Документальная литература : Биографии и Мемуары : Жизнь Антона Чехова Anton Chekhov: A Life : Дональд Рейфилд

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  5  10  15  20  25  30  35  40  45  50  55  60  65  70  75  80  85  90  95  100  105  110  115  120  125  130  135  140  145  150  155  160  164  165

вы читаете книгу




«Три года, проведенные в поисках, расшифровке и осмыслении документов, убедили меня в том, что ничего в этих архивах не может ни дискредитировать, ни опошлить Чехова. Результат как раз обратный: сложность и глубина фигуры писателя становятся еще более очевидными, когда мы оказываемся способны объяснить его человеческие достоинства и недостатки» — такова позиция автора книги «Жизнь Антона Чехова» (1997) профессора Лондонского университета Дональда Рейфилда. Эта многостраничная биография рисует непривычного для нашего читателя Чехова. На русский язык она была впервые переведена в 2005 году и вызвала большой интерес и немало споров среди литературоведов и любителей мемуарного жанра. В текст настоящего издания автором и переводчиком внесены существенные изменения.

Антон Павлович, как-то обедая у меня, сказал, что «со временем все его вещи должны увидеть свет и что ему стыдиться нечего». П. В. Быков-М. П. Чеховой, письмо от 7.04.1910

Предисловие

Антон Павлович, как-то обедая у меня, сказал,

что «со временем все его вещи должны

увидеть свет и что ему стыдиться нечего».

П. В. Быков-М. П. Чеховой, письмо от 7.04.1910

Мы знаем Антона Чехова как отца-основателя современного теат­ра, в котором главенствует драматург, а не актер. Мы также призна­ем, что он внес в европейскую художественную прозу по-новому ос­мысленную неоднозначность, плотность текста и тонкую поэтичность. Из всех русских классиков он наиболее доступен и понятен, особенно для иностранцев, — как в книгах, так и на сцене. Он остав­ляет за читателем или зрителем право реагировать, как им заблаго­рассудится, и делать собственные выводы. Он не навязывает ника­кой философии. Однако Чехов столь же доступен, сколь и неуло­вим. Понять, что он «имел в виду», совсем непросто, — так редко он раздает оценки или что-либо объясняет. Из прозы Толстого или Достоевского мы можем реконструировать не только их филосо­фию, но также их жизнь. Из чеховских произведений, включая письма, мы извлекаем лишь мимолетные и противоречивые впе­чатления о его внутреннем мире и житейском опыте. Многие че­ховские биографы стремились воссоздать из подручного материа­ла житие святого — человека, который за свой век, укороченный хронической болезнью, из бедняков проложил себе путь наверх, стал врачом и заботился о слабых мира сего, завоевал прижизненную славу крупнейшего прозаика и драматурга Европы, провел всю жизнь под опекой обожавшей его сестры и нашел запоздалое счас­тье в браке с актрисой, тонко трактовавшей роли в его пьесах.

Любая биография — это вымысел, который, тем не менее, должен быть увязан с документальными данными. В нашем жизнеописании Чехова предпринята попытка расширить пределы привлекаемых источников. В результате фигура писателя стала еще более неоднозначной. И хотя ореол его святости померк, а судьба, как оказалось, определилась внешними силами в большей мере, чем считалось ранее, ни гениальности, ни очарования в Чехове не убавилось. Не следует смотреть на его жизнь как на придаток его творчества — именно она питала его прозу.

Сама по себе жизнь Чехова захватывающе интересна. Его постоянно тяготила непримиримость интересов художника с обязательствами перед семьей и друзьями, а биография вместила множество различных глав — в них можно проследить историю болезни, найти современную версию сюжета «Иосиф и его братья» и даже трагедию Дон Жуана. Жизнь Чехова всего бы лучше описал Томас Манн, создав роман о непреодолимой пропасти, разделяющей художника и гражданина. В ней также отразились жизненные коллизии талантливой и чуткой интеллигенции конца девятнадцатого века — одного из самых насыщенных и противоречивых периодов в культурно-политической жизни России.

Весьма немногие писатели охраняли от публики свою частную жизнь столь ревностно, как это делал Чехов. И ни один из них столь же скрупулезно не собирал буквально все клочки бумаги — письма, счета, расписки, — имеющие отношение к нему и его семье. Вместе с тем его пресловутая неприязнь к автобиографиям отнюдь не мешала ему каждый год в Рождество рассортировывать по папкам свою переписку.

Нам известны несколько чеховских биографий. Одни из них весьма подробны — это «Чехов. Биография» Е. Симмонза или «Новая жизнь Антона Чехова» Р. Хингли, другие излишне живописны, как «Чехов» А. Труайя, или уравновешенны в суждениях, как «Чехов» М. Громова или «Чехов: освобожденный дух» В. Притчета. Во всех этих книгах используется примерно один и тот же круг источников. На сегодняшний день опубликовано около пяти тысяч писем Чехова, причем иные из них — с безжалостными купюрами. (О содержании утраченных полутора тысяч писем можно судить по ответам на них.) Эти источники, особенно полное собрание сочинений и писем Чехова в 31-ом томе, опубликованное в Москве в 1973-1983 гг., снабжены в высшей степени исчерпывающим и информативным академическим аппаратом, дающим в руки исследователю богатый и многообразный материал.

Не введенные в оборот источники не менее обширны. В архивах, и прежде всего в отделе рукописей Российской государственной библиотеки, хранится около семи тысяч писем, адресованных Антону Чехову. Примерно половина из них никогда не упоминалась в печати — это прежде всего письма, затрагивающие частную жизнь писателя. Другие архивы, такие как РГАЛИ, театральные хранилища Санкт-Петербурга и Москвы, музеи Чехова в Таганроге, Мелихове и Сумах, располагают неохватным документальным и изобразительным материалом, а также письмами современников, проливающими свет на частную и творческую жизнь писателя. Как видно из листков использования рукописей, за последние тридцать лет лишь небольшой круг исследователей тщательно ознакомился с этими источниками, и вместе с тем в своих публикациях они используют весьма незначительную их долю. Советская традиция избегать «дискредитации и опошления» образа писателя (формулировка из постановления Политбюро ЦК КПСС, запрещающего публикацию некоторых чеховских текстов) и по сей день вселяет в российских ученых сомнения в необходимости предъявлять публике чеховские архивы во всей их полноте. Три года, проведенные в поисках, расшифровке и осмыслении документов убедили меня в том, что ничего в этих архивах не может ни дискредитировать, ни опошлить Чехова. Результат как раз обратный: сложность и глубина фигуры писателя становятся еще более очевидными, когда мы оказываемся способны объяснить его человеческие достоинства и недостатки.

Жизнь Чехова была короткой, трудной и не такой уж радостной. У него был обширный круг знакомств и было множество любовных связей (и мало истинных друзей и любимых женщин). Он вращался в самых разных сферах, имея дела с учителями, врачами, денежными магнатами, купцами, крестьянами, представителями богемы, литературными поденщиками, интеллектуалами, художниками, учеными, землевладельцами, чиновниками, актерами и актрисами, священниками, монахами, офицерами, заключенными, публичными женщинами и иностранцами. Он прекрасно ладил с людьми всех классов и сословий, испытывая неприязнь, пожалуй, лишь к аристократии. Практически всю свою жизнь он прожил с родителями и сестрой и долгое время с кем-либо из братьев, не считая тетушек, кузин и кузенов. Он был непоседой: сменил множество адресов и проехал от Гонконга до Биаррица и от Сахалина до Одессы.

Работа над самой полной чеховской биографией по срокам могла бы превысить жизнь самого писателя. Я позволил себе сосредоточиться на его взаимоотношениях с семьей и друзьями. В некотором смысле биография Чехова — это история его болезни. Туберкулез определил течение жизни писателя и он же оборвал ее. Попытки Чехова сначала игнорировать болезнь, а затем побороть ее составляют основу любой из его биографий. На английском языке о чеховском творчестве написано много критических работ. Обращение к ним объясняется прежде всего масштабом самого писателя. В любом хорошем книжном магазине или библиотеке найдется немало книг, способствующих более полному восприятию писательского таланта. В нашей книге его рассказы и пьесы затрагиваются в той мере, в какой они вытекают из событий чеховской жизни или воздействуют на нее. Биография не есть литературно-критическая штудия.

Не все загадки жизни Чехова могут быть раскрыты, и многих материалов нет в наличии: письма Чехова к невесте Дуне Эфрос, к Елене Плещеевой, к Эмили Бижон, весьма возможно, хранятся в частных западных собраниях. Так же вероятно, что сотни писем А. С. Суворина к Чехову обращаются в прах в каком-нибудь архиве Белграда; если бы их удалось найти, то чеховскую жизнь, а также российскую историю (Суворин слишком много знал и многое поверял Чехову) можно будет переписывать заново. Некоторые архивные документы Чехова обнаружить так и не удалось, например материалы, связанные с его занятием медициной. Вместе с тем источники, попавшие в наше распоряжение, позволяют создать более полный портрет писателя, чем предыдущие попытки.

Дональд Рейфилд

Колледж Королевы Марии,

Лондонский университет

Февраль 1997


Содержание:
 0  вы читаете: Жизнь Антона Чехова Anton Chekhov: A Life : Дональд Рейфилд  1  Благодарности : Дональд Рейфилд
 5  Глава четвертая Театр в жизни и на сцене 1870-1873 годы : Дональд Рейфилд  10  Глава первая Праотцы 1762-1860 годы : Дональд Рейфилд
 15  Глава шестая Великая нужда 1876 год : Дональд Рейфилд  20  Глава одиннадцатая Семейные осколки:1882-1883 годы : Дональд Рейфилд
 25  Глава шестнадцатая Помолвка:январь 1886 года : Дональд Рейфилд  30  Глава двенадцатая Смерть Моси;1883-1884 года : Дональд Рейфилд
 35  Глава семнадцатая Признание:февраль — апрель 1886 года : Дональд Рейфилд  40  Глава двадцать вторая Смерть Анны:январь — май 1888 года : Дональд Рейфилд
 45  Глава двадцать седьмая Прах отрясенный:июнь — сентябрь 1889 года : Дональд Рейфилд  50  Глава двадцать вторая Смерть Анны:январь — май 1888 года : Дональд Рейфилд
 55  Глава двадцать седьмая Прах отрясенный:июнь — сентябрь 1889 года : Дональд Рейфилд  60  Глава тридцать третья Лето в Богимове:май — июль 1891 года : Дональд Рейфилд
 65  Глава тридцать вторая Бегство в Европу:январь — май 1891 года : Дональд Рейфилд  70  Глава тридцать седьмая По вызову Суворина:октябрь 1892 — январь 1893 года : Дональд Рейфилд
 75  Глава тридцать пятая Заботы полевые:март — июнь 1892 года : Дональд Рейфилд  80  Глава сороковая. Счастливый Авелан:октябрь — декабрь 1893 года : Дональд Рейфилд
 85  Глава сорок пятая О, Чарудатта!:декабрь 1894 — февраль 1895 года : Дональд Рейфилд  90  Глава сорок третья Всесторонний негодяй Потапенко:июль — август 1894 года : Дональд Рейфилд
 95  Глава сорок восьмая Возвращение беглянки:сентябрь — декабрь 1895 года : Дональд Рейфилд  100  Глава пятьдесят четвертая Фиаско:октябрь 1896 года : Дональд Рейфилд
 105  Глава сорок девятая Столичная интермедия:январь — февраль 1896 года : Дональд Рейфилд  110  Глава пятьдесят пятая Смерть Христины:октябрь — ноябрь 1896 года : Дональд Рейфилд
 115  Глава шестидесятая Праздное лето:май — август 1897 года : Дональд Рейфилд  120  Глава шестьдесят пятая Сломанная шестеренка:сентябрь — октябрь 1898 года : Дональд Рейфилд
 125  Глава шестьдесят третья Дрейфусар Антон Чехов:январь — апрель 1898 года : Дональд Рейфилд  130  Глава шестьдесят восьмая Последний мелиховский сезон:апрель — август 1899 года : Дональд Рейфилд
 135  Глава семьдесят третья Возвращение в Ниццу:декабрь 1900 — февраль 1901 года : Дональд Рейфилд  140  Глава семьдесят восьмая Любимовка:июнь — сентябрь 1902 года : Дональд Рейфилд
 145  Глава восемьдесят третья Эпилог:1904-1959 годы : Дональд Рейфилд  150  Глава семидесятая В овраге:ноябрь 1899 — февраль 1900 года : Дональд Рейфилд
 155  Глава семьдесят пятая Медовый месяц:июнь — сентябрь 1901 года : Дональд Рейфилд  160  Глава восьмидесятая Вишневый сад:май 1903 — январь 1904 года : Дональд Рейфилд
 164  Примечания : Дональд Рейфилд  165  Именной указатель : Дональд Рейфилд



 




sitemap