Приключения : Путешествия и география : Послесловие : Поль-Эмиль Виктор

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11

вы читаете книгу

Послесловие

«Друзья по риску» — пожалуй, нельзя сказать удачнее о ездовых собаках. В самом деле, верой и правдой служили они человеку в наиболее суровых частях нашей планеты, на Крайнем Севере и на Крайнем Юге, безропотно делили с ним тяготы, скромные будничные радости, иногда славу и, конечно, всегда риск. Не счесть тонн и километров, «освоенных» за тысячелетия лохматыми тружениками. Умелое их использование позволило совершить многие географические открытия и в Арктике, и в Антарктике, и много человеческих жизней было спасено в пургу, морозной полярной ночью преданными четвероногими друзьями — яркие примеры тому читатель нашел в этой книге. Не случайно собаки, упряжь, сани еще недавно по всему Заполярью были главной темой мужских разговоров, а хороший передовик, вожак, считался бесценным сокровищем. Теперь сюда пришла техника — самолет и вертолет, вездеход, трактор, мотонарты, и собачья упряжка сдает позиции. Книга Поля-Эмиля Виктора поэтому и гимн «друзьям по риску», и своего рода памятник им.

Автор книги — известный французский исследователь и писатель — совершил несколько больших и трудных путешествий в полярные страны. О них-то, этих путешествиях, он и рассказывает здесь ярко и правдиво. Поль-Эмиль Виктор повествует о своих спутниках — европейцах и эскимосах и, конечно, о четвероногих помощниках, дает серию запоминающихся портретов собак и как бы раскрывает перед читателем внутренний мир великолепного Укиока, сентиментального Кранорсуака, коварной Арнатак, вспоминает случаи захватывающие, волнующие, иногда забавные. Так мог написать лишь человек, наделенный талантом тонкого наблюдателя и натуралиста. Автор не просто пишет о собаках — искренне разделяет с ними их радости и страдания. Поэтому-то каждый, кому не чужды тяга к путешествиям, любовь к природе и животным, тот, кто знает и любит собак, не останется равнодушным, прочтя эту книгу.

Поль-Эмиль Виктор пользуется большой популярностью не только во Франции, но и далеко за ее пределами; немалую роль в этом играют его душевная щедрость и большое обаяние. Многие советские полярники лично знакомы с ним, были гостями в его не совсем обычном жилище, устроенном на старой барже. Они хорошо помнят тот живописный уголок Парижа, где причалена баржа, замечательную библиотеку, собранную гостеприимным хозяином, стены жилища, увешанные картинами и сувенирами из многих стран мира, столярный верстак, за который встает Поль-Эмиль в часы досуга, и, конечно, его самого — седовласого, спортивно подтянутого, его такт и проницательность, неиссякаемое чувство юмора.

Поль-Эмиль Виктор — полярник по призванию. Еще в детстве он зачитывался описаниями путешествий в полярные страны и готовился сам стать полярным исследователем. Хорошо представляя себе, насколько широких знаний потребует от него избранная профессия, он заканчивает Инженерную школу в Лионе, а кроме того, становится дипломированным этнологом и филологом. В 1934 году Поль-Эмиль организует свою первую этнографическую экспедицию на восточное побережье Гренландии. Спустя два года он вновь на этом острове и вместе с тремя спутниками на собачьих упряжках пересекает Гренландский ледниковый щит, а зиму проводит вместе с эскимосами, ведет тот же образ жизни, что и коренные жители Гренландии. Во Францию Поль-Эмиль возвращается с большой коллекцией одежды и утвари эскимосов (сейчас ее можно увидеть в Антропологическом музее в Париже), с чувством глубокого уважения к народу, который не только сумел выжить в полярной пустыне, но и создал из того малого, что дает человеку здешняя природа, столь удивительные предметы материальной культуры.

В 1938 и 1939 годах Виктор проводит свои исследования в Лапландии и одновременно разрабатывает план организации большой трансарктической экспедиции, мечтает о знакомстве с Советской Арктикой, с населяющими ее коренными жителями — ненцами, нганасанами, чукчами. Начавшаяся вторая мировая война помешала осуществлению задуманного плана. Поль-Эмиль Виктор назначается помощником военно-морского атташе Франции в Скандинавских странах, а после оккупации части своей родины гитлеровцами вступает в армию США и служит на Аляске — вначале инструктором по подготовке полярных подразделений военно-воздушных сил, а затем командует поисково-спасательной эскадрильей, действующей на севере Американского континента и на Алеутских островах.

С 1947 года по поручению правительства Поль-Эмиль Виктор становится организатором и руководителем французских полярных экспедиций. К середине 1970-х годов им было снаряжено сорок таких экспедиций. В них приняли участие около двух тысяч человек; полевые партии преодолели за это время на тракторах, вездеходах и мотонартах, преимущественно в Антарктике, более трехсот тысяч километров, совершили важные географические открытия, собрали ценные научные материалы, опубликованные затем в сотнях статей и многих книгах. В последние годы Поля-Эмиля Виктора все больше привлекает литературный труд.

В наши дни собачью упряжку сменяет механический транспорт. Ее все реже видишь теперь в Заполярье, а во многих промысловых поселках и на советском и на зарубежном Севере ездовых собак уже не встретишь вовсе. Содержание собак становится слишком дорогим, а отдача недостаточна, чтобы четвероногих помощников можно было использовать как тягловую силу на повседневных, будничных работах. Судите сами: каждой собаке нужно дать в сезон работы ежедневно килограмм мяса или два килограмма рыбы (либо соответствующее по калорийности количество пеммикана). Упряжка — она обычно состоит из десяти — двенадцати собак, — следовательно, съедает в день не меньше десяти килограммов мяса или двадцати килограммов рыбы. А в месяц? А в год? А какова же отдача? Предельная нагрузка на собаку составляет тридцать — сорок килограммов, на упряжку — триста — четыреста килограммов. Предельная скорость этих «рысаков» — около двадцати километров в час, средняя скорость по крайней мере вдвое меньше. Конечно, перевозка грузов и людей на вездеходе или мотонартах обходится дешевле. И тем не менее век упряжек вовсе не кончился!

Немало охотников все-таки предпочитают использовать на Севере не мотонарты, а собак. Это транспортное средство не нуждается в запасных частях, в горючем, не выйдет из строя и не подведет в дальней поездке, как это случается с техникой. Кое-где пользуются упряжкой егеря, поскольку такой вид транспорта они считают самым пригодным для выслеживания браконьеров. Но не это самое главное. На наших глазах начинается новый этап в полярных путешествиях. Несмотря на то что попасть к полюсам Земли теперь можно относительно легко на самолете, сюда вновь организуются экспедиции «классического» типа. В 1964 году норвежец В. Стайб с пятью спутниками предпринял (правда, неудачную) попытку достижения Северного полюса с помощью упряжных собак. В 1968 году английские путешественники Уолли Херберт и трое его товарищей совершили трансарктический переход от северного побережья Аляски до Шпицбергена через Северный полюс, и транспортным средством в этой экспедиции были собаки. А через десять лет, в 1978 году, используя упряжку, осуществил свое удивительное путешествие по льдам Северного Ледовитого океана в одиночку японец Уэмура Наоми.

Арктика, как и Антарктика, открывает перед путешественником возможность испытать свои силы — физические и духовные, выявить их пределы, удовлетворить свойственное человеческой натуре стремление к подвигу. Наверное, поэтому полярные страны манят к себе людей смелых, сильных, мужественных. Поэтому не кончается век экспедиций сюда «классического» типа, использующих как основное транспортное средство собачьи упряжки.

Поль-Эмиль Виктор образно и ярко рассказал в этой книге о гонках упряжек на Аляске в прошлом. Ну а теперь, в наши дни, можно ли увидеть здесь заиндевевших каюров, толпы болельщиков у финиша гонок, такой же накал страстей? Оказывается, можно!

Ежегодно в конце февраля, когда стоят самые сильные морозы и санный путь наиболее устойчив, в Анкоридже — крупнейшем городе Аляски — проходит «Пушной фестиваль». Он проводится с размахом, длится несколько дней и собирает уйму народа. На улицах в это время теснятся и сами горожане, и приезжие из иных частей Аляски, из других штатов, из Канады, даже из-за океана. В программе фестиваля хоккей и выступления танцоров — эскимосов и индейцев, меховые аукционы, избрание «мисс Аляски». Но главный «гвоздь», конечно, гонки собачьих упряжек. Это и спринтерские заезды на дистанцию в двадцать пять миль, и марафонские многодневные пробеги. О гонках много пишут местные газеты. Разгораются споры, и заключаются пари. Болельщики пытаются предугадать развитие событий. Шелестят банкноты. Худеют и толстеют бумажники.

— Маш! Маш! (Можно перевести и «вперед!», и «пошел!».) Свистят и щелкают длинные кожаные бичи. Скрипят сани, шуршит снег под их полозьями, под множеством собачьих лап. Упряжки срываются со старта и, промчавшись по центральной улице Анкориджа, исчезают в облаках снежной пыли.

Проходят часы либо дни томительного ожидания (и о том, что делается на трассе гонок, болельщикам сообщают теперь радио и телевидение), и вот упряжки уже на финишной прямой. Решающий этап гонок. Собаки тяжело дышат раскрытыми ртами. Каюры стоят на задках полозьев, и капюшоны их парок обросли инеем. Щелкают бичи, заключаются последние пари. И вот он, победитель! Что-то вроде круга почета. Наконец команда «Воу!» (Стой!). Она, наверное, сейчас особенно по душе обессилевшим «рысакам».

Наиболее трудная и длинная трасса современных гонок на Аляске — Анкоридж — Ном. Она проходит и лесами и горами, а протяженность ее составляет 1049 миль (около 1700 километров). В 1975 году чемпион преодолел этот путь немногим более чем за 18 дней. Но рекорды совершенствуются. В 1976 году упряжка Рика Свенссона прошла по трассе за 14 дней 18 часов 52 минуты и 25 секунд (американцы любят точность!). Через год же собаки Ричарда Меки промчались по ней на секунду быстрее.

Участвуют в гонках и женщины. В 1975 году со страниц газет долго не сходили имя и портреты победительницы гонок Рокси Брукс; своей популярностью она на время затмила даже самых известных кинозвезд. Но, вообще-то говоря, женщина-машер (каюр) не такая уж здесь редкость. Еще в 1916 году прославилась американка Майхоф, завоевавшая звание чемпиона на гонках упряжек в поселке Руби, стоявшем на Еловом ручье, притоке Юкона. В последние годы проводятся даже североамериканские чемпионаты женщин-машеров. Они проходят ежегодно в середине марта в Фэрбенксе — втором по величине городе Аляски.

Словом, ездовые собаки, хотя они почти перевелись в аляскинской «глубинке», сохранились и даже процветают в крупных поселках — в Фэрбенксе и его окрестностях, в долине Юкона. Здесь есть клубы любителей ездового собаководства: «Хаски-клабс» (хаски — местное название завезенных из Сибири лаек — поджарых, темпераментных, быстрых), «Малемут-клабс» (малемуты — аборигенные эскимосские собаки — крупные, сильные, но флегматичные и тихоходные трудяги), а разведение представителей этих пород и торговля ими, так же как и гонки упряжек, превратились в дело популярное и прибыльное. Впрочем, не только прибыльное. А разве слабо выражено в собачьих гонках истинно спортивное начало? Разве не захватывающее это по своей красоте и динамизму зрелище?

В приложении к французскому оригиналу своей книги Поль-Эмиль Виктор дает подробные советы по использованию упряжных собак. Поскольку в русском переводе книга появляется без приложения, необходимо хотя бы коротко сказать о том, как запрягают этих животных. Существуют два основных способа упряжки — цуговая и веерная. В первом случае собак располагают вдоль длинного куска ремня, веревки или стального троса попарно или «елочкой», либо одну за другой, в «колонне по одному». Так ездят у нас, в Восточной Сибири, на севере Северной Америки и в Гренландии. На севере Западной Сибири и в Европейской части СССР чаще пользуются веерной упряжкой, когда собаки бегут рядом, в одной шеренге. И тот и другой способы имеют свои преимущества и недостатки. В первом случае собаками управляют голосом, во втором — вожжой. Езда цугом требует собак более «высокой квалификации», лучше обученных, чем при езде веером, она не так маневренна (нельзя, например, повернуть нарту круто в сторону), зато экономнее расходует собачьи силы. При цуговой упряжке на нарту можно положить больше груза, легче проехать по морскому льду, среди торосов, по дну узких оврагов, по глубокому, рыхлому снегу. В цуговой упряжке до тех пор, пока собаки не выдохлись, они трудятся особенно увлеченно и азартно и к своей работе относятся словно к интересной игре. Каждая из них преследует и изо всех сил старается догнать предыдущую. Исключение составляют лишь собаки передовой пары или передовая: их удел — спасаться от преследования (остановиться и завязать драку «правила игры» не позволяют: каюр здесь выступает в роли строгого судьи).

Санная упряжка — наиболее распространенная форма использования собак при перевозке человека или груза. Но иногда они несут службы иначе. Зимой поодиночке или парами животные буксируют лыжников, летом кое-где их запрягают в колесные повозки или волокуши, а чаще они переносят грузы во вьюках. Известны случаи использования собачьей упряжки даже для пахоты.

Одну из глав своей книги Поль-Эмиль Виктор посвящает участию ездовых собак в первой мировой войне на французско-германском фронте. Необходимо, однако, сказать, что собачьи упряжки наряду с современной военной техникой гораздо шире применялись Красной Армией, особенно в годы Великой Отечественной войны. В общей сложности тогда были «мобилизованы» десятки тысяч собак, и многие из них несли ездово-санитарную службу — вывозили с поля боя раненых, подвозили на передовую патроны и другие военные грузы, наводили и снимали телефонно-телеграфные линии. Примеры успешного несения упряжными собаками военной службы многочисленны. Упомяну лишь о двух. В 1942 году только на одном участке Западного фронта отряд нартовых собак перевез за месяц 1239 раненых и доставил на передний край 327 тонн боеприпасов. Вожатый — младший сержант Полянских прошел со своей упряжкой путь от Дона до Праги, вывез с поля боя 726 раненых, в том числе 72 офицера, и подвез в боевые порядки 29 тонн различных грузов.[25]

Уместно сделать и ряд других замечаний. В главе I автор называет английского мореплавателя Уильяма Эдуарда Парри первым европейцем, применившим (в 1822 году) собачью упряжку в арктическом путешествии. На самом же деле этот вид транспорта широко использовался в России уже в начале XVIII века участниками Великой северной экспедиции. С. Челюскин, В. Прончищев, братья Д. и X. Лаптевы прошли на собачьих упряжках многие тысячи километров, совершив при этом поистине научный подвиг — описание северных берегов Сибири и отображение их на картах.

Поль-Эмиль Виктор придерживается точки зрения одного из создателей науки о поведении животных — К. Лоренца — об участии в происхождении некоторых пород домашних собак от шакала. Однако в настоящее время считается установленным, что единственным родоначальником собак был волк (к этому мнению позже начал склоняться и сам Лоренц), а разнообразие пород этих животных — результат лишь осуществлявшихся человеком многовекового искусственного отбора и целенаправленной селекции.

В своей книге автор называет типичной сибирской упряжной собакой ненецкую лайку, что ошибочно. Ненцы — преимущественно оленеводы, используют в качестве транспортных животных лишь северных оленей. Лайки, которых они разводят, — маленькие, похожие на шпица собаки, несущие только пастушью службу (они помогают пастуху в управлении оленьим стадом).

В целом же эта книга, несомненно, найдет у советских читателей высокую оценку. Те же из них, кому случалось использовать собачьи упряжки, я думаю, вполне согласятся с автором, утверждающим: «Ничто и никогда не заменит чудесного чувства товарищества, взаимной преданности, которые испытывает настоящий каюр, хорошо знающий своих собак, от которых он зависит, как и они от него, своих повседневных товарищей, на которых он может положиться, как и они на него». Эти читатели оценят книгу Поля-Эмиля Виктора особенно высоко.

С. Успенский


Содержание:
 0  Ездовые собаки-друзья по риску PAUL-EMILE VICTOR. Chiens de trainaux compactions du risque : Поль-Эмиль Виктор  1  Пролог : Поль-Эмиль Виктор
 2  1. Завоевание полюсов : Поль-Эмиль Виктор  3  2. Арктические собаки : Поль-Эмиль Виктор
 4  3. Переход через Гренландию : Поль-Эмиль Виктор  5  4. Несколько рассказов о собаках : Поль-Эмиль Виктор
 6  5. Скотти Аллен, чемпион : Поль-Эмиль Виктор  7  6. Еще несколько гонок : Поль-Эмиль Виктор
 8  7. Война 1914—1918 годов : Поль-Эмиль Виктор  9  8. Профессиональные секреты : Поль-Эмиль Виктор
 10  вы читаете: Послесловие : Поль-Эмиль Виктор  11  Использовалась литература : Ездовые собаки-друзья по риску PAUL-EMILE VICTOR. Chiens de trainaux compactions du risque
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap