Детективы и Триллеры : Классический детектив : Возвращение Крестного отца : Марк Вайнгартнер

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  63

вы читаете книгу

Более трех десятилетий назад был впервые опубликован «Крестный отец» — величайший роман Марио Пьюзо. В 2004 году Марк Вайнгартнер написал продолжение этой истории, рассказав о годах, не охваченных в бестселлере Пьюзо и не менее знаменитом фильме Фрэнсиса Форда Копполы.

Итак, 1955 год Майкл Корлеоне только что одержал нелегкую победу в кровавой войне пяти гангстерских семейств Нью-Йорка. Теперь он пытается укрепить свою власть, легализовать бизнес и спасти семью. Для этого ему придется одолеть достойного соперника — Ника Джерачи, бывшего боксера и вышибалу, а нынче — дипломированного юриста, не уступающего ему в жестокости и коварстве.


Наконец-то это случилось! Нашелся человек, не побоявшийся взяться за столь тяжелый труд, — его имя Марк Вайнгартнер, и он набрался мужества и продолжил дело великого Марио Пьюзо, написав «Возвращение Крестного отца». По нашему мнению, получилось весьма неплохо.


Bookmarks Magazine


Читателям этой книги предстоит побывать в Нью-Йорке, Вашингтоне, Лас-Вегасе и даже на Кубе, окунуться в мир политики, юриспруденции и шоу-бизнеса, причем в самых неожиданных ракурсах. Марк Вайнгартнер придал легендарным героям Пьюзо современный облик и создал несколько собственных, не менее ярких персонажей. «Возвращение Крестного отца» — в первую очередь увлекательная история о том, что мы любим, тщательно оберегаем, а иногда смертельно боимся, — о семье.

Из аннотации к американскому изданию

Посвящается моей семье

Книга 1

Весна 1955

Глава 1


Холодным весенним днем 1955 года Майкл Корлеоне вызвал Ника Джерачи на встречу в Бруклине.

Пока новый дон находился в доме покойного отца на Лонг-Айленде, два парня в одежде механиков сидели, апатично уставившись в телевизор. Показывали кукольное шоу. «Механики» ожидали дальнейших указаний босса и одновременно наслаждались пышным бюстом дородной актрисы.

Майкл вошел в украшенную лепниной комнату, которую покойный отец использовал как кабинет, и сел за стол, некогда принадлежавший Тому Хейгену. Стол consigliere. Вообще-то Майкл мог бы позвонить из дома — Кей с детьми уехала в Нью-Гэмпшир к родственникам. Но обе телефонные линии прослушивались, хотя прекрасно знавший об этом Майкл забавлялся вовсю, водя копов за нос. А вот в доме отца телефонная линия, установленная по спецзаказу и за огромную взятку, была недосягаема даже для полиции. Новый дон набрал номер. Память у него была великолепная — никакая телефонная книжка не нужна! В доме было тихо — мать вместе с Конни и внуками уехала в Лас-Вегас. После второго гудка трубку сняла жена Джерачи. Майкл едва знал Шарлотту, однако тепло поприветствовал и спросил, как дела у дочерей. Корлеоне вообще редко пользовался телефоном и никогда раньше не звонил Джерачи домой. Обычно поручения передавались через третьи, а то и четвертые руки, чтобы отвести подозрение от самого дона. Ответив дрожащим голосом на безобидные вопросы, Шарлотта позвала к телефону мужа.

У Ника Джерачи был тяжелый день. Два судна с героином, которые ждали из Сицилии не раньше следующей недели, минувшей ночью прибыли — одно в Нью-Джерси, другое в Джексонвиль. Кто угодно другой на его месте угодил бы за решетку, а Джерачи ухитрился все уладить, сделав солидное пожертвование в фонд профсоюза автодорожников, председатель которого находился во Флориде, и лично посетив (с небольшим, но ценным подарком) главу клана Страччи, контролировавшего доки северного Джерси. К пяти вечера Джерачи уже мирно играл в пятнашки с дочками, а в спальне своего часа дожидался двухтомник о военном искусстве Древнего Рима. Когда зазвонил телефон, Джерачи как раз добавил лед в бокал «Шиваса». На вертеле шипели отбивные, а по радио передавали репортаж о бейсбольном матче. Шарлотта вынесла телефонную трубку во двор. Ее лицо было белее мела.

— Привет, Фаусто! — Кроме Майкла, единственным, кто так звал Ника Джерачи, был Винсент Форленца, крестный отец Кливленда. — Хочу, чтобы ты присутствовал на встрече с Тессио. В семь часов в «Двух Томах». Знаешь, где это?

На голубом небе не было ни облачка, но, увидев, как Шарлотта загоняет девочек в дом, можно было подумать, что на Лонг-Айленд надвигается ураган.

— Конечно, знаю, — отозвался Джерачи. — Частенько там обедаю. — Это был своего рода экзамен: спросит Ник о «встрече с Тессио» или не спросит. Джерачи экзаменов никогда не заваливал. Шестое чувство подсказывало — врать не стоит. — Не понимаю, о чем речь. Что за встреча?

— Ребята со Статен-Айленда придут поговорить о делах.

«Ребята со Статен-Айленда» — это, скорее всего, люди Барзини. Только если Тессио проводит мирные переговоры с доном Барзини, то почему звонит Майкл, а не сам Салли? Задумавшись, Джерачи уставился на подрумянивающиеся отбивные. Ответ был так очевиден, что Ник вздрогнул и тихо выругался.

Тессио мертв, и, скорее всего, не один он.

«Два Тома» выбраны неспроста. Это кафе любил Салли. Вероятно, он вступил в сговор с Барзини и вместе с ним готовил покушение на Майкла, а Корлеоне это предвидел.

Джерачи потыкал мясо длинной деревянной лопаточкой.

— Я вам нужен как телохранитель или как помощник на переговорах?

— Что-то ты долго не отвечал…

— Извините, отбивную переворачивал.

— Ты переживаешь, Фаусто. Не пойму, из-за чего?

Он намекает, что Джерачи не о чем беспокоиться? Или пытается понять, помогал ли он Тессио?

— Нет, сэр, не волнуюсь, — ответил Ник, подражая Джону Уэйну, — а скачу во весь опор вам на помощь!

— Что?

— Волнение — суть моей души, — вздохнул Джерачи, любивший черный юмор. — Так что пристрелите меня!

— Именно за это я тебя и ценю, — как ни в чем не бывало сказал Майкл. — Ты всегда волнуешься и переживаешь.

— Тогда позвольте быть откровенным и дать необычный совет. Не ставьте на «Рейнджеров».

Теперь долго молчал Корлеоне.

— Как ты догадался?

— Они в финал не выйдут.

— Почему это?

— Выиграют «Доджеры», ведь матч состоится в Филадельфии.

— Да, ты прав, — протянул Майкл.

Джерачи закурил.

— Любите бейсбол?

— Так, баловался в юности.

Ник не удивился. Сколько парней просадили кучу денег в букмекерских конторах!

— «Рейнджеры» — отличная команда, — миролюбиво проговорил Джерачи.

— Все так говорят, — отозвался Корлеоне. — А я тебя прощаю.

— За что?

— За откровенность и необычный совет.

Джерачи снял отбивные с вертела и уложил на плоскую тарелку.

— Рад, что оказался полезным!

Примерно через час Джерачи прибыл в «Два Тома» и оставил телохранителей возле кафе. Выбрав столик, он заказал себе эспрессо. Страшно ему не было. Майкл Корлеоне, в отличие от грубияна Санни и слюнтяя Фредо, унаследовал проницательность и осторожность отца. Он не станет убивать, не имея веской причины и доказательств. А к проверкам Джерачи готов, какими бы глупыми они ни казались. Ник был уверен, что сумеет выйти сухим из воды.

Сальваторе Тессио не сказал о Майкле ни единого худого слова, но Джерачи не сомневался, что рано или поздно Тессио вступит в сговор с Барзини. Должен же Салли злиться из-за дурацкой семейственности, которая сделала доном совсем зеленого Майкла! Должен же понимать, что перевод бизнеса на Запад — огромная глупость! И что с ним будет? Джерачи знал превеликое множество преуспевающих компаний, основанных отцами-иммигрантами и разоренных рожденными в Америке сыновьями с кучей дипломов и неуемными амбициями.

Ник взглянул на часы, подарок Тессио на окончание колледжа. Да уж, пунктуальность старого дона Майкл не унаследовал. Джерачи заказал второй эспрессо.

Сколько раз Ник демонстрировал свою верность клану Корлеоне! Никогда не высовывался, хотя на деле оказывался гораздо полезнее многих. Когда-то он был боксером-тяжеловесом и выступал под именем Эйса Джерачи (детское прозвище, которое ему не нравилось, потому что рифмовалось с американским произношением его имени: «Джерейси») и другими вымышленными именами. Ник был светловолосым, поэтому мог легко сойти за немца или ирландца. В свое время Эйс выдержал шесть раундов против парня, который впоследствии стал чемпионом мира в полутяжелом весе. Джерачи все детство проторчал в спортзалах, но поклялся, что никогда не станет одним из покалеченных ветеранов, подыхающих в нищете. Он дрался из-за денег, а вовсе не ради славы. Крестный из Кливленда (по совместительству глава местной мафии, как позже узнал Ник) свел его с Тессио, владельцем крупнейшего спортивного тотализатора в Нью-Йорке. В коммерческих турнирах никто не стремится проломить тебе череп. Затем к Джерачи стали обращаться, если кому-нибудь нужно было вправить мозги. Первым заказчиком стал Америго Бонасера, близкий друг Вито Корлеоне, у которого изнасиловали дочь. В заказах недостатка не было, и Джерачи скопил на учебу в колледже. К двадцати пяти годам он получил диплом, оставил рэкет и в свите Тессио стал считаться одним из самых перспективных. Ник единственный в клане закончил колледж, не носил пушку и не ходил по шлюхам, искренне считая, что кратчайший путь к благополучию — процветание клана. Он старался вовсю, поэтому на его странности никто не обращал внимания. Тактика Джерачи была гениальной — он завышал прибыль от каждого дела и отдавал семье шестьдесят, а то и семьдесят процентов вместо положенных пятидесяти. Даже если бы его махинации обнаружились, что могла сделать семья? В худшем случае пожурить! Джерачи тщательно просчитал все ходы: чем больше он платит, тем выше его авторитет в семье, а значит, тем больше людей будут платить ему свои пятьдесят процентов. А за тем, чтобы дань платили ему, Ник проследит. Каждому в Нью-Йорке было известно, что если тебе просто сломали челюсть, то, считай, пожалели — все могло кончиться намного хуже. По городу поползли страшные слухи о том, что делает с нерадивыми плательщиками боксер-профессионал. Джерачи казалось, что люди сами стремятся отдать ему деньги! Очень правильно! Запугивание и устрашение куда сильнее пистолета или кулака.

Во время войны Ник в должности портового инспектора бойко спекулировал продовольственными карточками. Тессио предложил ему вступить в клан Корлеоне, и торжественную церемонию посвящения проводил сам Вито. После войны Джерачи занялся ростовщичеством. Больше всего ему нравились строители-подрядчики, которые сначала и не подозревали, что величина расходов сильно завышена, и не умели разговаривать с многочисленными должниками. Ник мог помочь и в этом! В его сети попадали владельцы компаний — жадные дегенераты, мечтающие о легкой наживе. Довольно скоро Джерачи начинал использовать их компании для отмывания денег и даже платил жадным умникам дивиденды, чтобы было что указать в налоговой декларации. А потом, все как одна, фирмы становились банкротами. Целых тридцать дней продукцию беспрепятственно вывозили со складов и раздавали женам и подругам. Когда наступал отчетный период, в офисах компаний обычно вспыхивали пожары, уничтожавшие документацию. Такая грубая стратегия претила Нику, и, поступив на заочное отделение юридической академии, он постепенно заменил пожары более изящной процедурой банкротства. Все разоренные фирмы оформлялись на подставных лиц, а имущество Ник присваивал. Если владелец пытался поднять шум, ему, словно собаке кость, кидали тысячу долларов и небольшой земельный участок в Неваде или Флориде. Когда во главе клана Корлеоне встал Майкл, он, нарушив запрет отца, взял под контроль торговлю наркотиками. Главой нового направления был назначен Ник Джерачи, который выбрал себе помощников из regime[1] Тессио и Санни. За несколько месяцев Джерачи, словно паук, создал целую сеть, наладив связи с великим доном Чезаре Инделикато с Сицилии и семьями, контролирующими порты Нью-Джерси и Джексонвиля, аэропорты Нью-Йорка и Среднего Запада. Братья Корлеоне, неизвестные большинству работающих на них людей, стали самыми богатыми наркобаронами страны. Без денег, которые заработал для них Джерачи, они бы никогда не угнались за кланами Татталья и Барзини.

Едва пробило девять, в «Два Тома» вошли Питер Клеменца и три его телохранителя. Значит, вместо себя Майкл прислал caporegime! Это не сулит ничего хорошего, ведь Клеменца уже много лет планировал самые важные заказные убийства для клана Корлеоне. Выходит, Тессио мертв.

— Ты что-нибудь себе заказал? — тяжело дыша, спросил тучный Клеменца.

Джерачи покачал головой.

Питер замахал руками, словно пытаясь разогнать вызывающие аппетит запахи.

— Как ты можешь спокойно сидеть, у меня в желудке урчит от таких ароматов! Закажем что-нибудь легкое, так, на один зуб?

Пит заказал огромную порцию закуски из баклажанов, палтуса в креветочном соусе и две корзины итальянского хлеба. Теперь, когда Тессио убили, Клеменца остался последним обломком старой гвардии, единственным capo, служившим Вито Корлеоне.

— Тессио еще жив! — заговорщицки прошептал Клеменца, поднимаясь из-за стола.

У Джерачи засосало под ложечкой. Значит, его заставят нажать на курок, чтобы в очередной раз проверить на верность. Ник знал, что пройдет и такое испытание, но разве от этого легче?

Стемнело, Клеменца куда-то вез Ника, а по дороге учинил настоящий допрос. Джерачи решил, что безопаснее говорить правду. Он еще не знал, что утром того дня были убиты главы семейств Татталья и Барзини. Не мог он знать и того, что на встречу с ним Клеменца опоздал, потому что руководил устранением Карло Рицци, зятя Майкла Корлеоне. Убрав еще несколько человек, Клеменца постарался, чтобы убийства можно было принять за вендетту клана Барзини или Татталья. Этого Джерачи, естественно, тоже не знал, он мог только предполагать, и все его предположения оказались верны. Ник взял сигару, предложенную Клеменца, но так и не закурил.

Лимузин остановился на заброшенной автостоянке за Флэнбуш-авеню. Неподалеку Джерачи заметил два других автомобиля, в одном из которых ехали телохранители Клеменца, а в другом — его собственные. Увидев, что caporegime не выходит из машины, Джерачи запаниковал и стал искать глазами тех, кто его убьет. Как они решили его прикончить? Почему его люди стоят рядом и молчат? Неужели предательство?

Клеменца опустил окно.

— Все не так, как ты думаешь, парень, — сказал он. — Просто получилось… — Пит закрыл пухлыми ладонями лицо. Тяжело вздохнув, он быстро-быстро заговорил: — Мы с Салли знакомы черт знает сколько лет. Некоторые вещи не хочется видеть даже мне. Понимаешь?

Джерачи понимал.

Толстяк безутешно рыдал и, казалось, нисколько не стеснялся своих слез. Не сказав больше ни слова, он кивнул водителю, поднял окно и укатил прочь.

Ник молча смотрел, как в темноте тает свет фар.

В глубине автостоянки, в одном из хозяйственных отсеков Джерачи увидел два трупа: механики были убиты довольно давно, потому что кровь уже запеклась. В следующем отсеке Аль Нери, любимый киллер Майкла, стерег Сальваторе Тессио. Салли сидел, сгорбившись, словно бегун, которого сняли с дистанции как явного аутсайдера. Тессио дрожал, хоть и не от страха, а от какого-то недуга, который мучил его уже почти год. Джерачи слышал лишь шелест своих шагов и какой-то неестественный смех — где-то рядом работал телевизор.

Нери приветственно кивнул, а Тессио даже головы не поднял. Телохранитель Корлеоне похлопал старика по спине, изображая сочувствие. Так и не подняв глаз, Салли Тессио упал на колени, его губы беззвучно шевелились.

Нери передал Нику пистолет рукоятью вперед. Джерачи никогда не считался знатоком огнестрельного оружия. Пистолет был тяжелым, как банковский сейф, и длинным, как велосипедная спица, — скорее ружье, чем пистолет. Ник уже достаточно долго состоял в клане и знал, что для заказных убийств чаще всего используются стволы двадцать второго калибра с глушителем. Стреляют в голову три раза: второй раз для контроля, третий — для суперконтроля. Как бы то ни было, пистолет, который сейчас дали Джерачи, был больше и без глушителя. Черт побери, Тессио он любит, как отца, а вот Нери как-то приковал его наручниками к радиатору и надавал по яйцам. Ник так и не успел ему отомстить.

Джерачи глубоко вздохнул. Обычно он прислушивался к голосу рассудка, а не к голосу сердца. Сердце — всего лишь орган, перекачивающий кровь. Именно рассудок руководил его поступками. Джерачи часто мечтал о том, что со временем они с Шарлоттой переедут в Ки-Уэст, где можно спокойно встретить старость.

Теперь, глядя на Тессио, Ник понимал, что этого никогда не случится. Салли на двадцать с лишним лет старше, родился в прошлом веке и через секунду умрет. Кажется, за всю жизнь он не совершил ни одного опрометчивого поступка. И куда это привело Тессио? На грязную автостоянку, где человек, которого он считал сыном, сейчас прострелит ему голову.

— Простите, — пробормотал Тессио, по-прежнему глядя в грязный пол.

Эти слова могли быть адресованы семье Корлеоне, Джерачи или богу. Кому именно, Ник не знал и знать не хотел. Взяв пистолет, он подошел к старику сзади, заметив, как в неярком уличном свете сверкнула лысина.

— Нет, так не пойдет, — сказал Нери. — Смотри ему в глаза.

— Ты что, шутишь?

Киллер откашлялся:

— Разве похоже?

— Кто это придумал? — в бешенстве спросил Джерачи. У Нери не было пистолета, однако Ник понимал, что, если убьет кого-нибудь, кроме Тессио, с автостоянки ему не выбраться.

— Не знаю и знать не хочу, — отозвался Нери. — Сэр, я человек маленький.

Джерачи нахмурился. Надо же, у этого садиста есть чувство юмора! Почему он назвал его сэром?

— Что бы ни сделал Сальваторе Тессио, такой смерти он не заслужил.

— Да идите вы оба… — чуть слышно сказал Тессио.

— Смотри ему в лицо! — приказал Нери. — Ты, предатель!

Задрожав еще сильнее, Тессио поднял усталые сухие глаза на Джерачи и пробормотал несколько неизвестных Нику имен.

Джерачи поднял пистолет и, к своему ужасу, заметил, что рука не трясется. Ник прижал дуло ко лбу Тессио. Старик не шевелился, даже дрожать перестал. Дряблая кожа мягко проминалась под металлическим стволом. Джерачи никогда раньше не стрелял в упор.

— Кусочек души, — прошептал Тессио.

«Мой отец был великим, — сказал на похоронах Майкл Корлеоне, — потому что в любое дело вкладывал кусочек души. Он был простым смертным, но, думаю, многие согласятся, если я скажу, что среди людей он был богом».

— Чего ждешь? — хрипло спросил Тессио. — Sono fottuto! Стреляй скорее, слабак!

Джерачи выстрелил.

Тело Салли швырнуло о стену с такой силой, что его колени хрустнули, как сломанный изразец. Воздух наполнила мерцающая розоватая дымка. Небольшой осколок черепа Тессио ударил Нери по лицу и с грохотом упал на пол. Запахло кровью и испражнениями.

Ник потер плечо — оно болело от отдачи пистолета. Внезапно его охватила эйфория, начисто уничтожившая все чувства. Не было больше ни угрызений совести, ни страха, ни отвращения. «Я киллер, — думал он. — А киллеры убивают».

Повернувшись к Нери, Ник радостно засмеялся, чувствуя невероятный подъем. Это гораздо лучше, чем героин! Раньше, когда он убивал, то почти ничего не ощущал. Нет, это не так, если быть до конца честным. Правда заключается в том, что убивать людей здорово! Так мог бы сказать любой, кто хоть раз пробовал, да кто признается? В книге о Первой мировой войне, которую недавно прочел Джерачи, этому была посвящена целая глава. Мало кто отважится писать или говорить о том, что чувствует убийца. К тому же любой идиот догадается, что о нем подумают, признайся он, что ему нравится убивать. И все же убивать здорово! Ник испытывал подъем, возбуждение, похожее на сексуальное (еще одно слово, которого боятся ханжи-идиоты). Ты жив, а тот, кого ты убил, — нет! Ты все, а убитый — ничто! Ты сделал то, что приходило на ум многим из живущих, хотя мало кто на это отважился. Как легко и… восхитительно! Джерачи казалось, что он парит над грязным полом мастерской. На этот раз не будет ни сожаления, ни раскаяния. Какая разница, что случится потом? Разве это важно? Важна лишь эйфория и бесконечная легкость!

Джерачи хотелось обнять телохранителей Клеменца и угостить пивом, но он ограничился тем, что подошел к ним, угрожающе подняв пистолет. Бравые парни оказались трусливыми засранцами, потому что тут же скрылись в соседней комнате. Ник бросился к двери, прицелился в квадрат голубого света и выстрелил. Вместе с болью от отдачи Джерачи почувствовал изумление — неужели Нери так глуп, что оставил в пистолете несколько патронов? Через секунду раздался хлопок, затем звон битого стекла, и запахло паленым. Воистину, человечество не придумало лучшей мишени, чем работающий телевизор!

Мертвая тишина. Джерачи казалось, она длится целую вечность.

— Эй! — хрипло крикнул один из телохранителей. — Ну ты силен!

Всем сразу стало легче. Нери потрепал Джерачи по спине и забрал у него пистолет. Пора работать!

Ребята Клеменца костепилкой расчленяли трупы тех, кто собирался убить Майкла Корлеоне. Джерачи сидел на масляной канистре, захлебываясь адреналином, от которого комната закружилась перед глазами: закопченное окно, календарь с голыми девицами, ремни вентиляторов на железном крюке, лицо Салли, запонка на манжете. Целый калейдоскоп, не вызывающий никаких эмоций.

Когда парни закончили, Нери передал Джерачи костепилку и показал на голову Тессио. Вокруг зияющей раны начала запекаться кровь.

Джерачи послушно взял костепилку и опустился на колени. Впоследствии, вспоминая страшную смерть Тессио, он кипел от негодования, но в тот момент почти ничего не чувствовал. По сути, чем голова мертвеца отличается от ножки индейки? Разве что кость крупнее и костепилка режет лучше, чем серебряный нож, подаренный на годовщину свадьбы.

Ник Джерачи закрыл глаза Салли, а затем отложил костепилку. Эйфория постепенно проходила, и он был рад, что это случилось только сейчас.

Нери потрепал его по плечу и забрал пилу.

— Это было частью приказа.

— Что именно?

— Проверить твою реакцию.

Джерачи понимал, что спрашивать, как он отреагировал и кто отдал такой приказ, не стоит. Он просто стоял с непроницаемым выражением лица и молчал. Опустив руку в перепачканный кровью карман пиджака, Ник вытащил сигару, которую дал Клеменца. Она была толстой, густого шоколадного цвета, и Джерачи сел на канистру, наслаждаясь ее вкусом.

Парни Клеменца раздели убитых и разложили их одежду вместе с отрезанными частями тел по чемоданам. К Тессио никто не прикоснулся.

Именно тогда Ник осознал суть происходящего.

Посылать записку Барзини не имело смысла. Те, кто общался с Салли, были давно мертвы и в предупреждении не нуждались. Естественно, Корлеоне приложат все силы, чтобы тело Тессио было найдено. Этот район города контролируют Барзини, и копы, естественно, подумают, что это их рук дело. На Корлеоне не упадет ни тени подозрения. Не придется задействовать даже знакомых в суде и нью-йоркском департаменте полиции. Никаких взяток редакторам и журналистам — они и так напишут то, что хочет Майкл.

Прекрасно спланировано!

В последний раз взглянув на тело своего учителя, Джерачи сел в машину Альберта Нери. Он не испытывал ни страха, ни злости, лишь усталость. Ник безучастно смотрел перед собой, готовый к любым испытаниям.

После убийства Тессио в течение нескольких недель Джерачи работал бок о бок с Майклом Корлеоне, оттачивая стратегию войны с другими кланами. Как же он недооценивал нового дона! Семье Корлеоне принадлежали здания во всех пяти районах Нью-Йорка и пригородах, причем полный перечень недвижимости был известен лишь Майклу. В домах имелись подземные гаражи, полные легковых автомобилей и грузовиков с фальшивыми документами. Некоторые машины были бронированы, а объем двигателя увеличен до такой степени, что можно участвовать в «Формуле-1». Другие, крепкие на вид, разваливались при первом же резком повороте, создавая пробку и препятствуя погоне. Одной части обширного автопарка было суждено разбиться или утонуть в болоте. Другую использовали для того, чтобы вводить в заблуждение врагов, полицию и свидетелей. Склады оружия Корлеоне были разбросаны по всему городу: в химчистке на Бельмонт-авеню, под мешками с сахаром в бакалее на Кэррол-гарденс и в гробах на складе в Линденэрсте.

Майкл Корлеоне мечтал добиться полного политического контроля над целым штатом — Невадой и даже государством — Кубой. Чем больше узнавал об этих планах Джерачи, тем более вероятным казалось их исполнение. На службе братьев Корлеоне состояло больше агентов, чем в ФБР, а одним из самых ценных приобретений считалась фотография директора ФБР в женском платье за актом фелляции.

Грандиозный план Майкла сводился к следующему — мир в Нью-Йорке, перемещение капитала на Запад, затем организация новых преступных кланов по всей стране, одновременное укрепление торговых связей с Сицилией и, наконец, захват власти на Кубе, проникновение в Белый дом и даже Ватикан. Все новшества потребуют значительных вложений, чужих, разумеется, средств. В основном это будут «ссуды» пенсионных фондов и других общественных организаций. Профсоюзы автодорожников, электриков и мелиораторов получат щедрые дивиденды. Корлеоне будут постепенно отдаляться от уличных бандитов, создавая все больше слоев между ними и собой. Со временем они перестанут таиться и начнут играть в открытую, как и другие короли преступного мира.

Планы представлялись Нику вполне реальными, но совершенно ненужными. Разве они не занимаются самым прибыльном бизнесом на свете — торговлей наркотиками? Однако Джерачи беспрекословно подчинялся Майклу. В тот конкретный момент у него не было выбора, а в конечном итоге он так и так не останется в проигрыше. У Джерачи будет то, о чем так давно мечтал, — контроль над regime Тессио и одним из районов города. Если империя Корлеоне начнет разрушаться, Ник будет начеку, чтобы урвать то, что ему причитается.

Ник заставлял себя не думать о Тессио. У боксеров короткая память. Иначе на ринге нечего делать, тебя забьют до смерти. Джерачи не любил вспоминать свою спортивную карьеру, но теперь, когда со времени последнего поединка прошло десять лет, понял, что бокс сослужил ему добрую службу.

За лето 1955 года Ник Джерачи и Майкл Корлеоне стали почти друзьями. Дружба могла длиться многие годы, если бы не некоторые обстоятельства.

Если бы Майкл не решил сделать старшего брата Фредо sotto capo, первым заместителем. В клане Корлеоне никогда не было заместителей, и сам Майкл изобрел чисто формальную должность, чтобы наставить беспутного Фредо на путь истинный. И если бы Майкл объяснил это верхушке клана, ничего бы не случилось.

Если бы только Джерачи был коренным ньюйоркцем, а не уроженцем Кливленда, и не знал дона Винсента Форленца. Если бы Ник не был так честолюбив. Если бы он, услышав о назначении Фредо, не покрутил пальцем у виска. Если бы об этом не узнал Майкл. Если бы извинение Ника прозвучало искренне.

Если бы Фредо понимал, что его назначение — чистая формальность, и не корчил из себя босса. Тогда он не вздумал бы строить «город мертвых» на болотах Нью-Джерси и вполне мог отпраздновать сорок четвертый день рождения.

Если бы Том Хейген побольше участвовал в делах семьи и поменьше мечтал о кресле губернатора Невады.

Если бы двадцать лет назад в Кливленде дон Форленца после второго покушения на его жизнь и перед первым инфарктом назначил преемником кого-нибудь постарше. Если бы один из инфарктов все-таки не добил Форленца. Если бы Сал Нардуччи, человек тихий и безобидный, не ждал своего часа целых двадцать лет.

Если бы Вито Корлеоне не заметил молодого Нардуччи еще в ранге consigliere. Если бы незадолго до своей гибели Вито не сказал сыну, что если Нардуччи сделать доном, а не ждать, пока господь заберет к себе Форленца, то Барзини лишатся сильного союзника.

Если бы хоть одно из этих обстоятельств сложилось иначе, то — кто знает? — может быть, сейчас, когда вы читаете эти строки, Ник Джерачи и Майкл Корлеоне, два сморщенных старика, сидели бы у бассейна где-нибудь в Аризоне, попивали мартини в компании своих жен и украдкой принимали «Виагру».

Однако история не терпит сослагательного наклонения.

Вито Корлеоне любил говорить, что человек — раб своей судьбы. Его собственная жизнь, однако, полностью опровергла его любимый афоризм. Да, он бежал с Сицилии, когда за ним пришли враги его отца. Да, ему пришлось подчиниться, когда молодой бандит Пит Клеменца попросил его спрятать оружие. Да, совершая свое первое преступление — кражу дорогого ковра, Вито был уверен, что помогает Клеменца его переносить. Все эти события случились независимо от его желания. Неприятности случаются со всеми, ничего удивительного. Одни называют это судьбой, другие — шансом. И все же следующее преступление — угон грузовика — Корлеоне совершил сознательно. Когда ему предложили вступить в шайку, Вито мог отказаться. Сказав «да», он стал преступником и выбрал определенный жизненный путь. Сказав «нет», он мог бы пойти другой дорогой и, возможно, основать свое дело, которое сыновья могли бы продолжить, не становясь убийцами.

Вито от природы обладал блестящими математическими способностями, воображением и трезвым взглядом на жизнь. Вряд ли он мог верить во что-то столь нереальное, как рок.

Но кто из смертных не стал бы оправдывать свои грехи, даже самые страшные? Кто из нас, прямо или косвенно виновный в смерти нескольких сотен человек, не стал бы лгать себе, да так убедительно, чтобы самому поверить в эту ложь?

Ник Джерачи и Майкл Корлеоне были молоды, умны, честолюбивы и беспощадны. Они умели подмечать слабости других и использовать их ради собственного блага. Знакомые часто говорили, что они очень похожи и им суждено стать врагами. Говорят, что войны ведутся для того, чтобы потом люди жили в мире. Говорят, что земля плоская, а на ней правят демоны. Люди редко говорят мудрые слова и еще реже слушают. С этим согласился бы даже Вито Корлеоне.

Майкл Корлеоне и Ник Джерачи могли пойти другой дорогой, и тогда не случилось бы столько страшных событий. Это не судьба, а они сами решили уничтожить друг друга.


Глава 2

Крематорий принадлежал Америго Бонасере. У Нери имелся свой ключ. Они с Джерачи вошли через переднюю дверь, сняли перепачканную кровью одежду и переоделись в лучшее из того, что нашли в подсобке. Ник был довольно крупным мужчиной, и больше всего ему подошел костюм цвета детской неожиданности на два размера меньше, чем он обычно носил. Бонасера почти отошел от дел и перебрался в Майами-Бич. Его зять принял у Нери чемодан и тюк окровавленной одежды, не задав ни единого вопроса.

Один из телохранителей отвез Ника домой. Было около двенадцати ночи, и Шарлотта еще не спала. Сидя в постели, она решала кроссворд в «Таймс». Она отлично разгадывала кроссворды, но занималась этим, лишь когда ее что-то мучило.

Ник Джерачи остановился у кровати и, прекрасно понимая, как выглядит, решил обратить все в шутку. Он наклонил голову, насупил брови, широко раскинул руки и, изображая клоуна, произнес: «Э-ге-гей!»

Шарлотта даже не улыбнулась. О «заказных убийствах Филиппа Татталья и Эмилио Барзини» говорили в вечерних новостях. Женщина бросила «Таймс» на пол.

— Я очень устал, Шарлотта, — объявил Джерачи. — Поговорим завтра.

Ник выдержал испытующий взгляд жены. Лицо Шарлотты медленно порозовело — она изо всех сил боролась с желанием услышать рассказ мужа или, напротив, заявить ему, что его дела ее нисколько не интересуют.

Джерачи разделся и швырнул костюм в кресло. Пока он принимал душ и надевал пижаму, жена спрятала костюм (Ник больше никогда его не видел), выключила свет и притворилась спящей.


В Нью-Гэмпшире, в родительском доме, Кей Корлеоне лежала вместе со спящими детьми на кровати, пытаясь сосредоточиться на романе Достоевского. Ее мучили вопросы, которые она никогда не отважится задать мужу. Почему Майкл вдруг решил все бросить и приехать?


В гостиничном люксе Лас-Вегаса, в одном из лучших отелей города, славящемся отличным сервисом и кухней, Конни Корлеоне Рицци прижимала к груди новорожденного сына. Женщина смотрела на огни вечернего города и чувствовала себя счастливой. Такое случалось не часто, тем более в конце трудного дня. Сегодня, чтобы успеть на самолет, Конни пришлось подняться с петухами. Во время полета она отважно сражалась с отвратительным поведением шестилетнего Виктора и постоянным ворчанием матери, которая и пальцем не пошевелила, чтобы помочь дочери, и лишь брюзжала из-за того, что пропустит мессу. А вот самый младший из сыновей, крещенный вчера Майклом и названный Фрэнсисом Рицци в честь младшего брата Майка, казался настоящим ангелом. Малыш спал, а когда просыпался, негромко гулил. В первый раз он засмеялся, когда самолет пролетал над Скалистыми горами, а когда мать осторожно дула на крошечный лобик, он снова начинал смеяться. Это хороший знак. Дети приносят удачу! Здесь, в Лас-Вегасе, они начнут новую жизнь. Карло изменится. Он уже изменился. Он ни разу ее не бил, пока она была беременна этим ребенком. Даже Майкл с каждым днем все больше ему доверяет. Карло должен был прилететь в Вегас вместе с Конни, чтобы посмотреть дома и купить самое необходимое, но в последний момент Майкл велел ему остаться. Дела! Ни отец, ни старшие братья никогда так не относились к Карло. Он почувствовал себя нужным! Конни прижала малыша к груди и погладила тонкие светлые волосы. Младенец улыбнулся, мать подула ему на лоб, и мальчик засмеялся.

В соседней комнате Винсент снова стал прыгать на кровати, несмотря на многочисленные запреты матери. Зазвонил телефон. Наверняка это Карло. Трубку снял Виктор.

— Мама! — закричал мальчик. — Это дядя Том!

Конни встала, а малыш заплакал.


Закутавшись в темную шаль, Кармела Корлеоне вышла из гостиницы и, заслонив глаза от яркого неонового света, направилась вдоль по Стрипу, центральной улице Лас-Вегаса, бормоча что-то по-итальянски. Перевалило за девять, слишком поздно для службы, особенно в понедельник. Да и вообще, разве легко найти священника в этом вульгарном, сияющем неоном городе? Или любого человека в сутане? Да на худой конец, любой храм, пусть даже заброшенный, где она могла бы преклонить колени и молить о спасении заблудших душ своих детей! Дева Мария поймет, ведь она сама мать, потерявшая сына.



Содержание:
 0  вы читаете: Возвращение Крестного отца : Марк Вайнгартнер  1  Глава 1 : Марк Вайнгартнер
 2  Глава 2 : Марк Вайнгартнер  4  Глава 4 : Марк Вайнгартнер
 6  Глава 6 : Марк Вайнгартнер  8  Глава 8 : Марк Вайнгартнер
 10  Глава 10 : Марк Вайнгартнер  12  Глава 3 : Марк Вайнгартнер
 14  Глава 5 : Марк Вайнгартнер  16  Глава 7 : Марк Вайнгартнер
 18  Глава 9 : Марк Вайнгартнер  20  Глава 11 : Марк Вайнгартнер
 22  Глава 13 : Марк Вайнгартнер  24  Глава 13 : Марк Вайнгартнер
 26  Глава 15 : Марк Вайнгартнер  28  Глава 14 : Марк Вайнгартнер
 30  Глава 16 : Марк Вайнгартнер  32  Глава 18 : Марк Вайнгартнер
 34  Глава 20 : Марк Вайнгартнер  36  Глава 18 : Марк Вайнгартнер
 38  Глава 20 : Марк Вайнгартнер  40  Глава 21 : Марк Вайнгартнер
 42  Глава 23 : Марк Вайнгартнер  44  Глава 25 : Марк Вайнгартнер
 46  Глава 27 : Марк Вайнгартнер  48  Глава 23 : Марк Вайнгартнер
 50  Глава 25 : Марк Вайнгартнер  52  Глава 27 : Марк Вайнгартнер
 54  Глава 29 : Марк Вайнгартнер  56  Глава 31 : Марк Вайнгартнер
 58  Глава 29 : Марк Вайнгартнер  60  Глава 31 : Марк Вайнгартнер
 62  Глава 32 : Марк Вайнгартнер  63  Использовалась литература : Возвращение Крестного отца
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap