Приключения : Путешествия и география : Глава тринадцатая. ДВА МЕСЯЦА В МИССИИ : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43

вы читаете книгу

Глава тринадцатая. ДВА МЕСЯЦА В МИССИИ

Со времени исчезновения полковника Кермора, со времени его отъезда в Америку, прошло четырнадцать лет, и история этих четырнадцати лет может быть рассказана в нескольких строках.

В 1872 году полковник Кермор узнал о гибели своей жены и ребенка при крушении «Нортона». Условия, в которых произошла эта катастрофа, были таковы, что он никак не мог думать, что одно из дорогих ему существ, его дочь Жанна, совсем еще тогда маленькая, оказалась спасенной. Он даже не знал ее, так как должен был покинуть Мартинику за несколько месяцев до ее рождения.

Еще в течение года полковник Кермор оставался командиром полка. Затем, подав в отставку и не будучи связан никакими родственными отношениями, решил посвятить остаток своей жизни миссионерству.

Полковник Кермор, не сообщив об этом никому, даже сержанту Мартьялю, тайно оставил Францию в 1875 году и направился в Венесуэлу.

Как только он окончил свое богословское образование в этой стране, он получил посвящение и вошел членом в общество иностранных миссионеров под именем отца Эсперанте, которое обеспечивало тайну его нового существования.

Он вышел в отставку в 1873 году, а был посвящен в 1878 году, когда ему было 49 лет.

В Каракасе отец Эсперанте принял решение отправиться на жительство в почти неизвестную южную область Венесуэлы, где миссионеры показывались очень редко. Он отправился по назначению в начале 1879 года, сохранив тайну своего прошлого.

Поднявшись по среднему течению Ориноко, отец Эсперанте, который говорил по-испански как на родном языке, прибыл в Сан-Фернандо, где прожил несколько месяцев. Из этого города он написал письмо одному из своих друзей, нотариусу Нанта. Это письмо — последнее, которое должно было быть подписано его настоящим именем и которое было вынуждено его семейными делами, — он просил адресата сохранить в тайне.

Нужно напомнить здесь, что это письмо, найденное в бумагах нотариуса, было передано сержанту Мартьялю лишь в 1891 году, тогда, когда с ним уже шесть лет жила Жанна Кермор.

В Сан-Фернандо отцу Эсперанте удалось благодаря своим личным средствам раздобыть все необходимое для основания миссии за истоками реки. В этом же городе он привлек к своему делу брата Анжелоса, хороню уже знакомого с индейскими нравами, который оказал ему впоследствии большую помощь.

Брат Анжелос обратил внимание отца Эсперанте на гуахарибосов, большая часть которых бродила вдоль берегов верхнего Ориноко и по соседству Сьерра-Паримы. Гуахарибосы имели репутацию убийц и грабителей, даже людоедов, — репутацию, которой они на самом деле не заслуживали. Во всяком случае, это обстоятельство не могло остановить такого энергичного человека, как полковник Кермор, и он решил сосредоточить центр миссионерской деятельности к северу от Рораймы, привлекая сюда туземцев области.

Отец Эсперанте и брат Анжелос отправились из Сан-Фернандо на двух пирогах, обильно снабженных всем необходимым для основания миссии. Остальное им должно было присылаться по мере надобности. Пироги поднялись вверх по реке, останавливаясь по пути в главнейших городах и поселках, и достигли Рио-Торриды на территории гуахарибосов.

После многих бесплодных попыток, неудач и опасностей индейцы мало-помалу потянулись к отцу Эсперанте. Образовалась деревня, которой миссионер дал имя Санта-Жуана, — Жанна было имя его дочери…

Прошло 14 лет. Миссия процветала. Казалось, что ничто не свяжет вновь отца Эсперанте с его тяжелым прошлым, как вдруг случилось событие, рассказанное выше.

После слов сержанта Мартьяля полковник обнял Жанну, не будучи в силах удержаться от слез. В нескольких словах молодая девушка рассказала ему о своей жизни, спасении на пароходе «Виго», пребывании в семье Эредиа в Гаване, о возвращении во Францию, о нескольких годах, проведенных ею в доме в Шантенэ, о решении, которое было ею принято тотчас после того, как сержант Мартьяль и она узнали о письме, написанном из Сан-Фернандо, о своем отъезде в Венесуэлу под именем Жана, о путешествии по Ориноко, нападении каторжника Альфаниза и квивасов у брода Фраскаэс.

После этого оба подошли к телеге, где лежал старый солдат. Сержант Мартьяль чувствовал себя бодрее, он сиял… он плакал и говорил:

— Полковник!.. Теперь, когда наша Жанна нашла своего отца, я могу умереть…

— Я запрещаю тебе это, мой старый товарищ!

— Ну, если вы запрешаете…

— Мы будем ухаживать за тобой, мы вылечим тебя…

— Если вы будете ухаживать за мной, я не умру… наверное…

— Но тебе нужен покой.

— Я спокоен, полковник!.. Смотрите… вот меня уже клонит ко сну… и к хорошему сну… на этот раз.

— Спи, мой старый друг! Мы сейчас отправимся в Санта-Жуану. Дорога тебя не утомит, и через несколько дней ты будешь на ногах.

Полковник Кермор наклонился над раненым, поцеловал сержанта Мартьяля в лоб, и его старый друг уснул с улыбкой на устах.

— Отец! — воскликнула Жанна. — Мы спасем его!

— Да, дорогая Жанна, мы сделаем для этого все, что возможно, — ответил миссионер.

Вместе с Германом Патерном полковник осмотрел рану сержанта Мартьяля. Она показалась им несмертельной.

Тут же стало известно, что ранил сержанта Альфаниз в тот момент, когда Мартьяль в припадке гнева бросился на него.

После этого отец Эсперанте сказал:

— Сегодня мои храбрые индейцы, а также и ваши спутники, господин Хелло, должны отдохнуть. Завтра утром мы отправимся в миссию. Гомо поведет нас кратчайшим путем.

— Мы обязаны нашим спасением этому храброму мальчику, — заметила Жанна.

— Я знаю, — ответил отец Эсперанте. Подозвав молодого индейца, он сказал:

— Подойди, Гомо, подойди ко мне! Я поцелую тебя за всех тех, кого ты спас!

После объятий отца Эсперанте Гомо перешел в объятия Жанны, которую он в смущении продолжал называть «мой друг Жан».

Так как молодая девушка не успела еще снять мужской одежды, которую она носила с самого начала путешествия, то отец ее спрашивал себя, знают ли ее спутники, что «господин Жан» был дочерью Кермора.

Он скоро узнал это.

Как только полковник пожал руки Жаку Хелло и Герману Патерну, Паршалю и Вальдесу, Жанна сказала:

— Отец, я должна рассказать вам, чем я обязана двум моим соотечественникам, с которыми я никогда не смогу расплатиться.

— Сударыня, — ответил Жак Хелло, голос которого дрожал, — прошу вас… я ничего не сделал…

— Дайте мне говорить, Хелло!

— Тогда уж говорите о Жаке, но не обо мне, мадемуазель Кермор, — воскликнул Герман Патерн, смеясь, — потому что я не заслуживаю никакой награды!..

— Я обязана вам обоим, мои дорогие товарищи, — продолжала Жанна, — да, обоим, отец! Жак Хелло спас мне жизнь…

— Вы спасли мою дочь? — воскликнул полковник Кермор.

Кермору пришлось выслушать рассказ Жанны об аварии пирог и о том, как благодаря самоотверженности Хелло она спаслась от смерти.

После этого молодая девушка прибавила:

— Я сказала, отец, что Хелло спас мне жизнь. Но он сделал еще больше, решив с господином Патерном сопровождать меня и Мартьяля в наших поисках.

— Совсем нет! — возразил последний, протестуя. — Поверьте, сударыня, мы и без того имели намерение подняться к истокам Ориноко. Это входило в нашу задачу… Министр народного просвещения…

— Нет, Герман, нет! — ответила Жанна, улыбаясь. — Вы должны были остановиться в Сан-Фернандо, и если вы продолжили ваше путешествие до Санта-Жуаны…

— …то это была наша обязанность! — просто докончил Жак Хелло.

Само собой разумеется, что подробно обо всех приключениях этого путешествия полковник должен был узнать позже. Но уже и теперь, несмотря на сдержанность Жака Хелло, отец Жанны мог уловить те чувства, которыми была полна душа его дочери.

Пока Жанна Кермор, Жак Хелло, Герман Патерн и полковник говорили обо всем этом, Паршаль и Вальдес устраивали лагерь, в котором предстояло провести этот день и ближайшую ночь. Их гребцы перенесли в лес всех убитых.

Что касается раненых гуахарибосов, то ими занялся Герман Патерн.

Затем, после того как из телег была вынута и распределена провизия и были зажжены в нескольких местах костры, Жак Хелло и Герман Патерн в сопровождении полковника Кермора и его дочери направились к обеим пирогам, которые стояли на обсохшем дне реки. Не были ли они разграблены или уничтожены квивасами?

Ничего этого не случилось, так как Альфаниз думал ими воспользоваться, чтобы возвратиться на западную территорию, поднявшись по течению Вентуари. Стоило прибыть воде, и обе фальки могли бы пуститься в плавание.

— Спасибо этим мошенникам, — воскликнул Герман Патерн, — что они сохранили мои коллекции! Вы представляете себе мое возвращение без них? Сделав в пути столько фотографических снимков, вернуться без единого негатива! Я никогда не решился бы явиться к министру народного просвещения!

Читатель поймет эту радость натуралиста, так же как и удовольствие пассажиров «Галлинетты» и «Моринга», нашедших в целости весь свой багаж, не говоря уж об оружии, которое они подобрали на поляне.

Теперь, под охраной экипажа, пироги могли остаться у устья Рио-Торриды в полной безопасности. И когда пришло бы время — по крайней мере для «Мориши» — отправляться в обратное плавание, Жаку Хелло и Патерну оставалось бы только сесть в пирогу.

Впрочем, об обратном путешествии думать было рано. Отец Эсперанте должен был вернуться в Санта-Жуану со своей дочерью, сержантом Мартьялем, молодым Гомо и большей частью своих индейцев. И как было обоим французам отказаться от приглашения провести несколько дней или даже недель в миссии?

Они приняли приглашение.

— Так нужно, — заметил Жаку Хелло Герман Патерн. — Разве мы можем вернуться в Европу, не побывав в Санта-Жуане? Никогда я не решусь явиться к министру. Да и ты тоже, Жак!

— И я, Герман!

— Еще бы!

В течение этого дня обедали и ужинали все вместе, пользуясь провизией, взятой с пирог и из телег. За столом отсутствовал один только сержант Мартьяль, но он был и без того счастлив, что вновь увидел полковника, — хотя бы и в одежде отца Эсперанте! Хороший воздух Санта-Жуаны должен был восстановить его силы в несколько дней. Он в этом не сомневался.

Нечего и говорить, что Жак Хелло и Жанна должны были дать полковнику Кермору самый подробный отчет о путешествии. Он слушал, наблюдал их, догадывался о чувствах Жака Хелло и был задумчив. В самом деле, какие новые обязанности наложат на него эти новые обстоятельства?

Само собой разумеется, молодая девушка в тот же день облачилась в женское платье, которое хранилось в одном из чемоданов, стоявших в каюте «Галлинетты».

По этому поводу Герман Патерн не преминул заметить своему другу:

— Мила мальчиком, мила и девушкой! Впрочем, я ведь ничего в этих делах не понимаю!..

На другой день, распростившись с Паршалем и Вальдесом, которые предпочли остаться с пирогами для их охраны, отец Эсперанте, его гости и гуахарибосы оставили лагерь пика Монуар. С лошадьми и телегами переход через леса и саванны не представлял трудностей.

Отряд направился не по старой дороге, ведущей к истокам Ориноко. Кратчайший путь лежал вдоль правого берега реки, по которому шел Жак Хелло по указанию молодого индейца. Шли так быстро, что к полудню достигли брода Фраскаэс.

Никаких следов квивасов, теперь рассеянных, замечено не было; впрочем, бояться их было уже нечего.

У брода сделали небольшую остановку и, так как движение телеги не очень утомило сержанта Мартьяля, вновь двинулись в путь к Санта-Жуане.

Расстояние от брода до поселка можно было пройти в несколько часов, и еще засветло отряд достиг миссии.

Две комнаты в миссии были отведены Жанне Кермор и сержанту Мартьялю, другие две — Жаку Хелло и Герману Патерну — в соседней постройке, где их принял брат Анжелос.

Бесполезно рассказывать шаг за шагом жизнь последующих дней в миссии. Здоровье раненого быстро поправилось, уже в конце недели ему было дано позволение сидеть в мягком кресле из оленьей кожи под тенью пальм.

Полковник Кермор и его дочь вели длинные беседы о прошлом. Жанна узнала, как ее отец, лишившись жены и ребенка, решил заняться миссионерством. Мог ли он теперь оставить свое незаконченное дело?.. Нет, конечно… Жанна останется с ним, она посвятит ему всю свою жизнь…

Эти беседы отца с дочерью сменялись беседами миссионера с сержантом Мартьялем.

Миссионер благодарил старого солдата за все, что он сделал для его дочери… Он благодарил его за то, что тот согласился на это путешествие… Затем расспрашивал о Жаке Хелло… расспрашивал, не наблюдал ли сержант за ними… им и Жанной…

— Что вы хотите, полковник! — отвечал сержает Мартьяль. — Я принял все предосторожности… Это был Жан… молодой бретонец… племянник, которого дядюшка взял с собой в путешествие по этим диким странам… Случилось, что Жак Хелло и ваша дорогая дочь встретились в дороге… Я делал все, чтобы помешать, но ничего не мог сделать!..

Между тем время шло, а положение вещей не менялось. В общем, почему Жак Хелло не решался поговорить обо всем открыто? Ошибался он?.. Нет, ни в своих собственных чувствах, ни в чувствах, внушенных им Жанне Кермор, он не ошибался. Но из чувства деликатности, которое отличало его, он молчал… Ему казалось, что его предложение может показаться требованием вознаграждения за оказанные им услуги.

Весьма кстати разрешил вопрос Герман Патера. Однажды он сказал своему другу:

— Когда же мы отправляемся?

— Когда хочешь, Герман!

— Хорошо! Но ведь когда я захочу этого, то не захочешь этого ты…

— Почему?

— Потому что дочь Кермора будет уже замужем.

— Замужем?..

— Да, потому что я намерен просить ее руки…

— Ты сделаешь это?.. — воскликнул Жак Хелло.

— Не для себя, конечно, а для тебя!

И он сделал, как говорил, не слушая никаких возражений.

Жак Хелло и Жанна Кермор предстали перед миссионером в присутствии Германа Патерна и сержанта Мартьяля. Затем на вопрос отца Жанна сказала растроганным голосом:

— Жак, я готова стать вашей женой… и всей моей жизни едва хватит, чтобы выразить вам мою благодарность.

— Жанна… моя дорогая Жанна! — ответил Жак Хелло. — Я люблю вас… да!.. Я люблю вас…

— Довольно, замолчи, дорогой друг! — воскликнул Герман Патерн. — Лучшей жены ты все равно не нашел бы.

Полковник Кермор обнял обоих.

Было решено, что свадьба будет отпразднована через две недели в Санта-Жуане. О согласии ничем не связанного Жака Хелло, семью которого полковник знал раньше, спрашивать не приходилось. Несколько недель спустя после свадьбы молодые должны были уехать, с тем чтобы по дороге в Европу заглянуть в Гавану, повидать семью Эредиа. Оттуда они направлялись во Францию, в Бретань, чтобы устроить свои дела. После этого они должны были вернуться в Санта-Жуану, к полковнику Кермору и сержанту Мартьялю.

Двадцать пятого ноября в присутствии Германа Патерна и сержанта Мартьяля в качестве шаферов миссионер совершил акт гражданского и церковного бракосочетания Жанны Кермор и Жака Хелло.

После этого прошло около месяца, когда Герман Патерн решил, что уже пришло время давать отчет о научной экспедиции, которая была поручена ему и его товарищу министром народного просвещения. Без министра, как видно, Герман Патерн обойтись не мог.

— Уже? — спросил Жак Хелло.

Дело в том, что он не считал дней… Он был слишком счастлив, чтобы заниматься такими вычислениями!..

— Да… уже, — повторил Герман Патерн. — Министр, вероятно, думает, что нас съели хищные звери или что мы кончили свою научную карьеру в желудках людоедов.

После переговоров с отцом Эсперанте отъезд из миссии был назначен на 22 декабря.

С грустью и болью ждал полковник Кермор часа разлуки с дочерью, хотя она и должна была вернуться к нему через несколько месяцев. Правда, это путешествие должно было совершиться при благоприятных обстоятельствах, и г-же Хелло не предстояло испытать тех опасностей, которые пережила Жанна Кермор. Спуститься вниз по течению реки до Боливара было нетрудно. На этот раз надо было лишиться общества Мигуэля, Фелипе и Варинаса, так как они, вероятно, покинули уже Сан-Фернандо.

Впрочем, достигнуть Кайкары пироги могли в пять недель, а оттуда предстояло уже ехать на пароходе по нижнему Ориноко. Что касается возвращения в Санта-Жуану, то в этом отношении можно было положиться на Жака Хелло: оно должно было совершиться при наилучших условиях как в смысле скорости, так и в смысле безопасности.

— И потом, полковник, — заметил сержант Мартьяль, — ваша дочь имеет хорошего мужа, который сумеет защитить ее, а это лучше, чем старый, глупый солдат, который не мог даже спасти ее ни из вод Ориноко, ни от любви этого храбреца, Жака Хелла!


Содержание:
 0  Великолепное Ориноко : Жюль Верн  1  Глава первая. МИГУЭЛЬ И ЕГО ДВА ТОВАРИЩА : Жюль Верн
 2  Глава вторая. СЕРЖАНТ МАРТЬЯЛЬ И ЕГО ПЛЕМЯННИК : Жюль Верн  3  Глава третья. НА БОРТУ СИМОНА БОЛИВАРА : Жюль Верн
 4  Глава четвертая. ПЕРВЫЕ СВЕДЕНИЯ : Жюль Верн  5  Глава пятая. МАРИПАР И ГАЛЛИНЕТТА : Жюль Верн
 6  Глава шестая. ОТ ОСТРОВА К ОСТРОВУ : Жюль Верн  7  Глава седьмая. МЕЖДУ БУЭНА-ВИСТОЙ И УРБАНОЙ : Жюль Верн
 8  Глава восьмая. ПЫЛЬНОЕ ОБЛАКО НА ГОРИЗОНТЕ : Жюль Верн  9  Глава девятая. ТРИ ПИРОГИ ПЛЫВУТ ВМЕСТЕ : Жюль Верн
 10  Глава десятая. У УСТЬЯ МЕТЫ : Жюль Верн  11  Глава одиннадцатая. СТОЯНКА У ДЕРЕВНИ АТУР : Жюль Верн
 12  Глава двенадцатая. НЕСКОЛЬКО НАБЛЮДЕНИЙ ГЕРМАНА ПАТЕРНА : Жюль Верн  13  Глава тринадцатая. ПОКЛОНЕНИЕ ТАПИРУ : Жюль Верн
 14  Глава четырнадцатая. ЧУБАСКО : Жюль Верн  15  Глава пятнадцатая. САН-ФЕРНАНДО : Жюль Верн
 16  ЧАСТЬ ВТОРАЯ : Жюль Верн  17  Глава вторая. ПЕРВЫЙ ПЕРЕХОД : Жюль Верн
 18  Глава третья. ДВУХДНЕВНАЯ ОСТАНОВКА В ДАНАКО : Жюль Верн  19  Глава четвертая. ПОСЛЕДНИЕ СОВЕТЫ МАНУЭЛЯ АССОМПСИОНА : Жюль Верн
 20  Глава пятая. БЫКИ И ЭЛЕКТРИЧЕСКИЕ УГРИ : Жюль Верн  21  Глава шестая. УЖАСНОЕ БЕСПОКОЙСТВО : Жюль Верн
 22  Глава седьмая. ЛАГЕРЬ У ПИКА МОНУАР : Жюль Верн  23  Глава восьмая. МОЛОДОЙ ИНДЕЕЦ : Жюль Верн
 24  Глава девятая. ЧЕРЕЗ СЬЕРРУ : Жюль Верн  25  Глава десятая. БРОД ФРАСКАЭС : Жюль Верн
 26  Глава одиннадцатая. МИССИЯ САНТА-ЖУАНА : Жюль Верн  27  Глава двенадцатая. В ПУТИ : Жюль Верн
 28  Глава тринадцатая. ДВА МЕСЯЦА В МИССИИ : Жюль Верн  29  Глава четырнадцатая. ДО СВИДАНИЯ! : Жюль Верн
 30  Глава первая. НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ПРОШЛОМ : Жюль Верн  31  Глава вторая. ПЕРВЫЙ ПЕРЕХОД : Жюль Верн
 32  Глава третья. ДВУХДНЕВНАЯ ОСТАНОВКА В ДАНАКО : Жюль Верн  33  Глава четвертая. ПОСЛЕДНИЕ СОВЕТЫ МАНУЭЛЯ АССОМПСИОНА : Жюль Верн
 34  Глава пятая. БЫКИ И ЭЛЕКТРИЧЕСКИЕ УГРИ : Жюль Верн  35  Глава шестая. УЖАСНОЕ БЕСПОКОЙСТВО : Жюль Верн
 36  Глава седьмая. ЛАГЕРЬ У ПИКА МОНУАР : Жюль Верн  37  Глава восьмая. МОЛОДОЙ ИНДЕЕЦ : Жюль Верн
 38  Глава девятая. ЧЕРЕЗ СЬЕРРУ : Жюль Верн  39  Глава десятая. БРОД ФРАСКАЭС : Жюль Верн
 40  Глава одиннадцатая. МИССИЯ САНТА-ЖУАНА : Жюль Верн  41  Глава двенадцатая. В ПУТИ : Жюль Верн
 42  вы читаете: Глава тринадцатая. ДВА МЕСЯЦА В МИССИИ : Жюль Верн  43  Глава четырнадцатая. ДО СВИДАНИЯ! : Жюль Верн
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap