Приключения : Путешествия и география : 6. Гебриды : Тим Северин

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37

вы читаете книгу

6. Гебриды


Два дня мы отсиживались в Балихориски, занимаясь мелким ремонтом и отдыхая. Наши спасители, семейство Фрейлов, являли собой живое олицетворение старой истины о братстве, объединяющем всех моряков. Они кормили нас, выстирали просоленную одежду, свозили меня в город, где мне надо было закупить провизию. Заехав в больницу, я встретил у ворот Питера. Вид у него был удрученный.

— Ну, что тебе сказали? — спросил я.

— Врачи определили растяжение грудных мышц с левой стороны и велели отдыхать две недели, прежде чем возвращаться на борт.

— Что ж, это не так страшно. Мы можем и без тебя дойти на "Брендане" до Гебридов, а ты, как отдохнешь, присоединишься к нам в Сторноуэе или еще каком-нибудь порту на севере, откуда мы начнем дальний переход до Фареров.

Питер еще больше погрустнел.

— Боюсь, ничего не выйдет. Врачи предупредили, что растяжение может повториться, если я опять стану нагружать эти мышцы, и будет еще хуже. А если в следующий раз не окажется возможности доставить меня в больницу?

Беда. Случись какое-нибудь происшествие, каждый член экипажа должен быть в форме, и Питеру достало мужества признать, что после травмы он не может поручиться, что выдюжит до конца плавания. Понятно, ни Питер, ни я не могли пойти на такой риск. Пришлось смириться с тем, что Питер Малит вышел из состава экипажа. С огорчением уложил он свою сумку и простился с нами.

К счастью, я располагал временной заменой в лице Уолиса Кларка, бывшего президента Ирландского морского клуба. Уолис еще раньше вызвался помочь нам, на этапе от Ирландии до Шотландии, и он жил всего в нескольких часах езды от Балихориски. Короткий телефонный разговор, и Уолис, как говорится, явился на службу, облаченный в две пары просторных шерстяных рейтузов, несколько свитеров, изношенную вязаную шапку, которая вполне могла бы служить наволочкой, и клеенчатый плащ величиной с небольшую палатку. Рядом с ним даже Артур выглядел маленьким.

Тем временем мы извлекали пользу из уроков, преподанных штормом. Первым делом надо было сместить вперед водяной балласт, чтобы нос "Брендана" опустился и лучше входил в воду, а корма скорее поднималась на попутной волне. Затем Ролф принялся наводить порядок на камбузе, расположенном сразу за главной кабиной. До сих пор эта часть лодки сильно смахивала на средневековую мусорную кучу. Каждый раз, когда кто-нибудь пробирался к рулевому веслу, резиновый сапог сминал кружку или давил подмокшие ингредиенты очередной трапезы. Вооружившись бечевкой и дощечками, Ролф ловко смастерил шкаф для провизии и две полки, где можно было безбоязненно хранить дневные порции чая, кофе и сахара. Бечевку вместо гвоздей или шурупов он использовал потому, что гибкий корпус "Брендана" не признавал никаких жестких креплений.

Тридцатого мая во второй половине дня, с началом отлива, "Риэлт Фанад" ("Звезда Фанада") Дана Фрейла отбуксировал "Брендан" туда, где рыбаки пришли нам на выручку. Снова царил почти полный штиль, и "Брендан" застыл на месте в ожидании ветра. Но теперь на борту было совсем другое настроение. Команда отдохнула и набралась сил, и мы тщательно осмыслили пережитое во время шторма. "Брендан" выдержал бурю, которая разбила бы вдребезги и потопила менее прочную конструкцию. Наша лодка убедительно показала, что вполне способна благополучно одолеть бурные волны и сильный ветер. А потому наша вера в "Брендана" и в свои собственные силы заметно окрепла. Об удобствах говорить не приходилось, и управлять "Бренданом" было чрезвычайно трудно. Фактически при такой малочисленной команде это было все равно что лететь на воздушном шаре. Снялся с якоря — иди туда, куда влекут тебя ветры и течения. Возможности влиять на курс были очень малы, и при встречном ветре оставалось только держаться и ждать перемены к лучшему. Словом, мы начинали постигать, каково было средневековому мореплавателю, оказавшемуся во власти ветра и волн и вооруженному лишь терпением и верой.

Уверенность воодушевила экипаж, и, как-только па другое утро подул ровный сильный ветер, Джордж, поскольку мы изменили центровку балласта, убедил нас проверить новые аллюры "Брендана". По его команде мы маневрировали парусами, и "Брендан", приводясь к ветру, развивал неплохой ход. Лодку по прежнему сносило по поверхности моря, так что нельзя было утверждать, что мы идем против ветра. Но и вперед мы продвигались отменно и, вместо того чтобы уходить по ветру от волн, шли параллельно им, легко переваливая через гребни. Весь этот день мы выдерживали северо-западный курс, направляясь в сторону Шотландии, и нас не обескуражила случайная волна, которая обрушилась прямо в лодку. Непривычно было, неся рулевую вахту, смотреть, как широкая ясеневая лопасть быстро рассекает воду, и ощущать, как чутко кожаная лодка отзывается на малейший поворот румпеля. Наконец то, говорил я себе, "Брендан" идет по настоящему. Он громоздковат, это правда, но все же ведет себя как настоящий парусник.

Трах. Мои размышления разом были нарушены — деревянная грота рея сорвалась и со стуком упала, сминая хлопающий парус. Льняной трос, поддерживающий рею, лопнул, и рея с гротом совершили свободный полет. Окажись кто-нибудь под ними, ему пришлось бы худо. Теперь же Джордж живо вскарабкался на мачту, словно обезьянка на шест, пропустил через рым новый трос, мы подняли парус и опять заскользили по волнам. Уолис, родичи которого не одно поколение были связаны с льнопрядением, осмотрел растрепанные концы лопнувшего фала и скроил презрительную мину.

— Жуткая дрянь. Неудивительно, что лопнул. В прядях полно мусора. Где вы такие раздобыли?

— А других и не было, — ответил я. — Льняной трос практически невозможно добыть, пришлось брать единственный образец, какой мне предложили. С самого старта маемся, особенно тяжело досталось нам во время шторма, каждые два три часа сращивали лопнувшие тросы.

— Постараемся раздобыть что-нибудь получше, — сказал Уолис. — Я свяжусь с друзьями, которые работают в этой отрасли, и мы посмотрим, что можно сделать. "Брендан" заслуживает лучшего материала, чем это дерьмо.

На второй день после выхода из Балихориски мы утром подошли к острову Айона. Три часа хорошей работы веслами — и перед нами открылся Мартирс Бэй (бухта Мучеников), где тысячу лет назад шайка норманнов зверски убила тридцать монахов Айонского монастыря и оставила трупы гнить на береговом песке. До той поры Айона был жемчужиной ирландских заморских миссий. В 563 году сюда приплыл из Ирландии на своей карре святой Колумба. Бухта, где он впервые ступил на землю острова, по сей день называется Порт на Карра. По преданию, Колумба велел своим спутникам закопать лодку в землю, чтобы не было соблазна возвратиться на родину. Под его твердым руководством ирландские монахи учредили на острове один из важнейших кельтских монастырей во всей Европе. Айона сыграл роль трамплина для христианизации Северной Британии, направляя миссионеров на запад и север Шотландии и на север Англии. Повсеместно Колумба и его преемники основывали дочерние монастыри по образцу первого, айонского. Но затем появились норманны. Айона подвергся нападениям в 795 году, затем в 802 и 806 годах. Повторные набеги вынудили монахов покинуть остров и вернуться в Ирландию, где они, в частности, создали знаменитую "Книгу из Келлса" — первый известный нам перевод евангелия на гэльский язык.

В наши дни на Айоне тоже есть аббатство. Оно построено поверх развалин бенедиктинского монастыря, основанного здесь в X веке, и служит обителью айонской религиозной общины, насчитывающей около 130 членов, сторонников объединенной церкви. Община включает англиканцев, баптистов и католиков, действующих за границей и в промышленных городах Великобритании. Каждый год члены общины стараются по возможности собраться на Айоне, чтобы провести неделю в уединении и затем с новыми силами предаться миссионерской деятельности.

Общинный староста любезно предложил команде "Брендана" отобедать в трапезной монастыря и после трапезы преподнес нам на память о визите маленькую копию замечательного ирландского кольчатого креста XV века, известного под названием "Крест св. Мартина", который стоит у врат монастыря. Подходящий подарок, если учесть, что на парусах "Брендана" тоже был изображен крест св. Мартина.

Сверх того в Айоне наша команда пополнилась новым членом взамен Уолиса Кларка, который должен был возвращаться на работу после затянувшегося уик-энда. Не успел Уолис отбыть с острова на маленьком пароме, как в Мартирс Бэй вошел сильно потрепанный парусник с голубым корпусом, а час спустя на берегу ко мне подошел человек весьма причудливой внешности.

— Слушайте — начал он возбужденно, — это вы шкипер той диковинной лодки? Слушайте, это же здорово Мне сказали, что вы ищете человека для своей команды.

— Да, ищу, — осторожно ответил я, рассматривая незнакомца.

Высокий сухопарый мужчина длинные волосы упорно спадали ему на глаза, и он убирал их нервным движением руки. Наиболее выдающейся чертой лица был похожий на клюв крупный нос, который вместе с непрестанно взмахивающими, на редкость длинными руками придавал незнакомцу сходство с хищной морской птицей. Еще примечательнее было его одеяние. На голове — армейский берет торс облачен в поношенный морской свитер, достающий до самых колен на обтрепанных джинсах вышиты суда, цветы и звери. Ниже джинсов — ни носков, ни ботинок, ни сапог, только голые ступни, и он явно не задумывался над тем, что стоит в ледяной воде. Впечатляющая картина

— Я капитан вон той голубой яхты, — торопливо продолжал этот фантом, сопровождая свои слова широким жестом, — Мы совершаем рейсы по Гебридам. Но я хотел бы присоединиться к вам, если вы согласны.

— А как же ваше судно? — спросил я. — Что будет с ним? И с теми, кто вас зафрахтовал?

Я живо представил себе несчастных туристов, брошенных на произвол судьбы этим сумасбродом.

— Все будет в порядке, — ответил он. — У меня есть два брата. Они могут поработать лето за меня. — И, словно вспомнив, что не спросил самого главного, он добавил: — Да, кстати, куда вы собрались идти на этой лодке? Вот так в порыве разудалого энтузиазма нагрянул Идэн Кэнил и вскоре стал нашим штатным остряком и живчиком. Неунывающий Идэн явился желанным пополнением нашего экипажа. Бесшабашный по природе, он без оглядки мчался по жизни от одной переделки к другой. Идэн умел управляться с парусами и рулем, не боялся ни сырости, ни холода и — к моей великой радости — не возражал против того, чтобы разделить со мной обязанности кока. Фактически единственным его существенным пороком, который проявился в ближайшие недели, был чудовищный и ненасытный аппетит. Его голод не признавал никакой дисциплины. Идэн готов был есть что угодно и в любом объеме, и мы быстро убедились, что оставлять что-нибудь в миске на потом опасно. Прожорливость и привычка размахивать длинными руками обеспечили Идэну прозвище Олуша в честь его пернатого родича, чья ненасытность породила не одну легенду.

Идэну требовалось два дня, чтобы уладить свои дела перед тем, как присоединиться к нам, и мы условились о встрече на близлежащем острове Тайри. Таким образом, когда мы отчалили от Айоны, команда "Брендана" была совсем не укомплектована: только четыре человека. Проходя мимо аббатства, мы услышали прощальный звон больших колоколов, и общинный староста, стоя у самой воды, махал нам вслед, пока мы не обогнули мыс и взяли курс на Тайри. Небо словно спускалось все ниже и ниже, в конце концов, нас поглотил моросящий сумрак, и мы продолжали плыть в своем, обособленном мире.

Море явно вознамерилось преподать нам еще один урок средневековой навигации. Я тревожно косился на лаг, отсчитывающий пройденные мили. И всматривался в темноту впереди, однако ничего не мог разглядеть. Видимость не достигала и ста метров. Я посмотрел на карту, в двадцатый раз подсчитывая расстояние, отделяющее Лиону от Тайри. Попросил Ролфа бросить лот, но он не достал дна. Я не очень доверял лагу, но, судя по нему, мы уже покрыли всю дистанцию между островами. Может быть, течение притормозило нас? Или увело с курса и пронесет по дуге мимо Тайри, так что мы вовсе не увидим острова? Лоция предостерегала, что нас ждут берега, отороченные подводными камнями, а по радио вновь передавали штормовое предупреждение. Я сказал себе, что "Брендану" следует возможно скорее укрыться в гавани.

Внезапно послышался голос Артура.

— Земля! Земля! Прямо на носу — кричал он. Сквозь сумрак я различил протянувшуюся невдалеке перпендикулярно нашему курсу чуть видную линию раздела между берегом и морем. Ветер гнал нас прямо на берег.

— Руль на ветер — крикнул Джордж.

Ролф бросился вперед, чтобы отрегулировать паруса для перемены курса. Заскрежетала цепь шверца, который Артур опустил, чтобы уменьшить снос. Нос "Брендана" повернул к северу, однако береговая линия последовала за ним. Мы по прежнему шли прямо на остров.

— Ты не можешь привести ее еще больше к ветру, Джордж? — спросил я.

— Могу, если ты хочешь, чтобы мы потеряли скорость и нас снесло, — ответил он. — Кажется, мы попали впросак.

Ролф снова бросил лотлинь.

— Четыре сажени — крикнул он мне.

Я уставился на карту. Четыре сажени, четыре сажени, и прямо перед носом земля… Где же мы находимся? Внезапно до меня дошло: ослепленный туманом, я позволил течению увлечь "Брендан" в бухту на юго-восточной окраине Тайри. И никакой гавани впереди, только камни, способные пропороть кожаную обшивку. Не примем срочных мер — попадем в классическую ловушку, нас запрет в заливе, и тогда весла не помогут, слишком мало гребцов.

— Ролф Башмак — крикнул я. — Садитесь на весла. По веслу на каждую сторону, помогайте направлять лодку.

Джордж, если повезет, выкарабкаемся из бухты с северной стороны. Но для этого надо войти за внешние рифы. Держи возможно круче к ветру. Я займу место впередсмотрящего. С места рулевого нельзя было толком следить, что делается впереди, — парус заслонял поле зрения. Поэтому я взобрался на блоки плавучести на носу, ухватился за трос, выпрямился и, балансируя там, отдавал команды Джорджу. "Брендан" петлял между камнями, и судьба его висела на волоске. Надо было, где под парусами, где на веслах, исхитриться пройти между вереницами рифов. Ролф с Артуром по очереди маневрировали веслами, Джордж — рулевым веслом. Напрашивалось сравнение с начинающим лыжником, который спускается по крутому склону на разъезжающихся лыжах, огибая препятствия, силясь сохранить равновесие и поминутно опрокидываясь вперед. Очень уж похожие ощущения испытывали мы на "Брендане". Сочетание ветра, наката и сноса, течений и отката непрестанно изменялось, и любая промашка грозила катастрофическим столкновением с рифами.

— Так держать, устойчиво на курсе — крикнул я Джорджу, и мы проскользнули мимо первой группы торчащих камней.

— Направо! Направо! Ролф, навались изо всех сил — скомандовал я.

"Брендан" обогнул вторую гряду рифов с камня, вдоль которого мы юркнули, нырнул в море озадаченный тюлень. Струящиеся пряди водорослей указывали положение рифа, притаившегося у самой поверхности воды. Ни одно килевое судно не решилось бы здесь идти, но "Брендан" сидел в воде на два десятка сантиметров с небольшим, чему я был очень рад. Точно так маневрируют владельцы карр в изобилующих рифами прибрежных водах Ирландии. Трудный участок подходил к концу. Впереди оставалась последняя гряда, и волны тяжело колыхались вокруг покрытых водорослями каменных граней.

— Еще чуть вправо, Джордж

— Не выйдет — отозвался он. — Больше к ветру привестись невозможно.

Ролф лихорадочно заработал веслом — восемь, девять, десять быстрых гребков… Мало… "Брендан" начал разворачиваться боком к камню, грозя наскочить на него. Меньше минуты отделяло нас от столкновения.

— Рискнем пробиваться сквозь водоросли — крикнул я. — Лево руля Башмак, теперь ты греби что есть мочи

"Брендан" стал поворачивать, паруса наполнились ветром, и лодка пошла прямо на темную полосу водорослей. На какой глубине притаился риф? Водоросли, шурша, погладили кожу "Брендана", и наше суденышко без единой царапины легко перевалило через барьер. Опасности остались позади. Башмак и Ролф убрали весла и обессилено поникли на банке. Я спустился с носа и присоединился к Джорджу на руле.

— Пронесло, — пробурчал я ему. — Вот нам и второй урок. Нельзя допускать, чтобы "Брендан" заперло в заливе, иначе можем вовсе без лодки остаться.

Тайри — еще один из островов Гебридского архипелага, где обосновались ирландские монахи. Во времена святого Брендана здесь помещался дочерний монастырь айонского. Кое кто утверждает, что его учредил сам Брендан, и предания раннехристианской поры настолько живы в памяти говорящих на гэльском языке островитян, что вам покажут на один из рифов в новой гавани — риф Моллахдэг (Проклятый риф) — и поведают, что именно к нему причалил святой Колумба, когда приплыл на остров Тайри. Он привязал свою карру к водорослям, но они порвались, и лодку отнесло, после чего Колумба проклял риф и сказал, что отныне и вовеки на нем ничего не будет расти. Все остальные подводные камни в гавани покрыты густым зеленым ковром, а Моллахдэг долго оставался голым, и лишь недавно на нем появились жалкие клочки водорослей.

Судя по тому, что на островах можно услышать немало историй о вспыльчивости ирландских святых мореплавателей, они явно отличались сварливым нравом. На том же Тайри рассказывают, что святой Колумба поскользнулся и упал, наступив в воде на камбалу, после чего повелел ей носить оба глаза на одной стороне, чтобы такие происшествия не повторялись. А в районе Балихориски один старый рыбак объяснил мне, почему изо всех заливов побережья только в бухте Малрой совсем не ловится лосось. Дескать, один святой, приплыв туда, попросил в поселке рыбы, но ему отказали, и тогда он, разгневанный, навсегда изгнал из бухты лососей.

Идэн присоединился к нам на Тайри, и, когда мы приготовились выходить из гавани, он взялся за весло и сделал для пробы несколько гребков. Я три года был рулевым оксфордской восьмерки, так что с первого взгляда узнаю опытного гребца.

— Эй, я вижу, тебе не впервой грести? — крикнул я Идэну.

— Верно, а почему ты спрашиваешь? — удивился он.

— Думаю, твое умение нам пригодится. За какую команду греб?

— Я был капитаном итонской команды, когда мы в Швейцарии выиграли первенство мира для школьников.

Только Идэн, сказал я себе, мог забыть упомянуть об этом раньше.

Покинув Тайри, мы под великолепным закатным небом пошли на север, в пролив Минч, отделяющий Внешние Гебридские острова от Внутренних и от берегов Северной Шотландии. Отличные места для хождения под парусами: цепочка Гебридов защищала нас от мощи Атлантики, и, пока в океане бушевали штормы, мы могли плыть сравнительно спокойно, продолжая осваивать наше диковинное суденышко.

Меня беспокоили швы, соединяющие кожи обшивки. Фиаско с льняными тросами явилось зловещим предупреждением. Если нити дратвы, которой сшиты кожи, такие же никудышные, как снасти, то мы плывем на борту смертельной ловушки: "Брендан" может вдруг развалиться. Для проверки я поковырял швы пальцем. Дратва стала совсем мягкая и проминалась ногтем, но крепость ее опасений не вызывала. Я знал, что на дратву пошла пряжа более высокого качества, чем на тросы, но подозревал, что есть еще одна причина, почему она сохранила прочность. Когда мы были заняты строительством лодки, наш поставщик прислал образцы пряжи, чтобы их проверили в лаборатории вместе с лоскутами кожи, дубленной в экстракте дубовой коры. При этом лаборатория сделала интересное наблюдение. Как и следовало ожидать, мокрая льняная дратва была прочнее сухой, а когда ею прошили кожу, она стала более устойчивой против гнили. Таннин из кожи пропитал дратву, и лен тоже оказался дубленым. Рыбаки исстари знают этот прием до появления современной синтетической пряжи ирландские рыболовы вымачивали свои сети и лини в дубильном растворе, чтобы дольше служили. Но чего лаборатория не могла объяснить, так это почему льняная дратва делалась крепче, когда ею сшивали кожи. И, щупая влажную обшивку "Брендана", я от души надеялся, что это загадочное для науки явление продлится подольше.

Моя вера в ирландский лен возродилась в следующем же порту, когда мы зашли в Лох Мэдди на острове Норт Уист и капитан порта вручил нам бухту нового, высококачественного льняного троса. Он рассказал, что трос был доставлен на яхте из Ольстера с просьбой возможно скорее передать на "Брендан". Позднее я узнал, что Уолис Кларк, как-только вернулся домой с Айоны, сообщил о наших осложнениях с низкосортными тросами той самой фирме, которая поставила дратву для "Брендана". Директор фирмы Джим Хеншел отправил партию пряжи на канатный завод в Белфасте: нельзя ли немедля изготовить из нее трос? Это крайне важно для "Брендана". Через сутки трос был готов, и яхта тотчас повезла его на север.

Новый трос превосходил старый по всем статьям. Шелковистый, крепкий, работать с ним — одно удовольствие. С благодарностью мы обновили снасти "Брендана", дабы не опасаться, что нам в любую минуту на голову свалится парус.

Тем не менее мы покидали Лох Мэдди с дикой головной болью — следствие чрезмерной дозы виски и оглушительного концерта волынок: Норт Уист знаменит своими волынщиками. Впрочем, превосходная погода быстро нас исцелила. В проливе дул отличный свежий ветер при совсем умеренной волне.

— Ну что, Джордж, посмотрим, на какую скорость способен наш "Брендан"?

Джордж радостно улыбнулся.

— Не боишься, что мачту сломаем?

— Не боюсь. У нас последний шанс проверить аллюры перед выходом в открытый океан.

— Отлично. Поставим все наши паруса — и нижние бонеты, и боковые, а мачту на всякий случай укрепим бакштагом.

Идэн издал ликующий клич.

— Сейчас мы ее разгоним, — сказал он, весело потирая руки, и вместе с Ролфом принялся ставить бонеты, увеличивая парусность до предела.

Поначалу остров заслонял нас от ветра. Но, как-только мы вышли из прикрытия, паруса прибавили ход "Брендану". Вода вдоль кожаных бортов бурлила все громче, по мере того как нарастала скорость.

— Поднять шверцы — скомандовал Джордж, и мокрые доски, роняя капли, со стуком легли на настил.

Без тормозящих шверцев плоскодонный "Брендан" рванулся вперед. Я глянул на счетчик лага. Мы мчались словно экспресс, развивая скорость шесть семь узлов. Было видно, как гнется румпель от напора рассекаемой воды. Стоило Джорджу чуть повернуть весло, как в воздухе веером рассыпались брызги. Ролф приплясывал от удовольствия.

— Глядите. Глядите — "Брендан" понес.

В пролив между островами врывался накат, и, встретившись с ним, мы стали качаться вверх вниз на волнах. Ощущение было такое, словно мы катаемся на искусственных горках на ярмарке. "Брендан" соскальзывал с гребней со скоростью восемь десять узлов. Время от времени он вырывался из объятий моря и стремительно мчался вперед, оседлав гребень подобно любителю серфинга. В такие минуты счетчик лага показывал максимум двенадцать узлов и стрелка упиралась в край шкалы. От опьяняющей гонки захватывало дух. Средневековое суденышко неслось со скоростью современной яхты — потрясающее впечатление Льняные тросы и кожаные ремни старинного такелажа гудели от напряжения массивная Н образная опора рулевого весла кряхтела и прогибалась при встрече лодки с волной паруса вздувались и трепетали под напором ветра… После двух часов лихой скачки я без особой охоты распорядился уменьшить парусность, боясь, что лодка либо разорвется на части, либо зароется в воду.

Позднее выяснилось, что один служащий береговой охраны наблюдал в бинокль, как "Брендан" мчится в проливе на север, пробиваясь сквозь шквалы с дождем. Прикинув скорость "Брендана", он позвонил своему начальству и предсказал, что лодка через шесть часов будет в Сторноуэе. Не веря собственным глазам, он продолжал следить, как мы проскакиваем один ориентир за другим, еще раз проверил свои расчеты и снова связался со Сторноуэем.

— "Брендан" еще в пределах видимости, — доложил он. — Но мой предыдущий прогноз отменяется. Ждите "Брендан" в Сторноуэе через три часа.

Мы убедились, на что способна океанская карра в идеальных условиях, и наградой нам было великолепное завершение гонки вдоль Минча. Ветер не оставлял нас всю дорогу до Сторноуэя. Мы с шиком обогнули маяк, спустили передний парус и прошли мимо островного парома, с которого нам махали выстроившиеся у борта пассажиры и команда. Подчиняясь знакам человека, стоявшего на рыбачьей пристани, мы свернули туда. Отдана команда, грот плавно спускается вниз. Артур делает два мощных гребка, своим веслом, поворот рулевого весла — и "Брендан" аккуратно швартуется у причала, как будто мы всю жизнь только и делали, что ходили на средневековых суденышках.

— Огорчили вы нас, — мрачно произнес скорбный шотландец на пристани. — Ребята из спасательной службы так надеялись поупражняться, вытаскивая вас из воды. Ну да ничего, — добавил он с великолепным гэльским пессимизмом, глядя сверху на наше диковинное суденышко, — вы еще зададите им работу, когда пойдете на Фареры. Не хотел бы я плыть вместе с вами.


Содержание:
 0  Путешествие на "Брендане" : Тим Северин  1  1. Шторм : Тим Северин
 2  2. Замысел : Тим Северин  3  3. Строительство : Тим Северин
 4  4. Отплытие : Тим Северин  5  5. Гаэлтахт : Тим Северин
 6  вы читаете: 6. Гебриды : Тим Северин  7  7. Овечьи острова : Тим Северин
 8  8. От Фареров до Исландии : Тим Северин  9  9. Остров Кузнецов : Тим Северин
 10  10. Аварийная обстановка : Тим Северин  11  11. Гренландское море : Тим Северин
 12  12. Прокол во льдах : Тим Северин  13  13. Земля на западе : Тим Северин
 14  Приложения : Тим Северин  15  Текст : Тим Северин
 16  Приложение 2. "Плавание" и "Брендан" : Тим Северин  17  продолжение 17 : Тим Северин
 18  "Брендан". Конструкция : Тим Северин  19  Исследование материалов : Тим Северин
 20  Строительство : Тим Северин  21  Испытания : Тим Северин
 22  За четыре века до норманнов : Тим Северин  23  Текст : Тим Северин
 24  Текст : Тим Северин  25  Приложение 2. "Плавание" и "Брендан" : Тим Северин
 26  "Брендан". Конструкция : Тим Северин  27  Исследование материалов : Тим Северин
 28  Строительство : Тим Северин  29  Испытания : Тим Северин
 30  За четыре века до норманнов : Тим Северин  31  продолжение 31
 32  "Брендан". Конструкция : Тим Северин  33  Исследование материалов : Тим Северин
 34  Строительство : Тим Северин  35  Испытания : Тим Северин
 36  За четыре века до норманнов : Тим Северин  37  Иллюстрации : Тим Северин
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap