Приключения : Исторические приключения : XIV ПРЕДСТАВЛЕНИЕ. : Жерар Де Нерваль

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29

вы читаете книгу




XIV

ПРЕДСТАВЛЕНИЕ.


«Благодаря сатане, сегодня я увижу исполнение моей надежды».

В одной из комнат первого этажа этого разукрашенного гербами, убранного арабесками и окруженного балкончиками замка, в комнате, роскошь которой соответствовала внешним украшениям, отдыхал на восточном диване молодой человек в задумчивой позе, облокотившись на подушку. Он с грустью смотрел на удивительной красоты молодую женщину, спавшую в креслах, в нескольких шагах от него. Эта женщина подвергалась смертной опасности страшной мести, между тем как счастливый любовник, для которого она жертвовала веем, в эту минуту испытывал по отношению к ней лишь то, что ощущает каждый мужчина, хотя бы даже Дон-Жуан, в присутствии истинно-прекрасного создания, тело которого – целая поэма для чувственности.

Мысли мечтателя витали теперь среди развалин дома Кони, черноватая масса которого едва виднелась на далекой вершине, а старая башня выделялись на светло-голубом небе, словно сероватое облачко.

Красоте молодого человека особую привлекательность придавала тихая и мягкая печаль, которая сказывалась на его обыкновенно улыбающемся лице. Всегда скептик в любви, в настоящую минуту он находился под обаянием мечты, вызванной воспоминанием об исчезнувшей действительности.

Борода и волосы у него были не причесаны. Обыкновенно столь заботливый относительно своей особы, не терпевший ни малейшего беспорядка в своей одежде и вообще внешности, теперь он не обратил внимания на свой туалет.

Его высокий лоб, большие сине-серые глаза, с необыкновенно кротким выражением, почти не встречающимся у гордых сынов запада, производили неотразимое впечатление на женщин, которым он изменял совершенно спокойно, убежденный, что любовь – не что иное, как азартная игра, в которой выигрыш приходится на долю самого смелого и самого непостоянного. У него перебывало много любовниц, но он никогда еще не любил.

В его гибком стане, в его безупречном телосложении было много грации, силы и пылкости. Но в данную минуту грация была вялой, сила утомилась, только пылкость терзала его, в его мечтаниях, при мучительной мысли, что его дорогая Мариета теперь в объятиях сурового солдата, которому он уступал ее только затем, чтобы с большим удобством отнять.

В первый раз в жизни Людовик Орлеанский ревновал, значит, он любил или был близок к этому.

Само собой разумеется, что эту любовь нельзя сравнивать с любовью Абеляра к Элоизе, хотя ученый и стоял гораздо ниже своей возлюбленной, но между ненасытной Изабеллой Баварской и чересчур сентиментальной Маргаритой Гено, образ кающейся Мариеты сохранял или вновь получал прелесть целомудрия и принц жаждал обладать ею, как бы снова впервые.

Герцог Орлеанский, выдавая Мариету замуж за Обера ле Фламена лишь для того, чтобы спасти честь и дать имя ее будущему ребенку, был далек от мысли расстаться с ней надолго, хотя бы даже на один день. Приказав своему сенешалу похитить ее, он рассчитывал оставить ее для одного себя, очень хорошо зная, какие принять меры, чтобы в случае надобности устранить экс-капитана своих стрелков от его супружеского крова.

Но вооруженное сопротивление Обера, поражение стрелков, из коих пятеро опасно ранены и, наконец, в довершение всего, бегство Мариеты – совершенно испортили его планы.

Маргарита все сказала ему, по крайней мере думала, что сказала все, не поскупясь при этом на горькие упреки. На упреки влюбленной женщины он отвечал ласками, а сентиментальные женщины всегда легковерны. Маргарита успокоилась под его поцелуями и уснула, убаюканная его доводами, а Людовик все валялся в меланхолическом настроении, когда вдруг точно молния промелькнула у него в голове: кажется сенешал готовит какой-то сюрприз. Чуть ли даже он не обещал музыку?

Легкомысленный человек очнулся от своей задумчивости и разбудил Маргариту. Она показалась ему прелестной, и, упившись ее глазами, он опять оттеснил в самый отдаленный уголок своего сердца образ Мариеты де Кони. Герцогиня закуталась длинным покрывалом, и скоро затем любовники, неосторожные, как все высокопоставленные люди, вошли в банкетную, теперь обращенную в зрительную залу.

Публика, состоявшая из 12-15 человек, приветствовала их восклицаниями, и заиграла музыка.

Для XV столетия, эта была музыка довольно сносная. Она послужила прелюдией: Адская пасть растворилась и оттуда вышел странно одетый мальчик.

– Это пролог! – заметил сенешал.

– Недурен! – ответил герцог. Присутствующие выразили свое удовольствие единодушным восклицанием: «Ах»!

Дверь кабинета растворилась, высунулись головы монаха и Мариеты, которых нельзя было видеть, так как зрители сидели к ним спиной.

– Вы знаете, кто эта женщина? – взглядом спросил монах.

– Нет, – отвечала движением головы Мариета.

Madame де Кони поспешила спрятаться, монах же остался и пролог начался.

Пролог жонглера в аду.

«Вельможи, воины, вассалы!
Чудес услышите не мало,
Когда сейчас
Внимательно прослушаете нас.
Сам Люцифер сию минуту,
Благодаря фигляру-плуту,
Сюда придет.
Потом, наоборот,
К нам ангел спустится небесный
И, фокус выкинув чудесный,
Его, как липку, обдерет
И проведет.
А жонглер, говорят,
К сатане в самый ад
Чрез раскрытые двери
Вступил.
Он, когда еще жил
Между нами, то был
И бродяга,
И плут,
И ленивец,
И мошенник,
И лжец,
Нечестивец,
В картах шулер и вор.
О позор! Может быть, наконец,
Но, признаюсь вам в том,
Что во всем остальном
Был он честен кругом.
– «Приходи, милый мой!»
Сатана закричал,
Я давно уж скучал,
Дай обняться с тобой,
Дорогой!
Есть работа у нас:
Вишь – огонь то погас
Под котлом,
Ты раздуй-ка живей:
Души грешных людей
Варят в нем,
Я ж на землю лечу,
Прогуляться хочу.
Но смотри, не зевай!
Грешных душ из котла не пускай
Если ж ты хоть одну потеряешь,
То… надеюсь, меня понимаешь,
А покуда – прощай!
Господа! Мы кончаем вступленье
Начинаем свое представленье».

Пасть адова снова раскрылась, чтобы пропустить мальчика. Публика много аплодировала.

– Боже правый! – сказал герцог, – я в этом знаю толк, это прелестная вещь. Кому обязаны мы такими прекрасными стихами?

– Я полагаю, поэту Кретену, автору королевских песен.

– Этан Кретен великий поэт!

Пасть адова снова разверзлась теперь уже во всю ширь и в ней показалось царство сатаны, с котлом грешников посредине. Жонглер поддерживал огонь под котлом, из которого поминутно появлялись головы и тотчас же исчезали в клубах пара.

Присутствующие содрогнулись от ужаса, вспомнив, что такая мука ожидала каждого грешника, не получившего от церкви отпущения в момент разлучения души с телом.

Затем начался следующий диалог:


Душа.


Горю, горю!


Жонглер.


Ну что-ж? Ведь надобно признаться,

Ты для того и здесь. Зачем же волноваться?

(Бьет ее лопатой. Ангел спускается с небес).

А это кто еще?


Ангел.


Здорово, милый мой!

Ба! ба! Что вижу я? Вы ль это предо мной?

При жизни славились игрой своей чудесной в кости.


Жонглер.


Вы хвалите меня… Мне это слышать лестно.


Ангел.


Вся адская теперь поразбрелась семья.

Что время нам терять? Сыграть не прочь бы я.

(Указывает ему на стол с костями).


Жонглер.


Эх! Горе – денег нет!


Ангел.


Ах, полно, не смешите! Их много у меня.


Жонглер.


Ну, если вы хотите

Сыграть сейчас со мной – рубашку ставлю я.

Нет у меня теперь ни денег, ни белья.


Ангел.


Да ставьте пять-шесть душ!

Что с ними вам скупиться?

Ведь мертвые они: не стоит и чиниться.


Жонглер.


Ах, нет! Никак нельзя!.. Хозяин этих мест

За душу каждую меня живьем заест,

Живой иль мертвый я.


Ангел.


Ну, это ль не обидно!

А я-то захватил с собой куш солидный!

Чтоб проигрыш вам свой червонцами платить.


Жонглер.


А не фальшивые?..


Ангел.


Верней не могут быть,

Послушайте их звон.

(Стучит червонцем по котлу).


Жонглер.


О, как оно сверкает! Я просто ослеплен!


Ангел.


Ну, кто же начинает?

За пару ваших душ – десяток золотых.


Жонглер.


Одну поставлю я.


Ангел.


Чего жалеть то их? (Дает ему кости).

Однако начинайте!


Жонглер.


Червонцы выставляйте. (Мечет кости).


Ангел.


Однако, вам везет! Скорее сосчитайте!

Три, два и пять – всего лишь десять выпало вот.


Жонглер.


У вас четырнадцать… проклятие костям!

Ну, две души!.. (Игра продолжается).


Ангел.


Шесть, три, четыре – ну, тринадцать,

А я – четыре, шесть и шесть, всего шестнадцать.


Жонглер.


Проклятье!.. Десять душ я ставлю в этот раз.


Ангел.


Не слишком много ли? Предупреждаю вас.


Жонглер.


Четверка, тройка, туз…

Что сделалось со мной? (Продолжает метать кости).


Ангел.


Скажите, куманек, компанией какой

Наполнен ваш котел? Что за души у вас?


Жонглер.


Народ порядочный, – скажу я без прикрас.

Вас, разумеется, не стану уверять я,

Что души эти все безгрешны без изъятья.

Вы сами знаете: безгрешен только Бог.

Еще пока одно я в них заметить мог:

Народ откормленный…

Тут жирные аббаты,

Купцы, каноники (вот эти скуповаты),

Вельможи знатные, но всех не перечтешь

И… да бросайте же!


Ангел.


Шесть, пять и два… ну что же?

Тремя лишь более… Я счастливо играю

И с вас тринадцать душ за это получаю.


Жонглер.


Клянуся Римом я и праведных мощами,

Мне нынче не везет с проклятыми костями.


Ангел.


Ну что ж? Еще разок, чтоб проигрыш вернуть

Достаточно лишь раз с удачею метнуть.


Жонглер


Ну, ставлю пятьдесят!

Сам дьявол искушает

И не подумает, что этим мне мешает!

Ведь для него же я вот скоро час тружусь…

Родителем моим несчастным я клянусь,

Что выиграю я… Ну, у меня двенадцать.


Ангел


Опять я ставку взял – ведь у меня семнадцать.


Жонглер


Нет, с вами, вижу я, немыслимо играть,

Удвою ставку я…


Ангел


Чтоб снова проиграть…

Да, удивительно мне повезло с игрою!..


Жонглер


Мой ангел, шулер вы, и я от вас не скрою,

Что небожителю такое ремесло

Не слишком то к лицу!..


Ангел


Кому не повезло

В игре на интерес, тот часто обвиняет

Партнера в том, что он не чисто с ним играет.


Жонглер


Поговори еще!

Попробуй, прикоснись

Хотя рукой к котлу…

Эй, лучше не берись. (Указывает на котел).


Ангел


А почему б не так? (Прикасается к котлу).


Жонглер


Ну погоди ж! Узнаешь

Ты скоро у меня, с кем ты теперь играешь.

Я крылья все тебе сейчас же ощипаю!..

Мошенничать в игре?.. Нет, я не потерплю!..


При этих словах он кидается на ангела, который, улетая, опрокидывает крылом котел. В ту же минуту, оттуда выскакивает множество народа всевозможного ранга и в разнообразных костюмах. Все они разбегаются из Адовой пасти, рассыпаются между зрителями и громко хохочут над проделкой, жертвой которой стал жонглер.

Сенешал смеется громче всех и восклицает:

– Вот как! Души разбежались!

Герцог несколько раз повторил:

– Славное нравоучение!

Каждый из присутствующих вставил словечко по поводу представления. Наконец, молчание снова водворилось, жонглер опять вошел в роль:


Жонглер


Ну, нечего сказать, дела мои плачевны,

Клянуся смертью я!.. О Люцифере гневном

Подумать страшно мне…

Но, Боже, он идет!.. Скорее спрятаться!..

Ведь он меня убьет!

(Соскакивает в зал. Входит Сатана).


Сатана


Фу, мочи нет, – устал! Пот так и льется градом…

Но, что я вижу тут? Что сталося вдруг с адом?


Раздался оглушительный хохот: превосходно загримированная фигура актера выражала полнейший столбняк.

Людовик Орлеанский, забыв любовницу, обычную гордость, собственное достоинство, хохотал держась за бока и дразнил короля шутов, совершенно неузнаваемого по его искусству одеваться и менять голос.

– Ого-го! Сатана, ловко вас провели! Вся ваша кухня пошла к черту… Ай, ай, ай, к черту! Скорее надо сказать к Богу; ха-ха-ха!

– Ох, ох, – хохотал сенешал, придерживая живот обеими руками, точно боясь, чтобы он не лопнул.

– Хи-хи-хи! – хихикали стрелки и прислуга, и метр Гонен мог видеть, как качалась от смеха вся его аудитория под впечатлением его фарса.

Хохот раздался еще сильнее, когда Сатана в сильном раздражении обратился к публике:

– Чего вы там хохочете, чего вы копошитесь, как куча мошек в солнечном луче? Клянусь головой и рогами, разве уж я так смешон? Скажу же вам только одно: я и вправду Сатана! Я хочу получить свои души обратно. Эй, ко мне! Голова, кровь!

При этом сатанинском заклинании, перепуганные души продвинулись к зрителям, крича:

– Помилосердуйте!

Зрители, войдя в роль покровителей и продолжая смеяться, протягивали руки бедным душам, которые, трепеща, хватались каждая за ближайшего соседа, подобно тому как плющ цепляется за молодой вяз.

Сатана, казалось, серьезно вошел в роль, со всем ее трагизмом, и крикнул громовым голосом:

– Я всех вас держу в своей власти, слышите ли? Теперь настала моя очередь смеяться. Я сейчас выпущу из земли легион чертей, которые унесут вас.

Дрожь пробежала по собранию. В разных углах послышались восклицания:

– Что такое он говорит?.. Да это в пьесе?.. Да нет же!.. Нет, так… У меня каждая жилка колотится.

Толстый сенешал кричал:

– Он пьян, негодяй! Рибле и Гумберт ревели:

– Ты, кажется, глотку передрал, краснобай.

Людовик Орлеанский, как бы для того, чтобы успокоить герцогиню, обнимал ее и говорил, смеясь:

– Друзья мои, это фарс, просто шутовское представление (sotie), конец вам все объяснит.

Сатана продолжал еще более громовым голосом:

– Эй, товарищи! Берите, хватайте, вяжите души и бейте, если станут сопротивляться.

При первом же крике: «берите» руки защитников, протянутые к бедным душам, оказались моментально связанными и стянутыми. Тем, кто пробовал сопротивляться, демоны пригрозили оружием, спрятанным у них под одеждой.

Во время этой сумятицы, монах, сидевший в кабинете, выскочил оттуда, бросился к герцогине Неверской, приподнял ей вуаль, узнал и вскрикнул таким зычным голосом, что этот крик ясно выделился среди общего гама, потом поднял кулак к потолку, точно хотел пробить его, как будто призывая в свидетели само небо, и опять вошел в кабинет.

Внезапное нападение фигляров было проделано так ловко, как будто его долго репетировали; все защитники замка в одно мгновение были перевязаны.

Метр Гонен, как и сам не раз этим хвастался, вербовал своих людей между самыми низменными подонками общества: тут были отчаянная голь, бродяги, воры, всякие оборванцы, – народ отчаянный, которому терять было нечего, издавна привыкший ко всяким плутням, а в случае надобности пускавший в ход ножи.

Гонен встретил между ними несколько натур выдающихся, но загубленных феодальной системой. Он образовал из них труппу актеров годных для своего времени; скорее гаеров, чем комедиантов, истых жонглеров, соединявших с гибкостью тела искусство покрывать себя фиктивными ранами, корчить калек и, в особенности, ловко обрезать кошельки и сумки для сбора милостыни.

Гонен собрал их, и сказал:

– Долой старые привычки и нищету! Иерусалим, создавший нам нищенствующего сына Божия, теперь посылает нам братство св. Страстей Господних, чтобы представлять мистерии на папертях церквей. Присоединимся к этой благочестивой труппе, оставив для себя храм языческий, рядом с храмом христианским.

С этих пор была создана труппа Бесшабашных (Enfants sans sonsy). Наравне с трубадурами, труверами, повествователями легенд, певцами баллад, бардами Севера и бардами Юга, перед Бесшабашными замки, дворцы и города растворяли ворота свои. Казалось невозможным и чуть не святотатством отказываться от их представлений.

Вот почему так легко было устроить ловушку в замке де Боте.


Содержание:
 0  Король шутов : Жерар Де Нерваль  1  II ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОВЕТ. : Жерар Де Нерваль
 2  ИЗАБЕЛЛА БАВАРСКАЯ. : Жерар Де Нерваль  3  IV МАРИЕТА Д'АНГИЕН. : Жерар Де Нерваль
 4  V НЕВЕР И ОРЛЕАН. : Жерар Де Нерваль  5  VI МАСКАРАД. : Жерар Де Нерваль
 6  VII СУМАСШЕСТВИЕ КОРОЛЯ. : Жерар Де Нерваль  7  VIII СТАРЫЙ ДОМ. : Жерар Де Нерваль
 8  IX ПРАВО СЮЗЕРЕНА. : Жерар Де Нерваль  9  X МЕТР ГОНЕН. : Жерар Де Нерваль
 10  XI МАРГАРИТА ДЕ ГЕНО. : Жерар Де Нерваль  11  XII КОЗЛИНЫЙ РОГ. : Жерар Де Нерваль
 12  XIII ЧЛЕН СВЯТОГО БРАТСТВА. : Жерар Де Нерваль  13  вы читаете: XIV ПРЕДСТАВЛЕНИЕ. : Жерар Де Нерваль
 14  XV ОРГИЯ. : Жерар Де Нерваль  15  XVI ЧЕРНЫЙ МОНАХ. : Жерар Де Нерваль
 16  XVII ОБЕР ЛЕ ФЛАМЕН. : Жерар Де Нерваль  17  XVIII РЫНОК (LES HALLES) : Жерар Де Нерваль
 18  XIX ЛОБНОЕ МЕСТО. : Жерар Де Нерваль  19  XX ЖАН МАЛЫЙ. : Жерар Де Нерваль
 20  XXI БУРГУНДИЯ И ОРЛЕАН. : Жерар Де Нерваль  21  XXII ПАРИЖСКИЙ НАРОД И ГЕРЦОГ ОРЛЕАНСКИЙ. : Жерар Де Нерваль
 22  XXIII РИШАР И ЖАКОБ. : Жерар Де Нерваль  23  XXIV ПАЖ. : Жерар Де Нерваль
 24  XXV БАЛЛАДА. : Жерар Де Нерваль  25  XXVI ДОЛИНА ЛЮБВИ (LE VAL D'AMOUR). : Жерар Де Нерваль
 26  XXVII БАСТАРД. : Жерар Де Нерваль  27  XXVIII КАРТЫ. : Жерар Де Нерваль
 28  XXIX КОРОЛЬ. : Жерар Де Нерваль  29  XXX АНДАЛУЗИАНКА. : Жерар Де Нерваль



 




sitemap