Приключения : Путешествия и география : продолжение 2

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33

вы читаете книгу

Мы вылетели из Эсеисы 16 июля 1971 года утром. На борту лишь двое — второй пилот Педро Алькоб и я. Нам предстояло пролететь 2200 километров на юг и прибыть вечером в Рио-Гальегос, а на следующий день поступить в распоряжение инженеров компании — для полетов на чилийской и аргентинской территории Огненной Земли.

Я решил разбить маршрут на две почти равные части и сделать посадку в Трелью, чтобы заправиться. Таким образом, мы были бы достаточно обеспечены горючим, и его не пришлось бы экономить, снижая мощность двигателей в полете.

Первая часть полета прошла как обычно. Никаких осложнений с погодой. Ветра и вихревых потоков почти не было. Все предвещало замечательный, исключительный полет — метеорологические условия были просто прекрасные, а в Трелью мы успели даже перекусить в баре на летном поле. Затем спокойно продолжили полет к югу, к Рио-Гальегосу.

Над Комодоро мы неожиданно увидели впереди, насколько хватал глаз, весьма непривычную картину. Обычно пустынная и сухая, без единого деревца и каких бы то ни было признаков жизни, Патагония проплывала под нами, до самого горизонта покрытая на этот раз слоем снега. На востоке, однако, этот белый покров резко обрывался у берега Атлантического океана.

На подходе к Рио-Гальегосу, около 17 часов, нас предупредили с контрольно-диспетчерского пункта, что большая часть посадочной полосы обледенела и нам следует соблюдать осторожность.

Обледенение это, опасное для самолетов других типов, было абсолютно безвредно для нашей машины, она отлично «приспособлена» к таким условиям. Мы произвели посадку без особых трудностей.

Тепло одевшись — температура держалась около 5 или 6 градусов ниже нуля, — мы в течение полутора часов занимались машиной: чистили, наводили порядок, пополняли запас масла и бензина. Так как ночью мороз должен был усилиться, мы утеплили масляные радиаторы, поставили на воздухозаборники двигателей заслонки и заглушки.

Обычно на аэродроме нас встречала толпа служащих, чтобы помочь тащить вещи и т. п., — с нами почти всегда летел кто-нибудь из руководителей компании. Сегодня мы прилетели одни, нас никто не встречал, и до города нам пришлось добираться самим.

Мы связались с местным отделением фирмы и с инженером компании Виктором Грихальвой, эквадорцем, которого должны были завтра взять на борт самолета. Вылет был назначен на 9 часов утра. Мы обратились к таможенным и эмиграционным властям и предупредили их об этом.

Одна машина должна была заехать за таможенниками в 8 ча-сов 30 минут, другая — доставить нашего пассажира к без четверти девять. Мы же предполагали взять такси в половине восьмого — это дало бы нам время подготовиться к вылету: прогреть двигатели, оформить документы, подписать полетный лист и, конечно, не забыть два термоса, которые мы всегда берем с собой.

К моменту прибытия пассажира все должно было быть готово, в том числе бумаги. Даже его паспорт следовало отдать для отметки заранее, чтобы пассажиру осталось лишь взять его и поднять-ся в самолет…

Все прошло гладко, как всегда. Двигатели завелись без труда, погода стояла прекрасная, и в назначенный час мы поднялись в воздух.

Инженер Грихальва — человек вежливый, несколько сдержан-ный, любезен со всеми. Алькоб угощает его кофе и комментирует местность, которой мы все любуемся. В этот день вид ее действительно был великолепен. Судя по всему, ночью снова шел снег; теперь уже толстым слоем он покрывал всю Патагонию. Свежий снег сверкал, и по мере того как горизонт разгорался под красноватыми лучами восходящего солнца, повсюду вспыхивали тысячи разноцветных искр.

Над всем этим великолепием на небольшой высоте проплывал наш самолет. Воздух, обычно здесь неспокойный, в тот день был необыкновенно тих, в небе ни облака. Самолет скользил ровно, без рывков, и это придавало полету какую-то невероятную безмятежность.

Всего тринадцать минут полета над аргентинской территорией — и мы пересекли чилийскую границу, о чем следовало обя-зательно доложить наземной службе. Алькоб настроил передатчики на частоту 126,7, чтобы выйти на связь с контрольно-диспетчер-ским пунктом в Пунта-Аренасе. 10 минут спустя мы летели уже вдоль Магелланова пролива, миновали вторую точку связи, о которой также следовало доложить, — и, наконец, остров Санта-Изабел.[1] Новая настройка передатчика на частоту 118,7 позволила нам связаться с диспетчерским пунктом.

Видимо, другого самолета на подходе не было, и мы сразу получили разрешение выйти на главную полосу. Таким образом, не прошло и сорока минут с тех пор, как мы покинули Рио-Гальегос, а наши колеса уже прокладывали след на покрытой снегом полосе большого чилийского аэропорта. Власти приняли нас любезно, как обычно, формальности были сведены к минимуму.

В главном зале аэропорта мы оказались лицом к лицу с господином Жаном Пиже, инженером компании, руководителем всех ее работ на чилийской территории. Небольшого роста, с округлым лицом и животиком, господин Пиже, как всегда, в своем неизменном берете с помпоном. Он энергично жестикулирует, приветствуя нас, и шумно выражает свое удовлетворение. На сей раз он особенно доволен: прибыв в точно назначенное на прошлой неделе из Буэнос-Айреса время, он нашел в аэропорту и самолет и своего инженера.

Как только формальности были соблюдены (они заключались в обмене формуляров и визировании паспортов), мы направились к самолету, разумеется, в сопровождении господина Пиже. Теперь мы находились в его распоряжении: дальнейшая программа полетов зависела от него. Он принял решение посетить Серро-Сомбреро, один из важнейших нефтяных центров чилийской части Огненной Земли.

Для этих краев день был, в самом деле, исключительно хорош — ни ветерка, ни облачка. Магелланов пролив мы пересекли единым махом, на высоте всего 3000 футов,[2] и через 25 минут спокойного полета (что удивило нашего пассажира) приземлились в Серро-Сомбреро.

Перед посадкой нам дважды сообщили о состоянии взлетной полосы: «Осторожно в Сомбреро!.. Полоса покрыта льдом!..»

Возле ограждения из колючей проволоки, рядом с единственным бараком, служившим одновременно и контрольно-диспетчер-ским пунктом и залом ожидания, нас ждали два грузовичка. Застенчивый молодой инженер — канадец — расшаркивался перед своим шефом господином Пиже и перед инженером Грихальвой, с которым не был знаком.

Наша маленькая группа разделилась, и все мы направились к лагерю нефтяников.

Одной из целей прилета был осмотр инженером Грихальвой установок и оборудования компании на чилийской территории Огненной Земли. Его только что назначили руководителем работ фирмы в Патагонии, а до этого он год работал в Буэнос-Айресе в аппарате компании. Его поездка, таким образом, должна была способствовать установлению контактов с персоналом и, кроме того, знакомству с состоянием оборудования на участке.

В Сомбреро мы спокойно пообедали в огромном ресторане фирмы «Энап», которая является чилийским вариантом нашей нефтяной компании. Во второй половине дня вернулись в Пунта-Аренас, на этот раз только с одним пассажиром на борту — господином Пиже. Инженеру Грихальве требовалось завершить работу, и он вынужден был остаться на Огненной Земле. Было решено, что мы прилетим за ним, когда он все закончит.

В Пунта-Аренасе мой второй пилот Педро Алькоб и я имели право на целый день отдыха — это было воскресенье 18 июля 1971 года. Лишь около полудня мне следовало быть около телефона, так как я, а точнее мы — самолет и его экипаж, — мог понадобиться инженеру Грихальве, если он закончит свои дела раньше намеченного срока.

Но как и предполагалось ранее, в Сомбреро, с его обледенелыми взлетно-посадочными полосами, мы вылетели вновь только в понедельник рано утром.

Посадка прошла без задержек. Даже не пришлось останавливать двигатели. Господин Грихальва, ожидавший нас, был рад покинуть эту печальную Огненную Землю. Алькоб помог ему втащить чемодан, и в мгновенье ока наш пассажир удобно устроился в кабине, где было тепло и уютно.

Не теряя времени, мы повернули обратно. В Пунта-Аренасе после обеда нам предстояло совершить извечный ритуал: предупредить таможенников и эмиграционные власти, подготовить и осмотреть машину, составить план полета, заполнить международные формуляры…

Попрощавшись с господином Пиже, который радовался нашему отлету, как и прилету, и желал нам благополучного путешествия, мы вылетели из Пунта-Аренаса с единственным пассажиром на борту — господином Грихальвой. Наша миссия на крайнем юге Чили была закончена.


Сорок минут полета — и мы в Рио-Гальегосе. Погода все такая же прекрасная, «болтанка», обычная здесь, отсутствовала.

Снова нам предстояли, уже в обратном порядке, таможенные, полицейские и другие проверки. Нужно было кипы всяких бумаг и формуляров раздать множеству чиновников… К счастью, я заранее подготовил бланки, заполненные еще в Буэнос-Айресе, и теперь щедро раздавал их направо и налево.

Согласно программе, господин Грихальва должен был провести вторую половину дня в Рио-Гальегосе, и мы задерживались там до утра.

Грихальва ловко забрался в сине-белый грузовичок, ожидав-ший его, и машина двинулась в сторону большой деревни, какой является, в сущности, Рио-Гальегос. Мы с Алькобом решили до вечера остаться в аэропорту — осмотреть двигатели и подготовить машину к полету. Хотя уход за материальной частью никоим образом не был нашей обязанностью, мы всегда, где бы ни находились, тщательнейшим образом занимались этим сами. Мы приобрели такие навыки, что автоматически выполняли все операции, и при этом испытывали глубокое удовлетворение от сознания, что самолет в полном порядке.

На следующий день не было еще 9 часов утра, а двигатели уже уверенно урчали, готовые к полету. В 9 часов 15 минут прибыли пассажиры — на этот раз четверо — и без промедления заняли свои места. Это были инженер Грихальва, инженер Десмэ с супругой и инженер Сантисо.

Очередной пункт назначения — Рио-Гранде на аргентинской части Огненной Земли, примерно в двухстах километрах к югу от Рио-Гальегоса.

Еще один полет без особых приключений, если не считать последних ста километров, когда облачность, закрыв землю, заставила нас несколько раз менять высоту полета. На передней кромке крыльев и выступающих частях машины стал образовываться кристаллический лед — явление, весьма неприятное для нас, ибо противообледенительная система, обогревающая лобовое стекло теплым воздухом, создает сильную жару в кабине — прямо перед нашим носом на плексиглас направлены две обжигающие струи. Настоящая пытка. Противообледенительное устройство растапли-вает совсем немного льда с наружной стороны лобового стекла, образуя два полукруглых просвета, сквозь которые можно хоть что-то видеть впереди.

Легкое обледенение крыльев не мешало нам маневрировать, и приземление прошло нормально. Из предосторожности я не выключил противообледенитель винтов. Мы катились по новой широкой полосе аргентинской воздушной военно-морской базы в Рио-Гранде. Командно-диспетчерский пункт предупредил нас, что полоса и большая часть мест стоянок покрыты льдом.

Целью нашего прилета были инспекция хозяйства компании, а также встречи с геологами и директорами Аргентинской государственной нефтяной компании.

Два сине-белых грузовичка ждали нас на обочине стоянки… те же цвета, те же марки машин и те же знаки на дверцах… В любой части Америки, от Огненной Земли до Аляски, и, пожалуй, повсюду, где есть нефть, можно встретить такие грузовички.

Наши пассажиры тут же отправились по своим делам. В аэропорту остались только Алькоб и я. Добрую половину дня мы провели за осмотром и проверкой пневматической противообледенительной системы, которая защищает крылья и рули самолета от одного из самых страшных наших врагов. Враг этот напомнил о себе в последнем полете, правда, довольно робко, но для нас это было суровое предупреждение. Для борьбы с врагом мы располагали кое-каким оружием, несовершенным и ненадежным, но все же оружием, и в нужный момент оно могло пригодиться. Следить за тем, чтобы жизненно важные узлы машины содержались в наи-лучшем состоянии, было самой важной нашей задачей.

Закончив осмотр, довольные работой всех систем, мы отправились в городок Рио-Гралде, где должны были провести ночь, а утром вылететь в Рио-Гальегос.

Послеобеденное время и вечер показались нескончаемо долгими. Солнце зашло в половине шестого, делать было нечего, пойти некуда. Мы истомились, перечитывая одни и те же газеты и непрестанно поглядывая на часы в ожидании, когда можно будет поужинать и лечь спать.


Содержание:
 0  Последняя буря : Пьер Шеналь  1  Безмятежный полет : Пьер Шеналь
 2  вы читаете: продолжение 2  3  Тысяча километров очень плохой погоды : Пьер Шеналь
 4  продолжение 4  5  В плену урагана : Пьер Шеналь
 6  продолжение 6  7  Ледяные оковы : Пьер Шеналь
 8  продолжение 8  9  В поисках невозможного : Пьер Шеналь
 10  продолжение 10  11  Умереть как подобает пилоту : Пьер Шеналь
 12  продолжение 12  13  Задача со многими неизвестными : Пьер Шеналь
 14  продолжение 14  15  Голос Сан-Хулиана : Пьер Шеналь
 16  продолжение 16  17  Выбор : Пьер Шеналь
 18  продолжение 18  19  Заход на посадку : Пьер Шеналь
 20  продолжение 20  21  Неудача : Пьер Шеналь
 22  продолжение 22  23  Отчаянный маневр : Пьер Шеналь
 24  продолжение 24  25  Самый удивительный миг : Пьер Шеналь
 26  продолжение 26  27  Эпилог : Пьер Шеналь
 28  продолжение 28  29  Приложение : Пьер Шеналь
 30  продолжение 30  31  Фотографии и схемы : Пьер Шеналь
 32  продолжение 32  33  Использовалась литература : Последняя буря
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap