Наука, Образование : Научная литература: прочее : ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ ИНТРИГИ ВО ИМЯ МИРА (1917–1922) : Эрик Фраттини

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24

вы читаете книгу




ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ


ИНТРИГИ ВО ИМЯ МИРА (1917–1922)

Не сидел я с людьми лживыми, и с коварными не пойду.

Псалмы, 25, 4

В последние годы Первой мировой войны основными объектами внимания итальянских спецслужб были Австрия и Ватикан. Одним из лучших агентов при Святом престоле был, вероятно, барон Карло Монти, который возглавлял Департамент по делам религии — тот отдел Министерства юстиции Италии, который занимался всеми вопросами взаимоотношений церкви и государства.

Монти превратился в неофициальный канал связи между правительством Рима и Ватиканом и, в каком-то смысле, в мост между итальянскими секретными службами и Священным Альянсом. Исполнению этих функций способствовала тесная связь лично Монти с его святейшеством, которая существовала еще с тех времен, когда они были товарищами по колледжу в Генуе. Надо сказать, что деятельность Монти внутри Ватикана была абсолютно открытой, без всяких задних мыслей. Информация, которую Карло Монти передавал итальянским спецслужбам, предоставлялась ему самыми близкими сотрудниками папы Бенедикта XV добровольно и всегда с ведома его святейшества.

Получаемая в основном свободными агентами[49] Священного Альянса информация касалась главным образом намерений папы в отношении того или иного конкретного дела, обмена сведениями о политиках или новостей, добытых папскими шпионами в столице того или иного иностранного государства. Иногда барон Карло Монти обращался к Священному Альянсу. Так было и в феврале 1917 года, когда Ватикан предупредил секретные службы Италии о социальном кризисе в России царя Николая. Монти не запрещалось присутствовать на совещаниях папы Бенедикта XV и его кардиналов; от него даже не скрывали секретных шифрованных посланий, которые понтифик или его государственный секретарь отправляли в некоторые нунциатуры.

Наблюдениями за деятельностью Ватикана и его персоналом занимался итальянский Генеральный департамент общественной безопасности. Чезаре Бертини, комиссар полиции Борго, района Рима, в который входил Ватикан, расставил вокруг Святого престола множество своих агентов, которые должны были приглядывать за всеми основными входами и выходами и сообщать о приходе и уходе дипломатов, журналистов и высоких должностных лиц Римской курии.

Переодетые в штатское агенты Бертини ежедневно заходили для сбора информации в казармы швейцарской гвардии и в места отдыха гвардейцев. Основной группой информаторов внутри Ватикана была так называемая <Ватиканетто». Она состояла из лиц, которые во время понтификата Пия X занимали высокие должности в Римской курии, а теперь образовали кружок, оппозиционно настроенный по отношению к лишившему их власти Бенедикту XV. Возглавляли эту группу государственный секретарь Пия X кардинал Мерри дель Валь, его первый заместитель монсеньор Никола Канали и два камергера папы — Карло Каччиа-Доминиони и монсеньор Арборио Мелла ди Сант-Эллия. Главной целью кружка «Ватиканетто» было мщение. Соответственно, и действия его были направлены на то, чтобы унижать теперешнего папу, дискредитировать политику Ватикана, расставлять препоны папской дипломатии за рубежом и раскрывать любые операции Священного Альянса спецслужбам равно как друзей, так и врагов.

Среди материалов, которые «Ватиканетто» рассортировывала, а затем, вместе с фальшивками, передавала, итальянским спецслужбам, было, например, сообщение, датированное 22 марта 1915 года. В этом сообщении шла, речь о приобретении новых ружей для швейцарской гвардии и о том, что поставщик этих ружей был близок к австрийским секретным службам. В другом сообщении, на котором стояла дата 9 сентября 1916 года, говорилось, что капеллан швейцарской гвардии имел шпионские сношения с австрийским посольством. Еще одно сообщение, от октября 1916 года, было предупреждением о, том, что Герлах передавал в чужие руки планы портов Анкона и Бари для облегчения атаки на эти порты немецких подводных лодок. Было и сообщение о том, что директор аптеки Ватикана на самом деле является шпионом кайзера. Все это были фальшивки, сфабрикованные для того, чтобы о папе Бенедикте XV и его секретных и дипломатических службах складывалось как можно худшее впечатление.

Были и иные сообщения, которые итальянцы тоже принимали за фальшивки, но которые на самом деле соответствовали действительности. К этой категории относилась, например, информация о предложении короля Альфонса XIII папе перенести свою резиденцию в Испанию ввиду враждебного отношения к Ватикану итальянского правительства или о раскрытии в марте 1917 года попытки испанского монарха выступить в качестве посредника перед императором Карлом I Австрийским в поисках сепаратного мира Германии со странами Антанты.

Одна из попыток достичь мира была предпринята с помощью двух агентов Священного Альянса: графа Вернера де Мероде и его жены Полины де Мероде. Этот аристократ уже несколько лет работал на папскую разведку, Священный Альянс, в качестве курьера по особым поручениям. На самом деле и он, и его жена работали для Государственного секретариата Ватикана и его главы, кардинала Пьетро Гаспарри. Они доставляли послания понтифика высшим церковным иерархам оккупированных Германией стран.

В начале 1917 года один из близких Германии агентов Священного Альянса, возможно, отец Антонио Лапома, связался с Вернером де Мероде и предложил организовать встречу с бароном фон дер Ланкеном, бывшим офицером Императорской гвардии, дипломатом и сотрудником секретных служб кайзера. Мероде принадлежал к одному из самых древних родов Франции. Барон фон дер Ланкен был шефом германских спецслужб в Бельгии.

Вернер де Мероде сказал барону фон дер Ланкену, что в высших политических кругах Антанты есть люди, которые хотели бы организовать совещание в какой-либо нейтральной стране, например в Швейцарии. Немец спросил Мероде, о каких «высших сферах» идет речь, и бельгийский аристократ назвал три имени: Поль Дешанель, президент Национальной Ассамблеи Франции, Жюль Камбон, генеральный секретарь Министерства иностранных дел, и Аристид Бриан, бывший президент Совета министров. Проинформировав обо всем шефа немецкой разведки в Швейцарии Франца фон Стокхаммерна, государственного секретаря Циммерманна и канцлера Бетманн-Хольвейга, фон дер Ланкен стал ждать новостей о совещании.

С точки зрения немецких спецслужб и Священного Альянса Дешанель был слишком антиавстрийски настроен, а Камбон — слишком бестактен, так что оставался лишь Бриан, политический противник Клемансо, самого ярого сторонника продолжения войны, который отвергал какие бы то ни было секретные переговоры с центральноевропейскими империями.

Вернер де Мероде предложил Бриану встретиться в Швейцарии с фон дер Ланкеном, но французский политик, при всем своем стремлении к миру, не мог не доложить обо всем президенту Франции Раймону Пуанкаре. Несмотря на предупреждения президента, Бриан решил связаться с первым министром Бельгии, де Броквилем, и просить его принять участие в совещании, которое было назначено на 22 сентября 1917 года. За тринадцать дней до этой даты, 9 сентября, Бриан вновь встретился с Пуанкаре, чтобы сообщить ему место и время встречи. В качестве нейтрального свидетеля должен был выступить молодой монсеньор Эудженио Пачелли, будущий папа Пий XII, который, судя по всему, действовал от имени ватиканской контрразведки, Sodalitium Pianum.

Но когда Бриан собрался ехать в Швейцарию, его просто не выпустили из Франции. Французские разведывательные службы предупредили президента Пуанкаре о том, что немцы готовятся при помощи ватиканской разведки похитить французского переговорщика. Создавалось впечатление, что кто-то находящийся внутри Ватикана поставил в известность итальянские спецслужбы, а те в свою очередь передали весточку своим французским коллегам. Согласно некоторым источникам, информацию о готовящейся в Швейцарии встрече Бриана и фон дер Ланкена сообщил итальянским спецслужбам английский кардинал Фрэнсис Эйден Гаскет. И действительно, Гаскет опасался, что секретные службы Германии найдут при помощи Священного Альянса какое-то приемлемое для обеих сторон решение, так что после подписания декларации о мире кайзер Вильгельм и император Карл останутся у власти и никаких репараций со стороны Германии и Австро-Венгрии не последует.

В играх с посредничеством участвовал еще один любитель интриг. Ушами этого важного в иерархии католической церкви лица, как и германского барона, были секретные службы Ватикана. В распоряжении этого лица была одна из самых лучших и, возможно, самая старая в мире агентурная сеть. Речь идет о монсеньоре Эудженио Пачелли и Sodalitium Pianum.

С самого начала задачей Священного Альянса и его контрразведки была поддержка действий понтификов. Обе организации почти полностью зависели от Святого престола. И обе эти секретные службы служили Бенедикту XV орудием для получения максимально полной информации о попытках достижения мира, о тех, кто эти попытки предпринимал, и даже для легкого стимулирования этого процесса, как произошло, например, в мае 1917 года.

Двадцатого числа монсеньор Эудженио Пачелли отправился из Рима в Мюнхен через Швейцарию. Человеку, которого папа Бенедикт XV только что назначил нунцием в Баварию, едва исполнилось сорок лет. Его начинающая лысеть макушка, костлявый нос, запавшие глаза и удивительная худоба придавали ему облик нищего монаха. Его глубокое и обширное знание ватиканской дипломатии, особенно той ее части, которая касалась проблем Европы, обеспечило ему возможность выполнить миссию, возложенную на него папой Бенедиктом XV. Еще в 1914 году, в понтификат Пия X, в бытность свою помощником государственного секретаря, Пачелли был послан в Вену с тайным поручением завязать связи на высоком уровне при помощи монсеньора Умберто Бениньи, ответственного за работу контрразведки Ватикана. В январе 1917 года, когда начинала разворачиваться так называемая «Негоция Сиксто», монсеньор Эудженио Пачелли впервые встретился с представителем кайзера графом Голуховски.

После вступления в новую должность в Мюнхене, 26 июня того же года, нунций Пачелли был послан в Берлин, а 29 июня посланца папы принял в расположении Генерального штаба в Бад-Кройцнахе кайзер Вильгельм II. Их встреча была выдержана в спокойных тонах. Пачелли вручил императору письмо Бенедикта XV, в котором его святейшество выражал желание достичь стабильного мира, дабы избавить народы от ужасов войны. Затем Эудженио Пачелли попробовал убедить Вильгельма II в том, что Германии необходимо принять посредничество понтифика в переговорах со странами Антанты.

Пачелли вежливо, деликатно, но твердо подталкивал кайзера к согласию на посредничество римского папы. Германский министр иностранных дел фон Гертлинг вспоминал: «Этот Пачелли стоил больше, чем целая армия». Сам кайзер писал в своих мемуарах: «Эудженио Пачелли представлял совершенный образ принцепса церкви».

Встреча завершилась тем, что посланец папы получил только формальное обещание Германии изучить вопрос о посредничестве понтифика. На следующий день Пачелли встретился с императором Австро-Венгрии Карлом I, который в это время находился с визитом в Берлине.

И эта встреча была аналогична встрече с кайзером.

Тем временем поступавшие в S.P. и папе сообщения были полны ценной информации, что позволило Бенедикту XV подготовить официальную ноту Ватикана, целью которой был поиск взаимоприемлемого разрешения конфликта путем переговоров. Ноту понтифика Эудженио Пачелли передал из рук в руки кайзеру Вильгельму II 24 июля, и тот принял ее весьма благосклонно. Но Бенедикт XV, не дожидаясь ответа из Берлина, потребовал, как и советовал ему Пачелли, чтобы государственный секретарь кардинал Пьетро Гаспарри передал ту же самую ноту представителям стран Антанты. Это послание достигло Франции и Великобритании 9 августа.

К тому времени Швейцария успела превратиться в благодатное поле для направленной против Ватикана деятельности итальянских спецслужб. Уже много лет секретные агентства Италии пребывали в убеждении, что эта альпийская страна является центром тайных операций Священного Альянса и Sodalitium Pianum. Акциями ватиканской разведки и контрразведки, направленными на прекращение Первой мировой войны, руководил триумвират, который составляли представитель папы в Швейцарии монсеньор Луиджи Мальоне[50], генерал иезуитов, который на время войны перенес свою резиденцию из Рима в Швейцарию, и архиепископ Куара, маленького епископата в швейцарской Романье.

Военная разведка постоянно получала сообщения об активной деятельности Священного Альянса в Швейцарии, целью которой было проведение операций по посредничеству между воюющими сторонами. Итальянские спецслужбы заметили в первую очередь, что между понтификальной делегацией с одной стороны и Берлином и Веной — с другой происходит интенсивный обмен корреспонденцией.

23 августа посол Великобритании в Риме вручил папе Бенедикту XV петицию короля Англии Георга V, в которой подчеркивалось, что в переговорах с Германией следует подробно оговорить решение бельгийского вопроса. Пачелли было совершенно ясно, что переговоры на эту тему будут идти только между Лондоном и Берлином, но с чего-то надо было начинать. Однако когда кайзеру Вильгельму II передали предложение англичан, тот отверг его, заметив, что Германия совершенно не склонна идти на какие-либо уступки Бельгии.

Мысль о том, что папа мог направлять деятельность интернационального триумвирата заговорщиков в Швейцарии, настораживала не только секретные службы стран Антанты, но и важнейшие антиклерикальные круги в Европе. Британский посол при Святом престоле заверил правительство Рима, что его военные спецслужбы обращали больше внимания «на количество, чем на качество», когда речь шла о добывании информации. Дипломат присовокупил, что они были заинтересованы в получении информации в более продуктивной форме, но что это надо было делать еще и без дискриминации Ватикана. На самом деле англичане, отметившие деятельность Священного Альянса в Вене и Берлине, считали, что папская разведка имела непосредственный доступ к Вильгельму II и Карлу I и что этим надлежало воспользоваться.

Летом 1915 года Министерство иностранных дел Швейцарской Конфедерации предложило еженедельно переправлять из Берна в Рим дипломатическую вализу. Вализа отправлялась из самого помещения министерства прямо в посольство Швейцарии в Риме. В ней находились пакеты разного размера, запечатанные восковой печатью с изображением герба с ключами святого Петра. В Риме вализу забирали один из членов швейцарской гвардии и два агента Священного Альянса.

Эта вализа также являлась объектом внимания итальянских спецслужб, особенно когда они знали, что в ней находится какой-либо пакет, прибывший с вражеской территории. Содержание пакетов было трудно прочитать, так как незадолго до начала Первой мировой войны Священный Альянс стал распространять в своих нунциатурах систему криптографических кодов для совершенно секретной корреспонденции.

Ответственный за эту работу департамент назывался «Отдел криптографии Ватикана». Уже многие века правительства защищали (или пытались защитить) свою конфиденциальную корреспонденцию от нескромных глаз других правительств с помощью шифров и опытных в таких делах шифровальщиков. Единственными кодами, которые не сумели взломать спецслужбы стран Антанты и центральноевропейских империй, были коды, которыми пользовались Ватикан и Священный Альянс.

В декабре 1915 года, через несколько месяцев после объявления войны Австро-Венгрии, секретные службы Ватикана создали специальный отдел шифровальщиков, и котором работали и криптоаналитики, более известные и просторечии как «взломщики кодов».

Система шифров, которую применял Священный Альянс, была достаточно сложной и использовалась в основном в переписке Государственного секретариата с представителями папы в самых разных точках земного шара. Между 1914 и 1917 годами все нунции имели у себя книгу шифров, составленную Отделом криптографии Ватикана. Книга содержала от семисот до восьмисот групп трехзначных и четырехзначных чисел. Каждая группа чисел обозначала определенное слово или словосочетание. Например, 492-7015-119-3683 следовало читать так: 492 — полученное послание; 7015 — Швейцария; 119 — агент; 3683 — Лугано.

Проблема состояла в том, что книгу шифров надо было то и дело менять, отчасти потому, что в нее приходилось заново включать такие слова, как, например, подводная лодка, атака, отступление, перемирие, пушки и так далее. Почти в самом конце войны итальянским спецслужбам удалось раздобыть одну такую книгу, и они получили возможность читать послания, которыми обменивался Ватикан со своими представителями в Австро-Венгрии, Бельгии, Испании, Швейцарии или Соединенных Штатах. Доклады нунциев о политических позициях стран, где они работали, и о своих конфиденциальных беседах с политиками и интеллектуалами, инструкции, которые давал нунциям Государственный секретариат и связи с изменениями в политике Ватикана, предупреждения, связанные с новостями политического и военного характера, мирные инициативы стран Антанты или центральноевропейских империй — вот примеры информации, которую перехватывали итальянцы.

Но ситуация изменилась, когда 29 июля 1917 года Криптографический отдел Священного Альянса в Ватикане решил усовершенствовать свои системы защиты содержания телеграмм. Интересно, что 1 августа папа Бенедикт XV разослал через свои нунциатуры всем воюющим сторонам документ, который призывал к установлению мира путем принятия нескольких конкретных положений, а именно: взаимный отвод войск и возвращение оккупированных территорий; взаимный отказ от военных контрибуций; свобода навигации по морям и океанам; сокращение запасов оружия; назначение международных арбитров для участия в открытых переговорах по вопросам спорных территорий. Бенедикт XV и государственный секретарь кардинал Пьетро Гаспарри считали, что необходимо как можно скорее добиться мира: от агентом Священного Альянса начали поступать сообщения о возможности вступления в войну Соединенных Штатов Америки. По мнению Ватикана, если бы это произошло, центральноевропейские империи оказались бы в довольно тяжелом положении. И папа приказал своему Государственному секретариату и своим спецслужбам сделать все возможное для того, чтобы мирный договор был подписан прежде, чем первый американский солдат ступит на землю Европы. Соединенные Штаты формально вступили в войну на стороне Антанты 6 апреля 1917 года, но для того, чтобы доставить войска, вооружение и технику к линии фронта, требовалось время, и этим временем должны были воспользоваться Ватикан и центральноевропейские империи.

Тем временем у Антанты дела тоже шли не блестяще. Многие части французской армии бунтовали и отказывались сражаться на фронте; в России произошла революция, правительство царя Николая II было свергнуто, и класть перешла к Временному правительству. Новый режим пообещал своим союзникам, что продолжит войну имеете с ними, но из-за постоянных бунтов, дезертирства и неподчинения солдат старшим по званию революционное правительство не смогло выполнить это обещание.

В том же году монсеньор Эудженио Пачелли вновь доложил папе Бенедикту XV и Священному Альянсу, что канцлер Германии Теобальд фон Бетманн-Хольвейг желает начать с союзниками переговоры о мире. В архивах Ватикана до сих пор хранится докладная записка, написанная собственной рукой Пачелли:

«Теперь, когда политики, настроенные продолжать войну, уже не главенствуют в рейхстаге, когда их сменили другие — сторонники мира, Бетманн-Хольвег считает, что достижение мира возможно. И я полагаю, что наступил момент предпринять необходимые меры и затратить усилия для того, чтобы обеспечить действительное посредничество его святейшества».

От спецслужб Ватикана, Лондона, Парижа и Рима не укрылись тайные встречи Бетманн-Хольвейга и нунция Пачелли. Но проблема состояла в том, что страны Антанты не разделяли взглядов папы на решение путем переговоров конфликта с Австро-Венгрией и Германией после трех лет войны. Тем более когда спецслужбы стран-союзников рапортовали своим государственным канцеляриям и правительствам, что папа Бенедикт XV, его государственный секретарь Пьетро Гаспарри, Священный Альянс и Sodalitium Pianum просто хотят прекратить войну в Европе прежде, чем в нее вмешаются Соединенные Штаты со своей военной машиной.

В странах Антанты считали, что его святейшество настроен откровенно прогермански. Поэтому Франция заявила, что никогда не примет посредничества Ватикана. Президент Соединенных Штатов Вудро Вильсон сказал нунцию папы в Вашингтоне, что его страна также не может пойти на переговоры с империями, которые за три года войны никак не выказывали своего стремления к миру. Италия даже не восприняла предложение о посредничестве папы серьезно. Совершенно очевидно, что с тех пор, как разразился скандал с «делом Герлаха», считалось, что Ватикан и папа Бенедикт XV, несомненно, стоят на стороне центральноевропейских империй.

Эудженио Пачелли был в восторге от результатов своих встреч с Теобальдом фон Бетманн-Хольвейгом. Нунций папы в Берлине в своих шифрованных рапортах весьма оптимистически описывал положение дел. Однако Пачелли не сообщал Ватикану об обещаниях, которые на свой страх и риск давал и Вене, и Берлину. Он прекрасно знал, что эти обещания нельзя будет исполнить, отчасти потому, что его не поддержало бы правительство ни одной из стран Антанты.

8 сентября 1917 года Пачелли вдруг таинственно исчез из Берлина и объявился в Риме. Сделал он это для того, чтобы связаться с Сиднеем Сонино, министром иностранных дел Италии, и сообщить ему, что и Австрия, и Германия готовы предоставить независимость Бельгии и выплатить Брюсселю контрибуцию. Кроме того, Австрия согласна удовлетворить претензии Италии на территорию Трентино. Сонино уже знал все это из перехваченных ватиканских телеграмм. Кроме того, министр иностранных дел Италии знал еще кое-что, чего не знал Пачелли, — что нунций в Вене прислал шифрованное письмо, в котором уверял, будто император Карл никогда не согласится на передачу территории Трентино Италии.

Итальянцы рассматривали все это как двойную игру Ватикана и его нунция в Берлине, монсеньора Эудженио Пачелли. В течение некоторого времени Ватикан не знал о существовании знаменитой «статьи № 15» лондонского договора, по которой Франция, Великобритания, Италия и Россия исключали Ватикан из числа участников будущих мирных переговоров. Но в конце концов один из агентов Священного Альянса в английском Министерстве иностранных дел обнаружил этот документ и сообщил о нем кардиналу Пьетро Гаспарри.

С этого самого момента по распоряжению Бенедикта XV церковь повела в католических общинах не только государств, участвующих в войне, но и нейтральных широкую кампанию за то, чтобы английский король Георг V высказался в пользу аннулирования «статьи № 15». Но вот-вот должно было вспыхнуть дело Йонкса, и его взрывная волна должна была задеть и контрразведку Ватикана, Sodalitium Pianum.

В конце 1917-го и начале 1918 года ежедневная газета Diisseldorfer Tageblatt публиковала разоблачающие материалы об антиимперском заговоре в Бельгии. Издатель той газеты Хейнц Браувейлер, иногда выполнявший кое-какие поручения разведывательной службы кайзера, утверждал, что группа интегристов-католиков при поддержке России пыталась подорвать безопасность Германии. Со страниц своей газеты Браувейлер уверял, что недавно изданная во Франции книга «Война с Германией и католицизм» объявляла Германию истинным врагом католической церкви во всем мире и что кайзер намеревался в будущей Европе сместить папу, который является абсолютистской фигурой.

Браувейлер уверял, что заговор организован контрразведкой Ватикана, S.P., и неким Йонксом, адвокатом в Генте, бельгийском городе, оккупированном немцами. В распоряжение Dusselclorfer Tageblatt попали документы, которые священник-доминиканец Форис Приме пытался в свое время показать папе Пию X и его государственному секретарю кардиналу Рафаэлю Мерри дель Валю.

Немецкая военная полиция и агенты спецслужб кайзера явились 3 февраля 1918 года к Йонксу на квартиру. Согласно немецкой версии этого дела, адвокат и агент папской контрразведки Йонкс находился в постоянном контакте с русским шпионом, неким бароном Сонтовым. Целью этих людей было проведение кампаний, направленных против кайзера Германии Вильгельма II.

Раскрытие дела Йонкса явилось настоящей катастрофой для Sodalitium Pianum и Ватикана в целом. В то время как Бенедикт XV и его нунций в Берлине Эудженио Пачелли старались найти приемлемые условия для установления мира между Антантой и центральноевропейскими империями, спецслужбы понтифика проводили секретные операции против одной из сторон. Этот факт ощутимо портил представление об абсолютном нейтралитете Ватикана, которое папа стремился внушать во время переговоров. Тогда понтифик приказал своему государственному секретарю кардиналу Пьетро Гаспарри полностью прекратить деятельность Sodalitium Pianum, Операции контрразведывательной службы были свернуты, а ее активы перешли Священному Альянсу. И с этого момента, согласно распоряжению папы, контрразведывательные операции внутри Ватикана и его учреждений Sodalitium Pianum проводила в качестве одного из подразделений разведки Святого престола[51].

Кроме того, папа приказал Гаспарри, чтобы всех молодых священников — учащихся Понтификальной академии для знатных служителей церкви, учебного центра, откуда выходили высшие чины Римской курии, — готовили к работе дипломатов, а если обстоятельства того потребуют, то и шпионов. В аудиториях академии они должны были изучать историю, языки, политические науки — с тем, чтобы в дальнейшем из них можно было образовать дипломатический корпус Ватикана.

Очень скоро это решение папы Бенедикта XV принесло свои плоды, и новые представители церковной элиты начали занимать важные должности по всему миру. Такими дипломатами и шпионами высшего класса были Джузеппе Аверса и Эудженио Пачелли (будущий папа Пий XII) в Германии, Рафаэле Скапинелли ди Легвиньо в Австрии, Франческо Марчетти-Сельваджани и Луиджи Мальоне (будущий государственный секретарь) в Швейцарии, Джулио Тонти в Португалии и Федерико Тедесчини в Испании.

К концу войны потери только Германии составили почти два миллиона человек. Ни президент Вудро Вильсон, ни остальные лидеры стран Антанты не склонны были более идти к мирному договору с Германией и кайзером Вильгельмом II путем переговоров. Кайзер бежал 11 ноября 1918 года в Голландию и отрекся от престола. Принц Макс Баденский, последний канцлер основанного Отто фон Бисмарком Второго рейха, передал власть временно исполняющему обязанности президента социал-демократу Фридриху Эберту.

27 сентября 1919 года министр иностранных дел Герман Мюллер объявил, что прусское дипломатическое представительство в Риме официально приобретает статус посольства, а Дитрих фон Берген становится первым послом Германии при Святом престоле.

Матиас Эрцбергер, в прошлом шпион, а ныне министр Рейха, решил через агентов секретных служб Германии и Ватикана тайно войти в контакт с монсеньором Эудженио Пачелли. И Эрцбергер, и Пачелли желали полной реструктуризации взаимоотношений между немецким государством и Ватиканом. И если для этого надо привести в действие агентурные службы обеих стран — они будут приведены в действие.

Священный Альянс сообщил папе Бенедикту XV, что Эудженио Пачелли ведет переговоры, не получив на то разрешения Государственного секретариата, и что Святой престол окажется в неприятной ситуации, если нунций в Берлине не сумеет прийти к молчаливому соглашению с Рейхом так, чтобы не обидеть католическую Баварию. Открытие при Святом престоле посольства Германии предполагало закрытие дипломатического представительства в Баварии. Но Пачелли не считал, что стоит иметь дело с тяготеющей к протестантизму Рейхсканцелярией, если представительство явно католической Баварии будет упразднено.

Пачелли хотел, чтобы Германия имела свое посольство в Ватикане, а в Берлине существовала нунциатура по делам Германии за исключением Баварии, которая имела бы самостоятельное представительство в Риме и собственного папского нунция в Мюнхене. Под давлением Эудженио Пачелли Эрцбергер решил поддержать план папского нунция. Возможно, Пачелли пригрозил Эрцбергеру, что доведет до сведения союзных стран, каково было его прежнее ремесло, а также раскроет некоторые операции, которые тот осуществил в Италии во время Первой мировой войны.

В конце концов Рейх сдался, и Пруссия скрепя сердце согласилась на то, чтобы ее собственное посольство в Риме превратилось в представительство Рейха в Ватикане. Прошло уже достаточно много времени с тех пор, как Эрцбергер предупредил архиепископа Джузеппе Аверсу, что кайзер никогда не согласится на то, чтобы тот, кто был нунцием папы в Баварии, стал затем нунцием в Пруссии, ибо считает такое положение дел унизительным.

Пачелли откладывал подписание конкордата, чем, как утверждает в своей книге «Церкви и Третий рейх» историк Клаус Шольдер, «и создал ту фатальную точку опоры, оттолкнувшись от которой Адольф Гитлер в 1933 году всего за две недели заставил германских католиков капитулировать».

Иными словами, Эудженио Пачелли, будучи нунцием в Берлине, мог добиться подписания конкордата в начале двадцатых годов, не компрометируя при этом политических действий германских католиков. А в начале тридцатых годов было уже слишком поздно: Гитлер усмотрел в подписании конкордата с государством Ватикан возможность освободить политическую арену от немецких католиков и католических центристских партий. По мнению политических аналитиков и историков, Пачелли подыграл Гитлеру, помог ему избавиться от неудобных и многочисленных католических группировок. Адольф Гитлер не желал конфронтации с Пачелли, ни когда тот пребывал в ранге нунция Ватикана, ни тем более тогда, когда он стал римским папой.

Еще одно дело, с которым пришлось разбираться Священному Альянсу и, в качестве папского нунция, Эудженио Пачелли, имело место в 1920 году. Конфликт возник между Германией и Францией из-за того, что Франция в качестве оккупационных войск использовала на территории Рейнской провинции африканские полки. Пачелли получал от членов католических общин множество жалоб на бесчисленные случаи изнасилования служившими во французской армии солдатами-африканцами женщин и детей католического вероисповедания. Кардинал Адольф Бертрам 31 декабря написал государственному секретарю кардиналу Пьетро Гаспарри письмо, в котором утверждал, что «Франция предпочитает использовать африканских солдат, которые, ввиду их дикости и отсутствия у них какого бы то ни было воспитания и представления о морали, беспрестанно нападают на местных женщин и детей, так что дело дошло до состояния, которое называют «черным позором». А французы, несмотря на протесты Германии, планировали послать дополнительные африканские части в этот регион. Пачелли стал просить Гаспарри дать соответствующие инструкции Священному Альянсу, чтобы он вмешался в это дело.

Французский посол отвергал протесты Эудженио Пачелли и кардинала Адольфа Бертрама, классифицируя их как антифранцузскую пропаганду. Не подлежит, однако, сомнению, что виновными в этом деле были солдаты и офицеры полков, сформированных из аборигенов стран Северной Африки и французских колоний в Северной Сахаре.

Священный Альянс решил послать в Рейнскую провинцию следователей для взятия показаний у пострадавших. Папские агенты обнаружили, что женщины и дети и Рейнской провинции подвергались со стороны французских солдат самым изощренным издевательствам. Маленьких, не старше десяти лет, мальчиков похищали и насиловали; девочек-подростков похищали, истязали и превращали в сексуальных рабынь; женщин били и насиловали; все это происходило непрерывно.

Агенты Священного Альянса представили свои доклады не только в Рим, папе Бенедикту XV, но и нунцию Пачелли. Между тем один случай еще более накалил и без того тяжелую обстановку. Три солдата и два офицера африканских полков похитили одиинадцатилетнюю девочку по имени Нина Хольбех. Через два дня тело девочки нашли привязанным к балке в заброшенной конюшне. Нину истязали и садистски насиловали, пока она не умерла. Германия потребовала правосудия, но побежденный народ, народ страны, развязавшей мировую войну, не имел на него права. Тем не менее Пачелли решил дать правосудие этому народу.

Ответом папской агентуры был поток разоблачений в Соединенных Штатах и Великобритании позиции Франции по отношению к насилию, чинимому солдатами, принадлежащими к ее африканским полкам, над белыми женщинами и девочками на территории Рейнской провинции. В результате давления папской агентуры на Вашингтон Конгресс принял решение послать в Германию следственную комиссию. Пачелли надеялся, что американское правительство окажет давление на Париж с тем, чтобы французские власти прекратили насилие над женщинами и детьми. Но произошло нечто совершенно иное. Правительство Вудро Вильсона рекомендовало Комитету Конгресса не принимать никаких мер против Франции на основании жалоб, которые поступали из Германии и от Святого престола.

7 марта 1921 года Эудженио Пачелли снова пишет Пьетpo Гаспарри, чтобы узнать позицию его святейшества. Но на этот раз государственный секретарь рекомендовал Бенедикту XV не выступать в защиту страдающих немецких женщин и детей. И с этого момента упреки Святого престола в адрес французского правительства прекратились.

Тогда присланные из Рима агенты решили принять меры против насильников. Первым делом они ознакомились с их распорядком дня, с местами, где они обычно развлекались, когда отправлялись в увольнение, с охраной главных и боковых проходов к казармам, где жили пятеро убийц девочки.

Никто не знал, как это произошло, но однажды трупы трех солдат, которых обвиняли в изнасиловании Нины Хольбех и которым французские военные власти не предъявили никаких обвинений, были найдены раздетыми догола и со связанными за спиной руками. Солдат задушили. Двух офицеров, участников нападения на девочку, которым даже не было поставлено на вид, обнаружили повешенными на одной из балок в той самой конюшне, где когда-то нашли тело Нины. Тех, кто это сделал, так никогда и не нашли. Обвинения в так называемом «черном позоре» продолжались до тех пор, пока Гитлер через несколько лет не отвоевал эти земли.

«Черный позор» сказался и на отношении Эудженио Пачелли к расовому вопросу. Через двадцать пять лег, когда первые части союзников вошли в Рим после оккупации его нацистами, его святейшество через послов США и Великобритании в Риме обратился с просьбой о том, чтобы «среди солдат союзников, которые будут располагаться в Риме после его освобождения, не было цветных».

Ровно за два года до описанных выше событий, 23 марта 1919 года, в Санто-Сепулькро в Милане Бенито Муссолини и еще сто восемнадцать человек собрались, чтобы учредить движение «боевых итальянских фашистов». Их программа требовала экспроприации имущества религиозных конгрегаций и отмены так называемого «Закона о гарантиях». Священный Альянс немедленно поставил и известность Гаспарри и папу Бенедикта XV об этом собрании и даже о том, что амбициозный Муссолини может однажды захватить неограниченную власть. Но церкви не было известно, что через десять лет этот человек подпишет так называемые «Многосторонние пакты», согласно которым будет создан город-государство Ватикан.

В начале января 1922 года папа Бенедикт XV сильно простудился. Через несколько дней простуда перешла в глубокий бронхит. 20 января состояние здоровья папы снова ухудшилось. В тот день врачи поставили ему диагноз «воспаление легких». Еще через два дня, в половине шестого утра, Бенедикт XV скончался. Вскоре после его смерти турки воздвигли папе Бенедикту XV статую, на постаменте которой была высечена следующая надпись: «Великому папе, который во времена мировой трагедии был благодетелем всех народов мира, невзирая на национальность и вероисповедание».

Последовавший за смертью Бенедикта XV конклав продолжался лишь два дня. Кардинал Акиле Ратти сразу наорал больше необходимых двух третей голосов и утром 6 февраля был провозглашен новым папой. Приняв имя Пий XI, он объявил Коллегии кардиналов, что намерен оберегать и защищать привилегии католической церкви не только в Риме или Италии, но и во всем мире. Он хотел с балкона, выходящего на площадь святого Петра, дать свое благословение Urbi et Orbi (городу и миру) как выражение желания долгого мира — процедура, которая стала внутренней со времен потери папских областей в 1870 году. Этим жестом папа Пий XI ясно дал понять, что во время своего понтификата желает покончить с пресловутым «римским вопросом».

С уходом Бенедикта XV наступала новая эра, новая эпоха — так называемая эпоха диктатур, которая не принесла миру ничего хорошего. Всадник Апокалипсиса уже опять садился в седло.



Содержание:
 0  Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана : Эрик Фраттини  1  ВВЕДЕНИЕ : Эрик Фраттини
 2  ГЛАВА ПЕРВАЯ МЕЖДУ РЕФОРМОЙ И НОВЫМ СОЮЗОМ (1566–1570) : Эрик Фраттини  3  ГЛАВА ВТОРАЯ МРАЧНЫЕ ВРЕМЕНА (1570–1587) : Эрик Фраттини
 4  ГЛАВА ТРЕТЬЯ ВРЕМЯ АВАНТЮР (1587–1605) : Эрик Фраттини  5  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ (1605–1644) : Эрик Фраттини
 6  ГЛАВА ПЯТАЯ ЭРА ЭКСПАНСИИ (1644–1691) : Эрик Фраттини  7  ГЛАВА ШЕСТАЯ ЭПОХА ИНТРИГ (1691–1721) : Эрик Фраттини
 8  ГЛАВА СЕДЬМАЯ НЕДОЛГИЕ ПРАВЛЕНИЯ (1721–1775) : Эрик Фраттини  9  ГЛАВА ВОСЬМАЯ ВЗЛЕТ И ПАДЕНИЕ ОРЛОВ (1775–1823) : Эрик Фраттини
 10  ГЛАВА ДЕВЯТАЯ ВРЕМЯ ШПИОНОВ (1823–1878) : Эрик Фраттини  11  ГЛАВА ДЕСЯТАЯ СОЮЗ НЕПРАВО УМСТВУЮЩИХ (1878–1914) : Эрик Фраттини
 12  ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ АПОКАЛИПСИЧЕСКИЙ ВСАДНИК (1914–1917) : Эрик Фраттини  13  вы читаете: ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ ИНТРИГИ ВО ИМЯ МИРА (1917–1922) : Эрик Фраттини
 14  ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ ЭПОХА ДИКТАТУР (1922–1934) : Эрик Фраттини  15  ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ ЭПОХА ТЕРРОРА (1934–1940) : Эрик Фраттини
 16  ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ КОНЕЦ ТЫСЯЧЕЛЕТНЕГО РЕЙХА (1940–1945) : Эрик Фраттини  17  ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ ОДЕССА И ВАТИКАНСКИЙ КОРИДОР (1946–1958) : Эрик Фраттини
 18  ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ НОВЫЕ СОЮЗЫ (1958–1976) : Эрик Фраттини  19  ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ БАНК ВАТИКАНА И СДЕЛКИ ГОСПОДНИ (1976–1978) : Эрик Фраттини
 20  ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ ЧАС УБИЙЦ (1979–1982) : Эрик Фраттини  21  ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ ПОЛЬСКИЕ ГОДЫ (1982–2005) : Эрик Фраттини
 22  ЭПИЛОГ ГРЯДУЩИЕ ГОДЫ. БЕНЕДИКТ XVI : Эрик Фраттини  23  ПАПЫ РИМСКИЕ ОТ СОЗДАНИЯ СВЯЩЕННОГО АЛЬЯНСА ДО НАШИХ ДНЕЙ : Эрик Фраттини
 24  Использовалась литература : Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана    



 




sitemap