Наука, Образование : Научная литература: прочее : ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ БАНК ВАТИКАНА И СДЕЛКИ ГОСПОДНИ (1976–1978) : Эрик Фраттини

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24

вы читаете книгу




ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ


БАНК ВАТИКАНА И СДЕЛКИ ГОСПОДНИ (1976–1978)

Ибо таковые лжеапостолы, лукавые делатели, принимают вид Апостолов Христовых. И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света, а потому не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды; но конец их будет по делам их.

2-е Послание Коринфянам 11, 13–15

Институт по делам религии (Istituto per le Opere di Religione — IOR), известный широкой публике как Банк Ватикана[72], принадлежит, наряду с разведывательной службой, к числу самых засекреченных папских служб. Если вы пройдете через ворота Святой Анны, направо от Колоннады Бернини, то справа от церкви Святой Анны и слева от казарм швейцарской гвардии вы увидите здание, в котором размещается IOR. Эта башня была построена папой Николаем V почти шестьсот пятьдесят лет назад как часть оборонительных сооружений Святого престола. Только небольшой расчет швейцарской гвардии охраняет сегодня ее мраморный портал и бронзовые, наглухо закрытые ворота. Эти ворота открываются лишь перед узким крутом избранных членов Римской курии.

Банк Ватикана был причиной бесчисленных скандалов, он оказывался замешан в потере миллионов долларов, банкротствах, продаже оружия конфликтующим странам, учреждении обществ-призраков в фискальных райках, финансировании государственных переворотов, отмывании денег мафии и таинственных самоубийствах. Банк Ватикана нарушал сотни международных финансовых законов, но ни один из его руководителей никогда не был судим ни одним земным судом. Никогда, с самого момента своего основания, Банк Ватикана не считался официальным учреждением города-государства Ватикан. Он существует как особая организация, без видимой связи с делами церкви или другими подразделениями Святого престола, и единственным его контролирующим органом является верховный понтифик.

В отличие от международных финансовых учреждений, Банк Ватикана не подвергается никаким аудиторским проверкам внутренних или внешних агентств. Писаного реестра его операций не существует. Например, в 1996 году внутренний аудитор Святого престола кардинал Эдмунд Чока заявил нескольким следователям, что не имеет никакого контроля над Банком Ватикана, и прибавил, что ему совершенно неведомы ни операции банка, ни его система ведения дел.

В 1990 году государство Ватикан объявило о дефиците в 78 миллионов долларов, в то время как Банк Ватикана неофициально заявлял, что его доходы в том же самом году превысили 10 миллиардов долларов.

В 1967 году папа Павел VI создал генеральное бухгалтерское бюро, названное «Ватиканская префектура Святого престола по экономическим вопросам». Руководство этим бюро понтифик поручил своему другу кардиналу Эджидио Ваньоцци, но через несколько месяцев отставил его. Похоже, Ваньоцци узнал о странных отношениях между самим папой и так называемым «банкиром мафии» Микеле Синдоной. Любопытно, что Ваньоцци было запрещено тем самым знаменитым «поитификальным секретом» говорить на какие бы то ни было темы, касающиеся префектуры.

Тот, кто отвечал за работу префектуры, обнаружил, что в Банк Ватикана каждую неделю без каких-либо объяснений поступали миллионы долларов неизвестного происхождения. И с той же скоростью, с какой они входили, деньги выходили через заднюю дверь и направлялись на номерные счета в швейцарских банках и в учреждения, принадлежащие группе Синдоны. Из этих денег финансировались мятежи и государственные перевороты, подобные тому, который произошел в Греции в апреле 1967 года.

Ложа «Пропаганда-2», тесно связанная с Ватиканом и его секретными службами, сосредоточила свое внимание на ближайших выборах в Греции. Фаворитом был левый лидер Андреас Папандреу, политический противник Константина II, короля и главнокомандующего армией Греции. Опросы показывали, что на выборах должен победить Папандреу. Армия же опасалась, что он отдаст страну коммунистам. Полковник Пападопулос заявил, что, если это произойдет, Греция окажется ввергнутой и гражданскую войну

В конце того года Континентальный банк Иллинойса, принадлежавший Синдоне, осуществил перевод четырех миллионов долларов в Частный финансовый банк, находившийся в орбите Ватикана. Когда деньги были получены, лично Микеле Синдона поручил своему агенту из Священного Альянса позаботиться о них и собственноручно перевести их полковнику Пападопулосу. Деньги должны были быть положены на текущий счет предприятия «Елленики Текники», которое контролировала греческая армия и обеспечивал гарантиями Национальный Банк Греции.

Священный Альянс, Микеле Синдона, Личо Джелли и ложа «Пропаганда-2» решили финансировать государственный переворот, чтобы не допустить прихода к власти левых. Историки не имеют единого мнения относительно того, были ли секретные службы Ватикана просто орудием в руках Джелли и Синдоны или именно Священный Альянс разработал так называемую операцию «Татой»[73], а Личо Джелли и Микеле Синдона были всего лишь поставщиками денег.

21 апреля 1967 года группа полковников совершила государственный переворот, отменила действие Конституции, объявила в стране военное положение и начала жестокие репрессии против демократических движений, в особенности против профсоюзов и коммунистов. Лидер социалистов Андреас Папандреу был осужден на девять лет тюремного заключения,

В декабре того же года король Константин попытался свергнуть военную хунту, но потерпел поражение и вынужден был вместе со всей семьей бежать в Рим. Военные сделали президентом генерала Зойтакиса, а первым министром — Пападопулоса. Так называемый «режим полковников» продолжал получать помощь Соединенных Штатов, масонской ложи «Пропаганда-2» и крупнейших греческих промышленников, таких, как Аристотель Онасис и Ставрос Ниаркос[74].

Вдохновившись успехом греческой операции, Микеле Синдона решил при помощи сети, которую сам соорудил для IOR, и нескольких агентов Священного Альянса начать финансирование крайне правой группировки. А через несколько лет на сцене стал появляться таинственный Пол Казимир Марцинкус, человек, приписанный, по всей видимости, к секретным службам Ватикана.

Марцинкус родился в 1922 году в одном из пригородов Чикаго. Религиозное образование он получил в Соединенных Штатах, затем перебрался в Рим. Там он поступил в Григорианский университет, где стал изучать каноническое право. В 1952 году Марцинкус поступил в Государственный секретариат Ватикана, работал в нунциатурах в Канаде и Боливии и в конце концов стал начальником охраны папы Павла VI. Именно во время работы в Государственном секретариате Марцинкус завязал тесные отношения с секретными службами Ватикана и влиятельными агентами Священного Альянса, которые оказались столь полезны ему в последующие годы. Одним из таких агентов, причастных к будущему скандалу с банком «Амброзиано», был польский иезуит Казимир Пржидатек.

В 1969 году папа Павел VI пожаловал Марцинкуса епископским саном. На следующий день он был «пожалован» еще и званием секретаря Банка Ватикана. Через два года папа Павел VI неожиданно наградил Пола Марцин куса за преданность, поставив его во главе IOR, что явилось началом его блистательной финансовой карьеры Его ближайшее окружение состояло теперь из Микеле Синдоны, Роберто Кальви, Умберто Ортолани и Личо Джелли. Все эти люди были связаны с мафией (клан Гамбрино), с масонской ложей «Пропаганда-2» и с финансами Ватикана.

Марцинкус использовал Священный Альянс в своих целях, как источник информации. В одном из докладов секретной службы Ватикана, который теперь находился и руках Пола Марцинкуса, говорилось, что Синдона, возможно на средства Святого престола, основал в Лихтенштейне некий холдинг под названием «Фаско АГ» (Fasco AG) и через него приобрел в Милане банк — Частный финансовый банк (BFP). В этом докладе, однако, не говорилось, что на часть доходов от этого приобретения была построена Каса делла Мадоннина. Бывший тогда кардиналом Монтини, архиепископ Миланский, нуждался в средствах, и Синдона их ему предоставил. В общей сложности два с половиной миллиона долларов перекочевали в казну архиепископа для финансирования этого религиозного учреждения.

Прошли годы, прежде чем Марцинкус узнал, что эти деньги были доходами не от приобретения BFP, а от отмывания грязных денег сицилийской мафии, полученных в основном благодаря международной торговле героином. С того момента Синдона, с помощью Монтини, приобрел значительный круг клиентов, которым давал советы по поводу налогов и инвестиций и даже по поводу того, как избежать фискальных проверок.

Постепенно операции Банка Ватикана и его «компаньонов» становились все опаснее. Они создавали значительные проблемы не только различным финансовым институтам, но и экономике самого Ватикана и Италии. В попавшем в руки Священного Альянса относившемся к тому времени докладе ЦРУ, который был посвящен Микеле Синдоне, подробно описывались тесные взаимоотношения банкира Павла VI с американским семейством Гамбрино и семействами Инцерилло и Спатола на Сицилии. В состоявшем из двух десятков папок досье раскрывались связи Карло Гамбрино с семьями Коломбо, Бонанно, Луккезе и Дженовезе. Все эти семьи были замешаны в приобретении, транспортировке и продаже героина, кокаина и марихуаны. В докладе говорилось, что Синдона снимался прикрытием части их доходов от торговли наркотиками, проституции, банковских махинаций, порнографии и использования тайных банковских счетов в Швейцарии, Лихтенштейне и Бейруте. Проблема состояла в том, что Микеле Синдона был финансовым асессором не только папы Павла VI и Ватикана, но и мафиозных кланов. По-видимому, не кто иной, как Марцинкус, приказал уничтожить полученный Священным Альянсом из ЦРУ доклад об этом финансисте. По прошествии нескольких лет, незадолго до своего краха, руководитель IOR напомнил об этом самому Синдоне.

Тем временем здоровье верховного покровителя финансовых махинаций Ватикана начало сдавать. Начало этому процессу положила операция на простате, которую Павел VI перенес в 1968 году, в возрасте семидесяти одного года. В 1978 году на верховного понтифика сильно подействовали два обстоятельства, тень которых омрачила и последние месяцы его жизни: похищение и убийство Красными Бригадами лидера христианских демократов Альдо Моро и принятие правительством Италии закона об абортах.

5 августа после ужина папа помолился с четками и своей личной часовне, а потом, перед тем как отправиться на покой, подписал несколько документов, по-видимому относившихся к делам Банка Ватикана. На следующее утро, 6 августа, он по состоянию здоровья не смог отслужить мессу. Вечером ему стало хуже. Врачи Ватикана констатировали сильный отек легких. Вскоре папа перестал реагировать на лекарственные препараты и скончался.

В тот же миг ватиканская машина для выборов нового папы пришла в движение. Дворцовые интриганы были готовы к созыву нового конклава, который должен был назвать преемника почившего понтифика.

А в отделах Банка Ватикана, дабы выдержать возможную проверку после появления нового главы католической церкви, начали сжигать документы. Таким людям, как Марцинкус, Джелли, Кальви или Синдона, непросто было бы объяснить новому понтифику финансовые операции, проводившиеся от имени Ватикана, папы и Господа.

10 августа кардинал Альбино Лючани, венецианский патриарх, отправился в Рим, чтобы принять участие в конклаве, который должен был избрать преемника Павла VI. Его имя не фигурировало среди фаворитов, поэтому он был совершенно спокоен.

Уже через девять часов голосований сто десять кардиналов пришли к согласию относительно того, на чью голову должно возложить папскую тиару.

По-видимому, на собраниях, предшествовавших конклаву, кардинал Джованни Бенелли говорил удивленным кардиналам Лючани, Стефану Вышинскому, примасу Польши, и примасу Венгрии Ласло Лекаи, что тот, кто будет избран папой, столкнется, взойдя на трон святого Петра, с серьезными проблемами, порожденными экономическим и финансовым положением церкви. Бенелли сказал трем окружившим его кардиналам, что «ситуация не просто критическая, а взрывоопасная».

Находившийся рядом кардинал-камергер Жан Вильо, услышав разглагольствования Бенелли, попросил тишины. И тут же пригласил префекта по экономическим делам Ватикана кардинала Эджидио Ваньоцци и попросил его при помощи Священного Альянса подготовить доклад о критической ситуации, о которой говорил Бенелли.

Ваньоцци знал и то, насколько далеко он мог зайти в своем расследовании, и то, что никогда не сумеет докопаться ни до черного фонда IOR, которым распоряжается монсеньор Пол Марцинкус, ни до его связей, установленных под прикрытием Павла VI. Кардинал Пьетро Палаццини под большим секретом сообщил Священному Альянсу и контрразведке, Sodalitium Pianum, что они должны оказывать Ваньоцци всемерную помощь. Но беда была в том, что многие агенты Священного Альянса выполняли специальные поручения Марцинкуса, который, несомненно, оказался предупрежден о деятельности Бенелли и Палаццини.

Сам кардинал Вильо уже успел успокоить и Пола Марцинкуса, и Синдону, уверив их в том, что наверняка будет избран кардинал Джузеппе Сири из Флоренции, человек величественный и консервативный. Марцинкус знал, что, если выберут Сири, IOR будет избавлен от неуместных проверок. В конце концов, кардинал Джузеппе Сири не поддерживал добрых отношений с кардиналами Бенелли и Палаццини.

Одним из самых убежденных сторонников необходимости проверки IOR был, по-видимому, кардинал Серджо Пиньедоли. Еще за несколько месяцев до открытия конклава Пиньедоли говорил другим кардиналам, что нужно выяснить судьбу исходящих из Ватикана миллионов долларов. Он по секрету встречался с кардиналами Бенелли, Палаццини и Ваньоцци и высказывал им свою обеспокоенность постоянными слухами о деятельности IOR и некоторых его совместных операциях с никарагуанским диктатором Анасгасио Сомосой.

Во время конклава кардинал Франьо Сепер сообщил тогда еще кардиналу Лючани, что какие-то темные силы внутри Ватикана сумели отстранить «опасного» кардинала Пиньедоли от гонок за папскую тиару. Югославским священник уверял Лючани, что за ужином кто-то говорил, очень тихо и только своему соседу, о том, какие слухи ходят о сексуальном поведении Серджо Пиньедоли во время его апостольской работы с молодежью, и что «иногда его апартаменты наполнялись спальными мешками, как если бы для них нельзя было отыскать другое пристанище».

Естественно, это были только сплетни, которые распространялись с единственной целью уменьшить шансы Пиньедоли на благосклонность членов конклава во время выборов нового понтифика. И цель эта была достигнута. Сепер уверял, что кардинал-клеветник был изгнан из конклава, но злое дело было уже сделано. По-видимому, сплетник когда-то работал в Банке Ватикана, хотя потом был переведен на другую должность. «Темные силы», как называл их сам Альбино Лючани, сумели одним движением избавиться от неудобного IOR и Полу Марцинкусу кандидата.

В субботу, 26 августа 1978 года первое голосование продемонстрировало явное преимущество кардинала, Джузеппе Сири, хотя он и не набрал двух третей, то есть семидесяти пяти голосов, и требовалось новое голосование. Второе голосование принесло Лючани пятьдесят голосов, Пиньедоли — двадцать.

После краткого отдыха члены конклава возвратились и Сикстинскую капеллу. Им предстояли два вечерних голосования. Первое голосование началось в четыре часа пополудни. Результаты оглашал кардинал Бафиле, и ему пришлось повторить имя кардинала Альбино Лючани более семидесяти пяти раз.

Немедленно вслед за этим могущественные кардиналы — Вильо от имени епископов, Сири от имени пресвитеров и Феличи от имени диаконов — приблизились к Лючани и просили его принять свое избрание. Когда Лючани произнес: «Принимаю», кардинал Жан Вильо спросил: «Какое имя желаете Вы избрать для себя, Святой Отец?» — «Иоанн Павел», — ответил Лючани. «Вы будете Иоанн Павел Первый», — сказал кардинал Феличи, не замечая, что совершает ошибку. Имя, впервые избранное Римским папой, не имеет порядкового номера, пока его повторно не примет кто-то из последующих понтификов. Слова, произнесенные затем вновь избранным папой, оказались почти пророчеством: «Пусть я буду называться Иоанн Павел Первый, ибо Второй не замедлит появиться», — сказал теперь уже экс-кардинал Альбино Лючани.

Пока такие газеты, как L'Osservatore Romano, публиковали на своих первых полосах сообщения об избрании нового папы — Иоанна Павла Первого, журнал The Economist на своих первых страницах публиковал материалы о загадочных операциях, которые осуществляли финансисты, работавшие на Банк Ватикана.

Узнав об этом, Пол Марцинкус, несомненно, заставил насторожиться и своих компаньонов по IOR, и находившегося тогда в Буэнос-Айресе Роберто Кальви. Марцинкус посоветовал им не забывать о том, что новый папа, совсем не похож на Павла VI, и рекомендовал перевести все обязательства международного банка в более безопасные страны — на Багамы или в Швецию.

Тем временем коридоры Ватикана полнились слухами и предположениями о том, что предпримут теперь высшие иерархи IOR. А те отрицали, что когда-либо имели дело с такими субъектами, как Микеле Синдона или Роберто Кальви. Через несколько дней после назначения кардинала Бернардена Гантена президентом понтификального совета Cor Unum сам папа обнаружил в своем кабинете экземпляр доклада Палаты Италии по контролю за биржевыми операциями (UIC). Кто-то решил сделать папе первый намек на темные операции IOR[75].

В докладе, подписанном министром внешней торгов ли Ринальдо Оссолой, констатировалось, что Банк Ватикана как финансовое учреждение — нерезидент, то есть, попросту говоря, учреждение иностранное и потому неприкосновенное.

Министр Оссола был недоволен злоупотреблениями переводом средств, в результате которых большие денежные суммы были выведены из Италии, а лира оказалась в опасной ситуации. Оссола считал, что ему известно, кто в Ватикане или около него осуществляет через IOR подобные операции.

Рассказывают, что каждый раз, когда новый папа, еще в бытность свою кардиналом, просил объяснений по поводу слухов о финансовой ситуации в IOR, папа Павел VI предлагал ему задать тот же вопрос Полу Марцинкусу. «У вашего преосвященства нет сегодня более важных дел? Вам следует исполнять свои обязанности, а мне — мои», — говорил ответственный за финансовые дела Ватикана патриарху Венеции.

Прочитав документ, Иоанн Павел I тайно вызвал к себе кардиналов Бенелли и Феличи и потребовал, чтобы они посвятили его во все то, что им было известно о проводившихся последние годы Банком Италии расследованиях деятельности банка «Амброзиано».

В течение нескольких вечеров Бенелли объяснял понтифику отношения между IOR и Личо Джелли, ложей «Пропаганда-2», Микеле Синдоной и Роберто Кальви. Феличи со своей стороны описывал Иоанну Павлу I связи Кальви и его взаимоотношения с IOR и Полом Марцинсусом. Создается впечатление, что Бенелли узнавал обо всех подробностях расследования от какого-то таинственного осведомителя, «потайного уха» в Банке Италии, в то время как монсеньор Феличи получал сведения через собственный источник в Священном Альянсе.

Этот самый источник сообщил кардиналу Бенелли и о направленном против империи Роберто Кальви расследовании, которое достигло максимального размаха в сентябре 1978 года. Агентом Священного Альянса, который снабжал информацией Бенелли, был священник, внедренный этой службой в IOR Марцинкуса. Звали этого человека Джованни да Никола. Отцу да Никола, получившему экономическое образование и являвшемуся экспертом в области биржевых операций и фискальных объединений, не составило большого труда внедриться в IOR. Его услуги были очень нужны в то время, когда Банк Ватикана стал собственником корпораций на Багамах и Каймановых островах, в Люксембурге, Монако, Женеве и Лихтенштейне. Да Никола рассказал кардиналу Бенелли, что Банк Италии расследует связи Ватикана с организациями Кальви и что следователи даже располагают доказательствами, достаточными для предъявления обвинения. В списке лиц, которых коснулось расследование, фигурировали Пол Марцинкус, глава IOR, Луиджи Меннини, секретарь-инспектор IOR, и Пеллегрино де Стробель, главный бухгалтер Банка Ватикана.

Но не один Бенелли имел доступ к этой информации. Из самого сердца Банка Италии члены ложи Р2 передавали сообщения в Аргентину Личо Джелли, а тот — Роберто Кальви и Умберто Ортолани, масону и «Рыцарю Его Святейшества» — титул, которым пожаловал его Павел VI. В то же время члены ложи Р2, работавшие в магистратуре Милана, сообщили Джелли, что следствие по делу банка «Амброзиано» закончено и объемистое подробное досье должно быть передано судье Эмилио Алессандрини. По словам отца да Никола из Священного Альянса, к этому сообщению был приложен репортаж, опубликованный в газете Osservatore Politico (OP) и подписанный неким журналистом по имени Мино Пекорелли. Репортаж назывался «Великая ватиканская ложа», и в нем приводились имена и фамилии ста двадцати одного человека из Ватикана, которые являлись членами различных масонских лож. В списке, который заканчивался именем Личо Джелли, великого магистра ложи «Пропаганда-2», фигурировали кардиналы, епископы, прелаты и чиновники Святого престола. Священному Альянсу удалось установить, что Пекорелли был активным членом ложи, но, paзочаровавшись, занялся публичным перемыванием грязного белья, даже если это белье было испачкано в самом Ватикане.

12 сентября отец Джованни да Никола лично и официально вручил этот список понтифику. Иоанн Павел I увидел в нем имена кардинала Жана Вильо, монсеньора Агостино Касароли, кардинала-викария Рима, Уго Полети, кардинала Себастьяна Баджо, епископа Пола Марцинкуса, монсеньора Донато де Бониса из Банка Ватикана.

Папа спросил Феличе и Бенелли, соответствует ли этот список действительности. Оба священнослужителя подтвердили, что аналогичный список ходил по кабинетам ватиканской контрразведывательной службы, Sodalitium Pianum, уже в 1976 году.

Роберто Кальви считал, что папа Иоанн Павел I решил отомстить ему за ущерб, который он и его группа нанесли Католическому банку Венето. Его компаньоны в Банке Ватикана не знали, что он ухитрился устроить так, что примерно четыреста миллионов долларов «заблудились» и оказались на его тайных счетах в разных банках Латинской Америки. Джелли сказал Кальви, что, по его сведениям, папа Иоанн Павел I задумал реформировать финансовые структуры Ватикана, и, если он это сделает, на свет божий выйдут постоянная утечка средств, махинации с финансовыми проверками, отмывание денег мафии и многое другое.

Личо Джелли уверял Роберто Кальви, что эту проблему надо решать. Кальви так и не узнал, имел ли в виду глава «Пропаганды-2» прокол с банком «Амброзиано» или папу Иоанна Павла I.

Утром в воскресенье, 17 сентября, понтифик после легкого завтрака велел позвать к себе отца да Никола, чтобы получить от него составленный Священным Альянсом доклад о кризисном состоянии финансовых дел Ватикана. Доклад назывался «IOR — Банк Ватикана: положение дел, ход дел» и принадлежал к категориям «Совершенно секретно» и «Понтификальная тайна». Доклад, написанный от руки кем-то из сотрудников Священного Альянса, открывался утверждением, что «папа Иоанн XXIII оставил своему преемнику финансовые ресурсы, полученные в качестве обола Петра и управлявшиеся IOR. Размеры ресурсов достигали пятидесяти тысяч миллионов лир». В то время во главе хозяйственного департамента стоял кардинал Густаво Теста, а во главе IOR — монсеньор Альберто ди Джорио. «Павел VI подготовил декрет об объединении всех администраций, но по непонятным причинам в последний момент отказался от этой мысли, — говорилось в докладе. — Я думаю, что финансовая близость к нам Микеле Синдоны и его союз с Личо Джелли имели самое непосредственное отношение к упразднению этого декрета».

В аналитическом докладе папской разведки упоминался также «ужасный человек по имени Умберто Ортолани, болонец, близкий друг кардинала Джакомо Леркаро и кардинала Джозефа Фрингса».

Больше всех об Ортолани известно было Sodalitium Pianum, департаменту папской контрразведки. Согласно имевшейся у S.P. информации, Ортолани был болонец, невысокого роста, толстый, напыщенный, всегда носил на жилете толстую золотую цепь. Своими операциями oн руководил из великолепной виллы Гроттаферрата, где иногда гостили кардиналы Леркаро и Фрингс. «Умберто Ортолани занимается тем, что помогает предприятиям, которые оказываются в кризисной ситуации, удержаться на плаву, а когда их дела выправляются, расчленяет эти предприятия на части и продает тому, кто предложит наилучшую цену», — говорилось в докладе. А в специальном приложении указывалось, что Ортолани вступил и Мальтийский орден, а затем был посвящен в ложу-2, которой руководит Личо Джелли.

С января предыдущего, 1977 года Священному Альянсу уже был известен так называемый «Список пятисот». К этому же времени Марио Бароне, старый университетский товарищ Микеле Синдоны, рассказал о знаменитом списке полутысячи имен предпринимателей, политиков, финансистов, членов Римской курии, фабрикантов и мафиози, которые использовали банки Синдоны для того, чтобы выводить из Италии огромные капиталы. Бароне обещал передать список властям, если сам не подвергнется преследованиям, но, когда он открыл сейф Частного банка, где, как он думал, хранился список, сейф оказался пуст. Каким образом папская разведывательная служба сумела добыть копию этого списка, так и осталось неизвестно.

К 23 сентября у папы Иоанна Павла I уже имелись почти все материалы следствия по делу Банка Ватикана. В тот же вечер, после встречи с соответствующим человеком из Священного Альянса, глава папской разведывательной службы сообщил понтифику еще об одной темной личности, вращавшейся в финансовых кругах Ватикана, — словацком монсеньоре по имени Павел Гнилка. Некоторые считают, что именно этот член курии поставлял сведения из IOR агентам Священного Альянса, но эта версия так и осталась недоказанной.

Еще один доклад, оказавшийся в руках агента Священного Альянса отца Джованни да Никола, а вслед за ним и Иоанна Павла I, содержал новые сведения, сообщенные тем же осведомителем. По-видимому, инспекторы Банка Италии начали расследование дела банка «Амброзиано» по анонимному доносу Луиджи Кавальо, рядового мафиози, друга Микеле Синдоны, 21 ноября 1977 года. Было очевидно, что охота велась за Роберто Кальви, и фискальные власти понемногу начинали распутывать нити его запутанной организации.

Кальви владел финансовыми предприятиями в Перу и Никарагуа, в Пуэрто-Рико и на Каймановых островах, в Канаде, Бельгии и США, но слабыми местами финансиста были компании «Супрафин» и «Ультрафин». Ни Кальви, ни Синдона не были заинтересованы в том, чтобы правда об этих компаниях открылась, и единственной их надеждой на спасение был Пол Марцинкус. Когда итальянские инспекторы начали распутывать хитросплетения финансовых операций этих обществ, вдруг возник Карло Олигатти, администратор «Амброзиано», который заявил, что «Супрафин» является собственностью Ватикана и, следовательно, неприкасаем. Марцинкусу, чтобы отпугнуть итальянских чиновников, надо было только кивнуть в знак согласия.

Последний день жизни Иоанна Павла I был для него обычным рабочим днем. 28 сентября 1978 года началось с молитвы в личной часовне. Затем был легкий завтрак, во время которого папа слушал сводки из IOR, и первая встреча с секретарями, Джоном Меги и Диего Лоренци.

В девять утра начались аудиенции. Иоанн Павел I принял кардинала Бернардена Гантена и отца Ридматтена — оба они отвечали за работу по оказанию социальной помощи. Около двух часов дня понтифик отправился обедать вместе с несколькими людьми из числа тех, кто обычно его сопровождал. В тот день за стол сели кардинал Жан Вильо и отцы Лоренци и Меги. Потом они примерно час прогуливались по садам Ватикана.

В начале второй половины дня папа в компании членов своей свиты и двух агентов Священного Альянса занялся просмотром бумаг и личных писем, на которые следовало дать ответ. Позже он провел несколько часов с кардиналом государственным секретарем Жаном Вильо, с которым обсуждал вопросы, касавшиеся дел Святого престола, поговорил по телефону с архиепископом Милана кардиналом Джованни Коломбо и кардиналом Бенелли.

В восемь вечера понтифик удалился для совершения молитвы. Его сопровождали две монахини и два секретаря. Затем ему подали ужин: рыбный суп, зеленую фасоль, твердый сыр и фрукты. Часов в девять он, как обычно, сел у телевизора, чтобы посмотреть новости, а потом пошел в свою спальню, попросив сестру Винченцу принести и поставить на ночной столик графин с водой. В половине десятого вечера Иоанн Павел I закрыл дверь своей спальни, сказав слова, которые оказались его последними словами.

Перед сном Иоанн Павел I обычно что-нибудь читал, поэтому на его ночном столике у кровати стояла настольная лампа. Агенты Священного Альянса, которые всюду сопровождали понтифика, были удалены по приказу начальства — кого именно, неизвестно, как сообщил на следующее утро агент отец да Никола кардиналу Бенелли.

Понтифик умер «естественной смертью» между половиной десятого вечера 28 сентября и половиной пятого утра 29 сентября.

Существуют две версии того, кто именно обнаружил тело. По официальной версии, то есть по версии Ватикана, первым в комнату усопшего понтифика вошел его секретарь Джон Меги[76]. Неофициальная версия такова. Первой в комнату понтифика после того, как он ей не ответил, вошла монахиня, сестра Винченца Таффарелл. Она-то и обнаружила, что Иоанн Павел I скончался.

В пять сорок утра сестра Винченца, как обычно, постучала в дверь, чтобы разбудить святейшего отца. Она стучала долго и громко, но ответа не было. Когда же она пошла в спальню, то увидела, что лампа на ночном столике горит, а Иоанн Павел I лежит неподвижно. Он был мертв. Монахиня выбежала из комнаты, и хорошо смазанная ватиканская машина пришла в движение. Прислужница папы рассказала о случившемся отцу Джону Меги, тот — государственному секретарю кардиналу Жану Вильо и декану Святой коллеги кардиналов Карло Конфалоньери. Вильо вызвал врача папы, доктора Ренато Буццонели. В спальне царило полное смятение. Согласно медицинскому заключению, смерть Иоанна Павла I наступила в половине двенадцатого ночи 28 сентября в результате острого инфаркта миокарда. В половине восьмого утра агентство новостей ANSA сообщало о кончине римского папы.

Созданная для расследования обстоятельств смерти папы Иоанна Павла I кардинальская комиссия, которую возглавили кардиналы Сильвио Одди и Антонио Саморе, пришла к выводу, что речь идет о «естественной смерти от инфаркта», но, когда папа Иоанн Павел II решил придать материалам расследования статус «понтификальной тайны», многие вопросы так и оставались без ответа. Однако сегодня эти материалы лежат, вместе со многими другими, в одном из самых темных углов Тайного архива Ватикана.

Почему утверждалось, что у папы было больное сердце, если доктор Антонио Да Рос, врач, который пользовал его всю жизнь, отвергал это утверждение? Почему, если понтифик, по словам секретаря Джона Меги, в течение дня несколько раз морщился от боли и при этом хватался за грудь, доктора Да Роса не пригласили? Почему заявляли, что папа принимает только витамины, если на самом деле по рекомендации доктора Буццонели ему делались инъекции, стимулирующие выделение адреналина? Почему умалчивалось о том, что папе Иоанну Павлу I были прописаны инъекции, так как у него было слишком низкое артериальное давление? Почему, когда обнаружили, что понтифик мертв, термос с кофе, который сестра Винченца каждое утро приносила понтифику и который оставался нетронутым, через некоторое время бесследно исчез? Почему и кто приказал удалить агентов Священного Альянса, которые должны были охранять Иоанна Павла I? Почему, когда офицер швейцарской гвардии Ганс Рогган сообщил Полу Марцинкусу о смерти понтифика, тот, по свидетельству самого Роггана, не выразил никакого удивления? Почему говорилось, что вскрытое тела понтифика не производилось, хотя на самом деле оно производилось трижды? Почему результаты ни одного из трех вскрытий не были опубликованы? Почему Священный Альянс получил приказ не проводить никакого расследования силами секретных служб Ватикана? Все эти и многие другие вопросы так и остались без ответа.

МЕДИЦИНСКОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Заверяю, что Его Святейшество Иоанн Павел I, Альбино Лучани, родился в Фонто ди Канале (Беллуно) 17 октября 1912 года, скончался в Апостольском дворце Ватикана 28 сентября 1978 года в 23 часа 30 минут. Скоропостижная смерть в результате острого инфаркта миокарда. Смерть констатирована в 6.00 утра 29 сентября 1978 года.

Город Ватикан, 29 сентября 1978 года (Док Ренато Буццонели)

Просмотрено директором санитарной службы (проф. Марио Фонтана).



Медицинское заключение о смерти Иоанна Павла I.

Отец Джованни да Никола, который докладывал понтифику о финансовых преступлениях, совершаемых через IOR Полом Марцинкусом и его компаньонами, знал, что теперь, когда Иоанна Павла I не стало, его дни тоже сочтены. Шпион обратился за защитой к кардиналу Бенелли, но по тем или иным причинам эта защита оказалась неэффективной. Бенелли добился, чтобы Святой престол через Государственный секретариат отправил да Никола в нунциатуру в Канаде, но подтверждение перевода на новую должность так и не поступило.

Через четыре дня после смерти Иоанна Павла I, когда мир еще не успел оправиться от потрясения, шпиона Священного Альянса обнаружили повешенным в одном из удаленных парков Рима, который облюбовали травести и охотящиеся за клиентами проститутки. Итальянская полиция квалифицировала случившееся как самоубийство и закрыла дело. И никто так и не пожелал разобраться в том, откуда на руках и теле да Никола взялись странные следы, как если бы он с кем-то боролся. Вскрытие показало, что у Джованни да Никола была сломана шея, по всей видимости, в результате удара, а не в результате воздействия петли, резко затянувшейся в момент падения тяжелого тела. Не подлежит сомнению, что человек, который глубже, чем кто-либо другой, проник в тайны IOR и Марцинкуса, был убит. И никто не стал задавать никаких вопросов — даже руководители разведки и контрразведки государства Ватикан.

Таинственная смерть Иоанна Павла I заставила конклав собраться опять, дабы избрать преемника. 14 октября 1978 года в половине пятого пополудни сто одиннадцать кардиналов открыли конклав, который должен был решить, кто взойдет на престол святого Петра. В Сикстинской капелле кардиналы в молчании выслушали законы конклава. Кардинал Войтыла был спокоен перед первым голосованием.

На следующий день, в воскресенье, 15 октября, начались голосования. Состязание развернулось между Джузеппе Сири и кардиналом Бенелли, каждый из которых набрал по тридцать голосов. Во время второго голосования оба кандидата просили о поддержке, но вечером тридцать голосов получил президент Конференции итальянских епископов, кардинал Уго Полети. Четвертое голосование вывело на арену кардиналов Феличи и Войтылу, который получил пять голосов. Несмотря на то что в кельях вокруг Сикстинской капеллы царило молчание, разыгрывалось великое сражение за властвование над католической церковью.

Хотя кардинал Сири шел без малейших потерь, при каждом голосовании новые имена появлялись в списке кандидатов или исчезали из него, но никто не достиг требуемого результата. Вечером 15 октября кардинал Франц Кениг вступает с французскими, немецкими, испанскими и североамериканскими кардиналами в переговоры о возможной поддержке польского кардинала Войтылы. Утром 16 октября имеют место два голосования. Сири теряет позиции перед наступлением других кардиналов, таких, как Джованни Коломбо, Уго Полети и Иоганн Виллебранд.

В следующем туре количество голосов в пользу кардинала Кароля Войтылы возрастает. В тот же вечер Войтыла имеет в келье беседу с кардиналом-примасом Польши Вышинским. Тот говорит ему, что, если его изберут, он должен будет согласиться. Два голосования спустя Кароль Войтыла услышал, как произносят его имя. Из ста восьми кардиналов девяносто девять отдали свои голоса ему.

Случилось нечто невиданное, невообразимое: папой был избран человек из Восточной Европы, с другой стороны «железного занавеса». После произнесения слов согласия и выбора имени, которое он примет как верховный понтифик, новый папа был препровожден в зал, известный под названием зал слез (camera lacrimatoria), в котором вновь избранный облачается в белое одеяние.

Сразу же после этого Иоанн Павел II твердым шагом вышел на балкон, чтобы произнести благословение Urbi et Orbi — миру и верующим. Через несколько минут папа обратился к членам конклава и просил их остаться отужинать вместе с ним. Тревоги, связанные с избранием нового понтифика, рассеялись с первыми же назначениями. Руководство Священным Альянсом и Sodalitium Pianum Иоанн Павел II поручил монсеньору Луиджи Поджи. Ему был в то время семьдесят один год. Он был родом из итальянского местечка Пьяченца и с 1975 года занимал должность апостольского легата в Польше. Несомненно, Поджи был именно тем человеком, в котором нуждался Священный Альянс в тот момент, когда «железный занавес» стал давать первые трещины. Наступали новые времена, и одному из самых политизированных понтификатов в истории римской католической церкви требовалась активная разведка, тем более что еще не угасли отблески экономической активности IOR.

Если бы папой был избран кардинал Бенелли, кардинал Вильо, несомненно, лишился бы должности. Марцинкус, Меннини и де Стробель были бы изгнаны и, возможно, отданы под суд. Но ничего этого не произошло. Новым папой стал польский кардинал Кароль Войтыла, и все, несмотря на перемены, осталось на своих местах.

Вся информация о финансовом скандале, собранная кардиналом Бенелли, Священным Альянсом, Sodalitium Pianum и кардиналом Феличи, была передана в его руки. Ему были переданы также доказательства против членов масонских лож, которые входили в Курию, но все осталось по-прежнему. Кардинал Жан Вильо сохранил свой пост руководителя Государственного секретариата, Пол Казимир Марцинкус продолжал, при помощи Меннини и де Стробеля, руководить IOR и покрывать незаконные операции банка «Амброзиано». Кальви, Джелли и Ортола-ни продолжали систематически заниматься финансовыми махинациями с помощью и при поддержке IOR. Синдона со своей стороны мог оставаться на свободе в Соединенных Штатах, вдали от итальянских законов. Как сказал однажды один персонаж из знаменитого романа «Крестный отец», «надо, чтобы все переменилось, для того чтобы все шло по-прежнему».

Ложа «Пропаганда-2» через десять лет после ее основания Личо Джелли продолжала действовать, манипулировать политикой некоторых стран и поддерживать государственные перевороты, такие, как военный переворот в Аргентине.

В 1979 и 1982 годах пять кардиналов, участвовавших в расследовании деятельности IOR и банка «Амброзиано», таинственно скончались, будучи до этого в добром здравии и не достигнув и семидесяти пяти лет: Жану Вильо было семьдесят три года, Серджо Пиньедоли — семьдесят, Эджидио Ваньоцци — семьдесят четыре, Перикле Феличи — семьдесят, Джованни Бенелли — семьдесят один год.

Некоторые авторы предпринимали попытки разузнать что-либо о загадочной смерти Иоанна Павла I. Например, Дэвид Яллоп, который собирал материал для своей книги In God's Name. An Investigation into the murder of Pope John Paul I («Именем Господа. Расследование убийства папы Иоанна Павла I»), и историк Джон Корнуэлл, написавший исследование А Thief in the Night. Life and Death in the Vatican («Вор в ночи. Жизнь и смерть в Ватикане»). Яллоп утверждает, что Иоанн Павлел I был убит заговорщиками из ложи Р2 и финансовых кругов, близких к IOR. Корнуэлл считает, что, хотя смерть понтифика могла быть результатом естественных причин, нельзя скидывать со счетов и возможность заговора финансовых воротил, для которых его смерть наступила «как paз вовремя» для того, чтобы они могли продолжать свои темные финансовые махинации.

Как бы то ни было, смерть Иоанна Павла I и сегодня продолжает оставаться одной из самых великих и надежно охраняемых тайн в истории государства Ватикан. Расследования Священного Альянса и Sodalitium Pianum выглядели в этом случае скорее как констатация фактов, да и проводились они довольно бессистемно. С восшествием на престол святого Петра Иоанна Павла II агенты Священного Альянса начали играть гораздо более активную роль в таких подпольных операциях, как продажа оружия аргентинцам во время войны за Фолклендские/ Мальвинские острова против Великобритании Маргарет Тэтчер или нелегальное финансирование из фондов IOR профсоюза «Солидарность» Леха Валенсы. Но в любом случае предстояло еще свести счеты со многими выдающимися участниками финансовых скандалов, в которых был замешан Ватикан, и в этом деле Священный Альянс действительно принял самое решительное участие в час убийц.



Содержание:
 0  Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана : Эрик Фраттини  1  ВВЕДЕНИЕ : Эрик Фраттини
 2  ГЛАВА ПЕРВАЯ МЕЖДУ РЕФОРМОЙ И НОВЫМ СОЮЗОМ (1566–1570) : Эрик Фраттини  3  ГЛАВА ВТОРАЯ МРАЧНЫЕ ВРЕМЕНА (1570–1587) : Эрик Фраттини
 4  ГЛАВА ТРЕТЬЯ ВРЕМЯ АВАНТЮР (1587–1605) : Эрик Фраттини  5  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ (1605–1644) : Эрик Фраттини
 6  ГЛАВА ПЯТАЯ ЭРА ЭКСПАНСИИ (1644–1691) : Эрик Фраттини  7  ГЛАВА ШЕСТАЯ ЭПОХА ИНТРИГ (1691–1721) : Эрик Фраттини
 8  ГЛАВА СЕДЬМАЯ НЕДОЛГИЕ ПРАВЛЕНИЯ (1721–1775) : Эрик Фраттини  9  ГЛАВА ВОСЬМАЯ ВЗЛЕТ И ПАДЕНИЕ ОРЛОВ (1775–1823) : Эрик Фраттини
 10  ГЛАВА ДЕВЯТАЯ ВРЕМЯ ШПИОНОВ (1823–1878) : Эрик Фраттини  11  ГЛАВА ДЕСЯТАЯ СОЮЗ НЕПРАВО УМСТВУЮЩИХ (1878–1914) : Эрик Фраттини
 12  ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ АПОКАЛИПСИЧЕСКИЙ ВСАДНИК (1914–1917) : Эрик Фраттини  13  ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ ИНТРИГИ ВО ИМЯ МИРА (1917–1922) : Эрик Фраттини
 14  ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ ЭПОХА ДИКТАТУР (1922–1934) : Эрик Фраттини  15  ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ ЭПОХА ТЕРРОРА (1934–1940) : Эрик Фраттини
 16  ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ КОНЕЦ ТЫСЯЧЕЛЕТНЕГО РЕЙХА (1940–1945) : Эрик Фраттини  17  ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ ОДЕССА И ВАТИКАНСКИЙ КОРИДОР (1946–1958) : Эрик Фраттини
 18  ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ НОВЫЕ СОЮЗЫ (1958–1976) : Эрик Фраттини  19  вы читаете: ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ БАНК ВАТИКАНА И СДЕЛКИ ГОСПОДНИ (1976–1978) : Эрик Фраттини
 20  ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ ЧАС УБИЙЦ (1979–1982) : Эрик Фраттини  21  ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ ПОЛЬСКИЕ ГОДЫ (1982–2005) : Эрик Фраттини
 22  ЭПИЛОГ ГРЯДУЩИЕ ГОДЫ. БЕНЕДИКТ XVI : Эрик Фраттини  23  ПАПЫ РИМСКИЕ ОТ СОЗДАНИЯ СВЯЩЕННОГО АЛЬЯНСА ДО НАШИХ ДНЕЙ : Эрик Фраттини
 24  Использовалась литература : Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана    



 




sitemap