Приключения : Исторические приключения : Глава шестая СУДЬБА ВЛАСА БОЛЬШИХИНА (1486) : Роберт Святополк-Мирский

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44

вы читаете книгу




Глава шестая

СУДЬБА ВЛАСА БОЛЬШИХИНА (1486)

Когда из черной бездны пустоты и небытия сознание Медведева стало очень медленно и постепенно возвращаться, первым, что он осознал, было странное чувство, будто когда-то он уже испытывал точно такие же или очень похожие ощущения…

Снова звенели, переливаясь, колокольчики, будто в степной дали, и в то же время Василий как бы осознавал, что далекое степное прошлое давно позади, так что это никак не может быть Дикое поле, потому что после него было еще много-много разных событий. И вдруг он вспомнил…

Ага! Вот оно что — это замок Горваль… Князь Семен Бельский улыбнулся и повернул шар в подлокотнике кресла, а я рухнул в какую-то каменную бездну, ударился головой и потерял сознание… Нет, какой Бельский? Это же было очень давно, после этого была Анница, Ванечка, Настя… Что это? Где я?..

Медведев ощутил холодное прикосновение чего-то мокрого ко лбу, от чего назойливый звон бубенцов как бы слегка утих, и Василий попытался открыть глаза, с трудом приподняв невероятно тяжелые веки.

Кто это склонился надо мной? Ах да, Сафат, тот самый Сафат, который потом… Нет, какой Сафат? Это же не замок Горваль. Но кто же это такой, чье это лицо, будто знакомое, виденное когда-то давно…

Даже в этом тяжелом пограничном состоянии между небытием и возвращением к жизни феноменальная память Медведева работала безошибочно…

Да, конечно — это Влас Большихин… Ага… Значит мы в Новгороде… Нет, что за чертовщина? Это не я лежал с окровавленной головой, это Влас… Как же это было… какие-то люди напали на нас во дворе дома купца Манина, Ивашку ранили, но я с ними со всеми справился, а один убежал… Меня еще за эти подвиги Патрикеев в темницу усадил, но Филипп нашел этого сбежавшего Большихина, Влас рассказал как было дело, и с меня сняли обвинение. Да нет, это тоже было давно, и с тех пор я его больше не видел, потому что Филипп помог ему деньгами и, кажется, Влас с новой женой скрылся в Литве!

И вдруг ярко и отчетливо вернулась, словно обрушилась на голову, память и Василий сразу вспомнил все. В том числе и то, последнее, что он видел, перед тем как потерять сознание: шестопер, занесенный над головой Филиппа.

Да, конечно, это мы с Филиппом поехали к Аристотелеву, а там нас поджидали Воротынские! И вот образовалась заварушка, только при чем здесь Большихин, откуда он тут мог оказаться?

Поморщившись и непроизвольно застонав, Медведев повернул голову, пытаясь осмотреться.

Теперь сознание почти полностью вернулось к нему, и стало ясно почти все: Воротынские все же захватили их, и вот теперь Василий с окровавленной головой сидит, прочно привязанный к столбу, который представляет собой опору большого деревянного сарая, по-видимому, для хранения сена, потому что с прошлого года еще остались там и тут его остатки, а к другой опоре — такому же столбу — сидит привязанный Филипп Бартенев и сочувственно смотрит на него. Прошло, наверно, довольно много времени, потому что тогда был полдень, а сейчас уже вечер, судя по желтым лучам низкого солнца, пробивающимся сквозь щели в бревенчатых стенах сарая; словом, понятно почти все, кроме одного: откуда здесь взялся давным-давно забытый исчезнувший из жизни печальный неудачник Влас Большихин… Но это пустяки, это потом выясниться сейчас главное другое:

— Ты как, Филипп? — хрипло спросил Медведев.

— Да я то ничего, за тебя все переживаю. Боялся, как бы вовсе тебе голову не проломали, но раз очнулся и можешь внятно говорить, значит все нормально, и скоро мы с тобой отсюда выберемся. А твоя голова в этом деле нам очень пригодится, — Филипп говорил так, будто с ним ничего не случилось.

— Но мне, кажется, твоей голове тоже изрядно досталось: я помню шестопер, который над ней занесли?

— Шестопер? Какой шестопер? — удивился Филипп и тут же вспомнил, — ах да, кто-то, помню, действительно, замахивался, да я успел его руку перехватить и, кажется, сгоряча ее переломал. Но, ты уже без памяти был, не помнишь… Да я, Вася, после того шестопера почти всех раскидал, сеть порвал, тебя левой рукой поднял, через плечо перекинул, а правой все отбивался, но тут человек пять огромным бревном с ног меня сбили… Вот от этого бревна у меня на каких-то пару минут разум помутился, а когда очнулся, гляжу, — все! Лежим мы с тобой связанные, с ног до головы, прямо, как младенцы спеленатые… Но, слава тебе Господи, что ты очнулся… Мы с Власом за тебя переживали, но я вспомнил про твое знаменитое средство, которое когда-то блестяще вылечило мою рану в груди — слава Богу у тебя на шее кроме крестика и мешочек с ним висел… Влас намазал им твою рану, потом водичкой лоб протер — ты и очнулся!

— А Влас-то откуда здесь взялся?

— Влас, — Филипп огляделся и сказал шепотом, — Влас поможет нам выбраться отсюда. Ты ведь часов шесть был без сознания, ничего не знаешь! А за это время князья перевезли нас в свое имение — Воротынск!

— Послушай, так что получается? Мы сказали нашим, что если не вернемся…

— Завтра до полудня, — напомнил Филипп.

— То есть, только завтра в полдень они начнут собираться, — стал прикидывать Медведев, — на сборы им нужно время, допустим, на ночь выедут, это значит, будут здесь не раньше, чем утром послезавтра…

— И опоздают, потому что братцы Воротынские решили нас с тобой, как московских разбойников и захватчиков завтра в полдень прилюдно казнить прямо вон там, на площади, — Филипп мотнул головой куда-то в сторону. Но до этого времени мы отсюда выберемся — Бог во время послал нам Власа, и он тебе сейчас все расскажет…

— Да-да, расскажи, Влас, а то я вообще не пойму как ты-то тут очутился?

— Во-первых, Василий Иванович, я уже давно не Влас Большихин, а Ян Курилович, благодаря, между прочим, вашей доброте и рублю Филиппа Алексеевича…

— Ладно-ладно, забудь об этом, — смутился Филипп.

— Одним словом, мы с Пелагеей — она еще тогда беременна была — в Литву переехали. За деньги, что Филипп Алексеевич дал, нам один человека все нужные грамотки выправил и работу хорошую нашел. В общем, стали мы Яном и Яниной Куриловичами, а работу получили очень хорошую в доме купца одного. Янина горничной, а я, поскольку грамотен, всякими купеческими бумагами занимаюсь. Сыночек родился у нас — Филиппом вот назвали в память о Филиппе Алексеевиче… — Он тяжело вздохнул и на секунду задумался. Потом продолжал: — Да видно по всей жизни какой-то я невезучий. Вот, вроде, наладилось все, денежек с Пелагеей накопили, — купец, надо сказать, очень щедрый, хороший человек, да только тут новая напасть пришла с той стороны, с какой меньше всего ожидал… В общем, пока я по купеческим делам туда-сюда ездил, дома подолгу не бывал, стал вдруг замечать я, возвращаясь, что супруга моя Янина все больше и больше охладевать ко мне стала. А тут еще добрые люди — слуги в купеческом доме — помогли, как водится: рассказали, будто нарочно купец меня в дальние поездки посылает, приглянулась, мол, ему Пелагея моя, то бишь, Янина. Я не поверил, спросил у нее. Она у меня женщина честная, правдивая, так, мол, и так, говорит, действительно, пока тебя тут не было завязалась любовь у нас. И говорит, мол, сердце ее разрывается, потому что и ко мне привязана, и его вдруг полюбила, а я ей не удивляюсь — он человек статный, мужчина красивый и возраст подходящий — только сорок недавно исполнилось. «Что ж теперь делать будем?» — спрашиваю, а она: «Не знаю» — говорит. А тут вдруг купец меня снова в поездку посылает, вот сюда в Воротынск. Привез я по заказу братьев-князей товар кое-какой, ну, они мне денежки для купца передали, приняли нормально, и должен был я сегодня обратно ехать, а тут утром вдруг возвращаются откуда-то князья и вас привозят. Я, было, сначала едва не проговорился, что хорошо знаю вас, а потом язык прикусил, думаю, надо проведать. что и как, может и я вам помогу, как вы мне когда-то. А князь Семен Воротынский мне и говорит: «Схватили мы московских разбойников, которые землю нашу забрать хотели!» И еще добавил; «Это все из-за сестры, она за такого же московита замуж вышла, а эти, мол, дружки ее мужа.» В общем, я так понял, что сестру с ее мужем тогда же через рубеж, через речку Угру, в одних нательных рубахах отвезли без вещей и денег, чтобы, мол, в Московию пешком, как нищие, возвращались, а на вас они очень обозлились. Говорил Семен, будто вы много людей его убили и покалечили. Одним словом, решили они с братом казнить вас завтра смертной казнью. Палача уже нашли и топор точить велели, чтоб головы вам отрубить, но пока князей не было дома, я тут с одним слугой их близко сдружился — Денисом его зовут. Так вот у этого Дениса беда большая и деньги ему нужны, а взять неоткуда. А когда вас сюда посадили, Денис мне сказал, что сегодня в ночь его к вам в охрану поставят. Тут я и придумал выход: я предложил ему все деньги, которые от князей для купца получил — потом дома я из своих отложенных купцу верну — а деньги эти может и Дениске и вам жизнь спасут, как мне когда то деньги Филиппа Алексеевича… Только я обещал ему, что после того как ночью он поможет вам бежать, вы его с собой возьмете, чтоб мести князей ему избежать…

— Разумеется, — сказал Филипп.

— Конечно, — подтвердил Медведев. А тебя-то самого, как сюда пустили?

— Не только пустили — сами попросили. Дело в том, что я за эти годы кое-какие лекарские навыки усвоил, Меня купец часто к одному своему знакомому доктору в Вильно посылал, я там, бывало, месяцами бумаг каких-то для купца дожидался, а доктор тот, тем временем, меня кое-чему в лекарском деле научил. Так вот сегодня князь Семен вернулся с рукой пораненной…

— Да-да, помню, кажется, я его мечом полоснул, — сказал Медведев.

— Наверно, а своего лекаря у него нет. Ну, я ему рану очистил, перевязал, а он мне и говорит: «Раз ты, мол, хорош в этом деле, сходи, глянь на одного из этих московитов, а то, он все без сознания, боюсь, помрет. Так, мол, позаботься, чтоб хотя бы до завтра протянул, потому что я, мол, своими глазами хочу увидеть, как его голова в корзину упадет!» Я вам и Филиппу Алексеевичу веревки немного ослабил так, чтоб незаметно было. В полночь Дениска на охрану заступит, и часа в три, когда все крепко уснут, он меня сюда впустит, я вот уже ножик острый припас веревки разрезать, а Дениска обещал нас дворами до леса провести и коней там подготовить, так что вы тут как-нибудь только до ночи продержитесь — а там все!

— Отлично, — сказал Медведев, — будем ждать.

… Чудодейственное средство грека Микиса залечивало раны быстро, и к полуночи голова Медведева перестала болеть, полностью прояснилась и лишь саднящая боль в затылке напоминала о ране. Благодаря тому, что Влас расслабил веревки, руки и ноги не так затекали, и Василий с Филиппом решили пару часиков вздремнуть, чтобы освежить силы перед ночным побегом.

Воины опытные, закаленные в схватках и сражениях, прошедшие множество воинских испытаний, они научились спать в любых условиях, переносить любые неудобства, не поддаваясь страху и опасению грядущих несчастий, неизменно веря в успех, победу и в то, что из любой ситуации они рано или поздно выберутся.

Они проснулись около трех ночи, переговорили шепотом, обсудив детали поведения и всевозможные повороты событий в процессе предстоящего побега.

Ночь выдалась темная безлунная, тихая, так что слышны были шаги охранника, мерно ходившего взад-вперед за стенами сарая и вот, наконец, когда едва-едва забрезжил летний рассвет, за стенами послышались какие-то шорохи, шепот, холодный звон оружия, дверь сарая скрипнула, и темный силуэт приблизился к ним.

— Это я, — полушепотом сказал Влас, — Денис просил подождать еще немного, он заглянет и скажет, когда можно выходить, а я тем временем перережу веревки, чтобы вы были готовы.

Медведев почувствовал, как руки Власа нащупывают веревки на его груди, и в ту же секунду произошло нечто совершенно неожиданное.

Обе створки дверей сарая внезапно широко распахнулись, замелькали в темноте искорки кремней, с десяток факелов ярко вспыхнули, осветив привязанных к столбам узников и растерянного Власа, застывшего с ножом в руке возле Медведева.

— Ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай, — с насмешливым укором произнес князь Семен Воротынский, стоя рядом со своим братом Дмитрием в окружении толпы вооруженных людей с факелами, — я не думаю, что купец Елизар Бык обрадуется, когда узнает, на что его слуга решил потратить хозяйские денежки. Ты кого хотел подкупить? Не знал, что Дениска мой преданный слуга? — Князь повернул голову в сторону молодого человека с длинными черными усами.

Несмотря на необычность и напряженность ситуации, несмотря на полный провал плана побега, несмотря на неизвестное будущее, Медведев в эту секунду подумал вовсе не об этом.

Елизар Бык??? Тот самый Елизар Бык, возле дома которого мы хотели спасти Настеньку, тот самый Елизар Бык, который под Новгородом, насмешливо улыбаясь, вывернул мне под ноги три бочонка с рыбой, где я так ничего и не нашел и, возможно, тот самый Елизар, который еще в юные годы в компании с каким-то Симоном и Корнелиусом пытали старца Иону… Неужели именно к нему в дом попал Влас? Почему я вчера не спросил у него, как зовут купца?..

Тем временем события развивались быстро.

Черноусый Денис насмешливо сказал Власу:

— Да мне князь в три раза больше заплатит за верную службу, не придется скитаться с вами, бандитами, а деньги твои и так моими станут.

— Нет, все-таки я законченый неудачник, — тихо сказал Медведеву Влас, — А мне так хотелось вам помочь. Ничего мне в жизни ни разу не удалось, может, напоследок хоть одно доброе дело сделаю — убью негодяя!

— Стой, — крикнул Медведев, но было поздно.

Влас, вскинув нож, бросился на Дениса с криком: «Сдохни, предатель!» Но Влас еще в Новгороде показал себя плохим воином, да он им никогда и не был, а потому не успел преодолеть даже те три шага, которые отделяли его от Дениса.

Денис мгновенно выхватил саблю, сделал резкий выпад вперед и проткнул насквозь Власа, тут же выдернув саблю. Влас остановился как вкопанный, уронил нож и удивленно посмотрел на кровь, сразу хлынувшую из раны на груди.

— Прости все грехи мои, Господи, — прошептал он и рухнул замертво.

— Ваш план не удался, — сказал Семен Воротынский и кивнул своим людям, — свяжите-ка их покрепче, заприте в погребе возле нашего дома да поставьте усиленную охрану. Уж оттуда-то они точно не убегут…

Василия и Филиппа отвязали от столбов, положили на землю и крепко стянули руки и ноги прочной веревкой.

Филипп лежал прижавшись щекой к остаткам прошлогоднего сена, вдохнул его аромат и подумал, как должно быть хорошо сейчас в Бартеневке, где его возвращения ждут не дождутся лив Генрих Второй и Утренняя Звезда Чулпан…


Содержание:
 0  Порубежная война Порубежная война : Роберт Святополк-Мирский  1  ПРОЛОГ ПОДСНЕЖНИКИ КНЯЖНЫ ОЛЕНЫ : Роберт Святополк-Мирский
 2  Часть первая РАСПРЯ : Роберт Святополк-Мирский  3  Глава вторая ХРОНИКИ ОТЦА МЕФОДИЯ (1486) : Роберт Святополк-Мирский
 4  Глава третья ЦВЕТОК НА ВЕТРУ ИЛИ СМЕРТЬ ВЕЛИКОГО МАСТЕРА (1486) : Роберт Святополк-Мирский  5  Глава четвертая ВОСКРЕСНЫЙ ОБЕД В МЕДВЕДЕВКЕ (1486) : Роберт Святополк-Мирский
 6  Глава пятая ПЕЛЕНА ЕЛЕНЫ ВОЛОШАНКИ (1486) : Роберт Святополк-Мирский  7  вы читаете: Глава шестая СУДЬБА ВЛАСА БОЛЬШИХИНА (1486) : Роберт Святополк-Мирский
 8  Глава седьмая НЕВЕСТА КНЯЗЯ МОСАЛЬСКОГО (1486) : Роберт Святополк-Мирский  9  Глава восьмая ДРУЖЕСКИЕ УСЛУГИ (1487) : Роберт Святополк-Мирский
 10  j10.html  11  Глава десятая КРЕМЛЕВСКАЯ СТЕНА (1488–1489) : Роберт Святополк-Мирский
 12  Глава первая ДВОРЯНИН АРИСТОТЕЛЕВ : Роберт Святополк-Мирский  13  Глава вторая ХРОНИКИ ОТЦА МЕФОДИЯ (1486) : Роберт Святополк-Мирский
 14  Глава третья ЦВЕТОК НА ВЕТРУ ИЛИ СМЕРТЬ ВЕЛИКОГО МАСТЕРА (1486) : Роберт Святополк-Мирский  15  Глава четвертая ВОСКРЕСНЫЙ ОБЕД В МЕДВЕДЕВКЕ (1486) : Роберт Святополк-Мирский
 16  Глава пятая ПЕЛЕНА ЕЛЕНЫ ВОЛОШАНКИ (1486) : Роберт Святополк-Мирский  17  Глава шестая СУДЬБА ВЛАСА БОЛЬШИХИНА (1486) : Роберт Святополк-Мирский
 18  Глава седьмая НЕВЕСТА КНЯЗЯ МОСАЛЬСКОГО (1486) : Роберт Святополк-Мирский  19  Глава восьмая ДРУЖЕСКИЕ УСЛУГИ (1487) : Роберт Святополк-Мирский
 20  j20.html  21  Глава десятая КРЕМЛЕВСКАЯ СТЕНА (1488–1489) : Роберт Святополк-Мирский
 22  Часть вторая ВОЙНА : Роберт Святополк-Мирский  23  Глава вторая АРГАННЫЙ ИГРЕЦ : Роберт Святополк-Мирский
 24  Глава третья ЗАНОЗА : Роберт Святополк-Мирский  25  Глава четвертая РАССЛЕДОВАНИЕ (1490–1491) : Роберт Святополк-Мирский
 26  Глава пятая БРАТСКАЯ ЛЮБОВЬ (1491 г.) : Роберт Святополк-Мирский  27  Глава шестая ВОЙНА (1492 г.) : Роберт Святополк-Мирский
 28  Глава седьмая ИНТРИГА (1492 г.) : Роберт Святополк-Мирский  29  Глава восьмая ЗАГОВОР (1493 г.) : Роберт Святополк-Мирский
 30  Глава девятая ДРУЗЬЯ И НЕДРУГИ (1493 г.) : Роберт Святополк-Мирский  31  Глава десятая БЛАГОДАРНОСТЬ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ (1493 г.) : Роберт Святополк-Мирский
 32  Глава первая ГОРОСКОП ДЛЯ НАСЛЕДНИКА ПРЕСТОЛА : Роберт Святополк-Мирский  33  Глава вторая АРГАННЫЙ ИГРЕЦ : Роберт Святополк-Мирский
 34  Глава третья ЗАНОЗА : Роберт Святополк-Мирский  35  Глава четвертая РАССЛЕДОВАНИЕ (1490–1491) : Роберт Святополк-Мирский
 36  Глава пятая БРАТСКАЯ ЛЮБОВЬ (1491 г.) : Роберт Святополк-Мирский  37  Глава шестая ВОЙНА (1492 г.) : Роберт Святополк-Мирский
 38  Глава седьмая ИНТРИГА (1492 г.) : Роберт Святополк-Мирский  39  Глава восьмая ЗАГОВОР (1493 г.) : Роберт Святополк-Мирский
 40  Глава девятая ДРУЗЬЯ И НЕДРУГИ (1493 г.) : Роберт Святополк-Мирский  41  Глава десятая БЛАГОДАРНОСТЬ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ (1493 г.) : Роберт Святополк-Мирский
 42  ЭПИЛОГ ДВОРЯНИН ВЕЛИКОЙ КНЯГИНИ : Роберт Святополк-Мирский  43  Приложение : Роберт Святополк-Мирский
 44  Использовалась литература : Порубежная война Порубежная война    



 




sitemap