Приключения : Исторические приключения : Меж двух миров : Дороти Лаудэн

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10

вы читаете книгу

Два новых романа цикла «Доктор Куин. Женщина-врач» рассказывают о драматических событиях, которые происходили в Колорадо-Спрингс. Микаэле приходится улаживать конфликт белого населения с индейцами, бороться с опасной эпидемией и даже участвовать в выборах бургомистра. Словно в награду за все пройденные испытания судьба дарит Микаэле большую любовь...

Глава 1 ПОДАРОК БЕЛОГО ЧЕЛОВЕКА

Мягкая зима, в которую снег выпадал не дольше чем на одну ночь, подходила к концу. Но хотя из земли уже показались первые нежно-зеленые побеги как первые вестники приближающейся весны, никто в маленьком городке Колорадо-Спрингс пока что не верил в окончание холодного времени года. Слишком часто бывало так, что в конце января с гор снова налетал холодный ветер и город превращался в белоснежный ландшафт. Но тем ревностнее жители Колорадо-Спрингс старались не пропустить первые теплые лучи весеннего солнца.

Вот и Микаэла вместе с Мэтью, Колин и Брайеном устроилась за столиком под открытым небом в кафе Грейс. Она не упускала случая побыть с детьми во время обеденного перерыва, когда могла оставить клинику. Невзирая на теплую погоду, она потуже затянула свое кожаное пальто — еще по зимней привычке — и надвинула поглубже на лоб такую же кожаную шляпу. После этого она прикрыла глаза и откинулась на спинку стула. Она не могла припомнить, чтоб когда-нибудь в январе так нежилась на солнце, и уж по крайней мере не в Бостоне, ее родном городе, где в любое время года с моря мог подуть холодный ветер. В ее памяти сохранился лишь один-единственный год, когда зима была не такой суровой. Правда, Микаэла не могла бы сказать с уверенностью, было ли это связано с погодой или в большей степени с ее любовью к Дэвиду, ее тогдашнему жениху.

Бостон! Микаэла едва заметно улыбнулась при мысли о своей родине. С тех пор как доктор Микаэла Куин обосновалась здесь, в Колорадо-Спрингс, маленьком местечке, расположенном в самом центре так называемого Дикого Запада, она жила в другом мире. Но за это время она вполне уверилась в том, что нашла здесь свое истинное место: рядом с детьми, которых вдова Купер поручила ей на своем смертном одре, и рядом с пациентами маленького городка, которые так нуждались в ее помощи. И не в последнюю очередь рядом с Салли, который помогал ей со дня ее прибытия и с которым она наконец-то смогла преодолеть боль утраты, переживаемую после гибели ее жениха Дэвида, павшего на войне при исполнении своего солдатского долга перед отечеством..

— Пора бы нам приниматься за приготовления к праздничному шествию.

Голос священника вернул Микаэлу к действительности и напомнил о том, что она, хоть и изменившая самым решительным образом свои жизненные обстоятельства в течение каких-нибудь двух лет, все же продолжает жить в своем времени и в своей стране — Соединенных Штатах Америки.

— Какое еще праздничное шествие? — спросил свою приемную мать Брайен.

Со времени своего последнего дня рождения он тоже стал частенько прикрывать свои светлые волосы шляпой, о чем Микаэла втайне сожалела. Но не возражала, ведь в этом он равнялся на своего старшего брата Мэтью.

— Праздничное шествие в честь дня рождения Джорджа Вашингтона, первого президента Соединенных Штатов Америки, — ответил за Микаэлу его преподобие святой отец Джонсон. — У нас осталось на приготовления всего три недели. Если мы хотим выйти в костюмах, то уже пора торопиться.

— Я и мои девочки считай что готовы. — Хэнк, содержатель салуна, ухмыльнулся и заправил за ухо прядь своих длинных волос. — Мы будем представлять типичный промысел Дикого Запада.

Святой отец Джонсон посмотрел на него с укоризной.

— Я полагаю, это не самая удачная идея — изображать нашу прогрессивную страну в таком виде.

Хорес, застенчивый почтовый служащий, поднялся со своего места, не обращая внимания на то, что сидящая рядом с ним тоненькая девушка взволнованно дергает его за нарукавник. С этим знаком своего служебного достоинства он не расставался даже во время обеденного перерыва.

— Неужто вы хотите запретить Майре участвовать в шествии? Ведь она как-никак моя обрученная невеста.

— Ну хорошо! — попытался успокоить возмущенного Хореса лавочник Лорен Брей. — Давайте договоримся, что девушки из салуна, обрученные со служащими, могут принять участие в шествии.

Брайен поглядывал на Хэнка и на девушек, сидевших за его столом в своих франтоватых, но все же довольно убогих нарядах, и о чем-то размышлял.

— А я, пожалуй, наряжусь шайоном, — сказал он наконец.

— Ничего хорошего из этого не выйдет. — Грейс, чернокожая хозяйка кафе, дружески ущипнула Брайена за щеку. — Мы — индейцы, черные и девушки — во время шествия прекрасно и дома посидим.

— Но ты же можешь подобрать себе и другой костюм. — Лорен Брей, водивший с Брайеном задушевную дружбу благодаря карамелькам в своей лавке, нагнулся к мальчику. — Почему бы тебе не одеться для шествия маленьким Джорджем Вашингтоном? Ты мог бы восседать на вишневом дереве в соответствии с легендами об этом человеке, которому все мы обязаны нашей независимостью.

— Но только в этом случае, будь добр, не свались с дерева, — оживилась Микаэла, которая до сих пор почти не участвовала в общем разговоре. — Меня вовсе не радует перспектива каждый год проводить тебе черепно-мозговые операции.

— Меня тоже, мама. — Брайен простодушно помотал головой. Еще слишком живы были воспоминания о его тяжелой травме.

— Зачем ты вообще позволяешь ему участвовать в этом шествии?

Рядом с Микаэлой внезапно возник Салли, загородив от нее теплые солнечные лучи.

Микаэла открыла глаза и немного поморгала, все еще ослепленная солнцем. Она смутно видела очертания фигуры Салли, его длинные волосы и располагающую улыбку. Он, как всегда, был в сопровождении немецкой овчарки. Микаэла никак не ожидала встретить его здесь. Несмотря на отношения, со временем сложившиеся между ними, Салли иногда на целые дни исчезал из поля ее зрения в никуда, чтобы затем так же неожиданно возникнуть из ниоткуда.

Микаэла поднялась и отошла с ним на несколько шагов в сторонку.

— Брайен — ребенок, — снисходительно объяснила она. — Для него это удовольствие — поучаствовать в костюмированном шествии.

— Но ты же знаешь, что этот день далеко не для всех праздник, — ответил Салли. — Для многих это скорее трагический день. Для шайонов, например.

Микаэла знала, что с индейцами, обосновавшимися неподалеку от города, Салли связывает сердечная дружба. У вождя по имени Черный Котел и его племени Салли нашел опору и поддержку в те трудные для него времена, когда его молодая жена Абигейл умерла при родах. С тех пор Салли носил одежду, которая считалась необычной даже в Колорадо-Спрингс.

— Я знаю, Салли, — ответила Микаэла. — Но для Брайена это всего лишь безобидный маскарад. Вот вырастет и выработает свои собственные убеждения.

Салли внимательно посмотрел на нее своими светлыми глазами.

— Я иду на переговоры между шайонами и Штатами. Несколько дней назад правительство приняло новое решение, — сказал он, переходя к другой теме. — Индейцам придется отдать еще один кусок своей территории.

— Но для чего тогда переговоры, если решение уже принято? — недоуменно спросила Микаэла.

Салли пожал плечами:

— Об этом тебе лучше спросить Брайена, когда он вырастет.

С этими словами он повернулся и пошел прочь.

Микаэла после недолгого раздумья подобрала свои юбки над пыльной дорогой и поспешила вслед за Салли к площади, где прямо под американским флагом, уже вывешенным в честь праздника, собрались шайоны — вождь Черный Котел и несколько индейцев из его племени.

Вождь принарядился по-особенному — видимо, специально ради переговоров. При ближайшем рассмотрении Микаэла заметила, что через плечо у него перекинут американский флаг, по всей видимости переданный его племени по случаю какой-нибудь церемонии. Микаэла поняла, что этот знак должен был сигнализировать о готовности шайонов идти на компромисс и кооперироваться с властью.

Власть представлял полковник Иген, молодой человек, лицо которого выдавало его неискушенность. Бросались в глаза его усы, видимо для того и отпущенные, чтобы ослабить впечатление молодой неопытности. Он подошел к вождю. Контраст между старым, умудренным жизнью индейцем с могучей фигурой и полной достоинства осанкой и молодым, неопытным офицером был разителен. Микаэла даже почувствовала жалость к полковнику, задача которого состояла лишь в том, чтобы сообщить индейцам решение его правительства.

— Благодарю вас, вождь Черный Котел, за то, что вы пришли, — начал полковник. — Вы уже знаете результат голосования.

На лице вождя не отразилось никакого движения чувств. Но тут вперед выступил Танцующее Облако, шаман племени.

— Народ шайонов не был приглашен на голосование, — сказал он с выражением горечи. — Кто же выступал от его имени?

У полковника от растерянности вытянулась физиономия.

— Что вы имеете в виду?

— Он хочет знать, кто из полномочных хозяев этой территории согласился на передачу земли Штатам, — пояснил Салли. — Ведь речь идет об исконных владениях шайонов.

— Послушайте, — начал полковник, — я здесь не для того, чтобы вести переговоры. Я же сказал вам, голосование уже окончено. Я уполномочен генералом Шерманом и генералом Кастером договориться с шайонами о размерах возмещения.

Он любезно улыбнулся, словно просил войти в его положение.

Салли бросил в сторону Микаэлы многозначительный взгляд. Имя генерала Кастера не пользовалось в этой местности доброй славой, и известен он был отнюдь не благодеяниями по отношению к индейцам.

Салли перевел слова полковника, и как только он закончил, вождь Черный Котел скрестил на груди руки и ответил, тоже на своем родном языке.

— Черный Котел сказал, что без земли мы не сможем охотиться и погибнем от голода, — перевел Танцующее Облако.

Но полковник Иген отрицательно покачал головой.

— Белый Отец позаботится о вашем племени, — ответил он. — Я вас уверяю, он обеспечит вас всем необходимым для жизни. Продовольствием, всевозможными запасами, тканями и кожей. Вы не потерпите ущерба оттого, что лишитесь охотничьих угодий, в которых водятся буйволы.

Микаэла внимательно следила за ходом переговоров.

— Сперва вы сгоняете шайонов с их исконных земель, а потом лишаете их всех средств к существованию! — включилась она в действие.

Полковник Иген, казалось, только сейчас заметил эту красивую женщину с темными глазами, и вид ее, судя по всему, пришелся ему по вкусу.

— Я уверен, мисс, что эти люди найдут себе другое занятие, — вежливо ответил он.

Микаэла протянула полковнику руку.

— Я не представилась, — сказала она, извиняясь. — Моя фамилия Куин… Доктор Куин. Я здешний врач.

— Надеюсь, что нам не потребуется врачебная помощь, — пошутил Иген.

При этих словах молодого человека брови Танцующего Облака угрожающе сдвинулись. Он коротко переглянулся с Черным Котлом, и вождь сделал едва заметное движение головой.

— Мы не согласны с такими переговорами, — с нажимом произнес шаман. — И мы не примем подарки белого человека.

— Согласны вы с переговорами или нет, на результат это никак не повлияет, — холодно ответил полковник.

— Но это шантаж! — воскликнул Салли. Впервые с начала встречи в глазах полковника засветился огонь враждебности.

— Я посоветовал бы вам подыскать другое определение для решения правительства, а эти слова возьмите назад!

— Значит, шайонам ничего не остается, как принять компенсационную выдачу? — спросила Микаэла, чтобы смягчить остроту ситуации.

— Да, мисс, — ответил Иген. — И если они откажутся это сделать, я ничем не смогу им помочь. Тогда они уйдут вообще с пустыми руками.

Микаэла переводила взгляд с полковника на индейцев и обратно. Она почувствовала, как между ними возникло непримиримое противостояние. Ее глаза встретили взгляд Салли, и она прочла в нем смешанное выражение немого протеста и усталого смирения.

Затем она повернулась к Танцующему Облаку:

— Вы слышали, что он сказал. Я тоже считаю, что вам лучше согласиться. Я понимаю ваше негодование, — поспешно добавила она, — но возьмите хотя бы то, что вам дают.

Казалось, вождь Черный Котел понял слова Микаэлы. Он сделал короткий, еле заметный жест рукой.

Танцующее Облако смотрел то на доктора, то на вождя.

— Он сказал, женщина-врач знает, что говорит. Мой народ примет то, что ему предлагают.

Спустя несколько дней после переговоров Салли и Микаэла приехали в палаточный военный лагерь.

Рядом с ними стоял молодой полковник Иген и довольно поглядывал на повозку Микаэлы, нагруженную до отказа. Больше всего места в бортовой телеге занимали, наряду с продовольствием, тяжелые шерстяные армейские одеяла. Мэтью как раз перетягивал по бокам повозки ремни, закрепляющие груз.

— Мне очень жаль, что вам придется ехать к шайонам одним, — приносил извинения полковник, — но мой провиантский офицер заболел, а заменить его в настоящий момент некем.

— Это даже к лучшему, если военный не покажется в стане шайонов. Далеко не все испытывают к Штатам чувство благодарности, — с сарказмом ответил Салли.

Полковник Иген удивленно поднял брови:

— Что вы хотите этим сказать?

Еще одно слово Салли — и неизбежно вспыхнула бы ссора, а это могло бы только осложнить ситуацию. И Микаэла поспешно перевела разговор в другое русло:

— Вы сказали, ваш провиантский офицер болен? Я могла бы его осмотреть.

— Э-э, — смутился полковник, — наш врач уже осматривал его. Но если вам так хочется, он вон в той палатке.

Полковник показал ей направление.

Микаэла, не медля, зашагала к палатке. Но еще не войдя внутрь, она услышала стоны больного. Он лежал на простом топчане, лицо его заливал пот. Михаэле пришлось перешагивать через нечистоты на грязном полу. Она положила ладонь на лоб больному. У него был сильный жар. Микаэла метнулась к столику, налила из кувшина свежей воды, приподняла голову ослабленного и поднесла чашку к его губам.

— Когда вы захворали? — спросила она офицера, нащупывая его слабый пульс.

Но больной не смог ответить и лишь со стоном опустился на лежанку.

Микаэла расстегнула его грязную рубашку и осмотрела грудную клетку. Этот осмотр подтвердил худшие подозрения, которые возникли у нее с первой секунды, как только она вошла. Живот больного был покрыт сыпью. Она снова прикрыла его и поспешно вышла на воздух.

— Полковник Иген, этот человек тяжело болен, — сказала она коменданту. — Кто ухаживает за ним и кто отвечает за состояние гигиены в вашем лагере?

Иген обернулся.

— За эти вещи отвечает наш военный врач. По крайней мере, он в форте и…

— У этого человека тиф! — Микаэла энергично кивнула в сторону палатки. — Это не только опасная болезнь, которая может иметь смертельный исход, но и чрезвычайно заразная. Вы должны сейчас же принять все меры предосторожности и объявить карантин.

— Доктор Куин, — перебил ее полковник Иген, — все необходимые меры уже приняты. Не беспокойтесь, мы успешно победили эпидемию в форте. Этот человек — последний и единичный случай.

— Тем не менее опасность заражения очень высока, — возразила Микаэла. — Распорядитесь, чтоб его доставили ко мне в клинику!

— Извините, доктор Куин, но приказы в этом лагере отдаю я. — В голосе полковника снова появились резкие нотки. — В настоящее время врач уже на пути сюда, — добавил он, немного смягчив тон. — Мне очень жаль, мадам, но у меня тоже есть свое начальство, которому я подчиняюсь.

В поселении шайонов между тем царило напряженное ожидание, хотя каждый член общины, казалось, занимался своими обычными делами. Женщины, окруженные своими играющими детьми, хлопотали у очагов, готовя пищу, мужчины растягивали и дубили шкуры убитых животных. Из этих шкур индейцы производили почти все, что требовалось для удобства их жизни: вигвамы, одеяла и одежду. Не нужно было обладать особой наблюдательностью, чтобы заметить, что охота была для шайонов тем, что давало им возможность выжить.

Едва заметив издали повозку Микаэлы, они мигом все побросали и сбежались, чтобы рассмотреть подарки белого человека. Жена Черного Котла скептически ощупывала армейские одеяла, в то время как Танцующее Облако инспектировал продукты.

— Может быть, для вас эта пища несколько непривычна, но она не представляет собой никакой опасности, — убеждал их Салли, беря в горсть и снова высыпая белую муку. — Доктор Майк все проверила.

Танцующее Облако отрицательно покачал головой.

— Может быть, и так, но мы не станем это есть, — решительно заявил он. — Можете увезти это назад.

— Но это все же лучше, чем умереть с голоду, — рассудила Микаэла. — А как насчет одеял? — И она посмотрела на жену Черного Котла.

Жена вождя встретила взгляд доктора и удовлетворенно кивнула.

— Одеяла мы возьмем, — сказал Танцующее Облако.

Лорену Брею и в самом деле удалось убедить Брайена взяться за роль юного Джорджа Вашингтона на предстоящем праздничном шествии и затем в представлении небольшой театральной пьесы. И теперь мальчик каждый вечер расхаживал гоголем по маленькому домику, который Микаэла сняла у Салли вскоре после прибытия в Колорадо-Спрингс.

Микаэла с помощью Колин старательно шила костюм для своего младшего сына, и день ото дня он приобретал все более конкретные формы. Правда, хирургические швы все еще давались Микаэле гораздо легче, чем обыкновенные портновские. Но она не хотела сдаваться и отступать!

Брайен между тем надел на голову треуголку и силился придать своему лицу такое выражение, какое, на его взгляд, соответствовало бы серьезности произносимого текста.

— Нет, — сказал он, старательно артикулируя, — я не могу лгать.

Мэтью, Колин и Микаэла восторженно захлопали в ладоши.

— Фантастика! — восхитилась Микаэла, целуя Брайена в лоб.

— Я слушаю будто настоящего Джорджа Вашингтона, — поддакнула Колин.

В последнее время она превратилась из девочки в юную девушку. Но что Микаэла особенно ценила в приемной дочери — на смену ушедшей детской непосредственности в ней не появилось ни капли жеманства и обычного девичьего кривлянья. Светлые волосы Колин были по-прежнему прибраны в детскую прическу, но когда Микаэла звала ее на помощь в свою приемную, все задания она выполняла с тщательностью и ответственностью взрослой женщины.

И Микаэла видела, что Колин таким образом постепенно усваивает некоторые медицинские познания.

— Я же говорил, когда-нибудь ты станешь политиком, — добавил Мэтью.

О том, что Мэтью окончательно повзрослел, Микаэле пришлось узнать с некоторой болью, когда он, не спросив ее совета, обручился с Ингрид, девушкой из семьи переселенцев. И теперь, когда Микаэла смотрела на своих приемных детей, ее хоть и наполняла гордость, что под ее крылом они постепенно вырастают в разумных людей, но вместе с тем она испытывала и грусть, знакомую каждой матери, которая замечает, как дети отдаляются от родительского гнезда. Теперь у нее оставался только Брайен, маленький последыш, и можно было надеяться, что он пробудет маленьким достаточно долго — во всяком случае до тех пор, пока Микаэла будет ощущать себя молодой.

Мэтью потер глаза и стал массировать пальцами виски.

— Кажется, мне надо лечь. Спокойной ночи, — сказал он и поднялся со своего стула.

— Но ведь еще рано, — ответила Микаэла. — Ты плохо себя чувствуешь?

— Пустяки, не стоит обращать внимание, — ответил Мэтью, успокаивая свою приемную мать. — Немного болит голова. Завтра все будет в порядке.

И он отправился в сарай, где с первого дня обустроил себе место для ночлега.

Брайен еще не раз в этот вечер повторил свою театральную фразу, пока Микаэла наконец не напомнила, что всем пора спать.

Казалось, прошло всего несколько часов, когда в дверь внезапно постучали.

— Доктор Майк! Доктор Майк!

Микаэла узнала родной голос. Она поспешно встала и набросила на плечи накидку. Если Салли стучится в дверь среди ночи, значит, случилось что-то серьезное.

— Тебе придется поехать со мной в резервацию, — сказал Салли, как только Микаэла открыла дверь. — Там началась какая-то болезнь. Многие заболели еще вчера и позавчера, а сегодня ночью людей косит повально с каждым часом.

Только теперь Микаэла заметила, что ночь уже почти миновала, однако в это время года тьма уступала свету очень неохотно.

— Сейчас иду!

Быстро, даже не переодеваясь из ночной рубашки в платье, Микаэла набросила свое кожаное пальто.

— Мама, куда ты? — Брайен проснулся и неодобрительно смотрел на ее поспешные ранние сборы.

— Ей надо в резервацию!

Микаэла не будила свою приемную дочь, однако Колин была уже на ногах, протягивая доктору ее сумку с инструментами.

— Я проверила, — сказала она, — там все на месте.

— Спасибо, Колин, — растрогалась Микаэла, направляясь к двери. — Ах, — вздохнула она и снова обернулась к Брайену и Колин, — ну ладно, если что случится, с вами Мэтью!

Она второпях поцеловала Брайена и закрыла за собой дверь.

Над лежавшим еще в полной темноте селением индейцев поднимался дым. Шаман Танцующее Облако разводил около больных костры. Огонь был частью ритуальных камланий, которые шайоны устраивали против злых духов, насылающих болезни.

Когда доктор ступила в селение индейцев, ее глазам предстала картина опустошения. Почти перед каждым вигвамом лежал больной, а то и не один. Старики, женщины, молодые воины и дети — казалось, эпидемия не пощадила никого и ни перед чем не остановилась. Обливаясь потом, больные со стонами метались в жару на своих наскоро сооруженных ложах. Микаэла попутно заметила, что подарок правительства, тяжелые армейские одеяла, сослужили индейцам хоть какую-то службу, согревая больных.

Микаэла опустилась на колени у самого первого вигвама. Там лежала молодая женщина, Маленькая Луна, сестра Снежной Птицы, жены шамана. Она судорожно хватала ртом воздух. Женщина пылала в жару.

Микаэла осторожно приподняла одежду больной и осмотрела ее тело. Все туловище, начиная от шеи, было покрыто пятнистой сыпью, особенно отчетливо выступающей на животе. Микаэла отпрянула.

— Что это, что это? — Салли смотрел на Микаэлу напряженным, настойчивым взглядом. — Ты что-нибудь понимаешь?

— Это снова болезнь белого человека? — Танцующее Облако выпрямившись стоял около Микаэлы и тоже сверлил ее взглядом.

Несмотря на свое шаманское искусство, ему уже не раз приходилось прибегать к помощи доктора, когда болезнь, ни в малейшей степени не затронувшая жителей Колорадо-Спрингс, вдруг обрушивалась на его племя, грозя уничтожить его полностью. Точно так же и Микаэла уже не раз звала его на помощь, когда видела, что ее медицинские познания бессильны перед тяжелым случаем. Да и спасением собственной жизни доктор была обязана Танцующему Облаку, когда на нее набросился беспощадный вирус гриппа.

Микаэла кивнула:

— Да, я полагаю, что это она. Нам понадобится жаропонижающий отвар, — добавила она. Затем поднялась и отвела Салли в сторонку.

— Симптомы те же самые, что и у больного солдата, — сказала она. — Головные боли, жар и сыпь. Боюсь, что это тиф.

Салли взглянул на нее с отчаянием.

— Но где и как шайоны могли им заразиться? Они же никогда не контактировали с солдатами. Ведь отступные дары привезли им мы — ты, я и Мэтью. С нами не было ни одного солдата.

Микаэла покачала головой, задумчиво глядя в землю.

— Возбудитель мог прийти только оттуда. Я не понимаю одного… — Она осеклась. И вдруг подняла глаза: — Нет, я все поняла! Одеяла! Ведь одеяла, судя по всему, взяты из форта, а там свирепствовала эпидемия.

— Ты хочешь сказать, что индейцы заболели от так называемого примирительного подношения? — переспросил Салли.

Микаэла кивнула.

— Да, — ответила она еле слышно. — И виновата в этом я. Ведь это я уговорила Черного Котла принять подарок.


Содержание:
 0  вы читаете: Меж двух миров : Дороти Лаудэн  1  Глава 2 КАРАНТИН : Дороти Лаудэн
 2  Глава 3 ЧУЖАЯ : Дороти Лаудэн  3  Глава 4 ПРИВЕТЛИВЫЙ ДОМ : Дороти Лаудэн
 4  Глава 5 КРОВАВАЯ ЯРОСТЬ : Дороти Лаудэн  5  Глава 6 В ЧУЖОЙ ВЛАСТИ : Дороти Лаудэн
 6  Глава 7 ПРЕДВЫБОРНАЯ БОРЬБА : Дороти Лаудэн  7  Глава 8 ПРОШЛОЕ : Дороти Лаудэн
 8  Глава 9 СВАДЬБА : Дороти Лаудэн  9  Глава 10 ДВОЕ МУЖЧИН : Дороти Лаудэн
 10  Глава 11 НАСТОЯЩЕЕ : Дороти Лаудэн    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap