Приключения : Путешествия и география : 4. Отплытие : Тим Северин

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37

вы читаете книгу

4. Отплытие


В день святого Брендана желто коричневый "Брендан" стоял в устье Брандон Крика. Мы обтянули нос и корму ярко желтым брезентом, чтобы легче было обнаружить лодку, если придется организовывать поисковые работы для нашего спасения, как-то предсказывали некоторые Кассандры.

— Пересечь Атлантику на таком суденышке — воскликнул один зритель. — Им остается уповать на чудо, как ни один святой не уповал

Однако в тот день мы никуда не вышли. Ибо 16 мая, в день, на который я назначил отплытие, бушевал шторм. Дождь лил как из ведра, ветер дубасил влажные береговые скалы. Над искромсанным шквалами морем словно стояла дымовая завеса. Под струями дождя мы уныло сгрудились около "Брендана", вытащенного на слип. В лодке царил хаос. Подготовка к отплытию шла в страшной спешке. Теоретически груз должен был размещаться по плану, чтобы толково расположить достаточное количество припасов, воды и снаряжения на пять человек. Однако на деле у нас не оказалось времени на продуманную укладку. Все лежало на дне лодки как попало: вещевые сумки, фонари, провиант, пакеты первой помощи, фонарь "летучая мышь", даже судовой колокол, который смахивал на большое швейцарское ботало, а в действительности являл собой копию колоколов, какие во времена святого Брендана висели на монастырских часовнях и созывали братию на молитву. Насколько проще, говорил я себе, все было для святого Брендана и его монахов сотни лет назад. Для выхода в море им достаточно было запастись кожами и жиром для смазки, повседневной шерстяной одеждой и войлочными сутанами с капюшоном, водой в кожаных флягах, деревянными черпаками, сушеным мясом, крупой и корнеплодами. И, конечно же, твердой верой в то, что всевышний их не оставит.

Эти люди были привычны к тяготам и невзгодам. С полуострова Дингл можно рассмотреть открытые всем стихиям остроконечные скалы островов Скеллиг. Брызги от волн взлетают до стекол маяка в ста с лишним метрах над поверхностью моря. Тем не менее во времена святого Брендана на этих суровых скалах поселились монахи. Прилежным трудом они расчистили площадку и соорудили из дикого камня шесть лачуг и две часовенки. И ютились там — в одном из самых уединенных форпостов христианства. Зимой и ранней весной, в пору неистовых ветров, когда даже самый искусный рулевой не мог пробиться к ним на кожаной лодке, они были отрезаны от большой земли. И все же как-то ухитрялись выживать, цепляясь за свою веру с таким же упорством, с каким их полусферические лачуги цеплялись за скалу подобно ласточкиным гнездам. Так верны были монахи Скеллига своим обычаям и так велико было их уединение, что они праздновали пасху по старому стилю еще долго после того, как изменился церковный календарь.

Состязаться в закалке с этими людьми не было смысла. Они доказали свою стойкость и силу духа последующим поколениям выйди теперь команда "Брендана" в путь в средневековых одеяниях или со средневековым провиантом, это не принесло бы ничего нового, только затруднило бы выполнение нашей задачи. Мы задумали это плавание, чтобы проверить лодку, а не себя. Нас интересовал "Брендан".

Неудивительно, что я завидовал непритязательности монахов. Им не надо было думать о том, где держать съемочную аппаратуру, чтобы не отсырела, где разместить двенадцативольтовые автомобильные аккумуляторы для нашей портативной, радиостанции. Сама станция еще лежала в картонной коробке. Она прибыла так поздно, что не было времени ее распаковать, не говоря уже о том, чтобы установить и как следует проверить. Подобно многим другим предметам нашего снаряжения, рация представляла собой неизвестную величину. Мы обращались за помощью к различным фирмам, но большинство из них приходило в ужас при мысли о том, чтобы их аппаратура подверглась действию стихий в открытой лодке. Даже фабриканты военных аппаратов, предназначенных для сбрасывания на парашюте, сомневались, выдержит ли их продукция плавание на "Брендане". Лишь в последний момент удалось нам заполучить одну рацию.

Остальное снаряжение было более или менее обычного свойства. Спасательный плотик, ящик с сигнальными ракетами, канистры с водой и керосином, маленький радиопеленгатор, секстант с таблицами, кипа карт. Большая часть питьевой воды содержалась в мягких резиновых сосудах (современный эквивалент кожаных фляг монахов), втиснутых под решетчатый настил, где они одновременно играли роль балласта. Провиант был упакован в полиэтиленовые мешочки, по мешочку на день если я верно рассчитал, содержимого одного мешочка должно было хватить на сутки на пятерых человек. Сами по себе продукты вызвали бы содрогание у гурмана. Обычные банки с мясом, рыбой и бобами сушеные овощи и супы в пакетиках сухофрукты и плиточный шоколад несметное множество шотландских овсяных лепешек, призванных заменить нам хлеб. По прежнему опыту мы с Джорджем знали, что вряд ли удастся ловить достаточно рыбы, чтобы разнообразить стол, и, глядя на упаковки с обезвоженными продуктами, я предвидел осложнения. Кругом сплошной пластик… Более половины продуктов было в пластиковой таре, да мы еще потратили целый день на то, чтобы уложить дневные рационы в полиэтиленовые мешочки. Посмотришь — пластик, понюхаешь — пластик, а вскоре мы убедились, что наша пища и на вкус отдает пластиком.

Монахи Брендана, вероятно, разводили огонь для готовки на листе железа или в котле, который можно было отнести на берег топливом служили дрова или торф. И, конечно, они были привычны к холодной пище. Однако я придавал большое значение бодрящему действию регулярных горячих трапез и заказал керосиновую плиту, встроенную в ящик величиной с солдатский сундучок. Крышка ящика откидывалась, защищая плиту от ветра дополнительной защитой служили две боковые створки. А главное, все это сооружение было смонтировано с универсальным подвесом. Хитрое устройство позволяло укрепить плиту в любом месте, так что мы могли пользоваться ею почти во всякую погоду.

На слипе в Брандон Крике можно было увидеть еще один предмет, который озадачил бы яхтсмена, но не средневекового монаха. Рядом с лодкой лежала непривлекательная на вид груда остропахнущих влажных овечьих шкур. Из книг я знал, что полярники, которым приходилось спать на льду, считали овечьи шкуры превосходной изолирующей подстилкой. И так, как этот материал вполне вписывался в эпоху святого Брендана, я решил испытать шкуры на роль спальных ковриков в лодке. В итоге запах овечьих шкур стал одним из членов триумвирата жир кожа шерсть, который не оставлял нас на всем пути.

Подбирая одежду, я остановился на современных штормовках. Каждому члену команды — свой цвет, чтобы не путали. Джорджу — оранжевый мне — желтый Артур Мейгэн, как и следовало нашему главному ирландцу, выбрал зеленый цвет. Артур уже обзавелся прозвищем Башмак: при первой же встрече нам бросились в глаза его башмаки 45-го размера, они пришлись бы впору какому-нибудь дюжему ковбою. Артур вообще отличался крупными размерами. Плечистый, рост — сто восемьдесят сантиметров с гаком, на голове копна торчащих во все стороны желтых волос. Он излучал добродушие, которое в сочетании с несколько неряшливым обликом придавало ему сходство с только что пробудившимся от спячки молодым незлобивым медведем. Ему было двадцать три года — самый молодой член команды. И самый сильный. Когда что-то заедало, когда надо было поднять мачту или подтянуться на перлине, неизменно обращались к Башмаку.

Прослышав о предстоящем плавании "Брендана", он написал мне письмо, являющее собой образец краткости:

"Дорогой Тим

Пишу, чтобы предложить себя в качестве члена команды. Твой адрес дала мне миссис Молони. Я учился в школе вместе с братом Джорджа.

Хожу под парусами с тех пор, как мог сам держать руль. Кроме того, недавно провел несколько зимних месяцев на рыболовных траулерах у берегов Исландии.

Я понимаю, что от переписки мало толку. Готов в любое время приехать и встретиться с тобой, если ты заинтересуешься.

Заранее благодарю,

Артур Мейгэн".

Я предложил ему приехать в Корк, и через два дня он притопал на верфь в своих башмаках 45-го размера. Обошел вокруг лодки, представился, сбросил мятую, всю в заплатах твидовую куртку и принялся работать вместе с нами.

Говорил Башмак так же кратко, как писал. Все же мало помалу я узнал, что его семья живет под Дублином, что немалая часть его детства прошла в Валентин, по соседству с полуостровом Дингл, что он "немного знаком с яхтами". Позднее мне предстояло также узнать, что он действует на девушек как магнит. Молодые особы испытывали неодолимое стремление кормить Артура, приводить в порядок его одежду и вообще заботиться о нем. Башмак явно был идеальным объектом в женских глазах — идеальным, но безнадежным. Возвращая его на лодку в конце нашего захода, очередная подружка Артура с грустью и отчаянием смотрела, как он, очутившись на борту "Брендана", тотчас возвращается в свое обычное неряшливое состояние. Как правило, вскоре обнаруживалось, что он забыл на берегу тот или иной предмет своей одежды, каковой срочно пересылался в следующий порт на нашем пути. Сам Артур спокойно относился к таким происшествиям. Он ни о чем не докладывал по своему почину, даже не сказал родным, что его включили в экипаж "Брендана", пока отец однажды утром за завтраком не прочел в газете, что в состав участников плавания входит некий Башмак Мейгэн.

— Ты не знаешь, кто это — Башмак? — спросил он сына, сидевшего по ту сторону стола.

— Знаю, это я, — коротко ответил сын.

В то дождливое утро в Брандон Крике на Артуре сверх мятой зеленой штормовки была охотничья фуражка, в какой читатель привык представлять себе Шерлока Холмса, и ветер лихо трепал ее наушники. Наш фотограф — записной остряк Питер Малит не преминул язвительно отозваться о наряде Башмака. Сам он в ярко красной штормовке смахивал скорее на кардинала, чем на лондонского обывателя. Питер родился и вырос в Лондоне, успешно подвизался на поприще фотожурналистики, но затем ему осточертела городская жизнь, он оставил эту работу и вместе с женой Джил — очаровательной экс-манекенщицей — и сыном Джоуи перебрался в Западную Ирландию. Купил участок, собственноручно выстроил коттедж по своим чертежам и зажил тихо и мирно. Но тут до него дошли слухи о строительстве "Брендана", и он явился на верфь с огромным чемоданом.

— Что, и камеры привез? — спросил я.

— Ага, — ответил он, открывая чемодан, разделенный перегородкой на две половины.

В одном отсеке аккуратно покоился на пенопласте полный профессиональный набор фотокамер, линз и прочего снаряжения. Но мое внимание привлек второй отсек. В нем хранился внушительный комплект хорошо послужившего плотницкого инструмента: пилы, струги, скобели, сверла, рубанки — словом, все принадлежности настоящего плотника. И я подумал, что "Брендаи" получит не только фотографа, но и, что не менее ценно, человека, который сможет ремонтировать остов в пути.

Ролф Хансен в норвежской синей штормовке был пятым и последним членом команды. Великий любитель старинных плавучих средств, он приехал из Норвегии, чтобы предложить мне свои услуги. У себя на родине его главным увлечением было собирать в глухих приморских селениях воспоминания старых рыбаков о поре расцвета парусного флота. Коренастый, грудь бочкой, Ролф, несмотря на очки, только Артуру уступал в физической силе. И, подобно ирландцу, был немногословен. Отчасти потому, что плохо изъяснялся по английски, отчасти же потому, что очень серьезно относился к морскому делу. Когда кто-нибудь отваживался спросить его, женат ли он, Ролф сурово отвечал:

— Я обвенчан с морем.

Итак, один ирландец, один кокни, один норвежец и один англичанин подключились к моей затее, и я спрашивал себя, как-то мы будем ладить друг с другом. Предстоявшее нам путешествие в двух важных отношениях отличалось от многих прежних плаваний на подобиях древних судов. Во-первых, мы выйдем в море не на плоту, а на настоящей лодке. "Брендан" не просто платформа, на которой ветры и течения сами доставят нас к цели, если нам повезет. Чтобы наше суденышко уцелело, им надо управлять как следует, и лучше не ошибаться. Малейшая промашка — вдруг при шквале заест шкот на утке или ветром прижмет парус к мачте — и лодка опрокинется, а это катастрофа. Во вторых, что еще важнее, наш маршрут пролегает в холодных широтах, куда современные яхты редко отваживаются заходить. Это не то что сидеть в плавках и наслаждаться солнышком. Совсем маленькая открытая лодка будет плыть в субарктических условиях, и мы будем неделями кутаться в семьдесят одежек, часто мокрых от дождя и соленых брызг. Военные моряки, специалисты по выживанию, которые инструктировали нас, твердили: если кто-то окажется за бортом неправильно одетый, больше пяти минут не протянет.

К счастью, скверная погода в день святого Брендана не обескуражила наших друзей. Многие из тех, кто помогал в строительстве, приехали на полуостров Дингл проводить нас в плавание. Ив одном из ближайших отелей нам устроили истинно ирландский, компанейский прощальный вечер. Виски и портера было вдоволь вершиной оживленной беседы было выступление одного ирландца, который вызвался утихомирить спорщиков и пригрозил расправиться со всеми нашими критиками в самый подходящий момент крыша бара не выдержала веса дождевой воды и протекла, щедро окропив гостей.

— Почему вам захотелось пойти в это плавание? — допытывался один репортер у каждого из членов нашего экипажа.

— Потому что люблю ходить под парусами и хочу научиться управлять такой лодкой, — ответил Джордж,

— Для меня это вызов, — сказал Питер.

— Потому что люблю море, — ответил Ролф.

— Ради удовольствия, лихая затея, — пробурчал Артур, прикладываясь к кружке с портером.

— А как ваши жены? Что они думают по поводу того, что вы на таком суденышке выходите в Атлантику?

Джил Малит поглядела на мужа.

— Если Питер что задумал, его не удержишь, — сказала она. — И вообще, пора уже ему заняться делом.

Жена Джорджа Джудит ответила так же:

— Я считаю, что Джорджу следует делать то, что ему по душе. И к тому же я рассчитываю встретить его, когда "Брендан" придет в Исландию.

Моя жена сумела уклониться от прямого ответа:

— Тим всегда увлечен такого рода затеями, — улыбаясь сказала она журналисту. — И ведь я занимаюсь средневековьем, а потому одобряю все, что обогащает медиевистику.

Затем последовал неизбежный вопрос:

— Вы не волнуетесь за них?

Три женщины переглянулись и твердо ответили:

— Нет.

Утро 17 мая выдалось хорошим. В небе плыли высокие облака, на горизонте таились грозовые тучи. Волны после вчерашнего шторма еще врывались в эстуарий, когда я поднялся в один из двух коттеджей у конца дороги, чтобы посоветоваться с живущим здесь Томом Лии, который сам держал карру. Том — типичный представитель тощих, костистых динглцев, высокий, тихого нрава.

— Возвращайтесь-ка вы в свою гостиницу и отдыхайте, — сказал он мне накануне вечером. — Пригодится. За лодку не беспокойтесь. Мы с сыном присмотрим за ней, все будет в порядке. Мимо нашего дома никто незамеченным не пройдет.

И он сдержал свое слово. Выйдя на рассвете, чтобы убедиться, что с "Бренданом" ничего не приключилось, я увидел черный силуэт Тома Лии. Он стоял неподвижно у стены, окаймляющей Брандон Крик, и смотрел на берег. Я поблагодарил его за помощь.

— Вечером там внизу лазили какие-то ребятишки, — сказал Том. — Но это все местная ребятня, они ничего не возьмут.

В самом деле, деревенские дети отличались великой честностью. Хотя они облазили всю лодку и перетрогали ее сокровища в виде фонариков, ножей, шоколадок и других лакомств, ни один предмет не пропал.

Глядя на волны у входа в эстуарий, я обратился к Тому за советом:

— Как по-твоему, можно нам выходить сегодня?

Он пристально посмотрел на меня.

— Подождите прилива, У вас будет два три часа на то, чтобы выбраться в море. А больше откладывать не стоит.

— Почему это?

— Не нравится мне погода. Жди теперь дождя и ветра, и если подует с северо-запада, в крик нагонит большую волну. Вас запрет в эстуарии, и тогда я не поручусь за целость вашей лодки. Ее может расколошматить вдребезги прибоем.

— Понятно, Том. Стало быть, отчалим, как только прилив снимет "Брендан" со слипа. Ты проводишь нас из крика в море?

— Конечно, и вас будут сопровождать наши молитвы, — сказал он.

Именно его карру я увидел первой, когда много месяцев назад впервые посетил Брандон Крик. И я помнил, что Том последним из местных жителей регулярно выходил на карре в море. Будет очень даже здорово, если нас проводит последний носитель тысячелетней традиции.

Все это утро в Брандон Крик стекались местные жители. Прибывали фермеры со своими родичами, облепившими забрызганный грязью трактор. На легковых машинах катили туристы — Дингл популярное место отдыха. Шли пешком студенты хватало и велосипедистов. Два представителя местной полиции с важным видом явились на изящной голубой патрульной машине. Официально им надлежало следить за порядком, но их, как и прочую публику, куда больше занимал "Брендан". Несколько священнослужителей удобно примостились на верхней стенке, расточая оттуда свои благословения. На пристани одна старушка, отделившись от толпы, сунула мне маленькую бутылочку со святой водой.

— Бог да благословит вас всех и благополучно доставит в Америку, — сказала она.

— Мы будем каждый день молиться за вас, — хором подхватили несколько монахинь.

Я осторожно засунул бутылочку со святой водой под двойной планширь — в то самое место, где и в наши дни на каждой, даже самой маленькой, динглской карре хранится подобная святыня. От Джона О'Коннела мы получили по маленькому изделию с религиозными мотивами. Лицо его выражало напряжение и тревогу. Наши родные тоже заметно волновались.

— Приглядите за нашим сыном, — сказал мне отец Артура.

С принадлежащей Тому Лии карры сошел на берег Ролф. Он не смог устоять против искушения пройтись по эстуарию на диковинной конструкции. Пора отчаливать

— Ну ка — обратился я к толпе. — Подсобите столкнуть ее со слипа

Замелькали лица и руки, множество плеч уперлось в коричневую кожаную обшивку, "Брендан" издал глухой протяжный стон, снялся со слипа и закачался на воде посреди узкого эстуария, удерживаемый якорем.

— До свидания, папуля — отчетливо донесся до меня звонкий голосок Иды.

К моей радости, она отлично поладила с Джоуи Малитом, и все происходящее сейчас воспринималось ими как игра.

— Пора поднимать флаги, — сказал я Джорджу, и одно за другим на грот мачту стали вползать яркие полотнища.

Они располагались согласно последовательности предстоящих нам заходов: ирландский трехцветный флаг, флаг Соединенного Королевства для Северной Ирландии, андреевский крест для Шотландии, фарерский флаг, исландский флаг, датский флаг для Гренландии, канадский кленовый лист, наконец, звездно-полосатый флаг США. Выше всех особняком развевался раздвоенный на конце брендановский стяг — красный крест на белом фоне.

В последнюю минуту было столько дел, что некогда волноваться и нервничать. Нам не терпелось выйти в море. И, конечно же, не обошлось без помехи: якорь застрял под камнем и не поддавался, сколько Башмак ни тянул за трос. Подошли на катере рыбаки.

— Подайте трос сюда, мы потянем лебедкой Лебедка выбрала слабину, камень выпустил якорь, "Брендан" очутился на свободе.

Словно по сигналу, установился почти полный штиль. Я взялся за румпель, Джордж и остальные ребята сели на весла.

— Весла на воду, дружно — скомандовал я, и "Брендан", развернувшись, пошел к выходу из Брандон Крика в Атлантику.

С полным грузом мы тяжело переваливали через встречные волны, которые протискивались в горло эстуария.

— Все равно что выгребать на супертанкере шариковыми ручками, — пробурчал Джордж, глядя на узкую лопасть своего весла.

По обе стороны от нас легко скользили по волнам карры. Одной из них управлял Том Лии. Я приметил, что на носу обеих лодок весело развевались трехцветные флажки.

Провожающие махали и выкрикивали добрые пожелания. В устье крика, между утесами на выходе, я обернулся и увидел картину, прочно врезавшуюся в мою память: больше двухсот человек устремились на мыс, чтобы еще раз взглянуть на "Брендан". Картина была фантастическая, потому что солнце склонилось к западу и в его горизонтальных лучах силуэты людей на гребне образовали темный бордюр. Фигурки были очень маленькие, совсем черные и напоминали вереницу насекомых торопливо карабкаясь через камни, они были одержимы единым стремлением добраться до крайней точки мыса, откуда можно было проследить, как лодка, становясь все меньше, исчезает в океанских далях. Я в жизни не наблюдал такого порыва, и мне вспомнились толпы паломников, которые каждый год поднимаются на вершину горы Брандон, чтобы отслужить мессу в честь своего святого покровителя. Столько людей помогало нам, говорил я себе, столько людей верит в нас, что мы просто не можем их подвести.

Как только устье крика осталось позади и можно было не опасаться, что нас прибьет приливом к ближайшему мысу, я распорядился ставить паруса. Юго-западный ветер благоприятствовал плаванию вдоль ирландских берегов. Кельтский крест на парусах "Брендана" расправился, и мы стали набирать скорость. Лодка легла на нужный курс можно было убирать неуклюжие весла и закреплять незакрепленные предметы. Том Лии помахал нам прощаясь обе эскортировавшие нас лодки повернули назад, к входу в Брандон Крик, и вскоре превратились в черные точки, которые пропадали из виду в ложбинах между волнами. Наконец то мы были в пути.


Содержание:
 0  Путешествие на "Брендане" : Тим Северин  1  1. Шторм : Тим Северин
 2  2. Замысел : Тим Северин  3  3. Строительство : Тим Северин
 4  вы читаете: 4. Отплытие : Тим Северин  5  5. Гаэлтахт : Тим Северин
 6  6. Гебриды : Тим Северин  7  7. Овечьи острова : Тим Северин
 8  8. От Фареров до Исландии : Тим Северин  9  9. Остров Кузнецов : Тим Северин
 10  10. Аварийная обстановка : Тим Северин  11  11. Гренландское море : Тим Северин
 12  12. Прокол во льдах : Тим Северин  13  13. Земля на западе : Тим Северин
 14  Приложения : Тим Северин  15  Текст : Тим Северин
 16  Приложение 2. "Плавание" и "Брендан" : Тим Северин  17  продолжение 17 : Тим Северин
 18  "Брендан". Конструкция : Тим Северин  19  Исследование материалов : Тим Северин
 20  Строительство : Тим Северин  21  Испытания : Тим Северин
 22  За четыре века до норманнов : Тим Северин  23  Текст : Тим Северин
 24  Текст : Тим Северин  25  Приложение 2. "Плавание" и "Брендан" : Тим Северин
 26  "Брендан". Конструкция : Тим Северин  27  Исследование материалов : Тим Северин
 28  Строительство : Тим Северин  29  Испытания : Тим Северин
 30  За четыре века до норманнов : Тим Северин  31  продолжение 31
 32  "Брендан". Конструкция : Тим Северин  33  Исследование материалов : Тим Северин
 34  Строительство : Тим Северин  35  Испытания : Тим Северин
 36  За четыре века до норманнов : Тим Северин  37  Иллюстрации : Тим Северин
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap