Приключения : Путешествия и география : Глава восьмая. ПО ТУ СТОРОНУ СТАНЦИИ АЛИС-СПРИНГС : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50

вы читаете книгу

Глава восьмая. ПО ТУ СТОРОНУ СТАНЦИИ АЛИС-СПРИНГС

На следующий день, 24 октября, миссис Брэникен приступила к реорганизации экспедиции ввиду предстоящей продолжительной и тяжелой кампании в этих почти неисследованных местностях Центральной Австралии.

Алис-Спрингс — не более как станция Оверлэндской телеграфной линии, — заключает в себе около двадцати домов и по внешнему виду едва заслуживает даже наименования деревни.

Прежде всего Долли посетила начальника станции, Флинта. Не имел ли он каких-либо сведений об индасах? Не спускалось ли иногда это племя, у которого томился в плену капитан Джон, из Западной Австралии в центральной местности? Флинт затруднился сообщить что-либо положительное по этому поводу, однако добавил к сказанному, что индасы бродили иногда по западной части земли Александра. Ему никогда не приходилось слышать до того времени о Джоне Брэникене.

Что же касается Гарри Фельтона, то единственное, что ему известно было о нем, — это то, что он найден был в восьмидесяти милях на восток от телеграфной линии, на границе Квинсленда. Всего лучше было, по мнению Флинта, строго придерживаться тех довольно точных указаний, которые успел дать этот несчастный перед смертью. Он рекомендовал продолжать экспедицию, придерживаясь линии, наискось направленной к областям Западной Австралии. Он надеялся, впрочем, на благоприятный исход, хотя сам и потерпел неудачу, когда выступил шесть лет тому назад на поиски Лейхгарда. Флинт изъявил готовность предоставить миссис Брэникен все средства, которыми располагала станция. Таким же образом, по его словам, поступил он и по отношению к Дэвиду Линдсею, когда этот путешественник останавливался в 1886 году в Алис-Спрингс, прежде чем направиться к озеру Наш и восточному массиву горной цепи Мак-Доннель-Рэнжес.

Западная Австралия наиболее обширная и наименее исследованная и населенная из всех семи больших округов, на которые разделяется континент.

Современные географы обозначают в середине этой территории три самостоятельные пустыни:

1. На юге — пустыня, заключенная между 30° и 28° широты, исследованная в 1869 году Форрестом, начиная от морского берега до 123 меридиана; через нее прошел на всем ее протяжении в 1875 году Джил лье.

2. Пустыня Гибсона, заключенная между 28° и 23°, огромные равнины которой были также исследованы Джилльсом.

3. Великая Песчаная пустыня, заключенная между 23° и северным морским берегом, которую удалось полковнику Варбуртону пересечь с востока на северо-запад в 1873 году.

Экспедиции миссис Брэникен предстояло произвести розыски именно в пределах последней из названных территорий.

Исходя из тех указаний, которые были даны Гарри Фельтоном, экспедиции следовало придерживаться маршрута полковника Варбуртона.

Долли просила Заха Френа и Тома Марикса не терять ни одного дня, и им удалось при содействии Флинта быстро собраться в путь.

Уже недели две, как на станции Алис-Спрингс собраны были тридцать верблюдов, приобретенных по дорогой цене за счет миссис Брэникен вместе с афганскими проводниками.

Верблюды появились в Австралии не более тридцати лет тому назад. В 1860 году доставлено было из Индии некоторое количество этих животных, сильных, невзыскательных, грубого склада, способных нести на себе груз в 150 килограммов и делать по 40 километров в сутки, не меняя своего обычного аллюра. Кроме того, они могут оставаться без корма в продолжение целой недели, а без воды — в продолжение шести дней зимой и трех дней — летом. Таким образом, на этом бесплодном материке они оказывают те же неоценимые услуги, какие оказывают в знойных пустынях Африки. Там и здесь они выносят все лишения, вызываемые недостатком воды и чрезмерным зноем.

Миссис Брэникен располагала 30 верблюдами, из них 20 было верховых и 10 упряжных.

Самцов было более, чем самок.

Большая часть верблюдов были молодые, но сильные и здоровые. «Командовал» ими верблюд-самец, самый старый, которому остальные животные охотно подчинялись. Он направлял остальных, собирал во время остановок, не позволял убегать. Издохни или заболей он, и можно было опасаться, что все стадо разбредется: проводники оказались бы бессильными водворить и поддерживать порядок. Само собой разумеется, что это ценное животное назначено было Тому Мариксу, и таким образом оба начальника — один, везший на себе другого, — заняли подобающее место во главе каравана.

Решено было оставить коней и волов, служивших для доставки участников экспедиции от станции Фари-на-Таун до Алис-Спрингс, на попечении Флинта. Там же оставлены были повозки и брички. Предполагалось воспользоваться всем этим на обратном пути. Судя по всему, экспедиции придется, возвращаясь в Аделаиду, держаться того же пути, обозначенного столбами Овер-лэндской телеграфной линии.

Долли и Джейн занимали вместе палатку, схожую с теми, какие употребляют арабы, и помещенную на одном из самых сильных верблюдов. Находясь в этой палатке, они могли укрываться с помощью плотных занавесок от солнечных лучей и от дождей, к сожалению слишком редко поливающих равнины центральной части материка. Гарриет, женщина, состоявшая в услужении миссис Брэникен, привыкшая к длинным переходам кочевников, предпочитала следовать пешком. Ей казалось, что эти огромные двугорбые животные гораздо более годятся для переноски тяжестей, чем людей. Назначены были три верховых верблюда для Лена Боркера, Годфрея и Заха Френа. Часть персонала экспедиции должна была следовать пешком. Пришлось бы прибегнуть к рыси лишь в случае необходимости выдвинуться несколько вперед каравана для поисков колодца или источника во время переходов по Великой Песчаной пустыне. Остальные 15 верховых верблюдов предназначались 15 белым из охранной стражи, тогда как негры, приставленные в качестве проводников к вьючным верблюдам, должны были совершать пешком те двенадцать-четырнадцать миль, которым равнялись ежедневные переходы и которые не должны были быть утомительны для них. Все это было скомбинировано по предварительном одобрении миссис Брэникен. Можно было надеяться, что экспедиция достигнет цели, так как она была в сравнении с предыдущими экспедициями лучше снабжена перевозочными средствами, съестными припасами и лагерными принадлежностями.

Однако что же станется с Джозом Меритом и придется ли этому джентльмену и его слуге Джину Ги оставаться на станции Алис-Спрингс? В случае, если они покинут эту станцию, намерены ли они продолжать путь свой на север, придерживаясь телеграфной линии? Не предпочтут ли они, скорее, направиться на восток или на запад в поисках туземных племен? Там-то именно собирателю коллекции легче всего отыскать ту шляпу, которой он не мог до сих пор найти, и по следам которой охотился столько времени. Но каким образом мог он продолжать свой путь, лишившись лошади, багажа и без всякого запаса провизии?

С того времени, как между Захом Френом и Джином Ги завязались дружеские отношения, первый несколько раз спрашивал второго об этом. Но обитатель Поднебесной империи неизменно оставался в неведении относительно решений своего господина по той простой причине, что и господину его об этом ничего не было известно. Об одном только мог он вполне утвердительно высказаться — о том, что Джоз Мерит ни за что не согласится возвратиться, пока его желание не будет удовлетворено, что же касается его, Джина Ги, уроженца Гонконга, то, по-видимому, ему нескоро придется увидеть вновь тот край, «где молодые китаянки, одетые в шелк, срывают своими тонкими пальчиками белые цветы Ненюфара».

Подходило время выступления каравана, а Джоз Мерит по-прежнему не обмолвился ни единым словом о своих проектах; наконец Джин Ги доложил миссис Брэникен, что джентльмен ходатайствует у нее об аудиенции. Готовая оказать содействие этому оригиналу, миссис Брэникен распорядилась передать, что просит достопочтенного Джоза Мерита не отказать пожаловать в дом мистера Флинта, где она ныне помещается.

Джоз Мерит поспешил «пожаловать». Это произошло после полудня 25 октября. Заняв место напротив Долли, он приступил к разговору.

— Миссис Брэникен… Хорошо!.. Я не сомневаюсь, нет, я нисколько не сомневаюсь в том, что вы отыщете капитана Джона… И мне также желательно было бы вступить во владение той шляпой, поискам которой посвящены все мои силы… Хорошо! Вы должны узнать, для чего прибыл я сюда и желаю перерыть самые неизвестные местности Австралии.

— Мне это известно, мистер Мерит, — отвечала миссис Брэникен, — и со своей стороны я не сомневаюсь в том, что наступит когда-нибудь день, когда вы будете награждены за проявленную вами настойчивость.

— Настойчивость… Хорошо! О, очень хорошо!.. Но видите ли, сударыня, шляпа эта единственная во всем мире!

— Ее-то и недостает в вашей коллекции?

— К сожалению, да… и я готов отдать голову, лишь бы увенчать этой шляпой свою коллекцию!

— Это мужская шляпа? — спросила Долли, выказывавшая внимание скорее по доброте, нежели из любопытства.

— Нет, сударыня, нет… Это дамская шляпа… Но какой дамы… Вы не посетуете на меня, если я не сообщу ее имени и звания, чтобы не возбуждать конкуренции?

— Но знаете ли вы приметы этой шляпы?

— Приметы? О, очень хорошо! Мне удалось благодаря продолжительным и тщательным справкам и путем расспросов и исследований на месте убедиться, что эта шляпа попала в Австралию после крайне трогательных приключений, причем спустившись… да… с большой высоты, она ныне украшает голову какого-то князька туземного племени…

— Какого же племени?

— Одного из тех, которые бродят на севере и западе континента. Мне безразлично, начинать ли с той или другой стороны света, а потому я испрашиваю вашего разрешения следовать с вашим караваном до встречи с индасами.

— Охотно разрешаю, мистер Мерит, — отвечала Долли, — и я сейчас распоряжусь, чтобы достали, если можно, двух добавочных верблюдов.

— Одного будет достаточно, сударыня, для моего слуги и для меня, тем более что я намереваюсь ехать на этом животном, а Джин Ги удовольствуется тем, что пойдет пешком.

— Вам известно, что мы выступаем завтра?

— Завтра? Хорошо!.. Я не задержу вас, миссис Брэникен. Но условимся, что я не буду заниматься ничем, что может касаться поисков капитана Джона. Это дело ваше, я же ищу только мою шляпу.

Джоз Мерит после этого откланялся, заявив, что столь интеллигентная, энергичная и благородная женщина заслуживает того, чтобы отыскать мужа, как и сам он заслуживал сокровища, приобретение которого украсит его коллекцию исторических шляп.

Джину Ги пришлось спешно собрать те немногие вещи, которые удалось спасти после встречи с овцами. Что же касается верблюда, которым должен был пользоваться джентльмен, то Флинту удалось достать его, за что он и удостоился услышать слова: «Хорошо!.. О, очень хорошо!» — от крайне признательного ему Мерита.

На следующий день, 26 октября, дан был сигнал к отправлению. Том Марикс и Годфрей ехали впереди. Долли и Джейн занимали свои места в палатке, имея Заха Френа с одной, а Лена Боркера — с другой стороны. Затем величественно выступал Джоз Мерит, восседавший между двумя горбами своего верблюда, в сопровождении Джина Ги. Замыкали шествие остальные вьючные верблюды и негры охранной стражи.

Оставив с правой стороны Оверлэндскую телеграфную линию, так же как и станцию Алис-Спрингс, экспедиция в шесть часов утра скрылась за одним из выступающих отрогов горной цепи Мак-Доннель-Рэн-жес. Жара в октябре в Австралии очень сильная. И потому Том Марикс советовал передвигаться лишь в продолжение первых дневных часов, от четырех до девяти утра, и после полудня от четырех до восьми часов вечера. Даже ночи стояли очень душные, и необходимы были более продолжительные остановки, пока караван не привыкнет ко всем тяготам путешествия.

Это еще не была пустыня с ее бесплодными, бесконечными равнинами, совершенно высохшими ручьями, колодцами с горьковато-соленой водой, а то и совсем иссякшими. У подошвы гор пролегала та местность, куда врезаются отроги горных цепей Мак-Доннеля и Стрэнгуэйс-Рэнжес и по которой протянута телеграфная линия.

Караван вынужден был, однако, оставить это направление, чтобы податься на запад, почти по параллели, которая сходится с тропиком Козерога. Джильс придерживался в 1872 году почти того же пути; направление, взятое Стюартом, пересекало его на расстоянии 25 миль к северу от станции Алис-Спрингс.

Верблюды медленно передвигались по этой сильно изрезанной местности, которую лишь кое-где орошали редкие ручейки. Это давало возможность людям находить проточную, свежую воду под сенью деревьев; животные также пользовались водопоем, чтобы утолять жажду на несколько часов.

Следуя по редкой опушке этих кустарников, охотникам удалось убить несколько кроликов. Как известно, кролики в Австралии играют ту же роль, что саранча в Африке. Эти плодовитые грызуны, если своевременно не будет обращено на них должного внимания, перегрызут решительно все. Персонал каравана относился к ним до того времени с некоторым пренебрежением, так как достаточно было настоящей дичи. Всегда можно будет воспользоваться этим пресным мясом, когда будет ощущаться недостаток в зайцах, куропатках, дрофах, диких утках, голубях и иной крупной и мелкой дичи. Но в этой пограничной местности приходилось довольствоваться тем, что попадалось, то есть кроликами, которых здесь было множество.

Вечером 31 октября Годфрей, Джоз Мерит и Зах Френ собрались вместе, и разговор зашел об этих представителях отряда грызунов, уничтожение которых просто необходимо.

На вопрос Годфрея, всегда ли водились кролики в Австралии, Том Марик-с объяснил ему:

— Нет, любезный друг. Они ввезены сюда только тридцать лет тому назад. Хороший подарок сделали нам, нечего сказать! Эти зверьки настолько расплодились, что совершенно разоряют наши поля. В некоторых округах их так много, что нельзя заниматься скотоводством. Все поля сплошь в норках, как решето, а трава съедена до корня. Это настоящее разорение, и я склонен думать, что не колонисты съедят кроликов, а кролики сожрут колонистов.

— Но разве не прибегали к более энергичным средствам, чтобы избавиться от них? — спросил Зах Френ.

— Средства-то употреблялись всякие, но они не достигали цели, — отвечал Том Марикс, — количество их увеличивается, вместо того чтобы уменьшаться. Я знаю одного землевладельца, которому пришлось израсходовать сорок тысяч фунтов стерлингов на уничтожение кроликов, разорявших его поместье. Правительство назначило премию за каждого убитого кролика, как в Индии за голову тигра и змеи. Но что ни делают, тут, как на гидре, головы вырастают снова и в большем числе, по мере того как их сносят.

Прибегали к стрихнину: подохли сотни тысяч кроликов, но это едва не вызвало чумы в стране. Никакие меры не помогли.

— Мне пришлось слышать, — сказал Годфрей, — что один французский ученый, Пастер, предложил уничтожать этих грызунов, прививая им куриную холеру. Правда ли это?

— Да, быть может, эта мера окажется действенной. Но следовало испытать ее, а это не было сделано, хотя для того назначена специальная премия в двадцать тысяч фунтов стерлингов. Все это привело к тому, что Квинсленд и Новый Южный Уэльс соорудили заборы на протяжении восьмисот миль, чтобы оградить восточную часть континента от нашествия кроликов. Это истинное бедствие.

— Настоящее бедствие! — подтвердил Джоз Meрит. — Совсем как желтая раса, которая кончит тем, что завоюет всю вселенную. Китайцы — кролики будущего!

К счастью, Джина Ги не было поблизости, иначе он не преминул бы выразить протест на такое обидное для обитателей Поднебесной империи сравнение; по крайней мере он ограничился бы тем, что пожал плечами, смеясь характерным, свойственным его расе смехом.

— Итак, — сказал Зах Френ, — австралийцы отказываются продолжать борьбу?

— А как же им бороться? — спросил, в свою очередь, Том Марикс.

— Я думаю, существует верное средство уничтожить кроликов, — сказал Джоз Мерит.

— Какое? — спросил Годфрей.

— Надо исходатайствовать у английского парламента следующий закон: в Соединенном королевстве и зависящих от него колониях разрешается носить лишь касторовые шляпы. А так как касторовые шляпы не что иное, как шляпы, выделанные из кроличьих шкурок, то… хорошо! О! Очень хороню!

Этим выражением Джоз Мерит и закончил свою фразу.

Как бы то ни было, но пока парламент не издал этого закона, оставалось лишь питаться убитыми по пути кроликами. Имея в виду, что хоть таким путем несколько уменьшится их количество в Австралии, участники экспедиции усердно охотились за ними.

Что касается остальных животных, то их нельзя было употреблять в пищу; замечены были некоторые экземпляры млекопитающих, весьма интересные для естествоиспытателей, совершенно особой породы. Один из них принадлежал к семейству ехидн, с трубчатыми губами и иглами на теле, как у ежа; главная пища его — насекомые, которых он хватает с помощью нитевидного языка, выставляемого наружу из норы. Другой экземпляр был утконос, с челюстями утки, рыжевато-коричневым волосом на тощем теле в фут длиной. Самки этих двух пород отличаются той особенностью, что кладут яйца, но кормят вылупляющихся из яиц детенышей молоком.

Однажды Годфрей проследил и подстрелил одного «ярри», род очень дикого кенгуру; раненный, он укрылся в ближайшей чаще. Юнга не очень сокрушался об этом, так как, по объяснению Тома Марикса, это млекопитающее интересно лишь потому, что охота на него очень затруднительна, а вовсе не по вкусу своего мяса. То же самое повторилось с одним «бунгари» — большим животным, которое крадется между высокими ветками деревьев, цепляясь своими кошачьими когтями и балансируя длинным хвостом. Это ночное животное так ловко прячется среди веток, что его там весьма трудно разыскать.

Том Марикс заметил между прочим, что бунгари очень вкусная дичь, которую предпочитают кенгуру, в особенности если изжарена она на угольях. Очевидно было, однако, что по мере удаления на запад каравану предстояло рассчитывать исключительно лишь на собственный запас провизии.

Несмотря на изрезанность местности, Тому Мариксу удавалось пока выдерживать в среднем переходы от 12 до 14 миль в сутки, то есть не нарушать тех средних величин, на которых основан был весь расчет экспедиции. Зной был уже очень силен, от 30° до 35° в тени; путники, однако, выдерживали его. Правда, в продолжение дня встречались еще кое-где купы деревьев, под сенью которых можно было разбивать лагерь, тем более что не было еще недостатка в воде, хотя уровень ее в ручейках значительно уже понизился. Ежедневные привалы от девяти часов утра до четырех пополудни достаточно восстанавливали силы людей и животных.

Местность была необитаемая. Последние поселения остались позади. Не видно было ни паддоксов, ни огороженных пространств, ни многочисленных овечьих стад, которые не могли найти здесь достаточного количества подножного корма, среди короткой и спаленной солнцем травы. Изредка встречались лишь одиночные туземцы, направлявшиеся к станциям Оверлэндской линии.

Седьмого ноября, направившись после полудня на разведку, Годфрей по возвращении в лагерь сообщил о том, что видел какого-то человека на лошади. Всадник этот следовал по узкой тропинке у гранитного подножия кряжа Мак-Доннель. Заметив караван, всадник пришпорил коня и вскоре подъехал к нему. Персонал каравана только что закончил приготовления к привалу у двух или трех тощих эвкалиптов, не дававших почти никакой тени. Там же извивался маленький ручеек, поддерживаемый ключами центральной горной цепи, но вода в нем вся была высосана корнями эвкалиптов.

Годфрей подвел этого человека к миссис Брэникен. Она велела прежде всего поднести ему стакан виски. Это был австралиец, белый, в возрасте приблизительно тридцати пяти лет, один из тамошних наездников, привычных к дождю, который стекает с их лоснящегося лица, как с вощеной клеенки, привычных к солнцу, которое не действует на их совершенно опаленную кожу. По служебному положению человек этот был развозчиком писем и телеграмм; он исполнял свои служебные обязанности весьма усердно, сохраняя неизменно хорошее расположение духа, перемещаясь по провинции, развозя письма и новости от одной станции к другой, от одной деревни до другой. Он возвращался теперь из Эму-Спрингс, поста, расположенного на южном склоне кряжа Блюфф, проехав по той местности, которая тянется вплоть до массива Мак-Доннель. Этого курьера можно было бы отнести к симпатичному типу французских почтальонов. Терпеливо перенося голод и жажду, уверенный в том, что везде будет желанным посетителем, даже и в том случае, если в сумке его не найдется ни одного письма для вручения, решительный, храбрый, сильный, с револьвером за поясом, с ружьем через плечо, верхом на коне, он путешествовал днем и ночью, не опасаясь лихих встреч.

Миссис Брэникен с удовольствием беседовала с ним, расспрашивала его о племенах туземцев, с которыми ему приходилось иметь дело.

Славный малый отвечал на все вопросы охотно и просто. Ему пришлось, как и всем, слышать о катастрофе с «Франклином»; тем не менее ему неизвестно было, что из Аделаиды выступила экспедиция, организованная миссис Брэникен для исследования центральных местностей Австралийского материка. Миссис Брэникен сообщила ему также и о том, что на основании указаний Гарри Фельтона капитан Джон уже девять лет содержался в плену у одного из племен индасов.

— Не приходилось ли вам при ваших разъездах иметь сношения с туземцами этого племени? — спросила она его.

— Нет, сударыня, хотя индасы эти иногда и приближались к земле Александра и мне приходилось часто слышать о них.

— Быть может, вы в состоянии указать нам, где они теперь находятся? — спросил Зах Френ.

— Это трудно сказать по отношению к кочевникам. В продолжение одного сезона они здесь, а на следующий уже в ином месте.

— Где же были они в последний раз? — повторила вопрос миссис Брэникен, настаивавшая на более точном ответе.

— Эти индасы бродили полгода тому назад в северо-восточной Австралии, по течению реки Фицрой. Племена земли Тасмана посещают преимущественно эти местности. Но знаете ли вы, что для того, чтобы попасть в эти местности, необходимо пройти по пустыням, и не мне, конечно, предупреждать вас о том, каким опасностям придется подвергаться. Впрочем, можно всего достигнуть при храбрости и энергии. А потому вооружитесь тем и другим, миссис Брэникен. Желаю вам счастливого пути.

Курьер выпил еще один стакан виски и с признательностью принял несколько коробок консервов, которые опущены были им в седельный вьюк. Сев на своего коня, он скрылся, обогнув последнюю гору Мак-Доннель.

Два дня спустя караван, оставив позади крайние отроги этой горной цепи, в которой возвышается гора Либиха, очутился наконец на границе пустыни, на расстоянии ста тридцати миль к северо-западу от станции Алис-Спрингс.


Содержание:
 0  Миссис Брэникен [Миссис Бреникен] : Жюль Верн  1  Глава первая. ФРАНКЛИН : Жюль Верн
 2  Глава вторая. СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ : Жюль Верн  3  Глава третья. ПРОСПЕКТ-ХАУЗ : Жюль Верн
 4  Глава четвертая. НА БАУНДАРИ : Жюль Верн  5  Глава пятая. ТРИ МЕСЯЦА : Жюль Верн
 6  Глава шестая. КОНЕЦ ТЯЖЕЛОГО ГОДА : Жюль Верн  7  Глава седьмая. РАЗНЫЕ СЛУЧАЙНОСТИ : Жюль Верн
 8  Глава восьмая. ЗАТРУДНИТЕЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ : Жюль Верн  9  Глава девятая. РАСКРЫТИЕ ИСТИНЫ : Жюль Верн
 10  Глава десятая. СБОРЫ : Жюль Верн  11  Глава одиннадцатая. ПЕРВОЕ ПЛАВАНИЕ В МАЛАЙСКОМ МОРЕ : Жюль Верн
 12  Глава двенадцатая. ЕЩЕ ОДИН ГОД : Жюль Верн  13  Глава тринадцатая. ПЛАВАНИЕ В ТИМОРСКОМ МОРЕ : Жюль Верн
 14  Глава четырнадцатая. ОСТРОВ БРАУС : Жюль Верн  15  Гласа пятнадцатая. ЖИВАЯ НАХОДКА : Жюль Верн
 16  Глава шестнадцатая. ГАРРИ ФЕЛЬТОН : Жюль Верн  17  Глава семнадцатая. ПРИ ПОСРЕДСТВЕ ДА И НЕТ : Жюль Верн
 18  ЧАСТЬ ВТОРАЯ : Жюль Верн  19  Глава вторая. ГОДФРЕЙ : Жюль Верн
 20  Глава третья. ИСТОРИЧЕСКАЯ ШЛЯПА : Жюль Верн  21  Глава четвертая. ПОЕЗД В АДЕЛАИДУ : Жюль Верн
 22  Глава пятая. ЧЕРЕЗ ЮЖНУЮ АВСТРАЛИЮ : Жюль Верн  23  Глава шестая. НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА : Жюль Верн
 24  Глава седьмая. К СЕВЕРУ : Жюль Верн  25  Глава восьмая. ПО ТУ СТОРОНУ СТАНЦИИ АЛИС-СПРИНГС : Жюль Верн
 26  Глава девятая. ДНЕВНИК МИССИС БРЭНИКЕН : Жюль Верн  27  Глава десятая. ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СТРАНИЦ ИЗ ДНЕВНИКА ДОЛЛИ : Жюль Верн
 28  Глава одиннадцатая. БЕДА И ЕЕ ПРЕДВЕСТНИКИ : Жюль Верн  29  Глава двенадцатая. ПОСЛЕДНИЕ УСИЛИЯ : Жюль Верн
 30  Глава тринадцатая. У ИНДАСОВ : Жюль Верн  31  Глава четырнадцатая. ЗАМЫСЕЛ БОРКЕРА : Жюль Верн
 32  Глава пятнадцатая. ПОСЛЕДНИЙ ПРИВАЛ : Жюль Верн  33  Глава шестнадцатая. ЗАКЛЮЧЕНИЕ : Жюль Верн
 34  Глава первая. ВО ВРЕМЯ ПЛАВАНИЯ : Жюль Верн  35  Глава вторая. ГОДФРЕЙ : Жюль Верн
 36  Глава третья. ИСТОРИЧЕСКАЯ ШЛЯПА : Жюль Верн  37  Глава четвертая. ПОЕЗД В АДЕЛАИДУ : Жюль Верн
 38  Глава пятая. ЧЕРЕЗ ЮЖНУЮ АВСТРАЛИЮ : Жюль Верн  39  Глава шестая. НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА : Жюль Верн
 40  Глава седьмая. К СЕВЕРУ : Жюль Верн  41  вы читаете: Глава восьмая. ПО ТУ СТОРОНУ СТАНЦИИ АЛИС-СПРИНГС : Жюль Верн
 42  Глава девятая. ДНЕВНИК МИССИС БРЭНИКЕН : Жюль Верн  43  Глава десятая. ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СТРАНИЦ ИЗ ДНЕВНИКА ДОЛЛИ : Жюль Верн
 44  Глава одиннадцатая. БЕДА И ЕЕ ПРЕДВЕСТНИКИ : Жюль Верн  45  Глава двенадцатая. ПОСЛЕДНИЕ УСИЛИЯ : Жюль Верн
 46  Глава тринадцатая. У ИНДАСОВ : Жюль Верн  47  Глава четырнадцатая. ЗАМЫСЕЛ БОРКЕРА : Жюль Верн
 48  Глава пятнадцатая. ПОСЛЕДНИЙ ПРИВАЛ : Жюль Верн  49  Глава шестнадцатая. ЗАКЛЮЧЕНИЕ : Жюль Верн
 50  Использовалась литература : Миссис Брэникен [Миссис Бреникен]    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap