Приключения : Исторические приключения : Глава тридцать первая Дон-Кихот : Эмма Выгодская

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31

вы читаете книгу




Глава тридцать первая

«Дон-Кихот»

Родина нашла убежище для Сервантеса, такое же верное, как подземелье паши в Алжире.

В маленьком городке Ламанчи, в Аргамасилье, в крайней камере белой одноэтажной городской тюрьмы, за решётчатым окном надолго поселился бедный, никому не известный узник.

Жители Аргамасильи ничего не слыхали о нём. Они не знали, что этот узник сделает известным всему свету имя их ничем не примечательной страны Ламанчи.

Узник не просил у тюремщика ни чёток для молитвы, ни табаку. Он не вступал в разговоры, не беспокоил попытками бегства.

Узник просил только бумаги и перьев. С утра до вечера он сидел и писал.

— Кто сидит у тебя в крайней камере, Басилио? — иногда спрашивали у тюремщика.

— Мигель Сервантес, отставной солдат. В молодости, говорят, был поэтом. Всё сидит и пишет, должно быть, стихи.

Сервантес писал не стихи. Время для стихов прошло. Сервантес писал о полоумном идальго, который ошибся веком.

Бедный идальго начитался книг, историй, редкостных и необыкновенных, полных неожиданностей и удивительных приключений. Он поверил в заколдованные замки и в чудовищ, в честь паладина и в верность оруженосца. Он назвался рыцарем и в Испанию короля Филиппа выехал биться за право и справедливость.

Удивительные вещи происходили с рыцарем.

Он сшибал головы волшебникам в заколдованном замке, а хозяин постоялого двора требовал с него денег за пролитое вино и продырявленные бурдюки.

Он освобождал каторжников, идущих на галеры, а каторжники благодарили его пинками и проклятиями.

Он скитался, как Амадис, в скалистой пустыне и сочинял стихи во славу своей дамы, Дульцинеи Тобосской, а Дульцинея рвала на клочки его витиеватые, возвышенные письма.

Рыцарь кидался в самые отчаянные битвы, пускался без страха в самые невероятные приключения и в ожидании славы и человеческого признания ночевал, избитый и голодный, весь в синяках, на чердаке, на лошадиной попоне.

Его избивали купцы и странствующие комедианты, ему продавливали рёбра и выбивали зубы, но странствующий рыцарь ни за что не хотел расстаться со своим рыцарством и с правом на приключения.

Избитый и окровавленный, в пыли, без коренных зубов, потеряв Россинанта, он лежал на земле и беседовал с верным оруженосцем.

Голос рыцаря печального образа звучал в темнице Сервантеса:

— И ещё скажу тебе, Санчо, душа моя болит оттого, что я избрал себе профессию странствующего рыцаря в столь отвратительный век, как тот, в котором мы живём.

— Вы правы, ваша милость, но, клянусь честью бедного человека, мне сейчас больше нужны припарки, чем разговоры…

И Санчо вздыхал, потому что оруженосцы странствующих рыцарей подвержены «великому голоду и злоключениям и ещё многим другим вещам, которые лучше чувствуются, чем говорятся».

Они ехали дальше. Рыцаря подвешивали на уздечке к слуховому окну, а его оруженосца подбрасывали на одеяле и тузили кулаками, и бедный Санчо Панса всё никак не мог добраться до острова, губернатором которого рыцарь обещал его сделать.

— Неужели ты не знаешь, друг Санчо, что жизнь странствующего рыцаря подвержена тысяче опасностей и невзгод?

— Пускай мёртвый ложится в могилу, ваша милость, а живой берётся за хлеб.

Сервантес вскакивал, шагал от стены к стене, снова садился и писал, писал.

Сервантес больше не был одинок. Он отвечал. Он не соглашался.


Осенью 1604 года в испанский город Вальядолид въехал недавно выпущенный из тюрьмы бедно одетый путник, в потёртом камзоле с неодинаковыми пуговицами, в рваных зелёных чулках, зашитых чёрными нитками. Он вёз с собой толстую рукопись в полотняном мешке.

Путник был стар. Седина выбелила его волосы, глубокие морщины залегли вокруг глаз. Он перенёс изгнание, плен, изнурительные походы, нищету. Ему было пятьдесят семь лет. Необыкновенные приключения его жизни близились к концу. Но на смену им шли другие.

Сервантес вёз с собой повесть о герое, «худом, иссохшем, причудливом и полном разнообразных мыслей, никогда и никому ещё не приходивших в голову». Он вёз с собой «Дон-Кихота».


Содержание:
 0  j0.html  1  Глава вторая Письмо из Саламанки : Эмма Выгодская
 2  Глава третья Роланд : Эмма Выгодская  3  Глава четвёртая В Мадриде : Эмма Выгодская
 4  Глава пятая Кахита : Эмма Выгодская  5  Глава шестая Наследник престола : Эмма Выгодская
 6  Глава седьмая Ночной поединок : Эмма Выгодская  7  Глава восьмая Неожиданный выход : Эмма Выгодская
 8  Глава девятая Бегство : Эмма Выгодская  9  Глава десятая У прелата : Эмма Выгодская
 10  Глава одиннадцатая Лепантский бой : Эмма Выгодская  11  Глава двенадцатая Галера Солнце : Эмма Выгодская
 12  Глава тринадцатая В плену : Эмма Выгодская  13  Глава четырнадцатая Оран : Эмма Выгодская
 14  Глава пятнадцатая Цена выкупа : Эмма Выгодская  15  Глава шестнадцатая Новый план : Эмма Выгодская
 16  Глава семнадцатая Монах-доминиканец : Эмма Выгодская  17  Глава восемнадцатая Расправа пиратов : Эмма Выгодская
 18  Глава девятнадцатая В пещере : Эмма Выгодская  19  Глава двадцатая Допрос : Эмма Выгодская
 20  Глава двадцать первая Бунт в порту : Эмма Выгодская  21  Глава двадцать вторая Большой заговор : Эмма Выгодская
 22  Глава двадцать третья Комиссар святой инквизиции : Эмма Выгодская  23  Глава двадцать четвёртая Игра в кошку и мышку : Эмма Выгодская
 24  Глава двадцать пятая Упрямый испанец : Эмма Выгодская  25  Глава двадцать шестая Змеиная яма : Эмма Выгодская
 26  Глава двадцать седьмая Свобода : Эмма Выгодская  27  Глава двадцать восьмая Родина : Эмма Выгодская
 28  Глава двадцать девятая Знатная турчанка : Эмма Выгодская  29  Глава тридцатая Герой Лепанто : Эмма Выгодская
 30  вы читаете: Глава тридцать первая Дон-Кихот : Эмма Выгодская  31  notes.html



 




sitemap