Приключения : Путешествия и география : Глава XIV  ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЙ КОММОДОРА УРРИКАНА : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  13  14  15  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  61

вы читаете книгу

Глава XIV

 ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЙ КОММОДОРА УРРИКАНА


Дул встречный восточный ветер. На море, защищенном полуостровом Флоридой, не ощущалось еще волнений атлантических вод. К тому же коммодор и Тюрк всегда могли прийти на помощь Хьюлкару и его трем матросам, если бы понадобилось. «Чикола» лавировала, команда старалась не выпускать из виду берег. Это, конечно, удлиняло плавание. Но бури в Мексиканском заливе бывают очень свирепыми, и такое легкое суденышко не может рисковать, слишком удаляясь от портов, бухт, устьев рек и речек (столь многочисленных на флоридском побережье и удобных для причаливания судов небольшого тоннажа).

Сильный ветер дул весь день и всю ночь, но постепенно становился тише. Если бы произошло обратное, судно могло бы идти более быстрым ходом. К несчастью, на следующий день ветер совсем успокоился; плывя по белой, теперь неподвижной, поверхности моря, «Чикола», хотя и с увеличенной парусностью, к вечеру сделала только около двадцати миль в юго-восточном направлении. Пришлось даже прибегнуть к веслам, чтобы не отнесло в открытую часть залива. В общем, результат сорокавосьмичасового плавания сводился почти к нулю. Коммодор кусал пальцы и ни с кем не говорил.

И все-таки двадцать второго мая шхуна, поддерживаемая течением, находилась уже на одной параллели с портовым городом Тампа. Но приблизиться к нему, чтобы дальше двигаться вдоль берега, судно не могло из-за недостатка времени — ветер все еще не повернул на западный, а до Тампы пришлось бы идти не меньше пятидесяти миль. К тому же после спокойствия, царившего накануне, небо предвещало резкую перемену погоды. В этом не сомневались ни коммодор Уррикан, ни Тюрк, ни матросы шхуны.

— Море что-то чует, — сказал хозяин корабля. — Видите длинные, тяжелые волны и зыбь, которая там, в открытом море, отдает зеленью? — Потом, внимательно посмотрев на запад, покачал головой и прибавил: — Не люблю, когда дует с этой стороны!

— Но для нас это хорошо, — сказал Тюрк, — пусть бы ветер усилился и погнал нас туда, куда нам нужно!

Годж Уррикан молчал, видимо озабоченный грозными приметами: тучи сгущались между западом и юго-западом с каждой минутой. Хорошо, когда дует сильный попутный ветер, если море у вас в руках, но с этим суденышком в сорок тонн и с половинной палубой… Никто никогда не узнает, что происходило в смятенной душе коммодора! Едва начало штормить в море, как в груди Годжа Уррикана поднялась буря, во сто крат сильнее.

После полудня ветер, окончательно приняв западное направление, проявил себя резкими продолжительными порывами с короткими передышками. Матросы спустили верхние паруса, и шхуна понеслась по морю как перышко, несомое бушующими волнами.

Ночь была тревожной, и пришлось еще убрать паруса. Теперь «Чиколу» несло к берегу Флориды. Хозяин парусника правил им как опытный моряк. Тюрк, не оставляя румпеля[109], удерживал, сколько мог, маленькое судно от боковой качки. Коммодор помог матросам взять рифы[110] на фоке[111] и гроте[112], оставив только малый фок. Было неимоверно трудно противостоять сразу и ветру и течению, которые толкали шхуну к берегу.

И действительно, утром двадцать третьего мая из-под лохматых клочьев тумана, скрывавших горизонт, неожиданно появилась земля.

— Бухта Уайтуотер, — разом заявили Хьюлкар и матросы.

Бухта, глубоко врезавшаяся в побережье, находилась почти на самой оконечности полуострова. Только длинная узкая полоска земли скрывала ее от Флоридского пролива. Там, на мысе Сейбл, стоял форт Пойксэт. Еще какие-нибудь десять миль в том же направлении — и маленькая шхуна могла бы оказаться на траверсе[113]этого мыса.

— Боюсь, нам придется зайти в этот порт, — сказал Хьюлкар.

— Зайти, чтобы не выбраться оттуда при таком ветре?! — вскричал Тюрк.

Годж Уррикан не произносил ни слова.

— Когда «Чикола» окажется на одной параллели с мысом Сейбл, течение отбросит ее в пролив, и нас понесет в Атлантику, к Багамским островам.

Коммодор продолжал молчать, и, возможно, он не в состоянии был произнести ни единого слова. В свою очередь, хозяин шхуны прекрасно понимал, что в бухте Уайтуотер они застрянут на много дней.

Матросы проявляли чудеса смелости и ловкости, защищая маленькое судно от бурных порывов ветра. Попробовали держаться по ветру с малым фоком и с фок-стеньгой[114] марселя[115] позади. Все понимали, что если ветер не переменится на северный или южный, то на следующий день их прибьет к берегу. В этом не осталось сомнений на другой день утром, когда на расстоянии пяти миль показалась земля — точно взъерошенная из-за множества покрывавших ее невысоких скал и опоясанная рифами. Страшные острия мыса Сейбл (полуостров Кейп-Сейбл) говорили о том, что через несколько часов «Чикола» будет увлечена течением во Флоридский пролив. Правда, был еще шанс избежать катастрофы, попытавшись добраться до Уайтуотера, тем более что начался прилив. Но Уррикан стоял на своем. Тщетно Хьюлкар приводил свои доводы.

— Я не желаю потерять шхуну и погибнуть вместе с ней!

— Я ее покупаю, твою шхуну…

— Она не продается.

— Любая вещь продается, когда за нее дают дороже того, что она стоит!

— Сколько же вы даете за судно?

— Две тысячи пиастров.

— Согласен, — ответил Хьюлкар, восхищенный такой выгодной сделкой.

— Это вдвое больше ее цены, — сказал коммодор Уррикан. — Одна тысяча — за нее, а другая — за тебя и твоих матросов.

— Когда платеж?

— Я дам чек, по которому получишь деньги в Ки-Уэсте.

— По рукам!

Весь день «Чикола» мужественно боролась со стихией. Порой ее совершенно заливало волной, но Тюрк правил твердой рукой, а маленькая команда работала храбро и с исключительным искусством. В конце концов шхуне удалось отойти подальше от берега благодаря перемене ветра на северный. Но с наступлением ночи он стал слабеть, а все обозримое пространство заволокло густым туманом.

В течение дня невозможно было мало-мальски точно определить, где именно находилось судно: на одной ли параллели с Ки-Уэстом или уже миновала гряду подводных камней, простирающихся от оконечности полуострова на юго-запад, по направлению к островам Маркесас-Кис и Драй-Тортугас? К ночи, по мнению Хьюлкара, «Чикола» приблизилась к группе островков, позади которых катятся вместе с водами Флоридского пролива теплые воды Гольфстрима.

— Мы теперь наверняка видели бы маяк Ки-Уэста, не будь тумана, — сказал Хьюлкар. — И надо быть начеку, чтобы не наткнуться на прибрежные скалы. Считаю, что лучше всего подождать рассвета, и, если туман рассеется…

— Я не буду ждать, — ответил коммодор.

Он действительно не мог больше ждать, если намеревался быть в Ки-Уэсте на другой же день в полдень.

На море стоял штиль. «Чикола» продвигалась к югу среди густого тумана. Как вдруг около пяти часов утра моряки почувствовали сильный толчок, а за ним другой…

Маленькая шхуна натолкнулась на подводный камень. В проломленную переднюю часть корпуса ворвалась вода… И тут под ударом высокой волны корабль лег на левый бок и опрокинулся. Раздался чей-то крик. Тюрк узнал голос своего коммодора.

Клубы тумана были так плотны, что совершенно скрывали скалы, к которым прибило судно. Ее хозяину и трем матросам удалось наконец укрепиться на одном из подводных камней. К ним присоединился и Тюрк. В полном отчаянии он звал коммодора… Тщетные призывы, тщетные поиски.

Но, может быть, когда прояснится, Тюрк найдет Уррикана еще живым? Он не смел на это надеяться. Крупные слезы катились по его щекам.


Около семи часов туман местами рассеялся. Стало ясно, что «Чикола» разбилась, ударившись о скальные отроги, и ни на что уже не годилась. На западе и на востоке на протяжении четверти мили гряда беловатых отрогов тянулась уже в виде целого ряда подводных камней.

Моряки, разделившись на две группы, начали искать пропавшего. Вдруг один матрос громко закричал. Когда к нему подбежали остальные, они увидели Уррикана, лежавшего между подводными камнями. Тюрк кинулся к нему, схватил в объятия и приподнял, засыпая вопросами. Никакого ответа. Но едва заметное дыхание и слабое биение сердца давали надежду.

— Он жив… он жив!… — повторял Тюрк.

Годж Уррикан был на волосок от гибели, при падении ударившись головой об острый камень. Рану перевязали куском полотна, обмыв ее пресной водой, которая нашлась на шхуне. Потом коммодора перенесли на выступающий берег маленького островка, где морской прилив не мог его достать. В это время небо совершенно очистилось от завесы тумана, и видно было на несколько миль вперед. Двадцать минут десятого Хьюлкар, протягивая руку по направлению к западу, воскликнул:

— Маяк Ки-Уэста!

Действительно, Ки-Уэст находился на расстоянии всего четырех миль. Если бы не туман, путешественники вовремя заметили бы огни маяка, и маленькая шхуна не погибла бы среди подводных камней.

Морякам хорошо известно, чем для них опасна Нижняя Флорида, они стараются избегать этих мест. Если бы правительство поскорее осуществило уже разработанный проект! Речь идет о канале, который должен перерезать полуостров между Фернандиной и Седар-Ке — он позволит судам, идущим из Мексиканского залива в Атлантический океан, сократить путь на пятьсот миль и избавит моряков от тягот плавания по самому трудному проливу в мире[116].

Потерпевшим кораблекрушение ничего другого не оставалось, как пребывать на крошечном каменистом островке в ожидании какого-нибудь судна. Незавидная участь — быть выброшенными на беловатый кусочек суши, похожий на какое-то хранилище костей и выступающий из воды во время морского прилива на пять-шесть футов! Вокруг извивались, как змеи, гигантские саргассы[117] всевозможных цветов и самые крохотные водоросли, извлекаемые из подводных глубин течением Гольфстрим. Маленькие заливчики кишмя кишели сотнями рыб различных пород, величин и форм: сардинки, морские петухи, морские волки, морские коньки восхитительных окрасок, испещренные разноцветными полосами. Во множестве было и моллюсков, и всяких ракообразных — креветок, омаров, крабов и лангуст. И наконец, чуя легкую добычу, шныряли между каменистыми выступами акулы-молоты длиною от шести до семи футов и с такими челюстями, что перед этими хищницами бледнеют самые фантастические чудовища, порожденные воображением мореходов доколумбовой эпохи.

Птицы летали бесчисленными стаями — обыкновенные и хохлатые цапли, чайки, морские ласточки и большие бакланы. Несколько пеликанов, очень крупных, стоявших в воде, ловили рыбу так же серьезно, как рыболовы на Сене, но только с большим успехом. При этом, как выразился один французский путешественник, они замогильным голосом издавали своеобразный крик: «Хознкор!» Во всяком случае, найти пищу здесь не составляло труда. Взять хотя бы легионы черепах в воде и на суше, на всем пространстве, между островком, принявшим несчастных путешественников, и другими такими же, названными, кстати, по имени этих пресмыкающихся.

Между тем время шло, а коммодор, несмотря на все старания его товарищей, все еще не приходил в себя. Тюрк не находил себе места. Если бы он мог доставить своего хозяина в Ки-Уэст! Тогда, возможно, заботы врачей и необычайно крепкий организм спасли бы моряка. Но сколько еще пройдет дней, прежде чем они покинут свое пристанище? Конечно же, Тюрк не строил никаких иллюзий относительно матча Гиппербона: для Годжа Уррикана партия закончилась. Останься он жив, какой взрыв негодования охватил бы его, и кто тогда не простил бы ему гнева — перед лицом такой адской неудачи?!

Стрелка часов показывала десять, когда матрос, стоявший на страже у края песчаной полосы, закричал: «Лодка, лодка!» Действительно, рыбацкая лодка, подталкиваемая слабым ветром, приближалась к островку. Немедленно Хьюлкар дал сигнал. Полчаса спустя, захватив всех пострадавших от кораблекрушения, лодка уже шла по направлению к Ки-Уэсту.

Слабая надежда вновь зажглась в сердце Тюрка. Возможно, она блеснула бы и у Годжа Уррикана, если бы он мог выйти из состояния полного бесчувствия, но ничто не доходило до его сознания. Как бы то ни было, несомая ветром посудина быстро проплыла четыре мили и в четверть двенадцатого уже вошла в гавань…

На острове Ки-Уэст, длиной в два лье, а шириной в одно, вырос маленький городок — подобно тому, как за Полярным кругом вырастают овощи под влиянием хорошего ухода. Уже довольно значительный город сообщался с материком при помощи подводного кабеля. Его благоустройство росло семимильными шагами благодаря росту навигации. Город, наполовину испанский[118], был укрыт зеленым шатром из магнолий и других великолепных тропических растений.

Лодка причалила к берегу, и тотчас же несколько сот жителей — Ки-Уэст насчитывал около восемнадцати тысяч — окружили прибывших. Они ждали коммодора Уррикана. Но в каком виде он предстал перед ними или, лучше сказать, был им представлен! Решительно море не благоприятствовало участникам матча Гиппербона! Том Крабб явился в Техас в виде инертной массы, а коммодор — почти трупом!


Годжа Уррикана поволокли в портовую контору, куда тотчас же явился доктор. Коммодор еще дышал, и, хотя его сердце билось слабо, никаких повреждений внутренностей доктор не обнаружил. Но из раны вновь потекла кровь и появилась опасность кровоизлияния в мозг. Несмотря на все принятые меры, несмотря на энергичный массаж, для чего Тюрк уж не пожалел своих рук, коммодор все еще не приходил в себя. Тогда доктор предложил перенести его в гостиницу или в больницу Ки-Уэста.

— Нет, — ответил Тюрк, — не в больницу, не в гостиницу.

— Но куда же, в таком случае?

— На почту!

Идею Тюрка поняли и одобрили все, кто окружал лежавшего пластом коммодора. Если Годж Уррикан наперекор стихии все же явился в Ки-Уэст в полдень двадцать пятого мая, то почему бы его присутствие не зарегистрировать официально в том самом месте, где по расписанию ему полагалось быть?

Послали за носилками, положили на них коммодора и направились к почтовому отделению в сопровождении все увеличивающейся толпы.


Велико было изумление почтовых служащих, подумавших, что произошла какая-то ошибка. Не приняли ли их учреждение за морг? Но когда стало известно, что лежавшее перед ними тело принадлежит коммодору Уррикану, одному из партнеров матча Гиппербона, удивление сменилось волнением и участием. Он был здесь, перед маленьким окошечком почтовой конторы, куда попал по воле игральных костей, выбросивших пять и четыре очка!

Тюрк выступил вперед:

— Нет ли телеграммы на имя коммодора Годжа Уррикана?

— Еще нет, — ответил чиновник.

— В таком случае, — продолжал Тюрк, — будьте добры удостовериться, что он прибыл сюда до ее получения.

Явку немедленно зарегистрировали в присутствии многочисленных свидетелей. Часы показывали без четверти двенадцать. Все остались ждать телеграмму, несомненно, посланную из Чикаго. В одиннадцать часов пятьдесят три минуты затрещал телеграфный аппарат, его механизм пришел в действие, и узкая полоска бумажной ленты начала разматываться. Телеграфист взял ее и, прочитав адрес, проговорил:

— Телеграмма на имя коммодора Годжа Уррикана!

— Здесь! — ответил Тюрк за своего хозяина, у которого даже в эту минуту не могли заметить никакого намека на прояснение сознания.

Телеграмма содержала следующее:


Чикаго, Иллинойс, 8 час. 13 мин. утра, 25 мая. Пять очков, из трех и двух. Пятьдесят восьмая клетка, штат Калифорния, Долина Смерти.

ТОРНБРОК.


Штат Калифорния находится на другом, противоположном конце федеральной территории, которую придется пересечь с юго-востока на северо-запад! Дело состояло не только в том, чтобы преодолеть две тысячи с лишком миль, но в том еще, что в пятьдесят восьмой клетке благородной игры в «гусек» фигурировала «мертвая голова», а это означает, что, попав в нее, игрок обязан возвратиться в самую первую и сызнова начинать партию.

«Ну, — мысленно произнес Тюрк, — лучше, кажется, чтобы мой хозяин никогда не приходил в себя… Такого удара он не перенесет!»



Содержание:
 0  Завещание чудака : Жюль Верн  1  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ : Жюль Верн
 2  Глава II УИЛЬЯМ ДЖ. ГИППЕРБОН : Жюль Верн  4  Глава IV  ШЕСТЕРО : Жюль Верн
 6  Глава VI  КАРТА В ДЕЙСТВИИ : Жюль Верн  8  Глава VIII  ТОМ КРАББ, ТРЕНИРУЕМЫЙ ДЖОНОМ МИЛЬНЕРОМ : Жюль Верн
 10  Глава X  РЕПОРТЕР В ПУТИ : Жюль Верн  12  Глава XII  ПЯТАЯ ПАРТНЕРША : Жюль Верн
 13  Глава XIII ПРИКЛЮЧЕНИЯ КОММОДОРА УРРИКАНА : Жюль Верн  14  вы читаете: Глава XIV  ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЙ КОММОДОРА УРРИКАНА : Жюль Верн
 15  Глава XV  ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ ДВАДЦАТЬ СЕДЬМОГО МАЯ : Жюль Верн  16  Глава I  ВЕСЬ ГОРОД В РАДОСТИ : Жюль Верн
 18  Глава III  ОКСВУДС : Жюль Верн  20  Глава V  ЗАВЕЩАНИЕ : Жюль Верн
 22  Глава VII  ПЕРВЫЙ ОТЪЕЗЖАЮЩИЙ : Жюль Верн  24  Глава IX  ОДИН И ОДИН — ДВА : Жюль Верн
 26  Глава XI  ПЕРЕЖИВАНИЯ ДЖОВИТЫ ФОЛЕЙ : Жюль Верн  28  Глава XIII ПРИКЛЮЧЕНИЯ КОММОДОРА УРРИКАНА : Жюль Верн
 30  Глава XV  ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ ДВАДЦАТЬ СЕДЬМОГО МАЯ : Жюль Верн  32  Глава II  ПРИНЯЛИ ОДНОГО ЗА ДРУГОГО : Жюль Верн
 34  Глава IV ЗЕЛЕНЫЙ ФЛАГ : Жюль Верн  36  Глава VI  ДОЛИНА СМЕРТИ : Жюль Верн
 38  ГЛАВА VIII УДАР ДОСТОЧТИМОГО ХЮНТЕРА : Жюль Верн  40  Глава X  СТРАНСТВОВАНИЯ ГАРРИ КЕМБЭЛА : Жюль Верн
 42  Глава XII  СЕНСАЦИОННОЕ ИЗВЕСТИЕ ДЛЯ ОТДЕЛА ПРОИСШЕСТВИЙ ГАЗЕТЫ ТРИБЮН : Жюль Верн  44  Глава XIV  ОКСВУДССКИЙ КОЛОКОЛ : Жюль Верн
 46  Глава I  НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПАРК : Жюль Верн  48  Глава III  ЧЕРЕПАШЬИМ ШАГОМ : Жюль Верн
 50  Глава V  ГРОТЫ ШТАТА КЕНТУККИ : Жюль Верн  52  Глава VII ДОМА, НА САУТ-ХОЛСТЕД-СТРИТ : Жюль Верн
 54  Глава IX  ДВЕСТИ ДОЛЛАРОВ В ДЕНЬ : Жюль Верн  56  Глава XI  ТЮРЬМА ШТАТА МИССУРИ : Жюль Верн
 58  Глава XIII  ПОСЛЕДНИЕ УДАРЫ ИГРАЛЬНЫХ КОСТЕЙ В МАТЧЕ ГИППЕРБОНА : Жюль Верн  60  Глава XV  ПОСЛЕДНЕЕ ЧУДАЧЕСТВО : Жюль Верн
 61  Использовалась литература : Завещание чудака    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap