Приключения : Исторические приключения : Глава 11. Малое Завещание Портоса : Марина Алексеева

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11

вы читаете книгу




Глава 11. Малое Завещание Портоса

Проголодавшийся Энрике и Портос с большим аппетитом уплетали жареную баранину, любимое блюдо Портоса, приготовленное по рецепту его собственного изобретения. Так же быстро была уничтожена ими отличная ветчина. Арамис ел совсем мало. Энрике чувствовал неловкость, он опасался, что наговорил легендарному мушкетеру много лишнего. Он любезно предложил епископу блюдо с жареным барашком. Арамис отрицательно покачал головой.

— Простите, ваше преосвященство, я забыл о том, что вы на диете.

Арамис промолвил:

— Я мяса не ем. Овощи, морепродукты. Ну вот — гречневые блины — в Бретани их очень любят. Обратите внимание на посуду — народная бретонская керамика. Роспись наших мастеров.

— Прелестно! — похвалил Энрике веселые тарелки, — А вина?

— И крепкие напитки употребляю в ограниченном количестве. Вы пейте, юноша — Портос не любит пить в одиночестве. А я выпью сидра. Местного производства.

— Я вижу, вы полюбили Бретань.

— Да, дон Энрике, я очень люблю этот край. Вот Портос здесь соскучился.

Портос вздохнул.

— Я не только не люблю пить в одиночестве, — заявил Портос, — я не люблю пить без тостов, словно какой-то пьяница. Так выпьем же за то… А за что выпьем, Арамис? Есть предложения?

— Так выпьем же за то, — сказал Арамис, поднимая бокал с сидром, а Портос и Энрике с испанским вином, — чтобы милый герцог де Бофор разбил мусульманских пиратов, захватил Джиджелли, крупную базу на побережье Средиземного моря, и за его армию. А прежде всего — за нашего молодого друга, за Рауля, который сейчас адъютант господина де Бофора.

Портос так и подскочил.

— Рауль?! Рауль в Алжире? Рауль — адъютант его светлости? Арамис… Что я слышу!

— Выпьем, — сказал Энрике, — Я сейчас все вам расскажу.

— Bibamus, — сдержав вздох, сказал Арамис.

Они чокнулись и выпили — два немолодых мушкетера и юный рыцарь Мальтийского Ордена.

Лицо Портоса стало тревожным.

— Как же так, — сказал Портос, — а ведь я хотел… — он полез в карман, достал какую-то бумагу.

— Что вы хотели, дорогой Портос? — печально спросил Арамис.

Портос спрятал бумагу на груди.

— Потом, — сказал он, — Вы и Рауля видели?

— Да. Видел, но издалека.

— Вы с ним не познакомились?

— У меня не было полномочий. Я должен был встретиться с графом де Ла Фером, когда эскадра Бофора уйдет в Алжир.

— Вы встретились с Атосом уже после?

— Да, уже после, — сказал Энрике.

— Так вот о каком путешествии вы говорили… Ох! — сказал Портос, — А вы говорите, Фортуна улыбнется, Арамис! Снова козья морда! Рауль, наш наследник, уезжает в этот дикий, забытый Богом Алжир воевать с мусульманами! Мне страшно за него, Арамис. Последнее время Рауль, обычно такой живой, веселый, остроумный, был в полном отчаянии… И я ничем не мог помочь ему. Эти женщины! Все это из-за его блондинки… Как же так? — повторил Портос, почесывая затылок, — Ну как же так? Почему Атос отпустил его одного? Почему сам с ним не поехал? Рауль с детства мечтал помочь Стюартам. Помню, как жадно он расспрашивал меня о подробностях наших английских, с позволения сказать, приключений. А потом, когда Атос с Д'Артаньяном организовали Реставрацию Карла Второго, он очень обижался, что его опять они не взяли с собой.

— Рауль обижался на нас еще раньше, — добавил Арамис, — очень уж ему хотелось быть пятым мушкетером.

— Да он и есть пятый мушкетер! — заявил Портос, — Наш мальчишка, что и говорить! Так о чем бишь я толковал? Ни в первый раз, ни во второй Атос не взял его в Англию. А теперь — одного, в Алжир, в дикую страну, на войну с арабами. Черт возьми, Арамис, я даже аппетита лишился!

Портос отодвинул тарелку.

— Портос, — мягко сказал Арамис, положив руку на его плечо, — Не надо. Возьмите себя в руки. МЫ ВСЕ ЕЩЕ ЖИВЫ!

— Простите меня, — сказал дон Энрике, — Я расстроил вас, господа мушкетеры, но вы должны были знать всю правду о ваших друзьях. Доблестный Портос, надеюсь, к вам вернется аппетит, если вы узнаете, что с г-ном виконтом поехал длинный чудаковатый слуга графа де Ла Фера.

— Гримо? — оживился Портос, — Гримо прошел с нами огонь и воду. К тому же он нем как рыба и не станет докучать Раулю бестолковыми ДОКУЧНЫМИ разговорами, которые только усугубляют отчаяние. А откуда ушла эскадра?

— Из Тулона.

— Вы видели Рауля в Тулоне?

— Да. И в городе и в порту. Он все время был с графом де Ла Фером. Правда, народ вокруг виконта так и роился — местные жители. Кто просил подписать пропуск, кто просил найти родных, похищенных пиратами Алжира. Так что ваш молодой друг не сидел без дела. Не забудьте и о прелестных юных девах Тулона с пышными букетами цветов. Я собственными глазами видел, как они щебетали вокруг очаровательного виконта.

— Это хорошо, — сказал Арамис, — И дела и девицы с букетами — меньше о своей Лавальер думать будет.

— А наедине с собой? — мрачно спросил Портос.

"Научил на свою голову, — подумал Арамис, вздыхая, — Похоже, Портос, наш простодушный доверчивый Портос становится тонким психологом".

А Энрике сказал то, что думал:

— Наедине с собой? Портос, вы и, правда, стали тонким психологом! Наедине с собой… — он задумался, — …Когда рядом нет ни отца, ни друзей, ни надоедливых просителей… На людях еще как-то держишься. А я в таком состоянии наедине с собой сходил с ума от отчаяния, и всякая дрянь лезла в голову. Это в прошлом. Я справился. И ваш Рауль справится. Он сильный. Если бы я не располагал информацией о постигшем его крушении, ни за что бы не подумал, что с ним что-то не так. Он отлично держится.

— Он нежный, — сказал Арамис, — Мари и Атос так его оберегали от всяких потрясений… Так что же вы решили, друг мой? Вам тут надоело, я же чувствую. Вот рыцарь зовет в Алжир. Присоединяйтесь, Портос!

— Решать тут нечего, — сказал Портос, — Судьба Рауля меня очень беспокоит. Но я не могу бросить все и мчаться к Бофору. Мы должны защитить наш остров от грозящего нашествия. Разгромим Самозванца — и тогда, Арамис, вы меня здесь не удержите никакими силами. Я сяду на первый же корабль и поспешу к нашему Раулю. И не отпущу от себя ни на шаг!

— Я поеду с вами, мой славный Портос, — сказал Арамис, пожимая руку великана, — Если… (он поправился)… Когда мы разобьем Самозванца, и приказ будет выполнен. Вы чудесный друг, мой добрый Портос.

— Чудесным другом я буду, когда смогу оказать нашему мальчику реальную помощь, — сокрушенно сказал Портос, — Ведь своим вызовом де Сент-Эньяну Рауль скомпрометировал себя. Боюсь, что Людовик затаил на него злобу. Д'Артаньян мне все растолковал. Ведь вызов был направлен королю! Когда я понял суть интриги, я ужаснулся! И я-то, болван, взялся передавать вызов, — он хлопнул себя по лбу, — А теперь локти кусаю. Но поверьте, Арамис, и вы поверьте, юноша, поверьте, я говорю истинную правду — не за себя я испугался, а за Рауля. Я-то что… Я почти старик, свое отжил.

— Что вы, Портос!

— Какой же вы старик, господин…герцог! Судя по вашей силе, вам еще жить да жить! — воскликнули в один голос Арамис и дон Энрике. Арамис с благодарностью взглянул на рыцаря, когда тот произнес слово «герцог». Молодой человек незаметно подмигнул ваннскому епископу.

— Дайте договорить, а то потом с мыслями не соберусь. Это не мне жить да жить. А Раулю. Такой молодой, вот почти как вы, дон Энрике. Жизнь только начинается. А этот вызов может отразиться на его карьере. Может, и вовсе крест поставит. Это серьезно. А ведь мы возлагали большие надежды на Рауля. Помните, Д'Артаньян говорил, что Атос мечтал, что его сын будет идеальным дворянином.

— Вы сгущаете краски, господин Портос, — сказал дон Энрике, — Адъютант Великого Адмирала Франции, это что ли, конец карьеры виконта де Бражелона? И Рауль, насколько я знаю, весьма успешно выполнил первое поручение господина де Бофора. Правда, с помощью отца.

— В Алжире с ним отца не будет, — вздохнул Портос.

— Но будет Гримо, а он умный и опытный, — сказал Арамис, — А потом и мы, если будет на то воля Божья.

— Видите, не так уж все и плохо, — продолжал Энрике, — Если бы Людовик хотел свести счеты с вашим другом, он отменил бы это назначение. Да парню вообще Бастилия светила!

— И все-таки это не решает проблемы, — вздохнул Портос, — Я склонен думать, что там, за морем, он полезет в самую гущу.

— Вы не так хорошо знаете Бофора, дорогой Портос, — сказал Арамис, — Я больше общался с милым герцогом.

— Еще бы! — хмыкнул Портос, — Мы-то с гасконцем ловили герцога, а вы с Атосом помогли ему удрать!

— И то, что начальник Рауля — де Бофор, внушает некоторую надежду. Хотя, не скрою, положение очень серьезно. Рауль, он всегда лез в самую гущу…

— И вот что я придумал… Мне показалось, что меня осенила СЧАСТЛИВАЯ МЫСЛЬ, как, бывало, любил говорить наш дорогой Д'Артаньян. Правда, тогда я не знал, что Рауль уехал с Бофором… Вот послушайте — сегодня я писал это битый час… Мое Малое Завещание…

— Ну, прямо Франсуа Вийон! — усмехнулся дон Энрике. Он понимающе переглянулся с Арамисом. На тонких губах епископа промелькнула ласковая улыбка.

— Так вот что вы писали сегодня, мой друг, — промолвил Арамис. Портос достал из-за пазухи свой документ.

— Это мое Малое Завещание. Большое Завещание я напишу перед самым нашествием. Надо собраться с мыслями и перечислить всю мою недвижимость… Вы ведь поможете мне, Арамис, не так ли? Вы так ловко писали письма во время осады Ла-Рошели. Даже Атос тогда хвалил вас.

— Разумеется, дорогой Портос, — сказал Арамис мягко, — Конечно, я помогу вам отредактировать ваше завещание. Но вы хотели познакомить нас с вашим Малым Завещанием.

— Я очень скучаю по Франции, — сказал Портос печально, — Вспоминаю своих лошадей, собак, замки… Пьерфорн, Брасье, Валлон… У меня славные слуги — вы поможете потом с ними вопрос решить… я сейчас написал только о Мушкетоне… Мой верный Мушкетон отменный управляющий… Но все-таки мне тревожно за моих животных… Как-то они там без меня,… Поэтому я написал в первую очередь о животных… Рауль их всех знает, он не раз бывал у меня в гостях, знает их повадки. Ему можно доверить их.

Еще не были сказаны знаменитые слова великого соотечественника Потроса — "Ты в ответе за тех, кого приручил". Но Портос в семнадцатом веке произнес нечто подобное, только в более наивной форме.

— Я подумал, что если завещать Раулю моих лошадок, они окажутся в надежных руках, и Рауля отвлекут от его печальных мыслей.

— Хорошая идея, — сказал Арамис.

— Но Рауль уехал. И вот что я решил… Вы, как я понял, тоже в Алжир собираетесь, молодой человек?

— Да, — сказал дон Энрике.

— Тогда у меня будет к вам поручение. Вы уже знаете Рауля наглядно, отыскать его вам будет нетрудно. Он, кстати, прекрасно владеет испанским языком, и вы сможете говорить на вашем родном языке — если что-то секретное… Прочтите мое Малое Завещание. Я вручу его вам. Для порядка Арамис и вы можете заверить документ своими подписями. А потом мы составим с Арамисом Большое Завещание по всей форме, нотариально заверенное. Я ненавижу эту бумажную возню. Но надо торопиться. Прочтите и скажите, так ли я написал… Если что-то не так, помогите подредактировать, Арамис, вы же у нас такой образованный…

— Читайте сами, господин герцог, вы же Автор вашего Малого Завещания.[22]

Приводится в сокращенном виде. У Дюма уже "Большое Завещание".

"Я жил бездетным, и вероятно, у меня уже не будет детей, что приносит мне тяжкое огорчение. Впрочем, я ошибаюсь, ибо у меня все же есть сын, общий с остальными моими друзьями: это г-н Рауль-Огюст-Жюль де Бражелон, родной сын графа де Ла Фер. Этот юный сеньор кажется мне достойным наследником трех отважных дворян, другом и покорным слугой которых я пребываю".

Портос остановился.

— Читайте дальше, пожалуйста, — попросил Энрике.

Арамис опустил глаза при первой фразе Портоса, вспоминая своих юных Лонгвилей. А Портос вопросительно-наивно смотрел на редактора своего "Малого Завещания". Арамис сделал знаменитый мушкетерский жест одобрения, положив два пальца на стол. Энрике робко просмотрел на епископа. Епископ улыбнулся и кивнул. Энрике повторил тот же жест. Портос просиял и повторил жест Арамиса и Энрике.

"Вот почему я оставляю все мое имущество г-ну виконту Раулю-Огюсту-Жюлю де Бражелону, сыну графа де Ла Фер, чтобы утешить его в горе, которое, он по-видимому, переживает, и дать ему возможность с честью носить свое имя. Что касается движимого имущества, называемого так потому, что оно само не в состоянии двигаться, каковое разъяснение я получил от моего ученого друга, епископа ваннского…"

Портос опять посмотрел на друга. Арамис растроганно улыбнулся и попросил его продолжать. Энрике заметил, что черные глаза епископа увлажнились.

"…То оно состоит из двадцати верховых и упряжных лошадей, которые находятся в моем замке в Пьерфоне и носят клички: Баяр, Роланд, Шарлемань, Пипин, Дюнуа, Лагир, Самсон, Милон, Немврод, Уганда, Армида, Фальстрада, Далила, Ревека, Иоланта, Финетта, Гризетта, Лизетта и Мюзета"…

Когда Портос начал перечислять клички своих любимых лошадок, дон Энрике закусил губу, чтобы не расхохотаться. К счастью, Портос смотрел в документ и не видел, как Арамис погрозил пальцем юному рыцарю, и тот отвернулся, беззвучно смеясь. Впрочем, заметим, справедливости ради, сам Рауль, наезжая в гости в Пьерфон, тоже смеялся, а Портосу отвечал, делая невинные глаза, на вопрос: "Мой милый Рауль, что вас так рассмешило?" — "Да так, дорогой Портос, просто настроение хорошее"…

— Это еще не все, — сказал Портос, — Дальше у меня о собаках, винах и библиотеке… Так ли я написал? Нужно ли переписывать или что-то менять, Арамис, подскажите, вы же такой умный!

— Вы прекрасно написали, Портос. Ничего менять не надо. Прочтите все, что вы написали — до конца.

— А вы что скажете, рыцарь?

— Супер! — сказал дон Энрике.

… "Из шестидесяти собак, составляющих шесть свор, предназначенных, как сказано ниже: первая на оленя, вторая на волка, третья на вепря, четвертая на зайца и две последние для несения сторожевой службы, а также охраны"…

— Про кошек я не писал, — сказал Портос, — Но за ними присматривает Мушкетон, я уж им счет потерял… Славные зверюшки… ласковые, мягкие. Все бывало, ко мне в постель забирались.

— А примерно хотя бы, сколько у вас кошек? — спросил дон Энрике.

— Прикинуть, так штук пятьдесят. Но три были беременные, когда я уезжал. Сейчас, наверно, больше. Топить котят строго запрещено! Их все берут охотно — и соседи, и крестьяне. Чего зазря Божью тварь жизни лишать?

— И все пятьдесят кошек в вашей постели? — спросил Энрике со смехом.

— Ну что вы! Они на мельницах. В амбарах. Мышей ловят. Я спал с Изольдой и Марго. Они домашние. Одна белая, другая серая. Две прелестных кошки.

Энрике опять закусил губу: "Портос спал с Изольдой! Портос спал с Марго! Интересно, их длиннохвостых женихов не звали Тристан и Ла Моль?"

— А потом еще Диана приблудилась. Хорошая кошечка такая, рыженькая, пушистая, все урчала, когда я ей шейку щекотал.

— Читайте дальше, Портос, — попросил Арамис, — С кошками все уладится. При вашем обширном хозяйстве все кошки заняты делом.

… "Из военного и охотничьего оружия, собранного в моей оружейной зале;

Из анжуйских вин, собранных для Атоса, который их когда-то любил, из бургундских, шампанских, бордосских, а также испанских вин, находящихся в восьми подвалах и двадцати погребах различных моих домов.

Из моих картин и моих статуй, которые, как говорят, составляют большую ценность и достаточно многочисленны, чтобы утомить зрение.

Из моей библиотеки, насчитывающей шесть тысяч совершенно новых и никогда не раскрытых томов…

Из моего столового серебра, которое несколько поистерлось, но должно весить от тысячи до двух тысяч фунтов, так как я едва поднял сундук, в котором оно хранится и едва обошел комнату, неся его на спине"…

— Ого! — воскликнул дон Энрике, — Ну вы и силач, сударь![23]


— Я заканчиваю, — сказал Портос, — С мебелью, фермами, земельными участками у меня уже в голове путаница… Вы мне потом поможете, Арамис, и мы все это добавим в Большое Завещание. Я знаю, что Рауль любит книги, оружие, произведения искусства, вот и написал об этом в первую очередь. Черт возьми! Моя голубятня! Как же я забыл!

— Это Энрике передаст Раулю на словах. У Атоса есть голубятня в Бражелоне.

— Знаю, — сказал Портос, — Знаю. Мы гоняли моих голубей, когда Рауль у меня гостил. Эх! И попугаев забыл! Они у меня говорящие.

— Я расскажу про ваших попугаев, — пообещал Энрике.

— Там есть один… он ругается…неприличными словами. Дамам нельзя слышать. Я купил его у какого-то матроса. Клетку надо накрыть покрывалом. Тогда молчать будет.

— Не иначе с пиратского корабля, — сказал дон Энрике.

— Потому-то я и купил! Люблю диковинки!

— Господин Портос, вам для вашего зверинца только верблюдов не хватает.

У Портоса загорелись глаза.

— О, если бы совершить променад по Парижу на белых верблюдах! А что, друзья, чем черт не шутит! Может, так будет? Мы все после победы торжественно въедем в Париж на белых верблюдах, распевая нашу любимую песенку?

— Если будет на то воля Божья, — улыбнулся Энрике, — Даже если вам не суждено будет приехать к нам в Алжир, обещаю вам, что передам ваше Малое Завещание Раулю. И на словах — насчет голубей и попугаев. А белого верблюда мы с Раулем вам постараемся раздобыть. Чтобы вы, благородный Портос, совершили свой променад, поразив парижан своим великолепием!

— Сейчас, — сказал Портос, — Самый конец. О Мушкетоне. Мушкетон всегда очень любил Рауля. Думаю, они поладят.

"Сверх этого я завещаю г-ну виконту де Бражелону моего старого слугу и верного друга Мушкетона, и поручаю г-ну виконту де Бражелону вести себя по отношению к нему так, чтобы Мушкетон, умирая, мог объявить, что никогда не переставал быть счастливым".

— Ух! Все! — сказал Портос, — Как же я устал! Легче было камни таскать, здесь, на Бель-Иле.

Он вытер вспотевший лоб.

Арамис принес перо и чернильницу. Заверил Малое Завещание своей подписью. Протянул перо дону Энрике. Энрике расписался. Арамис поставил печать. Вручил документ рыцарю. Энрике взял Малое Завещание.

— А Большое Завещание мы сделаем, — сказал он Портосу, — Не тревожьтесь, я лучше вас знаю состояние ваших финансов и всю вашу недвижимость. Вы еще не забыли, что у меня есть тайная база недалеко от Виллье-Коттре.

— Да, дорогой друг, мне не обойтись без вашей помощи! Знаете, рыцарь, я судился из-за Пьерфорна с нуайонским епископом. И меня так достала эта тяжба, что я просто-напросто плюнул на всю эту судебную волокиту и купил Пьерфон. Не дворянское это дело — по судам таскаться! Чтоб черт унес всех этих окаянных судебных приставов!

— Воистину верно, — заметил дон Энрике, — Вы написали совершенно потрясающее Завещание! Господин Портос — сказать, что я восхищен — это ничего не сказать! Напишите Мемуары — если вы напишете их так, как этот документ, это будет шедевром! Но мне пора. Я и так задержался здесь.

— Мы вас проводим, — сказал Арамис.

* * *

Стоя на берегу, мушкетеры следили за маленьким суденышком, удалявшимся в сторону Большой Земли.

— Hasta la vista, caballero![24] — крикнули мушкетеры.

— Au revoir, mes amis![25] — отозвался рыцарь Мальтийского Ордена.


Содержание:
 0  Мистерия, именуемая Жизнь : Марина Алексеева  1  Глава 1. Посланец : Марина Алексеева
 2  Глава 2. Приглашение к путешествию : Марина Алексеева  3  Глава 3. Иезуит и иоаннит : Марина Алексеева
 4  Глава 4. Мальтийский вариант : Марина Алексеева  5  Глава 6. Плачущий рыцарь : Марина Алексеева
 6  Глава 7. Империя Арамиса : Марина Алексеева  7  Глава 8. Тактика Арамиса : Марина Алексеева
 8  Глава 9. Созвездие : Марина Алексеева  9  Глава 10. Последний довод рыцаря : Марина Алексеева
 10  вы читаете: Глава 11. Малое Завещание Портоса : Марина Алексеева  11  Использовалась литература : Мистерия, именуемая Жизнь



 




sitemap