Приключения : Исторические приключения : ГЛАВА 7 : Валерио Манфреди

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51

вы читаете книгу

ГЛАВА 7

Под вновь начавшимся дождем они снова сели на коней и пустили их шагом вниз. Александр молча ехал рядом с отцом.

— Я хотел, чтобы ты знал, что всему есть своя цена. И чтобы ты узнал, какова она. Наше величие, наши завоевания, наши дворцы, наши наряды… За все приходится платить.

— Но почему именно они?

— Никаких «почему». Миром правит судьба. Когда они родились, уже было предрешено, что их ждет вот такая смерть, так же как с самого рождения было определено и наше назначение, которое до последнего мгновения сокрыто от нас. Из всех живущих только человек может возвыситься, чтобы прикоснуться к чертогам богов или опуститься ниже животных. Ты уже видел чертоги богов, ты жил в царских палатах, однако было бы правильно увидеть и иное, что может уготовить человеку судьба. Среди этих несчастных есть люди, которые в свое время были вождями или вельможами и которых судьба повергла в ничтожество.

— Но если такая судьба может коснуться каждого из нас, почему не быть милостивым, пока фортуна нам улыбается?

— Вот это я и хотел от тебя услышать. Ты должен быть милостивым при каждой возможности. Но при этом помни: природу вещей не изменить никому.

В этот момент Александр увидел маленькую девочку, еще меньше его, которая поднималась по дороге, неся две тяжелые корзины, полные бобов и гороха, предназначенных, вероятно, на обед надсмотрщикам.

Царевич соскочил с коня и встал перед ней; девочка была худая, босая, с грязными волосами, а ее огромные глаза переполняла печаль.

— Как тебя зовут? — спросил он. Девочка не ответила.

— Наверное, не умеет говорить, — предположил Филипп. Александр повернулся к отцу:

— Я могу изменить ее судьбу. И хочу ее изменить.

Филипп кивнул:

— Ты можешь это сделать, если хочешь, но помни, что мир от этого не изменится.

Александр посадил девочку на коня позади себя и накрыл своим плащом.

К исходу дня они снова добрались до Амфиполя и остановились в доме одного царского друга. Александр велел помыть и переодеть девочку и, пока она ела, пришел посмотреть на нее.

Он попробовал заговорить с ней, но она отвечала односложно, и он не понял ничего из сказанного ею.

— Она говорит на каком-то варварском языке, — объяснил ему Филипп. — Если хочешь поговорить с ней, нужно подождать, пока она выучит македонский.

— Я подожду, — ответил Александр.

Через день после этого погода улучшилась, и они снова пустились в путь назад, пересекли понтонный мост через Стримон, но, прибыв в Бромиск, свернули на юг и двинулись вдоль полуострова, направляясь к горе Афон. Всю дорогу они скакали и к заходу солнца добрались до точки, с которой виднелся огромный, не до конца вырытый ров, который разделял полуостров на две части. Александр натянул поводья своего скакуна и в восхищении остановился посмотреть на циклопическую работу.

— Видишь этот ров? — спросил отец. — Его вырыл почти сто пятьдесят лет назад Ксеркс, Великий Царь Персии, чтобы проделать проход для своего флота и таким образом избежать риска кораблекрушения на рифах Афона. Здесь работало десять тысяч человек, постоянно сменяясь, день и ночь. А до того Великий Царь велел построить из лодок мост через пролив Босфор, соединив Азию и Европу. Через несколько дней к нам прибудет посольство от Великого Царя. И мне хотелось, чтобы ты осознал всю мощь той державы, с которой мы будем вести переговоры.

Александр кивнул и, ничего не говоря, надолго задумался об этой колоссальной работе; потом, увидев, что отец снова пустился в путь, ударил коня пятками и поскакал вдогонку.

— Я бы хотел кое-что у тебя спросить, — сказал он, снова поравнявшись с царем.

— Слушаю тебя.

— В Пелле есть один мальчик, который тоже посещает уроки Леонида, но никогда не остается с нами. В те редкие случаи, когда мы встречались, он избегал говорить со мной, и у него был такой грустный вид. Леонид не захотел объяснить мне, кто он, но я уверен, что ты его знаешь.

— Это твой двоюродный брат Аминта, — не оборачиваясь, ответил Филипп. — Сын моего брата, погибшего в бою против фессалийцев. До твоего рождения Аминта был наследником трона, а я правил страной как регент.

— Ты хочешь сказать, что монархом должен быть он?

— Трон принадлежит тому, кто способен его отстоять, — ответил Филипп. — Запомни это. И потому в нашей стране всякий, кто захватывал власть, уничтожал всех, кто мог бы строить козни.

— Но ты сохранил жизнь Аминте.

— Он сын моего брата и не может причинить мне вреда.

— Ты проявил… мягкосердечие.

— Если хочешь, да.

— Отец мой!

Филипп обернулся: Александр называл его «отец мой», когда злился на него или когда хотел спросить о чем-то очень серьезном.

— Если бы тебе тоже пришлось погибнуть в бою, кто из нас стал бы наследником: я или Аминта?

— Более достойный.

Александр не стал больше задавать вопросов, но этот ответ глубоко поразил его и не выходил у него из головы.

Вернувшись через три дня в Пеллу, Александр рассказал Артемизии про девочку, испытавшую ужасы горы Пангей.

— Отныне, — провозгласил он с типично детской важностью, — она будет предназначена служить мне. И ты научи ее всему, что она должна знать.

— Но хотя бы как ее зовут? — спросила Артемизия.

— Не знаю. Но я, во всяком случае, буду звать ее Лептиной.

— Прекрасное имя для девочки.

В этот день пришло известие, что в преклонном возрасте умер Никомах. Царь огорчился, потому что. Никомах был превосходный врач и потому что он принимал роды, когда появился на свет его сын.

Тем не менее, его клиника не закрылась, Аристотель, сын покойного лекаря, предпочел другую стезю и в этот момент находился в Азии, в городе Атарнее, где после смерти своего учителя Платона основал новую философскую школу.

В клинике умершего врача продолжал работать молодой помощник Никомаха Филипп, который владел ремеслом с большим знанием дела.

Между тем мальчики, жившие вместе с Александром при дворе, росли и развивались, как телом, так и умом и душой, и наклонности, что они проявляли малышами, по большей части упрочились: ровесники Александра, такие как Гефестион, который уже был его неразлучным другом, а также Пердикка и Селевк, стали его наперсниками и сложились в сплоченную группу, как в играх, так и в учебе. Лисимах и Леоннат со временем привыкли к жизни среди других и давали выход своему темпераменту в упражнениях в силе и ловкости.

Леоннат особенно пристрастился к борьбе и из-за этого, покрытый синяками и ссадинами, вечно имел непрезентабельный вид. Самые старшие, такие как Птолемей и Кратер, были уже молодыми людьми и прошли изрядный курс суровой военной подготовки.

В этот период к их группе присоединился один грек по имени Евмен. Он работал помощником в царской канцелярии, и его очень ценили за живой ум и образованность. Поскольку Филипп хотел, чтобы школу посещали и другие юноши, Леонид выделил Евмену место в общей спальне. Вскоре Леоннат бросил новичку вызов в борьбе.

— Если хочешь получить место, должен бороться, — заявил он, сняв хитон и оставшись с обнаженным торсом.

Евмен не удостоил его взглядом.

— Ты с ума сошел? Даже не думай. — И принялся складывать свою одежду в ящик рядом с постелью.

Лисимах начал дразнить его:

— Я же говорил. Этот грек — просто писец. Уже описался.

Александр рассмеялся вместе со всеми. Леоннат толкнул новичка, и тот кубарем покатился по земле.

— Ну, будешь драться или нет?

Евмен с раздраженным видом поднялся, привел в порядок одежду и сказал:

— Одну минутку, я сейчас вернусь.

Он пошел к двери, а остальные, разинув рот, наблюдали за ним. Выйдя, грек подошел к стражнику в верхней галерее дворца, толстому как медведь фракийцу, вложил ему в руку несколько монет и сказал:

— Пошли со мной, там для тебя есть работа.

Войдя в спальню, Евмен указал на Леонната:

— Видишь этого рыжего-конопатого? Гигант кивнул.

— Молодец. Займись им и дай мешок тумаков.

Тут Леоннат сообразил, что дело приняло нежелательный оборот, проскользнул между ног фракийца, как Улисс меж ног Полифема, и сбежал вниз по лестнице.

— Кто-нибудь еще хочет что-то сказать? — спросил Евмен, снова взявшись укладывать свои личные вещи.

— Да, я хочу, — вмешался Александр. Евмен замер и повернулся к нему.

— Слушаю тебя, — проговорил он с очевидным почтением, — поскольку ты хозяин этого дома. Но никто из этих голубчиков не посмеет называть меня писцом.

Александр расхохотался:

— Добро пожаловать к нам, господин царский секретарь.

С этого момента Евмен полностью влился в их компанию и стал вдохновителем всевозможных проделок и шуток над тем и над сем, но особенно часто — над стариком Леонидом: ему подсовывали ящериц в постель и живых лягушек в чечевичную похлебку, в отместку за удары розгой, которые он в изобилии раздавал своим воспитанникам, когда те появлялись в классе с невыполненным заданием.

Однажды вечером Леонид, который сам отвечал за методы воспитания, с важностью сообщил юношам, что на следующий день государю нанесет визит персидское посольство и что ему, их учителю, тоже доверено принять участие в дипломатическом приеме — ввиду его знакомства с Азией и ее обычаями. Он сказал, что старшие должны будут нести службу в почетном эскорте царя, надев парадные доспехи, в то время как младшие выполнят такой же долг рядом с Александром.

Известие вызвало среди ребят большое оживление: никто из них еще не видел ни одного перса, а все свои знания о Персии они черпали в трудах Геродота, Ктезия или записках знаменитого афинянина Ксенофонта «Анабазис». Поэтому все тут же принялись начищать оружие и готовить наряды к церемонии.

— Мой отец разговаривал с одним человеком, который говорил, будто участвовал в той экспедиции десяти тысяч, — рассказывал Гефестион, — и будто видел перед собой персов во время битвы при Кунаксе.

— Представляете, ребята? — вмешался Селевк. — Миллион человек! — И он вытянул перед собой руки с расставленными веером пальцами, словно изображая безграничный строй воинов.

— А колесницы с серпами? — добавил Лисимах. — Они несутся по равнине, подобно ветру, и из-под рамы торчат клинки, а другие закреплены на оси, чтобы косить людей, как пшеничные колосья. Не хотел бы я оказаться на таком поле боя.

— Это больше сеет страх, чем приносит действительный ущерб, — прокомментировал Александр, который до этого момента молчал и только слушал рассуждения друзей. — Так говорит и Ксенофонт в своих записках. Во всяком случае, у нас будет возможность увидеть, как персы управляются с оружием. Царь, мой отец, для послезавтрашней церемонии в честь гостей организовал охоту на льва в Эордее.

— Он пустит туда и детей? — усмехнулся Птолемей. Александр вспыхнул и встал перед ним:

— Мне тринадцать лет, и я ничего и никого не боюсь. Повтори еще раз — и я тебе все зубы вобью в глотку.

Птолемей сдержался. Другие мальчики тоже подавили улыбки. С некоторых пор они научились не провоцировать Александра, хотя он был не особенно рослым. Порой он действительно проявлял удивительную энергию и молниеносную быстроту движений.

Евмен предложил всем составить партию в кости и разыграть недельное жалованье, чем дело и закончилось. Деньги по большей части перекочевали к Евмену, поскольку грек был искусен в игре и имел слабость к деньгам.

Утихомирив гнев, Александр оставил компанию развлекаться, а сам пошел перед сном навестить мать. Олимпиада проводила жизнь в уединении, хотя сохраняла значительное влияние при дворе как мать наследника трона, но ее встречи с Филиппом ограничивались почти исключительно протокольными случаями.

Тем временем царь из политических соображений заключал браки и с другими женщинами, однако к Олимпиаде продолжал относиться с почтением, и будь у царицы не такой строптивый и тяжелый характер, Филипп, возможно, проявлял бы к ней больше чувств.

Царица сидела в кресле, рядом стоял бронзовый канделябр на пять свечей, на коленях у нее лежал папирус. За пределами света комната терялась во мраке.

Александр тихонько подошел.

— Что читаешь, мама?

Олимпиада подняла голову.

— Сафо, — ответила она. — Ее стихи так чудесны, а ее чувство одиночества так близко мне…

Она подошла к окну, посмотрела на звездное небо и печально, с дрожью в голосе повторила только что прочтенные стихи:


Уж месяц зашел; Плеяды
Зашли… И настала полночь.
И час миновал урочный…
Одной мне уснуть на ложе. [6]

Подойдя к ней, Александр увидел в неверном свете луны, как на ресницах матери задрожала слеза, а потом медленно скатилась по бледной щеке.


Содержание:
 0  Александр Македонский. Сын сновидения : Валерио Манфреди  1  ГЛАВА 1 : Валерио Манфреди
 2  ГЛАВА 2 : Валерио Манфреди  3  ГЛАВА 3 : Валерио Манфреди
 4  ГЛАВА 4 : Валерио Манфреди  5  ГЛАВА 5 : Валерио Манфреди
 6  ГЛАВА 6 : Валерио Манфреди  7  вы читаете: ГЛАВА 7 : Валерио Манфреди
 8  ГЛАВА 8 : Валерио Манфреди  9  ГЛАВА 9 : Валерио Манфреди
 10  ГЛАВА 10 : Валерио Манфреди  11  ГЛАВА 11 : Валерио Манфреди
 12  ГЛАВА 12 : Валерио Манфреди  13  ГЛАВА 13 : Валерио Манфреди
 14  ГЛАВА 14 : Валерио Манфреди  15  ГЛАВА 15 : Валерио Манфреди
 16  ГЛАВА 16 : Валерио Манфреди  17  ГЛАВА 17 : Валерио Манфреди
 18  ГЛАВА 18 : Валерио Манфреди  19  ГЛАВА 19 : Валерио Манфреди
 20  ГЛАВА 20 : Валерио Манфреди  21  ГЛАВА 21 : Валерио Манфреди
 22  ГЛАВА 22 : Валерио Манфреди  23  ГЛАВА 23 : Валерио Манфреди
 24  ГЛАВА 24 : Валерио Манфреди  25  ГЛАВА 25 : Валерио Манфреди
 26  ГЛАВА 26 : Валерио Манфреди  27  ГЛАВА 27 : Валерио Манфреди
 28  ГЛАВА 28 : Валерио Манфреди  29  ГЛАВА 29 : Валерио Манфреди
 30  ГЛАВА 30 : Валерио Манфреди  31  ГЛАВА 31 : Валерио Манфреди
 32  ГЛАВА 32 : Валерио Манфреди  33  ГЛАВА 33 : Валерио Манфреди
 34  ГЛАВА 34 : Валерио Манфреди  35  ГЛАВА 35 : Валерио Манфреди
 36  ГЛАВА 36 : Валерио Манфреди  37  ГЛАВА 37 : Валерио Манфреди
 38  ГЛАВА 38 : Валерио Манфреди  39  ГЛАВА 39 : Валерио Манфреди
 40  ГЛАВА 40 : Валерио Манфреди  41  ГЛАВА 41 : Валерио Манфреди
 42  ГЛАВА 42 : Валерио Манфреди  43  ГЛАВА 43 : Валерио Манфреди
 44  ГЛАВА 44 : Валерио Манфреди  45  ГЛАВА 45 : Валерио Манфреди
 46  ГЛАВА 46 : Валерио Манфреди  47  ГЛАВА 47 : Валерио Манфреди
 48  ГЛАВА 48 : Валерио Манфреди  49  ГЛАВА 49 : Валерио Манфреди
 50  ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА : Валерио Манфреди  51  Использовалась литература : Александр Македонский. Сын сновидения
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap