Приключения : Исторические приключения : 6. НИЗКОЕ ОКНО : Поль Феваль

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  3  5  6  7  9  12  15  18  21  24  27  30  33  36  39  42  45  48  51  54  57  60  63  66  69  72  75  78  81  84  87  90  93  96  99  102  105  108  111  114  116  117

вы читаете книгу




6. НИЗКОЕ ОКНО

Ночь обещала быть темной. Мрачный силуэт замка Келюс смутно рисовался на фоне неба.

— Богом живым заклинаю вас, шевалье, — промолвил Плюмаж, когда Лагардер застегнул пряжку пояса со шпагой, — отбросьте ложную гордость. Согласитесь на нашу помощь в этом бою, который явно будет неравным.

Лагардер пожал плечами. Галунье сзади тронул его за Руку.

— Не могу ли я быть полезным, — изрядно зардевшись, промямлил он, — в вашем галантном предприятии?

«Практическая мораль», основываясь на мнении некоего древнегреческого философа, утверждает, что ежели человек способен краснеть, значит он добродетелен. Брат Галунье заливался краской сверх всякой меры, однако начисто был лишен добродетели.

— Черт побери, друзья! — возмутился Лагардер. — Я привык улаживать свои дела сам, и вы прекрасно это знаете.

А вот, кстати, и наша смуглянка. Выпьем на прощанье, и убирайтесь отсюда. Это единственная услуга, которой я прошу у вас.

Волонтеры направились к коновязи, но виртуозы шпаги не шелохнулись. Плюмаж отвел Лагардера в сторону.

— Провалиться мне на этом месте, шевалье, — смущенно начал он, — я с радостью дам себя убить за вас, как пес, но…

— Что еще за «но»?

— Вы же понимаете, у каждого свое ремесло. Мы не можем уйти отсюда.

— Да? Почему же?

— Потому что мы тоже кое-кого тут ждем.

— Вот как? И кто же этот «кое-кто»?

— Не гневайтесь, но это Филипп де Невер. Лагардер вздрогнул.

— Ах, вот что… — протянул он. — А почему вы ждете здесь господина де Невера?

— По поручению одного достойного дворянина. Плюмаж не успел договорить. Лагардер, как клещами, сжал его запястье.

— Засада! — вскричал он. — И ты посмел мне в этом признаться!

— Я хочу заметить… — начал было брат Галунье.

— Молчать, негодяй! Я запрещаю вам — вы поняли? — запрещаю даже пальцем касаться Невера, иначе вы будете иметь дело со мной! Невер принадлежит мне. Если ему суждено умереть, он умрет от моей руки в честном бою. Но не от вашей… пока я жив!

Лагардер выпрямился во весь рост. Надо отметить, что в гневе голос у него не дрожал, а становился еще звонче. Наемные убийцы в нерешительности переминались вокруг него.

— Так вот почему вы просили показать удар Невера, — протянул он, — и я… Карриг!

Тот немедленно подошел вместе со своими людьми, которые держали под уздцы навьюченных фуражом лошадей.

— Позор! — объявил Лагардер. — Позор, что мы пили с такими людьми!

— О, это слишком сурово! — вздохнул Галунье, и глаза его увлажнились.

Плюмаж-младший мысленно ругался, повторяя все известные ему проклятия, которые родились на земле двух плодороднейших в этом смысле провинций — Гаскони и Прованса.

— По коням и в галоп! — скомандовал Лагардер волонтерам. — Мне никто не нужен, чтобы разобраться с этими мерзавцами.

Карриг и его люди, уже отведавшие рапир учителей фехтования; с удовольствием подчинились, решив, что куда приятнее дышать свежим воздухом где-нибудь подальше от этого места.

— А вы — вон отсюда, да поживей! — продолжал Лагардер. — А не то я вам преподам еще один урок фехтования, только поосновательней!

С этими словами он обнажил шпагу. Плюмаж и Галунье вынудили отступить сотоварищей, которые, видя свое численное превосходство, выказали поползновение взбунтоваться.

— Чем нам плохо, — уговаривал их Галунье, — ежели ему невтерпеж сделать за нас нашу работу?

Да, немного сыщется нормандцев, которые были бы столь же сильны в логике, как брат Галунье.

Короче, наемные убийцы согласились удалиться.

Правда, в это время шпага Лагардера со свистом рассекала воздух.

— Ризы Господни! — буркнул Плюмаж, открывавший ретираду. — Только не подумайте, шевалье, что мы испугались, мы просто уступаем вам место.

— Чтобы сделать вам приятное, — добавил Галунье. — Прощайте.

— Пошли к черту! — бросил Лагардер, повернувшись к ним спиной.

Фуражиры ускакали, наемные убийцы растаяли в темноте за оградой кабачка, и никто из них не подумал заплатить. Правда, брат Галунье на ходу запечатлел два нежных поцелуя на ланитах толстухи, когда та потребовала денег за выпитое.

Расплатился за все Лагардер.

— Красавица, — велел он, — закрой все ставни и задвинь засовы. В вашем доме все должны спать, как убитые, что бы ни произошло этой ночью во рву. Эти дела вас не касаются.

Толстуха в точности исполнила его совет.

Ночь была темная, безлунная и беззвездная. Коптящая лампадка, что горела в нише у ног статуи Пресвятой Девы при въезде на мост, рассеивала мрак на расстояние не более десяти шагов. А уж во рву ее свет вообще не был виден, так как его закрывало полотнище моста.

Лагардер остался один. Топот конских копыт заглох вдали. Луронская долина тонула в непроницаемой тьме, и лишь кое-где красноватый огонек свидетельствовал: здесь стоит хижина пахаря, там жилище пастуха. Изредка порыв ветерка доносил жалобное позвякивание коровьих ботал да журчание горной речушки Аро, что сливается у подножья Ашаза с Кларабидой.

— Негодяи! Ввосьмером против одного! — бормотал Маленький Парижанин, шагая по дороге, по которой спускаются в ров телеги. — Это же убийство! Ну, разбойники! Одно это может отбить охоту носить шпагу.

Тут он споткнулся о копешку сена, которую не забрали фуражиры Каррига.

— Черт возьми, — пробормотал Лагардер, отряхивая плащ, — а об этом-то я не подумал! Паж может предупредить Невера, что тут собралась шайка головорезов, и он не придет, наша встреча не состоится. Дьявол и преисподняя! Но если так будет, завтра же я прикончу этих восьмерых мерзавцев.

Он спустился под мост. Его глаза уже привыкли к темноте.

Фуражиры очистили довольно большое пространство напротив низкого окна, как раз там, где сейчас стоял Лагардер. Он огляделся и подумал, что тут самое подходящее место поиграть шпагой. Но думал он не только об этом. Ему не давала покоя мысль, как пробраться в этот неприступный замок. Черт бы побрал героев, не желающих обратить во благо свои беспредельные силы! Стены, запоры, охрана — да красавчик Лагардер плевал на них! он никогда бы не согласился на приключение, отсутствуй в нем хотя бы одно из вышепоименованных препятствий.

«Проведем разведку на местности, — мысленно сказал он себе. — Герцог будет в ярости, когда набросится на нас, так что нам придется держаться. Что за ночь! Ей-богу, придется фехтовать наугад. Тут черта с два увидишь кончик шпаги».

Лагардер стоял у подножья стены. Громада замка возносилась над его головой, и на фоне неба рисовалась черная арка моста. Взбираться на эту стену с помощью кинжала — целой ночи не хватит. Ощупывая камни, Лагардер дошел рукой до окна.

— Отменно! — воскликнул он. — Да, а что же я скажу этой гордой красавице? О, я представляю себе гневный блеск ее черных очей, надменно сдвинутые брови…

И он с удовлетворением потер руки.

— Превосходно! Превосходно! Я скажу ей… Надо придумать что-нибудь совершенно необыкновенное. Значит, скажу ей… Черт побери! Ладно, не будем насиловать дар красноречия. А это что? — вдруг насторожился он. — Нет, право же, этот Невер страшно мил!

Лагардер прислушался. До него долетел какой-то шум.

И это был гул шагов. По краю рва шли дворяне, поскольку слышался серебряный звон шпор.

«Неужто мэтр Плюмаж оказался прав, — подумал Лагардер, и герцог пришел не один?»

Звук шагов прекратился. Лампадка, горящая у въезда на мост, осветила двух человек, закутанных в широкие плащи. Можно было догадаться, что они всматриваются в темный ров.

— Я никого не вижу, — тихо произнес один.

— Там внизу, у окна, — сказал второй.

И он негромко позвал:

— Плюмаж! Лагардер не шелохнулся.

— Фаэнца! — вновь окликнул второй собеседник. — Это я, господин де Пероль.

«Кажется, мне знакомо имя этого прохвоста», — подумал Лагардер.

Пероль позвал в третий раз.

— Галунье! Штаупиц!

— А вдруг он не из наших? — пробормотал его спутник.

— Исключено, — отозвался Пероль. — Я распорядился оставить здесь караульного. Да это же Сальданья, я узнал его… Сальданья!

— Я, — откликнулся Лагардер, на всякий случай с испанским акцентом.

— Ну, вот видите! — обрадовался Пероль. — Я был совершенно уверен. Давайте спустимся. Сюда… Вот лестница.

Лагардер подумал:

«Попробуем сыграть в этой комедии».

Оба спускались вниз. Спутник Пероля был высок и довольно дороден. Лагардеру показалось, что в его речи слышится затаенная итальянская мелодичность.

— Говорите тише, — промолвил он, осторожно спускаясь по узкой отвесной лестнице.

— Бесполезно, монсеньор, — отозвался Пероль.

«Ах, вот как, значит, он — монсеньор», — отметил Лагардер.

— Да, бесполезно, — продолжил Пероль, — этим прохвостам известно, кто им платит.

«А мне вот неизвестно, — подумал Лагардер, — но очень бы хотелось знать».

— Мне пришлось им сказать, — объяснил Пероль. — Они ни в какую не желали поверить, что это маркиз де Келюс.

«А вот это уже ценные сведения, — отметил мысленно Лагардер. — Явно я имею дело с двумя совершенными негодяями».

— В церкви был? — спросил монсеньор.

— Я пришел слишком поздно, — сокрушенным тоном сообщил Пероль.

Монсеньор гневно топнул ногой.

— Растяпа! — бросил он.

— Я сделал все, что мог, монсеньор. Я нашел церковную книгу, в которой дон Бернар сделал запись о бракосочетании мадемуазель де Келюс с герцогом де Невером и о рождении их дочери.

— И что же?

— Страницы с этими записями оказались вырваны.

Лагардер весь обратился в слух.

— Значит, нас опередили, — раздраженно заключил монсеньор. — Но кто? Аврора? Да, вероятнее всего, Аврора. Она надеется сегодня ночью увидеться с Невером и передать ему вместе с ребенком бумаги, подтверждающие его происхождение. Марта не могла мне об этом сказать, потому что не знала, но я сам догадался.

— Да какое это имеет значение, — заметил Пероль. — Мы нашли выход. Невер умрет и…

— Невер умрет, — прервал его монсеньор, — и наследство получит ребенок.

Оба они замолчали. Лагардер затаил дыхание.

— В таком случае ребенок… — полушепотом начал Пероль.

— Ребенок исчезнет, — не дал ему договорить тот, кого титуловали монсеньором. — Я предпочел бы избежать подобной крайности, но и она меня не остановит. Что собой представляет этот Сальданья?

— Законченный негодяй.

— На него можно положиться?

— Если хорошо заплатить, да. Монсеньор задумался.

— Я предпочел бы, чтобы в это дело были посвящены только мы с тобой, — промолвил он, — но ни ты, ни я не сможем сойти за Невера.

— Да, вы гораздо выше его, — согласился Пероль, — а я слишком худ.

— Тут темно, как в печи, — задумчиво произнес монсеньор, — а этот Сальданья примерно того же роста, что и герцог. Позови-ка его.

— Сальданья! — окликнул Пероль.

— Я! — вновь отозвался Лагардер.

— Подойди к нам.

Лагардер подошел. Он поднял воротник плаща, а широкие поля шляпы скрывали его лицо.

— Хочешь получить полсотни пистолей сверх своей доли? — спросил монсеньор.

— Полсотни пистолей? — переспросил Маленький Парижанин. — Что нужно сделать?

Говоря это, он пытался разглядеть лицо незнакомца, но тот укрыл его не хуже, чем он сам.

— Ты понял? — обратился монсеньор к Перолю.

— Да, — кивнул тот.

— Одобряешь?

— Вполне. Но нужно знать пароль.

— Марта мне его сказала. Это девиз Неверов.

— Adsum? — уточнил Пероль.

— Он обыкновенно произносит его по-французски: «Я здесь!»

— Я здесь, — непроизвольно повторил Лагардер.

— Ты тихонько произнесешь эти слова под окном, — сказал неизвестный, наклоняясь к Лагардеру. — Ставни откроются, и за решеткой — она на петлях — покажется женщина. Она заговорит с тобой, но ты будешь нем и приложишь палец к губам. Ясно?

— Чтобы дать ей понять, что за нами следят? Да, ясно.

— А он неглуп, этот парень, — пробормотал неизвестный и продолжал наставления: — Женщина подаст тебе некий сверток, ты молча примешь его и отнесешь мне.

— И вы отсчитаете мне полсотни пистолей?

— Совершенно верно.

— Я весь к вашим услугам.

— Тс-с! — шепнул господин де Пероль.

Все трое прислушались. Откуда-то издалека, с полей, донесся шум.

— Расходимся, — сказал монсеньор. — Где твои друзья? Лагардер, не раздумывая, махнул рукой туда, где ров заворачивал к Ашазу.

— Там, — сообщил он. — Затаились в засаде за копнами сена.

— Прекрасно. Пароль не забыл?

— Я здесь.

— Удачи и до скорого.

— До скорого.

Пероль и его спутник полезли вверх по лестнице, Лагардер проводил их взглядом и вытер со лба обильный пот.

— Господь, — пробормотал он, — когда я буду прощаться с жизнью, примет во внимание, что я сумел сдержаться и не проткнул этих двух негодяев шпагой. Теперь придется идти до конца. Нет, все-таки надо сперва разобраться.

Он сжал обеими руками виски, желая утихомирить взбудораженные мысли. Мы должны заверить читателей, что в эту минуту он почти не думал ни о дуэли, ни о любовном приключении.

«Что же делать? — думал он. — Взять девочку? Ведь в этом свертке, вне всяких сомнений, будет девочка. Но кому поручить ее? В здешних краях я знаю только Каррига и его головорезов, а это не самые лучшие воспитатели для маленькой барышни. И все же взять ее придется. Да, придется! В противном случае эти негодяи убьют ребенка, как собираются убить и отца. Черт побери, но я вовсе не для этого сюда пришел».

В крайнем возбуждении Лагардер расхаживал между копешками сена. На всякий случай он поглядывал на окно и прислушивался, не заскрипят ли ржавые петли ставен. И скоро услышал внутри слабый звук. Это за ставнями открылась решетка.

— Adsum? — раздался дрожащий женский голос. Лагардер одним прыжком преодолел расстояние, отделявшее его от окна, и тихо ответил:

— Я здесь!

— Слава Богу! — прошептала женщина.

Открылись ставни. Ночь была темная, но глаза Лагардера уже привыкли к темноте, и в женщине, выглянувшей из окна, он безошибочно узнал Аврору де Келюс. Она была все так же прекрасна, но бледна и выглядела испуганной.

Если бы в тот миг вы напомнили Лагардеру, что он собирался тайком прокрасться в спальню этой женщины, он назвал бы вас лжецом, причем совершенно искренне.

За эти несколько минут его лихорадочная горячность куда то испарилась. Оставаясь бесстрашным, как лев, он стал осторожен. Возможно, в этот миг в нем нарождался совершенно новый человек.

Аврора всматривалась в темноту.

— Я ничего не вижу, — прошептала она. — Где вы, Филипп?

Лагардер протянул руку, и она прижала ее к сердцу. Лагардер пошатнулся. Он почувствовал, как на ладонь его капают слезы.

— Филипп, Филипп, — шептала Аврора, — вы уверены, что за вами не следят? Нас продали, предали!

— Не падайте духом, сударыня, — пробормотал Маленький Парижанин.

— Ты ли это говоришь? — воскликнула Аврора. — О Боже, я и впрямь сошла с ума! Я не узнаю твой голос.

Одной рукой она держала сверток, о котором говорили господин де Пероль и его спутник, а вторую прижимала ко лбу, словно пытаясь привести в порядок мысли.

— Мне так много нужно сказать тебе, — промолвила она. — С чего начать?

— У нас нет времени, — прошептал Лагардер, не желавший проникать в иные чужие тайны. — Поторопитесь, сударыня.

— Почему ты так холодно говоришь со мной? Почему не называешь меня Авророй? Ты сердит на меня?

— Скорей, Аврора, скорей!

— Я покоряюсь тебе, Филипп, любимый, и всегда буду покорна. Вот наша дочурка, прими ее. Здесь, рядом со мной, ей грозит опасность. Из моего письма ты должен все понять. Против нас сплели гнусный заговор.

Аврора протянула ему спящую девочку, закутанную в шелковый плащ. Лагардер молча принял ее.

— Дай мне еще раз поцеловать ее! — вскричала несчастная мать, содрогаясь от рыданий. — Дай мне ее, Филипп! О, я думала, сердце у меня сильней! Кто знает, когда я снова увижу свою девочку?

Голос ее пресекся от слез. Лагардер увидел, как* она протягивает ему что-то белое, и спросил:

— Что это?

— Ах, бедный Филипп, ты совсем забыл… Видно, ты взволнован не меньше меня. Это страницы, вырванные из церковной книги. В них все будущее моего дитя.

Лагардер молча принял бумаги. Он боялся говорить.

Бумаги были в конверте, запечатанном печатью Келюсской церкви. И в этот миг из долины донесся протяжный, заунывный звук пастушьего рога.

— Это, наверно, сигнал! — воскликнула мадемуазель де Келюс. — Спасайся, Филипп, спасайся!

— Прощай! — промолвил Лагардер, решивший играть роль до конца, чтобы не разбить сердце несчастной женщины. — Не бойся, Аврора, твое дитя будет в безопасности.

Она схватила его руку, прижала к губам и стала осыпать ее жаркими поцелуями.

— Я люблю тебя! — только и сумела промолвить она, закрыла ставни и исчезла.


Содержание:
 0  Горбун, Или Маленький Парижанин : Поль Феваль  1  1. ДОЛИНА ЛУРОН : Поль Феваль
 3  3. ТРИ ФИЛИППА : Поль Феваль  5  5. УДАР НЕВЕРА : Поль Феваль
 6  вы читаете: 6. НИЗКОЕ ОКНО : Поль Феваль  7  7. ДВОЕ ПРОТИВ ДВАДЦАТИ : Поль Феваль
 9  2. ТВОРЕЦ НЕВЕРА : Поль Феваль  12  4. ЩЕДРОСТЬ : Поль Феваль
 15  7. ПРИНЦ ГОНЗАГО : Поль Феваль  18  10. Я ЗДЕСЬ : Поль Феваль
 21  2. ДВА ПРИЗРАКА : Поль Феваль  24  5. ПОЧЕМУ ОТСУТСТВОВАЛИ ФАЭНЦА И САЛЬДАНЬЯ : Поль Феваль
 27  8. ВДОВА НЕВЕРА : Поль Феваль  30  11. ГОРБУН ПОЛУЧАЕТ ПРИГЛАШЕНИЕ НА ПРИДВОРНЫЙ БАЛ : Поль Феваль
 33  3. ЦЫГАНКА : Поль Феваль  36  6. НАКРЫВАЯ НА СТОЛ : Поль Феваль
 39  9. ТРИ ЖЕЛАНИЯ : Поль Феваль  42  2. ВОСПОМИНАНИЯ ДЕТСТВА : Поль Феваль
 45  5. АВРОРА ИНТЕРЕСУЕТСЯ МАЛЕНЬКИМ МАРКИЗОМ : Поль Феваль  48  8. ПОДРУГИ : Поль Феваль
 51  4. ПАЛЕ-РОЯЛЬ : Поль Феваль  54  4. ВОСПОМИНАНИЕ О ТРЕХ ФИЛИППАХ : Поль Феваль
 57  7. АЛЛЕЯ : Поль Феваль  60  10. ЗАПАДНЯ : Поль Феваль
 63  3. ПАРТИЯ В ЛАНДСКНЕХТ : Поль Феваль  66  6. ДОЧЬ МИССИСИПИ : Поль Феваль
 69  9. ЗАВЕРШЕНИЕ ПРАЗДНИКА : Поль Феваль  72  2. АЖИОТАЖ НА БИРЖЕ ВО ВРЕМЕНА РЕГЕНТСТВА : Поль Феваль
 75  5. ПРИГЛАШЕНИЕ : Поль Феваль  78  8. ПЕРСИК И БУКЕТ : Поль Феваль
 81  11. ЦВЕТЫ ПО-ИТАЛЬЯНСКИ : Поль Феваль  84  1. И СНОВА ЗОЛОТОЙ ДОМ : Поль Феваль
 87  4. ГАСКОНЕЦ И НОРМАНДЕЦ : Поль Феваль  90  7. ПУСТУЮЩЕЕ МЕСТО : Поль Феваль
 93  10. ТРИУМФ ГОРБУНА : Поль Феваль  96  13. ПОДПИСАНИЕ КОНТРАКТА : Поль Феваль
 99  3. ТРИ ЭТАЖА ТЕМНИЦЫ : Поль Феваль  102  6. ПРИГОВОРЕННЫЙ К СМЕРТИ : Поль Феваль
 105  9. МЕРТВЕЦ ЗАГОВОРИЛ : Поль Феваль  108  2. ЗАЩИТИТЕЛЬНАЯ РЕЧЬ : Поль Феваль
 111  5. СЕРДЦЕ МАТЕРИ : Поль Феваль  114  8. БЫВШИЕ ДВОРЯНЕ : Поль Феваль
 116  10. ПУБЛИЧНОЕ ПОКАЯНИЕ : Поль Феваль  117  Использовалась литература : Горбун, Или Маленький Парижанин



 




sitemap