Приключения : Путешествия и география : Глава XII ЕЩЕ ТРИ ДНЯ : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  55  56  57  58  59

вы читаете книгу

Глава XII

ЕЩЕ ТРИ ДНЯ


Солнце, показавшееся над горизонтом, где плыли легкие «неряшливые» — самое подходящее определение — облака, не предвещало изменений погоды. Напротив, ветер, дувший с запада, казалось, даже несколько посвежел.

К тому же вскоре облака затянули весь небосклон, предвещая пасмурный, дождливый день. Дождь мог, конечно, и ослабить ветер, но мог и принести с собой настоящий шквал, — чего так опасался Уилл Миц.

В любом случае, поскольку «Стремительному», видимо, предстояло лавировать до самого вечера, было очень маловероятно, что барку удастся заметно приблизиться к Антильскому архипелагу. А следовательно, возможна задержка, и одному Богу известно, сколько она продлится. Оставалось лишь сожалеть, что восточный ветер не продержался еще двадцать четыре часа.


Когда судно под командованием Гарри Маркела покинуло Барбадос, встречные ветры задерживали его движение. В противном случае оно было бы уже на добрую сотню миль дальше от архипелага. А вот теперь дул упорный западный бриз, который приходилось преодолевать, чтобы вернуться на Антилы.

Часов в шесть утра Луи Клодьон подошел к Уиллу Мицу.

— Ничего нового?… — поинтересовался он.

— Абсолютно, месье Луи…

— Не кажется ли вам, что ветер может перемениться?…

— Никаких признаков… Но если он не посвежеет, мы не будем менять паруса…

— Это нас задержит?…

— Немного… Во всяком случае, причин для беспокойства нет… Мы все же доберемся… К тому же я крепко надеюсь, что нам вскоре встретится какое-нибудь судно…

— Вы действительно на это надеетесь?…

— Безусловно!

— Не хотите ли немного отдохнуть?…

— Нет… я не устал… Немного попозже мне нужно будет вздремнуть, от силы пару часиков, больше не потребуется.

Если Уилл Миц говорил столь убежденно, то только ради того, чтобы не волновать пассажиров, ибо опытный и проницательный моряк давно уже испытывал смутное беспокойство. Ему казалось, что в море «что-то не так», на бескрайних просторах ощущалось какое-то волнение, вызванное отнюдь не легким бризом.

Вполне возможно, что на западе происходили какие-то бурные атмосферные процессы. В июне — июле они обычно редко длятся больше двадцати четырех или сорока восьми часов… Но сейчас, в период равноденствия, возможно, это продлится и одну-две недели?… Ведь были же времена, когда страшные циклоны совершенно опустошали Антильские острова?… Но даже если предположить, что ветер и не достигнет ураганной силы, смогут ли неопытные юноши, почти мальчишки, выдержать непомерную усталость, вызванную постоянным лавированием судна против ветра?…

Часов в семь на палубу вышел мистер Паттерсон, подошел к Уиллу Мицу и пожал ему руку.

— Земли пока не видно?… — спросил он.

— Пока нет, мистер Паттерсон.

— Она должна быть все в том же направлении?… — добавил ментор, указывая на запад.

— Все там же.

Этого утвердительного ответа вообще-то должно было быть достаточно, чтобы удовлетворить любопытство мистера Паттерсона. Однако его возбужденное воображение уже рисовало картину слишком длительной задержки в пути… А вдруг судно вообще не достигнет Барбадоса или любого другого острова Антильского архипелага? А что, если его унесет в открытое море? А что, если, не дай Бог, разразится буря? Что же делать без капитана, без экипажа?… Бедняга уже видел себя в бескрайних океанских просторах… позабытым-позаброшенным на пустынном африканском берегу… всеми покинутым на долгие месяцы, а, собственно, почему бы и не на годы?… И тогда миссис Паттерсон будет вправе посчитать себя вдовой, оплакав его подобающим образом… Да-да! Именно такие страшные картины рисовало его воображение, и, увы, ни у Горация, ни у Вергилия он не мог найти лекарства от своих мнимых страхов!… Он даже забыл, подумать только, о переводе знаменитой латинской цитаты, предложенной ему хитрым Тони Рено!

Утром ветер совершенно не изменился. В полдень Уилл Миц решил сменить галс. Однако море было неспокойно, и «Стремительный» не смог совершить поворот при встречном ветре. Когда нужные паруса были поставлены, Уилл Миц, шатавшийся от усталости, рухнул на полуюте рядом с Луи Клодьоном, который держал штурвал.

Моряку удалось соснуть всего лишь час, когда его разбудили крики, доносившиеся с носа судна, где несли вахту Роджер Хинсдейл и Аксель Викборн.

— Судно… судно!… — повторял юный датчанин, указывая рукой на восток.

Уилл Миц бросился к правому борту.

Действительно, в той стороне, тем же курсом, что и «Стремительный», шел корабль. Похоже, это был пароход, однако пока был виден лишь дым. Шло судно очень ходко, и вскоре его корпус уже показался на горизонте. Из двух труб вырывался черный дым, видимо, там поднимали пары.

Легко представить себе чувства юных пассажиров, видевших, как корабль приближается к ним. Быть может, они уже предчувствовали близость развязки драмы, столь желанной именно сейчас, когда положение так сильно осложнилось из-за того, что ветер не был попутным.

Все бинокли были неотрывно устремлены на судно.

Уилл Миц занялся определением курса, который они выбрали, повернув на запад, но тут же обнаружил, что курс парохода не пересечется с их собственным, и тот пройдет от них милях в четырех. Поэтому он решил лечь на другой курс, чтобы пройти к встречному судну как можно ближе, чтобы там могли заметить их сигналы. Юные моряки совершили несколько довольно сложных маневров, убрали одни паруса, поставили другие, и «Стремительный» в несколько приемов развернулся по ветру.

Через полчаса суда разделяли всего лишь три мили. Это был трансатлантический лайнер[270] одной из французских или английских линий, судя по его размерам и обводам корпуса. Стало ясно, что, если он не изменит курс, оба судна не смогут встретиться.

По приказу Уилла Мица Тони Рено поднял на фок-мачте сигнальный флаг, белый с голубым, а на гафеле бизань-мачты взвился британский флаг.

Прошло еще четверть часа. «Стремительный», идя с попутным ветром, не мог сделать больше ничего, чтобы сблизиться с лайнером, до которого оставалось еще мили три в северном направлении. Не получив ответа на сигналы, Роджер Хинсдейл и Луи Клодьон пошли за карабинами в оружейную кают-компании. Раздалось несколько выстрелов. Поскольку ветер дул как раз в направлении лайнера, может быть, хоть это привлечет внимание вахтенного?

Разумеется, Гарри Маркел, Джон Карпентер и все остальные кое-что поняли. Ход судна изменился, оно шло как бы по инерции. Затем на борту прозвучало несколько выстрелов.

Итак, в поле зрения, несомненно, появилось встречное судно, с которым новоиспеченная команда «Стремительного» пыталась вступить в переговоры…

Почувствовав свою обреченность, пираты удвоили усилия, пытаясь вырваться из кубрика. Страшные удары сотрясали стены узилища и люки трюма. Сопровождался весь этот шум диким завыванием. Но первому же, рискнувшему вырваться на свободу, Уилл Миц, не задумываясь, выстрелил бы в голову, и пираты знали это.

Увы, счастье опять не улыбнулось пассажирам «Стремительного». Никто не заметил их сигналов и не услышал выстрелов. Полчаса спустя пароход, прошедший в трех-четырех милях, исчез за горизонтом.

Тогда, повернув к ветру, Уилл Миц снова взял курс зюйд-вест.

После полудня, непрестанно лавируя, «Стремительный» наверстал очень немного. Небо между тем не предвещало ничего хорошего. На западе сгущались тучи, ветер заметно посвежел, море как бы налилось свинцом, и волны начали захлестывать полубак. Если вдруг стихия хотя бы немного не успокоится, Уиллу Мицу уже не удастся вести судно прежним курсом или придется убрать часть парусов. С каждой минутой Уилл беспокоился все больше, хотя и пытался себя сдерживать. Однако Луи Клодьон и Роджер Хинсдейл, наиболее серьезные и вдумчивые, чувствовали, что с ним что-то происходит. Уилл Миц отвернулся.

Приближающаяся ночь обещала быть бурной. Пора уже было взять два рифа на марселе и по одному на фоке и бизани. Эта операция, достаточно трудная даже днем для неопытного, новоявленного экипажа, в сумерках усложнялась еще больше. Приходилось лавировать так, чтобы не быть застигнутым врасплох, и к тому же противостоять внезапному напору бешеного ветра.

И действительно, подумать только, что могло бы произойти, если бы «Стремительный» отнесло дальше на восток?… И куда бы вообще могло занести его ураганом, продлись он несколько дней?… А вокруг ни клочка земли, если не считать, дальше к северо-западу, страшных Бермудских островов, где судно уже встретилось с непогодой и откуда счастливо ускользнуло, пользуясь попутным ветром!… И не отнесет ли его вообще к восточным пределам Атлантики, на рифы африканского побережья?…

Отсюда и необходимость держаться насколько возможно ближе (желательно даже в пределах видимости) к побережью Антильских островов. Затем, когда буря утихнет и вновь возобладают обычные пассаты, «Стремительный» сможет наверстать потерянное время.

Уилл Миц объяснил юношам, в какое положение они попали и что необходимо сделать. Поскольку паруса хлопали, издавая звуки, напоминавшие пушечные выстрелы, в первую очередь следовало заняться фор-марселем, а затем и грот-марселем. Магнус Андерс, Тони Рено, Луи Клодьон и Аксель Викборн должны были вскарабкаться вслед за Уиллом Мицем на реи, стараясь не ослаблять хватку, и, выбрав слабину парусов, закрепить сезни[271].

Спустившись на палубу, всем следовало дружно взяться за фалы и намертво закрепить реи. Альбертус Лейвен и Хьюберт Перкинс должны стоять за штурвалом, и Уилл Миц показал им, какого направления следует придерживаться.

Итак, работа началась. С огромными усилиями удалось взять два рифа на фор-марселе, который, будучи туго затянутым снизу, почти не давал слабины.

То же самое проделали и с грот-марселем. Что касается бизани, то даже не пришлось крепить, а достаточно оказалось лишь завернуть нижнюю часть паруса вокруг гика[272].

Что до фока, то его просто убрали, в надежде вновь поднять, если с наступлением дня ветер слегка поутихнет.


Под оставшимися парусами «Стремительный» и мчался теперь по океанскому простору. Иногда судно сотрясали страшные удары волн, заливавших палубу до самого полуюта. Стоя у штурвала, Уилл Миц твердой рукой направлял судно с помощью того или другого из юных помощников.

Поскольку барк мог сохранить хороший ход в течение всей ночи, Уилл Миц даже не счел нужным разворачивать судно другим бортом к волне до восхода солнца. Заступив на вахту, когда судно шло на северо-восток и были зарифлены паруса, моряк решил не покидать мостика до зари.

Когда рассвело, Уилл Миц был все еще у штурвала, а юноши, сменявшиеся на вахте каждые четыре часа, смогли немного передохнуть.

Как только с наветренной стороны горизонт слегка очистился, Уилл Миц стал внимательно всматриваться в морской простор. Именно оттуда могла нагрянуть беда. Вид неба не внушал успокоения. Если ветер и не посвежел в течение ночи, то ничто, увы, не предвещало, что он вот-вот утихнет. Более того, вполне мог разразиться тропический ливень и налететь шквал, против чего следовало принять необходимые меры. Возможно, следовало бы даже полностью зарифить паруса и поставить судно носом на волну, дабы лучше встретить возможные невзгоды?… Но тогда, вместо того чтобы следовать избранным курсом, «Стремительный» лишь удалился бы от вожделенных Антил…

Вскоре, как и опасался Уилл, налетел шквалу и марсели захлопали так, будто на судне палили из пушек, грозя разлететься в клочья. И если мистер Паттерсон неизменно пребывал в своей каюте, то все остальные, надев непромокаемые плащи и надвинув по самые брови капюшоны, оставались на палубе в ожидании приказаний Уилла Мица. Воду, лившуюся с неба потоками, юноши собирали в чаны, дабы запастись ею впрок на тот случай, если вдруг непогода унесет «Стремительный» еще дальше в открытый океан.

Все утро ценой неимоверных усилий Уиллу Мицу удавалось держать на юго-запад, удерживая судно, по его расчетам, на широте Барбадоса.

Он надеялся, что ему удастся, взяв по два рифа, сохранить оба марселя, бизань и кливер, как вдруг после полудня ветер еще больше усилился, переходя понемногу на северо-восточный.

Крен «Стремительного» был иногда столь значительным, что концы нижних реев зарывались в морскую пену, а иногда и вообще оказывались под водой.

Там, внизу, Гарри Маркел и его сообщники, должно быть, судачили о том, что дела совсем плохи, что судно борется с бурей, что Уилл Миц не может справиться с управлением… И когда эти молокососы поймут, что их дело табак, быть может, они обратятся к опытным людям за помощью?…

Но бандиты ошибались! Скорее уж «Стремительный» перевернется и пойдет ко дну, чем вновь попадет в руки этих негодяев!…

Уилл Миц не проявлял малодушия даже в столь ужасных обстоятельствах, а с другой стороны, казалось, что и юные пассажиры не думали о близкой гибели. Все приказы, когда возникала необходимость уменьшить парусность, они исполняли быстро, ловко, без суеты.

Грот-марсель был убран; так же поступили и с бизанью. «Стремительный» шел под фор-марселем, взятым на один риф. На носу Уилл Миц оставил один кливер, а на бизань-мачте оставил треугольный штормовой парус, способный выдержать напор ураганного ветра.

А вокруг по-прежнему простиралась бескрайняя пустыня!… Насколько хватало глаз — ни одного паруса!… Да и, появись он вдруг, разве можно пристать к борту судна в такую погоду и тем более спустить шлюпку на воду?…

Вскоре Уилл Миц пришел к выводу, что бороться с ветром просто бессмысленно. Становилось невозможно ни выдерживать курс, ни удержаться в прибрежной зоне. Однако «Стремительный», как говорят моряки, «убегал» от берега и, следовательно, не рисковал сесть на мель, откуда сняться уже было бы невозможно. Правда, в этом случае перед ним открывалась вся Атлантика и вскоре добрая тысяча миль уже отделяла бы его от вожделенных берегов Вест-Индии…

С отпущенным штурвалом, подгоняемое попутным ветром, судно, беспрерывно сотрясаясь под ударами волн, рыскало носом во все стороны, рискуя ежеминутно завалиться на тот или другой борт.

Такой ход, когда судно как бы не успевает опередить волны и его корма подвергается беспрерывным ударам, является самым опасным. Румпель наливается свинцовой тяжестью и приходится привязывать к нему матроса, чтобы в один «прекрасный момент» он не вылетел за борт.

Несмотря на протесты юношей, Уилл Миц заставил их укрыться на полуюте. Было условлено, что в случае необходимости он позовет на помощь.

Да и там, в кают-компании, где переборки скрипели на все голоса и куда то и дело залетали соленые брызги, юношам, вынужденным питаться одними галетами и консервами, этот день 25 сентября показался самым ужасным из всех, доселе проведенных на борту!

А что за ночь — темная, беспросветная, бурная! Ураган свирепствовал с неистовой силой. И сможет ли выстоять против него «Стремительный» все двадцать четыре часа?… Не ляжет ли барк на борт, ведь тогда, чтобы выпрямить судно, придется рубить все мачты? Справятся ли они с этим?… Не поглотит ли судно морская пучина?…

Уилл Миц стоял у руля один. Всеми силами борясь с усталостью, он удерживал «Стремительный» от резких поворотов, грозивших поставить судно лагом к волне[273].

Ближе к полуночи огромная волна обрушилась на полуют с такой силой, что чуть было не снесла его. Затем она прокатилась по палубе, смыв малую шлюпку, закрепленную на корме, и круша все на своем пути: клетки с курами, два бочонка с пресной водой, привязанные к основанию грот-мачты, и, наконец, сорвав вторую шлюпку со шлюпбалки, устремилась с нею за борт.


На корабле осталась лишь одна шлюпка, та самая, на которой была совершена попытка побега. Да теперь и она уже не пригодилась бы, поскольку разбушевавшаяся стихия поглотила бы ее в одно мгновенье.

При страшном ударе, сотрясшем судно до основания мачт, Луи Клодьон и еще несколько его друзей выскочили на палубу.

Среди завываний урагана раздался голос Уилла Мица.

— Вернитесь… Назад! — кричал он.

— Есть ли надежда на спасение?… — спросил Роджер Хинсдейл.

— Да… если Господу будет угодно, — ответил Уилл Миц. — На него одна надежда…

В это мгновенье раздался страшный треск. Какая-то неясная беловатая масса пронеслась среди мачт, как огромная птица, влекомая ураганом. Это унесло фор-марсель, и от него остались лишь ликтросы[274].

Теперь «Стремительный» стал простой игрушкой ветра и волн, со страшной скоростью помчавшись на восток.

На каком же расстоянии от Антил окажется оно с наступлением зари?… Разве к моменту перемены курса это расстояние уже не исчислялось многими сотнями миль?… А теперь, даже допуская, что ветер вновь станет восточным и удастся поставить запасные паруса, сколько же дней потребуется, чтобы добраться до Антил?…

Тем временем ураган, кажется, начал стихать. Ветер резко переменился, с той внезапностью, которая так присуща тропическим широтам.

Взглянув на небо, Уилл Миц был поражен: за последний час восточная часть горизонта совершенно очистилась от закрывавших ее огромных тяжелых туч.

Луи Клодьон и его товарищи вышли на палубу. Казалось, ураган наконец пронесся мимо. Море, правда, по-прежнему было неспокойно, и целого дня едва ли хватит, чтобы волны улеглись.

— Да… да… это конец! — повторял Уилл Миц.

И он воздел руки к небу жестом доверия и надежды; к нему присоединились и его юные друзья.

Теперь следовало повернуть строго на запад. Земля, как бы далеко она ни была, находилась именно там. Расстояние до нее к тому же начало увеличиваться только, когда «Стремительный», лишившись возможности маневрировать, вынужден был отдаться на волю волн.

К полудню ветер стих настолько, что можно было отдать рифы и идти под марселями и нижними парусами.

По мере того как ветер стихал, он менял направление на южное, и «Стремительный» мог спокойно идти своим курсом.

Теперь следовало заменить фор-марсель, затем поставить грот-марсель, фок, бизань и оба кливера.

Эта работа продолжалась до пяти часов вечера, и следует заметить, что развернуть новый парус, хранившийся в кормовом трюме, по всей ширине оказалось делом совсем не легким.

В этот момент в глубине трюма раздались крики, сменившиеся ударами в переборки и стены кубрика. Неужели Гарри Маркел и его сообщники предприняли последнюю попытку вырваться на свободу?…

Юноши мгновенно расхватали оружие и приготовились пустить его в ход против первого, кто окажется на палубе.

Но почти тотчас же раздался крик Луи Клодьона:

— Пожар на судне!…

Действительно, дым, выбивавшийся снизу, уже начал застилать палубу.

Сомнений не было: возможно, по неосторожности кто-то из пиратов, упившись бренди и джином, поставил фонарь слишком близко к грузовому ящику. Уже было слышно, как в трюме с ужасным грохотом разлетались бочонки с порохом…

Можно ли погасить пожар?… Быть может, если открыть люки трюма и затопить его… Да, но это значило бы выпустить на свободу Гарри Маркела и его сообщников… Это означало бы отдать в их руки «Стремительный»… Ведь даже прежде, чем попытаться погасить пожар, эти негодяи расправились бы с пассажирами и выбросили бы их трупы за борт…

Тем временем крики снизу усилились, а краска палубного настила пошла пузырями, в то время как ее просмоленные швы начали понемногу расходиться.

И тут же раздались новые взрывы, теперь уже ближе к носу судна, там, где хранились бочонки со спиртным. Пираты, должно быть, уже наполовину задохнулись в трюме, куда воздух извне едва проникал.

— Уилл… Уилл! — вскричали Джон Говард, Тони Рено и Альбертус Лейвен, протягивая к моряку руки.

Уж не молили ли они его о снисхождении к Гарри Маркелу и его сообщникам?… Но нет! Дело спасения всех исключало малейшую слабость и проявление великодушия!…

К тому же нельзя было терять ни минуты, поскольку пожар разгорался и грозил вскоре охватить все судно!… Следовало немедленно покинуть «Стремительный» со всей его командой, которую ждала неминуемая гибель вместе с судном!

Поскольку вторую шлюпку и кормовой ялик смыло ураганом, оставалась лишь большая шлюпка левого борта.

Уилл Миц взглянул на море, уже заметно успокоившееся… Затем перевел взгляд на «Стремительный», охваченный пламенем… Оглядел наконец испуганных юношей, толпившихся вокруг него, и приказал:

— В шлюпку!



Содержание:
 0  Путешествие стипендиатов : Жюль Верн  1  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ : Жюль Верн
 2  Глава II ПЛАНЫ МИССИС КЕТЛИН СЕЙМУ : Жюль Верн  4  Глава IV ТАВЕРНА ГОЛУБАЯ ЛИСИЦА : Жюль Верн
 6  Глава VI ХОЗЯЕВА НА БОРТУ : Жюль Верн  8  Глава VIII НА СУДНЕ : Жюль Верн
 10  Глава X БРИЗ С НОРД-ОСТА : Жюль Верн  12  Глава XII ЧЕРЕЗ АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН : Жюль Верн
 14  Глава XIV СЕНТ-ТОМАС И САНТА-КРУС : Жюль Верн  16  Глава I КОНКУРС : Жюль Верн
 18  Глава III МИСТЕ И МИССИС ПАТТЕРСОН : Жюль Верн  20  Глава V ДЕРЗКИЙ ТРЮК : Жюль Верн
 22  Глава VII ТРЕХМАЧТОВЫЙ БАРК СТРЕМИТЕЛЬНЫЙ : Жюль Верн  24  Глава IX В ВИДУ ЗЕМЛИ : Жюль Верн
 26  Глава XI В ОТКРЫТОМ МОРЕ : Жюль Верн  28  Глава XIII СТОРОЖЕВОЙ КОРАБЛЬ ЭССЕКС : Жюль Верн
 30  Глава XV ОСТРОВА СЕН-МАРТЕН И СЕН-БАРТЕЛЬМИ : Жюль Верн  32  Глава II ГВАДЕЛУПА : Жюль Верн
 34  Глава IV МАРТИНИКА : Жюль Верн  36  Глава VI БАРБАДОС : Жюль Верн
 38  Глава VIII С НАСТУПЛЕНИЕМ НОЧИ : Жюль Верн  40  Глава X БЕГЛЕЦЫ : Жюль Верн
 42  Глава XII ЕЩЕ ТРИ ДНЯ : Жюль Верн  44  Глава XIV КОНЕЦ ПЛАВАНИЯ : Жюль Верн
 46  Глава II ГВАДЕЛУПА : Жюль Верн  48  Глава IV МАРТИНИКА : Жюль Верн
 50  Глава VI БАРБАДОС : Жюль Верн  52  Глава VIII С НАСТУПЛЕНИЕМ НОЧИ : Жюль Верн
 54  Глава X БЕГЛЕЦЫ : Жюль Верн  55  Глава XI ХОЗЯЕВА НА БОРТУ : Жюль Верн
 56  вы читаете: Глава XII ЕЩЕ ТРИ ДНЯ : Жюль Верн  57  Глава XIII КУДА ГЛАЗА ГЛЯДЯТ : Жюль Верн
 58  Глава XIV КОНЕЦ ПЛАВАНИЯ : Жюль Верн  59  Использовалась литература : Путешествие стипендиатов
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap