Приключения : Исторические приключения : XXIV НОВЫЙ ПРИКАЗ : Александр Дюма

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49

вы читаете книгу




XXIV

НОВЫЙ ПРИКАЗ

Кадудаля сразу же узнали, а в Морбиане не нашлось бы ни одного человека, который осмелился бы поднять на него руку или не выполнить его приказа.

Потому разбойник, бывший правой рукой главаря, отпустил детей и приблизился к Кадудалю.

— Какие будут приказания, генерал?

— Прежде всего развяжите этих несчастных. Разбойники тут же освободили от пут фермера и его жену. Женщина без сил рухнула в кресло и крепко обняла своих детей. Жак Долей встал, подошел к Кадудалю и пожал ему руку.

— Что теперь? — спросил оставшийся за главного.

— Мне сказали, — начал Кадудаль, — что у вас три шайки.

— Да, генерал.

— Кто посмел собрать вас и заставил заниматься этим гнусным промыслом?

— Приехал человек из Парижа, заверил нас, что не пройдет и месяца, как вы будете с нами, и приказал действовать от вашего имени.

— Шуаны — это я понимаю, но поджариватели — нет! Разве я когда-нибудь занимался чем-то подобным?

— Нам даже велели выбрать главарем того, кто похож на вас как две капли воды, и называть его Жоржем Вторым, чтобы все уверились, что вы с нами. Как быть, как нам искупить нашу вину?

— Вы поверили, что я могу стать во главе такой банды, как ваша. В этом ваша вина, и ее ничем не искупить. Немедленно передайте двум остальным шайкам: прекратить насилие и разойтись по домам. Затем предупредите всех бывших командиров, а главное Гийемо и Соль де Гризоля, чтобы они снова взялись за оружие и были готовы возобновить борьбу. И пусть никто без моего приказа не делает ни шагу и уж тем более не сдается властям.

Разбойники молча покинули дом фермера.

Жак Долей и его жена навели порядок в шкафах: разложили по полкам белье, засунули в ящики серебро. Через полчаса и следа не осталось от происшедшего.

Догадка г-жи Долей была верна: ее муж заранее приготовился к нападению, спрятав ценности и кошель с золотом, в котором было около двенадцати тысяч франков. Бретонский крестьянин исключительно недоверчив и, возможно, предусмотрителен более всех на свете. Несмотря на обещание Кадудаля, Жак решил, что дело может плохо обернуться и потому надо попытаться самому сохранить как можно больше добра.

Разыскали Жана и его жену и, оттащив подальше труп Жоржа Второго, заперли ворота. Кадудаль, который с самого утра ничего не ел, ужинал так спокойно, как будто ничего не случилось, затем, отказавшись от кровати, предложенной ему фермером, отправился на сеновал и до рассвета проспал на свежем сене.

Едва взошло солнце, как явился Соль де Гризоль, бывший адъютант генерала. Он жил в Орее, то есть в двух с половиной лье от Плескопа. Один из разбойников, желая угодить Кадудалю, первым делом отправил^ к нему и передал приказ генерала. И Соль де Гризоль не стал медлить, хотя был до крайности удивлен, так как полагал, что Кадудаль в Лондоне.

Кадудаль рассказал ему все и показал следы огня и крови на полу. Он понял, что полиция подготовила заговор, дабы обвинить его в нарушении договора с Бонапартом. А раз так, то отныне его руки развязаны, он может действовать, как сочтет нужным, и хочет, чтобы все это понимали.

Прежде всего он решил написать самому Бонапарту, что считает себя вправе вернуть свое слово, что он не причастен к делам поджаривателей, доказательством чего послужит то, что он любой ценой с ними покончит. И так как он не может объявить ему войну как суверен суверену, поскольку такую войну Кадудаль вести не в состоянии, то он объявляет Бонапарту месть по-корсикански. И именно Соль де Гризоль обязан объявить первому консулу вендетту.

Соль де Гризоль согласился не раздумывая, ибо принадлежал к породе людей, которые не отступают ни на шаг, если верят в правильность избранного пути.

Затем Кадудаль велел ему найти Лорана и передать тому, чтобы он вновь созвал всех Соратников Иегу. Сам же Кадудаль немедленно возвращается в Лондон, чтобы чуть позже выехать в Париж для исполнения всех своих планов.

Дав указания Соль де Гризолю, Кадудаль попросил прощения у хозяев фермы за то, что превратил их дом в театральные подмостки, на которых разыгралась столь ужасная сцена, попрощался с ними, сел на лошадь и выехал к берегу океана, где между Эрдевеном и Карнаком неспешно курсировало рыбацкое судно. Одновременно с ним Соль де Гризоль отправился в Ван.

Кадудаль поднялся на борт без всяких помех, так же спокойно, как и высадился.

Через три дня Соль де Гризоль был уже в Париже. Он сразу же обратился к первому консулу с просьбой выдать ему охранный лист и встретиться с ним по делу чрезвычайной важности.

Первый консул направил к нему в гостиницу Дюрока. Но Соль де Гризоль, извинившись, как подобает благородному человеку, заявил, что только генералу Бонапарту лично он может повторить то, что поручил ему генерал Кадудаль.

Дюрок ушел, но вскоре вернулся за Соль де Гризолем.

Бонапарт был настроен по отношению к Кадудалю крайне враждебно. Не дав Соль де Гризолю вымолвить ни слова, он заявил:

— Вот как, значит, ваш генерал держит свое слово. Он уверяет, что уехал в Лондон, а сам остается в Морбиане, организует банды и вместе с ними занимается промыслом поджаривателей, грабит всех подряд, без разбора, справа и слева. Я отдал приказ, предупредив всех, что если его поймают, то пусть расстреляют без суда, как разбойника. Только не говорите мне, что ложь все, что написано в «Журналь де Пари» и докладывает мне полиция. Впрочем, его видели и опознали свидетели.

— Позволит ли мне первый консул в двух словах доказать невиновность моего друга?

Бонапарт пожал плечами, и Соль де Гризоль продолжил:

— Но если через пять минут вы признаете, что ваши газеты и полицейские отчеты ошибаются, а я говорю правду, что тогда?

— Я скажу… Я скажу, что Ренье — болван, только и всего.

— Так слушайте, генерал. Кадудаль был в Лондоне, когда ему попался на глаза номер «Журналь де Пари», в котором утверждалось, что он не покидал Францию и организовал банды в Морбиане. Он тут же сел на рыбацкое судно и приехал во Францию, на полуостров Киберон. Спрятавшись на ферме, на которую той же ночью должны были напасть поджариватели, он вышел из своего убежища в тот момент, когда главарь банды, присвоивший его имя, собирался подвергнуть хозяев фермы пыткам. Фермера зовут Жак Долей. Его ферма находится в Плескопе. Кадудаль подошел прямо к этому главарю и вышиб ему мозги со словами: «Ложь, Кадудаль — это я». Он просил меня передать вам, генерал, что это вы или, по меньшей мере, ваша полиция хотели обесчестить его имя, поставив по главе банд поджаривателей человека его роста, его телосложения, в общем, человека, которого можно было выдать за него. Он отомстил этому человеку, убив его на глазах сообщников и изгнав всех с захваченной фермы, хотя он был один, а их — двадцать.

— Все, что вы тут рассказываете, совершенно невероятно.

— Я видел труп, а вот показания двух фермеров, — Соль де Гризоль положил перед первым консулом протокол показаний, подписанный господином и госпожой Долей. — И с этой секунды он возвращает вам ваше слово и забирает назад свое. Он не может объявить вам войну, поскольку вы отняли у него все средства для обороны, он объявляет вам корсиканскую вендетту — войну вашей родины. Остерегайтесь! Он уже настороже!

— Гражданин, — вскричал Дюрок, — да вы понимаете, с кем говорите?

— Я говорю с человеком, который дал нам свое слово и получил наше, он был связан этим словом и не имел права нарушать его, так же, как и мы.

— Он прав, Дюрок, — признал Бонапарт. — Остается убедиться, правду ли он говорит.

— Генерал, когда бретонец дает слово!.. — взорвался Соль де Гризоль.

— Бретонец может обманываться или быть обманутым. Дюрок, приведите ко мне Фуше.

Десять минут спустя Фуше был в кабинете первого консула. Увидев его, Бонапарт начал издалека:

— Господин Фуше, где Кадудаль?

Фуше рассмеялся.

— Я мог бы ответить вам, что не знаю.

— Как так?

— А так. Я ведь не министр полиции.

— О, вы прекрасно знаете, что вы им были и будете.

— In patribus[72], значит.

— Мне не до шуток. Впрочем, как хотите, пусть in patribus. Но я сохранил вам ваше жалованье, у вас те же агенты, и вы отвечаете мне за все так, как если бы продолжали быть министром полиции фактически. Я задал вопрос: где Кадудаль?

— В данный момент он на пути в Лондон.

— Значит, он покидал Англию?

— Да.

— Зачем?

— Чтобы прикончить главаря банды, который присвоил себе его имя.

— И он убил его?

— На глазах двадцати его сообщников на ферме в Плескопе. Но вот же господин, — Фуше указал на Соль де Гризоля, — который может доложить вам обо всем, поскольку он почти присутствовал при этом событии. Насколько я понимаю, Плескоп — в двух с половиной лье от Орея.

— Как? Вы все это знали и не предупредили меня?

— Это дело господина Ренье, префекта полиции, он должен держать вас в курсе, а я — так, частное лицо, простой сенатор.

— Не зря говорят, — воскликнул Бонапарт, — что порядочные люди ничего не понимают в вашем ремесле!

— Спасибо, генерал, — нарочито бесстрастно ответил Фуше.

— Да будет вам! Не надо делать вид, что вам больше всего на свете хочется сойти за честного человека. Клянусь, на вашем месте я бы помолчал. Вы свободны, господин Соль де Гризоль. Как мужчина и как корсиканец я согласен на вендетту, которую объявил мне Кадудаль. Пусть он остерегается, я уже настороже. Но если его схватят, пощады не будет.

— Именно этого он и хотел, — с поклоном произнес бретонец и вышел, оставив Бонапарта наедине с Фуше.

— Вы слышали, господин Фуше: вендетта объявлена, ваше дело — оберегать меня.

— Сделайте меня опять министром полиции, и я буду вас охранять.

— Вы дурак, господин Фуше, хотя сами мните себя очень умным. Чем меньше вы будете министром полиции, по крайней мере, с виду, тем легче вам будет меня защищать, ибо никто не будет принимать вас всерьез. Кроме того, не прошло и двух месяцев, как я ликвидировал министерство полиции, я не могу восстановить его без повода. Избавьте меня от опасности — и я исполню вашу заветную мечту. А пока я открываю вам кредит на пятьсот тысяч франков из моих секретных фондов. Впивайтесь в него зубами, рвите когтями, а когда он кончится, скажете. Но самое главное: я не хочу, чтобы с Кадудалем случилось какое-нибудь несчастье, он нужен мне живым!

— Мы постараемся, но для этого он должен вернуться во Францию.

— О, будьте покойны, он вернется! Жду ваших сообщений.

Фуше откланялся, бросился со всех ног к карете и, скорее влетев в нее, чем войдя, крикнул:

— Быстро в особняк.

Добравшись до дома, он приказал:

— Пусть разыщут господина Дюбуа, и пусть он по возможности приведет с собой своего лучшего агента, Виктора.

Через полчаса они оба стояли перед Фуше.

Хотя г-н Дюбуа поступил в распоряжение нового префекта, он остался верен Фуше, но отнюдь не из принципиальных соображений, а из корысти: он прекрасно понимал, что Фуше ненадолго впал в немилость и что это не человек, а судьба, судьбу же вокруг пальца не обведешь.

Итак, он и еще трое-четверо самых опытных агентов остались на службе у Фуше и являлись к нему по первому зову.

Когда Дюбуа и агент Виктор вошли в кабинет настоящего министра полиции, они увидели на камине три груды золотых монет.

Агент Виктор, которому Дюбуа не дал времени переодеться, был похож на человека из простонародья.

— Мы не хотели терять ни минуты, — сказал Дюбуа, — и я привел вам одного из самых надежных людей в том виде, в каком застал его, когда получил ваш приказ.

Фуше молча подошел к агенту и принялся пристально его разглядывать своими косыми глазами.

— Черт возьми! — выругался он. — Дюбуа, это совсем не то, что мне нужно.

— А что вам нужно, гражданин Фуше?

— Мне нужно проследить за одним бретонцем, возможно, в Германии и наверняка в Англии. Мне нужен человек хорошо воспитанный, который сможет ходить за ним в кафе, клубы и даже в салоны. Мне нужен джентльмен, а вы привели убогого лиможца[73].

— У-у, — протянул агент, — такое не про нас. Кафе, клубы, салоны — это, извиняйте, не по нашей части. Вы мне подайте трактиры, народные танцульки, кабаре. Вот это по мне.

Дюбуа вытаращил глаза, но агент подал ему знак молчать. И Дюбуа понял.

— Не теряя ни секунды, вы пришлете мне человека, который сможет пойти на вечеринку к самому регенту[74]. Я дам ему все инструкции. — Фуше взял с камина два луи и протянул их агенту Виктору. — Возьмите, друг мой, вот вам за беспокойство. Если вы мне понадобитесь для работы в народе, я вас позову. Но прошу вас, ни слова о нашей встрече.

— Ни слова, — промолвил агент с тем же лиможским акцентом. — Вы меня зовете, ни о чем не просите и даете два луи за молчание. Нет ничего проще.

— Хорошо, хорошо, иди, мой мальчик, иди!

Дюбуа и агент снова сели в экипаж и уехали. Фуше нервничал из-за вынужденного ожидания, но он понял, что сам виноват, поскольку плохо объяснил, какого сорта человек ему нужен.

Как ни странно, но прождал он совсем недолго. Уже через четверть часа ему доложили, что пришел тот, кого он ждет.

— Я же приказал немедленно впустить сто, — раздраженно крикнул Фуше. — Пусть войдет!

— Я уже здесь, гражданин, — ловко, как настоящий светский лев, поклонился ему безукоризненно одетый молодой человек лет двадцати шести, с черными волосами и живыми умными глазами. — Я не терял ни секунды, и вот я здесь!

Фуше взглянул на него сквозь лорнет.

— В добрый час! — воскликнул он. — Вот это уже лучше.

И Фуше молча продолжил осмотр.

— Вы знаете, в чем ваша задача? — наконец спросил он.

— Да! Нужно проследить за подозрительным гражданином, поехать за ним в Германию, может быть, в Англию, нет ничего проще, ведь я говорю по-немецки, как немец, и по-английски, как англичанин. Нельзя ни на мгновение упустить его из виду. Так что остается или показать мне его, или мне самому его увидеть хотя бы раз, или сказать мне, где он и кто он.

— Его зовут Соль де Гризоль, он адъютант Кадудаля, живет на улице Луа, гостиница «Юните». Возможно, он уже уехал, в этом случае вам надо узнать, по какой дороге он поехал, догнать его и не спускать с него глаз. Я хочу знать о каждом его шаге. — Фуше сгреб две груды монет с камина и передал их молодому человеку.

Тот принял их рукой в безукоризненной перчатке и сунул в карман, не пересчитывая.

— Теперь, — поинтересовался молодой щеголь, — я, наверное, должен вернуть вам те два луи, что вы дали лиможцу?

— Как это? — не понял Фуше. — Какие два лун?

— А которые вы давеча мне дали.

— Так это я вам их дал?

— Да, и вот доказательство — эти монеты.

— Тогда, — сказал Фуше, — третья кучка монет тоже ваша, но получите ее после, как вознаграждение. Идите, не теряете времени, и чтобы к вечеру я получил от вас первые сведения.

И они распрощались, одинаково довольные друг другом.

Вечером Фуше получил первое донесение:

«Я снял в гостинице «Юните» на улице Луа номер по соседству с номером гражданина Соль де Гризоля. С балкона, на который выходят наши четыре окна, я рассмотрел его комнату: один диван, удобный для разговоров, стоит прямо у перегородки, разделяющей наши номера. Я проделал в ней крохотное отверстие, которое никто не заметит, зато мне позволит все видеть и слышать. Гражданин Соль де Гризоль, не найдя того, кого он искал в гостинице «Монблан», будет ждать его до двух часов ночи. Он предупредил хозяина, что поздно вечером ему нанесет визит один из его друзей.

Я буду третьим на их встрече, но они об этом не догадаются.

Лиможец.

P.S. Следующее донесение — завтра с утра».

На следующий день на рассвете Фуше разбудили, передав ему документ следующего содержания:

«Друг, которого ждал гражданин Соль де Гризоль, — не кто иной, как всем известный Лоран, прозванный Красавцем Лораном, главарь Соратников Иегу. Адъютант Кадудаля передал ему приказ генерала напомнить всем членам этой компании об их клятве. В ближайшую субботу они намерены возобновить свои действия и остановить дилижанс в Вернонском лесу, на дороге между Руаном и Парижем. Того, кто нарушит клятву, ждет смерть.

Гражданин Соль де Гризоль в десять часов утра выезжает в Германию, я еду за ним. Мы проедем через Страсбург и далее, если я правильно понял, в Эттенгейм, резиденцию герцога Энгиенского.

Лиможец».

Эти два донесения как два солнечных луча осветили шахматную доску Фуше. С их помощью министр полиции in patribus ясно видел все, что происходило на шахматной доске Кадудаля. Угроза вендетты со стороны генерала не была пустыми словами. Его посланник проездом через Париж поднял на ноги Соратников Иегу, которых генерал распустил лишь условно, и, не теряя времени, прямым ходом отправился к герцогу Энгиенскому. Кадудаль давно устал от бесконечных колебаний графа д'Артуа и его сына — единственных принцев, с которыми он поддерживал отношения. Они постоянно обещали ему не только людей и деньги, но и свою высокую протекцию, но никогда обещаний не сдерживали. Поэтому Кадудаль решил обратиться к последнему представителю воинственного рода Конде и узнать, не окажет ли он помощь не только на словах, но и на деле.

Раскинув свои сети, Фуше стал ждать, как паук в углу своей паутины.

И только жандармерия Анделиса и Вернона получила приказ и днем и ночью держать лошадей наготове.


Содержание:
 0  Шевалье де Сент-Эрмин. Том 1 Le Chevalier de Sainte-Hermine : Александр Дюма  1  ПОТЕРЯННОЕ ЗАВЕЩАНИЕ : Александр Дюма
 2  I ДОЛГИ ЖОЗЕФИНЫ : Александр Дюма  3  II КАК ВЫШЛО, ЧТО ДОЛГИ ЖОЗЕФИНЫ ОПЛАТИЛ ВОЛЬНЫЙ ГОРОД ГАМБУРГ : Александр Дюма
 4  III СОРАТНИКИ ИЕГУ : Александр Дюма  5  IV СЫН МЕЛЬНИКА ИЗ ЛЯ ГЁРШ : Александр Дюма
 6  V МЫШЕЛОВКА : Александр Дюма  7  VI БИТВА СТА : Александр Дюма
 8  VII БЕЛЫЕ И СИНИЕ : Александр Дюма  9  VIII ВСТРЕЧА : Александр Дюма
 10  IX ДВА БОЕВЫХ ТОВАРИЩА : Александр Дюма  11  X ДВЕ ЖЕНСКИЕ ГОЛОВКИ : Александр Дюма
 12  XI БАЛ У ГОСПОЖИ ДЕ ПЕРМОН : Александр Дюма  13  XII МЕНУЭТ КОРОЛЕВЫ : Александр Дюма
 14  XIII ТРОЕ ДЕ СЕНТ-ЭРМИН. ОТЕЦ : Александр Дюма  15  XIV ЛЕОН ДЕ СЕНТ-ЭРМИН : Александр Дюма
 16  XV ШАРЛЬ ДЕ СЕНТ-ЭРМИН (1) : Александр Дюма  17  XVI МАДЕМУАЗЕЛЬ ДЕ ФАРГАС : Александр Дюма
 18  XVII СЕЙЗЕРИАТСКИЕ ПЕЩЕРЫ : Александр Дюма  19  XVIII ШАРЛЬ ДЕ СЕНТ-ЭРМИН (2) : Александр Дюма
 20  XIX ОКОНЧАНИЕ РАССКАЗА ГЕКТОРА : Александр Дюма  21  XX ФУШЕ : Александр Дюма
 22  XXI ФУШЕ ДЕЙСТВУЕТ, ДАБЫ ОСТАТЬСЯ В МИНИСТЕРСТВЕ ПОЛИЦИИ, ИЗ КОТОРОГО ОН ЕЩЕ НЕ УШЕЛ : Александр Дюма  23  j23.html
 24  XXIII ПОДЖАРИВАТЕЛИ : Александр Дюма  25  вы читаете: XXIV НОВЫЙ ПРИКАЗ : Александр Дюма
 26  XXV ГЕРЦОГ ЭНГИЕНСКИЙ (1) : Александр Дюма  27  XXVI В ВЕРНОНСКОМ ЛЕСУ : Александр Дюма
 28  XXVII АДСКАЯ МАШИНА : Александр Дюма  29  XXVIII НАСТОЯЩИЕ ПРЕСТУПНИКИ : Александр Дюма
 30  XXIX КОРОЛЬ ЛЮДОВИК ПАРМСКИЙ : Александр Дюма  31  XXX ЮПИТЕР НА ОЛИМПЕ : Александр Дюма
 32  XXXI ВОЙНА : Александр Дюма  33  XXXII АГЕНТУРА ГРАЖДАНИНА РЕНЬЕ И АГЕНТУРА ГРАЖДАНИНА ФУШЕ : Александр Дюма
 34  ΧΧΧIIΙ НАПРАСНАЯ ЗАСАДА : Александр Дюма  35  XXXIV ОТКРОВЕНИЯ САМОУБИЙЦЫ : Александр Дюма
 36  XXXV АРЕСТЫ : Александр Дюма  37  XXXVI ЖОРЖ : Александр Дюма
 38  XXXVII ГЕРЦОГ ЭНГИЕНСКИЙ (2) : Александр Дюма  39  XXXVIII ШАТОБРИАН : Александр Дюма
 40  XXXIX ПОСОЛЬСТВО В РИМЕ : Александр Дюма  41  XL РЕШЕНИЕ : Александр Дюма
 42  XLI СКОРБНЫЙ ПУТЬ : Александр Дюма  43  XLII САМОУБИЙСТВО : Александр Дюма
 44  ХLIII СУД : Александр Дюма  45  XLV ТРИБУНАЛ : Александр Дюма
 46  XLVI ПРИГОВОР : Александр Дюма  47  XLVII КАЗНЬ : Александр Дюма
 48  XLVIII ПОСЛЕ ТРЕХ ЛЕТ ТЮРЬМЫ : Александр Дюма  49  Использовалась литература : Шевалье де Сент-Эрмин. Том 1 Le Chevalier de Sainte-Hermine



 




sitemap