз под моим окошком сломался светофор. Была глубокая ночь, и машины проезжали по улице примерно раз в полчаса. Тем не менее пешеходы не только останавливались на красный свет, но и ждали по десять-двадцать минут, прежде чем соображали, что здесь что-то не так. Некоторые так и не решались перейти и шли в обход. Говорят, одна местная старушка в такой ситуации простояла семь часов и попала в больницу с нервным истощением.

Один раз мне приходилось наблюдать аналогичную картину в маленьком закавказском городке. Старенький «жигуленок» простоял под сломанным светофором ровно две минуты, после чего шофер вынул автомат, дал очередь по красной лампочке и спокойно поехал дальше. Пусть я дикий азиат, но такая модель поведения мне как-то ближе.

Совершенно непонятно, как мог в такой стране родиться Моцарт. Но он там родился, и за это можно все простить Австрии, даже Гитлера. Потому что, не будь Гитлера, был бы кто-нибудь другой, а Моцарта никто бы не заменил.

На банкноте в 50 шиллингов портрет Фрейда — жаль было разменивать.

В общем, Австрия мне не понравилась. Что касается Альп, то даже самые красивые уголки не идут в сравнение с Кавказом. Я посмотрел Зальцбург и Вену (роскошные города, но после Венеции уже не производят впечатления — даже собор св. Стефана, которому все же далеко до К„льнского). Потом сел на электричку в Братиславу, надеясь через два часа быть в Словакии.

Черта с два! Меня сняли с поезда, потому что у меня не было визы Австрии

— т. е. страны, из которой я пытался уехать! Напрасно я объяснял, что меня случайно завез сюда шофер грузовика, не говоривший по-английски. С меня потребовали уплатить штраф — пятьдесят долларов.

У меня было около шестидесяти — двадцать в кармане и сорок в спальном мешке. При обыске пограничники нашли только двадцать, остальное не сумели. А взять они имели право только положенные пятьдесят.

— Не может быть, чтобы ты ездил по Европе с двадцатью баксами, — заявили они. — Посиди в камере, может, сознаешься, где деньги.

И они посадили меня к двум похожим на сморчки туркам, которые бегали кругами по камере, потому что им нужна была доза. К ночи у обоих началась ломка — в общем, было весело. Хорошо еще, что я был в тяжелых турботинках.

Естественно, я не раскололся, и утром они отвезли меня на словацкую границу.

— Вон словацкий КПП, — сказали они. — Пройдешь — твое счастье, вернешься — опять посадим.

К шлагбауму выстроилась длинная очередь грузовиков, за которыми я прошел, никем не замеченный. Подозреваю, впрочем, что меня впустили бы и просто так. Никогда не думал, что буду так радоваться возвращению из-за Железного Занавеса! Отойдя метров на триста, я голоснул грузовик (в Словакии с этим вообще просто — автострад нет, и народ попроще). Он шел как раз туда, куда мне надо было — в Татры. Позавтракав в Братиславе, мы весело покатили на восток.

Если Чехия выглядит совершенно западной страной, то Словакия очень похожа на Совок, особенно на Закарпатье. Только поля здесь буквально усеяны пасущимися фазанами, серыми куропатками и здоровенными откормленными зайцами-русаками.

Переночевав у гостеприимного шофера, я на следующее утро добрался до Высоких Татр. Это небольшой (меньше 30 км в длину), но довольно красивый хребтик, к сожалению, слишком освоенный — все склоны в горнолыжных трассах, и даже на самую высокую вершину ведет канатная дорога. Хотя уже начало марта, в Европе только сейчас началась настоящая зима — в горных лесах по колено снега, так что особенно не погуляешь. К тому же у меня здорово гудела голова от выпитой предыдущим вечером паленки — местной фруктовой водки. Она очень хорошего качества, и обычно похмелья от нее не бывает, но уж очень много пришлось выпить.

Низкие Татры мне понравились больше. Они почти нигде не поднимаются выше границы леса, но зато не так освоены. Тут сохранились густые леса — внизу дубовые и буковые, выше еловые и пихтовые, кое-где с европейской лиственницей и кедровой сосной. Конечно, и здесь проложена густая сеть тропинок, испещренных цветными метками маршрутов, но по крайней мере не всегда слышны голоса туристов — уже неплохо.

Все-таки это большое счастье — родиться в Москве, где всего в сотне километров уже почти тайга, а дальше — вся наша дурацкая страна с ее лесами, горами и пустынями (степей уже практически нет). Для жителей Европы ближайший по-настоящему дикий лес — в Северной Швеции.

Я познакомился с туристами из ЮАР, которые заранее забронировали себе номера в отеле маленького поселка Рожнява, на населенном в основном венграми юге Словакии. Один из номеров им не понадобися, так что они отдали его мне. Это была двойная удача: в ящике стола кто-то забыл коробку макарон, а в холодильнике — яйца и ветчину. Так что в отеле я остановился на несколько дней, и, пользуясь солнечной погодой с оттепелью, облазил южную часть Низких Татр с ее скалами, водопадами, красивейшими пещерами: Арагонитовой, Черной и прочими.

Самая же большая пещера этого района, называющегося Словенский Карст (словаки называют свою страну Словения, что приводит к большой путанице, тем более, что жители югославской Словении не подозревают о «тезках») — знаменитая Яскиня-Домница. Я добирался туда полдня, причем последние десять километров пришлось идти пешком. Но чертова пещера была закрыта — не сезон. Я переночевал во входном павильоне и уже хотел уйти, но тут очень кстати подвалила группа шведских спелеологов с проводником, и я увязался за ними в пятичасовой маршрут.

Двухкилометровый участок освещается электричеством, а дальше идет цепочка озер, связанных рекой Стикс — мы проплыли их на лодках и вышли в Венгрии. Но здесь нет междуна-родного погранперехода, так что пришлось вернуться обратно. Впрочем, это одна из самых красивых пещер мира, так что второй раз по ней прокатиться тоже неплохо.

Шведы подвезли меня до старинного города Кошице, где я заночевал на вокзале — теплом, уютном и почти пустом. Там получил от автомата стакан шоколада за 20 наших копеек. При повторной попытке меня схватил за руку неприятный тип, оказавшийся полицейским в штатс-ком. Ой, мамочки! Промурыжили два часа, поставили в паспорте штамп «два года без права въезда в Словакию» (к счастью, на словацком языке) и отпустили, предупредив, что выехать я могу только в Совок, причем в 24 часа. У меня было сильное искушение так и сделать — денег оставалось всего 50 долларов. Все же я решил, вернувшись в Закарпатье, сделать еще вылазку в Венгрию. Но тут мне повстречались наши челноки, которые сообщили, что по одной и той же визе Бундеса второй раз меня из Совка не выпустят.

Будь проклята советская власть и все ее сволочные законы! Пришлось мне, рискуя жизнью, по колено в снегу переходить ночью венгерскую границу. Словацкий КПП я обошел, а на венгерский честно явился — нужно было проставить въездной штамп. К счастью, венгры не понимали по-словацки. Они спросили меня «kalashnikov vezyosh?», посмеялись и пропустили.

К вечеру следующего дня я уже был в Эгере — старинном городке в предгорьях Западных Карпат. Когда-то эта маленькая крепость выдержала многомесячную осаду огромной турцкой армии, став последним рубежом османской экспансии в Европе.

Много лет назад я читал об этом очень интересную книгу «Звезда Эгера» (автора не помню) — она мне очень пригодилась теперь, когда меня спрашивали, что я читал из венгерской литературы (А. Вамбери не считается, потому что еврей).

Народ тут дружелюбный, попутки ловятся отлично, вот с общением трудно.

Мадьярский — не индоевропейский язык, а из родственных ему языков ханты и манси я знаю только слов десять, из них в венгерском обнаружилось всего два. Еще есть кой-какие ненецкие слова (ton — озеро, varos — город, соответствует ненецкому «вейер» — стойбище), немного тюркских и даже старомонгольские — наследие гуннов.

Но этого недостаточно, чтобы понимать вывески и разговаривать с шоферами.

В Будапеште на вокзале сменял арабам 80 бельгийских франков, выдав их за французские. Навар 10 $.

Поскольку денег почти не осталось, а возвращаться домой не хотелось, я обратился в израильское консульство с просьбой разрешить мне въезд в страну как репатрианту. Хотя мой нос должен был бы говорить сам за себя, получение разрешения заняло две недели. Ночевал я все это время на вокзале, в поезде на Стамбул (он подается на перрон в 23:10, а отходит в 7:00). За это время началась весна — солнце, лужи, грачи. Времени у меня было достаточно, чтобы облазить Будапешт с окрестностями и совершить несколько вылазок в другие районы страны.

Леса в Венгрии растут в основном в горах, равнины заняты пуштой — высокотравной степью. Это самая западная часть степного коридора, который тянется сюда через весь континент от самой Манчжурии. Не удивительно, что именно в Пуште останавливались приходившие с востока кочевники — гунны, авары, мадьяры, половцы и монголы. Сейчас она распахана, как и почти все степи мира — остались только крошечные заповеднички, где еще можно увидеть дроф и сусликов.

Будапешт — симпатичный город, прежде всего центр с красивым замком на одной стороне и парламентом в стиле неоготики на другом. Особенно здорово ночью, когда все освещено прожекторами. К северу, выше по Дунаю, тоже приятные места — башни на холмах, развалины римских крепостей. Еще в городе, в основном на окраинах, есть несколько микрозаповедников — кусочки пушты, птичьи озера, пещеры, окаменевший коралловый риф и большие парки. В парке можно покататься верхом (берешь лошадь на час, а катаешься до вечера — никто не замечает), а рано утром там попадаются олени, куницы и даже дикие коты.

Из других городов Венгрии мне больше всего понравился маленький Печ — там есть даже подземная церковь IV века, поверх которой построен средневековый собор.

Красивы берега Балатона — невысокие потухшие вулканчики и горячее озеро, в котором круглый год можно купаться, что я и делал. Ездил я всюду полузайцем, то есть брал билет до первой крупной станции. Попался всего раз. Контролер записал мой адрес и пришлет вам квитанцию на штраф на венгерском языке — не пугайтесь.

В конце концов я получил визу и бесплатный билет на самолет через три дня. За это время успел сделать вылазку через Дьер в Любляну (Словения), но в Хорватию не попал и даже к пещерам Словении не добрался — транспорт там почти не ходит.

Обидно, ведь в Югославии множество интересных мест, и весна уже началась — снег сошел даже в горах.

Это письмо и десять коробок с клубникой вам привезет один знакомый (мы договорились, что одну коробку он может съесть по дороге). Клубника тут дешевая даже в марте. Когда вы его прочитаете, я буду уже в Израиле. Там сейчас лучшее время года — 25 градусов тепла, и все цветет. Домой рассчитываю вернуться примерно через месяц-полтора.

Не волнуйтесь за меня — это я должен за вас волноваться. Наша страна, оказывается, одна из самых опасных в мире. До встречи.

Ваш Володя.

Будапешт, Венгрия.

В Греции очень любят нас, русских, как братьев по православной вере, поэтому с автостопом проблем нет. Я проехал на север по эгейской (восточной) стороне, слазив по дороге на Олимп (только до края леса — выше еще лежал глубокий снег).


Содержание:
 0  Отели без звезд : Владимир Динец  1  Письмо первое. Сквозь занавес : Владимир Динец
 2  Письмо второе. Жизнь на обочине : Владимир Динец  3  Письмо третье. Сказки об Италии : Владимир Динец
 4  вы читаете: Письмо четвертое. Тюрьма и воля : Владимир Динец    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap