Наука, Образование : Физика : 1.5. Представления о времени в конце XX века : Анатолий Бич

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30

вы читаете книгу

1.5. Представления о времени в конце XX века

Странно, но и в конце XX века четыре концепции времени, появившиеся еще в Древней Греции, продолжают отстаивать свое право на существование. И это несмотря на то, что, начиная с 60-х годов эйнштейновское (реляционное и релятивистское) понимание времени получает все новые и новые неоспоримые (или, по мнению оппонентов, казалось бы, неоспоримые) подтверждения. И дело тут не только в том, что теория относительности как сравнительно новое миропонимание встречает сопротивление, ибо новому всегда сопротивляются, и дело не в сложности теории относительности. Главная причина, очевидно, в том, что до сих пор никто, включая Эйнштейна, не смог убедительно ответить на «детский» вопрос — «Что такое время?»

Николай Александрович Козырев (1908–1983), знаменитый российский астрофизик, профессор Пулковской (а до того Крымской) обсерватории, известен не только тем, что является первооткрывателем тектонической (вулканической) деятельности на Луне или тем, что предложил (в качестве гипотезы) новый — неядерный источник разогрева космических тел. Он предложил свое видение времени, увязав в единую теорию и время, и причину лунного вулканизма, и природу внутризвездного теплообразования {16}. Вот что пишет об этом А.Н. Дадаев, автор биографического очерка о Н. Козыреве: «Согласно его теории, небесные тела… представляют собой машины, которые вырабатывают энергию, а «сырьем для переработки» служит время». Свое видение времени Н. Козырев обосновал в созданной им «причинной механике». Новая механика основана «не на равенстве действия и противодействия, т. е. не на симметрии взаимодействующих сил, а на асимметрии и необратимости причин и следствий, связь между которыми устанавливается последовательностью во времени, его направленностью, причем физическое время выступает, таким образом, в качестве «движущей силы», или носителя энергии…» Рассуждения таковы: мы неизбежно распространяем действия второго начала термодинамики на всю Вселенную, но его следствием была бы полная деградация — тепловая и радиоактивная смерть, никаких признаков которой мы, однако, не наблюдаем… Следовательно, «в природе существуют постоянно действующие причины, препятствующие возрастанию энтропии».[10] Как постоянно препятствующий, постоянно действующий и всеобъемлющий фактор снова выступает физическое время, которое «в силу своей направленности может совершать работу и производить энергию».

В статье Л. Шихобалова {17} четко и достаточно полно отражены и основы причинной механики Н. Козырева, и суть представлений Козырева о времени.

Автор указывает на три допущения, на которых строится причинная механика. Первое заключается в том, что Козырев принимает субстанциальную концепцию времени. Он «предполагает, что время представляет собой самостоятельное явление природы и оно может каким-то образом (выделено мною. — А.Б.) воздействовать на объекты нашего мира и протекающие в нем процессы…» Второе допущение утверждает, что «время, наряду с обычным свойством длительности, измеряемой часами, обладает еще и другими свойствами». Эти другие свойства Н. Козырев называет активными. Таким свойством он считает, например, плотность времени. Третье допущение Н. Козырева гласит: «Активные свойства времени могут быть исследованы экспериментально».

Н. Козырев выдвинул три постулата о физических свойствах времени. Я приведу их без комментариев. В следующей главе я попытаюсь реляционное видение времени сравнить с субстанциальными представлениями Н. Козырева. Итак, постулаты.

Первый. «Время обладает особым свойством, создающим различие причин и следствий, которое может быть названо направленностью, или ходом. Этим свойством определяется отличие прошедшего от будущего».

Второй. «Причины и следствия всегда разделяются пространством. Поэтому между ними существует сколь угодно малое, но неравное нулю, пространственное различие…»

Третий. «Причины и следствия различаются временем. Поэтому между их проявлением существует сколь угодно малое, но не равное нулю, временное различие… определенного знака».

Читателям, заинтересованным в более углубленном знакомстве с причинной механикой Н. Козырева, следует обратиться к его трудам {16}. Мне, честно говоря, не терпится еще раз испытать удовольствие от экспериментов Н. Козырева. Удовольствие, но одновременно и смутное беспокойство.

Все опыты Н. Козырева поставлены исходя из единой предпосылки о том, что время воздействует на вещество. Однако в зависимости от объектов исследования и процессов, вовлеченных в эксперимент, опыты могут быть условно разделены на две группы: лабораторные и астрономические.

Н. Козырев пишет: «Наши многочисленные лабораторные опыты показали, что у времени, помимо пассивного свойства длительности, существуют еще и активные свойства: направленность хода и плотность… Время не только открывает возможности для развития процессов, но как некоторая физическая реальность может воздействовать на них и на состояние вещества».

Перескажем в популярном изложении три лабораторных опыта. В первом опыте в качестве оборудования использовались обычные рычажные весы второго класса. К одному концу коромысла весов подвешивали стандартную чашку для набора гирек. К другому — гироскоп[11] авиационной автоматики. Подбором гирек весы уравновешивали. После этого включали электровибратор, прикрепленный к основанию весов. Затем экспериментатор осторожно снимал гироскоп, удерживая при этом коромысло весов так, чтобы стрелка весов оставалась на нуле. Раскручивал гироскоп и вновь осторожно вешал его на коромысло. Показания весов оставались неизменными. Затем вся процедура повторялась снова, но гироскоп теперь раскручивался в противоположную сторону. Туг-то и наблюдался удивительный результат — гироскоп стал легче (уменьшение веса до 10 мг). «…Уменьшение веса волчка происходит при вращении его по часовой стрелке, если смотреть со стороны, в которую направлена тяжесть волчка» {16}.

Эффект уменьшения веса с позиций причинной механики следует, очевидно, объяснять тем, что гироскоп и электровибратор — это система с причинно-следственной связью. Вращение гироскопа по часовой стрелке противоречит ходу времени («ход времени определяется линейной скоростью поворота причины относительно следствия» {16}), что и приводит к появлению дополнительных сил… Отметим, что в ряде опытов с гироскопами при их вращении против часовой стрелки наблюдалось их утяжеление {16}. Это очень редкое свидетельство и для экспериментов Н. Козырева, и для других опытов, в которых исследуется зависимость массы тела от его собственного времени. И это не случайно.

Во втором опыте в качестве причины, способствующей проявлению активных свойств времени, использовалась (вместо вибратора) вода различной температуры. Для начала в обычный бытовой термос наливалась горячая вода. Как и в первом опыте, на одну сторону рычажных весов подвешивался гироскоп, а на другую навеска гирек. После уравновешивания весов гироскоп раскручивали и… не обнаруживали эффекта уменьшения веса. Затем термос с горячей водой ставился рядом с вращающимся гироскопом. И получали результат — первоначальный вес гироскопа, равный 90 г, уменьшился на 4 мг. После этого экспериментаторы демонстрировали самое интересное. Через специальное отверстие в пробке термоса вставлялась тонкая полиэтиленовая трубка, и через нее в термос подавали холодную (обычной комнатной температуры) воду. И… стрелка весов сдвигалась на одно-два деления.

Эффект изменения веса вращающегося волчка в присутствии воды различной температуры в теории Козырева объясняется тем, что воздействие одной материальной системы на другую вызывает нарушение равновесия и в гироскопе (по Козыреву) происходит изменение плотности времени, что, в свою очередь, изменяет вес (массу) гироскопа.

Третий опыт является характерным для серии экспериментов, в которых определялся вес тел до и после их деформации. В качестве объекта исследования был использован тонкий медный лист весом 40,2 г. Лист был произвольно и сильно деформирован, попросту говоря, сильно измят, после чего его положили на чашечку аналитических весов и зафиксировали эффект снижения веса на величину 6–7 мг. При этом в течение последующих 15 минут вес деформированной пластинки постепенно возвращался к первоначальной величине, что и зафиксировал самописец.

Объяснения Н. Козырева сводятся к тому, что в присутствии необратимых процессов, в частности при пластических деформациях, в телах изменяется упорядоченность структуры, изменяется плотность времени и как следствие этого изменяется, в частности уменьшается, их вес.

При всей необычности опытов Н. Козырева, в которых зафиксировано изменение веса тел, его астрономические опыты еще более удивительны.

Н. Козырев считал, что «воздействие времени принципиально отличается от воздействия силовых полей…» «Происходит передача энергии без импульса…» «Передача энергии без импульса должна обладать еще следующим очень важным свойством. Такая передача должна быть мгновенной — она не может распространяться, ибо с распространением связан перенос импульса. Это обстоятельство следует из самых общих представлений о времени. Время во Вселенной не распространяется, а всюду появляется сразу. На ось времени вся Вселенная проектируется одной точкой. Поэтому изменения свойства некоторой секунды всюду появляются сразу, убывая по закону обратной пропорциональности первой степени расстояния».

Н. Козырев получил экспериментальное (наблюдательное) подтверждение своим теоретическим представлениям — так, во всяком случае, считают некоторые. Н. Козырев и В. Насонов «наблюдали с помощью разработанных ими датчиков разные космические объекты — звезды, галактики, шаровые скопления. Для каждого из объектов они зарегистрировали сигналы, идущие от трех мест на небесной сфере: а) от места, совпадающего с видимым положением объекта, т. е. оттуда, где объект находился в далёком прошлом; б) от места, где объект находится в момент наблюдения; в) от места, которое будет занимать объект, когда к нему придет световой сигнал от Земли, испущенный в момент наблюдения» {17}.

Совершенно экстравагантные идеи, совершенно фантастические результаты наблюдений… Их, безусловно, можно считать и заблуждением знаменитого астрофизика, и обнаружением в опытах чего-то иного, но только не мгновенной передачи информации. В относительно недавнем прошлом и я был склонен думать примерно также. Но вот узнал, что подобные взгляды на свойства времени разделяют (или, по крайней мере, поддерживают) некоторые серьезные ученые, например академик М.М. Лаврентьев. Узнал, что идеи о мгновенной передаче сигналов развиваются и у нас, в Киеве. Похоже, что окончательного решения эта проблема пока не имеет.

Примерно в те же годы, что и Козырев, свою оригинальную теорию времени разработал и Альберт Иосифович Вейник — член-корреспондент Белорусской Академии наук. Свои представления о времени А. Вейник развил в рамках «теории термодинамики реальных процессов», которую он называл также «общей теорией» (ОТ) {18}.

Вот что он пишет: «В новой теории важную роль играют неизвестные ранее хрональное и метрическое явления… Хрональное, как и любое истинно простое явление, состоит из особого хронального вещества и его поведения и подчиняется всем законам ОТ. Важнейшие свойства хронального явления выясняются, если попытаться применить к нему уравнение первого начала ОТ — закона сохранения энергии. Известно, что термодинамический фактор интенсивности, или интенсиал — давление, температура, электрический потенциал и т. п., входящий в уравнение первого начала, характеризует активность сопряженного с ним поведения системы. Например, температура определяет термическую активность тела, электрический потенциал — его электрическую активность и т. д., причем с увеличением интенсиалов соответствующие активности возрастают. Следовательно, хрональный интенсиал, или хронал, должен определять хрональную активность тела, т. е. темп всех процессов, и с ростом хронала эта активность (темп) должна возрастать.

С другой стороны, время, имеющее отношение к темпу (хрональному явлению), определяет длительность всевозможных событий, процессов, явлений… Следовательно, хронал… и длительность связаны между собой обратной зависимостью… Здесь важно сразу оговориться, что наше привычное время… тоже определяет длительность. Однако величина (этого времени. — А.Б.) — это реально не существующее, условное социальное время, придуманное человеком… Природа не знает этого времени. Оно «течет» практически равномерно… и всегда в одном направлении. …Реальное физическое время… есть характеристика любого данного тела, неживого или живого. Она однозначно определяется хрональным «зарядом» этого тела… С ростом хронала тела скорость хода реального времени… замедляется, а темп процессов возрастает» {18}.

Очень длинная и относительно сложная (с новыми понятиями) цитата, и я, естественно, прошу прощения у читателя. Но и выхода другого не было. Я хотел, чтобы именно из первоисточника мы узнали, как А. Вейник представлял себе время. Должен сказать, что я такое видение оцениваю не просто как оригинальное, но и как очень… иррациональное. Достаточно только обратить ваше внимание на «мифический» хронал, как вы, наверное, со мной согласитесь. Это что-то вроде «флогистона» — специального вещества, которым (до Ломоносова) объясняли причину горения тел. (Но только хрональным простейшим веществом А. Вейник не ограничился. Он считал, что ему «удалось в экспериментах обнаружить семь типов разнородных простых веществ: хрональное, метрическое, ротационное, колебательное, тепловое, электрическое и магнитное».)

Однако ради истины необходимо тут же отметить, что А. Вейник утверждал, что реальное физическое время любого тела всегда связано с состоянием этого тела (и в этом он был безусловно прав). А. Вейник поставил интереснейшие эксперименты, и, похоже, что он вообще был первым, кому удалось фактически зафиксировать различное собственное время у различных тел (разумеется, я имею в виду «был первым» в определении собственного времени тел, покоящихся в постоянном гравитационном поле). Нет ли тут противоречия с моей несколько высокомерной оценкой его теории как «иррациональной»? Думаю, что нет. Я ведь только против его специального хронального вещества, которое во всех телах отвечает за временные проявления. С моей точки зрения, это глубокое заблуждение. Что касается его очень интересных экспериментов, то ведь полученные экспериментальные результаты не обязательно следуют из определенной теоретической предпосылки. Также как, впрочем, и полученный результат может быть в принципе истолкован неверно.

В конце XX века интерес к работам Н. Козырева и особенно А. Вейника заметно снизился, по крайней мере, у широкой общественности. Если идеи Н. Козырева продолжают подпитывать отдельные разработки, преимущественно касающиеся «мгновенного дальнодействия», то идеи А. Вейника тихо оседают на дно научных архивов.

В последние годы появились интересные работы, в частности, работа Ф. Канарева { 19}, в которой автор утверждает, что времени без материи не может быть, и выдвигает аксиому единства пространства-материи-времени. Хорошей иллюстрацией уровня современных знаний о времени является сборник научных статей, опубликованный Ленинградским отделением Академии наук РСФСР в серии «Проблемы исследования Вселенной» {20}.

В работе К. Бутусова {21} использована идея русского физика И. Ярковского, высказанная еще в 1889 г., о том, «что притяжение тел к Земле обусловлено втеканием в нее эфирного потока, который в недрах Земли частично преобразуется в вещество». Использованы также и представления Н. Козырева о том, что время, обладая активными свойствами, втекает в космические тела и что это, в конечном счете, является причиной их разогрева. Автор, проанализировав большой фактический материал о росте массы Земли, приходит к выводу о том, что за последние 250–300 млн лет масса Земли выросла в 8 раз.

К. Бутусов пишет: «Как известно, для наглядного представления направленности стрелы времени в свое время было предложено проводить сопоставление времени с энтропией замкнутых систем, которая также, как и время, непрерывно возрастает. Однако проделанный выше анализ, опирающийся на опытные данные геологии и т. п., показывает, что лучше, по-видимому, сопоставлять ход времени с изменениями массы и радиуса Земли… вызванными втеканием из окружающего вакуума в Землю и, соответственно, в ядра атомов некоторой положительной энергии… Остается только один шаг до отождествления времени с самим потоком энергии, что мы и сделаем».

К. Бутусов делает выводы: «Итак, предположим, что время есть некоторая физическая субстанция, обладающая положительной энергией и втекающая в ядра атомов из окружающего вакуума. Таким образом, мы в наших представлениях о времени примыкаем к точке зрения Н.А. Козырева, считавшего, что внутренняя энергия звезд растет за счет потока времени…»

Интересные представления о времени даны в работах IO. Белостоцкого {22,23}. Автор исходит из гипотезы о том, что «гравитация всегда приводит к упругим деформациям и, следовательно, к упругим напряжениям в теле, а в свою очередь, возникающие по любой причине упругие напряжения в теле обязательно приводят к появлению возле него дополнительного (прибавочного) гравиполя». Далее Ю. Белостоцкий рассматривает проблему энергопитания Солнца и приходит к выводу (к такому же, как и Бутусов, а еще раньше — Козырев) о том, что для сбалансированного функционирования Солнца ему необходим наряду с термоядерным некий дополнительный источник разогрева. Таким источником, по мнению Белостоцкого, являются центростремительные гравитационные излучения от всех планет Солнечной системы, которые непрерывно поглощаются Солнцем. В свою очередь, Земля (и другие планеты) поглощают гравитационное излучение от Солнца. «Причем расходы масс в этих противопотоках таким образом сбалансированы, что они всегда строго равны… Время… должно определяться… характером и направлением течения какого-то… фундаментального процесса… А для нас таким всеобщим процессом превращения вещества в поле является рассмотренный выше процесс энергопитания Солнца».

Ю. Белостоцкий считает, что «время является мерой воздействия процесса энергопитания Солнца на любые локальные процессы, происходящие в его окрестностях…».

И, как бы подводя черту, автор делает вывод о том, что «Время отражает Состояние! Но такое всеобщее состояние, определяющее интенсивность протекания процессов, происходящих в данном конкретном пространстве, должно отражать одновременно и состояние этого Пространства, и состояние Материи, состоящей, как известно, из Вещества и Поля, взаимопревращения которых и обеспечивают существование окружающего мира».

С моей точки зрения, такое понимание автором физической сущности времени делает ему честь, это хорошее, а может быть, даже и замечательное определение. Однако как только автор переходит от обобщающих определений к поиску конкретных процессов, ответственных за направленность и изменение темпа времени, так начинаются противоречия. Например, автор утверждает, что «… направление упомянутой стрелы времени должно определяться характером и направлением течения какого-то другого, тоже всеобщего для всех явлений, процесса. По-видимому, в нашем мире таким фундаментальным процессом служит уже известное нам превращение Вещество — Поле. Предполагается, что именно направление этого процесса и может рассматриваться как определяющее направление течения времени».

Как только автор сделал столь неосторожное допущение, так он тут же вынужден был допустить, что обратное превращение поля в вещество приведет к тому, что время потечет вспять. Испытывая, возможно, некий дискомфорт от собственного утверждения, Ю. Белостоцкий несколько смягчает его, доводя до нашего сведения, что процесс перехода вещества в поле — это явление фундаментальное и всеобщее, а процесс обратный характерен для межгалактических просторов. «Вероятно, время плавно может идти в другую сторону только в условиях открытых протяженных космических пространств, которые предполагают абсолютно другие формы существования и развития Материи, чем это нам известно». А чтобы совсем успокоить тех, кто уже бросился строить «машины времени», автор пишет: «Поэтому мечты о «машине времени», поворачивающей время вспять, останутся в реальности только на страницах тучной фантастики». Я, впрочем, относительно «машин времени» остался совершенно спокоен, ибо знаю, что направленность времени определяется не тем, что в какой-то локальности преобладает переход вещества в поле или наоборот, а тем (парадоксально выражаясь), что времени… нет. Нет как особого самодостаточного явления, которое чем бы то ни было отличалось бы от известных проявлений материи. Подробнее об этом — во второй главе. Удивительно вот что. Ю. Белостоцкий одним из первых осознал, что времени нет не только как невещественной субстанции, но и как особой материальной субстанции, а между тем…

Случай свел меня с ним в переполненной электричке Петергоф — С.-Петербург. Едва мы умостились, как я спросил его: «Времени нет?» «Времени нет», — ответил он. И, кажется, мы поняли это однозначно, а именно: времени нет, но есть проявления материи, которые и определяют ее временные свойства. Но, может быть, нам это только показалось.

Вот что пишет Белостоцкий: «Мы пришли к выводу, что Время как материальная субстанция не существует в Природе — это плод нашего воображения, придуманный нами для удобства нашей же ориентации в пространстве». Несколько противоречивое высказывание, в том смысле, что время придуманное. Не отсюда ли мысли автора о том, что время при некоторых обстоятельствах может исчезнуть или повернуть вспять. По моему мнению, такие представления автора — это следствие недостаточно четкого понимания первопричин происхождения времени. А может быть, и следствие неких рецидивов в понимании того, что время не существует само по себе, о чем хорошо знал еще Лукреций.

Впрочем, несмотря на некоторую противоречивость своих представлений о времени, несомненно, что Ю. Белостоцкий идет в авангарде тех, кто пытается разобраться в том, что такое Время. А его убежденность в том, что время любого тела или любой локальности зависит как от состояния материи в этой локальности, так и от состояния пространства, занимаемого этой локальностью, является, пожалуй, главным достоинством его научной гипотезы.

Среди работ, с которыми мне довелось познакомиться сравнительно недавно, выделяется статья В. А. Копылова {24}. Автор сразу заявляет, что двадцатилетняя инженерная деятельность и практические исследования в области физиологии позволяют ему утверждать, что существует «разное (индивидуальное) протекание времени» у людей. При этом он считает, что вообще изменение хода времени зависит от энергонасыщенности материальной системы. Более того, В. Копылов делает смелое обобщение, утверждая, что «физический смысл времени — это удельная плотность энергии системы». Просматривая в первый раз статью и увидев эти строчки, я мысленно пожал автору руку и, образно выражаясь, продолжал ее трясти, пока не наткнулся на утверждение о том, что «чем выше энергонасыщенность (биологического объекта)… тем медленнее течет его время».

С таким утверждением невозможно согласиться — как раз наоборот… Пришлось снова и снова перечитывать эту интересную работу, пока я окончательно не успокоился, т. е. пока не понял причину, по которой автор так интересно «заблудился». Оказывается, по мнению В. Копылова, состояние любой системы определяется ее взаимодействием с физическим вакуумом. Допустим. Но вот само это взаимодействие автор сводит главным образом к гравитационному взаимодействию. Это, в конечном счете, и приводит его к убеждению, что форма существования вещества (и его собственное время в том числе) главным образом зависит от плотности гравитационного потока…

Ошибка В. Копылова заключается в том, что состояние любой системы (любая «форма существования вещества») зависит не только от гравитационного взаимодействия, но и от других факторов. При прочих равных условиях, чем выше энергонасыщенность объекта, тем более высок темп времени в нем, тем более сжато собственное время и тем, следовательно, быстрее, а не медленнее течет его время.

Статья интересна не по причине ошибочного вывода автора, а из-за того, что он поставил под сомнение субстанциальную концепцию времени и смело провозгласил, что время — это функция состояния вещества.

Своеобразным откровением для меня явилась книга «Контуры эволюционной физики» В. Маркова {25}. И даже не потому, что она посвящена проблемам сущности времени, что само по себе является большой редкостью. И, конечно, не потому, что автор буквально охвачен пламенной страстью убедить нас, что пространство-время всегда неоднородно. (Начиная с 1915 г., идея о том, что время неоднородно, не является больше шокирующим откровением — неоднородное гравитационное поле неизбежно порождает неоднородное время.) Книга приятно удивила меня огромным объемом информации из той области естествознания, которую прежде я никак не связывал с проблемами времени. Неоднородность времени в книге увязана с геологией и с эволюцией Земли.

Впрочем, смелые обобщения автора выходят далеко за пределы геологии. «…В невостребованном физиками опыте частного Естествознания имеются строгие доказательства несимметричности времени относительно сдвигов, а следовательно, несостоятельности законов сохранения энергии и массы как фундаментальных законов физики». «Суть нашей позиции, — пишет автор, — заключается в том, что безукоризненное выполнение законов сохранения в классических экспериментах, равно как и нарушение этих законов при иных физических условиях, признается в качестве одинаково достоверных фактов, поскольку принципиально ненаблюдаемо.

В этом коренное отличие нашей точки зрения от концепции однородного пространства-времени, которая непримирима к результатам любых экспериментов, вступающих в противоречие со строгими законами сохранения».

Как видите, автор идет гораздо дальше, чем это вытекает из простого признания неоднородности времени в общей теории относительности.

Особенно интересны для меня два момента в книге Маркова. Во-первых, его утверждение, что неоднородность времени непременно связана с нарушением однородности вещества по плотности, и, во-вторых, вытекающая из представлений Маркова возможность и необходимость корректировки длительности геологических временных интервалов (геохронологической шкалы) с учетом неоднородности времени.

Автор утверждает, что «время… есть фундаментальное свойство занимаемого массами пространства пребывать в повторяющемся (периодическом или квазипериодическом) движении». И даже — что «эволюция материи и движение материального пространства-времени — одно и тоже».

Весьма примечательно, что и Н. Козырев { 16}, и А. Вейник {18}, и К. Бутусов {21}, и Ю. Белостоцкий {22, 23}, и В. Копылов {24}, и многие другие современные авторы, предлагая свое видение времени, дипломатично уклонились от критического сопоставления своих представлений с релятивистскими представлениями теории относительности. Иногда в этом и в самом деле нет необходимости, но чаще всего соблюдается негласный принцип: не зацепишь ты — не ударят тебя. Такая осторожная позиция исповедуется многими, но далеко не всеми. Очень активны сторонники эфира.[12]

Только на первый взгляд может показаться, что это утонченная блажь. Показательно, что реанимация интереса к эфиру происходит именно в наши дни. Среди ученых — критиков релятивистской физики — «эфирники» — это авангард непримиримых «подпольщиков». Ортодоксальная наука их, естественно, не замечает, а если и замечает, то где-то далеко внизу. И такое отношение, конечно же, имеет под собою некоторое основание. Так сказать, «на смену эфиру пришло электромагнитное поле». Но «эфирники» буквально по косточкам разобрали теорию относительности, и обнаружилось, что многие, казалось бы, «абсолютные» истины имеют альтернативы. Они подкапываются под основы и утверждают, что некоторые явления могут объяснить убедительнее, чем теория относительности.

Я приведу выдержки из нескольких работ, поскольку признание существования эфира в них прямо или косвенно связано с проблемами времени.

Трудности утех, кто верит в эфир, можно свести к двум большим проблемам. Во-первых, нужно объяснить отрицательные результаты опытов Физо, Майкельсона (Морли) и некоторые другие, а во-вторых, совершенно необходимо доказать, что эфир — это такая среда, в которой органично сочетаются присущие ей противоречивые свойства: с одной стороны — подвижность и проницаемость, а с другой — упругость и жесткость.

Вот как объясняются результаты опытов Майкельсона и Физо в работе А. Брусина и С. Брусина {26}: «Для решения этой важной задачи достаточно рассмотреть силы гравитационного взаимодействия некоторой массы околоземного эфира… с Землей… и Солнцем… что мы и сделаем». Выполнив несложные расчеты, авторы находят, что на расстоянии до 250 тыс. км от Земли эфир всегда увлекается Землей при ее движении вокруг Солнца. Этим и объясняется, что Майкельсон не смог определить скорость движения Земли относительно эфира.

Что касается опыта Физо, то авторы исходят из того, что атомы молекул, между которыми находится эфир, также удерживают его, как и Земля, но в пределах определенного расстояния от атомов. По их расчетам получается, что расстояние между молекулами примерно такое же, как и удвоенное расстояние, в пределах которого каждый атом удерживает эфирную среду. Вывод: «Что же показали уникальные опыты Физо и Майкельсона? Они убеждают, что в природе нет абсолютно неподвижного эфира. Эфирная среда, обладающая массой, всегда увлекается тем движущимся телом, гравитационные силы которого являются превосходящими по отношению к таким же силам от других тел. В указанных опытах таким телом является Земля, увлекающая околоземной эфир (в опыте Майкельсона) и не позволяющая движущемуся на Земле телу увлекать эфир, находящийся между частицами тела (в опыте Физо)». Авторы считают эфир «бесчастичной» формой материи. «Эфир надо представлять как бесформенную сплошную массу, которая… стремится распространиться по всему доступному для нее пространству…» По их мнению, «…луч света — это движение фотона, представляющего не частицу, а наблюдаемое движение волны эфира (в виде его сгустка). Отсюда и понятно, почему фотон в покое не наблюдается», а следовательно, не имеет и массы покоя.

В работе Ф. Горбацевича {27} значительное место уделено строению и свойствам эфира. По мнению автора, эфир состоит из двух противоположных по заряду частиц. «Противоположные по знаку частицы притягиваются друг к другу» с большой силой и «перемещаются друг относительно друга совершенно без трения». Эта среда «не обладает плотностью в обычном понимании. Она обладает определенными электромагнитными свойствами… Любая физическая субстанция может продвигаться в эфирной среде совершенно без трения… Ускорение… физического тела создает инерциальные возмущения в эфирной среде».

Автор утверждает, что предложенная им концепция эфира позволяет решить несколько проблем. Например, «она объясняет «поперечность» световых и электромагнитных колебаний. Она позволяет понять различие массы физического тела от электромагнитной массы эфирной среды… Объясняет способность любой среды передавать колебательные возмущения». «…Такая среда должна содержать в себе упругость и массу… Она дает объяснение, почему в экспериментах при столкновении частиц высоких энергий порой возникают пары новых частиц с противоположными зарядами — они порождаются эфирной средой, содержащей эти заряды».

Американский ученый Б.Дж. Уоллес {28} пишет: «В 1964 г. я понял, что на основе динамического эфира можно создать единую физическую теорию… Эфир должен быть подобен сжимаемой жидкости и является первоосновой материи во Вселенной. Фотон и нейтрино должны состоять из этой материи, движущейся по прямой, а частица или корпускула — из этой же материи, движущейся по замкнутой круговой орбите». Б. Уоллес считает, что скорость света в вакууме не является константой.

Практически во всех работах, развивающих теорию эфира, отмечается, что Лоренц разработал принцип постоянства скорости света, исходя из представлений о покоящемся эфире. Этот принцип утверждает, что скорость света в эфире не зависит от скорости источника света. «Эфирники» негодуют и доказывают, что Эйнштейн не имел оснований изменять этот принцип, т. е. утверждать, что скорость света не зависит от скорости источника света. Иными словами, сторонники эфира утверждают, что Лоренц установил только то, что скорость света в среде не зависит от скорости источника света относительно этой среды и имеет постоянную скорость, зависящую от параметров среды, от скорости источника света в пустоте.

В теории эфира доказывается, что скорость распространения света подчиняется правилу сложения скоростей, как и скорости любых других движущихся субъектов Вселенной, и…отрицается относительность времени в зависимости от системы отсчета.

Меня лично в работах «эфирников» привлекает то, что поведение тел (их свойства) они рассматривают во взаимодействии со средой. А некоторые, например {23,27}, утверждают, что эфирная среда и физический вакуум — это одно и то же.

Но сегодня, как, впрочем, и на протяжении всего XX века, теория относительности подвергается критике не только с позиций эфира. Ряд ученых доказывает возможность и необходимость вернуться к основам ньютоновской классической физики. Такихработ много. Вот несколько примеров: Б. Пещевицкий критикует преобразования Лоренца {29}; С. Базилевский и М. Варин отвергают второй постулат Эйнштейна {30}; В. Фогель и О. Шепсенвол показывают, что эффекты общей теории относительности могут быть объяснены и без эйнштейновской теории {31}; А. Ефимов доказывает, «что эйнштейновского принципа относительности… вообще в природе не существует…» {32}

Странно, но в наше время наряду с серьезными работами, посвященными времени, встречаются труды, в которых реанимируется статическая концепция времени. Например, индийский философ Ш. Ауробиндо (1872–1950) создал привлекательное учение о высшей форме сознания, но, в частности, время там понимается «не как поток постоянно исчезающих мгновений, а как категория, в которой Прошлое, Настоящее и Будущее существуют одновременно и вечно» {33}.

Интересна проблема тахионов. Тахионами названы гипотетические частицы, которые могут двигаться со скоростями, превышающими скорость света. Естественно, что понимание времени связано с этой проблемой. Тахионам нет места в теории Эйнштейна. «Наиболее серьезные возражения против гипотезы о существовании тахионов… выдвигаются со стороны принципа причинности… Однако должной ясности в вопросе о том, действительно ли принцип причинности запрещает такие движения, еще нет» {4}. Правда, пока нет и надежной теории, и неопровержимых фактов, подтверждающих существование самих тахионов. (Интересно, что сам Эйнштейн не исключал нарушения принципа причинности, когда «достигаемое действие предшествует причине» { 11 }.) Периодически тахионы внезапно врываются в наше понимание и… разбиваются о железобетонную стену второго постулата Эйнштейна. Тем не менее, прблема существует. Такие ученые, как Д. Блохинцев, В. Гинзбург, В. Силин, Я. Терлецкий, Д. Киржниц, Дж. Фейнберг, О. Биланюк, Е. Сударшан, П. Чонка, С. Баладман и ряд других, допускали возможность физических взаимодействий, скорость осуществления которых превышает скорость света {4}.

Я не хотел бы, чтобы у читателей создалось впечатление, что современные ученые только тем и занимаются, что критикуют теорию относительности Эйнштейна или невольно ей противоречат. Нет, конечно. Есть глубокие исследования, в которых эта теория развивается, а основы ее получают дополнительную аргументацию.

Чрезвычайно интересны работы киевского физика-теоретика, профессора Политехнического института В. П. Олейника {34, 35, 36}. Автор специализируется в области квантовой электродинамики, в течение 15 лет изучает электрон. Не имея возможности подробно остановиться на работах В. Олейника, приведу отдельные выдержки из них: «…за сто лет, прошедших после открытия электрона, не решена… главная проблема электродинамики — проблема электрона… Предположение о точечности и бесструктурности электрона, на котором возведен фундамент КЭД (квантовой электродинамики. — А. Б.), приводит к расходимости собственной энергии электрона и к невозможности объяснить его стабильность — серьезным трудностям, свидетельствующим о том, что мы не в состоянии дать удовлетворительный ответ на вопрос: что такое электрон».

По мнению автора, электрон — это не точечный заряд, а квант поля — «сгусток электрически заряженной материи». «Электрон представляет собой открытую самоорганизующуюся систему, неразрывно связанную с окружающей средой через посредство полей, которые он в ней порождает». В. Олейник утверждает, что движущийся электрон порождает электрическое поле, которое обладает как потенциальной, так и вихревой компонентами… Вихревое собственное поле электрона имеет двойственный характер. Это поле «…порождается электрическим зарядом электрона, неотделимо от электрона и, следовательно, является составной частью частицы. Главное отличие состоит в том, что собственное поле не может быть сведено к совокупности отдельных квантов… и способно переносить возбуждения со сколь угодно большой скоростью». По мнению В. Олейника, «электрон… занимает сразу все пространство, всю Вселенную… По этой причине, каким бы ни было внешнее воздействие на электрон, возникающее в ограниченной области пространства, информация об этом воздействии становится тотчас же достоянием всей Вселенной, которая мгновенно «узнает» о событии, происходящем с электроном. Мгновенный перенос информации осуществляется через посредство среды, порождаемой самим электроном».

Это очень серьезное утверждение. Автор неоднократно в своих работах возвращается к его аргументации, в частности, подчеркивает, что вывод о возможности мгновенной передачи сигнала не противоречит специальной теории относительности.

В последние два года проф. В. Олейника заинтересовало время. Это замечательно, хотя бы потому, что в отличие от многих других исследователей он является профессиональным физиком-теоретиком. Его сегодняшние представления о времени объективно отражают взгляды на сущность времени большой группы ученых и, в какой-то мере, демонстрируют тенденцию развития науки о времени. Показательной в этом отношении является одна из его последних работ «Время, что это такое? Динамические свойства времени» {36}. Отметив в начале, что «время остается одним из самых загадочных понятий физики, сущность которого не раскрыта в достаточной мере до сих пор», автор напоминает нам, что и сегодня некоторые считают, что «время совершенно пассивно, оно существует само по себе, не испытывая воздействия со стороны материальных процессов». С такой (в чистом виде ньютоновской) позицией В. Олейник не согласен. «Возникает вопрос о существовании физических свойств времени, т. е. вопрос о том, могут ли физические процессы, происходящие в системе, повлиять на течение времени в ней». Первым, кто, по мнению В. Олейника, выдвинул идеи о существовании физических свойств времени, был Н.А. Козырев.

Сам В. Олейник вопрос о возможности существования физических свойств времени аргументирует следующими соображениями: «Силовые поля (гравитационное, электромагнитное и др.), создаваемые материальными телами в окружающем пространстве, изменяют пространство, наделяя его физическими свойствами. В виду того, что пространство и время неразрывно связаны между собой, образуя единое целое, наличие в пространстве силового поля должно неизбежно привести к появлению физических свойств времени, обусловленных движением тела в этом поле».

И еще: «Согласно результатам теоретических и экспериментальных исследований, проведенных Козыревым и его последователями… события могут происходить не только во времени, но и с помощью времени, при этом информация передается не через силовые поля, а по временному каналу, и перенос информации происходит мгновенно».

Профессор Олейник с присущей профессионалу строгостью с математическими выкладками доказывает правоту своих выводов о том, что время обладает физическими свойствами и что эти свойства могут изменяться под воздействием физических процессов. Он делает вывод: «В настоящей работе показано, что для доказательства динамической неоднородности времени нет необходимости выходить за пределы релятивистской механики и вводить какие-либо гипотезы… и становится очевидно, что развитие исследований о времени как об активном участнике физических процессов не только необходимо, но и находится на переднем крае современной физики».

Да, это замечательный вывод и прогрессивное понимание сущности времени, особенно по сравнению со взглядами тех, кто считает, что времени нет совсем, что это только придуманная абстракция, а также тех, кто, оставаясь до сих пор на субстанциальных позициях классической механики, полагает (как Исаак Ньютон), что время — это нематериальная(невещественная) субстанция (что-то вроде бестелесного духа), которая никак не зависит от материи.

Украинский профессор В. Олейник твердо уверен, что время влияет на все материальное и само зависит от всего материального. Примерно также полагают и российский академик М.М. Лаврентьев, и. множество других академиков и профессоров и на Украине, и в России, и во всем мире. Но весьма знаменательно, что, стоя на плечах Эйнштейна, они, тем не менее, (а может быть, именно поэтому), продолжают считать, что время — это некая природная субстанция, существующая сама по себе. Да, взаимодействующая с материей, но существующая как бы самостоятельно. Кто-то такую субстанцию называет материальной, иные — нематериальной, но главное, что это нечто, объективно сосуществующее рядом с материей (веществом). Увы, нет в природе такого времени. Это, может быть, и реляционное, но какое-то половинчатое представление о времени, что-то вроде «полу-субстанциальной» концепции понимания сущности времени.

По моему мнению, это принципиальное мировоззренческое заблуждение, тысячелетние корни которого глубоко укрепились в мировой науке. Утверждать сегодня, что время зависит от воздействий на него материи, хорошо, но недостаточно и почти тривиально. Хорошо только в том смысле, что это позволяет понять, как изменяется время под влиянием того или иного взаимодействия. Но недостаточно с позиций физического смысла явления, поскольку оказывается наглухо завуалированной сама сущность времени. Ибо времени вообще нет вне материальных взаимодействий. (Допускаем при этом, что и кривизна пространства, в конечном счете, зависит от состояния материи.) Доказывать сегодня, что время зависит от физических процессов, — это все равно, что, стоя у полуоткрытой двери, ведущей к загадкам времени, долго и мучительно обдумывать, как бы ее взорвать, да при этом еще убеждать себя и других, что дверь по-прежнему закрыта.

Безусловно интересной является монография В.Я. Бриля {37}. Развивая теорию «сильно вытянутых струнообразных частиц», автор предлагает нам, по существу, единую теорию Материи. А в частности, доказывает независимость скорости света от скорости его источника. Что касается времени, то автор считает, что «время, как и пространство, — понятия основные для естественных наук, а как известно, основные понятия не определяются… (и поэтому) могут быть приняты лишь из соображений удобства…» Автор предлагает использовать (очевидно, ввести, как Ньютон? — А. Б.) понятие «идеального времени как некоего идеального эталона, без сравнения с которым невозможно судить, постоянен ли период того материального процесса, который положен в основу измерения относительного, неравномерного, зависящего от материального окружения реального местного времени».

Такое представление о времени — это, может быть, типичный пример отрицания объективности реального физического времени.

И, конечно, это не научный курьез (тем более в основательной работе такого серьезного исследователя, как профессор Бриль). У такого понимания природы времени уходящая в глубь веков предыстория и знаменитые предшественники. Эта нигилистическая (если так можно выразиться) концепция времени существует в умах исследователей природы. Согласно этой концепции, в чистом виде никакого времени нет, а значит, можно за систему временного отсчета принять то, что удобно. Но сосуществует она и с субстанциальной концепцией ньютоновского толка. Например, в таких рассуждениях: если время — это некая невещественная субстанция, которая объективно существует, но на которую невозможно воздействовать, то за эталон времени можно принять некий периодический процесс, лишь бы он, с одной стороны, был удобен, ас другой — по возможности соответствовал реально текущему времени.

В пользу нигилистической концепции можно привести некоторые доводы, которые, однако, с позиций гипотезы локально-когерентного времени не выдерживают никакой критики. И об этом подробнее во второй главе.

Новую интерпретацию теории относительности разработал белорусский ученый А.Л. Клемец {38}. Автор, в частности, исходит из того, что «свет есть физическое явление, которому следует приписать совершенно самостоятельное существование». Говоря о преобразованиях Лоренца, А Клемец утверждает, что в них «речь идет не об абстрактном времени вообще, а о времени как характеристике движения светового сигнала по отношению к той или иной системе отсчета. Между тем, общепризнано, что теория относительности описывает пространство и время «вообще», т. е. все временные процессы, происходящие в той или иной системе отсчета: физические, биологические, социальные и т. п. Как же разрешить это противоречие между единичным и всеобщим? Вывод заключается в том, что физическое время «вообще» в своей основе определяется движением световых сигналов (или ему подобных), и только. То есть движение светового сигнала и физическое время «вообще» — это понятия тождественные… Физическое же время является основой, фундаментом для биологического, социального и прочих времен. Под физическим временем мы подразумеваем не время существования, а время сосуществования материальных объектов. Световой сигнал строит пространственно-временные отношения между телами, создает метрику. Ясно, что такое пространство-время может быть только относительным» {38}.

Я привел краткие, по необходимости, выдержки из работ авторов, которые придерживаются различных (иногда противоположных) точек зрения на проблему времени. И было бы крайне интересно знать, что же думают о времени всемирно признанные ученые, еще при жизни удостоенные звания великих.

Передо мной одна из книг Стивена Хокинга {39}. Сейчас он профессор Кембриджского университета, заведует кафедрой, которую когда-то занимал Поль Дирак, а ранее — Исаак Ньютон. Сама жизнь Хокинга — это удивительный подвиг: мощная интелектуальная деятельность на фоне неизлечимой болезни, лишившей его возможности двигаться. Подробнее представлять автора, наверное, нет необходимости. Область его интересов может быть охарактеризована его же собственными словами: «Моя цель — добиться полного понимания Вселенной…»

Книга, в основном, посвящена черным дырам и Вселенной в целом с позиций объединения квантовой механики и общей теории относительности. Автор также рассказывает об относительности времени, о замедлении времени у движущихся тел, о том, что на поверхности черной дыры время, с позиций удаленного наблюдателя, почти останавливается… И повествует Хокинг убедительно, с изяществом истинного профессионала. Это не удивительно. Хокинг — крупнейший специалист в области теории относительности. В главе «Стрела времени» автор пишет: «Увеличение беспорядка, или энтропии, с течением времени — это одно из определений так называемой стрелы времени, т. е. возможности отличить прошлое от будущего, определить направление времени. Можно говорить, по крайней мере, о трех различных стрелах времени. Во-первых, стрела термодинамическая, указывающая направление времени, в котором возрастает беспорядок, или энтропия. Во-вторых, стрела психологическая. Это направление, в котором мы ощущаем ход времени, направление, при котором мы помним прошлое, но не будущее. И в-третьих, стрела космологическая. Это направление времени, в котором Вселенная расширяется, а не сжимается». Хокинг задает интереснейший вопрос: «Но что произошло бы, когда Вселенная перестала бы расширяться и стала сжиматься? Повернулась бы при этом термодинамическая стрела времени? Начал бы уменьшаться со временем беспорядок?» Автор интересно анализирует ситуацию. К его рассуждениям мы обязательно вернемся во второй главе.

С. Хокинг твердо опирается на фундамент классической теории относительности и, развивая ее, стремится сохранить ее чистоту.

Это проявляется и в его взглядах на сущность времени. С. Хокинг, разумеется, признает реальность физического времени. При этом, в полном соответствии с общей теорией относительности, он утверждает, что нет абсолютного времени: «Каждый индивидуум имеет свой собственный масштаб времени, зависящий оттого, где этот индивидуум находится и как он движется». «Пространство и время теперь динамические величины: когда движется тело или действует сила, это изменяет кривизну пространства и времени, а структура пространства-времени, в свою очередь, влияет на то, как движутся тела и действуют силы. Пространство и время не только влияют на все, что происходит во Вселенной, но и сами изменяются под влиянием всего (выделено мною — А.Б.), что в ней происходит».

С. Хокинг не анализирует (насколько мне известно) влияния отдельных физических процессов на те или иные характеристики времени. Сфера его интересов — более обобщенное понимание Вселенной. Именно поэтому трудно сказать, как он понимает изменение собственного времени тел при изменении их энергетического состояния.

Что же касается трех стрел времени С. Хокинга, то мне кажется, что как только мы поймем природу времени, отпадут не только некоторые обоснования их существования, но и само их количество.

И, наконец, Илья Пригожин — выдающийся бельгийский ученый (российского происхождения). Нобелевский лауреат, основатель термодинамики необратимых процессов. В одной из своих работ {40} Пригожин пишет: «Необратимость и неустойчивость жестко связаны между собой: необратимое ориентированное время может появляться только потому, что будущее не содержится в настоящем. Итак, мы приходим к выводу, что нарушенная временная симметрия является элементом понимания природы».

В этом отрывке прежде всего, интересно то, что Пригожин связывает само существование времени с необратимостью процессов и с нестационарным состоянием материи (с неустойчивостью). Это один из узловых моментов его теории. И. Пригожин сообщает миру об открытии им совершенно «нового» (как он полагает) времени. «Новое понятие времени — внутреннее время, в корне отличное от астрономического времени. Астрономическое время также можно измерить по наручным часам или с помощью какого-нибудь другого устройства, но оно имеет совершенно иной смысл, поскольку возникает из-за случайного наведения траекторий, встречающихся в неустойчивых динамических системах».

Итак, в отличие от тех ученых, кто особое достоинство своих представлений о времени видит в том, что на время можно воздействовать с помощью неких физических процессов, И. Пригожин утверждает, что внутренне время, по существу, и есть порождение самого физического процесса. «Кроме того, термодинамика приводит к новой концепции времени как внутренней переменной, присущей системе… (такая) интерпретация времени выходит за рамки традиционного физического описания системы». Я бы даже сказал, что она принципиально отличается от традиционных представлений, в которых время всегда только пассивный параметр, никак не участвующий в преобразованиях системы.

И. Пригожин вводит понятие «химических часов», и, если я правильно понял, для него «химические часы» и сам процесс, в котором появляется внутреннее время, неотличимы друг от друга. И это, конечно же, свидетельствует о том, что наивный реализм современных физиков, убежденных в том, что время существует параллельно с материей (хотя и взаимодействует с ней), подлежит пересмотру. Правда, и сам Пригожин допускает, что его внутреннее время принципиально отлично от времени астрономического, и это сразу же накладывает ограничение на фундаментальность его открытия.

Выдающиеся физики решают или (учитывая сложность проблем), правильнее все-таки сказать, пытаются решить глобальные проблемы. Им даже позволено высказывать «безумные» идеи. Безумные в том простом понимании этого слова, что они противоречат здравому смыслу. (Впрочем, относительно «здравого смысла» тот же Хокинг замечательно высказался, что это не более, чем предрассудок, к которому мы привыкли.)

Вот, например, так называемая проблема «машины времени». Волнующие идеи путешествия во времени встречаются не только в научно-фантастической литературе — грешат этим и ученые. Периодически научный мир будоражат гипотезы, которые будто бы допускают возможность путешествия в будущее или в прошлое и при этом (как будто бы) не противоречат устоявшимся научным представлениям.

Идея одной из таких гипотез впервые явилась любопытствующему миру в 1934 г. в рассказе Д.Р. Даньелза «Ветви времени». Как пишет Мартин Гарднер, «идея его столь же проста, сколь и фантастична. Люди могут совершать путешествия во времени… но в тот момент, когда они вступают в прошлое, мир расщепляется на два параллельных мира, в каждом из которых время течет по-своему… Новорожденной эта Вселенная будет для путешественника во времени. А с точки зрения наблюдателя, созерцающего происходящее, например, из пятого измерения, мировая линия путешественника просто не переходит с одного листа пространственно-временного континуума на другой, а все вселенные ветвятся в метавселенной, как дерево».

Казалось бы, идея совершенно безумная. Но встречаются и почтенные физики, которые продолжают ее обыгрывать. В диссертации X. Эвереста «Формулировка квантовой механики на основе понятия «относительного состояния»[13] предложен вариант метатеории, в которой вселенная ветвится на бесчисленные параллельные микромиры. И самое замечательное, что Джон А. Уилер в предисловии к работе Эвереста написал, что «классическим физикам поначалу казались почти столь же неприемлемыми радикальные понятия общей теории относительности».

Еще одна экстравагантная гипотеза родилась в темных глубинах теоретической физики и до сего дня продолжает радовать сердца любителей путешествий во времени. Это так называемые «петли времени». Кажется, придумал их К. Гедель в 1949 г. Вселенная Геделя не расширяется, но зато вращается. «В такой Вселенной расстояния между всеми частицами вещества неизменны». Именно поэтому из любой точки такой Вселенной можно отправиться в путь и, обойдя мир, вернуться в исходную точку». «Иначе говоря, путешественник огибает этот мир не только в пространстве, но и во времени» и путь его похож на спираль, накрученную на цилиндр. А поскольку отдельные ветви спирали могут находиться недалеко друг от друга, то в рамках гипотезы становился как бы возможным и переход из одной спирали в другую, т. е. переход из одного времени в другое.

Каждая из этих гипотез по-своему интересна, у каждой свои плюсики и огромные минусы. И по большому счету, т. е. с позиций ортодоксальных научных представлений, гипотезы эти не выдерживают никакой критики. Казалось бы, забавно и не более, но…

Предоставим слово нашему современнику и недавнему соотечественнику проф. И. Новикову {14}. Строго следуя логике теории относительности, он, естественно, верит в теоретическую возможность путешествия в будущее путем использования релятивистского эффекта замедления времени у относительно быстро движущегося объекта. «После полета на ней (ракете) космонавт, вернувшийся на Землю, оказывается в будущих эпохах истории нашей планеты… Если космонавт проживет в ракете тридцать лет, а на Земле пройдет полтора века, то он окажется моложе своих праправнуков».

Полагая, таким образом, что теоретически вопрос с перемещением в будущее с позиций теории относительности можно считать решенным, физики занялись проблемой более сложной, как они считают, — путешествием в прошлое.

И вот, размышляя о машине времени, физики представили две черные дыры, входы в них обозначили буквами А и В и задали себе вопрос, а что будет, если соединить неким тоннелем выходы из этих дыр. С использованием необычного вещества решили проблему стабилизации стенок тоннеля и мысленно отбуксировали вход В одной из черных дыр к далеким звездам (в искривленном пространстве-времени это возможно). Таким образом, входы А и В двух черных дыр оказались на огромном расстоянии друг от друга, а выходы оказались соединенными очень коротким тоннелем.

«Можно так подобрать, — пишет И. Новиков, — параметры отверстий и «тоннеля», что гравитационное воздействие на живые существа будет не слишком сильным во время их движения по коридору и вполне ими переносимо… Наша конструкция теперь может служить Машиной Пространства…

Теперь мы переходим к наиболее интригующей части. Посмотрим, как отверстия с «тоннелем» переделать в Машину Времени.

Первые наметки такого проекта содержались еще в работе К. Торна и М. Морриса 1987 г. Затем они значительно детализировали и усовершенствовали этот проект в работе с Юртсевером в 1988 г.».

Далее И. Новиков рассказывает о том, что если путешественник преодолеет расстояние от А до В во внешнем пространстве, а обратно вернется через короткий тоннель, то не произойдет ничего интересного. Затратит путник на вояж, например, 10 лет — и все.

Но вот в повествовании известного астрофизика наступает самый интересный момент. Оказывается, что если отверстие А будет неподвижным, а отверстие В, напротив, станет вращаться вокруг А с огромной скоростью, то получится Машина Времени. Теперь часы, движущиеся вместе с отверстием В, будут отставать от часов, совмещенных с отверстием А. «Пусть… они идут вдвое медленнее, чем часы А. Значит, когда по часам А пройдет 10 лет, по часам В только 5…» Это и будут видеть наблюдатели в точках А и В.

Но и это, конечно, еще не все. Опустим некоторые подробности, связанные с тонкостями теории относительности. Главное все-таки результат.

Игорь Новиков продолжает рассказ. «Пусть опять путешественник отправляется от А к орбите кружения отверстия В и выбирает направление своего прямолинейного движения во внешнем пространстве так, чтобы подойти к орбите В в тот момент, когда в этой же точке окажется стремительно движущееся Отверстие В. Видя подлетающее отверстие, путешественник набирает скорость, равную скорости отверстия В, ныряет в него и через «тоннель» возвращается к отверстию А. Все это нетрудно представить». («Не трудно» — ничего себе. Неудивительно, что с таким богатым воображением проф. Новиков теперь возглавляет институт астрофизики в Копенгагене).

Однако продолжим. «Пусть путешественник затратил на полет к В по-прежнему 10 лет по часам А; следовательно, по часам В проходит вдвое меньше времени, то есть всего 5 лет. Так как старт произошел по часам В в 10 лет, то в момент прибытия его к В они показывают 15 лет с начала их кружения. К этому моменту часы А «натикали» уже 30 лет. Теперь путешественник ныряет в отверстие В. В этот момент он, как и любой наблюдатель у В, может взглянуть сквозь «тоннель» на часы А и увидит… что часы А показывают то же время, что и В, то есть 15 лет после начала кружения! Видя перед собой эти часы, он быстро проходит сквозь короткий «тоннель» и практически в тот же момент появляется из отверстия А, откуда он и начинал свое путешествие.

Но он ведь начинал свое путешествие, когда часы А показывали 20 лет! А вернулся, когда на них — 15 лет! То есть он вернулся раньше старта! Свершилось то, что казалось невозможным, — путешественник попал в прошлое! Говоря словами Гамлета, «раньше это считалось парадоксом, а теперь доказано».

Как видите, физики не только шутят, но и развлекаются. Мы познакомились с одной из самых фантастических «петель времени». Но выдающиеся физики потому, может быть, и выделяются из массы «трезвомыслящих», что их «неожиданности» следуют в русле глобальной мировоззренческой или физической тенденции, и кто может знать, как та или иная гипотеза отзовется в отдаленном будущем.

Завершая главу, можно сделать следующие основные выводы:

1. Релятивистские (эйнштейновские) представления о времени сегодня — в начале XXI века — являются официально признанными и, в значительной мере, господствующими.

(Время объективно существует. Время зависит от взаимодействия материальных систем (от гравитации и скорости). Время жестко связано с геометрией пространства. Физический смысл самого понятия времени раскрыт не полностью.)

2. Наряду с ортодоксальными (релятивистскими) представлениями о времени развиваются и альтернативные. Время рассматривается и как относительно независимая природная субстанция {16}, и как порождение отдельных конкретных физических явлений (процессов) {23,24,25}, и как «нечто», в котором прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно… {33} Продолжает бытовать мнение, что никакого времени нет, что это только придуманная абстракция.

3. Единой теории времени нет. Вопрос о том, что такое время, сегодня столь же актуален, как и 2500 лет назад.

Причина непонимания времени как глобального природного явления заключается в том, что и Эйнштейном, и его последователями, и оппонентами не найдена и, как следствие этого, не обоснована глубинная сущность физических процессов, лежащих в основе происхождения времени.


Содержание:
 0  Природа времени: Гипотеза о происхождении и физической сущности времени : Анатолий Бич  1  ПРЕДИСЛОВИЕ : Анатолий Бич
 2  Глава 1. ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ВРЕМЕНИ В ПРОШЛЫЕ ВЕКА И СЕГОДНЯ : Анатолий Бич  3  1.2. От Анаксимандра до Ньютона : Анатолий Бич
 4  1.3. Время в классической механике : Анатолий Бич  5  1.4. Время в миропонимании Эйнштейна : Анатолий Бич
 6  вы читаете: 1.5. Представления о времени в конце XX века : Анатолий Бич  7  1.1. Основные понятия и некоторые определения : Анатолий Бич
 8  1.2. От Анаксимандра до Ньютона : Анатолий Бич  9  1.3. Время в классической механике : Анатолий Бич
 10  1.4. Время в миропонимании Эйнштейна : Анатолий Бич  11  1.5. Представления о времени в конце XX века : Анатолий Бич
 12  Глава 2. ГИПОТЕЗА ЛОКАЛЬНО- КОГЕРЕНТНОГО ВРЕМЕНИ : Анатолий Бич  13  2.2. Происхождение времени и его основные свойства : Анатолий Бич
 14  2.3. 0 некоторых идеях и опытах Н. Козырева : Анатолий Бич  15  2.4. Стрела времени : Анатолий Бич
 16  2.1. Обоснования и представления : Анатолий Бич  17  2.2. Происхождение времени и его основные свойства : Анатолий Бич
 18  2.3. 0 некоторых идеях и опытах Н. Козырева : Анатолий Бич  19  2.4. Стрела времени : Анатолий Бич
 20  Глава 3. НЕКОТОРЫЕ СЛЕДСТВИЯ ГИПОТЕЗЫ ЛОКАЛЬНО- КОГЕРЕНТНОГО ВРЕМЕНИ : Анатолий Бич  21  3.2. Космология и астрофизика: альтернативный взгляд : Анатолий Бич
 22  3.3.1. Физические парадоксы времени : Анатолий Бич  23  3.3.2. Некоторые психофизические феномены : Анатолий Бич
 24  3.1. Возможно ли возвращение здравого смысла квантовой механике? : Анатолий Бич  25  3.2. Космология и астрофизика: альтернативный взгляд : Анатолий Бич
 26  3.3.1. Физические парадоксы времени : Анатолий Бич  27  3.3.2. Некоторые психофизические феномены : Анатолий Бич
 28  Глава 4. ПРОМЕЖУТОЧНЫЕ ИТОГИ И ПЕРСПЕКТИВА : Анатолий Бич  29  СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ : Анатолий Бич
 30  Использовалась литература : Природа времени: Гипотеза о происхождении и физической сущности времени    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap