Приключения : Путешествия и география : продолжение 3

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19

вы читаете книгу

За десять минут Макс Губер, Лланга и Кхами пробежали полтора километра, отделявшие их от холма. Они даже ни разу не оглянулись, чтобы полюбопытствовать, гонятся ли за ними туземцы, погасившие свои огни. Впрочем, на той стороне царило спокойствие, тогда как с противоположной долина полнилась смутным волнением и нараставшим раскатистым гулом.

Когда двое мужчин и мальчик подбежали к холму, весь караван был объят ужасом — и этот ужас оправдывала страшная угроза, против которой и разум и мужество совершенно бессильны. Встретить ее лицом к лицу — невозможно! Бежать? Хватит ли для этого времени?

Макс Губер и Кхами присоединились к Джону Корту и Урдаксу, стоявшим на посту в пятидесяти метрах от холма.

— Стадо слонов! — сказал проводник.

— Да, — подтвердил португалец, — и… менее чем через четверть часа они навалятся на нас…

— Спрячемся в лесу, — предложил Джон Корт.

— Лес их не остановит, — заметил Кхами.

— А что предприняли туземцы? — поинтересовался Джон Корт.

— Мы не смогли их обнаружить, — признался Макс Губер.

— Однако они, по всей видимости, не покинули опушки леса…

— Наверняка нет!

Вдалеке, на расстоянии примерно половины лье, уже можно было различить плотную округлость живой массы, которая перемещалась фронтом шириной не менее сотни туазов. Словно огромная волна катила с грохотом свои неистовые гребни. Тяжелый топот резонировал в мягком слое почвы, и эта дрожь отдавалась даже в корнях тамариндовых деревьев. В то же время рев достигал поистине чудовищной интенсивности.[46] Пронзительный свист и звон литавр[47] вырывались из сотен живых труб, из трезвонящих вовсю охотничьих рожков.

Путешествующие по Центральной Африке с полным основанием сравнивают этот шум с тем, который производит артиллерийский обоз, что на большой скорости движется к полю сражения. Похоже! Но только с той разницей, что «трубачи» испускают при этом душераздирающие звуки и что слоновий «обоз» повергает в состояние шока всех, над кем нависла угроза быть раздавленным безжалостным стадом.

Охота на этих гигантов весьма опасна. Если же удается повстречать отколовшегося от стада слона, есть возможность прицелиться и попасть ему между глазом и ухом, отчего толстокожее животное погибает почти мгновенно, то риск существенно уменьшается. Если же стадо состоит из полудюжины животных, необходимы самые тщательные меры предосторожности. Перед пятью или шестью парами разъяренных великанов всякое сопротивление немыслимо, ибо — на языке математики — их массу следует умножить на квадрат их скорости.

Когда же сотни этих грозных зверей бросаются на лагерь, то остановить их порыв невозможно, как невозможно противостоять обвалу в горах или одному из тех столкновений речного течения с морским приливом, которые уносят суда на многие километры от побережья.

Но в любом случае, сколь ни многочисленна эта порода, она обречена на гибель. Сотня франков[48] за одну пару слоновых бивней подстегивает азарт, и охота ведется на истребление.

Согласно расчетам месье Фоа, на Африканском континенте ежегодно убивают не менее сорока тысяч слонов, что дает семьсот пятьдесят тысяч килограммов слоновой кости, которую транспортируют в Англию. Через полвека не останется ни одного слона, хотя они живут очень долго. Так не разумнее ли извлекать пользу путем одомашнивания этих ценных животных, способных заменить на переноске тяжестей тридцать два человека и пройти путь, вчетверо больший, нежели пешеход?.. И кроме того, их жизнь стоила бы, как в Индии, от полутора до двух тысяч франков, вместо жалкой сотни, которую выручают за их смерть.

Африканский и азиатский слон представляют два ныне здравствующих вида этих животных. Есть некоторое различие между ними. Первые меньше ростом, чем их азиатские собратья, кожа у них темнее, лобная часть — более выпуклая, уши крупнее, а бивни значительно длиннее. Нрав у них не такой добродушный, скорее даже яростный, почти непримиримый.

Португалец вполне мог поздравить себя и двух любителей охоты с результатами экспедиции: толстокожие еще весьма многочисленны на ливийской земле. Бассейн Убанги располагает нужными для них природными условиями: леса и заболоченные равнины. Слоны живут там небольшими группами, обычно под надзором старого самца. Заманивая зверей в огражденные загоны, устраивая ловушки, Урдакс и его компаньоны нападали на одиноких животных. Охотники славно потрудились; до сегодняшнего дня все шло спокойно, без происшествий, если не считать нескольких довольно опасных случаев, да еще усталости. Но вот обратный путь оказался не таким безоблачным, и воинственное стадо, заполняя пространство оглушительными криками, готово безжалостно растоптать весь караван…

У португальца было время организовать оборону, когда он ждал нападения туземцев, но как бороться с предстоящим нашествием?.. Очень скоро от лагеря останутся только обломки и пыль… Проблема заключалась в одном: удастся ли спастись людям, рассеявшись по долине?.. Напомним, что бегущие слоны развивают громадную скорость: лошадь на полном скаку не в состоянии их обойти.

— Надо бежать… Бежать немедленно! — свой требовательный призыв Кхами обратил к португальцу.

— Бежать!.. — растерянно повторил тот.

И несчастный торговец вдруг осознал, что он теряет все, что удалось приобрести в экспедиции.

Но спасет ли он свою добычу, оставаясь в лагере? Не безумие ли упорствовать, когда всякое сопротивление бессмысленно?

Макс Губер и Джон Корт ожидали решения, готовые принять его, каково бы оно ни было.

Тем временем темная масса приближалась, и с таким неимоверным грохотом, что уже едва можно было расслышать друг друга.

Проводник настойчиво повторял, что необходимо бежать как можно скорее.

— В какую же сторону?.. — спросил Макс Губер.

— В сторону леса.

— А туземцы?..

— Та опасность меньше, чем эта, — убежденно заявил Кхами.

Кто знает, так ли это… Ясно только одно: оставаться в этом месте нельзя. И единственная возможность не оказаться раздавленным это укрыться в чаще.

Успеют ли они?.. Надо пробежать два километра, а слонам осталось не больше половины этой дистанции!

Затаив дыхание, все ожидали приказа Урдакса, на который он все никак не мог решиться.

Наконец он воскликнул:

— Повозка!.. Повозка!.. Поставим ее в укрытие за холмом! Быть может, удастся ее спасти!

— Слишком поздно! — отвечал проводник.

— Делай что тебе говорят, — скомандовал португалец.

— Но как?! — Кхами развел руками.

Разорвав свои путы, обезумевшие быки ринулись прямо навстречу огромному стаду, которое, вне всякого сомнения, раздавит их, как мух.

Поняв, что быков уже не поймать, португалец воззвал к наемникам.

— Носильщики, ко мне! — завопил он.

— Носильщики?.. — повторил Кхами. — Ищи ветра в поле! Все удрали!

— Подлецы! — выругался Джон Корт.

Все негры кинулись к востоку от лагеря, одни тащили на себе тюки, другие слоновые бивни. Они бросили своих хозяев на произвол судьбы не только как отчаянные трусы, но еще и как подлые воришки!

Больше не стоило рассчитывать на этих людей. Они не вернутся. Все они найдут себе пристанище в туземных деревушках. От каравана остались только португалец и проводник, француз и американец да еще мальчишка-негритенок.

— Повозка… повозка! — повторял Урдакс, упрямо желая укрыть ее за бугром.

Кхами пожал плечами, однако повиновался, и с помощью Макса Губера и Джона Корта повозку подтолкнули к подножию деревьев. Быть может, ее минует лихая доля, если орда животных разделится надвое, натолкнувшись на могучие стволы?..

Возня с колымагой отняла какое-то время, и, когда операцию завершили, обнаружилось, что добежать до леса португалец и его спутники уже не успеют.

Кхами сразу это определил и бросил только два слова:

— На деревья!

Оставался единственный шанс: взобраться на ветви тамариндовых деревьев, чтобы избежать хотя бы первого удара.

При общем смятении Макс Губер и Джон Корт успели все-таки нырнуть в повозку и забрать оружие и боеприпасы. Разделить оставшиеся патроны, проверить исправность карабинов на случай, если придется использовать их против слонов или в других приключениях на обратном пути, — все это было делом считанных мгновений для четырех мужчин. Проводник вооружился еще своим топориком и дорожной флягой. Кто знает, удастся ли ему и его спутникам достичь прибрежных факторий, ведь перед ними сложная задача — пересечь труднодоступный район нижнего течения Убанги.

Сколько же теперь времени?.. Одиннадцать часов семнадцать минут установил Джон Корт, посмотрев на часы при свете спички. Привычное хладнокровие не покинуло его, позволяя трезво оценивать ситуацию, крайне опасную и даже безвыходную, если слоны остановятся на холме вместо того, чтобы нестись дальше по равнине к востоку или на запад.

Более взвинченный Макс Губер в равной мере осознавал грозный характер происшествия. Он нервно расхаживал взад и вперед возле повозки, поглядывая на огромную округлую массу, более темный контур которой выделялся на фоне неба.

— Настоящая артиллерийская канонада…[49] — бормотал он.

Кхами ничем не выдавал своего внутреннего состояния. Он обладал удивительным спокойствием африканца с арабской кровью, более густой и менее красной, чем у белого, которая притупляет чувствительность и смягчает ощущение физической боли. С двумя револьверами за поясом, готовый тут же вскинуть ружье к плечу, он ждал.

Что касается португальца, то он не в состоянии был скрыть своего отчаяния, больше думая о своих убытках, чем об опасностях вторжения, жертвой которого мог стать. Он жаловался, охал, причитал, не обходясь при этом без самых изощренных ругательств на своем родном языке.

Лланга держался подле Джона Корта, поглядывая на Макса Губера. Мальчик не выказывал никакого страха — и он действительно ничего не боялся, ведь с ним были его надежные, верные друзья.

Между тем оглушительный шум нарастал по мере приближения дьявольской кавалькады.[50] Трубные звуки с удвоенной силой вырывались из могучих глоток. Уже долетало до людей дыхание разъяренных животных, словно ветер, сулящий бурю. На расстоянии четырехсот — пятисот шагов во мраке ночи толстокожие обретали поистине необъятные размеры, прямо-таки тератологический вид.[51] Это походило на какой-то шабаш чудовищ, чьи хоботы-трубы, словно тысячи змей, извивались в воздухе в яростном исступлении.

Оставалось только притаиться между ветвями тамариндовых деревьев и надеяться на чудо — авось бешеное стадо промчится мимо, не заметив португальца и его спутников…

Древесные великаны возносились футов на шестьдесят над землей. Очень похожие на ореховые деревья, с таким же причудливым переплетением ветвей, тамариндовые деревья представляют собой разновидность финиковых пальм и широко распространены во многих регионах Африки. Из жидкой части их плодов негры готовят прохладительный напиток, а стручки добавляют к рису.

Нижние ветви настолько переплелись между собой, что люди могли переходить по ним с дерева на дерево. Стволы у основания имели в окружности от шести до восьми футов, а на уровне развилки от четырех до пяти. Окажет ли такая толщина достаточное сопротивление, если животные устремятся на холм?..

Кора — совершенно гладкая до первых ветвей, расположенных футах в тридцати над землей. Учитывая толщину стволов, добраться до этих веток было бы мудрено, если бы в распоряжении Кхами не оказалось нескольких «вожжей» — очень гибких кожаных ремней из шкуры носорога, которыми возчики и проводники пользуются для управления бычьими упряжками.

Забросив один из ремней, Урдакс и Кхами смогли взобраться на дерево. Их примеру последовали Макс Губер и Джон Корт. Оседлав ветку, они бросили конец ремня Лланге и молниеносно подтянули мальчика к себе.

Стадо уже было метров за триста, не более. Через две-три минуты оно достигнет холма.

— Дорогой друг, вы довольны? — иронически спросил Джон Корт у своего товарища.

— Ну, пока это еще только неожиданное, Джон!

— Несомненно, Макс! А вот что было бы действительно необычным, так это если б нам удалось выйти живыми и невредимыми из этой передряги!

— Что верно, то верно… По правде говоря, слоны бывают весьма неделикатны…

— Наконец я с удовольствием констатирую почти полное совпадение наших взглядов, — не без ехидства произнес Джон Корт.

Ответа Макса Губера его друг уже не расслышал. В ту же минуту раздалось оглушительное мычание, перешедшее в отчаянный рев страдания и боли, от которого содрогнулись бы и самые храбрые.

Раздвинув листву, Урдакс и Кхами увидели то, что происходило в какой-нибудь сотне шагов от холма.

Вырвавшись на свободу, быки ринулись в сторону леса. Но привыкшим к размеренному, неспешному шагу животным трудно было надеяться уйти от погони… И разъяренное стадо вскоре настигло их. Напрасно отбивались несчастные рогами и копытами, все они пали под мощным натиском. От всей упряжки уцелел единственный бык, который, как назло, прибился к тамариндовым деревьям, под сень их развесистой кроны.

Это стало подлинным бедствием, поскольку слоны, преследуя быка и руководимые стадным инстинктом, столпились именно здесь. В считанные мгновения бедное жвачное превратилось в груду растерзанного мяса, обломки раздавленных костей, в кровоточащие останки, безжалостно растоптанные мозолистыми ногами-колоннами.

Теперь холм был плотно окружен, и следовало распрощаться с надеждой увидеть, как удаляются разгневанные животные.

В один миг повозка была опрокинута и расплющена многотонной массой, навалившейся на холм. Тележку сломали, словно детскую игрушку. От нее не осталось ни кузова, ни колес.

Новые потоки брани полились из уст португальца, но сотни слонов не остановишь ни бранью, ни ружейными выстрелами. Урдакс взял на мушку ближайшего великана, чей хобот кольцом обвился вокруг ствола. Но пуля рикошетом отскочила на спину толстокожего, не причинив ему ни малейшего вреда.

Макс Губер и Джон Корт быстро оценили ситуацию. Если даже допустить, что ни один выстрел не прозвучит впустую, что каждая пуля достигнет цели, они могли бы убить только несколько слонов, но что удастся их всех перестрелять… Утренняя заря осветила бы груду гигантских туш у подножия тамариндовых деревьев. Но три сотни, пятьсот, тысяча этих животных!.. Не так уж редко встречаются подобные скопления в странах Экваториальной Африки, и путешественники и торговцы рассказывают об огромных долинах, усеянных, сколько видит глаз, жвачными животными самых разных пород…

— Плохо дело, — заметил Джон Корт.

— Можно даже сказать, совсем скверно… — откликнулся Макс Губер.

И, обращаясь к мальчику, оседлавшему ветку рядом с ним, спросил:

— А ты не боишься?..

— Нет, мой друг Макс… с вами мне не страшно! — поспешно заверил его негритенок.

И, тем не менее, было вполне понятно, что не только у ребенка, но и у закаленных взрослых мужчин сердца невольно сжимались от ужаса.

Вне всякого сомнения, слоны заметили между веток людей, и над жалкими остатками каравана нависла страшная угроза.

Задние ряды животных напирали на передние, вокруг холма сжималось кольцо осады. Дюжина толстокожих пыталась своими хоботами зацепить нижние ветки, для чего слоны становились на задние ноги. К счастью, высота в тридцать футов оказалась недостижимой для них.

Четыре выстрела из карабинов прозвучали одновременно, — четыре пули были пущены почти наугад, потому что невозможно было точно прицелиться в полумраке тамариндовой кроны, сквозь зеленую завесу.

Разъяренные вопли немедленно усилились. Однако не похоже, что какого-нибудь слона ранили смертельно. И вместе с тем на четырех нападающих меньше — это уже кое-что!

Теперь уже не только хоботы жадно цеплялись за стволы, но одновременно сами слоны всей массой тела наваливались на деревья, и под этим могучим напором они трепетали. Что и говорить, как ни прочны были деревья у основания, как ни цепко вросли в грунт их корни, но они испытывали такой натиск, которому, безусловно, не могли долго противостоять.

Снова раздались ружейные выстрелы на сей раз пальнули португалец и проводник, дерево которых трясли с таким неукротимым бешенством, что, казалось, оно вот-вот рухнет.

Француз и его компаньон не разрядили свои карабины, хотя держали их наготове.

— А зачем стрелять?.. — сказал Джон Корт.

— Верно, лучше сохраним наши боеприпасы, — согласился Макс Губер. — А то будем еще раскаиваться, что растратили все до последнего патрона!

Дерево, на котором сидели Урдакс и Кхами, подверглось такому мощному нападению, что оно затрещало. Не было сомнения, что, если его и не вырвут с корнем, то оно расколется. Животные таранили его бивнями, пригибали хоботами, сотрясали до самого основания.

Оставаться на дереве хотя бы еще минуту было рискованно: люди могли свалиться на землю.

— Следуйте за мной! — крикнул проводник Урдаксу, стараясь перебраться на соседнее дерево.

Но португалец совершенно потерял голову и продолжал бестолково и безуспешно палить из карабина и револьверов. Пули скользили по бугорчатой коже великанов, словно по панцирю аллигатора.[52]

— Да идите же! — в отчаянии позвал Кхами.

Но в этот момент ствол тряхнуло с такой силой, что проводник едва успел ухватиться за ветви соседнего дерева, на котором спасались Макс Губер, Джон Корт и Лланга. Здесь было спокойнее, потому что главная ярость животных обрушилась на бывшее пристанище Кхами.

— Урдакс!.. Урдакс!.. — вопил Джон Корт.

— Он не захотел идти со мной, сказал проводник. — Он уже не ведает, что творит!

— Бедняга свалится…

— Мы не должны бросать его там… — сказал Макс Губер.

— Надо силой перетащить его, — добавил Джон Корт.

— Увы! Слишком поздно! — резюмировал Кхами.

Он был прав. Расколовшись с громким треском, древесный великан рухнул оземь.

О дальнейшей судьбе португальца его спутники могли только догадываться. Его крики указывали на то, что он пытался отбиться, но, поскольку они почти тотчас прекратились, это означало, что все было кончено.

— Несчастный… Несчастный!.. — бормотал Джон Корт.

— А скоро и наша очередь, — угрюмо процедил Кхами.

— Это было бы весьма прискорбно, — холодно заметил Макс Губер.

— Еще раз, мой дорогой друг, я заявляю о полной солидарности с вами! — провозгласил Джон Корт.

Что делать?.. Вытаптывая холм, слоны трясли другие деревья, и кроны у тех колебались, как от порыва ураганного ветра. Ужасный конец Урдакса стоял у всех перед глазами; не такая ли участь ожидала каждого из них? Есть ли шанс спуститься с дерева раньше, чем упасть с него?.. А если рискнуть спуститься, чтобы достичь долины, то удастся ли им оторваться от преследователей? Успеют ли они добраться до леса? И еще немаловажный вопрос — достаточную ли защиту от слонов сможет им предоставить лес?.. А если животные и не войдут туда, то, может быть, люди спасутся от толстокожих только затем, чтобы тут же попасть в лапы не менее жестоких туземцев?..

Однако, если представится возможность укрыться в лесу, ею следует воспользоваться без промедления. Здравый смысл повелевал предпочесть опасность неопределенную опасности вполне реальной.

Дерево уже наклонилось так, что слоны своими хоботами могли дотянуться до нижних веток. Проводник и двое его компаньонов почти падали, настолько сильными становились толчки. Опасаясь за Ллангу, Макс Губер прижимал его к себе левой рукой, а правой держался сам. Такое положение не могло слишком долго сохраняться: или корни сдадут, или ствол треснет у основания… А падение дерева это смерть для тех, кто нашел прибежище на его ветвях, это страшный финал португальца Урдакса!..

Под напором резких и частых толчков корни наконец уступили, почва приподнялась, и дерево скорее улеглось, чем рухнуло, поперек холма.

— К лесу!.. К лесу!.. — кричал Кхами.

С той стороны, где ветви дерева встретились с землей, отступившие слоны освободили часть пространства. В мгновение ока проводник, чей голос был услышан, очутился на земле. Трое других устремились за ним в открывшийся свободный проход.

Сперва слоны, занятые сокрушением других деревьев, не заметили беглецов. Макс Губер с Ллангой на руках стремительно несся, насколько позволяли силы. Джон Корт держался поблизости, готовый каждую минуту разрядить свой карабин в первого слона, который пустится в погоню.

Едва они успели пробежать полкилометра, как десяток слонов, отделившись от стада, бросились вдогонку.

— Смелее! Смелее!.. — кричал Кхами. — Сохраним наше преимущество! Мы выиграем!

Его уверенность в успехе имела некоторые основания, но все же мешкать было нельзя. Между тем Лланга чувствовал, что Макс Губер устал держать его на руках.

— Отпусти меня… мой друг Макс… Отпусти меня на землю… У меня резвые ноги… Пусти меня!

Но Макс Губер, не слушая его, старался не отставать.

Уже километр остался позади, а животным не удалось заметно сократить дистанцию. К несчастью, бег Кхами и его спутников стал замедляться: у них перехватывало дыхание от безумной гонки.

От опушки их отделяло всего несколько сот шагов… Неужели грядет спасение?.. Или хотя бы надежда на него? Ведь слоны не смогут свободно перемещаться среди густых зарослей…

— Быстрее! Быстрее!.. — повторял Кхами. — Передайте мне Ллангу, месье Макс!

— Нет, Кхами… Буду держаться до последнего!

Ближайший к ним слон находился в какой-нибудь дюжине метров, он трубил вовсю, до них долетало горячее дыхание толстокожего. Почва дрожала от бега могучих ног. Еще минута — и животное настигло бы Макса, который с трудом выдерживал темп.

Но Джон Корт резко остановился и обернулся к преследователю лицом. Он вскинул к плечу карабин, мгновенно прицелился и выстрелил. Пуля точно достигла цели, пронзив сердце слона. Он упал замертво.

— Вот повезло! — пробормотал Джон Корт и снова припустил к лесу.

Подбежавшие слоны на какие-то секунды задержались возле поверженного собрата. Распростертая на земле туша дала беглецам небольшой выигрыш во времени, которым они и не преминули воспользоваться.

Но по всему было видно, что, управившись с деревьями на холме, стадо в полном составе ринулось к лесу.

Огни больше не появлялись ни внизу, ни на макушках деревьев. Горизонт погрузился в непроглядную темноту.

Измочаленные до предела, совершенно выбившись из сил и едва переводя дух, участники разгромленного каравана совершили последний героический рывок.

— Еще немного!.. А ну, поднатужились! Смелее, смелее!.. — взбадривал Кхами криками свой маленький отряд.

Правда, им оставалось пробежать не более полусотни шагов, но и слоны были от них уже в сорока шагах…

Высочайшим напряжением воли и физических сил, подстегнутые инстинктом самосохранения, Кхами, Макс Губер и Джон Корт рванули вперед. Они миновали первые ряды деревьев и, полуживые, повалились на землю.

Тщетно слоны старались преодолеть возникшее перед ними препятствие. Деревья высились такой плотной стеной и были столь кряжисты, что ни прорваться сквозь них, ни повалить их животные не могли. Напрасно просовывали свои хоботы между стволами возбужденные великаны, напрасно задние ряды теснили и напирали на передние…

Беглецы могли уже не опасаться слонов, перед которыми девственный лес Убанги воздвиг неодолимое препятствие.


Содержание:
 0  Воздушная деревня : Верн Жюль  1  продолжение 1
 2  продолжение 2  3  вы читаете: продолжение 3
 4  продолжение 4  5  продолжение 5
 6  продолжение 6  7  продолжение 7
 8  продолжение 8  9  продолжение 9
 10  продолжение 10  11  продолжение 11
 12  продолжение 12  13  продолжение 13
 14  продолжение 14  15  продолжение 15
 16  продолжение 16  17  продолжение 17
 18  продолжение 18  19  Использовалась литература : Воздушная деревня
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap