Приключения : Исторические приключения : Глава 5 О том, как они приплыли в город гутов Висбю : Франц Бенгтссон

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  4  8  12  16  20  24  28  32  36  40  44  48  52  56  60  64  68  72  76  80  84  88  92  96  100  104  108  112  115  116  117  120  122  123

вы читаете книгу




Глава 5

О том, как они приплыли в город гутов Висбю

Улоф Летняя Птичка отправился к себе домой, чтобы собраться в путь и нанять для путешествия людей, — из тех, кого он знал в Халланде. А Орм, Токе и Харальд сын Орма отправились на побережье, чтобы присмотреть себе подходящий корабль. В самом устье реки они увидели один корабль, который как раз предназначался для продажи. Хозяин его состарился и решил продать драккар, чтобы дочерям его было приданое. Корабль был в хорошем состоянии, с двадцатью четырьмя парами весел, и такие ладьи считались отличными. Хотя Орм посчитал, что лучше бы он был побольше. Токе согласился с ним.

— Мы ведь покупаем его для знатных хёвдингов, — заметил он. — Так что все тридцать пар весел не помешали бы.

— Но на порогах, — сказал Харальд сын Орма, — где надо будет тянуть его волоком по суше, как сказал нам Улоф Летняя Птичка, — мы увидим, что он как раз тех размеров, которые нам нужны.

— Вот так всегда, Орм, — сказал Токе, — не только ты сам умен и удачлив, но и твои дети тоже.

— Худо, когда мужчину поучает его же собственный сын, — ответил Орм, — но пока я жив, так продолжаться не будет. Хотя на этот раз я должен признать, что мальчик прав. Тащить такую тяжесть будет посложнее, чем колокол Святого Иакова.

— Ну, тогда мы были молодыми, — сказал Токе, — а теперь мы знатные хёвдинги, и нам не придется самим впрягаться в ремни. Пусть этим займется молодежь, а мы будем идти рядом, заложив пальцы за пояс, и дивиться их малой силе. Но похоже, что именно такой корабль, как этот, как раз окажется им по силам.

После долгого торга Орм наконец купил себе драккар.

Вокруг устья реки лежали большие крестьянские дворы. Орм купил там быков, свиней, солода и договорился с крестьянами о цене на пиво, на убой скота и копчение. Ведь ему нужно было запастись едой и пивом на дорогу. Когда же он обнаружил, сколько серебра ему придется выложить за требуемое, то изумился. Огорчение его усилилось еще больше после того, как он нанял несколько парней сроком на год. Домой Орм возвращался недовольный, бормоча себе под нос, что это болгарское золото, пожалуй, пустит его по миру.

— Теперь я знаю, — сказал Харальд сын Орма, — что нужно очень много серебра, для того чтобы добыть золото.

— Хорошо сказано, — подхватил Токе, — и если дело пойдет так и дальше, то ты, мальчик, будешь таким же мудрым, как твой дед. От браслета Одина каждую среду отделяется новый браслет, говорят старики, — и теперь у него много браслетов. Но если бы у него не было самого первого браслета, то не было бы и остальных. Не считай себя викингом до тех пор, пока у тебя не будет достаточно серебра, да и для торговли мехами тоже надо иметь сперва денежки. Таков мой тебе совет. Только скальды могут заполучить богатство голыми руками. Но в этом случае они должны слагать висы лучше других, а это не так-то просто.

На обратном пути они завернули к Соне Ясновидящему, ибо Орм имел к нему дело.

Двор Соне был большим и просторным, и повсюду можно было наткнуться на его многочисленных сыновей и внуков. Сам Соне был уже очень дряхлым и все время мерз: он сидел в доме у огня и что-то бормотал себе под нос. Орм почтительно приветствовал его, и Соне узнал его и дружелюбно кивнул. Он хотел услышать от Орма последние новости и начал говорить о своем здоровье. Чувствует он себя послабее, чем прежде, но все равно жаловаться не приходится. Он рад, что сохранил свой разум в такие годы, сказал он. И голова у него будет посветлее, чем у других.

Некоторые из сыновей Соне вошли в дом, чтобы поздороваться с гостями и послушать, что они скажут. Это были крепкие парни самых разных возрастов. Когда они услышали, что говорит отец о своем рассудке, они закричали, что старик болтает глупости. От его ума, сказали они, не осталось ничего, кроме одного языка да пустословия. Соне рассердился и пригрозил им палкой, чтобы они умолкли.

— Они сами не знают, что говорят, — сказал он Орму. — Они решили, что мне хватило ума лишь на то, чтобы произвести их всех на свет, и теперь у меня в голове ничего не осталось. Но легко можно заметить, что это не так. Хотя иногда со мной бывает, что я путаю их имена или вообще забываю, как их зовут, а они злятся на меня за это. И все же имена — не самое главное, что надо запоминать.

— Я приехал к тебе и к твоим сыновьям по важному делу, — сказал ему Орм. — Я должен отправиться в длительное путешествие, на Восток, ибо на Руси меня поджидает сокровище. Корабль себе я уже купил. Но в таком путешествии мне нужны славные воины. Я часто слышал, что сыновья твои люди храбрые, и потому подумал, что хорошо было бы взять их с собой в плавание. Я щедро заплачу им, и если все окончится благополучно, то поделюсь с ними серебром, когда мы вернемся домой.

Соне обрадовался. Давно он уже не слышал новости лучше этой, сказал он. И он охотно отпустит с Ормом часть своих сыновей. Им нужно увидеть мир и набраться ума-разума. А кроме того, в доме будет не так тесно.

— Их у меня слишком много, и к старости я устал от них, — жаловался он. — Возьми с собой половину, и это пойдет на пользу нам обоим. Но только не трогай самых младших и самых старших. Хватит тебе десятка средних сыновей. Они никогда не плавали на корабле, но в бою это храбрые воины.

Некоторые из сыновей сразу же согласились на предложение Орма. Другие сперва подумали, а потом уже выразили свое согласие. Они слышали о том, что Орм убил сразу двух берсерков, и почитали в нем настоящего хёвдинга. Они совещались до самого вечера и в конце концов решили, что с Ормом отправятся одиннадцать из них. Они обещали быть готовыми уже к середине лета, когда Орм заедет за ними.

Токе был рад такой хорошей команде, ибо сыновья Соне были действительно славными воинами. Да и сам Орм радовался тому, что смог договориться с ними, и когда на следующее утро они отправились домой, он повеселел.

Едва они очутились дома, их огорошили печальной новостью: умер Аре. Тело его только что выловили из речки. Один Свартхёвди видел, как это случилось, и вот что он рассказал. Они вместе сидели на берегу, как обычно, и удили рыбу. Аре вел себя как всегда, только пару раз зачем-то погладил мальчика по голове и щеке. А потом он встал, трижды перекрестился, быстро вошел в воду и нырнул на дно, — там, где было глубоко. Больше он не появлялся, и Свартхёвди даже не успел броситься за ним. И только потом Рапп смог выловить его тело.

Оса слегла в постель и тоже хотела умереть. Орм сидел возле нее и утешал ее как мог. Такому, как Аре, жить было ужасно трудно, говорил он. И он очень хотел расстаться со своим изувеченным телом, после того как поведал нам о золоте.

— Бог вернет ему глаза, руку и язык, и он встретится наконец со своим сыном, — говорил Орм. — Ему так будет лучше.

Оса согласно кивала, но горе ее все равно было велико, и она провела в постели три дня. Похоронили Аре возле церкви, рядом с тем местом, где брат Виллибальд предал земле головы двух святых отцов, отрубленные Эстеном из Эрестада. А Оса выбрала себе место для могилы рядом с Аре: жить мне осталось недолго, говорила она.

Токе отправился к себе домой, чтобы готовиться к путешествию, и еще до Ивана Купалы они с Улофом Летней Птичкой приехали в Овсянку со своими людьми. Улофу пришлось устраивать свои многочисленные дела. Он щедро одарил двух жен и отправил их со двора, хотя одна из них долго противилась этому. Теперь для него больше не было препятствий, чтобы жениться на Людмиле, и он снова начал просить, чтобы свадьбу сыграли до отъезда на Восток. Но Орм стоял на своем и повторял, что думать о свадьбе пока рано.

— Она твоя невеста, — сказал он Улофу, — и тебе надо только немного потерпеть. Молодожен плохо подходит для долгого путешествия. Как договорились, так оно и будет. Сперва вернемся с золотом, а потом ты получишь в награду мою дочь. Никогда не бывает так, что сначала платят, а потом просят о помощи.

Улоф Летняя Птичка был разумным человеком, и он не мог не согласиться с Ормом. И ему оставалось только ходить вокруг Людмилы и вздыхать, так что все посмеивались над ним. Едва девушка приближалась к нему, как у него менялся голос и он с трудом мог дышать. Он и сам признавался, что такого с ним еще не бывало. Людмила и сама была бы рада сыграть поскорее свадьбу, но она видела, что Орма ей не уговорить. И они с Улофом решили, что не надо им падать духом, раз они все равно поженятся.

До своего отъезда Орм распорядился, как будет вестись хозяйство. Рапп останется дома и будет присматривать за всем, несмотря на то, что он был недоволен и тоже хотел отправиться за золотом. Вместе с Раппом на дворе оставалось достаточно людей для того, чтобы вести хозяйство и защищать усадьбу в случае нападения. Но главной в доме будет Ильва, и без ее разрешения ничего не должно происходить. Харальд тоже останется в Овсянке, ибо Орм не хотел подвергать опасностям предстоящего путешествия своего первенца, да к тому же и сам Харальд на выказывал особого желания ехать вместе с отцом. А вот Ульфа Весельчака брали с собой. В конце концов Свартхёвди тоже упросил отца с матерью отпустить его в путешествие. Не раз пришлось Ильве проливать слезы из-за упрямства Свартхёвди, и она не представляла себе, что будет делать тринадцатилетний мальчик среди взрослых воинов на корабле. Но ничто не помогало. Сын пригрозил, что убежит из дома и уплывет на каком-нибудь чужом корабле, если его не отпустят с отцом, и Ульф Весельчак пообещал, что будет заботиться о Свартхёвди больше, чем о себе самом. Однако сам Свартхёвди считал, что этого не требуется, и обещал, в свою очередь, быть разумным. Тем не менее он все же проговорился, что будет сражаться с теми плохими людьми, которые выкалывают другим глаза, если ему посчастливится встретиться с таковыми. У мальчика были свой меч и копье, и он ощущал себя настоящим воином. Орм был рад, что сын его будет вместе с ним, хотя и не показывал своей радости перед Ильвой.

Брат Виллибальд произнес перед путешественниками большую проповедь и благословил их. Токе, Улоф Летняя Птичка и другие язычники из их свиты тоже присутствовали на проповеди, и все они были единодушны в том, что после благословения священника у них прямо сил прибавилось. Многие из них подошли потом к священнику и попросили благословить отдельно их мечи.

Женщины плакали при расставании, да и среди отъезжающих некоторые тоже взгрустнули. Но большинство все же радовалось предстоящему путешествию и пообещали оставшимся привезти богатые подарки. Орм был доволен, что едет в сопровождении таких знатных и уважаемых людей.

Прежде всего направились к Соне Ясновидящему, чтобы захватить его сыновей. Старик сидел на лавочке у дома и грелся на солнышке. Он позвал одиннадцать из своих сыновей, которые должны были отправиться вместе с Ормом, и простился с каждым в отдельности. Один за другим они подходили к отцу, и он внимательно смотрел на них, называя всех по именам, и ни разу не ошибся. Когда он простился со всеми, он вдруг умолк, смотря прямо перед собой. Потом по телу его пробежала дрожь, он откинул голову к стене и закрыл глаза. Сыновья его заволновались, перешептываясь боязливо между собой: «Он видит! Он видит!» Через некоторое время Соне снова открыл глаза и в удивлении посмотрел вокруг, словно он пробудился после долгого сна. И снова пришел в себя и кивнул своим сыновьям, сказав, что теперь они могут ехать.

— Что ты видел? — начали спрашивать они.

— Вашу судьбу, — ответил он.

— Мы вернемся домой? — жадно начали расспрашивать они.

— Назад вернутся семеро.

— А остальные четверо?

— Они останутся.

Все одиннадцать окружили своего отца и принялись упрашивать, чтобы он открыл им, кто эти четверо.

— Если им суждено умереть, то пусть уж они лучше останутся дома.

Но старик лишь печально улыбнулся им в ответ.

— Как часто вы говорите глупости, — сказал он им. — Я ведь видел небесных прях и их пряжу, и нити четырех из вас скоро уже оборвутся. И никто не сделает их длиннее, чем вам суждено. Четверо из вас скоро умрут, где бы они ни находились. Так что знайте это.

Он покачал головой и снова задумался. А потом сказал:

— Человеку вовсе не радостно созерцать этих прях, и мало кто из смертных видит их. Но меня посещают эти видения, хотя сам я охотно бы избежал их. Я вижу только руки небесных прях, но лиц их я никогда не видел.

И снова он умолк. Потом взглянул на своих сыновей и сказал:

— А теперь ступайте. Семеро из вас вернуться обратно. Этого достаточно.

Сыновья покорно умолкли: они словно испытывали робость перед своим отцом, и то же самое ощущали Орм и его люди. И когда они уже отправились в путь, сыновья Соне все еще продолжали сетовать на своего отца и его причуды.

— Я сам охотно спросил бы его о том, что меня ждет, но не осмелился, — сказал Токе.

— И у меня была такая мысль, — подхватил Улоф Летняя Птичка, — но я побоялся узнать правду.

— Может, все это ерунда, — сказал Орм, — хотя надо признать, что и наша старуха дома тоже иногда бывает ясновидящей.

— Только тот, кто не знает нашего отца, может сказать, что это ерунда, — сказал один из сыновей Соне. — Всегда случается именно так, как он говорит. Но тем самым он делает нам только хуже, сам того не подозревая.

— Мне показалось, что он понимает гораздо больше других, — сказал Токе. — Но все же пусть для вас будет утешением, что семеро вернутся домой живыми и невредимыми.

— Это верно, — мрачно сказал другой. — Но кто именно из нас? Теперь мы не успокоимся до тех пор, пока не увидим, что четверо из нас уже погибли.

— Вот тогда-то вы действительно порадуетесь, — сказал Орм. Но сыновья Соне буркнули что-то невнятное ему в ответ. Добравшись наконец до своего корабля и отослав назад лошадей,

Орм принялся красить голову дракона. Ведь для того, чтобы кораблю сопутствовала удача, голова дракона должна быть ярко-красного цвета, как кровь. Они уложили груз в трюм, и все заняли свои места на корабле. Вначале Орм возражал против того, чтобы принести в жертву козла перед отплытием. Но все принялись уговаривать его, и он в конце концов сдался.

— Ты можешь быть христианином, — сказал ему Токе, — но на море надо держаться старых обычаев. Если же ты не соблюдешь все, как подобает, то в самом глубоком месте пойдешь ко дну.

Орму пришлось признать, что в этом есть доля правды, хотя он и увидел, что стоимость козла окажется сверх остальных расходов, на которые он пошел еще до того, как началось само путешествие.

Итак, все были готовы к отплытию. И после того, как кровь жертвенного козла обагрила собою нос корабля, они тронулись в путь. Стояла прекрасная погода, и дул попутный ветер. Токе еще с юных лет была известна дорога к Готланду, и он взялся вести корабль прямо к стране гутов, к Висбю. Дальше им придется нанимать себе опытного штурмана, ибо таких среди гутов немало.

Орму и Токе радостно было сознавать, что они снова вышли в море, и они позабыли о всех своих печалях и заботах, которые остались на берегу. Когда вдали замаячил Листер, Токе подумал, что у любого торговца мехами слишком уж много хлопот, но все они улетучились на морских просторах, и он чувствовал себя таким же беззаботным, как во время плавания с Кроком.

— Сам не понимаю, почему я так долго сидел на суше, — сказал он. — Нет ничего лучше корабля со славной командой на боргу. Конечно, хорошо сидеть себе на берегу и ничего не бояться. Но дальние путешествия, в предвкушении богатой добычи, с запахом моря, — это лучшая доля, какую только может пожелать себе человек. И только это исцелит его от старости и скуки. Странно, что мы так долго сидели по домам, хотя нам известны все прелести морских походов и мы чувствуем себя гораздо лучше на корабле, когда перед нами — все богатства мира.

— Возможно, — сказал Орм, — многие считают, что лучше состариться на суше, чем искать в море смерти.

— Как странно пахнет море, — недовольно произнес Свартхёвди. — Мне совсем не нравятся эти запахи.

— Это с непривычки. Ты не разобрался, что к чему, — ответил ему Орм. — Правда, морской запах не такой, как на западе. Здесь и море более зеленое от соли, и запахи сильные. Но на это жаловаться не приходится.

Свартхёвди ничего не ответил отцу: он страдал от морской болезни. Вначале он испугался, но потом заметил, что и другие, с непривычки к морю, перевесились через борт. То один, то другой жалобно просил, чтобы корабль причалил к берегу, пока все они не умерли.

Но Орм и Токе считали, что все идет хорошо.

— Бедняги, вы скоро привыкнете к качке, — говорил Орм. — Однажды в жизни и мне пришлось испытать это.

— Взгляни на сыновей Соне, — проговорил Токе. — Они теперь и думать забыли о предсказаниях своего отца. Да, человеку с суши трудно понять, как хорошо в море. Счастье, что они висят за бортом с наветренной стороны, иначе бы повздорили друг с другом. Хотя вряд ли их радует это. В плавании одного ума недостаточно: нужна еще и привычка.

— Со временем и они приобретут ее, — сказал на это Орм. — Если бы сейчас был штиль, то им пришлось бы взяться за весла, а это суровое испытание для новичков. Тогда бы они с жалостью вспомнили о том времени, когда беззаботно висели за бортом, не утруждая себя греблей.

— Лучше будет, если мы поставим Улофа следить за гребцами, — сказал Токе. — Там нужен такой человек, который бы привык повелевать.

— Может, он и привык повелевать, — сказал Орм, — но ему может повредить его мягкость. Ведь это занятие не из легких, и хуже всего, когда гребцы — свободные люди, которых нельзя бить кнутом.

— Все равно это его приободрит, — сказал Токе. — А то он все думает о тех, кого оставил на берегу. И я хорошо его понимаю.

Улоф Летняя Птичка был не в духе. Он лег и задремал, не вступая в разговор с остальными. Но через некоторое время он проговорил, что не понимает, что с ним такое творится: то ли это морская болезнь, то ли любовная тоска, и он хотел бы знать, собирается корабль пристать к берегу или нет. Орм и Токе решили, что это было бы неразумно, когда дует попутный ветер и небо чистое.

— Люди, непривычные к морю, чего доброго, испугаются трудностей путешествия и ночью удерут от нас, — сказал Токе. — На берегу они легко сделают это. Когда же мы пристанем к Готланду, им будет уже лучше, и тогда они смело сойдут на землю.

Улоф Летняя Птичка тяжко вздохнул и ничего не ответил.

— А тем самым мы сбережем много запасов, — сказал Орм, — которые они съедят на берегу, а потом все равно выплюнут за борт.

В этом он был прав. Продолжал дуть попутный ветер, и пока они шли к Готланду, лишь половина команды принимала пищу. Свартхёвди быстро пришел в себя, а Ульф Весельчак и вовсе спокойно переносил морскую качку. Им доставило большую радость слушать, как их нахваливают, пока они уплетали за обе щеки, а другие с бледными лицами за ними наблюдали. Когда же они вошли в более спокойные воды, приближаясь к Готланду, морская болезнь вновь скрутила команду Орма, и тот никогда еще не видел, чтобы люди так долго обходились без пищи.

— Им не позавидуешь, — сказал он, — но может, теперь-то они уже привыкнут к морю.

В гавани Висбю стояло так много кораблей, что Орм сперва засомневался, стоит ли ему заходить туда. Он снял с носа своего корабля дракона и вывесил щит мира, так что они беспрепятственно пристали к берегу. Город Висбю был шумный, большой, и им навстречу попадалось много викингов и богатых купцов. Людям Орма было на что посмотреть. В городе встречались дома, построенные целиком из камня. Другие здания предназначались только для того, чтобы сидеть в них и пить пиво. Город был столь богат, что по улицам его расхаживали веселые шлюхи, с серьгами из чистого золота в ушах, и презрительно смеялись над тем, у кого не было с собой серебра. Но больше всего в этом городе их поразило другое. Они увидели там человека из страны саксов, который целый день напролет занимался тем, что брил бороды богачам. За свою работу он получал от них медную монетку, невзирая на то, что до крови царапал им подбородки. Люди Орма решили, что подобное занятие — это самое удивительное из всего, что они видели или слышали.

Улоф Летняя Птичка повеселел, едва сошел на берег, и вместе с Ормом они подыскали себе знающего путь морехода. На корабле осталось совсем немного людей, ибо большинство из них решили проветриться на берегу. Токе остался сторожить корабль.

— Пиво у гутов такое славное, — сказал он, — что я однажды, в свои молодые годы, убил человека под пьяную руку. Тогда мне пришлось спасаться из города бегством. У гутов хорошая память, и боюсь, меня узнают, прежде чем мы выполним свои важные дела. Поэтому лучше мне остаться на корабле. И вы будьте поосторожнее, ибо они не потерпят чужестранцев, которые причиняют им неприятности.

Орм и Улоф вернулись на корабль с новым человеком. Это был низенький, седеющий викинг по имени Споф. Он не раз бывал на Востоке и хорошо знал все морские и речные пути, но он попросил показать ему прежде корабль, и только потом обещал дать свое согласие.

Он был немногословен и остался доволен осмотром. Напоследок он попросил угостить его пивом, которое было на корабле. Это пиво было сварено для Орма в устье реки, и оно всем пришлось по вкусу. Споф отведал пиво и задумался.

— Так это ваше пиво? — сказал он.

— Оно тебе не нравится? — спросил Орм.

— Для путешествия оно хорошо, — сказал Споф. — И мне оно пришлось по вкусу. А что, команда твоя — люди мирные? Готовы ли они потрудиться, довольствуясь малым?

— Что значит малым? — сказал ему Орм. — Да они вряд ли будут довольны многим, когда их перестанет мутить. Выбирал я их не за миролюбивый нрав. Что же касается тяжелой работы, то они любят ее не больше других.

Споф задумчиво кивнул.

— Так я и думал, — сказал он. — Мы дойдем до порогов в разгар летней жары, и если ты хочешь, чтобы в пути все было хорошо, ты должен запастись пивом получше этого.

— Он говорит правду, — сказал Улоф Летняя Птичка.

— Пивом получше? — сказали Орм и Токе в один голос.

— Мы, гуты, — сказал Споф, — чаще других плаваем по рекам на Руси. И мы знаем самые далекие пути, ведущие за пределы этой страны. Только наши корабли добираются туда. И мы берем с собой в плавание много пива. Это пиво лучшего сорта, оно придает силы и бодрит, и наши люди пьют его перед тем, как переправляться через пороги. В самом же плавании они его не пьют. Так у нас, гутов, заведено: вот почему наше пиво — лучше всех, и от него все наше богатство.

— Насколько я понимаю, — сказал Орм, — это пиво задешево не купишь.

— Да, оно гораздо дороже, чем в других местах, — сказал Споф. — Но оно стоит того, ибо без него никто до Гардарики не доберется.

— И сколько же нам нужно такого пива? — спросил Орм.

— Дай-ка подумать, — сказал Споф. — Двадцатичетырехвесельный корабль, значит, это шестьдесят шесть человек, и плывем мы до Киева. Это семь незначительных переправ, и еще длинная и трудная переправа на реке Днепр. Должно, наверное, хватить пять больших бочек, не меньше.

— Да, на Запад плыть гораздо дешевле, — сказал на это Орм.

И когда пиво было закуплено и Споф получил половину своего жалования, Орм почувствовал еще большее облегчение. Правда, подсчитав то серебро, которое у него осталось, он недовольно буркнул себе под нос, что до Киева он доберется, наверное, совсем нищим, с посохом в руках, а корабль и оружие придется по дороге туда заложить гутам.

— И все же мне кажется, что ты, Споф, человек надежный и рассудительный, — сказал он. — И мне не придется раскаиваться в том, что я взял тебя на свой корабль.

— Что же, и я, и пиво стоят того, чтобы заплатить за них дорого, — спокойно ответил Споф.

Три дня они стояли в Висбю, и Споф приказал команде смастерить устойчивые люльки для пивных бочек. Пиво занимало много места на корабле, но люди готовы были терпеть неудобства, после того как попробовали это пиво на суше. В первый же день многие пропили в городе свое серебро и выпрашивали у Орма жалование. Но ничего из этого не вышло. Тогда некоторые решили обменять на пиво свои кожаные куртки, а другие — шлемы. Когда же гуты не согласились на такой обмен, вспыхнула ссора, и гуты пожаловали на корабль Орма требовать возмещения убытков. Полдня сидели с ними Орм и Улоф Летняя Птичка, пока сумма убытков не снизилась наполовину. Но и тогда деньги все равно оказались большими. После этого случая Орм уже не отпускал своих людей на берег, заставляя их прежде оставить на корабле оружие.

Сыновья Соне были людьми небедными и исправно напивались на берегу, но потом туговато соображали, что делают. На второй же день все десять вернулись на корабль, неся одиннадцатого, который был уже при смерти. Они предупреждали его, сказали они, но он не послушался: он подкрался к молодой женщине, которая работала в огороде за домиком, пропалывая капусту, и повалил ее. Но тут из дома выскочила старуха и стукнула его мотыгой прямо по голове. И они уже ничего не могли поделать.

Токе осмотрел раненого и пришел к выводу, что жить тому осталось недолго. Той же ночью он умер, и браться похоронили его, выпив за его удачное плавание в царство мертвых.

— Такова уж его судьба, — говорили они. — Старик знает, что говорит.

И хотя они горевали по убитому и поминали его только добрым словом, все же было заметно, что они почувствовали некоторое облегчение. Ибо отныне, говорили они друг другу, несчастливцев среди нас осталось только трое.

На следующее утро корабль отчалил от города и взял курс на север, под командованием Спофа. Орм обмолвился, что у него есть одна-единственная мечта: только бы не заходить больше в такой дорогой город, как Висбю на Готланде.


Содержание:
 0  Рыжий Орм : Франц Бенгтссон  1  j1.html
 4  Глава 2 Об отплытии Крока и о том, как Орм отправился в свое первое путешествие : Франц Бенгтссон  8  Глава 6 Об иудее Соломине и владычице Субайде и о том, как Орм получил меч Синий Язык : Франц Бенгтссон
 12  Глава 10 О том, как Орм лишился своего ожерелья : Франц Бенгтссон  16  Глава 1 О битве при Мэлдоне и о том, что случилось после : Франц Бенгтссон
 20  ЧАСТЬ 1 ДОЛГОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ : Франц Бенгтссон  24  Глава 5 О том, как Кракова удача дважды переменилась, а Орм сделался левшой : Франц Бенгтссон
 28  Глава 9 О том, как праздновали Йоль у короля Харальда Синезубого : Франц Бенгтссон  32  Глава 1 О бонде Тосте и его домочадцах : Франц Бенгтссон
 36  Глава 5 О том, как Кракова удача дважды переменилась, а Орм сделался левшой : Франц Бенгтссон  40  Глава 9 О том, как праздновали Йоль у короля Харальда Синезубого : Франц Бенгтссон
 44  ЧАСТЬ 2 В СТРАНЕ КОРОЛЯ ЭТЕЛЬРЕДА : Франц Бенгтссон  48  Глава 1 О битве при Мэлдоне и о том, что случилось после : Франц Бенгтссон
 52  ПУТЕШЕСТВИЕ НА ВОСТОК : Франц Бенгтссон  56  Глава 4 О том, как Орм проповедовал перед торговцем солью : Франц Бенгтссон
 60  Глава 8 О втором грехе магистра и о том, какое он понес наказание : Франц Бенгтссон  64  Глава 12 О тинге у камня Крака : Франц Бенгтссон
 68  Глава 3 История о болгарском золоте : Франц Бенгтссон  72  Глава 7 О том, что случилось у днепровских порогов : Франц Бенгтссон
 76  Глава 11 О том, как славно поохотились псы Орма : Франц Бенгтссон  80  Глава 4 О том, как Орм проповедовал перед торговцем солью : Франц Бенгтссон
 84  Глава 8 О втором грехе магистра и о том, какое он понес наказание : Франц Бенгтссон  88  Глава 12 О тинге у камня Крака : Франц Бенгтссон
 92  Глава 4 О том, как Орм проповедовал перед торговцем солью : Франц Бенгтссон  96  Глава 8 О втором грехе магистра и о том, какое он понес наказание : Франц Бенгтссон
 100  Глава 12 О тинге у камня Крака : Франц Бенгтссон  104  Глава 4 О том, как было решено отправиться за золотом : Франц Бенгтссон
 108  Глава 8 О том, как Орм освободил Свартхёвди и встретил старого друга : Франц Бенгтссон  112  Глава 1 О конце мира и о том, как подрастали дети Орма : Франц Бенгтссон
 115  Глава 4 О том, как было решено отправиться за золотом : Франц Бенгтссон  116  вы читаете: Глава 5 О том, как они приплыли в город гутов Висбю : Франц Бенгтссон
 117  Глава 6 О том, как путешественники доплыли до Днепра : Франц Бенгтссон  120  Глава 9 О возвращении домой и о том, как Улоф Летняя Птичка пообещал креститься : Франц Бенгтссон
 122  Глава 11 О том, как славно поохотились псы Орма : Франц Бенгтссон  123  Использовалась литература : Рыжий Орм



 




sitemap  
+79199453202 даю кредиты под 5% годовых, спросить Сергея или Романа.

Грузоперевозки
ремонт автомобилей
Лечение