Приключения : Путешествия и география : Глава IV КИЛЛАРНИЙСКИЕ ОЗЕРА : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  35  36  37  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  63

вы читаете книгу

Глава IV

КИЛЛАРНИЙСКИЕ ОЗЕРА


Согласно решению, принятому в «высших сферах», отъезд состоялся утром третьего августа. Горничная и лакей уселись в хозяйский омнибус[162], который должен был доставить багаж на станцию, находящуюся в трех милях от замка.

С ними был и Малыш, в обязанности которого входило проследить за вещами юного господина. Мэрион и Джон решили предоставить возможность самому выходить из положения «этому ничейному и никчемному мальчишке», как называли его слуги.

Однако «никчемный мальчишка» отлично справился со своей задачей, и багаж графа Эштона был зарегистрирован точно к моменту получения билетов пассажирами.

Около полудня, проехав вдоль берега реки Алло, прибыла господская карета, доставившая лорда и леди Пайборн. Поскольку у здания вокзала собралась кучка зевак поглазеть, не без подобострастия, разумеется, на знатных путешественников, граф Эштон не мог, естественно, упустить случая, чтобы не поиздеваться над грумом. Он подозвал его, как обычно, — «бой», да, кстати, настоящего имени мальчугана никто и не знал. Бой подошел к карете, и тут же в него полетел дорожный плед, пущенный с такой силой, что Малыш чуть не упал навзничь, к великому удовольствию покатившихся со смеху зевак.

Маркиз, маркиза и их отпрыск проследовали в отведенное им купе в вагоне первого класса. Джон и Мэрион устроились в вагоне второго класса, даже не подумав позвать грума с собой. Мальчуган прошел в соседнее, пустое купе, чрезвычайно довольный тем, что начало путешествия проведет в одиночестве.

Поезд тут же тронулся, так что можно было подумать, что он только и ждал прибытия благородных обитателей замка Трэлингер.

Однажды Малышу уже довелось проехать по железной дороге, но тогда он находился на руках у мисс Анны Вестон и мало что запомнил, поскольку проспал почти всю дорогу. Однако проносившиеся с огромной скоростью поезда он видел в окрестностях Голуэя и Лимерика. А сегодня должна была осуществиться его заветная мечта прокатиться в одном из вагонов, что тянул за собой локомотив, могучий конь из стали и меди, с шумом выбрасывающий клубы пара. Но особенно восхищали Малыша не пассажирские, а товарные вагоны, перевозившие из конца в конец страны товары, произведенные промышленностью и торговлей.

Малыш смотрел в открытое окно не отрываясь. И хотя скорость поезда была невелика, он с изумлением разглядывал бегущие навстречу дома и деревья, телеграфные провода, натянутые между столбами, по которым, говорят, телеграммы передаются со скоростью большей, чем мелькающие в окне предметы. Сколько впечатлений для детского обостренного воображения, впитывающего все, как губка!

Несколько миль поезд шел по очень красивой местности вдоль левого берега реки Блэкуотер. Было около двух часов, когда, миновав несколько небольших станций, поезд сделал двадцатипятиминутную стоянку в Милстрите.

Благородное семейство не пожелало покинуть вагон-салон, куда вызвали Мэрион для обслуживания госпожи. Джон, в ожидании распоряжений, стоял у двери купе. Грум, получив от графа Эштона приказание купить что-нибудь «развлекательное» для дорожного чтения, направился к привокзальному киоску и, естественно, растерялся, не зная, на чем остановить выбор. В конце концов он решил руководствоваться, по-видимому, собственным вкусом, вопреки запросам юного Пайборна. Поэтому можно себе представить, какую нахлобучку он получил, принеся «Путеводитель по Килларнийским озерам»! На кой черт наследнику замка Трэлингер изучать маршрут поездки? Какая ему разница, чем знамениты окрестности? Он едет туда потому, что его везут! Пришлось Малышу заменить путеводитель на какую-то газетенку с глупыми карикатурами и пошлыми подписями, что составляло, казалось, предмет всех мечтаний графа.


Из Милстрита выехали в половине третьего. Малыш опять пристроился у окна. Поезд шел по чрезвычайно живописной, изрезанной оврагами холмистой местности. Небо было чистым, и солнце ярко светило, — что вообще-то редкость в Ирландии. Лорд Пайборн мог себя поздравить со столь удачным выбором сухой погоды для экскурсии. Зонтик от солнца гораздо больше пригодится маркизе, чем ему его тяжелый плащ. В воздухе, однако, висела легкая дрожащая дымка, придающая особое очарование размытым очертаниям гор. Малыш смог полюбоваться острыми вершинами самых высоких гор графства, Кабернах и Пасс[163], открывавшихся к югу от железной дороги, высота которых достигает двух тысяч футов. Как раз в окрестностях Килларни горные породы испытали самое большое в Ирландии сжатие.

Вскоре поезд пересек границу между графствами Корк и Керри. Малыш оставил себе путеводитель, отвергнутый хозяином, и теперь с интересом следил за трассой железной дороги. Какие воспоминания ожили в его памяти при слове «Керри»! Милях в двадцати севернее этих мест, на ферме Кервен, прошли самые счастливые дни его детства. Теперь, когда неумолимый чиновник выгнал оттуда семейство Маккарти, ферма стояла заброшенной!… Оторвавшись от окна, Малыш погрузился в раздумья. Тяжелые воспоминания еще не покинули его, когда поезд прибыл на станцию Килларни.

Этому небольшому городку очень повезло — как и некоторым европейским городам, — ибо он располагался на берегу великолепного озера. Возможно, именно цепочке озер, раскинувшихся в окрестностях, Килларни и обязан своей легкой и счастливой судьбой. Толпы туристов устремляются сюда в разгар сезона вовсе не из-за католического епископа или собора, и тем более не из-за дома для умалишенных или приюта для монахинь, и не ради того, чтобы взглянуть на монастырь францисканцев[164] и работный дом. Нет и нет! Уж если что и привлекает людей сюда, то это естественные озера необычайной красоты. Стоит геологическим процессам уничтожить их, стоит воде уйти в глубь земли, и город Килларни вымрет, к великому сожалению всех и особенно семейства Кенмайер, владеющего этим городком, как частью своих огромных земельных наделов в девяносто тысяч гектаров. Здесь много гостиниц, и в самом городе, и на берегу озера Лох-Лейн, расположенного менее чем в четверти мили от него.

Лорд Пайборн выбрал одну из лучших гостиниц. К несчастью, в ту пору она подверглась «бойкоту». Этот ирландский неологизм происходит от имени некоего капитана Бойкотта, который потребовал вмешательства полиции, когда сельскохозяйственные рабочие отказались убирать урожай на его полях. Отказать кому-либо в помощи — таков смысл слова «бойкотировать». Так вот, выбранная лордом гостиница подверглась бойкоту, поскольку ее хозяин лишил по суду имущества и изгнал из домов несколько своих арендаторов. В знак протеста от него ушел весь обслуживающий персонал, в том числе и повара, и даже поставщики не решались ничего ему продавать.

Маркиз и маркиза Пайборн были вынуждены сменить гостиницу и отложить поездку к озерам на следующий день. Проследив за доставкой багажа своего хозяина, грум получил приказ весь вечер быть в распоряжении графа. Это был категорический запрет покидать переднюю, пока Пайборн-младший в общем салоне изображал из себя джентльмена, сидя среди читающих, беседующих или играющих туристов.

На следующий день у подъезда гостиницы с утра стоял экипаж. Это было вместительное комфортабельное ландо[165] с откидывающимся верхом, с задними сиденьями для горничной и лакея и местом для грума — рядом с кучером. В сундуки уложили сменную одежду и белье, а также провизию в количестве достаточном, чтобы устранить неудобства, связанные с возможными дорожными происшествиями, задержками в пути, отсутствием гостиниц и т. п. Прием пищи их милостями — дело святое и должен быть обеспечен всегда и везде. Однако их милости вовсе не собирались садиться в экипаж прямо в Килларни.

Обладая практическим складом ума, чем он весьма кичился, — даже во время дискуссий в палате лордов, — лорд Пайборн решил разбить путешествие на две части: первая включала ознакомление с озерами и должна была проходить по воде; вторая состояла в поездке по графству вплоть до побережья и являлась, таким образом, сухопутной. Итак, ландо предназначалось для перевозки высокородных путешественников в заключительной стадии путешествия. Поэтому экипаж отправили с утра в Брэндон-коттедж, для чего он должен был обогнуть озера с востока и достигнуть там их оконечности. А поскольку мудрейший лорд Пайборн рассчитал, что путешествие по воде займет три дня, обойтись без горничной, лакея и грума было просто невозможно. Можно себе представить восторг мальчугана при мысли о предстоящем путешествии по очаровательным озерам!

Конечно, это не море, огромное и необъятное, простирающееся от одного континента до другого. Это были просто озера, не имевшие выхода для сбыта товаров, и их поверхность бороздили лишь лодки туристов. И тем не менее предстоящее путешествие наполняло радостью сердце Малыша. Вчера он уже во второй раз проехал по железной дороге… Сегодня — впервые ступит на борт судна.

Пока Джон, Мэрион и грум пешком одолевали расстояние в одну милю, отделявшее Килларни от северного берега озера, маркиза, маркизу и их отпрыска туда доставила легкая коляска. На площади Малыш успел заметить какой-то собор. Прохожих на улицах было совсем немного, в основном туристы. Действительно, город просыпается от спячки лишь на несколько месяцев, когда сюда съезжается десять — двенадцать тысяч туристов со всего Соединенного Королевства. И тогда кажется, что все местное население состоит из кучеров и лодочников, оспаривающих друг у друга каждого клиента, беззастенчиво обдирая его при этом.

На пристани их милостей уже ожидала лодка с командой из пяти человек: четверо на веслах, пятый — на корме у руля. Мягкие сиденья и небольшой навес на случай, если зарядит дождь или солнце будет слишком жарким, обеспечивали должный комфорт пассажирам. Лорд и леди Пайборн разместились на мягких сиденьях, рядом устроился граф Эштон. Слуги и грум заняли места на носу. И вот швартовы отданы, весла одновременно опустились на воду, и лодка отошла от берега.

Килларнийские озера занимают площадь в двадцать один квадратный километр. Всего их три: Верхнее озеро, питаемое водами рек Гринсхорн и Дугэйрн; озеро Макросс, или Тор, куда впадает Овенгрифф, пройдя по узкому проливу Лох-Рейндж; Нижнее озеро, или Лох-Лейн, откуда берет начало река Лон, впадающая в залив Дингл на побережье Атлантического океана. Следует заметить, что сток здесь направлен с юга на север, — поэтому Нижнее озеро расположено севернее остальных.

На карте три водоема весьма напоминают силуэт огромной перепончатолапой птицы, например, пеликана, одной лапой которого служит канал Лох-Рейндж, когтем — Верхнее озеро, а телом — озера Макросс и Лох-Лейн. Таким образом, поскольку отправной точкой служил северный берег Лох-Лейна, плавание проходило вверх по течению: сначала — Нижнее озеро, затем — Макросс, далее вверх по проливу Лох-Рейндж и, наконец, Верхнее озеро. По расчетам лорда Пайборна, на осмотр каждого водоема отводился один день.

К югу и западу тянется самая высокая гряда гор Зеленого Эрина, доходящая до изумительно красивого залива Бантри, глубоко вдающегося в побережье графства Корк. Есть там маленький рыбацкий порт Гленгаррифф, где в 1796 году высадился генерал Ош с четырнадцатью тысячами солдат, посланных Французской Республикой на помощь ирландским братьям.

Самое большое из трех озер, Лох-Лейн, насчитывает пять с половиной миль в длину и три мили в ширину. По западному берегу тянется цепь покрытых лесом холмов Каррантуилл, принадлежащих в основном хозяевам Макросса. На озере есть несколько островов: Лэмб, Хэрен, Маус. Самый большой из них — остров Росс, а самый красивый — Эннисфолэн.

К этому-то острову и направилась лодка с туристами. Погода стояла отличная. Солнечные лучи щедро лились на землю, что довольно редко случается в этих краях. Легкий бриз слегка рябил зеркало вод. Малыш упивался дыханием природы, любуясь восхитительными пейзажами, что открывались его взору по мере движения лодки. С трудом удерживался Малыш от восторженных восклицаний, понимая, что его эмоции будут сочтены неуместными и господа прикажут замолчать.

И в самом деле, лорд и леди Пайборн были бы поражены, узнай они, что существо без роду и племени, без воспитания, без родословной способно воспринимать красоту природы, созданную, как известно, только для услаждения аристократических взоров. Следует помнить, что их милости совершали экскурсию только потому, что так было принято среди людей их круга; скорее всего, никаких впечатлений из этой поездки они не вынесут. Что касается графа Эштона, то все красоты природы были вообще не для него! Он захватил с собой несколько удочек и решил порыбачить, пока его высокородные родители будут бродить по окрестным развалинам, исполняя нудную обязанность.

Это очень огорчало Малыша. И действительно, когда лодка причалила к острову Эннисфолэн, маркиз и маркиза сошли на берег и предложили сыну сопровождать их, но сверхблагородный отпрыск не замедлил отказаться:

— Благодарю покорно, уж лучше я буду удить рыбу, пока вы гуляете!

— Но ведь здесь, — заметил лорд Пайборн, — сохранились руины знаменитого аббатства. Мой друг, лорд Кенмайер, владелец этого острова, не простит мне…

— Однако раз граф предпочитает… — небрежно бросила маркиза.

— Вот именно… предпочитаю, — ответил граф Эштон. — И мой грум останется со мной, чтобы готовить наживку.

За сим маркиз с маркизой удалились, в сопровождении Мэрион и Джона, а Малыш, к своему великому сожалению, из-за каприза юного Пайборна так и не увидел археологических достопримечательностей острова. К тому же маркиз с супругой не вынесли никакого впечатления от увиденного. Их невосприимчивый и пресыщенный ум не тронули ни красота месторасположения монастыря, основанного в VI веке и состоявшего из четырех величественных строений, ни часовня в романском стиле[166], с тонкой резьбой по камню, украшавшей своды, ни весь ансамбль, утопавший в буйной растительности, под купами остролиста, тиса, ясеня и толокнянки, лучшими образцами которой славится «Остров Святых», который, по меткому выражению мадемуазель де Бове, является жемчужиной Килларни!

Однако, отказавшись сопровождать родителей, граф Эштон времени даром не терял. Правда, великолепная форель сорвалась с крючка по его же вине, однако всю досаду он выместил на груме, осыпав беднягу незаслуженными грубыми упреками. Зато два-три угря, попавшиеся на крючок, доставили графу несравнимо больше удовольствия, нежели никчемные руины, на которые ему было абсолютно наплевать.


Рыбалка настолько захватила графа, что он не пожелал осмотреть и остров Росс, куда лодка причалила часом позже. Он снова и снова забрасывал удочку в прозрачные воды озера. Малыш был вынужден остаться с юным джентльменом, пока лорд и леди Пайборн величественно «прогуливали свое безразличие» по тенистым аллеям во владениях лорда Кенмайера.

Остров Росс, площадью в двадцать четыре гектара, соединен с восточным берегом озера дамбой и дорогой, проходящей рядом с замком лорда, настоящей крепостью XIV века. Что, по-видимому, неприятно поразило маркиза и маркизу, так это то, что и остров Росс, и парк открыты для свободного доступа жителей и туристов, для всех, кто любит гулять по зеленым лужайкам, расцвеченным мятой и асфоделями[167], среди зарослей азалии и рододендронов, под могучими кронами вековых деревьев.

После двухчасовой прогулки, прерываемой частыми остановками, их милости вернулись в маленький порт к прогулочной лодке. Граф Эштон как раз громко отчитывал грума, и маркиз с маркизой, разумеется, незамедлительно встали на сторону своего драгоценного сыночка, не пожелав даже уяснить суть дела. А «вина» Малыша заключалась в том, что рыбалка выдалась неудачной, поскольку рыба не желала насаживаться на крючок юного джентльмена. Отсюда и отвратительное настроение графа, не покидавшее его до самого вечера.

Наконец все вновь уселись в лодку, и гребцы взяли курс на середину озера. Предстояло посетить шепчущий водопад О'Салливан, что находится ближе к западному берегу, а затем уже отправиться в устье Лох-Рейнджа, около которого находился Диниш-коттедж, где лорд Пайборн и рассчитывал провести ночь.

Малыш вновь уселся на носу; он очень переживал из-за очередной несправедливости хозяев. Однако вскоре все было забыто, и воображение унесло нашего героя на дно сказочного озера. В путеводителе он вычитал любопытную легенду о Килларнийских озерах. Когда-то на этом месте простиралась обширная долина, защищенная шлюзом от слишком полноводных рек, текущих поблизости. Однажды девушка, которой было поручено следить за уровнем воды, неосторожно оставила затвор открытым, и вода затопила окрестные деревни и всех жителей. С тех пор, гласит легенда, все они живут на дне озера, и, если внимательно прислушаться, можно услышать, как они празднуют воскресенья в царстве угрей и форелей, под неподвижными водами Лох-Лейна.

Было четыре часа, когда лодка достигла берега у Диниш-коттеджа, возле устья пролива Лох-Рейндж, в самой глубине бухты Глена. Условия для ночлега были вполне сносными, но в девять часов, когда Малыш наконец получил свободу, вдруг последовал строгий приказ: груму надлежало неотлучно находиться в своей комнате. А значит, прощай, приятная прогулка!

Следующий день был посвящен знакомству с озером Макросс. Это озеро, длиной в две с половиной мили и шириной вполовину меньше, представляет собой, собственно говоря, обширный пруд правильной формы. Расположено оно посреди поместья, покинутого хозяевами, отчего прекрасный строевой лес, вернувшийся в свое естественное состояние, только выиграл.

На сей раз граф Эштон соизволил сопровождать маркизу с маркизой. И если грум тоже принял участие в экскурсии, то только в качестве оруженосца, поскольку хозяин доверил ему нести ружье и ягдташ. Когда-то в окрестных лесах во множестве водились кабаны и дикие свиньи; сейчас же они почти исчезли, уступив место большим благородным оленям, которым, однако, тоже грозит поголовное истребление по всему Соединенному Королевству.

Так что граф Эштон непременно совершил бы какой-нибудь охотничий подвиг, если бы чрезвычайно пугливые олени захотели приблизиться к нему на расстояние выстрела. Увы и ах! А ведь к охоте были привлечены два лодочника, выполнявших роль загонщиков, и Малыш — в качестве охотничьей собаки. Из-за глупой прихоти наш герой не смог обозреть живописный водопад Тор и францисканское аббатство XIII века с руинами церкви и монастыря, которые их милости, знай они, что их там ждет, никогда бы не согласились посетить.

Дело в том, что на территории монастыря вырос гигантский тис[168], футов пятнадцати в окружности. По какой-то причине, быть может, чтобы иметь сувенир на память о посещении этих мест, маркизе вздумалось сорвать листок с роскошного дерева. Но только она протянула руку к тису, как ее остановил окрик проводника:

— Ваша милость, осторожно!…

— Осторожнее?… — переспросил лорд Пайборн.

— Да, милорд! Если маркиза сорвет хотя бы один листок…

— И что же, разве это запрещено владельцем Макросс-касла? — спросил маркиз высокомерно.

— Нет, господин маркиз, — отвечал проводник, — но тот, кто сорвет хотя бы один листик, не проживет и года…

— Даже если это будет маркиза?…

— Даже тогда!

Предостережение так подействовало на суеверную леди Пайборн, что она едва не лишилась чувств. Ведь еще бы секунда, и она сорвала бы этот несчастный лист. Дело в том, что представители самых древних родов Изумрудного острова, как называют родную страну ирландцы, верят в подобные легенды, как в Евангелие, и ничем не отличаются в этом смысле от простолюдинов.

Чрезвычайно встревоженная вернулась леди Пайборн в Диниш-коттедж, не переставая думать об опасности, которой она только что подверглась. Поэтому, хотя было всего лишь два часа пополудни, лорд Пайборн решил отложить осмотр Верхнего озера на завтра.

Что касается юного Эштона, то он был вне себя от злости, так как вернулся ни с чем. И уж если он валился с ног от усталости, то нужно ли говорить о состоянии его «собаки» — то бишь его грума, — у которого не было ни минуты передышки? Но ведь собаки не жалуются на усталость, к тому же Малыш был слишком горд, чтобы жаловаться.

На следующий день, после завтрака, господа заняли места в лодке. Чтобы выгрести против течения Лох-Рейнджа, гребцам приходилось «наваливаться», как сказал бы Пат Маккарти, на весла изо всех сил. Зажатая в узкое русло, бурная река образует массу водоворотов. Течение здесь чрезвычайно стремительное. Пассажиров крепко покачало, и если нашему герою качка доставила удовольствие, то этого ни в коем случае нельзя сказать о чете Пайборн. Маркиз уже хотел дать команду вернуться, настолько маркиза была перепугана, а граф Эштон просто плох. Однако несколько мощных гребков, и лодка, преодолев буруны, вылетела на мелководье, где у берега цвели кувшинки. В полутора милях отсюда виднелась гора высотой в тысячу восемьсот футов, где гнездились орлы, отсюда и ее название — «Орлиное гнездо».


Лодочники сообщили их милостям, что если они соблаговолят обратиться к горе, то она не замедлит ответить. Здесь действительно происходит отражение звука, что весьма забавляет туристов. Разумеется, маркиз с маркизой сочли ниже своего достоинства вступать в беседу с каким-то эхом, «которое не было им представлено». Но граф Эштон не мог упустить случая прокричать две-три глупые фразы, а затем спросил гору, кто он такой, на что немедленно получил ответ.

— Дурачок! — отозвалось «Орлиное гнездо» голосом какого-то туриста, скрытого от глаз высокородных путешественников густыми зарослями можжевельника, покрывающими склон горы.

Их сиятельства, смертельно оскорбленные, заявили, что в благословенные времена, когда феодалы имели право чинить суд и расправу на своих землях, наглое эхо понесло бы страшное наказание за вопиющую дерзость. Затем гребцы опять налегли на весла, и к часу дня путешественники достигли Верхнего озера.

Равное по площади озеру Макросс, оно имеет более причудливые очертания, что придает ему особую прелесть. С юга над озером нависают крутые склоны Кромэгланских холмов, с севера вздымаются к небу вершины Томи и Пурпурной горы, получившей свое название из-за алого оттенка покрывающих ее склоны зарослей вереска. Южный берег покрыт великолепными лесами, дающими тень Килларнийской долине. И хотя озеро имело чрезвычайно живописный вид, их благородия отнеслись к нему весьма прохладно. Если не считать Малыша, то все остальные были от прогулки не в восторге. Поэтому лорд Пайборн велел направиться к устью реки Гинмин, с тем чтобы возвратиться в Брандон-коттедж, где намечался отдых перед осмотром океанского побережья.

Конечно, после столь «трудного» дня господам был просто необходим отдых. Для них прогулка по озерам была равносильна океанскому переходу. Слуги и, конечно, грум должны были неотлучно находиться в гостинице. И если Малыш не получил доброго десятка самых противоречивых приказов, то только потому, что граф Эштон заснул мертвым сном, не успев до конца высказать свою девятую прихоть…

На следующий день предстоял ранний подъем. Маршрут, разработанный лордом Пайборном, предусматривал весьма долгий переход. Пришлось уговаривать маркизу, поскольку Мэрион нашла, что у хозяйки бледный и утомленный вид. Разгорелись долгие дебаты по вопросу о том, следует ли продолжать путешествие или необходимо немедленно вернуться в Трэлингер-касл. Леди Пайборн склонялась ко второму варианту, однако, когда лорд Пайборн привел в качестве неотразимого довода тот факт, что их близкие друзья, герцог Франкастер и герцогиня Верегэлбер, добрались аж до Валеншии, в конце концов было решено не менять первоначального плана, к великой радости Малыша, который ничего так не боялся, как вернуться в замок, не повидав моря.

В девять часов утра ландо уже стояло у подъезда. Маркиз с маркизой уселись в глубине, граф Эштон — на переднем сиденье. Джон и Мэрион устроились на заднем сиденье, а грум, как обычно, рядом с кучером. Верх был опущен, но в случае плохой погоды поднять его было делом одной минуты. И вот, выслушав почтительные пожелания счастливого пути от персонала Брэндон-коттеджа, высокородные туристы двинулись наконец в путь.

На протяжении четверти мили экипаж, влекомый парой сильных лошадей, ехал по левому берегу реки Дугэйри, впадающей в Верхнее озеро; затем начался крутой подъем на горную цепь Гиллиэнди-Рикс. Взбираясь на обрывистые горные вершины, лошади шли шагом. За каждым поворотом дороги, серпантином поднимавшейся все выше и выше, открывались новые картины, приковывавшие к себе взгляды одного лишь Малыша. Они проезжали по самой пересеченной части графства Керри, да и, пожалуй, всей Ирландии. В девяти милях к юго-востоку, за цепью гор Гиллиэнди-Рикс, терялась в облаках вершина горы Каррантуилл, высотой в три тысячи футов[169]. Повсюду у подножия гор виднелись морены[170], хаотическое нагроможденье эрратических валунов[171], принесенных сюда медленным и неуклюжим сползанием ледников.

К середине дня, оставив справа горы Томи и Пурпурную, экипаж достиг узкого крутого спуска с Гиллиэнди-Рикс. Это был знаменитый на всю страну перевал, Данлоусские ворота, ничем не уступающие ущелью в Пиренеях, прорубленному, как гласит предание, мечом достославного Роланда[172]. Прелестные озера, сверкавшие тут и там, вносили некоторое разнообразие в несколько диковатый ландшафт. Если бы господа соизволили проявить хоть малейший интерес к окружающему, Малыш мог бы им рассказать немало легенд, связанных с этим краем, которые он успел вычитать все в том же путеводителе. Увы! Их милостей ничто не интересовало.


Преодолев перевал, ландо быстро покатило по северо-западным склонам. К трем часам они достигли правого берега реки Лон, русло которой в период паводка служит водостоком для Килларнийских озер. Эта река впадает в залив Дингл. Проехав по ее берегу четыре мили, туристы, утомленные девятимильным путешествием, прибыли наконец к шести часам в маленький городок Килгобинет[173].

Ночь прошла спокойно; и хотя гостиница не могла похвастаться особым комфортом, но зато в почтительнейшем внимании и бесчисленных знаках уважения, принимаемых гостями с холодным безразличием, присущим людям высшего круга, недостатка не было. Затем, к великому беспокойству Малыша, у господ возникли новые колебания по поводу утреннего маршрута: отправиться ли направо, то есть в Килларни, или налево, к устью реки Валеншия. Но поскольку хозяин гостиницы утверждал, что не далее, как два месяца назад принц и принцесса Кардиган избрали именно второй вариант, то лорд Пайборн дал понять леди Пайборн, что им просто неприлично сворачивать с маршрута, выбранного столь высокими особами. Килгобинет покинули в девять часов утра. Было пасмурно, моросил мелкий дождь, пришлось поднять верх ландо. Поскольку место грума было рядом с кучером, то Малыш оказался совершенно не защищенным от дождя и ветра. Ну да ничего, бывало и похуже!

Зато наш мальчуган не пропустил ни затянутой туманом цепи гор на востоке, ни длинных и глубоких долин на западе, отлого уходящих вниз, к побережью. В душе мальчика росла любовь к природе, и все увиденное неизгладимо запечатлевалось в его памяти.

Во второй половине дня, по мере того как горы, над которыми вздымалась вершина Каррантуилл, отдалялись к востоку, с противоположной стороны стал вырастать Иверох. За ним, если верить путеводителю, начинался пологий спуск к маленькому порту Кэрсивин.

К вечеру их благородия достигли селения Каррамор, проехав около десяти миль. В этих местах много туристов, вполне приличных гостиниц, а посему запасы, сложенные в ландо, не понадобились.

На следующий день пустились в путь в дождливую погоду; сильный ветер с моря быстро гнал по небу низкие тучи, сквозь которые изредка проглядывало солнце. Мальчик полной грудью вдыхал воздух, пропитанный запахами моря.

Незадолго до полудня дорога сделала резкий поворот, и коляска покатила прямо на запад. Не без усилия перевалив через узкую Иверахскую седловину, выехали на прямой спуск к устью реки Валеншия, на котором лошадям даже приходилось тормозить, высекая копытами искры. Не было и пяти часов пополудни, когда путешественники достигли конечного пункта путешествия — гостиницы в Кэрсивине.

«Интересно, что же все-таки смогли вынести господа из этого путешествия?» — задавался вопросом Малыш.

Он еще не знал, что множество людей — причем весьма почтенных — пускаются в путь только для того, чтобы потом говорить, что они тоже путешествовали.

Поселок Кэрсивин вытянулся вдоль левого берега Валеншии как раз там, где река расширяется, образуя удобную корабельную стоянку, получившую название Валеншия-Харбор. Далее расположен одноименный остров с мысом Брег-Хад, одной из самых западных точек Ирландии. Что касается самого Кэрсивина, то не найдется ни одного ирландца, способного забыть, что здесь родился великий О'Коннел.

На следующий день господа, неожиданно решив выполнить программу до конца, уделили несколько часов осмотру острова Валеншия. Графу Эштону пришла в голову идея пострелять чаек, и Малыш, к своей великой радости, получил приказ сопровождать его.

Между городом Кэрсивин и островом, расположенным в одной миле в сторону от устья реки, курсирует паром, на котором и отправились после завтрака лорд и леди Пайборн. Он доставил их милостей в маленький порт, где рыбацкие суденышки укрывались от мощного океанского наката. Дикий, пустынный, с обрывистыми берегами, остров богат полезными ископаемыми, в частности, там находится сланцевый карьер. Здесь же расположена деревня, где целые дома, от стен до крыши, сложены из этого сланца. Туристы могут даже пожить в ней, если им заблагорассудится. Отличный постоялый двор всегда готов предоставить гостям и стол и кров. Но с какой стати путешественникам тут задерживаться? Поэтому, посетив, как это сделали их милости, старый разрушенный форт, построенный еще Кромвелем, поднявшись на маяк, указывающий курс судам, направляющимся из открытого моря, полюбовавшись двумя конусообразными скалами, торчащими из моря в пятнадцати милях от острова, со створными знаками, указывающими судам безопасный фарватер, — увидев все это, что еще делать туристам на Валеншии? Ведь Валеншия — всего лишь один из сотен островов, разбросанных вдоль западного побережья Ирландии.


Все это, конечно, так, но Валеншия был еще знаменит тремя, только ему присущими, особенностями.

Во-первых, он послужил точкой отсчета для триангуляционных работ[174] по замеру дуги[175], проходящей через всю Европу вплоть до Уральских гор.

Во-вторых, в данный момент здесь расположена самая западная метеостанция, стойко выдерживающая все бури, налетающие со стороны Американского континента.

И наконец, здесь находится небольшое здание, куда провели лорда и леди Пайборн и где берет начало первый трансатлантический кабель, проложенный по дну океана между Старым и Новым Светом. В 1858 году капитан Андерсон протянул его в кильватере своего судна «Грейт-Истерн», а в 1866 году он начал действовать, сначала один, а затем к нему добавились еще четыре нитки, соединившие Америку с Европой.

Именно сюда пришла первая телеграмма от президента Соединенных Штатов Бьюкенена, составленная в следующих выражениях из Евангелия:

«Слава Господу нашему на небесах и мир всем людям доброй воли на земле!»

Бедная Ирландия! Ты столько раз славила Всевышнего, но обеспечат ли тебе когда-нибудь люди доброй воли гражданский мир, вернув тебе независимость?



Содержание:
 0  Малыш : Жюль Верн  1  Глава I ОСТРОВ НИЩЕТЫ : Жюль Верн
 2  Глава II КОРОЛЕВСКИЕ КУКЛЫ : Жюль Верн  4  Глава IV ПОХОРОНЫ ЧАЙКИ : Жюль Верн
 6  Глава VI ЛИМЕРИК : Жюль Верн  8  Глава VIII ФЕРМА КЕРВЕН : Жюль Верн
 10  Глава X ЧТО СЛУЧИЛОСЬ В ДОНЕГОЛЕ : Жюль Верн  12  Глава XII ВОЗВРАЩЕНИЕ : Жюль Верн
 14  Глава XIV ЕМУ НЕ БЫЛО ЕЩЕ И ДЕВЯТИ : Жюль Верн  16  Глава XVI ИЗГНАНИЕ : Жюль Верн
 18  Глава II КОРОЛЕВСКИЕ КУКЛЫ : Жюль Верн  20  Глава IV ПОХОРОНЫ ЧАЙКИ : Жюль Верн
 22  Глава VI ЛИМЕРИК : Жюль Верн  24  Глава VIII ФЕРМА КЕРВЕН : Жюль Верн
 26  Глава X ЧТО СЛУЧИЛОСЬ В ДОНЕГОЛЕ : Жюль Верн  28  Глава XII ВОЗВРАЩЕНИЕ : Жюль Верн
 30  Глава XIV ЕМУ НЕ БЫЛО ЕЩЕ И ДЕВЯТИ : Жюль Верн  32  Глава XVI ИЗГНАНИЕ : Жюль Верн
 34  Глава II КАК ПРОШЛИ ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА : Жюль Верн  35  Глава III В ЗАМКЕ ТРЭЛИНГЕР : Жюль Верн
 36  вы читаете: Глава IV КИЛЛАРНИЙСКИЕ ОЗЕРА : Жюль Верн  37  Глава V БЕЗРОДНЫЙ ПЕС И ЧИСТОКРОВНЫЕ ПОЙНТЕРЫ : Жюль Верн
 38  Глава VI ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ НА ДВОИХ : Жюль Верн  40  Глава VIII СЧАСТЛИВАЯ ПОЕЗДКА : Жюль Верн
 42  Глава X В ДУБЛИНЕ : Жюль Верн  44  Глава XII ВСТРЕЧА : Жюль Верн
 46  Глава XIV ВОЛНЫ С ТРЕХ СТОРОН : Жюль Верн  48  Глава I ГОСПОДА : Жюль Верн
 50  Глава III В ЗАМКЕ ТРЭЛИНГЕР : Жюль Верн  52  Глава V БЕЗРОДНЫЙ ПЕС И ЧИСТОКРОВНЫЕ ПОЙНТЕРЫ : Жюль Верн
 54  Глава VII СЕМЬ МЕСЯЦЕВ В КОРКЕ : Жюль Верн  56  Глава IX КОММЕРЧЕСКАЯ ИДЕЯ БОБА : Жюль Верн
 58  Глава XI МАГАЗИН ДЛЯ ТОЩИХ КОШЕЛЬКОВ : Жюль Верн  60  Глава XIII ГРИП ОТКАЗЫВАЕТСЯ ОТ ЧЕРНОГО ЦВЕТА И… ОБЕТА БЕЗБРАЧИЯ : Жюль Верн
 62  Глава XV ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ?… : Жюль Верн  63  Использовалась литература : Малыш
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap