Детективы и Триллеры : Детективы: прочее : Глава 6 Отсветы смерти : Марина Серова

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9

вы читаете книгу




Глава 6 Отсветы смерти

Папа долго уговаривал меня порулить. Я отказывалась: было страшно в первый раз садиться на водительское место…

Отец мечтал о машине полжизни, но купил, только получив наследство родителей. Белые «Жигули» пятой модели стали, как это бывает очень часто, его гордостью, его любовью… А я относилась к автомобилю утилитарно — капризная, шумная и вонючая железяка, которую следует терпеть лишь потому, что она позволяет быстро куда-нибудь добраться. Это потом к основной функции самоходных телег в моих глазах добавились вопросы престижа, эстетики, материальной ценности… А тогда, в детстве, я просто видела, как папа дорожит своим приобретением, как сокрушается, прозевав кочку или неудачно переключив скорость, как злится, когда кто-то нарушает правила.

И я больше боялась не встречных машин, а рытвин на дороге. Каждую «пойманную» мной ямку он комментировал горестным возгласом. Я очень хорошо его понимала, но, согласитесь, реагировать и на дорогу, и на отца-пассажира — занятие, как говорила одна историческая личность, архисложное, особенно для юного создания.

Первое, чему я научилась, — жать на газ. Машина легко набирала скорость, а я поначалу этой скорости не чувствовала и не ведала страха. Точно так же потом шло дело при освоении дельтаплана: первый страх я начала ощущать года через два после начала полетов.

Словом, «Жигули» резво мчались вперед по пустынной дороге, а я путалась в педалях сцепления и тормоза, все время забывая, когда и как надо переключаться на другую передачу. У меня получалось что-то одно: либо я следила за скоростью и правильно переходила с низшей передачи на высшую и обратно, либо аккуратно объезжала выбоины. На все сразу внимания не хватало, хоть тресни.

В общем, водить машину толком я тогда так и не научилась. Ямка, в которую угодил теперь наш «КамАЗ», напомнила давнишние уроки вождения…

…а кинжальная боль в боку напомнила недавний рукопашный бой.

Тот удар я пропустила, блокируя нож левой рукой. Это было зимой, я возвращалась из гостей что-то около двенадцати. На очередном перекрестке из стоявшей на противоположном углу темно-зеленой «шестерки» выскочили и помчались ко мне трое чернявых парней в коротеньких кожанках — как я ненавижу эти короткие куртки, бандитскую униформу!

Один, подбежав, стал молча и довольно грамотно махать ногами, у второго оказалась в руке гибкая телескопическая дубинка с утяжеленным концом, а третий выхватил нож. Ребята вели себя как слегка пьяные, но перегаром от них не пахло — может, «ширнулись»? Впрочем, тогда я думала не об этом, а о том, что не сообразила сбросить свое длинное пальто из плотного драпа.

Однако пальто сослужило и добрую службу. Полноценного блока у меня не вышло, но вот рукавом пальто я лезвие поймала — правда, при этом слегка поранив ладонь. Дальше я схватила чернявого за руку и крутанула, вырывая нож и стараясь в то же время закрыться от удара ногой, который наносил второй нападавший, да при этом еще уйти от дубинки третьего. Последнее, увы, не удалось (и на Танюху бывает проруха!) — цилиндрический набалдашник проехался мне по ребрам.

Если бы не пальто, по крайней мере одно ребро он мне бы сломал. А так я только задохнулась от боли, но устояла и не пропустила больше ни одного удара.

Первый злодей, лишенный холодного оружия, с вывихнутой рукой полетел наземь. От двух других я отскочила, потом еще отскочила — и все-таки освободилась от дважды спасшего меня пальто.

Сразу стало легче. Очередной удар ноги я встретила во всеоружии: провела классический блок-захват, свалила чернявого каратиста под ноги обладателя дубинки и по всем правилам добила, пока третий любитель отнюдь не единоборств готовился броситься в очередную атаку.

Кроме своего телескопического оружия, третьему «смельчаку» похвастать — в смысле навыков рукопашной — оказалось нечем. Едва мы с ним остались с глазу на глаз, я легко ушла от очередного взмаха пружинящей железки, перехватила сжимавшую оружие руку, буквально выломала из вражьих пальцев дубинку и по-айкидошному продолжила траекторию ее движения. Вслед за рукой вниз и в сторону полетели остальные части тела моего оппонента, а когда полет завершился, я от души прошлась каблуками по своему главному обидчику — разозлил он меня!

Я взглянула на своих врагов, держа в руках трофейный арсенал, и, видимо, это зрелище произвело на них сильнейшее впечатление: один из любителей коротких курток сказал своим:

— Ну че, пошли?

Мнение остальных оказалось иным: они не пошли, а побежали к своей «шестерке»…

Нож я потом выкинула, а вот дубинку приберегла. Не скажу, что на память — с тех пор нет-нет да и кольнет в боку — вот как сейчас!

…Мало-помалу игла в боку растаяла, опять стало можно дышать. Но появилось явственное стремление занять горизонтальное положение.

— Ребята, — сказала я, — вы позволите даме прилечь?

— Валяй, — разрешил Алексей. — В машине укачало или в небесах?

— ТАМ укачивает только в болтанку, темень ты полярная, — заметила я назидательно, укладываясь на уже привычный лежак.

Вытянутые ноги, оказывается, очень способствуют закрытию глаз — кто бы мог подумать! Я, проверив экстрасенсорные «дозоры», уже стала задремывать, когда Володька произнес вопросительно:

— Возьмем, что ли? Уж больно видуха у него несчастная.

— Давай, — согласился Алексей, — пока место есть. Скалымим!

Они засмеялись, шофер затормозил, и в кабину забрался, бормоча слова благодарности (я полюбопытничала, привстала со своего ложа), какой-то помятый — с похмелья, что ли? — низенький мужичонка с видавшей виды болоньевой сумкой.

— До Подлесного мне, — назвал помятый пассажир пункт назначения.

— Это далеко? — уточнил наш водитель.

— Да нет, тут рядом, километров десять, — ответил мужик. — Я бы пехом, да ходок из меня теперь плохой.

— Болеешь? — сочувственно поинтересовался Алексей.

— Не, упал, и кобыла укусила, — объяснил неважнецкий ходок.

— Хорошо, не акула, как в той песне! — хмыкнул Володя. — Как же она тебя тяпнуть умудрилась?

— Изловчилась, вражина, — сокрушенно покачал головой пострадавший пассажир. — Во, глянь! — И он подал Алексею сложенный вчетверо листок серо-желтой бумаги с неровными машинописными строчками.

Алексей стал вслух читать:

— Так… «Акт формы Н-1… Обстоятельства: Скотник Михайлов упал с кобылы, причем одна нога осталась между лошадью и землей, а другая — на свободе, на той ноге, что подвернулась, и получилась травма. Да еще кобыла умудрилась дважды его укусить.

Причины: Неосторожность пострадавшего, беспечность, непринятие мер защиты, ротозейство, дождь.

Мероприятия: Кобылу — на бойню. Скотника обсудить на собрании, когда окончательно протрезвеет».

Все рассмеялись, в том числе и укушенный скотник Михайлов. Через несколько минут, доставив пассажира к месту назначения, Володя отказался от платы за извоз:

— С пострадавших да еще рассмешивших денег не берем…

Распрощались мы не только со скотником Михайловым, но и с надоевшими бесконечными посадками вдоль дороги, о чем возвестил Володя:

— У-у! Красота!

Я поглядела по сторонам, не покидая лежака, и мысленно поблагодарила шофера, у которого оказалось развитым чувство прекрасного.

Слева метрах в двухстах от дороги начинался сосновый бор, из которого сразу потянуло запахом разогретой хвои. Справа почти вплотную к шоссе подкралось большое озеро, на противоположном берегу которого вставали изрезанные оврагами высокие холмы. Склоны холмов покрывал ровный травяной ковер, а на вершинах темнел лес.

Скоро «КамАЗ» миновал озеро и холмы. Я вздохнула:

— Да, хороший был вид!

— Брось ты! — рассмеялся над моим вздохом Алексей. — Убери холмы, озеро — и не будет ничего особенного…

Я хмыкнула и опять улеглась.

Хорошо бы пролететь весь путь до столицы на том дельтаплане, подумалось мне. Я живо представила себя летящей высоко над землей, вдали от людской суеты и шума… а заодно вдали от выстрелов.

Хотя, конечно, и дельтаплан взять на мушку несложно.

Меня вновь потащили в свой темный омут мысли о пропавших ребятах.

А как можно ориентироваться там, где нет света? Конечно, при помощи локатора!

Вот и мой «локатор» что-то, кажется, нащупал. Нет, зря все-таки я раньше сюда не забралась и не отгородилась от избытка ненужной информации. Стоило закрыть глаза — и вот, пожалуйста!

Я «увидела» вишневую «девятку», бешено мчавшуюся к Москве далеко впереди. Я почувствовала, что на трассе мы их больше не встретим. Появилась уверенность: узнать о судьбе пропавших можно только в столице.

Москва «виделась» мне сейчас как стена серо-вишневого тумана, похожего на пропитанный кровью войлок и почти такого же плотного. По этой стене временами пробегали быстрые серебристые ниточки молний. Изредка от нее отделялись и таяли, клубясь, пузыри серо-черного цвета. Внутрь этой цитадели тьмы мой «локатор» не проникал.

Кровавая автомашина неудержимо рвалась к своим повелителям, а мы следовали за ней.

Место встречи, как известно, изменить нельзя.

И все же между нами и опередившими нас бандитами было что-то еще… но что именно? когда? где?

Тут мой экстрасенсорный аппарат начал «перегреваться», и я, умудренная каким-никаким опытом, оборвала тяжелые думы, решив справиться о ближайшем будущем у верных костей.

Я перевернулась на живот и кое-как достала заветные кубики.

Кости сказали глубокомысленно: 12, 32, 22.

«Жизнь — это борьба, и притом постоянная».

То есть стрельба может возобновиться в любую секунду… Благодарим покорно!

Валяться дальше расхотелось. Я вернулась на свое место между моими водителем и охранником, как могла поправила волосы и принялась смотреть по сторонам.

Теперь мы ехали по сосновому бору. Впрочем, бор этот был отнюдь не дремучий: то и дело по сторонам дороги возникали какие-то избушки, время от времени через дорогу перегоняли стада буренок — пошли издавна обжитые места. На обочинах тут и там попадались составленные в пирамиды кастрюли, ведра — видимо, здешняя форма выдачи зарплаты работникам. С ведрами чередовались бабульки, продававшие семечки и еще какую-то снедь, пытаясь обеспечить себе дополнительную пенсию.

— Таня, ты случайно семечек не хочешь? — предложил галантный Алексей.

— Нет, спасибо. Вот пивка бы глотнуть, пока мы с тобой не за рулем. — Я подмигнула коллеге.

— Одобрям-с, — улыбнулся он. — Володя, разомнемся у следующего ларька? Заодно воду с радиатора сольем…

— Сейчас автостанция будет, — ответствовал наш опытный водитель. — Там тебе и ларек будет, и сортир — все удобства!

Володино предсказание оказалось не менее точным, чем предсказания двенадцатисторонних костей: минут через пятнадцать мы уже подруливали к зданию с вывеской «Бензин», а немного поодаль стояла автостанция — одноэтажный серый домишко, окруженный сбившимися в кучу пропыленными автобусами и разноцветными киосками.

Наш прорицатель засуетился, готовясь подкормить своего «коня», а Лешка подцепил ручищей сумку и направился к ближайшему ларьку.

— Леша! — окликнула я его. — Ты сколько пива брать собрался? И про шофера не забудь, воды возьми!

— Не волнуйся, — оглянулся он на ходу, — не забуду. А насчет пива я знаю строгую пропорцию: чем больше, тем лучше!

Вот болтун, а?

Вернулся Алексей не слишком скоро, но зато с раздувшейся сумкой.

— Только в одном киоске холодильник нашел, — объяснил он. — Все выгреб! Ну, садимся?

И опять под колеса «КамАЗа» потекла бесконечная асфальтовая река.

А в наши истомленные духотой организмы потекла настоящая влага.

— Вовка, чего тебе открыть — минералки или спрайта? — уточнил Алексей, залезая в сумку.

— А спрайт в банке?

— Да.

— Давай, из банки удобней на ходу, — сделал заказ шофер.

А мы с Лешкой принялись за темное ледяное пиво.

Кто бы мне сказал года два назад, что я буду уважать пиво, — засмеяла бы несчастного! Но сауна сделала свое дело, и теперь список употребляемых мною спиртных напитков не содержит разве что «царской водки»… хотя есть кое-какие методики…

Ладно, сколько можно рефлексировать, Танька! Лови, дура, минуты счастья!

И еще пару этих самых минут я поймала.

Но по второй бутылке мы открыть не успели.

Наш грузовик вписался в очередной поворот, и мой «локатор» засек что-то впереди.

— Притормаживай, — сказала я шоферу. — Так… еще немного… все, стой.

На встречной полосе, на обочине, стоял белый «жигуленок», как близнец похожий на машину моего отца. Внутри никого не было видно. Седоки, казалось, отошли на минутку вон в те посадки.

Что-то мне подсказывало: это вряд ли. Центр тревоги нудно ныл: выйди, посмотри, выйди, посмотри…

— Пошли, — кивнула я Алексею и зачем-то вынула из кобуры пистолет. Он взял свое ружье и спрыгнул на дорогу, я последовала за ним.

Едва мы сделали пару шагов, я почувствовала СМЕРТЬ.

Мы подошли поближе и сквозь открытые окна увидели трупы троих мужчин, лежавшие на сиденьях.

Здесь поработали профессионалы, не чета тем, которых я уложила с дельтаплана. Этим бы меня «снять» — как два файла переслать, по выражению Галки.

Сначала убили охранника — он даже не успел дотянуться до пистолета… На наших трассах теперь словно в том ковбойском городке: есть люди, которые стреляют быстро, а есть люди, которые стреляют еще быстрее.

Потом — вернее, практически одновременно — они успокоили навеки вот этого, одетого, несмотря на жару, в дорогой черный костюм. Теперь костюм был безнадежно испорчен: две дырки в груди, да еще залит тем, что вытекло на него после контрольного выстрела в голову.

Шофер перед смертью, видимо, инстинктивно поднял руку, закрываясь. Но пули продырявили и его мускулистую плоть…

Я вытянула вперед ладони… Нет, ничего не выйдет. Они умерли уже давно.

Но не «помнит» ли чего-нибудь их «жигуленок»? Он белый… а это, между прочим, очень хорошо…

Вот если бы еще были закрыты боковые стекла! Ладно, Таня, не канючь. Работай!

Я стала, не прикасаясь к металлу кузова, «поглаживать» его на расстоянии нескольких сантиметров.

Левые дверцы… да, кто-то стоял здесь пару минут — ясно, кто: убийцы…

Заднее крыло… ничего.

Багажник… ну, тут биополе ни к чему: открывали, вон следы чего-то железного.

— Алеша, — позвала я, — поддень чем-нибудь, только не рукой…

Мой такой непривычно молчаливый сейчас друг воспользовался прикладом. Замок у багажника оказался сломанным, и через секунду я заглянула в темную пустоту, вытянув вперед руки…

Из багажника что-то вынули. Какие-то коробки… да, во-он маленький клочок картона лежит — царапнули упаковку, когда вытаскивали добычу.

Если б я была мистером Холмсом, я бы сейчас много чего навертела вокруг этого кусочка белой упаковки. Но, увы, мои способности по дедуктивной части сильно уступают экстрасенсорным.

Вот и «посмотрим» правое заднее крыло… нет. Правые двери… стекла подняты, но «молчат». Лобовое?.. Нет, тоже тишина. Бампер, фары, капот, снова лобовое… А, уже смотрела.

Или посмотреть еще?

Я отошла на полшага от переднего бампера и медленно-медленно еще раз «погладила» переднее стекло… еще… ну-ка…

— Леша, иди к машине, я сейчас.

Он молча и тихо повиновался, а я вернулась к тому месту, которое только что слабо «ответило» моим рукам. Что ты там запомнило, мое стеклышко-зеркальце? Скажи!

Не дает ответа, упрямится. Я тоже заупрямилась, стала слегка покачивать ладонями, ища «резонанс». Ну-ка… ну-ка… есть!

Я на миг «увидела» приближающийся зубилообразный силуэт цвета темной крови. Видение тут же исчезло, исчезло и пятно в энергетической оболочке осиротевшей белой «пятерки».

Но это уже было не так важно. Я удостоверилась в своей догадке: мы снова наткнулись на жертв своих врагов, только теперь уже ничем не смогли им помочь.

Меня охватил озноб. Много сил потратила? Вряд ли. Тогда что? Тревога?

Подышав немного полным дыханием, стряхнув с ладоней биоэнергетическую «пыль», я подошла к нашему грузовику и, садясь в кабину, кивнула внимательно смотревшему на меня Алексею и бросила только одно слово:

— Они…

Мы снова тронулись в путь. Я не могла расслабиться и согреться. Что творится, а?

Я сцепила зубы, чтобы они не стучали, и достала своих неизменных советчиков.

2, 30, 13.

«Вследствие легкого стресса, в котором вы пребываете, вы несколько неуверенны и беспокойны».

Ну, это вы, подружки, успокаивать взялись — ничего себе легкий стресс!

Тут меня качнуло, наши с Алешей тела соприкоснулись, и он ощутил мою дрожь.

— Знобит? — нахмурился он. — Продуло?

— Нет, — виновато улыбнулась я. — Это у меня в голове сквозняк.

И он все сделал как надо: достал свою куртку, набросил на меня, а потом обнял за плечи — под курткой! — и привлек к себе.

Дрожь моя сразу стала утихать, и почему-то едва не пролились слезы благодарности. Я посмотрела ему в глаза, он чуточку сильнее прижал меня к себе и едва заметно улыбнулся.

Я тут же «увидела» наши слитые поля и ощутила тепло, спускавшееся от лица к шее, потом растекавшееся по груди, заставлявшее невольно вздохнуть…

А потом пожар охватил и мой живот, и бедра…

Я затаила дыхание.

Ну почему он мне только друг?!

Глаза сами собой закрылись: есть ли на свете хоть что-нибудь более важное, чем происходящее с нами сейчас?

Сейчас?

Сейчас…


Содержание:
 0  Острая нить : Марина Серова  1  Глава 2 На старте : Марина Серова
 2  Глава 3 Восточноевропейские шакалы : Марина Серова  3  Глава 4 Острая нить : Марина Серова
 4  Глава 5 Воздушный бой : Марина Серова  5  вы читаете: Глава 6 Отсветы смерти : Марина Серова
 6  Глава 7 Военно-морской окунь : Марина Серова  7  Глава 8 Второй российский вопрос : Марина Серова
 8  Глава 9 Первый российский вопрос : Марина Серова  9  Глава 10 Эх, родина… : Марина Серова



 




sitemap