Приключения : Путешествия и география : От редактора : Иржи Ганзелка

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  7  14  21  28  35  42  49  56  63  70  77  84  91  98  105  112  119  126  133  140  147  154  161  168  175  182  189  196  203  210  217  224  231  236  237

вы читаете книгу




От редактора

Предлагаемая вниманию читателя книга «Африка грез и действительности» представляет собой описание путешествия двух чехословацких инженеров И. Ганзелки и М. Зикмунда на автомобиле чехословацкого производства. Отправляясь в свою смелую поездку по Африке, авторы не ставили перед собой цели изучить экономику, историю или этнографию народов этого континента. Перед ними была задача, не имеющая прямого отношения к Африке. Сами путешественники сформулировали ее так: «Изучение технических возможностей машины при работе в различных климатических условиях и на разной высоте над уровнем моря, на любых дорогах и при отсутствии дорог. Изучение рынков сбыта с учетом возможности продажи изделий чехословацкой промышленности, в частности автомобилей и мотоциклов. Охват этих рынков и организация надежной сети представительств в тех странах, с которыми Чехословакия до того времени либо совсем не вела торговли, либо торговала в незначительном объеме, но которые могли бы представлять интерес для экспортных целей». Испытание технических возможностей «татры» и организация сбыта чехословацких автомобилей в Африке — такова, следовательно, была главная задача путешествия.

22 апреля 1947 года Ганзелка и Зикмунд стартовали у здания Пражского автоклуба. Через 431 день они погрузили свою «татру» в Кейптауне на пароход, чтобы пересечь Атлантический океан и продолжать интересное, полное трудностей и приключений путешествие уже по новому континенту — Южной Америке. От Праги до Кейптауна чехословацкие путешественники проехали 38499 километров, побывали в Танжере, Марокко, Алжире, Тунисе, Триполитании, Киренаике, Египте, Судане, Эритрее, Эфиопии, Британском и Итальянском Сомали, Кении, Танганьике, Уганде, Руанда-Урунди, Бельгийском Конго, Северной и Южной Родезии, в Базутоленде и Южно-Африканском Союзе.

Отправляясь в путешествие, Ганзелка и Зикмунд ставили перед собой и другую, побочную, задачу: использовать свои путевые впечатления в литературных целях — для репортажа по радио, выступлений в печати и выпуска книги. «Смотреть на мир глазами своих читателей и слушателей и сообщать им о своих переживаниях, наблюдениях, познаниях, опыте и приключениях. Показать им чужие края в неприкрашенном виде и прислушаться к мнениям иностранцев о нашей родине», — так понимали они свою вторую задачу. Чтобы лучше ее выполнить они внимательно наблюдали окружающее, фиксируя свои наблюдения в дневниках и на кинопленке. Вернувшись на родину, Ганзелка и Зикмунд создали интересный фильм «Африка», уже демонстрировавшийся на советских экранах, и написали три тома путевых впечатлений.

«Африка грез и действительности» интересна главным образом тем, что в ней отражены непосредственные впечатления наблюдателей, и притом наблюдателей, относящихся к африканским народам с чувством горячей симпатии. Африка теперь уже не «terra incognita», не неизвестная земля, которую посещали только отважные исследователи. Европейские и американские путешественники, туристы, коммерсанты и военные специалисты стали завсегдатаями на этом континенте. В последнее десятилетие после второй мировой войны к Африке проявляется особый, повышенный интерес и выпускается огромное количество литературы, посвященной ее проблемам. Ганзелка и Зикмунд и не собирались «открывать» Африку. Они хотели правдиво рассказать о том, что видели, ничего не приукрашивая и не искажая, как это делают некоторые путешественники и журналисты.

Основное место в книге занимает, естественно, описание картин природы, особенностей рельефа, температуры, осадков, флоры, фауны и т. д., то есть тех сторон африканской действительности, которые можно наблюдать непосредственно из автомобиля и которые оказывают прямое влияние на его движение.

Читатель, интересующийся физической географией Африки, найдет в книге яркие поэтические описания ее ландшафтов. С живописной выразительностью передают авторы очарование звездных ночей в бескрайних пустынях Африки, грозное и величественное зрелище рождения нового вулкана на берегах озера Киву, разнообразие и красоту высокогорной флоры на альпийских лугах Килиманджаро и сверкание вечных снегов на его вершине. Это, несомненно, лучшие страницы книги.

Хороши также описания девственных лесов Тропической Африки с их богатейшей фауной, могучих рек африканского континента и его необозримых степей. Но, проехав через 21 страну, авторы имели также возможность наблюдать жизнь многих африканских народов: арабов, эфиопов, сомалийцев, масаев, баганда, машона, зулусов и других. Как внимательные наблюдатели, они зафиксировали много интересных деталей, характеризующих образ жизни этих народов, описав их жилища, утварь, обряды, одежду, украшения, фольклор, танцы и музыку. Поэтому и этнограф прочтет книгу Ганзелки и Зикмунда с большим интересом.

Авторы нарисовали правдивые картины исторических и социальных контрастов, которые они наблюдали в странах Магриба и в Египте: с одной стороны, прекрасные памятники древнего зодчества, остатки великой цивилизации и роскошные дворцы знати, а с другой — нищета и неграмотность широких масс населения.

Многие зарисовки этнографических деталей и бытовых особенностей, щедро разбросанные по трем томам книги Ганзелки и Зикмунда, принимают значение разоблачительных документов, вскрывающих демагогию колонизаторов.

Чехословацких путешественников интересуют и политические проблемы Африки: соперничество между различными державами, укрепление позиций американских монополий в африканских колониях, борьба между различными политическими партиями, отношение африканцев к колониальным державам и др.

В Южно-Африканский Союз чехословацкие путешественники попали в период предвыборной кампании и правильно подметили нарастание в стране классовых и национальных противоречий. «Наблюдателю… эта страна в настоящее время представляется пороховой бочкой, к которой подведен быстро догорающий запальный фитиль. Одни — поработители — изо всех сил стараются его погасить, прибегая к жесточайшим мерам. Другие — порабощенные, — составляющие огромное большинство, жадно ждут взрыва. Этот взрыв потребует много жертв, но от него рухнут ворота тюрьмы, в которой на протяжении четырех столетий менялись лишь мундиры тюремщиков».

В общем следует отметить, что Ганзелка и Зикмунд старались «быть ушами и глазами своей родины», страны, народ которой сбросил с себя ярмо капитализма и строит новое, социалистическое общество. Они — принципиальные противники колониальной системы. Наблюдая отсталость экономики и культуры, нищету и угнетение народов, они правильно указывают на колониальное порабощение как на главную причину этой отсталости.

Народы Африки, конечно, отстали в своем развитии не только от передовых стран социализма, но и от буржуазных стран Европы и Америки. Но это совсем не та отсталость, какую описывали путешественники XIX века. Современная африканская действительность весьма противоречива. Наблюдая жизнь африканцев, так сказать, мимоходом, Ганзелка и Зикмунд не могли вскрыть все ее противоречия, не могли остановиться на конкретных фактах национально-освободительной борьбы.

Колониальный режим создал весьма противоречивые условия развития народов Африки. За последние 50 лет на этом континенте появились современные средства транспорта и связи — железные дороги, пароходы, автомобили, почта, телеграф и радио. В районах добычи минерального сырья выросли горнопромышленные центры. Созданы крупные плантации, на которых применяются новейшие сельскохозяйственные орудия и машины. Родились новые общественные классы — пролетариат и буржуазия, появилась национальная интеллигенция. Довольно значительная часть африканского населения живет теперь в городах. Все это необходимо монополиям, чтобы извлекать сверхприбыль, ради которой они и устремились в Африку.

Но вместе с тем африканское население подвергается чудовищной эксплуатации. Монополии беспощадно грабят крестьян, скупая у них за бесценок сельскохозяйственную продукцию и продавая втридорога импортные изделия. Крестьянина обирают колониальные власти, ростовщики, феодалы. Горняки и сельскохозяйственные рабочие на плантациях получают жалкие гроши. Следствие этой эксплуатации — потрясающая отсталость материальной культуры коренного населения. Земледельческие орудия не обновляются, они сейчас так же примитивны, как несколько столетий назад. Крестьянин Тропической и Южной Африки по-прежнему ковыряет землю мотыгой, хотя он уже давно знает преимущества плуга. Сохраняются все те же хижины с их жалкой обстановкой и утварью. Все это отнюдь не проистекает из традиций, привычек или особенностей национального характера. Любители экзотики утверждают, что отсутствие мебели в жилище арабов — это обычай. Действительно, таков обычай, но этот обычай вызван нищетой. Квартиры богатых арабов обставлены роскошной мебелью. А бедняк — что европеец, что араб — ютится в пустой халупе. То же самое можно сказать и про одежду африканцев. Зажиточный африканец одевается в платье из добротной европейской фабричной материи, а бедняк придерживается «обычая» ходить полуголым или одеваться в жалкие лохмотья.

Колонизаторы намеренно держат порабощенное население африканских колоний в невежестве, не дают ему возможности получить образование, лишают медицинской помощи, стараются законсервировать старые обычаи и общественные порядки. Поэтому в Африке и можно еще наблюдать весьма дикие, архаические обычаи.

Но Африка борется за лучшее будущее. Повсюду появились национальные и классовые организации. Почти во всех странах, через которые проехали Ганзелка и Зикмунд, имеются профсоюзы, а в некоторых — и коммунистические партии. Забастовки рабочих стали обычным явлением. Африканские организации включились в международное движение за мир.

В Африке бурно развивается процесс национальной консолидации. Былая племенная раздробленность уходит в прошлое, создаются новые этнические общности — народности и нации. Колониальный режим тормозит этот процесс. Колонизаторы умышленно поддерживают племенную раздробленность, насаждают племенную рознь, используя ее в своих интересах. Но жизнь идет вперед, ломая на своем пути все искусственно создаваемые преграды.

За последние десятилетия отмечается огромный рост национального самосознания народов Африки. Это естественное следствие роста национально-демократических сил, в частности роста интеллигенции и развертывания освободительного движения.

* * *

Большие изменения произошли в Африке за восемь лет, истекших после посещения этого континента авторами книги, и нам представляется целесообразным рассказать о них читателю, хотя бы и в самых общих чертах.

Страны Магриба по уровню развития национально-освободительного движения всегда стояли впереди других стран Африки. В Марокко, Алжире и Тунисе уже давно существуют профессиональные организации рабочих и коммунистические партии, а также буржуазные и буржуазно-помещичьи партии. Борьба за национальную независимость, за освобождение от гнета иностранных монополий имеет в этих странах свою длинную историю.

Вскоре после окончания второй мировой войны правительство Франции провело в своих североафриканских владениях ряд конституционных реформ. Но эти реформы не удовлетворили, да и не могли удовлетворить национальные чаяния народов, так как они сохраняли в неприкосновенности господство французских колонизаторов. Народы Магриба борются не за частичные уступки со стороны колонизаторов, а за свободу от империалистического порабощения, за право самим распоряжаться своей судьбой и богатствами своих стран.

В октябре 1951 года тунисцы потребовали от Франции предоставления Тунису внутренней автономии. В течение трех лет Франция отказывалась удовлетворить это законное требование, пытаясь любой ценой сохранить в неприкосновенности свое господство в Тунисе. Но всенародное движение, принимавшее такие острые формы, как партизанская война в сельских районах и вооруженные выступления в крупных городах, заставило ее пойти на существенные уступки. В июле 1954 года французское правительство провозгласило «внутреннюю автономию тунисского государства». 3 июня 1955 года было подписано франко-тунисское соглашение, по которому все посты в правительстве Туниса должны принадлежать тунисцам; вместо четырех управлений — финансов, общественных работ, просвещения и связи, — во главе которых стояли французы, созданы министерства, возглавляемые тунисцами. Хотя руководство армией, полицией и внешней политикой остается в руках французов, хотя Тунис не перестал быть колонией, создание однородного национального правительства тунисцы справедливо расценили как первый успех на пути к полному осуществлению своего права на самоопределение, к демократическому управлению всеми делами. Это компромиссное решение, несомненно, свидетельствует о первом серьезном поражении французского империализма в Африке.

Не менее острые формы принимает национально-освободительное движение и в Марокко. Французские власти в августе 1953 года низложили и сослали на Мадагаскар марокканского султана Сиди Мохаммеда бен-Юсефа, не пожелавшего слепо выполнять их приказы. Этот антиконституционный акт французских властей, означавший ликвидацию последних остатков политических свобод, вызвал возмущение самых широких народных масс. В Касабланке, Маракеше и других городах состоялись массовые патриотические демонстрации. В августе 1954 года, в первую годовщину произвола французских властей в Марокко, состоялась крупнейшая в истории марокканского рабочего движения политическая забастовка. 20 августа 1955 года в связи со второй годовщиной низложения бен-Юсефа марокканцы вновь вышли на улицы, требуя возвращения султана из ссылки. Колониальные власти попытались расправиться с народным движением при помощи оружия. На насилие марокканцы ответили насилием. В ряде мест происходили настоящие военные действия, в которых с французской стороны участвовала не только пехота, но также авиация, артиллерия, бронетанковые части и даже парашютисты. Военные действия с перерывами продолжались в разных местах в течение августа, сентября и октября.

Французские власти были вынуждены уступить и согласиться на возвращение бен-Юсефа. Вернувшись из ссылки, бен-Юсеф создал правительство, которое вступило в переговоры с правительством Франции. В результате этих переговоров 2 марта 1956 года было опубликовано коммюнике, в котором французское правительство торжественно подтвердило признание независимости Марокко.

Алжир французские колонизаторы считают частью Франции и на этом основании до последнего времени вообще отрицали наличие «алжирской проблемы». Но алжирцы думают иначе. Алжир — не Франция и не может быть Францией, говорят они. Алжир — колония, завоеванная, угнетаемая и жестоко эксплуатируемая кучкой монополистов. У Алжира есть своя собственная культура, обычаи и традиции, наличия которых никто не может отрицать.

В течение всего лета и осени 1955 года в Алжире, как и в Марокко, происходили крупные вооруженные столкновения. Но уже прошли те времена, когда политика репрессий по отношению к порабощенным народам приносила желаемые результаты. Даже в империалистических кругах Франции, наученных на горьком опыте во Вьетнаме, начинают понимать, какими последствиями чревата эта политика. Придя к власти в январе 1956 года, правительство Ги Молле заявило о своей готовности начать переговоры с представителями алжирского народа о выработке статута будущего Алжира.

Замечательная особенность национально-освободительного движения в Северной Африке — это взаимная поддержка и братская солидарность тунисцев, алжирцев, марокканцев. Демократические силы Франции, и прежде всего ее рабочий класс и его коммунистическая партия, оказывают народам Северной Африки постоянную энергичную поддержку. Народы других арабских стран также с большим сочувствием относятся к самоотверженной, героической борьбе народов Магриба, оказывая им большую моральную и политическую помощь.

Все это вызывает сильнейшее беспокойство империалистических кругов не только во Франции, но и во всех капиталистических странах, объединившихся в агрессивный Северо-атлантический блок. В планах будущей войны руководители Северо-атлантического блока отводят Северной Африке исключительно большую роль. По всему северному побережью Средиземного моря создана сеть военных и военно-морских баз, а также аэродромов, рассчитанных на обслуживание бомбардировочной авиации дальнего действия. Победа национальных сил в этих странах нанесла бы сильный удар по стратегическим планам Северо-атлантического блока. Борьба народов Магриба за независимость имеет поэтому большое международное значение и пользуется поддержкой всех миролюбивых сил.

Соседняя с французскими владениями бывшая итальянская колония Ливия в 1951 году провозглашена независимым суверенным государством. Однако империалистические державы сохраняют в Ливии свои военные базы, держат здесь свои войска, опутали эту страну кабальными соглашениями о «помощи», что наносит огромный ущерб ее независимости. Но тем не менее Ливия — уже не колония, а суверенное государство. Выражением этой суверенности явилось, в частности, участие Ливии в Бандунгской конференции, а также установление дипломатических отношений с Советским Союзом.

Коренным образом изменилось положение Египта. Ганзелка и Зикмунд были в Египте, когда главой государства был король Фарук, проводивший политику предательства национальных интересов. Мощное антиимпериалистическое движение привело к низложению короля Фарука; в июле 1952 года Египет был провозглашен республикой. В январе 1956 года был обнародован проект новой конституции, подлежащий утверждению путем плебисцита, назначенного на 23 июня 1956 года. В преамбуле проекта конституции говорится о создании общества, в котором будут ликвидированы империализм, феодализм и господство монополий.

Еще раньше, в 1951 году, египетский парламент принял решение о денонсации кабального договора, навязанного Египту Англией в 1936 году. Расторжение этого кабального договора развязало руки египетскому правительству и позволило ему проводить свою самостоятельную политику. Одновременно с денонсацией договора 1936 года правительство Египта денонсировало и конвенцию 1899 года о Судане. Эта конвенция, заключенная после разгрома английскими войсками махдистского государства, прикрывала именем Египта колониальное господство Англии в Восточном Судане. Денонсация конвенции лишила Англию правовых основ этого господства. Народы Судана потребовали вывода английских войск и предоставления независимости. 12 февраля 1952 года Англия была вынуждена подписать с Египтом соглашение о Судане, по которому суданскому народу было предоставлено право через три года, то есть в 1955 году, решить вопрос о будущем статуте своей страны.

Эти три года были заполнены напряженной политической борьбой. Англия пыталась сохранить свои позиции и удержать Судан в рамках империи. Правящие круги Египта настаивали на объединении всей долины Нила в единое государство. Не было согласованной точки зрения по ворпосу о будущем статуте и в самом Судане. Партия Аль-Умма, вдохновителем которой является сын вождя махдистского движения XIX века Абда ар-Рахман аль-Махди, выступала за независимость, против какого-либо союза с Египтом и склонялась к тому, чтобы в той или иной форме сохранить связи с Британской империей. Между тем национал-юнионистская партия, лидером которой является нынешний премьер-министр Судана Исмаил аль-Азхари, стояла первоначально за союз с Египтом, но затем изменила свои взгляды и высказалась за создание суверенного государства. Эволюция взглядов этих крупнейших партий привела в декабре 1955 года к выработке общей платформы.

19 декабря нижняя палата суданского парламента, а 22 декабря и его сенат приняли решение о провозглашении Судана независимой республикой. 1 января 1956 года в Хартуме состоялось торжественное провозглашение независимости Судана.

В колониях, расположенных южнее Судана, не произошло таких существенных перемен, но и здесь восемь лет, истекшие после посещения Африки Ганзелкой и Зикмундом, были заполнены острой борьбой угнетенных народов против колониализма.

В Кении английские империалисты в течение 1952–1955 годов вели настоящую колониальную войну. Сразу же по окончании второй мировой войны демократические силы Кении создали массовую национальную организацию — Союз африканцев Кении, которая поставила перед собой задачу сплотить все народы Кении и поднять их на борьбу за землю и демократические преобразования. В 1952 году Союз африканцев Кении от имени народов этой страны обратился к английскому парламенту с петицией, которая включала следующие требования: передача африканцам земель, захваченных, но не используемых европейскими колонизаторами, ликвидация резерватов и предоставление африканцам права приобретать землю в любой части страны, участие африканцев в управлении страной на общих основаниях с европейцами, ликвидация всех форм расовой дискриминации и др. Вместо того чтобы удовлетворить эти законные требования, что сразу же привело бы к существенному улучшению условий жизни коренного населения, не затрагивая при этом основ английского господства, английские власти встали на путь насилия. Прикрываясь шумихой по поводу угрозы «белому человеку» со стороны организации May-May, 20 октября 1952 года английский губернатор в Кении объявил в стране чрезвычайное положение. И хотя миф о террористической деятельности May-May был вскоре разоблачен, английские власти стянули в Кению крупные вооруженные силы и начали жестокую расправу с мирным населением. В порядке самообороны кенийский народ был вынужден взяться за оружие. Центром вооруженного сопротивления стали лесистые районы гор Абердэр и Кения.

В борьбе против отрядов самообороны Англия использовала артиллерию и тяжелые бомбардировщики. Во время действия «чрезвычайного положения» было убито около 12 тысяч кенийцев; десятки тысяч были заключены в концентрационные лагери. Англия временно одержала еще одну бесславную победу в колониальной войне, но морально-политические позиции английского империализма в Восточной Африке оказались решительно подорванными. Об этом убедительно свидетельствуют как продолжающаяся борьба в Кении, так и события в Уганде.

Народы Уганды решительно потребовали предоставления им независимости. В 1953 году английские власти, привыкшие командовать в колониальных странах, сместили главу феодального княжества Буганда — кабаку Мтеза II, отказавшегося подчиниться английскому губернатору. Произвол англичан вызвал мощное народное движение протеста. Этим движением руководил Национальный конгресс Буганды — массовая антиимпериалистическая организация. Кабака был увезен в Лондон, английское правительство поспешило заявить, что оно никогда не позволит ему вернуться в родную страну. Более двух лет английские власти пытались игнорировать ярко выраженную волю народа Буганды, но, в конце концов, были вынуждены уступить. В 1955 году кабака вернулся в Буганду и занял свой трон. Сплоченный в этой борьбе народ Буганды с новой силой поставил вопрос о немедленном предоставлении независимости.

Три английские колонии в Центральной Африке — Южная Родезия, Северная Родезия и Ньясаленд — в 1953 году были объединены в Федерацию Родезии и Ньясаленда. Идея создания такой федерации возникла уже давно, вскоре после первой мировой войны. Она принадлежит европейским колонизаторам, прочно обосновавшимся в Южной Родезии. В Ньясаленде и Северной Родезии европейское население крайне незначительно, а в Южной Родезии, наоборот, довольно многочисленно. Путем создания федерации английские колонизаторы Южной Родезии рассчитывали наиболее полно использовать для своего обогащения естественные и людские ресурсы Северной Родезии и Ньясаленда.

Англия по ряду причин довольно долго отклоняла создание федерации. Изменение точки зрения английского правительства обусловлено ослаблением позиций британского империализма как в Азии, так и в Африке.

Во всех трех колониях, вошедших в состав федерации, после второй мировой войны началось массовое антиимпериалистическое движение. В Северной и Южной Родезиях и в Ньясаленде возникли массовые национальные организации — национальные конгрессы, поставившие своей задачей сплочение народных масс в борьбе за национальную независимость, за освобождение от гнета колониализма. Выросли рабочие организации, играющие главную роль в национальных конгрессах, особенно в Северной и Южной Родезии… Развитие национально-освободительного движения поставило перед Англией задачу консолидации ее сил в Африке.

Английские колонизаторы в Южной Родезии уже давно угрожали присоединением к Южно-Африканскому Союзу, если их требования о создании федерации не будут удовлетворены. Между тем Англия не хочет усиления Южно-Африканского Союза, преданность которого империи стала еще более сомнительной после прихода к власти в 1948 году националистической партии Малана. В дополнение к этому после войны усилилось проникновение в Центральную Африку американских монополий, что создавало дополнительную угрозу имперским интересам.

Все это, вместе взятое, заставило Англию пересмотреть свою точку зрения и встать на путь объединения трех своих колоний в федерацию. Народы этих колоний решительно протестовали против создания такой федерации. Дело в том, что в Южной Родезии существует свирепый режим расовой дискриминации, подобный режиму, созданному для коренного населения в Южно-Африканском Союзе. В Северной Родезии и в Ньясаленде, где, как уже отмечалось, европейское население немногочисленно, расовая дискриминация не носит таких жестоких форм. Поэтому народы Северной Родезии и Ньясаленда имели все основания опасаться, что образование федерации будет означать распространение на них режима расовой дискриминации, установленного в Южной Родезии. Кроме того, они понимали, что создание федерации укрепит позиции британского империализма и еще больше затруднит борьбу против колониального порабощения. Однако вопреки воле народов эта федерация была создана, и уже первые годы ее существования показали, что опасения народов были справедливы.

Остановимся коротко на положении в Южно-Африканском Союзе.

В результате победы антифашистской коалиции во второй мировой войне демократические силы в Южно-Африканском Союзе выросли и окрепли. Реакционные элементы — англо-африкандерские помещики и горнопромышленные компании — забили тревогу. На выборах 1948 года они оказали поддержку самой реакционной националистической партии Малана и поставили ее у власти. Националисты шли на выборы под лозунгом «Указать туземцу его место!», что означало усиление расовой дискриминации, лишение неевропейского населения последних остатков политических прав и т. п.

Оказавшись у власти, националисты стали проводить политику еще более жестокого угнетения коренного населения и подавления деятельности всех демократических организаций.

Однако политика репрессий националистов не сломила волю народов к борьбе за ликвидацию режима расовой дискриминации, за расширение демократических свобод, за хлеб, за человеческие условия существования. В борьбе с реакционной политикой происходит дальнейшее сплочение всех демократических сил. Разрозненные в прошлом политические организации народов банту, индийцев и «цветных» за последние годы тесно объединились в единый демократический фронт. Все более широкие слои европейской части населения приходят к пониманию необходимости единства действий с неевропейцами. Народный конгресс, созванный в июне 1955 года по инициативе Африканского национального конгресса, Индийского конгресса Южной Африки, Африканского совета цветных народов и Конгресса демократов, объединяющего главным образом европейцев, был яркой демонстрацией растущего единства сил, противостоящих империалистической реакции.

Этот краткий обзор событий, происшедших за последние восемь лет в тех странах, где побывали Ганзелка и Зикмунд, показывает большую неравномерность в развитии национально-освободительного движения в Африке: одни страны уже добились независимости, в других — империалистам удалось временно задержать это движение. Но при всей этой неравномерности совершенно очевидно, что процесс распада колониальной системы, усилившийся в результате победы демократических сил во второй мировой войне, особенно в Азии захватывает и Африку. Народы Африки решительно поднимаются на борьбу за свое национальное освобождение. Империалистические державы могут еще на время задержать национально-освободительное движение, но они не в состоянии остановить его. Если XIX век был веком империалистического раздела Африки и порабощения ее народов, то XX век войдет в историю народов Африки как век их национального возрождения.

И. ПОТЕХИН


Содержание:
 0  Африка грёз и действительности (Том 1) : Иржи Ганзелка  1  вы читаете: От редактора : Иржи Ганзелка
 2  Глава I К МАРОККАНСКИМ БЕРЕГАМ : Иржи Ганзелка  7  Касабланка — белый дом : Иржи Ганзелка
 14  Танжерская прелюдия : Иржи Ганзелка  21  Вода и пустыня : Иржи Ганзелка
 28  Над пропастями Константины : Иржи Ганзелка  35  Развалины двухтысячелетней давности : Иржи Ганзелка
 42  Мельничное колесо без воды : Иржи Ганзелка  49  Три дня убийств и грабежей : Иржи Ганзелка
 56  Взгляд на мир через щель в хаули : Иржи Ганзелка  63  Глава V БЕЗ ТАТРЫ К ПИРАМИДАМ : Иржи Ганзелка
 70  Vinceremo![20] : Иржи Ганзелка  77  Отступление пятью колоннами : Иржи Ганзелка
 84  80 тысяч могил : Иржи Ганзелка  91  Кто кого? : Иржи Ганзелка
 98  Необычный прием : Иржи Ганзелка  105  Питьевая вода из стока нечистот : Иржи Ганзелка
 112  Самолеты-истребители и ДДТ : Иржи Ганзелка  119  Кто боится, тому нельзя в Муски : Иржи Ганзелка
 126  Кто боится, тому нельзя в Муски : Иржи Ганзелка  133  20 тысяч железнодорожных составов камня : Иржи Ганзелка
 140  Прогулка через пять тысячелетий : Иржи Ганзелка  147  Оруженосцы на асфальте : Иржи Ганзелка
 154  Налево Африка, направо Азия : Иржи Ганзелка  161  Разграбленное кладбище священных быков : Иржи Ганзелка
 168  Тайны гробницы Тутанхамона : Иржи Ганзелка  175  Тайны гробницы Тутанхамона : Иржи Ганзелка
 182  18 колодцев на территории в 170 тысяч квадратных километров : Иржи Ганзелка  189  Первый этап : Иржи Ганзелка
 196  Ужин с шакалами : Иржи Ганзелка  203  Ужин с шакалами : Иржи Ганзелка
 210  Молодые суданцы в анатомических залах : Иржи Ганзелка  217  Хобот слона : Иржи Ганзелка
 224  На запад от Асмары : Иржи Ганзелка  231  Живые трупы на шоссе : Иржи Ганзелка
 236  Нападение обезьян : Иржи Ганзелка  237  Использовалась литература : Африка грёз и действительности (Том 1)



 




sitemap