Приключения : Путешествия и география : Глава двенадцатая. ПОСЛЕДНИЕ УСИЛИЯ : Жюль Верн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50

вы читаете книгу

Глава двенадцатая. ПОСЛЕДНИЕ УСИЛИЯ

Исчезновение туземцев, верховых и вьючных животных ставило миссис Брэникен и оставшихся ей верными спутников в почти безвыходное положение.

Зах Френ первым произнес слово «измена»; за ним повторил его Годфрей. При сопоставлении всех обстоятельств, сопровождавших исчезновение части каравана, измена становилась вполне очевидной. К этому мнению присоединился и Том Марикс, которому известно было пагубное влияние Лена Боркера на туземцев охраны.

Долли еще сомневалась. Она не могла предполагать такого вероломства и подлости.

Разве Лен Боркер не мог быть обманут и уведен?

— Уведен-то уведен, но вместе с черными, — заметил на это Зах Френ, — и одновременно с теми верблюдами, на которых съестные припасы!

— А бедная моя Джейн! — тихо сказала Долли. — Она разлучена со мной, и я даже не могла заметить этого!

— Лен Боркер не пожелал даже, чтобы и она осталась при вас, — сказал Зах Френ. — Негодяй же он после этого!

— Негодяй?.. Хорошо!.. О!.. Очень хорошо! — добавил, в свою очередь, Джоз Мерит. — Если все это не измена, я согласен никогда не напасть на след этой шляпы… исторической… которая…

И обращаясь затем к китайцу, он спросил:

— И что вы думаете об этом, Джин Ги?

— Ай, ай, мой господин Джоз! Я думаю, что я тысяча и десять тысяч раз лучше сделал бы, если бы никогда не вступал ногой в эту столь мало комфортабельную страну.

— Быть может! — ответил на это Джоз Мерит. Измена, в сущности, была настолько очевидна, что и миссис Брэникен должна была наконец сдаться перед фактами.

«Но зачем было обманывать? — спрашивала она себя. — Что такое сделала я Лену Боркеру? Разве я не позабыла о прошлом? Разве я не приняла их как родственников, несчастную его жену и его лично? А он покидает нас, оставляет нас беспомощных и похищает у меня цену свободы Джона! Зачем же все это сделано им?»

Никто не знал тайны Лена Боркера, и никто не мог бы ответить миссис Брэникен. Одна лишь Джейн могла бы поведать о том, о чем известно было ей из гнусных проектов ее мужа, но Джейн уже не было.

Между тем все предположения соответствовали истине. Лен Боркер привел в исполнение давно уже задуманный план, который, казалось, должен был несомненно сопровождаться удачей. Чернокожие из охраны легко поддались его уговорам, подкрепленными обещанием щедрой награды.

В самый разгар урагана, в то время как двое черных увлекли Джейн, крики о помощи которой не могли быть услышаны, остальные погнали верблюдов, которые разбрелись вокруг лагерной стоянки по направлению к северу. Никто не заметил их среди окутывавшей все кругом темени, еще более сгущенной облаками пыли, и еще до наступления рассвета Лен Боркер вместе со всеми сообщниками находился уже на расстоянии нескольких миль к востоку от Иоанна-Спрингс.

Джейн была разлучена с Долли, ее мужу нечего было более опасаться, что она под давлением угрызений совести откроет тайну рождения Годфрея. Да кроме того, он имел все основания рассчитывать, что лишенным съестных припасов и средств передвижения, миссис Брэникен и ее спутникам предстоит неминуемая гибель в этих пустынях.

И действительно, будучи в Иоанна-Спрингс, караван еще был удален от Фицроя приблизительно на триста миль. Каким образом мог бы обеспечить Том Марикс необходимые потребности, хотя и в значительной мере убавившегося теперь персонала экспедиции, в продолжение предстоящего еще столь долгого путешествия?

Оксовер-Крик — главный приток реки Грей, впадающей в Индийский океан в области земли Уайта.

Том Марикс нашел здесь, на берегах той реки, которая никогда не пересыхает, даже при самом знойном лете, те же тенистые места, то же местоположение, о которых с таким радостным чувством упоминает полковник Варбуртон.

Какое счастье видеть зелень, проточную воду после бесконечных песчаных равнин, покрытых дюнами и колючкой! Но если, прибыв сюда, полковник Варбуртон был почти уверен в том, что он дойдет до поставленной цели, ибо ему оставалось лишь спуститься по ручейку Рокбон для того, чтобы добраться до морского берега, то далеко не в таком положении находилась миссис Брэникен. Положение ее, наоборот, должно было значительно ухудшиться при предстоящем переходе по бесплодным местностям, отделяющим Оксовер от реки Фицрой.

Весь караван состоял теперь из двадцати двух человек вместо сорока трех, бывших при отправлении со станции Алис-Спрингс. Долли и женщина-туземка Гарриет, Зах Френ, Том Марикс, Годфрей, Джоз Мерит, Джин Ги и с ними еще пятнадцать человек белых из состава охранной стражи, в числе которых двое были тяжело больны; из средств передвижения только четыре верблюда, так как остальные были уведены Леном Боркером, в том числе и тот самец, который был вожаком, а также и тот, на котором погружена была палатка. Равным образом исчезло и то животное, качества которого были оценены Джозом Меритом по достоинству, что поставило англичанина в необходимость продолжать путешествие пешком, наравне со слугой. Что касается съестных припасов, то осталось лишь незначительное число жестянок с консервами, которые были найдены в ящике, упавшем с одной из верблюдиц. Не было более муки, кофе, чая, сахара, соли, спиртных напитков, лекарств, без которых Долли была лишена возможности лечить двух людей, бывших в сильнейшей лихорадке. Словом, ощущался полный недостаток во всем.

С рассветом миссис Брэникен созвала всех своих спутников. Эта доблестная женщина нисколько не потеряла присущей ей энергии, и ей удалось своими словами, призывающими к мужеству, подкрепить силы товарищей. Она главным образом указывала им на близость цели и возможность добраться до нее.

Путешествие снова было возобновлено, но при таких тяжелых условиях, что самый верующий в возможность успеха должен был признать последний едва ли осуществимым. Пришлось предоставить двух верблюдов из числа четырех больным, ибо нельзя было оставлять их в Иоанна-Спрингс, одной из необитаемых станций, из числа тех, на которые полковник Варбуртон указывает в своем маршруте. Хватит ли, однако, сил у этих несчастных людей, чтобы выдержать дорогу до Фицроя, где, быть может, откроется возможность переправить их в какую-нибудь больницу, расположенную по берегам этой реки? Это представлялось сомнительным, и сердце миссис Брэникен болезненно сжималось при мысли, что еще новые жертвы увеличат собой число жертв, которое насчитывали уже с катастрофы «Франклина». И тем не менее Долли не отказывалась от своих проектов.

Нет! Она не прекратит розысков! Ничто не в состоянии удержать ее от исполнения долга, хотя бы ей пришлось остаться совсем одной!

Покинув Оксовер-Крик, который перешли вброд на одну милю выше Иоанна-Спрингс, караван направился на северо-восток. Взяв это направление, Том Марикс надеялся добраться до Фицроя в ближайшем пункте неправильной дуги, описываемой этой рекой, до впадения ее в залив Короля.

Зной был не так силен. Потребовались самые настоятельные уговоры, почти насилие со стороны Тома Марикса и Заха Френа, для того чтобы Долли согласилась взять одного из верблюдов для себя лично. Годфрей и Зах Френ шли бодрым шагом впереди, равно как и Джоз Мерит, длинные ноги которого походили по своей несгибаемости на пару ходуль. А когда миссис Брэникен предлагала ему временно занять ее место, он отклонял это предложение, говоря:

— Хорошо!.. О, очень хорошо!.. Англичанин всегда англичанин, китаец всегда только китаец. И я не вижу никакого неудобства в том, чтобы вы сделали то же предложение Джину Ги, но только я воспрещаю ему принимать такое предложение.

А посему Джин Ги и шел пешком, не без того, чтобы не жаловаться, помышляя о далеких прелестях Су-Чеу, города лодок-цветов, обожаемого жителями Поднебесной империи.

Четвертый верблюд служил либо Тому Мариксу, либо Годфрею, когда требовалось несколько опередить караван. Запас воды, взятый из Оксовер-Крик, подходил к концу, и тогда снова вопрос о колодцах должен был выступить на первый план.

Покинув берега реки, двинулись к северу по равнине несколько волнистой, с едва намеченными контурами песчаных дюн, которые тянулись вплоть до крайних пределов видимого горизонта. Пучки колючек попадались чаще, а также кое-какие кустарники с пожелтевшей листвой, что придавало менее унылый вид всей местности. Быть может, представится какой-нибудь счастливый случай и встретится какая-нибудь дичь. Том Марикс, Годфрей и Зах Френ, никогда не расстававшиеся со своим оружием, сохранили, к счастью, ружья и револьверы и при случае сумели бы воспользоваться ими. Правда, небольшой запас патронов требовал крайне расчетливого расходования.

Продвигались таким образом в продолжение нескольких дней, делая один переход утром и один вечером. Русла ручейков, которыми была покрыта эта местность, состояли лишь из камней, лежавших среди выгоревшей от солнца травы. В песке не было заметно и следов влажности. Необходимо было во что бы то ни стало отыскивать колодцы, хотя бы по одному каждые сутки. Годфрей занимался этими поисками.

— Дитя мое, — уговаривала его миссис Брэникен, — будь осторожен! Не подвергай себя опасности.

Благодаря его преданности, а также как бы инстинкту, руководившему им, были найдены колодцы, хотя и совсем в стороне, подчас на несколько миль на севере или юге. Таким образом, если караван и не был вовсе избавлен от мук жажды, то по крайней мере они не были чрезмерными в той части земли Тасмана, которая заключена между Оксовер-Крик и Фицроем. Наибольшие лишения были сопряжены с недостатком перевозочных средств, крайне скудной пищей, ограниченной лишь весьма небольшим запасом консервов, недостатком чая, кофе, табака, столь тяжелым для людей охранной стражи; очень давал себя чувствовать и недостаток спирта, которым можно было бы подправлять вкус почти негодной для питья воды. Самые сильные люди изнемогали от усталости и лишений после перехода, продолжавшегося не более двух часов.

Кроме того, не было почти никакого подножного корма для верблюдов, кроме сухих кустарников, на которых не было ни ветки, ни листа, годного в пищу. Не было и тех акаций-карликов, довольно питательная смола которых употребляется туземцами в пищу во время голода. Верблюды еле тащились, опустив головы, с подгибающимися задними ногами, падали, и не без труда удавалось снова поставить их на ноги.

Двадцать пятого числа Тому Мариксу, Годфрею и Заху Френу удалось раздобыть немного свежей пищи. Появилось стадо диких голубей. Быстрый их полет чрезвычайно затруднял подход к ним. В конце концов, удалось убить несколько штук. Они показались очень вкусными, но и не будь они таковыми в действительности, несчастные голодающие все равно признали бы их самой лакомой дичью. Их поджарили на огне, разведенном из высохших корней, и Том Марикс мог сберечь часть консервов в продолжение двух дней.

Но что достаточно было для пропитания людей, не годилось для пропитания животных. Утром 26-го числа верблюд, на котором помещался один из больных, пал. Тому Мариксу пришлось прикончить его, пустив ему пулю в голову. Не желая вместе с тем ничего терять из этой туши, которая могла служить для пропитания каравана в продолжение нескольких суток, невзирая на чрезвычайную худобу животного, он разделил ее на куски, придерживаясь австралийского способа.

Тому Мариксу известно было, что все части верблюда могут быть употребляемы в пищу. Из костей и части верхнего покрова, сваренных в единственной оставшейся посуде, получился бульон, который показался весьма вкусным проголодавшимся желудкам. Что же касается мозга, языка, щек животного, то куски эти, надлежаще приготовленные, были более питательной пищей.

Все остальное мясо, разрезанное тонкими длинными полосами, быстро высушенными на солнце, было сохранено впрок, равно как и ноги — самая лучшая часть животного. Весьма прискорбно было, что не было соли, так как солонина сохранялась бы лучше.

Путешествие продолжалось при подобных условиях не более как по нескольку миль в день. К несчастью, состояние больных не улучшалось, за недостатком средств, но никак не от недостатка ухода за ними. Видно было, что не удастся всем добраться до той цели, куда устремлены были все усилия миссис Брэникен.

Действительно, на следующий день больные скончались от слишком продолжительного истощения. Они оба были уроженцы Аделаиды, одному из них было всего двадцать пять лет от роду, другому около сорока лет.

Бедные люди! Они первые изнемогли от непосильных трудов, и товарищи их были чрезвычайно удручены их кончиной. Разве не всех их ожидала подобная же участь с тех пор, как благодаря измене Лена Боркера все они очутились в такой местности, где даже животные не могут отыскать корм для себя?

Что мог ответить Зах Френ, когда Марикс сказал ему:

— Два человека погибли, чтобы спасти одного, не считая тех, которые еще погибнут вслед за ними!

Миссис Брэникен сотворила молитву над телами умерших, и над могилой их был водружен небольшой крестик, которому суждено было вскоре обратиться в прах благодаря разрушительным свойствам климата.

Караван снова пустился в путь.

Все люди из числа наиболее утомленных попеременно ехали на оставшихся в живых трех верблюдах для временного восстановления своих сил, ибо миссис Брэникен отказалась от исключительного пользования одним из этих животных. Во время остановок на этих же животных Годфрей или Том Марикс производили разведки; но не попадался ни один туземец, у которого можно было бы навести справки. Это как бы указывало на перекочевку туземцев к северо-востоку от земли Тасмана. В подобном случае пришлось бы идти по следам индасов, углубляясь в долину Фицроя. Это обстоятельство представлялось крайне прискорбным, ибо удлиняло весь путь на несколько сотен миль.

В начале апреля Марикс заметил, что запас консервов приходит к концу. Пришлось пожертвовать одним из трех верблюдов. Получался, таким образом, запас провизии на несколько дней, в продолжение которых возможно было надеяться добраться до Фицроя, от которого караван должен был находиться не далее как на расстоянии пятнадцати переходов.

Необходимо было пожертвовать верблюдом и примириться с этим. Выбрано было наиболее истощенное животное. Оно было убито, разделено, разрезано на длинные полосы, которые, высушенные на солнце, сохраняют еще питательные свойства. Что же касается остальных частей животного, в том числе сердца и печени, то они оставлены были про запас. Годфреем было убито несколько пар голубей, слабое подспорье, когда необходимо было обеспечивать прокорм двадцати человек. Томом Мариксом вновь отмечено было появление пучков акаций, и можно было употреблять в пищу их зерна, предварительно изжарив на огне.

Случись задержка на несколько дней, и большинство этих несчастных людей не будет иметь уже достаточно сил добраться до Фицроя. 5 апреля совсем не оставалось консервов в запасе, равно и верблюжьего мяса. Миссис Брэникен и ее товарищи вынуждены были довольствоваться одними семенами акации, потому что осторожный Том Марикс колебался пожертвовать последними двумя верблюдами. Он не мог решиться на это, помня о том пути, который предстоял им еще. Он вынужден был, однако, прибегнуть к этому средству в тот же вечер, ибо никто не ел в продолжение уже пятнадцати часов.

Но как раз перед остановкой человек из охранной стражи подбежал к нему, крича:

— Том Марикс, Том Марикс, оба верблюда пали!

— Попробуйте поднять их!

— Невозможно.

— Убить немедленно!

— Убить их? — переспросил охранник. — Они сами сейчас сдохнут, если уже не сдохли.

— Сдохли! — воскликнул Том Марикс.

И он не мог удержаться от жеста отчаяния, ибо, раз животное сдохло, мясо его уже не годится в пищу.

Том Марикс направился к тому месту, где только что пали оба животных. Распростертые на земле, с судорожно сведенными членами, с пеной у рта, с тяжело подымающейся грудью, животные неминуемо должны были сдохнуть, да притом неестественной смертью.

— Что случилось с ними? — спросила Долли. — Это не от утомления, не от истощения.

— Нет, не от этого, — отвечал Том Марикс. — Я опасаюсь, не действие ли это какого-нибудь вредного растения!

— Мне известно, что это, — отвечал Джоз Мерит. — Я видел это в восточных провинциях, в Квинсленде! Эти верблюды отравлены.

— Отравлены? — повторила Долли.

— Да, — сказал Джоз Мерит, — это отрава.

— Ну, и так, — продолжал Джоз Мерит, — раз у нас нет более других средств, нам остается лишь брать пример с людоедов, разве только предпочесть умереть с голоду!.. Что делать? Каждая страна имеет свои обычаи, и всего лучше приноравливаться к ним.

Джентльмен говорил это все с такой иронией, что страшно было глядеть на него, более чем когда-либо худого и с выпученными от голода глазами.

Итак, оба верблюда сдохли. И отрава эта, Джоз Мерит не ошибался, была вызвана ядовитой крапивой, довольно, впрочем, редкой на этих северо-западных равнинах. Это так называемая «Maroides laportea», которая дает плод вроде малины и обладает листьями с колючими остриями.

Одно прикосновение к ним вызывает сильную и продолжительную боль. Что же касается самого плода, то он сильно ядовит; единственное противоядие против него — сок «colocasia macrorhizu», другого растения, произрастающего обычно там же, где растет ядовитая крапива.

Инстинкт, предохраняющий обыкновенно животных от прикосновения к вредным для них растениям, на этот раз был побежден, и оба животных, не воздержавшиеся от искушения съесть этой крапивы, издохли в страшных мучениях.

Ни миссис Брэникен, ни ее спутники не сохранили в памяти, как проведены были последующие два дня. Пришлось оставить на месте, где они пали, обоих животных, ибо час спустя их трупы уже разлагались, — настолько быстро действует этот растительный яд. Караван тащился по направлению к Фицрою.

Ищется ли им всем добраться туда?.. Нет, и некоторые из них молили уже о том, чтобы их поскорее прикончили на месте, чтобы избежать более страшной агонии.

Миссис Брэникен переходила от одного к другому. Она пыталась подбодрить их. Она умоляла их сделать еще одно последнее усилие. Цель была близка. Оставалось еще несколько переходов. Там спасение!.. Но чего могла она добиться от этих несчастных.

Вечером 8 апреля ни у кого уже не было сил разбить лагерь. Несчастные ползали около колючих кустов, чтобы пожевать их покрытые пылью листья.

Они не могли более говорить; все их силы были исчерпаны до конца! Все свалились на этом последнем привале.

Миссис Брэникен еще сопротивлялась. Стоя на коленях перед ней, Годфрей глядел на нее с мольбой во взгляде. Он называл ее «мама, мама!», как ребенок, умоляющий ту, которая родила его на свет, не дать ему умереть.

А Долли, одна на ногах среди всех своих спутников, окидывала взглядом весь расстилавшийся перед ней горизонт, крича:

— Джон!.. Джон!..

Как будто последняя помощь могла ей прийти от капитана Джона!


Содержание:
 0  Миссис Брэникен [Миссис Бреникен] : Жюль Верн  1  Глава первая. ФРАНКЛИН : Жюль Верн
 2  Глава вторая. СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ : Жюль Верн  3  Глава третья. ПРОСПЕКТ-ХАУЗ : Жюль Верн
 4  Глава четвертая. НА БАУНДАРИ : Жюль Верн  5  Глава пятая. ТРИ МЕСЯЦА : Жюль Верн
 6  Глава шестая. КОНЕЦ ТЯЖЕЛОГО ГОДА : Жюль Верн  7  Глава седьмая. РАЗНЫЕ СЛУЧАЙНОСТИ : Жюль Верн
 8  Глава восьмая. ЗАТРУДНИТЕЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ : Жюль Верн  9  Глава девятая. РАСКРЫТИЕ ИСТИНЫ : Жюль Верн
 10  Глава десятая. СБОРЫ : Жюль Верн  11  Глава одиннадцатая. ПЕРВОЕ ПЛАВАНИЕ В МАЛАЙСКОМ МОРЕ : Жюль Верн
 12  Глава двенадцатая. ЕЩЕ ОДИН ГОД : Жюль Верн  13  Глава тринадцатая. ПЛАВАНИЕ В ТИМОРСКОМ МОРЕ : Жюль Верн
 14  Глава четырнадцатая. ОСТРОВ БРАУС : Жюль Верн  15  Гласа пятнадцатая. ЖИВАЯ НАХОДКА : Жюль Верн
 16  Глава шестнадцатая. ГАРРИ ФЕЛЬТОН : Жюль Верн  17  Глава семнадцатая. ПРИ ПОСРЕДСТВЕ ДА И НЕТ : Жюль Верн
 18  ЧАСТЬ ВТОРАЯ : Жюль Верн  19  Глава вторая. ГОДФРЕЙ : Жюль Верн
 20  Глава третья. ИСТОРИЧЕСКАЯ ШЛЯПА : Жюль Верн  21  Глава четвертая. ПОЕЗД В АДЕЛАИДУ : Жюль Верн
 22  Глава пятая. ЧЕРЕЗ ЮЖНУЮ АВСТРАЛИЮ : Жюль Верн  23  Глава шестая. НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА : Жюль Верн
 24  Глава седьмая. К СЕВЕРУ : Жюль Верн  25  Глава восьмая. ПО ТУ СТОРОНУ СТАНЦИИ АЛИС-СПРИНГС : Жюль Верн
 26  Глава девятая. ДНЕВНИК МИССИС БРЭНИКЕН : Жюль Верн  27  Глава десятая. ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СТРАНИЦ ИЗ ДНЕВНИКА ДОЛЛИ : Жюль Верн
 28  Глава одиннадцатая. БЕДА И ЕЕ ПРЕДВЕСТНИКИ : Жюль Верн  29  Глава двенадцатая. ПОСЛЕДНИЕ УСИЛИЯ : Жюль Верн
 30  Глава тринадцатая. У ИНДАСОВ : Жюль Верн  31  Глава четырнадцатая. ЗАМЫСЕЛ БОРКЕРА : Жюль Верн
 32  Глава пятнадцатая. ПОСЛЕДНИЙ ПРИВАЛ : Жюль Верн  33  Глава шестнадцатая. ЗАКЛЮЧЕНИЕ : Жюль Верн
 34  Глава первая. ВО ВРЕМЯ ПЛАВАНИЯ : Жюль Верн  35  Глава вторая. ГОДФРЕЙ : Жюль Верн
 36  Глава третья. ИСТОРИЧЕСКАЯ ШЛЯПА : Жюль Верн  37  Глава четвертая. ПОЕЗД В АДЕЛАИДУ : Жюль Верн
 38  Глава пятая. ЧЕРЕЗ ЮЖНУЮ АВСТРАЛИЮ : Жюль Верн  39  Глава шестая. НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА : Жюль Верн
 40  Глава седьмая. К СЕВЕРУ : Жюль Верн  41  Глава восьмая. ПО ТУ СТОРОНУ СТАНЦИИ АЛИС-СПРИНГС : Жюль Верн
 42  Глава девятая. ДНЕВНИК МИССИС БРЭНИКЕН : Жюль Верн  43  Глава десятая. ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СТРАНИЦ ИЗ ДНЕВНИКА ДОЛЛИ : Жюль Верн
 44  Глава одиннадцатая. БЕДА И ЕЕ ПРЕДВЕСТНИКИ : Жюль Верн  45  вы читаете: Глава двенадцатая. ПОСЛЕДНИЕ УСИЛИЯ : Жюль Верн
 46  Глава тринадцатая. У ИНДАСОВ : Жюль Верн  47  Глава четырнадцатая. ЗАМЫСЕЛ БОРКЕРА : Жюль Верн
 48  Глава пятнадцатая. ПОСЛЕДНИЙ ПРИВАЛ : Жюль Верн  49  Глава шестнадцатая. ЗАКЛЮЧЕНИЕ : Жюль Верн
 50  Использовалась литература : Миссис Брэникен [Миссис Бреникен]    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap