Приключения : Путешествия и география : Глава VIII : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20

вы читаете книгу

Глава VIII

На рассвете следующего дня они вышли из гостиницы. Пятнадцать километров, отделяющие Дааль от знаменитых водопадов, и обратный путь были для Жоэля ничем иным, как приятной прогулкой, но приходилось беречь силы Гульды. Поэтому он одолжил у мастера Ленглинга двуколку, которая, как вы помните, вмещали лишь одного человека. Но хозяин этой повозки был так грузен, что пришлось изготовлять кузов по особой мерке. Так что брат с сестрой, потеснившись, смогли усесться вдвоем. На обратном пути турист, если он действительно придет в Рьюканфос, займет место Жоэля, а тот вернется домой пешком или поедет сзади, на запятках.

Дорога, ведущая от Дааля к водопадам, очень живописна, хотя и довольно ухабиста. Строго говоря, это даже и не дорога, а тропинка. Каждые несколько сот метров через притоки, впадающие в Маан, перекинуты едва ошкуренные бревна, выполняющие роль мостов. Норвежские лошади приучены уверенно переходить по ним реку, и хотя повозка не снабжена рессорами, ее длинные, гибкие оглобли все же чуточку смягчают резкие толчки.

Погода стояла прекрасная. Лошадка бодрым шагом везла Гульду и Жоэля вдоль зеленеющих лугов, спускавшихся прямо к прозрачным водам Маана, осыпавшего брызгами молодую травку. Местами залитая солнцем дорога пробегала под сенью берез, во множестве растущих по обочинам. Длинные стебли растений были усеяны сверкающими капельками еще не высохшей ночной росы. Над правым берегом Маана, на высоте двух тысяч метров, сияли ослепительной белизною снежные вершины Геусты.

В течение часа лошадь скакала довольно резво: настоящий подъем еще не начался. Но вскоре долина стала сужаться. Ручьи по обе стороны Маана превратились в грозно ревущие потоки. Дорога петляла, поднимаясь в гору, но от этого не становилась менее ухабистой. На пути двуколки то и дело попадались камни и колдобины, которые Жоэль объезжал с ловкостью опытного возницы. Так что Гульде рядом с ним приходилось не слишком туго. Когда же повозку особенно резко подбрасывало, она хваталась за плечо брата. Утренняя прохлада окрасила румянцем ее хорошенькое личико, побледневшее за время ожидания Оле.

Однако повозке предстояло подняться гораздо выше. Долина сузилась настолько, что превратилась в тесный каменный загон, по которому несся Маан. На ближайших склонах виднелось десятка два домиков, заброшенные развалины не то ферм, не то поселков и пастушеские хижины, укрывшиеся в березовых и буковых рощицах. Вскоре Маан исчез из виду, и только рев воды отдавался звонким эхом меж скал. Пейзаж стал одновременно величественным и диким; теперь взгляд свободно охватывал горизонт, поднимаясь вверх до самых гребней гор.

Спустя два часа повозка достигла лесопилки, поставленной рядом с водопадом высотой в тысячу пятьсот футов; энергия воды приводила в действие двойное колесо незамысловатого ее механизма. Водопады такой высоты — не редкость в Вестфьорддаале, но ширина их обычно невелика. Водопад Рьюканфоса[61] значительно превосходит здешние по величине.

Доехав до лесопилки, Жоэль и Гульда сошли с повозки.

— Ну как, сестричка, не устанешь, если мы пройдемся с полчасика пешком? — спросил Жоэль.

— Нет, братец, я совсем не утомлена, мне даже приятно будет немножко прогуляться.

— Немножко!.. Совсем не немножко, и к тому же в гору!

— Ничего, я обопрусь на твою руку, Жоэль.

В этом месте им пришлось оставить свою повозку. Она не проехала бы по крутым, узким тропинкам и по пригоркам, усеянным шатающимися обломками скал, голых или поросших скудной зеленью; их причудливые очертания грозили обильным камнепадом.

Но вот вдали блеснули голубоватые струи в белой кипени брызг: то был шумный водопад Рьюкана, низвергающийся мощными потоками с головокружительной высоты.

Гульда и Жоэль ступили на узенькую тропинку, протоптанную туристами и ведущую вниз, к горловине ущелья. Чтобы выйти к воде, им пришлось пробираться между деревьями и кустами, и несколько минут спустя они уже сидели на скале, поросшей желтоватым мхом, почти у самого водопада. Подойти ближе с этой стороны было невозможно.

Вздумай брат и сестра побеседовать здесь, они бы не услышали друг друга. Но мысли их были настолько схожими, что им и не требовалось говорить вслух, — каждый сердцем понимал другого.

Ширина и высота водопада Рьюканфоса весьма значительны, а рев воды поистине оглушает. Примерно в середине своего течения, между озерами Мьоос и Тинн, Маан как бы внезапно проваливается вглубь на девятьсот футов, что составляет шестикратную высоту Ниагарского водопада, ширина которого, однако, равняется трем милям, от американского берега до канадского.

Зато пейзаж Рьюканфоса отличается дикой, оригинальной красотой, трудно поддающейся описанию. Даже живопись не способна в достаточной мере передать ее. Бывают такие чудеса природы, которые необходимо видеть собственными глазами, дабы оценить все их своеобразное очарование, — к ним-то и относится этот водопад, известный на всем Европейском континенте.

В его созерцание и был погружен турист, сидевший на левом обрывистом берегу Маана. Со своего места он мог любоваться Рьюканфосом чуть сверху и с более близкого расстояния.

Ни Жоэль, ни Гульда не заметили путешественника, хотя он и находился в поле их зрения. Это объяснялось не разделявшим их расстоянием, а особым, свойственным горной местности оптическим эффектом, в результате которого человек кажется совсем крошечным и, следовательно, более удаленным, чем в действительности.

Но вот мужчина поднялся с камня и весьма неосторожно двинулся по каменному склону, круто обрывавшемуся вниз, к Маану. Вероятно, его любопытство привлекли две подземные пещеры Рьюканфоса; одна, слева, была заполнена бешено кипящей водой, другая, справа, всегда клубилась густым паром. Чего хотел турист? Может быть, он решил разведать, нет ли в середине водопада третьей пещеры? Без сомнения, наличие такой впадины объяснило бы, почему низвергающиеся воды Рьюкана исчезают на миг за скалами, а потом вновь бурно вырываются на свободу, разбрасывая во все стороны тугие струи воды. Это походит на подводный взрыв, брызги долетают до окрестных горных лугов.

Однако турист упрямо пробирался вперед по скользкой выпуклой каменной поверхности без всяких признаков растительности; скала эта носит имя «Maristien» — Мариин камень.

Сразу было видно, что неосторожный храбрец не знаком с легендой, сделавшей это место знаменитым.

«Однажды Эстейн решил навестить красавицу Марию из Вестфьорддааля и отправился к ней по опасной горной тропе. Его невеста, стоя на другом берегу, простирала к нему руки. И вдруг он поскользнулся, упал, заскользил вниз по гладкой, как зеркало, скале и рухнул прямо в пропасть, а бурный Маан навсегда унес прочь его бездыханное тело».

Неужели то, что приключилось со злосчастным Эстейном, грозило сейчас и незадачливому храбрецу, смело ступившему на коварный склон Рьюканфоса?!

Да, похоже было, что так и произойдет. Он заметил опасность слишком поздно. Внезапно опора ушла у него из-под ног, и он с воплем покатился вниз, едва успев в последний миг ухватиться за выступ скалы почти на краю пропасти.

Жоэль и Гульда по-прежнему не видели его, но зато услышали крик.

— Что это? — спросил молодой человек, вскочив с места.

— Чей-то крик, — ответила его сестра.

— Да, крик… крик отчаяния!

— Давай еще послушаем!

Оба стали оглядывать горы, но никого не увидели. Однако же они явственно расслышали слова: «Ко мне! Сюда!», прозвучавшие в один из коротких, но регулярных перерывов в громовом гуле низвергающегося водопада.

И вдруг призыв о помощи раздался вновь.

— Жоэль, — сказала Гульда, — по-моему, какой-то турист зовет! Надо помочь ему…

— Да, сестра, он где-то недалеко. Но с какой стороны?.. Я его не вижу!

Цепляясь за чахлые пучки травы, росшей на этом берегу Маана, Гульда взобралась на пригорок позади обломка скалы, на котором только что сидела. И вдруг она крикнула:

— Жоэль, вот он!

— Ты его видишь?

— Да… там… там!

И она указала на несчастного, висевшего почти над самой пропастью. Стоило его ноге, упиравшейся в крохотный выступ, соскользнуть чуть ниже, стоило поддаться головокружению, как все было бы кончено.

— Нужно спасти его! — воскликнула Гульда.

— Да, непременно! — отозвался Жоэль. — Спокойно! Сейчас главное — добраться до несчастного.

И он громко закричал. Зов донесся до путешественника, и тот обернулся. А Жоэль стал прикидывать, каким образом быстрее и надежнее помочь ему выбраться из беды.

— Гульда, ты не испугаешься? — спросил он сестру.

— Нет, братец!

— Ты хорошо знаешь Мариин камень?

— Да, я много раз бывала там.

— Ну тогда пройди по гребню и постарайся как можно ближе подобраться к этому человеку. Потом осторожно сползи к нему и крепко возьми за руку. Только не старайся подтянуть его вверх, не то у него закружится голова, и он стащит тебя в пропасть, — тогда вам обоим конец!

— А ты, Жоэль?

— А я, пока ты пробираешься поверху, вскарабкаюсь к нему по склону со стороны берега. Когда ты окажешься рядом с ним, я уже буду под вами и, если вы сорветесь, постараюсь удержать обоих.

Воспользовавшись новым коротким затишьем в грохоте водопада, Жоэль крикнул:

— Не двигайтесь, сударь!.. Потерпите!.. Мы попытаемся пробраться к вам!

Гульда уже скрылась в густых зарослях пригорка, чтобы спуститься по боковому склону Maristien.

Через несколько мгновений Жоэль увидел свою храбрую сестру на повороте: она уже достигла крайних деревьев, росших на верхушке скалы.

Сам же он, с опасностью для жизни, начал медленно карабкаться по отвесному склону той стороны горы, что замыкала собою ущелье Рьюканфоса. Здесь требовались поистине величайшее хладнокровие и осмотрительность: каждое неверное движение руки или ноги на краю этой бездонной пропасти грозило гибелью, ибо каменная стена была мокрой и скользкой от обильных брызг водопада.

Параллельно Жоэлю, в сотне футов над его головой, Гульда осторожно продвигалась к тому месту, где замер путешественник. Лица его они не видели, оно было обращено к водопаду.

Поднявшись почти к самым ногам туриста, Жоэль остановился и, утвердившись понадежнее в расщелине скалы, окликнул его:

— Эй, сударь!

Путешественник повернул голову.

— Послушайте! — продолжал Жоэль. — Не двигайтесь, не делайте ни одного движения, держитесь крепче!

— Будьте покойны, друг мой, я держусь, — ответил тот уверенным тоном, развеявшим тревогу Жоэля. — Если бы я не держался, то уже четверть часа назад лежал бы на дне Рьюканфоса!

— Моя сестра сейчас спуститься к вам, — крикнул ему Жоэль. — Она подаст вам руку. Только не пытайтесь подтянуться, пока я еще здесь!.. Оставайтесь на месте!..

— Я буду недвижен, как скала! — заверил его путешественник.

Гульда с непокрытой головой, как обычно ходят девушки с Телемарка, привыкшие преодолевать отроги, разделяющие горные луга, уже начала спускаться к нему, нащупывая наименее скользкие выступы в камне, ставя ноги в трещины, обещавшие более надежную опору.

Она вслед за Жоэлем подбодрила незнакомца:

— Держитесь, сударь!

— Да, да… я держусь… обещаю… я буду держаться, сколько хватит сил.

Как видите, в добрых советах у него недостатка не было. Они доносились и сверху и снизу.

— А главное, не бойтесь! — добавила Гульда.

— О, я не боюсь!

— Мы спасем вас! — крикнул Жоэль.

— Надеюсь, мой друг, ибо, клянусь Святым Олафом, самому мне не справиться!

Путник явно не терял присутствия духа. Но после падения руки и ноги его ослабели, и теперь он из последних сил удерживался на крохотном пятачке, отделявшем его от ревущей бездны.

А Гульда спускалась все ниже и ниже. Еще несколько мгновений, и она оказалась рядом с незнакомцем. Закрепившись на выступе рядом с ним, она взяла его за руку.

Путешественник попытался чуточку распрямиться.

— Нет, сударь, не шевелитесь!.. Не двигайтесь!.. — остерегла его девушка. — Вы увлечете меня за собою, а у меня не хватит сил удержать вас. Нужно подождать брата. Когда он будет между нами и Рьюканфосом, вы сможете попробовать взобраться наверх…

— Взобраться наверх! Ах, милая, это легче сказать, чем сделать, — боюсь, подъем для меня непосилен.

— Вы ранены, сударь?

— О, ничего серьезного, ни перелома, ни вывиха, — по крайней мере, я на это надеюсь, но я сильно ободрал ногу.

Жоэль уже находился в двадцати футах от того места, где стояли Гульда и незнакомец. Но круглый выступ скалы мешал ему прямо подняться к ним. Однако необходимо было преодолеть этот скользкий каменный горб, невзирая на трудность и крайнюю опасность маневра. Ведь речь шла о жизни и смерти!

— Не шевелись, Гульда! — крикнул он в последний раз. — Если вы сейчас соскользнете, я не смогу удержать вас, и мы все погибнем!

— Не бойся ничего! — ответила храбрая девушка. — Думай только о себе, и да поможет нам Бог!

Жоэль пополз по камню на животе, извиваясь, как змея. Два-три раза он ощутил, что ему буквально не за что уцепиться. Но наконец ловкость бывалого проводника взяла свое, и он добрался до путешественника.

То был человек в возрасте, но мощного сложения, с приятным улыбчивым лицом. По правде сказать, Жоэль ожидал увидеть на его месте какого-нибудь неосторожного юнца, решившего на спор покорить Maristien.

— Вы поступили весьма опрометчиво, сударь! — промолвил молодой человек, распластавшись на скале и стараясь отдышаться.

— Опрометчиво, говорите? — отозвался тот. — Скажите уж прямо — просто по-идиотски.

— Вы рисковали жизнью…

— Да, и заставил вас рисковать своей!

— О, это не важно… такое уж у меня ремесло! — ответил Жоэль и, приподнявшись, добавил: — Ну, теперь надо постараться поднять вас обратно, а самое трудное позади.

— Самое трудное?..

— Да, сударь, труднее всего было добраться до вас. А теперь нам осталось лишь одолеть вот этот склон, он довольно пологий.

— Только не слишком рассчитывайте на мои силы, дружок! Одна нога у меня совсем вышла из строя, по меньшей мере на несколько дней.

— И все же попытайтесь подняться.

— Охотно… с вашей помощью!

— Держитесь за руку моей сестры. А я подтолкну вас снизу.

— Только покрепче!

— Да-да, я вас не подведу.

И они начали действовать так, как велел Жоэль, медленно и осторожно. Подъем на вершину скалы был отнюдь не безопасен, но все трое справились с ним как нельзя успешнее и быстрее, чем ожидали. Впрочем, туристу повезло: он не сломал и не вывихнул ногу, а всего лишь сильно ободрал кожу при падении, так что мог держаться на ногах, хотя и терпел мучительную боль. Десять минут спустя они уже оказались на безопасном расстоянии от Maristien.

Путешественник намеревался передохнуть на опушке елового леска, окаймляющего верхние луга Рьюканфоса. Но Жоэль попросил его сделать еще одно усилие. Нужно было дойти до хижины, стоящей среди деревьев чуть позади утеса, на котором брат и сестра недавно отдыхали, подойдя к водопаду. Путешественник постарался выполнить его просьбу и, поддерживаемый под руки, успешно и без особых мучений добрался до дверей хижины.

— Давайте войдем, — сказала девушка, — и там вы минутку отдохнете.

— Надеюсь, вы называете минуткой хотя бы четверть часа?

— Да, сударь, а потом вам придется поехать с нами в Дааль.

— В Дааль? Но ведь именно туда я и направлялся!

— Да уж не вы ли тот самый турист, что шел с севера и о котором мне говорили в Хардангере? — спросил Жоэль.

— Я самый и есть.

— Господи Боже мой, так вы, значит, заблудились?

— Боюсь, что так.

— Эх, знал бы я, что такое стрясется, подождал бы вас на другом берегу Рьюканфоса!

— Да, оно было бы куда лучше, милый мой мальчик! Вы бы помогли мне избежать неосторожности, непростительной в моем возрасте…

— В любом возрасте, сударь, — откликнулась Гульда.

Все трое вошли в хижину, где жила крестьянская семья — отец, мать и две дочери; при их появлении хозяева встали и радушно приняли гостей.

Жоэль осмотрел ногу путника и убедился, что у него всего лишь сильно содрана кожа под коленом. Разумеется, потерпевшему потребуется покой, по крайней мере, в течение недели, но, главное, он счастливо избежал перелома или вывиха, даже кость не была задета.

Хозяева предложили гостям великолепные сливки, целое блюдо земляники и немного ситного хлеба, которые те приняли с восторгом. Правда, Гульда едва притронулась к еде, зато Жоэль без стеснения продемонстрировал свой здоровый аппетит, и путешественник не намного отстал от него.

— После такого приключения я голоден как волк, — признался он. — Скажу вам откровенно: идти через Maristien было верхом неосторожности. Изображать из себя злосчастного Эстейна, когда годишься ему в отцы… нет, даже в деды!..

— Ах, значит, вам известна легенда? — удивилась Гульда.

— Еще бы неизвестна!.. Моя кормилица убаюкивала меня песней об Эстейне, когда я еще был в счастливом младенческом возрасте. Да, милая девушка, я знаю эту легенду, что еще больше усугубляет мою вину! А теперь, друзья мои, скажите, каким образом вы собираетесь переправить меня в Дааль, — ведь для такого инвалида, как я, это путь неблизкий.

— Не беспокойтесь ни о чем, сударь, — ответил Жоэль. — Здесь, внизу, нас ждет повозка. Вам придется пройти самое большее триста шагов.

— Хм!.. Триста шагов…

— И притом спускаясь по дороге, — добавила девушка.

— О, если речь идет о спуске, друзья мои, то с этим я справлюсь, только обопрусь о чью-нибудь руку…

— А почему не на две? — спросил Жоэль. — Ведь у нас их четыре на двоих, и все они в вашем распоряжении.

— Ну что ж, пусть будет две или даже четыре! Это мне не обойдется дороже, верно?

— Это ничего не стоит, сударь.

— О нет, я обязан хотя бы пожать вам обоим руки в знак благодарности: я совсем забыл, что еще не высказал ее.

— За что же, сударь? — отозвался Жоэль.

— Да просто-напросто за то, что вы спасли мне жизнь, рискуя своей собственной!

— Когда вам угодно отправиться? — спросила Гульда, вставая, чтобы пресечь поток похвал.

— Как это «когда»?.. Да когда вам угодно!.. Ибо отныне мне угодно все, что угодно вам!

Путешественник заплатил крестьянам за угощение. Потом, слегка опираясь на руку Гульды и гораздо тверже — на руку Жоэля, он начал спускаться по извилистой тропинке, ведущей к берегу Маана, откуда шла дорога на Дааль.

Ходьба его то и дело перемежалась оханьем, которое, впрочем, тотчас же превращалось в жизнерадостный смех. Наконец переход закончился у лесопильни, где Жоэль принялся запрягать лошадь.

Пять минут спустя мужчина уже сидел в повозке бок о бок с Гульдой.

— А вы? — спросил он у Жоэля. — Я, кажется, занял ваше место…

— О, я уступаю его вам от чистого сердца.

— Но, может быть, если потесниться…

— Нет, нет! Я ведь проводник, сударь, и ноги у меня крепкие. Даже покрепче вот этих колес!

И они тронулись в путь, мало-помалу приближаясь к Маану. Жоэль вел лошадь под уздцы, стараясь, чтобы повозку не слишком трясло на крупных камнях.

Дорога прошла весело, — по крайней мере, для путешественника. Он беседовал с братом и сестрой, словно старый друг семьи Хансен. Еще не подъехав к месту назначения, они величали его запросто «господином Сильвиусом», а господин Сильвиус звал их Жоэлем и Гульдой, как будто они были знакомы всю жизнь.

К четырем часам дня из-за густых крон деревьев выглянула остроконечная верхушка даальской часовенки. Минуту спустя повозка остановилась перед гостиницей. Путешественник не без труда сошел наземь. Фру Хансен встретила его на пороге дома и, хотя он не спрашивал самой лучшей комнаты, отвела ему именно такую.


Содержание:
 0  Лотерейный билет № 9672 : Жюль Верн  1  Глава II : Жюль Верн
 2  Глава III : Жюль Верн  3  Глава IV : Жюль Верн
 4  Глава V : Жюль Верн  5  Глава VI : Жюль Верн
 6  Глава VII : Жюль Верн  7  вы читаете: Глава VIII : Жюль Верн
 8  Глава IX : Жюль Верн  9  Глава Х : Жюль Верн
 10  Глава XI : Жюль Верн  11  Глава XII : Жюль Верн
 12  Глава XIII : Жюль Верн  13  Глава XIV : Жюль Верн
 14  Глава XV : Жюль Верн  15  Глава XVI : Жюль Верн
 16  Глава XVII : Жюль Верн  17  Глава XVIII : Жюль Верн
 18  Глава XIX : Жюль Верн  19  Глава XX : Жюль Верн
 20  Использовалась литература : Лотерейный билет № 9672    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap