Приключения : Путешествия и география : 11. ИЛАЙТУТНА : Фарли Моуэт

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23

вы читаете книгу

11. ИЛАЙТУТНА

Вот уже несколько недель мальчики и Анджелина жили в эскимосском становище. Хотя реки вскрылись, но ледоход ещё не кончился, плыть в каноэ пока было опасно. На заполярных равнинах весеннее таяние идёт слишком бурно; снежные топи, вздувшиеся озерца, набухшие водой болота обратили весь этот край в непроходимое месиво, так что и по земле пути тоже не было.

Хоть молодым путешественникам и не терпелось добраться до заветного тайника — могилы викинга, но невольная задержка оказалась им не в тягость. Очень уж интересно было жить среди эскимосов.

Джейми, Эуэсин и Анджелина скоро почувствовали себя среди ихалмиутов как дома, однако настояли на своём — поселились отдельно в своей палатке. Гостеприимство эскимосов оказалось немного утомительным. Но ребята опять и опять делили с ними трапезу: редкие гости были нарасхват, а радушие хозяев неисчерпаемо.

Питались эскимосы почти одной олениной; стряпали из неё разнообразные блюда, а иногда ели сырую. В первые дни мяса не хватало, потому что у эскимосов кончились патроны, а без них трудно убить достаточно оленей. Но Питъюк недолго думая повёл Джейми и Эуэсина на охоту, а когда они вернулись, убив шесть упитанных оленей, их встретили торжественно, как могучих охотников. Добыча эта пришлась тем более кстати, что эскимосам надо было обтянуть кожей каяки, чтобы подготовиться к встрече самцов, а хороших шкур не хватало.

Джейми и Эуэсин с жадным любопытством смотрели, как Кейкут ладил свой каяк. Сперва он два дня вымачивал в реке только что снятые шкуры, потом дочиста отскоблил с обеих сторон, снял волос и жир. После этого кожи стали походить на пергамент. Тогда он снова их намочил, осторожно натянул на остов каяка, а три женщины накрепко их сшили. Сшивали они сухожилиями, костяными иглами, работали так искусно, что швы совсем не пропускали воду.

Просохнув, кожи сели, натянулись туго, как на барабане.

И вот однажды утром Кейкут решил испытать свой каяк. Он без труда его поднял — каяк, можно считать, ничего не весил, — отнёс к озеру, осторожно спустил на воду, и лёгкое, как пушинка, судёнышко поплыло. Кейкут вошёл в воду, ловко вскочил в каяк, взялся за двухлопастное весло и стремительно заскользил по озеру.

Казалось, ну что тут трудного? И когда Питъюк лукаво намекнул, что одни лишь эскимосы умеют управлять каяком, Эуэсин неосторожно принял вызов.

Питъюк потихоньку шепнул об этом одному, другому, третьему. Когда Эуэсин спустился на берег, он с ужасом увидел, что тут собрались чуть не все эскимосы. Стараясь ни на кого не глядеть, он натянул кожаные сапоги — высокие, выше колен, да ещё непромокаемые — и вошёл в воду.

Забраться в каяк оказалось труднее, чем он думал, глядя со стороны. При первой попытке Эуэсин опрокинул судёнышко набок, и оно порядком черпнуло воды. Эуэсин, помрачнев, вытянул его на берег, вылил воду и приготовился начать все сначала. На этот раз он решил не шагнуть, а вскочить в скорлупку, и это было удалось. Но тут каяк накренился влево, и Эуэсин чуть не вывалился.

Джейми, Питъюк и толпа эскимосов потешались вовсю. Пока бедняга Эуэсин силился обуздать капризное судёнышко, они вперемежку со взрывами хохота засыпали его добродушными советами. Наконец он обрёл равновесие и ударил веслом по воде. Каяк понёсся с такой скоростью, что Эуэсин только рот раскрыл от удивления, а зрители на берегу так и покатились со смеху. Теперь Эуэсин не знал, как остановиться. Каяк прыгал по ледяным водам озера, а Эуэсин грёб изо всех сил, стараясь повернуть его к берегу. Описав огромный неровный круг, он сумел наконец направить длинный острый нос каяка к берегу. И почти тотчас одним концом весла принялся тормозить, но чересчур сильно. Не успел он перехватить весло, как лодка перевернулась вверх дном, а сам он ушёл под воду. В следующий миг голова его вынырнула из воды, и он по-собачьи поплыл было к берегу. Однако тотчас лицо его выразило полнейшее недоумение. Он перестал работать руками, медленно встал на ноги — вода едва доходила ему до колен!

Питъюк больше не мог сдержаться. Давясь от смеха, он катался по берегу, но вот, спотыкаясь о подводные камни, Эуэсин выбрался на берег, ухватил его за ногу и поволок к воде. Питъюк не сопротивлялся — он совсем ослабел от смеха. Голова его скрылась под водой, а когда он вынырнул, отфыркиваясь водой точно кит, эскимосы совсем зашлись от восторга.

Каяк выудили и высушили, а потом Джейми предложили показать, как им управлять. Джейми вежливо, но решительно отказался, а в душе дал себе слово, что по доброй воле нипочём не ступит в утлое это судёнышко.


Однажды, примерно через неделю после приезда в летнее становище, Оухото, который всякий день ходил пешком к югу, вернулся до крайности взволнованный: долгожданные стада оленей-самцов совсем близко!

Эскимосы поспешно перенесли шесть уже готовых к этому времени каяков через водораздел за становищем, на берег узкой, но быстрой речки, что впадала с северо-востока в Иннуит Ку. Здесь их спрятали в ивняке. Рядом с каждым каяком лёг и притаился охотник.

Ещё двое эскимосов побежали к востоку, туда, где косо протянулся на юго-восток длинный, почти в милю, ряд инукоков, каменных людей: их поставили здесь давным-давно на расстоянии примерно в полсотни футов друг от друга. Перебегая от одного инукока к другому, эти двое на каждого нахлобучивали кусок дёрна, из которого торчала и качалась на ветру сухая прошлогодняя трава. Эти «головы» придавали инукокам сходство с присевшими на корточки людьми. То была «оленья ограда»: она должна была отклонить приближающиеся стада к той самой переправе через реку, у которой затаились охотники со своими каяками.

А в становище хлопотали женщины и дети: сгоняли собак, накрепко привязывали, чтобы не кинулись, не спугнули карибу. Костры загасили, золу залили водой, чтобы олень не учуял запах дыма.

Наконец все было готово, и все, кто не принимал участия в охоте, взобрались на гребень холма неподалёку от становища — отсюда лучше всего видно будет охоту.

Питъюк, Эуэсин, Джейми и Анджелина устроились в северном конце гребня, над местом предполагаемой переправы.

Кейкут стоял в южном конце и через старинную подзорную трубу пытливо оглядывал горизонт. Но вот он отложил трубу, замахал руками — вверх-вниз, вверх-вниз. Эскимос, стоявший неподалёку от Джейми, повторил сигнал, чтобы его увидели охотники, притаившиеся подле каяков.

— Идут, — шепнул друзьям Питъюк.

Напряжённо вглядываясь, они наконец заметили в той стороне какое-то движение на склонах холма, в двух милях к югу. Скоро там стало вырисовываться нечто знакомое. Длинные вереницы карибу медленно струились по склону холма и вились по дну долины. Тут были одни самцы. Они шли неспешно. Казалось, они бредут куда глаза глядят, подгоняемые слабым южным ветерком; то и дело они останавливались пощипать ягель, который уже выступил из-под растаявшего снега.

Они двигались непереносимо медленно, а может, так казалось со стороны. Наконец вожаки подошли к «оленьей ограде». Они как будто не слишком её испугались, но все же свернули на северо-запад. Спустя два часа после того, как эскимосы заметили оленей, вожаки наконец вышли на берег. Здесь они топтались минут двадцать, видимо не уверенные, стоит ли переходить быструю речку. Но сзади подходили все новые олени, стадо напирало, и передним волей-неволей пришлось рискнуть: с полсотни самцов вошли в воду. Высоко задрав головы, они поплыли к противоположному берегу.

Взгляд Джейми был прикован к едва различимым силуэтам охотников, но те по-прежнему не шевелились.

— Чего это они? — шепнул Джейми Питъюку. — Почему не спускают каяки? Олени ведь сейчас выйдут на тот берег.

— Погоди, — успокоил Питъюк. — Смотри, все увидишь.

Олени благополучно перебрались через речку, отряхнулись, точно собаки, и направились к северу. На южном берегу тем временем собралось уже около сотни оленей: они следили за вожаками и, видно убедившись, что переправа безопасна, тоже ступили в быстрый поток.

Они достигли середины, и тут шестеро охотников вскочили, схватили каяки, кинули на воду и прыгнули в них. Быстро работая вёслами, они налетели на перепуганных оленей и мигом отрезали их от обоих берегов.

Олени в ужасе закружились, кинулись вверх по течению, но было их так много, что они мешали друг другу и оттого пугались ещё больше. Меж тем каждый охотник одной рукой управлял своим судёнышком, а другой выхватил короткое, фута в три, копьё с треугольным широким стальным наконечником, закреплённое на носу лодки точно гарпун. Охотники подплыли вплотную к теснившимся на одном месте оленям.

Быстрый удар сзади, под ребра, — и оленю конец. Охотник тут же направляет каяк к новой жертве. Скоро холодные зеленые воды реки потемнели, помутнели от крови. Стремительное течение уносило десятка два убитых оленей вниз по реке. Уцелевшие, кто где мог, выбирались на берег и неуклюжим галопом мчались прочь.

С того мгновения, как появились охотники, и до того, как олени рассыпались по равнине, прошло не больше пяти минут. Когда Джейми, Эуэсин и Анджелина встали на затёкшие от неподвижности ноги и вместе с эскимосами начали спускаться с холма к переправе, ниже по течению реки появились те двое, что приделывали инукокам травяные головы. В руках у них были длинные шесты с крюками, они сноровисто подтягивали к берегу плывущие по воде туши.

— Твоим и ружья ни к чему! — сказал Питъюку Джейми. — В жизни не видал таких ловких охотников.

Питъюк широко улыбнулся:

— Хорошо охотятся, только олень не часто в река идёт. Тогда эскимос голодный, если для ружья пули нет. Пошли. Теперь большой еда будет, мозговой кости.

В тот вечер в становище устроили пир горой. Все всласть полакомились костным мозгом из длинных оленьих костей и прочими деликатесами — жареными почками, сердцем, истекающей жиром зажаренной грудинкой. Когда все изрядно подзаправились и могли уже оторваться от еды, появились бубны, начались песни и пляски.

Один из танцоров был старый-престарый, лицо все в морщинах и складках. Однако двигался он так легко и проворно, что, когда он запел и пустился в пляс, все остановились и стали смотреть и слушать.

— Кто этот старик? — спросил Джейми Питъюка.

— Илайтутна. Старей всех ихалмиутов. Шаман знаменитый. Со многим духи говорит, много историй знает, Может, завтра вам рассказывать будет.

На другой день Питъюк повёл друзей в гости к Илайтутне. Когда они вошли в его чум, старик не встал с груды шкур, только кивнул и пронзительно поглядел на них маленькими чёрными, как уголь, глазками, упрятанными в складки морщинистой кожи. Немного погодя он что-то сказал Питъюку, тот долго ему отвечал, потом объяснил друзьям, о чем речь.

— Он спросил, зачем вы пришли наша земля. Я сказал про викинг, сказал, мы будем все забирать. Ему не нравится. Может, захочет останавливать нас. Говорит, могила викинг заколдован. Теперь погодите, буду узнавать.

Питъюк опять заговорил по-эскимосски, старик кивнул, но ничего не ответил. Казалось, они зашли в тупик, но тут Джейми осенило. В кармане у него было несколько плиток прессованного табака, он хотел их подарить охотникам. И вот теперь он достал три плитки, степенно подал старику.

Похожая на клешню рука молниеносно, точно нападающая змея, метнулась к табаку, схватила и сунула под широкую парку. Илайтутна пробуравил Джейми зоркими глазками и, кажется, на что-то решился. Встал на колени, принялся шарить под нарами и наконец вытащил оттуда какую-то диковину, сработанную из дерева и кости. Поднял её повыше, чтобы гости лучше разглядели, но только Джейми понял, что это такое.

— Арбалет! — изумился он. — Но ведь эскимосы не стреляют из арбалетов! Это — оружие европейца, оно было в ходу сотни лет назад. Откуда он у старика, Питъюк?

Питъюк перевёл старику вопрос, потом ответил:

— Говорит, сам сделал. Говорит, иннуиты научился у инохауик — железный люди, они давно-давно сюда приходил. Говорит, может рассказать, если хотим.

— А вдруг это связано с викингами? — вскинулся Джейми. — Пусть он расскажет, Питъюк. Попроси его, пожалуйста!

Питъюк повернулся к старику, перевёл. Илайтутна поднял глаза, уставился куда-то поверх ребячьих голов. Казалось, он смотрит сквозь стену чума в непостижимую даль, куда им не дано проникнуть. Долго-долго он молчал. Но вот в исполненной ожидания тишине раздался его голос.


Содержание:
 0  Проклятие могилы викинга : Фарли Моуэт  1  2. ХОЛОД, КОТОРЫЙ УБИВАЕТ : Фарли Моуэт
 2  3. АНДЖЕЛИНА : Фарли Моуэт  3  4. В БЕГАХ : Фарли Моуэт
 4  5. БЕГСТВО НА СЕВЕР : Фарли Моуэт  5  6. ЗЭБЭДИС : Фарли Моуэт
 6  7. НЮЭЛТИН-ТУА — ОЗЕРО СПЯЩИХ ОСТРОВОВ : Фарли Моуэт  7  8. НАПЕРЕГОНКИ СО ВРЕМЕНЕМ : Фарли Моуэт
 8  9. СТОЙБИЩА ИХАЛМИУТОВ : Фарли Моуэт  9  10. ИННУИТ КУ — РЕКА ЛЮДЕЙ : Фарли Моуэт
 10  вы читаете: 11. ИЛАЙТУТНА : Фарли Моуэт  11  12. ЛУК ВИКИНГА : Фарли Моуэт
 12  13. ПЛАНЫ МЕНЯЮТСЯ : Фарли Моуэт  13  14. МОГИЛА КУНАРА : Фарли Моуэт
 14  15. НЕЖДАННАЯ ПОМЕХА : Фарли Моуэт  15  16. ОЗЕРО-В-ОЗЕРЕ : Фарли Моуэт
 16  17. ЭНОИУК — УРАГАН : Фарли Моуэт  17  18. ОЛЕНЬЯ ДОРОГА : Фарли Моуэт
 18  19. МОШКАРА — ПРОКЛЯТИЕ ТУНДРЫ : Фарли Моуэт  19  20. О ВОЛКАХ И ПЛАВАНИЯХ : Фарли Моуэт
 20  21. МОРСКОЕ ПЛЕМЯ : Фарли Моуэт  21  22. ДЖОШУА ФАДЖ : Фарли Моуэт
 22  23. КОНЕЦ ПУТЕШЕСТВИЮ : Фарли Моуэт  23  Использовалась литература : Проклятие могилы викинга
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap