Приключения : Путешествия и география : Глава четвертая Выжить в джунглях и не умереть : Андрей Шляхтинский

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13

вы читаете книгу

Глава четвертая

Выжить в джунглях и не умереть

Не надо плохо думать о джунглях. Они дают все, что необходимо для жизни.

Сержант IV Амазонской бригады, спецподразделение «Ивья»


— Господи, это ужасно!

Елена опускается на большой щербатый валун и стягивает с себя грязный рюкзак. На осунувшемся лице под древним черным женским рисунком лесных индейцев явственно проступает усталость. Алексей выглядит бодрее, хотя и ему изрядно досталось. К тому же он старше: ему сорок два, жена — на десять лет моложе. Да и рюкзак у него несравненно тяжелее. За несколько дней автономного перехода через эквадорские джунгли его голени покрылись здоровенными красными пятнами от укусов микроскопических мошек-ихинильяс. И не сегодня завтра эти ранки начнут превращаться в язвы, если Алексей не прекратит их расчесывать и не смажет каждую линкомициновой мазью из аптечки. За этим придется проследить.

Но ребята по-настоящему молодцы! фраза Елены — редкая минутная слабость. Она и Алексей впервые в жизни оказались в джунглях, но ни на что не жалуются. Они привыкают, адаптируются физически и морально. Вечнозеленый влажный экваториальный лес их — как я говорю — «плющит». Испытывает на прочность. И либо добьет, либо нет. Мне кажется, что новички выдержат. Они мучаются, разрываясь между привычным рационализмом белого человека и тем образом мыслей и манерой вести себя, к которым насильственно склоняют джунгли.

Рано или поздно это пройдет. Я знаю, так как много лет назад сам пережил подобное и неоднократно наблюдал это у других. Да, они пока еще не могут идти так же быстро, как наши проводники-индейцы, шесть часов кряду перескакивая с камня на камень вверх по руслу маленькой лесной речки. Они неловки в движениях, почти ничего не знают о джунглях и не говорят ни по-испански, ни на кичуа. Но они идут! Отстают, спотыкаются, скользят, падают в воду, наверное, матерятся про себя, но идут.

Подобная стойкость белых людей производит хорошее впечатление на индейцев, моих давних друзей и проводников в этом районе Эквадора. Нет, они не выражают открыто своего восхищения или удивления — это не в местных традициях. Они не берутся нести личные вещи участников этой в некотором роде авантюры. Однако и старик, и его молодой сын с пониманием относятся к чувствам моих клиентов. Ведь я привел их сюда, организовал все «мероприятие», и теперь мы втроем — двое индейцев и я — несем за них моральную ответственность.

Все, пятиминутный привал окончен. Поднимаемся и снова идем. Под ногами журчит прозрачная вода, сквозь которую видны косяки маленьких пугливых рыбешек. Звенят цикады, а в голубом небе носятся черные стрижи. Джунгли живут своей жизнью. За изумрудной стеной зелени она невидима для неподготовленных глаз. Кажется, что густой лес однообразен и, кроме деревьев да насекомых, в нем никого нет. Но это величайшая иллюзия! Заблуждение. Немое опровержение тому — постоянно попадающиеся на песчаных отмелях следы белохвостых оленей, похожих на морских свинок-переростков пугливых гуант, ошей-никовых пекари. Пару раз за день нам повстречались огромные отпечатки лап тапира, один из которых был с детенышем. Между камней в кустах индейцы нашли большую берцовую кость животного. Несколько раз индейцы показывают следы пумы: похожие на кошачьи, но восемь сантиметров в длину. Они совсем свежие, тянутся на несколько сот метров вдоль берега по руслу в том направлении, куда идем и мы.

Все это: и следы, и голоса птиц, и пьянящие запахи, и объяснения индейцев о пользе того или иного растения — создает совершенно особую атмосферу. Погружают моих спутников, да и меня тоже, в мир, совершенно отличный от привычного нам по городской жизни. Сказка, тайна, сюрреализм… Эмоций и впечатлений настолько много, что мозг не успевает обрабатывать весь объем поступающей информации. Система «виснет».

Еще бы! По утрам, в три часа, все мы просыпаемся, чтобы варить и пить отвар из листьев гуайюсы — великолепный энергетик, придающий заряд бодрости на весь день. И это время разговоров. Старик рассказывает древние мифы, говорит о животных, о демонах джунглей. О знахарях, которые берут в жены дочерей духов подводного мира, чтобы обрести их силу и знания.

По вечерам мы скручиваем из листьев платано — зеленых бананов — большие сигары, забивая их крепким местным табаком-самосадом. Едким дымом мы отгоняем кусачих насекомых и завлекаем в сновидения души зверей. Я развожу тошнотворный табак в воде, чтобы видеть удивительные сны.

Мы травим рыбу ядовитым соком лианы барбаску. Достаем сладчайший мед из улья диких пчел. Выковыриваем больших съедобных личинок пальмового долгоносика из стволов деревьев. Собираем лягушек и пресноводных улиток по ручьям, чтобы потом все это съесть. Ночью мы охотимся на диких лесных кур-мундити и на крокодиловых кайманов, глаза которых горят красными угольками в луче фонарика. А потом тащим всю эту груду мяса на собственном горбу в больших плетеных сумках, едва удерживаясь на отвесных склонах обрывов.

Да, мы живем дикарями и выглядим так, будто за нами охотятся армии сразу трех стран — Эквадора, Перу и Колумбии. Ребята получают свою порцию адреналина, мучений и редких по своей насыщенности эмоций. И они пока еще не знают, что, если… нет, когда мы выйдем из джунглей, призом за стойкость им будет хороший отель с отличным рестораном и несколько SPA-салонов на выбор, которые за несколько сеансов приведут их в чувства. А все вместе — и джунгли, и индейцы, и бокал славного чилийского вина под мясной фондю — вдохнут в них новую жизнь. Как шаман вдыхает жизненную силу-самай в темечко младенца. А тяготы путешествия забудутся.

Кто-то, прочитав эти строки, подумает, что мы не умеем отдыхать. Что мы — сумасшедшие адреналинщики. Возможно. Но зато мы знаем, что такое приключение!

К чему это я? А к тому, что в джунглях можно жить даже там, где на многие километры вокруг нет ни одного человека.

Ни «цивилизованного», ни «полуцивилизованного», ни даже «дикого». Как это ни удивительно, но есть места, где никто не строит жилищ и куда никто не ходит. В большинстве случаев тому есть две веские причины. Первая — большое расстояние, отделяющее дальние джунгли от более обжитых мест. Вторая — отсутствие необходимости отправляться к черту на рога, когда все необходимое для жизни можно раздобыть поблизости. Причем места, о которых я пишу, чаще могут посещаться белыми, нежели индейцами. Ведь первые всегда суют свой пурпурный, облупленный на солнце нос туда, куда совать его небезопасно. Вот о таких уголках мы и поговорим.

Несомненно, многим частенько доводилось читать и слышать об ужасных хищниках, населяющих джунгли Амазонки и помышляющих только о том, как бы сожрать двуногого «царя природы». Ерунда, скажу я вам. Куда более треволнений и неприятностей приходится испытывать от мошек, комаров и муравьев, иногда от термитов в спальном мешке и клещей, а также жары и влажности, колючих лиан, однообразной пищи и непривычной обстановки тропического леса, чем от скрадывающего вас во мраке ночи кровожадного ягуара. Поэтому давайте вместе с вами расставим все точки над «i».

В большинстве случаев все без исключения дикие животные предпочитают спасаться бегством или затаиваться, едва заподозрят близость человека. Вот почему многих из них куда проще встретить в зоопарке, нежели в самых безлюдных уголках джунглей Амазонки. Желаете поглядеть на ягуаров — отправляйтесь в зоосад, потому что в джунглях вы в лучшем случае найдете их следы, а в худшем — не увидите даже их. Тем не менее в отношении некоторых млекопитающих хищников, рептилий, насекомых и других живых созданий, способных причинить увечья, следует принимать определенные меры предосторожности.

Среди наземных хищников стоит упомянуть ягуара, или «тигра», как его повсеместно зовут в Южной Америке. Он — один из немногих, кто способен встретиться с человеком лицом к лицу и даже наброситься на него. Но. только когда умирает от голода. В августе-сентябре, когда коты ищут самок и возбуждены, устраивают сражения и вообще становятся невменяемыми от переизбытка половых гормонов, защищая котят или если зверю отрезали все пути к бегству. Однако стоит ягуару хоть единожды убить человека и распробовать вкус его мяса, как большая дикая кошка превращается в грозного врага, атакующего при любом удобном раскладе. В таких случаях хищник днем чаще всего поджидает жертву возле троп, по которым постоянно ходят люди, нападая всегда внезапно и молниеносно. Ночами же ягуар может «навещать» лагеря охотников и рыбаков и там убивать спящих.

Из всех крупных кошек сельвы самыми опасными считаются большой пятнистый ягуар-утурунгу и смоляно-черная яна пума. Особенно последняя, которая, как гласит молва, всегда нападает на спящую жертву. При этом согласно поверьям она не притрагивается к мясу, но выпивает всю кровь и разгрызает череп, чтобы добраться до мозга человека. Среди обитателей джунглей бытует легенда, которая приписывает яна пуме способность гипнотизировать добычу на расстоянии, заставляя человека погружаться в глубокий сон. Поверье это настолько живуче, что стоит индейцам наткнуться в джунглях на следы черного ягуара, как они весьма поспешно покидают опасное место и как можно быстрее стараются уйти подальше до наступления ночи.

Говорят, никакие меры предосторожности не спасут человека ночью от нападения яна пумы. К счастью, этот злобный хищник живет в самых глухих и редко посещаемых человеком уголках джунглей. Я полагаю, впрочем, что — как и во многих других случаях — несговорчивый нрав яна пумы слегка переоценен впечатлительными натурами лесных жителей.

Два других крупных хищника из семейства кошачьих — настоящая пума и льюйчу пума — гораздо менее опасны. А маленькие дикие кошки-тигрильо вообще никогда не нападают на людей, если те не ставят их в безвыходное положение.

Но там, где ягуары встречаются особенно часто — из известных мне мест назову верхнее течение реки Бьябопи в Голубой Кордильере в Перу, — расслабляться и терять бдительность неразумно. По меньшей мере, лучше всегда быть при оружии. Хотя бы носить мачете или копье из тех, что все еще делают индейцы. Но это на самый крайний случай.

Следующее животное, против которого также нелишне принимать меры предосторожности по ночам, — летучая мышь-десмод, в народе известная как «вампир» или под именем мащу. Особенно актуально это для тех, кому выпадет случай ночевать в покинутых лесных хижинах. Небольшой по размерам крылатый зверек готов пробраться в малейшую лазейку в москитной сетке или даже прогрызть дырку, лишь бы добраться до спящего человека и напиться крови. При этом жертва не чувствует ни самого укуса, ни того, как десмод сосет у нее кровь. Только наутро человек обнаруживает красные пятна на простынях и одежде. И вот тогда-то понимает, что подвергся нападению «вампира». Поэтому, укладываясь спать, есть смысл с особой тщательностью вешать москитную сеть, хорошенько подтыкая и придавливая чем-нибудь тяжелым нижние края полотнища. Другое верное средство обезопасить себя от ночных кровососов — жечь на костре острый перец-ахи. Причем так, чтобы дым проникал в каждый уголок убежища, а поднимаясь кверху, окуривал пальмовую кровлю, в которой устраиваются на дневку десмоды и прочие летучие мыши.

В местностях, где «вампиров» особенно много, иногда развешивают в лагере рыболовные сети, таким образом затрудняя летучим мышам свободное передвижение. Десмоды, в отличие от насекомоядных сородичей, обладают неважной эхолокацией и частенько путаются в сетях, после чего их безжалостно убивают. Если имеется возможность, то в лагере можно оставлять зажженные коптелки или керосиновые лампы «летучая мышь», чтобы отпугивать светом тех самых летучих мышей.

Среди рептилий главные враги человека в джунглях — змеи. Их много видов, но на глаза все они попадаются далеко не каждый день и не каждую ночь. Тем не менее больше всего индейцы и метисы боятся бушмейстера шушупи, удава-хергон, каскабель, лоро мачакуи, нака-нака и других, чей укус нередко смертелен, если человеку не оказать своевременную помощь.

Как я уже говорил, подавляющее большинство обитателей джунглей убегают или прячутся, почувствовав близость человека. И змеи не исключение. Их укуса не избежать, если рептилию загнали в угол и ей приходится бороться за свою жизнь. Я слышал и читал множество историй о том, что змеи нападали на человека без очевидного повода. Идет себе человек сельвой, и вдруг — раз! — укусила его ядовитая гадина. И невдомек ему, что змея спала или же по какой-то иной причине не заметила приближения человека. А когда обнаружила его, спасаться бегством было уже поздно. Единственное, что ей оставалось, — нападение.

Предлагаю вам рассмотреть обычный случай. Представим, что змея, как это часто случается, устроилась отдыхать на ветке дерева или кустарника, как раз на высоте человеческого роста. Она спит, как вдруг, проснувшись, обнаруживает приближающегося человека, а тот даже не подозревает о присутствии рептилии, подходит все ближе, и ближе, и ближе. Расстояние сокращается. Змея инстинктивно боится, что если пошевелится и попытается скрыться, то будет обнаружена и убита. А первое правило джунглей гласит: «Чем ты незаметнее — тем дольше проживешь». Поэтому рептилия принимает единственно правильное решение — подготовиться к защите. Со стороны это частенько выглядит как подготовка к нападению. Змея поднимает переднюю часть туловища и голову, готовая к смертельному броску, замирает и остается в такой позиции до тех пор, пока человек не пройдет мимо. Если он при этом не заденет ветвь и не будет размахивать руками, то без риска для жизни минует притаившуюся над его головой змею.

Есть, правда, одно исключение. Это шушупи, или, как ее называют на востоке Эквадора, мутулю палю. Она — самая большая из всех ядовитых змей, обитающих в джунглях преимущественно на высоких, не затапливаемых дождями и паводками местах. Ее длина иногда переваливает за три метра, а в самом широком месте туловище достигает десяти сантиметров в диаметре. Как говорят крещеные метисы, это единственная змея, которая не приняла проклятия Бога. Они утверждают, что шушупи, преследуя жертву, не извивается горизонтально, как все остальные змеи, но совершает вертикальные колебания туловищем и даже способна делать длинные прыжки. Как бы там ни было в действительности, но, к счастью для человека, шушупи активна по ночам, да и не слишком многочисленна. Правда, существуют в Амазонии местности, где шушупи — настоящее бедствие. Но это ненаселенные районы вроде верховьев уже упомянутой мною реки Бьябопи в дикой Голубой Кордильере. Лично мне никогда не приходилось сталкиваться с этой гадиной нос к носу, однако ее ночные серенады, наводящие ужас, доводилось слышать. Воистину жуткий спектакль, скажу вам! Несколько раз я видел длинные шкуры, вывешенные в хижинах индейцев и в лавках торговцев на городском рынке в Икитосе.

Шушупи имеет обыкновение устраиваться на дневной отдых в норах животных, в дуплах поваленных деревьев и вообще в каких-нибудь темных дырах. Иногда она делит жилье со зверьком, которого в Перу зовут махас, а в Эквадоре — гуанта. Мясо этого грызуна размером с очень жирного кота ценится и индейцами, и метисами за свой нежнейший вкус; на него регулярно охотятся. И шушупи, и махас коротают дни в одних и тех же местах, а звуки, которые издают оба, если потревожить их глубокий и крепкий сон, схожи. Все это иногда приводит к трагическим последствиям для человека или его охотничьей собаки, которые принимают змею за безобидного зверька, скрывающегося в глубине пустотелого древесного ствола.

Среди обитателей джунглей бытует немало легенд и поверий о шушупи. Мне приходилось слышать, например, что если тебя преследует эта трехметровая злобная тварь, то надо бросить на ее пути что-нибудь из своей одежды. Это позволит выиграть время, так как змея кинется на футболку или рубашку и устроит над ними жестокую расправу. А человек тем временем сможет убежать как можно дальше.

Индейцы с большим подозрением относятся ко всем змеям, хотя прекрасно различают ядовитые и неядовитые виды. Первых боятся и при случае убивают. Вторые либо вовсе не пользуются их вниманием, либо их тоже убивают. Но не из-за страха, а для того, чтобы, например, забрать их красиво окрашенную кожу или кости, которые идут на украшения. В последнем случае мертвую змею оставляют в джунглях недели на две. За это время жара, влажность и муравьи очищают кости и череп добела.

Кроме ягуаров, летучих мышей-кровососов и ядовитых змей, в джунглях опасность для здоровья человека представляют кое-какие насекомые, пауки, скорпионы и некоторые другие крошечные создания, живущие повсюду во влажном вечнозеленом экваториальном лесу. На собственном опыте я убедился: чтобы избежать неприятностей, следует принимать определенные меры предосторожности. Главное — научиться различать, кто есть кто из ползучей и летающей братии. Последствия укусов болезненны, но практически никогда не приводят к смерти. Да, боль в укушенном или ужаленном месте бывает адской, а на глаза индейцев-охотников, вообще-то не склонных к сентиментам и демонстрации боли, наворачиваются слезы. Человека может даже колотить в лихорадке, временно парализовать или свалить в сон. Но если вы здоровы, то вряд ли умрете. Зато получите превосходный урок на будущее! Бесценный опыт, скажу я вам.

Вы, наверное, читали или слышали об ужасе джунглей — бродячих муравьях, колоннами марширующих по тропическому лесу и пожирающих всех и вся на своем пути, от клопа до человека. Уж сколько писано-переписано о них! Я подозреваю, что авторы сих опусов — латентные маньяки-извращенцы. Такое впечатление складывается у меня, когда читаю описания страшных и мучительных смертей жертв, виновниками которых стали полчища кровожадных муравьев-убийц. Знаете, быть может, где-то и обитают такие чудовища, но в северо-западных и западных районах Амазонии (а это ни много ни мало — половина всего бассейна Амазонки) ни разу не довелось слышать о них от индейцев, лучше которых джунгли не знает никто. Да, некоторые виды муравьев действительно странствуют внушительными колоннами, без конца и края длиной. Да, когда насекомые приходят к индейской хижине, то ее обитатели оказываются вынужденными на время покинуть жилье, и в этом видится некоторое неудобство. Да, муравьи могут даже несильно покусать. Но вот парадокс: питаются они исключительно мелкой живностью, вроде клещей, клопов и блох, так что после посещения бродяг индейские дома остаются продезинфицированными от паразитов. Да, и зовут этих «монстров» тамья аньянгу, что в переводе с языка кичуа означает «муравей-дождь».

Отдельная и очень серьезная тема, которую мне хочется затронуть, — комары. И даже не столько они, сколько те инфекции, которые переносят эти насекомые. Как правило, неприятности поджидают в заболоченных джунглях и по берегам равнинных рек. Самая известная и распространенная — это малярия в своих двух имеющихся в Северо-Западной и Западной Амазонии формах. Более легкая — трехдневная «вивакс», и тяжелая тропическая «фальципарум», дающая осложнения и нередко приводящая к смерти. И ту и другую переносят комары рода Анофелес, заражающие человека при укусе.

Теоретически обезопасить себя от малярии можно, принимая в качестве профилактической меры специальные таблетки. На практике этого в большинстве случаев не делается в силу разных причин. Именно поэтому в районах низкой сельвы малярия распространена среди индейцев и метисов настолько широко, что к ней относятся с философским спокойствием, как к насморку. Поэтому приезжий человек должен отдавать себе отчет в том, что рано или поздно, почти со стопроцентной вероятностью, приступ случится и с ним. Тогда единственная надежда — это таблетки хлорокина и примакина, гидроксихлорокина или аналоги. И не имеет значения, приедет ли он на неделю или проживет несколько месяцев.

Малярия — вещь крайне неприятная. Ибо мало какая зараза умеет так вас вымотать в короткие сроки, как повторяющиеся через сутки приступы, длящиеся ровно двадцать четыре часа. Ломка во всем теле, дикий озноб, сменяющийся жаром, температура до 39 и выше и сильнейшая головная боль. К тому же малярия имеет устойчивую тенденцию к повторению, не важно, лечишься ты или нет. Она может вновь случиться через месяц, два, через полгода, в любой момент. И поскольку «болезнь плохого воздуха» в заболоченных районах, как показывает практика, неминуема, то обезопасить себя можно лишь единственно надежным способом: не посещать их.

Тут уж каждый решает для себя сам. Тем более что, кроме малярии, существует еще несколько разновидностей «фьебрес», или «лихорадок», как они именуются в просторечии. В их числе так называемая лихорадка денге и печально знаменитая желтая. Последняя, к счастью, на сегодняшний день практически искоренена, хотя в тридцатых годах прошлого столетия она в буквальном смысле начисто выкашивала целые регионы в Эквадоре и Перу. Есть также масса других заболеваний, сопровождающихся аналогичными симптомами.

Вот, кажется, мы более или менее разобрались с теми «рисками», которые поджидают человека, ищущего приключения на суше. Настало время перейти к водным и полуводным обитателям джунглей. Прежде остальных должно упомянуть черного каймана, анаконду, которую в Эквадоре и Перу называют боа или амарун, змей яку хергон и нака-нака, хищную пиранью и пакостливого сомика-карнеро, карниру или каниру.

Вам, уважаемый читатель, может показаться странным, что из десятков тысяч видов живых существ, населяющих Амазонку, я упомянул всего-навсего несколько видов, которые могут считаться опасными для здоровья и жизни. Парадокс, но так оно и есть, если отбросить в сторону красочные, леденящие кровь мифы и легенды, которыми столь богаты джунгли и к которым так любят обращаться некоторые авторы, закладывая их в основу сюжета своих произведений. Вероятно, вы еще больше удивитесь, если я попытаюсь убедить вас в том, что человек может неделями и месяцами путешествовать по рекам на лодке или каноэ, но так ни разу и не встретится ни с крупным кайманом, ни с анакондой, ни с водяной змеей. Куда проще отыскать их в зоопарке или аквариуме, нежели в реках и озерах Амазонии. Хотя они действительно там живут и достаточно многочисленны.

Несмотря на это, отправляясь в джунгли, следует помнить следующее. Черный кайман, достигающий пяти метров в длину по официальным данным и семи метров по неподтвержденным, нападает на человека либо когда тот оказывается в воде, либо на берегу. Происходит это, когда хищник голоден, либо если человек наивно решит забрать яйца из гнезда, которые кайманы устраивают на земле неподалеку от воды. Эти яйца, когда их пошевелишь, издают своеобразный звук, похожий на звон колокольчика. Кайман, даже находящийся под водой и услышавший этот звук, молниеносно выскакивает на сушу и яростно набрасывается на человека или любое другое животное, которое оказалось рядом с гнездом.

Если человек или животное случайно падают в воду или же купаются в местах малонаселенных или вообще диких, то риск нападения черного каймана достаточно велик. Сначала он утягивает жертву под воду и топит ее. Затем кайман вытаскивает добычу на берег, где и съедает. Не верьте тем, кто рассказывает небылицы, будто черный кайман пожирает людей в глубине реки или озера. Это неправда.

В других случаях, когда разозленный чем-то кайман лежит на поверхности воды, прячась среди надводных растений, он, перед тем как напасть на каноэ или лодку, слегка выгибает хвост. Он поджидает приближения суденышка, чтобы затем перевернуть его молниеносным и сокрушительным ударом. В том, что удар пятиметровой зубастой махины сокрушительный, — можете быть уверены!

Теперь поговорим об анаконде, любимом персонаже многих романов и кинофильмов, а также сказок, мифов и легенд. Повсюду в Перу, Эквадоре и Бразилии ее чаще зовут боа, яку мама или же амарун. Гигантский удав обычно живет в больших спокойных озерах и в заболоченных участках джунглей. На реках его видят реже. Эта змея — вопреки немыслимому количеству захватывающих душу историй — лишь в редчайших случаях атакует человека. В редчайших! Происходит это, когда анаконда голодна — питаться она может раз в полгода, а также если по ошибке примет человека за свою привычную добычу — пекари, капибару или любое другое животное размерами меньше ее самой.

