Детективы и Триллеры : Детективы: прочее : 19 : Джачинта Карузо

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу




19

Я с ума сходил по Лоре Кисс, Ребекка — по Себастьяну Тусу, и мы рисковали завести наше расследование в тупик. Увы, такова была правда. Я без конца повторял про себя этот вывод по дороге в Галстон.

Ребекка, сидевшая рядом со мной, вопреки обыкновению была на удивление разговорчива.

Когда я приехал за ней в Маленькую Венецию, она выскочила с баржи, выкрашенной в розовый цвет, с кружевными занавесками и горшками герани на окнах. Все это показалось мне таким пошлым, что стало даже неудобно за напарницу. Та Ребекка, которую я знал, никогда бы не стала жить в местечке вроде этого. Может быть, баржа такая и была. Ребекка ведь переехала сюда совсем недавно. Я думал об этом, закидывая в багажник «ровера» военный рюкзак — больше ничего она с собой не взяла.

Мое любопытство возбудила еще одна деталь, но вопросы, учитывая характер Ребекки, оказывались под запретом. Когда она спускалась по трапу на землю, одна из кружевных занавесок отодвинулась, и внутри всего на долю секунды мелькнул силуэт. Я не был уверен, но мне показалось, что это мужчина, хотя у человека были длинные волосы. Ее сосед по барже? Или ее молодой человек? После того как Ребекка неожиданно проявила интерес к Себастьяну Тусу, я на время оставил свою идею о том, что она лесбиянка. Теперь я был близок к выводу, что она бисексуалка. И молодой человек, которого я разглядел за занавеской, являлся подтверждением моей гипотезы.

Но что Ребекка нашла в Тусе? Этот вопрос возник у меня, когда мы прибыли в Галстон и я увидел, что ей не терпится двинуться дальше, в Сесснок. Конечно, Тус привлекателен, но возможно ли, что серьезной Ребекке понравился столь легковесный человек?

Внутренний голос говорил мне: «Ты ревнуешь, и поэтому так рассуждаешь». Я немедленно велел ему заткнуться. В тот день у меня не было времени для самокопания.

— Дальше, сержант, вы поедете на машине агента Николза, — сказал я, заметив припарковавшийся поблизости «моррис» — он ехал за нами. — Не забывайте, вы должны всегда носить это, — продолжил я, указывая на кулон, висевший у нее на цепочке.

В нем находилась камера. Ребекка должна была время от времени двигать кулон, чтобы мы могли видеть все, что происходит вокруг нее, после того как она войдет в замок. Наш план состоял в следующем: двое агентов, мужчина и женщина, остановят свой дом на колесах в окрестностях замка, изображая туристов. В фургоне будем сидеть мы — Николз, ваш покорный слуга и инженер — и вести постоянное аудио- и видеонаблюдение за Ребеккой. При первых же признаках опасности мы вместе с местной полицией пойдем на штурм.

— У меня есть мобильник, — сказала Ребекка, — и ноутбук, я могу посылать письма по электронной почте. Как видите, инспектор, мы ни при каких обстоятельствах не потеряем друг друга из виду, — заключила она, хитро глядя на меня. Напарница была взволнована и не скрывала этого.

— Сержант Уэнстон, давайте еще раз обговорим все инструкции. Прибыв в замок, вы включите камеру и будете отключать ее только в ванной или во время сна. Каждый час вы будете звонить по сотовому, а вечером посылать нам отчет по электронной почте.

— Есть, сэр, — ответила Ребекка торопливо. Видно было, что ей не терпится отправиться в путь.

— Кроме того, вы ни в коем случае не станете брать инициативу в свои руки, — продолжил я. — Любой ваш шаг должен быть первоначально согласован со мной. Ясно?

Она кивнула:

— Не беспокойтесь, я буду действовать строго по плану.

— Хорошо. — Я понимал, что ей пора ехать. — Стало быть, мне остается только пожелать вам удачи.

Я не расслышал ее ответа — Ребекка уже повернулась ко мне спиной и садилась в машину.


Сесснок показался мне внушительным и мрачным. Он был выстроен из серого камня; увидев низкую круглую башню, я вспомнил слова Ребекки и подумал, что, должно быть, именно там погребены драгоценности герцогини Кларенс. Вокруг замка тянулись великолепные сады.

Фургон припарковали на площадке у дороги, ведущей в Сесснок. Оттуда нам с Николзом был хорошо виден замок.

Ребекка приехала на полчаса раньше нас. Первое, что передала камера, было бледное лицо дворецкого. Этот человек очень походил на средневекового палача: лысый, с тонкими бровями и крючковатым носом. Его рот, скривленный в дьявольской ухмылке, напомнил мне одного из персонажей картины Босха «Увенчание терновым венцом».

Дворецкий впустил Ребекку, не сказав ни слова. На мониторе показался темный вестибюль, а потом еще более темный длинный коридор. Наконец они добрались до комнаты с огромным каменным камином, в котором ярко горел огонь. Дворецкий вышел, и Ребекка, воспользовавшись его отсутствием, стала крутить кулон, чтобы мы могли хорошенько рассмотреть комнату. На стенах висели многочисленные фамильные портреты, один мрачнее другого.

Потом дверь вдруг открылась, и в комнату вошел Тус во всем своем великолепии. Ребекка радостно поприветствовала его.

Он в ответ засыпал ее целым ворохом любезностей. Спросил, хорошо ли она добралась, не хочет ли выпить чего-нибудь, голодна ли она, устала ли. К моему удивлению, Ребекка на все вопросы ответила «да». И мгновение спустя уже сидела в кресле с бокалом дорогой минеральной воды, перед ней стояло блюдо семги. Ребекка с аппетитом принялась за еду. Я заметил, что она, словно по волшебству, забыла о своей болезненной чистоплотности и ни мгновения не колебалась в отношении кушаний, приборов и бокалов. Даже не захотела ничего предварительно продезинфицировать.

В общем, эти двое ворковали там как голубки, и у меня чуть не разлилась желчь. Но тут, к счастью, пришел дворецкий и объявил, что Туса просят к телефону.

Тот отошел всего на несколько минут, но по его возвращении атмосфера переменилась. Тус казался рассеянным, даже как будто скучал. Он поспешил проводить Ребекку в ее комнату, предварительно договорившись встретиться с ней за ужином, и тут же скрылся.

В комнате стояли кровать с голубым шелковым балдахином, небольшое кресло, обитое той же материей, и шкаф.

Оставшись одна, Ребекка выключила камеру — судя по всему, переодевалась. Я взглянул на часы: три с небольшим. До ужина, по моим подсчетам, оставалось как минимум часа четыре. Я искренне понадеялся на то, что Ребекке не придет в голову устроить в это время рискованную прогулку по замку. Не хватало, чтобы мой сержант влип в неприятности. Кстати, пора бы ей связаться с нами по телефону.

Я нервным движением проверил, включен ли мой сотовый, и решил, что если Ребекка не позвонит в ближайшие полчаса, я сам это сделаю. Мы договорились, что я буду звонить ей только в случае крайней необходимости, но я больше не мог терпеть. А снова взглянув на ворота замка, понял, что больше нельзя терять ни минуты.


Я не мог поверить своим глазам. Николз передал мне бинокль, и я внимательно рассмотрел человека, который вышел из черного «ягуара». Сомнений не оставалось: это был Люк Шару. Что он здесь делает? Нужно немедленно предупредить Ребекку. Ведь писатель знал ее и мог разоблачить.

Но камера по-прежнему оставалась отключенной. Я набрал номер сотового Ребекки, но он тоже был отключен. Кровь ударила мне в голову: мы расстались всего час назад, а она уже нарушает мой приказ. Ругаясь в ожидании, пока Ребекка включит телефон, я продолжал наблюдать в бинокль за воротами замка. Шару тоже встретил дворецкий. Однако мне показалось, что визит писателя был неожиданным: его не очень-то хотели впускать.

Зачем он приехал сюда? Мне в голову пришла абсурдная мысль: может, Шару следил за мной?

Я снова начал его подозревать. Во время нашей предыдущей беседы писатель сам сознался в том, что прочел письма Тау, адресованные Джули Бонем. Значит, ему известно о существовании Тау, Шару находится в постоянном поиске сюжетов для своих книг, в прошлом он работал журналистом. Вполне возможно, что вся эта история до крайности подстрекнула его любопытство и писатель начал собственное расследование, пытаясь узнать, кто такой Тау. Может, Шару даже связывался с ним по электронной почте. И Тау поддержал его игру. Как знать, вдруг он даже предложил писателю участвовать в живой картине.

Или Шару — член секты Тау. Какое отношение он имеет к убийству Джули Бонем?

Я снова набрал номер Ребекки. На этот раз телефон оказался включен.

— Черт возьми, сержант! — набросился я на нее, когда она взяла трубку. — Почему вы отключили сотовый?

— Я была в ванной, — возмущенно сказала Ребекка.

— Мне плевать, где вы были. Телефон должен быть включен всегда, чтобы я мог предупредить вас в случае опасности, как, например, сейчас.

— Что случилось?

— Несколько минут назад в замок приехал Люк Шару.

— Шару? — недоверчиво переспросила Ребекка.

— Не знаю, какого черта ему тут нужно. Но не забывайте о том, что он вас знает, сержант. Вам ни в коем случае нельзя с ним встречаться, иначе наш план с треском провалится.

— А каким образом я могу с ним не встречаться? — выпалила Ребекка.

— Ваш ненаглядный назначил вам свидание за ужином. Скажитесь больной и не выходите из своей комнаты до тех пор, пока Шару не покинет замок. Мы с Николзом будем непрерывно следить за Сессноком и дадим вам знать, как только он уедет.

— А если он не уедет? Я же не могу все время сидеть взаперти в своей комнате. Тус может что-то заподозрить.

— В таком случае вашей задачей будет рассеять его подозрения. Думаю, это будет нетрудно — вы же воркуете как голубки.

Последовала долгая пауза. Потом Ребекка проговорила металлическим голосом:

— Еще что-нибудь, сэр?

— Пока что все. Можете не включать камеру, пока вы в своей комнате. Я вам перезвоню через полчаса.

Я нажал сброс и снова взял в руки бинокль. У ворот Сесснока никого не было. Я устроился поудобнее, откинувшись на спинку кресла, и приготовился к длительному ожиданию.


Однако оно оказалось не таким уж длительным. Люк Шару уехал из замка через час. Он в сопровождении дворецкого вышел за ворота и сел в свой «ягуар». И я приказал следить за ним, куда бы он ни направлялся.

Когда писатель уехал, я позвонил Ребекке:

— Путь свободен, сержант. Шару только что отправился восвояси. Можете выйти из комнаты.

— Хотите сказать, что я могу поужинать со своим ненаглядным? — парировала она. — Жду не дождусь.

Я ушам своим не поверил. Ребекка только что пошутила. С сарказмом, но все-таки пошутила. У нее никогда не было чувства юмора, а слыша мои остроты, она лишь досадливо морщилась.

Перемены в моем сержанте встревожили меня не на шутку. Тус дурно влиял на нее. Я вот уже в сотый раз повторил, что допустил грубейшую ошибку. Заслал напарницу в волчье логово. Тус сожрет ее за один присест, и я ничем не смогу ему помешать.

— Попытайтесь выяснить, зачем приезжал Шару. — Я не подал виду, что удивлен. — Однако будьте осторожны. Вы не должны вызвать подозрений.

— Я постараюсь, сэр.

Ну вот, Ребекка снова стала прежней. Мы попрощались, договорившись еще раз созвониться перед ужином.

По окончании разговора я связался с агентами, следившими за Шару:

— Куда он направляется?

— Он выехал на шоссе А-719 и движется в направлении Эра.

— А что такого находится в Эре? — спросил я у Николза.

— Понятия не имею. Это недалеко от Аллоуэя, родины Роберта Бернса.

Отлично, Роберт Бернс, национальный шотландский поэт. Соотечественники очень чтят место, где он родился.

— Я вспомнил, чем знаменит Эр, — проговорил вдруг Николз.

— Чем же?

— Мороженым. Там делают самое вкусное мороженое в Шотландии.

Я сильно сомневался, что Шару потащился в такую даль ради мороженого. Инстинкт подсказывал мне, что его действия, какими бы ни были их мотивы, как-то связаны со смертью Джули Бонем. Насколько я помнил, Эр — всего лишь курортный город и… О Боже мой, как же я мог забыть: это еще и крупный порт! Если Джули Бонем убили в Сессноке, то, чтобы выбросить ее тело в море, преступник волей-неволей должен был воспользоваться лодкой. Да, треску, проглотившую голову бедной девушки, выловили у противоположного берега, возле Данбара, в Северном море. Но чтобы добраться из Эра в Данбар, вовсе не нужно огибать всю Шотландию. Достаточно проплыть по Каледонскому каналу.

Так о чем это я? Я, должно быть, спятил, раз придумываю такие сложные комбинации. Если Джули Бонем убили в Сессноке, то гораздо проще было отвезти ее тело к Северному морю на машине.

В этот момент позвонили агенты, следившие за писателем. С ними разговаривал Николз.

— Инспектор, Шару не стал останавливаться в Эре. Он движется на юг вдоль побережья.

Мы тут же развернули карту Шотландии. После Эра на его пути оказывались Данъюр и Тернберри.

Однако Шару миновал и эти два города. Он остановился в замке Калзин, построенном в конце XVIII века Робертом Адамом. Там писатель зашел в великолепный замковый парк и гулял по апельсиновой роще, пока сторожа не попросили его уйти.


За роскошным столом сидели только двое: Ребекка и Себастьян Тус, в смокинге еще более очаровательный, чем всегда. Мой непредсказуемый сержант была в вечернем платье, судя по восхищенным словам Туса о потрясающем контрасте ее светлых волос с черным бархатом.

Я отвел взгляд от монитора и попытался представить себе Ребекку. Это было трудно, я ни разу не видел ее в юбке, не то что в вечернем платье. Наверняка она еще и накрасилась. Я кипел от ярости: перед Тусом Ребекка предстала во всем своем великолепии, а мне оставалось довольствоваться лишь воображением.

Я снова взглянул на монитор. В это мгновение Тус закончил свой рассказ о Сессноке.

— Замок принадлежит Тау? — Ребекка наконец-то вспомнила о своей работе.

Тус засмеялся:

— О нет. Его сняли в аренду.

— В аренду?

— Да, для живой картины.

— Кстати, Себастьян, а ты не можешь рассказать мне побольше о том, что мне предстоит делать?

Себастьян? Она называет его по имени. Это было для меня тяжелым ударом. Но я попытался не поддаваться ревности.

— Всему свое время, — ответил Тус. — В назначенный момент ты все узнаешь.

— Мне не терпится познакомиться с Тау.

— Он тоже жаждет встречи с тобой.

— Так почему же он до сих пор не появился?

— Я не могу ответить на твой вопрос. Повторяю, в назначенный момент ты все узнаешь.

— Чтобы изобразить «Сад земных насаждений», нужны десятки человек. Отчего же мы одни в замке?

Тус улыбнулся:

— Возможно, это вовсе не так.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила Ребекка с легкой тревогой в голосе.

— Ничего. А теперь достаточно вопросов. Ответь-ка лучше мне: тебе нравится твоя комната?

— Да, они очень красивая. А сколько времени я проживу здесь?

— Разве мы не договорились покончить с вопросами?

— Это последний, обещаю. — Ребекка смущенно рассмеялась.

— А почему ты хочешь знать? У тебя проблемы с работой, или ты передумала и не хочешь участвовать в нашем представлении?

Как ни странно, Тус назвал живую картину представлением, спектаклем. По сути, он был прав: если бы в деле не было замешано преступление, этого молодчика можно было бы смело назвать великим паяцем.

— Конечно, я хочу участвовать! — пылко возразила Ребекка. — Но Сесснок такой красивый, и мне очень жаль, что я смогу остаться здесь всего на несколько дней.

Тус встал из-за стола.

— Давай перейдем в гостиную.

Он взял Ребекку за руку и повел в соседнюю комнату, в которой горел камин.

Они остановились перед огнем, и Тус предложил Ребекке выпить; она, к моему великому удивлению, согласилась. Я считал ее трезвенницей и не на шутку встревожился. Алкоголь, как известно, ослабляет сдерживающие силы психики, а Ребекку и не нужно было лишний раз подталкивать: она уже была готова броситься в объятия Туса.

Они оставались вместе до десяти часов вечера. Пили, разговаривали, смеялись — одним словом, флиртовали друг с другом. Потом Ребекка сказала, что хочет вернуться в свою комнату, и отправилась туда, судя по тому, что показывал монитор.

Вскоре она позвонила мне. Я спросил, что она выяснила о визите Шару. «Ничего» — таков был ее ответ. Но постарается что-нибудь узнать завтра. Потом Ребекка заявила, что собирается выключить камеру и лечь спать, так как очень устала.

Я подождал еще десять минут и перезвонил ей под предлогом того, что она забыла отправить нам отчет по электронной почте. Но, как я и боялся, сотовый оказался отключен.

Я отвратительно провел ночь. Мы с Николзом остановились в гостинице неподалеку, но кровать оказалась такой жесткой, что я почти не сомкнул глаз. В довершение всего я беспокоился: агентам до сих пор не удалось найти Лору Кисс. Зато ее муж, вернувшись из замка Калзин, провел ночь в ближайшей местной гостинице.

После завтрака мы снова отправились в дом на колесах, и Николз сообщил мне, что писатель все еще в своем номере.

— Есть ли новости о Кисс? — спросил я с надеждой.

— Никаких, инспектор, — ответил Николз, протягивая мне лист бумаги. — Последние звонки.

Мы прослушивали телефон Сесснока, но, казалось, Тус и прочие обитатели замка не дружат с этим средством коммуникации, так редко они им пользовались. В то утро наша аппаратура зафиксировала один-единственный звонок. Это дворецкий заказал корзину клубники. Похоже, в Сессноке не знали и о существовании сотовых.

Я взял бинокль и стал наблюдать за входом в замок. Там было пусто. Потом я позвонил Ребекке. Она включила свой телефон.

— Как спалось, сержант?

— Превосходно, сэр.

— Не сомневаюсь. Вас даже сотовый не беспокоил, — парировал я язвительно. — Быть может, я неясно выразился?!! — прорычал я. — Вы должны постоянно держать свой проклятый телефон включенным.

Ребекка промолчала.

— Вы что, дар речи потеряли?

— Я была уверена, что он включен, наверно, вырубила его по ошибке.

Невероятно. Да она надо мной издевается?! А я этого терпеть не могу.

— А теперь послушайте-ка, что я вам скажу, сержант. Если еще раз я позвоню, а ваш телефон будет отключен, клянусь, я надаю вам пощечин, потому что своим неразумным поведением вы ставите под угрозу не только свою жизнь, которая относительно мало меня волнует, но и расследование, которым я, напротив, очень дорожу. А теперь перейдем к плану на день. Вам уже сообщили, что вы будете делать сегодня?

Ребекка ответила не сразу, и в голосе ее звучала грусть.

— Нет еще.

— Тус спит?

Она помедлила, и от этой паузы мои подозрения тысячекратно усилились.

— Не знаю.

— Почему бы вам его не навестить? — поддразнил ее я.

— Вы действительно хотите, чтобы я отправилась разыскивать Туса? — Теперь в ее тоне слышалось недоверие.

— А почему нет? Может, таким образом мы выясним, что за сюрприз приготовил нам на сегодня наш дорогой Себастьян. И держите камеру включенной.

Я сбросил звонок, не попрощавшись. Излив душу, я чувствовал себя гораздо лучше, в том числе и потому, что мой нагоняй оказал должный эффект на Ребекку. Наконец-то она перестала важничать. Конечно, насчет пощечин я загнул. Если Ребекка сообщит об этом моему начальству, у меня будут серьезные неприятности. Но она вряд ли это сделает. Моя напарница слишком гордая и знает, чем рискует: я тогда мог бы рассказать, что она флиртовала с подозреваемым в убийстве.

Я рассеянно взглянул на ворота замка как раз в тот момент, когда возле них припарковался автобус, доверху набитый туристами. Навстречу им вышел дворецкий и вопреки моим ожиданиям не прогнал эту толпу и распахнул перед ней ворота. Там было человек пятьдесят. И тогда я понял, что это не туристы, а адепты секты, которым предстоит воплотить «Сад земных наслаждений».

Не прошло и пяти минут, как приехал еще один автобус. Сцена повторилась: дворецкий открыл ворота, и люди в мгновение ока скрылись в Сессноке. Теперь в замке находились около ста человек.

Ребекка включила камеру, выходя из своей комнаты. В дверях она столкнулась с Тусом.

— Доброе утро, Ребекка, — поздоровался он, широко улыбаясь. — Я хотел узнать, проснулась ли ты.

— Я умираю от голода, — ответила она. — Позавтракаем вместе?

— Конечно.

Они спустились этажом ниже, и Тус отвел ее на веранду, где был накрыт стол. Официант обслужил их и ушел. Ребекка ела с удовольствием, и казалось, снова забыла о своей мании чистоты.

Тус лишь выпил черного кофе без сахара.

— Итак, — проговорил он, сделав несколько глотков. — Сегодня тебе предстоит привыкнуть к этому месту. Можешь делать все, что пожелаешь. Если хочешь прогуляться по дому и саду, я с удовольствием тебе все покажу.

— Да, это было бы здорово. Однако я думала, мы сразу же примемся за работу.

Тус рассмеялся.

— Ты так говоришь, будто это прямо какие-то каторжные работы. Поверь, тебя ждут мгновения величайшего удовольствия.

Не сомневаюсь, подумал я, вспоминая колоссальную оргию на картине «Сад земных наслаждений».

Ребекка тоже хихикнула.

— Я имела в виду другое: мне казалось, нужно обговорить, что мне предстоит делать.

— Это будет очень легко. Нет необходимости в длительной подготовке. Вот увидишь, когда придет время, ты отлично со всем справишься.

— Я встречусь сегодня с Тау?

— Не думаю. Он очень занят.

— Но когда же?

— Потерпи. А сейчас пойдем, я покажу тебе сад.


Тем временем автобусы продолжали прибывать. Их оказалось десять, и оттуда высадились более пятисот человек.

Я взял фотографию картины Босха. На глазок там как раз было около пятисот персонажей.

— Надо их пересчитать, — сказал я Николзу, и на его лице изобразился ужас. — Я начну снизу, — продолжал я. — А ты посчитай тех, что скачут вокруг пруда.

Задача оказалась сложнее, чем я думал. Многие фигуры были такими маленькими, что потребовалась бы лупа, чтобы их разглядеть, другие выглядели размытыми, третьи скрывались за другими телами.

— Ну хватит! — выпалил я, в очередной раз сбившись. — Никогда мы их не пересчитаем. Да, в конце концов, какая разница?

Николза упрашивать не пришлось. Он отложил фотографию и снова принялся наблюдать за воротами замка. В это время позвонили агенты, следившие за Шару, и сообщили нам, что писатель выехал из гостиницы и движется обратно, в направлении Эра. Я ничего не понимал. Сначала он приехал в Сесснок, потом — в Калзин. Зачем ему эта странная экскурсия по замкам?

Ребекка и Тус после пресловутой прогулки по саду расстались. Она вернулась в свою комнату, и я позвонил ей.

— Хорошо провели время, сержант? — Я не скупился на саркастические замечания.

Она промолчала.

— Пока вы бродили по саду, прибыла вся шайка. Ваше уединение с Тусом нарушено. В замке сейчас больше пятисот человек. Не теряйте времени, займитесь ими. Я хочу узнать, кто они и откуда…

— В дверь стучат, — внезапно прервала меня Ребекка.

— Включите камеру, — сказал я, прежде чем закончить разговор.

Когда она открыла дверь, на мониторе возникло ненавистное улыбчивое лицо Туса.

— Надеюсь, ты не слишком устала от прогулки, Ребекка, — произнес он, — потому что время пришло.

— Время? — глупо повторила она.

— Да, тот момент, которого ты так ждала. Мы вот-вот дадим жизнь нашей картине, «Саду земных наслаждений». Как ты уже, наверное, поняла, тебе предстоит исполнить роль девушки, заключенной в стеклянном шаре. Приготовься. Разденься и накинь вот этот халат. — Тус протянул ей балахон из белого шелка. — Я вернусь через час.

Он ушел, и Ребекка сразу же связалась со мной по телефону.

— Вы слышали, инспектор? — В голосе ее звучало беспокойство.

Я разом забыл о досаде, которую Ребекка у меня в последнее время вызывала. Может, еще и потому, что она назвала меня инспектором, теперь мне совсем не хотелось посылать своего сержанта на верную гибель. Тревожная мысль билась в моем сознании: а что, если Джули Бонем тоже в последнюю минуту отказалась лезть голой в этот шар? В итоге мы нашли только ее голову.

— Послушайте, сержант Уэнстон, вы не обязаны туда идти. Если вам не хочется, мы найдем способ побыстрее вытащить вас.

— Нет, я хочу пойти. Только не ожидала, что все случится так быстро. Он застал меня врасплох.

— Боюсь, именно этого они и хотели.

— Я жалею только о том, что мне не удалось найти доказательств пребывания здесь Бонем.

— Не время думать об этом. Скажите лучше, вы действительно уверены, что не хотите сбежать оттуда?

— Да, инспектор. Мы подошли совсем близко к разгадке, и я не собираюсь отступать.

— Хорошо. Тогда готовьтесь.

Николз сказал, что снова звонили агенты, следившие за Шару. Писатель проехал Эр и, кажется, возвращался в Галстон.

— Есть известия о его жене?

— Пока нет, инспектор.

Я выругался про себя. Куда же, черт возьми, запропастилась Лора Кисс? Не могла же она просто раствориться в воздухе!

— Пусть продолжают поиски. Мы должны найти ее любой ценой.

Тут снова зазвонил мой сотовый. Я подумал, что это Ребекка, и сказал:

— Итак, сержант, вы готовы?

— Сержант? — взвизгнула Бренда и тут же осыпала меня горькими упреками за то, что я так бессовестно пропал.


Содержание:
 0  Сад земных наслаждений Il giardino delle delizie : Джачинта Карузо  1  1 : Джачинта Карузо
 2  2 : Джачинта Карузо  3  3 : Джачинта Карузо
 4  4 : Джачинта Карузо  5  5 : Джачинта Карузо
 6  6 : Джачинта Карузо  7  7 : Джачинта Карузо
 8  8 : Джачинта Карузо  9  9 : Джачинта Карузо
 10  10 : Джачинта Карузо  11  11 : Джачинта Карузо
 12  12 : Джачинта Карузо  13  13 : Джачинта Карузо
 14  14 : Джачинта Карузо  15  15 : Джачинта Карузо
 16  16 : Джачинта Карузо  17  17 : Джачинта Карузо
 18  18 : Джачинта Карузо  19  вы читаете: 19 : Джачинта Карузо
 20  20 : Джачинта Карузо  21  21 : Джачинта Карузо
 22  Использовалась литература : Сад земных наслаждений Il giardino delle delizie    



 




sitemap