Анаконда всегда убивает жертву, обвиваясь вокруг нее кольцами и ломая кости грудной клетки. Среди жителей джунглей считается неблагоразумным слишком долго неподвижно находиться на берегу реки или озера в тех местах, где людей практически не бывает и удавы не знают страха перед человеком. Для этого есть свое объяснение: бытует мнение, что анаконда гипнотизирует свою жертву перед тем, как напасть на нее точно так же, как это делает черный ягуар.

Лесные жители уверяют, что самый надежный способ освободиться из «объятий» анаконды — это изо всех сил укусить гигантскую змею, после чего она мгновенно ослабит хватку. На мой взгляд, способ несколько сомнительный, учитывая толщину и прочность пятнистой шкуры змеи; ее то и ножом не так просто разрезать.

Как и черный кайман, анаконда может нападать на человека в воде, когда тот по неосторожности свалится в реку или же купается поблизости от берега. Точно так же, как и кайман, она утаскивает жертву под воду, а через некоторое время выбирается с ней на сушу. Как правило, вдали от места нападения.

Если добыча крупная, то анаконда, съев ее, на несколько дней остается спать где-нибудь на стволе дерева или в скоплении плавника, переваривая жертву. В это время она резко уменьшается в длине, зато ужасно раздается вширь, потому что — как и любая другая змея — заглатывает добычу целиком, не разрывая на части. Ясно, что в таком состоянии исполинский удав теряет способность быстро двигаться и становится уязвимым.

Мясо гигантской змеи съедобно, однако редко кто отваживается есть его. Индейцы же вообще избегают убивать анаконд, не то что использовать их в качестве источника животного белка. А вот что действительно ценится, так это прекрасная кожа боа, которую используют для тех же целей, что и кожу каймана. Жиру анаконды приписываются лечебные свойства: говорят, что он помогает при артрите и ревматизме.

В джунглях Амазонки водятся две разновидности анаконд, обитающих в воде, — черного и желтого цветов. Помимо них, на суше живет еще одна боа, называемая сача мама, что на языке индейцев кичуа означает «хозяйка леса». Черную анаконду считают самой злобной, но и преследуют чаще, так как ее жир, говорят, намного более эффективное снадобье, чем жир желтой анаконды. Также утверждают, что, будучи взят в ладонь даже в небольшом количестве, он способен разойтись по всей руке. А если этот жир попадет на металлическую деталь какого-нибудь механизма, то последний безнадежно испортится, так как субстанция производит сильнейшую коррозию.

Что касается желтой анаконды, то она встречается значительно чаще и не столь опасна для человека. Сача мама — красивейший боа констриктор, живущий на суше, также не представляет опасности для человека из-за своих небольших размеров. Однако и он окружен ореолом тайны, и в джунглях ходит немало легенд о хозяйке леса.

Водяные змеи обитают по топким речным берегам и в джун-глевых болотах. Все они крайне ядовиты, но кусают человека только тогда, когда он пробирается по жидкой грязи, не соблюдая осторожности и не производя предупреждающего шума. В остальных случаях они, как и прочие обитатели джунглей, моментально скрываются при малейшем подозрении на присутствие человека. Большинство водяных змей небольшого размера и редко вырастают до одного метра. Их несколько видов. Яку хергон похож на сухопутного хергона. А нака-нака окрашена в красивый красный, черный и желтый цвета и напоминает аспида, обитающего в джунглях на суше.

Теперь я предлагаю вам перейти к рыбам, представляющим реальную или мнимую опасность для человека. Пиранья, или панья, — хорошо известная рыбка, прославившаяся далеко за пределами Амазонии благодаря своему хищному нраву. Есть несколько видов, различающихся размерами и особенностями биологии. Обыкновенно при слове «пиранья» в сознании предстает обезображенное тело человека или животного, имевшего несчастье оказаться в воде там, где обитают эти маленькие, кровожадные убийцы. Однако действительность куда менее зловеща, чем людская фантазия. Мне, например, неоднократно приходилось купаться в реках, где водились пираньи, и есть уху из пираний, выловленных там же. И, признаться, уха из них получается пре-славная! И никто из индейцев не пугал тем, что есть риск превратиться в обглоданный скелет, если залезть в воду.

Чуть менее оптимистично обстоят дела с другой рыбкой, не столь известной за пределами мест ее обитания. Я имею в виду сомика-карнеро. С испанского языка его имя переводится как «мясник». Он живет преимущественно в реках, реже в озерах. Проворный карнеро проникает в тело человека или животного через различные отверстия и способен пробраться глубоко внутрь, повреждая любой орган, который встречается на его пути. Если карнеро попал внутрь, то вытащить его оттуда нелегкая задача, так как рыбка растопыривает плавники и застревает в отверстии.

Есть два вида карнеро: маленький и тонкий, едва-едва достигающий пяти сантиметров в длину, и второй, вырастающий до пятнадцати сантиметров. Первый считается наиболее опасным, потому что благодаря своим незначительным размерам с легкостью проникает в отверстия на теле. Другой же чаще присасывается к незащищенным или поврежденным участкам кожи.

Рыбки-мясники нападают на человека или животное, когда те неподвижно стоят в воде. Поэтому стоит ли удивляться, что в выловленных трупах карнеро кишмя кишат.

Чтобы избежать нападения зловредной рыбешки, не следует пренебрегать следующими мерами предосторожности. Входя в воду, надо производить как можно больше шума. Не останавливаться надолго в одном месте, постоянно двигаться и носить плотно прилегающую к телу одежду, надежно прикрывающую «причинное место».

Если же карнеро все же проник внутрь, то есть — я, правда, не проверял — несколько верных способов изжить его оттуда. Помимо хирургического вмешательства — от одной мысли об этом мне становится дурно! — индейцы и метисы практикуют свои методы. Так, рекомендуют пить настой из плодов дерева уиту. А если его нет, то настой амазонского табака-самосада, отвратительнейшего на вкус. В обоих случаях паразиты выходят из человека уже мертвыми, и я понимаю почему.

Помимо всех вышеперечисленных неприятностей, в джунглях белый человек рано или поздно столкнется с болезнями. Порезы, ушибы, отсутствие привычной пищи, очень редко — инфекционные заболевания. Все путешественники проходят через это и, в конце концов, начинают относиться к подобным напастям философски. Было время, когда я таскал с собой аптечку, до отказа набитую всевозможными таблетками и пилюлями. С каждой поездкой их число неумолимо сокращалось, и в один прекрасный день остались лишь те, которые предназначены для жизни «в цивилизации». Ибо именно в городах путешественника подстерегают неприятности с желудком, быстро проходящие, стоит ему углубиться в джунгли. Исключения есть. Например, я и сегодня запасаюсь большим количеством мази-антисептика и каплями от насморка, так как это самые востребованные лекарства. Причем не столько мною, сколько другими людьми, нуждающимися в помощи. Приятно помочь больному человеку, особенно если это ребенок, даже если ты сам не получишь ничего, кроме скупых слов «Кай рукуга альи щунгу руна мау», которыми тебя опишут индейцы, рассказывая родственникам и знакомым. «Этот старик — человек с хорошим сердцем», — скажут они.

На собственном опыте узнаешь, что, живя среди индейцев, всегда можно рассчитывать на помощь шаманов или даже рядовых членов племени, хорошо разбирающихся в лекарственных растениях и разного рода снадобьях.

Индейцы — отличные этноботаники. Индейская медицина знает множество лекарственных растений. Например, больса мульяка, маленькое растение, листья которого варят, а горький, отвратительный на вкус отвар пьют как средство от лихорадок и малярии. Ядовитый сок дерева катауа используют как верное средство от чесоточного клеща и других кожных заболеваний. Отваром из скорлупы кокосового ореха лечат дизентерию. Корой чучуваши, настоянной на самогоне из сахарного тростника, борются с ревматизмом и простудными заболеваниями. Кроме того, настойка из чучуваши славится как весьма сильный афродизиак. Плоды дерева гуайяба хорошо помогают при расстройстве желудка. От кашля и бронхитов применяют сироп из зрелых плодов дерева уиту, а зеленые используются для приготовления стойкой черной краски: ею раскрашивают тело, спасаясь от мошек и комаров. Размочаленную кору и листья ренако прикладывают к ранам и порезам. Белым млечным соком дерева охе индейцы изгоняют глистов и лечат анемию. Из растертого корня растения юкилья извлекают сок, который помогает при глазных заболеваниях. Для этого его закапывают по две-три капли в каждый глаз. Кроваво-красным соком дерева сангре-де-драго — «кровь дракона» — в джунглях лечат язву желудка, а также всевозможные раны, порезы и ушибы. Этот сок в малых количествах смешивают с медом, водой и пьют или же прикладывают к больному месту.

Помимо растений, индейцы и метисы пользуются разнообразными лекарствами животного происхождения. Так, жир пресноводного ската-хвостокола восстанавливает силы ослабленного организма. Его применяют при астме и болезни бронхов, а также практикуют втирания, когда болят мышцы.

Вонючее мясо хохлатого гоацина — удивительной древней птицы — употребляют в пищу только больные астмой, ибо здорового человека стошнит. Жир, добытый из анаконды, применяют при острых и хронических мышечных болях. Причем считается, что наиболее действенное лекарство дает не желтая, а черная анаконда.

Хорошим средством от астмы, бронхитов и туберкулеза считают и жир каймана, который также обладает восстанавливающими свойствами и помогает при ревматизме. Правда, найти жирного каймана не так-то просто.

Жир лесной черепахи помогает при вывихах и ушибах, а ее желчь восстанавливает печень и лечит другие болезни.

Жиром очкового медведя излечиваются от ревматизма и втирают в мышцы для их укрепления.

Жир игуаны успокаивает мышечные боли.

Яичники самцов обезьяны-капуцина и прочих маленьких обезьян содержат большое количество гормонов, способствующих продолжительной сексуальной активности, причем даже в преклонных летах. Для этого у недавно убитого самца отрезают тестикулы и поедают их сырыми, чем-нибудь запивая при этом. Насколько действенен последний рецепт — я не знаю, ибо есть сырые обезьяньи яйца. Хотя чем черт не шутит!

На экзотических рынках в городах и поселках, спрятанных в джунглях, все вышеперечисленное доступно каждому страждущему. Я, например, регулярно заглядываю сам и вожу с собой товарищей по экспедициям и клиентов на большой рынок в перуанском городе-анклаве Икитос, что расположился на самой Амазонке. Этот колоритный видами и запахами рынок — по-испански Белен, а по-русски Вефлеем — предлагает полную линейку традиционных для амазонского региона лекарственных средств от марихуаны, мазей и примочек до десятков разновидностей животворящих настоек на травах и меде, исцеляющих сразу и от всего на свете. Состав некоторых из них определить невозможно и приходится полагаться на броские названия, в которых явственно читается юмор жителей Амазонки. При желании в торговых рядах под любопытные взгляды сотен черных грифов каждый может приобрести стеклянную емкость 0,75 л с многообещающей этикеткой «SVSS», что на человеческий язык переводится как «Семь раз не вынимая». Ну, вы догадались, ага?

Вот, пожалуй, и все, о чем я хотел бы рассказать относительно «выживания» в джунглях Амазонки. Если разобраться, жизнь в этих Богом забытых краях не более опасна, чем наше существование в городах, в безводных пустынях, в горах или на просторах арктических тундр. Просто надо изучить ее, понять, прочувствовать и не пренебрегать элементарными нормами поведения. Как говорится в мудрой пословице: «Перестань бороться со средой, и она перестанет бороться с тобой».

Теперь, разобравшись с опасностями реальными и мнимыми, поговорим о приметах в джунглях, которые дошли до нас благодаря многовековому опыту, накопленному и сохраняемому индейцами.

В джунглях — как, впрочем, и в других местах — обитает множество животных, подглядывая за которыми нетрудно определить свое местонахождение, сориентироваться и узнать, как изменится погода в ближайшее время, и изменится ли вообще. Нетрудно, если знаешь и умеешь. Я назову лишь некоторых, самых распространенных представителей животного царства, к подсказкам которых прибегают не только лесные индейцы, но и белые, волею случая заброшенные в бескрайние джунгли Амазонки.

Вот маленькие изумрудные попугайчики-пиуичу, иначе — ло-рито. Они всегда носятся крикливыми неугомонными стайками, всегда заметны. Эти птички никогда не улетают далеко от воды, гнездятся поблизости от рек и озер. Поэтому, если я услышал крики пиуичу, даже не видя их, то, скорее всего, до реки недалеко. То же справедливо и в отношении цапель. Эти птицы постоянно держатся возле воды: как правило, на озерах и по рекам, богатым рыбой. Следовательно, увидев цаплю, можно быть уверенным в близости водоема.

А вот услышав громкие, резкие крики небольшой хищной черно-белой каракары — ататао, разорительницы осиных гнезд, я буду знать, что забрел в самую глубь джунглей. «В центр», как принято говорить в перуанской Амазонии. Дело в том, что ата-тао селится вдали от рек и от человеческого жилья. Поистине она — глашатай тропического леса, так как начинает громко и настойчиво кричать, если завидит в своих владениях человека или хищного зверя.

Если, блуждая в джунглях, я услышу крик рыжей кукушки-чикуан или маленького звонкоголосого хищника — ястреба-уанкауаи, то могу быть уверен в грядущем ненастье. Неспроста же за этими птицами закрепилась слава предсказателей дурной погоды. Также и непрерывная тоскливая песня большого тукана предвещает скорое начало дождя.

Вблизи крупных и средних по ширине рек обитает гигантская лягушка, в народе называемая коно-коно. Иногда между шестью и восемью часами вечера, едва ночь окутает джунгли, раздаются громкие крики этой амфибии: «ко-ко-ко-ко-ко… ко-ко-ко-ко… ко-ко-ко-ко-ко.» Заслышав их, надо готовиться к длительной засухе и, как следствие ее, к обмелению рек. Иными словами, коно-коно предупреждает: амиго, готовься перетаскивать долбленые каноэ через перекаты на собственном горбу.

Следы собаки, которые, в отличие от следов диких кошек, имеют отпечатки когтей, указывают на близость расчистки и человеческого жилья. Эти вечные спутники людей никогда не уходят одни далеко в джунгли. Главное не ошибиться и не спутать следы домашнего пса со следами его диких сородичей, «лесных собак» сача альку.

Заблудившись и найдя тропу, которую оставили после себя белогубые пекари-уангана, можно пройти по ней. Она непременно выведет либо к реке, или озеру, либо туда, где живут эти звери, похожие на крупных свиней. В последнем случае есть смысл пойти по одной из троп, ведущих к водопою. А оттуда, если пекари ходят пить воду к ручью, двигаясь вниз по течению, рано или поздно выйдешь к более крупной реке, на которой, скорее всего, живут люди. Или, по меньшей мере, идя вниз по реке, рано или поздно отыщешь их следы.

Найдя в джунглях труп или останки животного и внимательно осмотрев их, я узнаю, было оно убито «полуцивилизованными» индейцами или «дикими», хищником или же умерло своей смертью. Можно даже с большей или меньшей точностью установить время смерти и в каком направлении ушли охотники. Опытный глаз поймет, с какой целью убили животное. Индейцы берут мясо, тогда как белые охотники за шкурами ошкуривают добычу, а большую часть мяса бросают в лесу.

Наткнувшись в джунглях на пустующую стоянку людей, нетрудно установить, как давно она была покинута. В этом неоценимую услугу оказывают вездесущие муравьи, большие охотники до соли и сладкого. Назойливые насекомые появляются на биваках, едва человек покинет их. А нередко еще и при нем. Поэтому, приглядевшись к количеству муравьев, я пойму, как давно ушли те, кто отдыхал здесь.

Можно до бесконечности перечислять животных, которые помогут заблудившемуся в джунглях охотнику. Однако я остановлюсь и тем самым дам возможность вам, уважаемый читатель, на собственном опыте познать тайны джунглей, проявить личную наблюдательность и смекалку.

Не только животные и птицы служат нам знаками и подсказками. Как ни посмотри, а даже в самых удаленных районах тропического леса живут люди. А где есть люди, там непременно встретишь и следы их жизнедеятельности. Прежде всего, это тропы. Они бывают двух видов: хорошо натоптанные, соединяющие между собой индейские деревни, и другие, едва заметные, которыми пользуются охотники. Взглянув на тропу, нетрудно понять, принадлежит она «цивилизованным» людям или «диким» индейцам. В последнем случае на земле остаются босые отпечатки ступней с хорошо заметными оттисками носка и широко разведенными в стороны пальцами.

На тропах — если ты внимателен — глаз замечает разного рода «подсказки», оставленные человеком. Это и зарубки на корнях и стволах деревьев, сделанные мачете, и надломленные ветки, и сорванные или срубленные листья. По их внешнему виду легко узнать, когда прошел человек. Редко-редко на тропах можно наткнуться на участки, густо покрытые ветвями и листьями. В таких случаях нелишне проявить бдительность: под этим ворохом, возможно, скрывается настороженная западня.

«Дикие» индейцы — еще остались такие племена, не вступающие в мирные контакты с внешним миром, — редко пользуются открытыми, хорошо заметными тропами. Они передвигаются по джунглям, не оставляя столь явных следов, и не афишируют свое присутствие, отмечая путь лишь загнутыми или закрученными веточками, которые заметит только наметанный глаз. И только в том случае, если знает, что искать.

В пальмовых заболоченных джунглях — агуахалях, отыскав следы человека, по мутности воды очень просто определить, когда он побывал здесь. Как правило, муть оседает на дно следа-углубления в течение одного или двух дней, что зависит от того, проточная вода или же застоявшаяся.

Как и повсюду на земле, в джунглях люди оставляют после себя кострища, а также пустые консервные банки, стреляные гильзы, пришедшие в негодность пластиковые мешки и многие другие ненужные вещи. По виду мусора с большей или меньшей точностью определяется, когда его выбросили, была ли стоянка длительной или на одну ночь.

Наткнувшись в джунглях на засеянную расчистку, я буду уверен, что поблизости есть люди. То же справедливо, когда находишь заброшенную расчистку — пурма, на которой еще растут посаженные индейцами плодовые деревья. В последнем случае человеческое жилье может находиться далековато.

Если же пурма очень старая и окончательно заброшенная, то искать поблизости людей нет никакого смысла. Из этих мест они могли уйти и пять, и десять, и двадцать лет назад. Но в любом случае, найдя в джунглях расчистку, следует подготовиться к тому, что ее могли сделать как «цивилизованные» или «полуцивилизованные» индейцы, так и «дикие» племена.

Найдя в лесу ловушку, полезно выяснить, исправна ли она и как давно насторожена. Если верно последнее, то это верный сигнал близости человека. По тому, как сделана западня, я пойму, кто ее хозяева: индейцы или белые. Знающие люди могут по конструкции ловушки определить даже принадлежность охотника к тому или иному племени.

Ну и если, выйдя к берегу реки, я вижу привязанное каноэ или плот, то — ура! Его владелец появится в ближайшее время.

Пожары в перенасыщенных влагой джунглях случаются крайне редко. Следовательно, почувствовав запах гари или увидев вдали клубы дыма, я пойму, что индейцы выжигают лес под свои огороды. Лай собак и крики петухов, наряду с запахом дыма, неоспоримое свидетельство близости человека, «цивилизованного» или нет.

Изредка случаются курьезы. В самой чаще раздается звук ружейного выстрела. Однако по всем признакам поблизости людей быть не должно. Индейцы-кичуа, живущие в джунглях, говорят в таком случае, что это Ильяпа Супаи, то есть демон ружья. Не стану спорить, может, так оно и есть. Но, скорее всего, за выстрел принимают характерный шум, который производит бросающаяся на жертву анаконда, всей своей массой выскакивая из воды и со всего размаху плюхаясь обратно. Поэтому следует с особой осторожностью относиться к «выстрелам», если уверен: людей поблизости быть не должно.

Постоянно живя в джунглях или же путешествуя по диким лесам, не менее важно, чем ориентироваться на местности, уметь предсказывать погоду. Я перечислю лишь некоторые атмосферные явления. Их важно знать, планируя пешие переходы, охоту, рыбалку и многое другое.

Низкие свинцовые тучи, разбавленные туманом и неподвижные, — верный признак приближения дождя. Однако если облака несутся по небу, гонимые сильным ветром, и рвутся в клочья, то, скорее всего, дождь или минует, или будет непродолжительным.

Когда небо затянуто белесой полупрозрачной облачностью, которая или неподвижно висит, или же едва заметно движется, то дождь выпадет почти наверняка, но случится это не слишком скоро. Зато дождить будет долго, и погода испортится на несколько ближайших дней.

Когда, бродя в джунглях, слышишь далекие раскаты грома, видишь зарницы или вспышки молний, то вероятность того, что гроза захватит и тебя, мала. А вот если небо почернело — тропического ливня не миновать, и он накроет в ближайший час.

Затянутый черными тучами горизонт и свесившиеся «ноги» дождя, в то время как часть неба чиста и над головой сияет солнце, означает, что осадки прольются вдали. Если же завеса дождя быстро и неумолимо надвигается, то следует спешно ставить укрытие или быть готовым промокнуть.

Красный закат, заливший весь западный горизонт, с вытянутыми, словно пылающими огнем облаками — предвестник длительной засухи. Почти наверняка в ближайшие неделю или две не выпадет ни капли влаги.

Густые туманы по утрам обещают жаркие и солнечные дни, которые особенно тяжело переносятся при путешествии по рекам и озерам. И напротив, если днем или ночью жара начинает усиливаться и духота становится нестерпимой, то это верный признак надвигающегося ненастья.

Стволы деревьев, ветви, листья, хлопья пены и всякий сор, плывущий по реке в солнечную погоду, верный признак выпавших в верховьях сильных дождей. В предгорьях сплошь и рядом случается, что дождь проливается лишь по одну сторону водораздельного хребта. И тогда приток главной реки вздувается и становится настолько бурным и неистовым, что переправиться на другой берег в месте слияния двух потоков подчас невозможно. Однажды я по собственной глупости чуть было не утоп, рискнув ночью переправляться через разбушевавшуюся реку.

Наконец, есть еще один вернейший признак, по которому можно узнать о приближении дождя. Если вам не посчастливилось, вы где-то подхватили чесотку и зуд вдруг стал нестерпимым, то знайте — погода изменится к худшему. Впрочем, совсем не обязательно самому обзаводиться чесоточным клещом: можно понаблюдать за пораженными им животными.

А для этого надо отправиться в глубь джунглей, не побояться открыть себя приключениям. Почувствовать дыхание жизни.


Содержание:
 0  Амазонка: призраки зеленого ада : Андрей Шляхтинский  1  Рассуждения с бокалом Jack Daniels : Андрей Шляхтинский
 2  Глава первая Айягуаска — тропа в мир духов : Андрей Шляхтинский  3  Глава вторая Цветы, крадущие разум : Андрей Шляхтинский
 4  Глава третья Змеи поют по ночам : Андрей Шляхтинский  5  вы читаете: Глава четвертая Выжить в джунглях и не умереть : Андрей Шляхтинский
 6  Глава пятая Индейцы с Реки Утренней звезды : Андрей Шляхтинский  7  Глава шестая Запах Ах'Кауару и вкус пчелиной воды : Андрей Шляхтинский
 8  Глава седьмая Дорога смерти, гигантские удавы и лягушка-людоед : Андрей Шляхтинский  9  Глава восьмая В гостях у охотников за головами : Андрей Шляхтинский
 10  Глава девятая За что отрезают головы? : Андрей Шляхтинский  11  Глава десятая Яд и соль: как убивали : Андрей Шляхтинский
 12  Глава одиннадцатая Тайна реки амазонок: крушение мифа : Андрей Шляхтинский  13  Вместо напутствия искателям приключений : Андрей Шляхтинский
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap