Фантастика : Научная фантастика : Если 2010 № 09

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40

вы читаете книгу

Ярослав ВЕРОВ, Игорь МИНАКОВ CYGNUS DEI

Двум смертям не бывать!.. Однако обитатели этого странного Аида не на шутку бьются за свою «жизнь».

Крис УИЛЛРИЧ С ЗАРЁЮ В ПУТЬ

Классический детектив: в замкнутом пространстве совершено преступление. Кто из инопланетных пассажиров космического корабля осмелился похитить сокровище?

Хизер ЛИНДСЛИ КУДА УХОДИТ ВРЕМЯ

В песок? В реку? Сквозь пальцы? Ни одна из метафор не верна. Только сборщики зря потраченных часов знают, где его следует искать.

Юлия ГАЛАНИНА ЗВЕРИНЕЦ

Силу слова принято преувеличивать. На самом деле оно легкоранимо, уязвимо и бесправно.

Вячеслав АСТРОВ–ЧУБЕНКО ПЕРЕНОСНАЯ ПЛАНЕТА

Совсем не обязательно, что коллекционер – это кабинетный червь. Иных собирателей страсть толкает на настоящие подвиги.

Тед КОСМАТКА, Майкл ПУР КРАСНАЯ ОСА

Научный эксперимент всецело завладел вниманием исследователя. Однако жизнь заставляет его подвести иные итоги...

Евгений ЛУКИН ПОПРЫГУНЬЯ–СТРЕКОЗА

«Венец творения» ничего не может предпринять в этой ситуации. Неужели человечеству грозит полное уничтожение?

Дмитрий БАЙКАЛОВ КАК ВАЖНО БЫТЬ НЕСЕРЬЕЗНЫМ

Плохой фильм можно вытянуть самоиронией режиссера. Но бывает и наоборот – отсутствие чувства юмора способно погубить интересный проект.

Аркадий ШУШПАНОВ ХОББИТ ПО ИМЕНИ ШОН

Актер, который, побывав Там, сумел вернуться Оттуда.

Глеб ЕЛИСЕЕВ ДАВИТЬ НЕЛЬЗЯ ПОМИЛОВАТЬ

И в самом деле: вот брызнешь так дихлофосом в букашечку, нагло шествующую по твоему кухонному столу, а попадешь, быть может, в профессора какой–нибудь галактической академии, прибывшего устанавливать Контакт...

Мария ГАЛИНА

ДВОЕ – ЭТО УЖЕ НАРОД!

Этот писатель всегда мастерски играет сразу на двух полях: пишет детские произведения, которые взахлеб читают взрослые.

Рецензии, Видеорецензии, Курсор, Персоналии и др.

И, силой плененный могучей, Гребец не глядит на волну, Он рифов не видит под кручей, Он смотрит туда, в вышину. Генрих Гейне

Хизер Линдсли

Куда уходит время

Иллюстрация Андрея БАЛДИНА



Так и убила бы тебя. – Чемберс подошла к Мартину и швырнула заскорузлый носок на его пульт. – Может, малость побудешь мертвым и поймешь, что такую дрянь нельзя разбрасывать по всему кораблю.

– Устроим сегодня общую уборку, – отозвался Мартин.

Она плюхнулась на обтрепанное сиденье возле него.

– Значит, завтра. В таком случае, я убью тебя завтра.

– Ну, лады.

– Итак, когда мы стартуем?

Мартин отодвинул носок в сторону.

– В 15:05, – проговорил он, однако ответ его утонул во внезапном и шумном вопле, провозгласившем, что «девушки желают в–е–е–е–сели–и–и–ться!».

– Что это еще за чертовщина?

– Поставил новый сигнал, – ответил Мартин. – Вытащил из музыкального архива специально для сегодняшнего путешествия. И как тебе?

– По мне, так лучше ответить на вызов и отменить эту мелодию, – проговорила Чемберс и слишком поздно добавила: – Постой, а кто это?

– Гнор.

Противная лягушачья ухмылка Гнора появилась на мониторах кабины.

– Чемберс! Мартин! – Гнор наклонился вперед, рождая бледно–желтые водовороты в своей атмосфере. – Как там поживают двое моих любимейших подрядчиков, превосходнейших сборщиков утиля?

– Ты льстишь нам, Гнор, – ответила Чемберс.

– А я уж подумал, что вы опять набрались на работе.

– А пошел ты, жабья морда...

– Чем можем служить? – перехватил инициативу Мартин.

– Ну да, ближе к делу. – Гнор моргнул по очереди всеми шестью глазами. – Вы должны мне время.

– Ну уж нет, – отрезала Чемберс. – Мы заплатили тебе за три месяца вперед.

– С тех пор прошло четыре месяца. А теперь вы должны за аренду причала, энергию, подсоединение к атмосфере и девять поездок Рельсом. Плюс проценты. Итого вы должны мне пять сотен часов.

– Это чистый грабеж, и тебе это известно, – возмутилась Чемберс.

– В любом другом Рельспарке это стоило бы вполовину меньше.

– Тогда забирайте отсюда эту мусорную кучу, которую вы называете кораблем, и уматывайте... но только после того, как расплатитесь. – Он многозначительно помахал перед экраном чешуйчатым хвостом. – И возможно, вам потребуется залог для нового владельца.

– Тебе известно, что у нас нет времени, пухлый мешок с...

– Мы сделаем это, – перебил Мартин.

– У вас на все про все два дня. Или вы в пятницу выкладываете пять сотен часов, или я отключаю хлор.

– Мы дышим кислородом, – заметил Мартин. Чемберс кисло посмотрела на него.

– Отлично, – проговорил Гнор. – Итак, пятьсот часов в пятницу или я включаю хлор.


В 14:45 Мартин отсоединил корабль от энергопитания и атмосферных разъемов. Чемберс отвела корабль от причала, поставив его последним в небольшую очередь судов, выстроившихся перпендикулярно Рельсу – протянувшейся на сотню миль двутавровой балке, окруженной тысячами миль пустого пространства. Скоростной зеленый спортивный рейлер подрезал их и воткнулся в очередь впереди.

Чемберс с размаху шлепнула по кнопке коммуникатора:

– Эй, это наше место!

– Это племянник Гнора, – напомнил Мартин. – Ты прекрасно знаешь, что ссориться с ним ни к чему.

На мониторе появилась ухмыляющаяся рожа.

– Было ваше, стало наше, козявка. Едем веселиться.

На экране появилась другая рожа, замелькали длинные языки, чуждые для земного глаза конечности и задницы.

– Заряжай, – рявкнула Чемберс.

– У нас нет никакого оружия.

– Тогда дай мне что–нибудь такое, чем можно запустить.

Мартин предложил ей грязный носок. Чемберс вздохнула, смяла его в комок и швырнула в ухмылявшиеся с монитора рожи.

– Ненавижу этих типов!

– Понимаю, – ответил Мартин, отключая коммуникатор.

Мартин занялся просмотром регистрационных журналов, а Чемберс тем временем углубилась в составление явно нереальных сценариев отмщения. Она проводила взглядом зеленый кораблик, занявший место на Рельсе, потом ускорившийся, рванувшийся вдаль и тут же исчезнувший из виду. Буквально через несколько секунд кораблик появился снова – потрепанный и покрытый непристойными инопланетными граффити. Чемберс включила коммуникатор.

– Туговато пришлось, ребята?

Племянник Гнора бросил на нее косой взгляд полудюжины подбитых глаз и высунул свернутый язык. Прежде чем отключиться, Чемберс подняла ладонь и любезно ответила ему жестом, эквивалентным в земной культуре.

– Ха–ха.

Мартин покачал головой:

– Никак не можешь не позлорадствовать.

– Дай душу–то отвести.

Мартин ответил на вызов коммуникатора, и на мониторе появился оператор Рельса.

– Супруги Олрайт, «Ч & М, Временной утиль», вы следующие. Куда направляетесь?

– На Землю, – ответил Мартин. – Координаты 36,754444 северной широты, 119,774167 западной долготы.

– Время?

– 1983, 107, 75606796, – протараторил Мартин.

– О'кей, – подтвердил оператор. – Это у нас получается парковка возле жилого комплекса во Фресно, Калифорния, 11:08:46 местного времени 17 апреля 1983 года. Подтверждаете?

– Подтверждаю, – проговорил Мартин.

– И отъезд по–прежнему в 0,28?

– Ага.

– Принято, старт через минуту.

– Не торопитесь, – проговорил Мартин. – У нас есть время.

Оператор вежливо хмыкнул, чего, с точки зрения Чемберс, Мартин вовсе не заслуживал.

– Ты намереваешься каждый раз пользоваться этой шуткой?


– 17 апреля, 1983,28, – объявил Мартин. – Одиннадцать утра по местному времени в прекрасном пригороде Фресно. Или в почти прекрасном пригороде Фресно, – добавил он, бросив взгляд в окно, на размытую серую перспективу. – Ты готова?

– Конечно. – Чемберс перебросила через плечо наполовину наполненную брезентовую спортивную сумку и передала Мартину потертый чемоданчик из черной кожи. – Пойдем собирать свой скудный взяток.

– Именно, дорогая, – отозвался Мартин. Он поставил дверь корабля на задержку в 0,28 так, чтобы она открывалась солнечным весенним днем в 1983,00.

– Запомни время парковки, – проговорил Мартин, когда они двинулись прочь от корабля.

Затем он указал на знак перед скоплением уродливых, похожих на коробки двухэтажных строений. Надпись на нем гласила «Версаль».

– Вот уж где местные точно не были, – усмехнулся он.


– Первая остановка, Ларри Платт, №108. – Мартин направил паузер на дверь за мгновение перед 11:30. Чемберс вставила тоненький робоключ в скважину замка и распахнула дверь перед Мартином.

Они вошли в квартиру. Застывший во времени Ларри Платт пребывал в эйфории от Данки–Конга1. Чемберс сверилась с журналом: сколько времени они имеют право легально скачивать.

– Доступен отрезок вплоть до 15:47:05 по местному времени.

– Итак, начало отсчета – 11:24:37, конец отсчета – 15:47:05, – отчеканил Мартин, вводя контрольные цифры в паузер. – Настройка с посекундным инкрементом, и... поехали.

Все мгновения, присутствующие в названном диапазоне, одновременно наполнили собой квартиру. Человек на кушетке превратился в мясистую сороконожку, сновавшую от кушетки до кухни и обратно.

– Инкремент десять секунд, – сказал Мартин, меняя настройку паузера. – Двадцать, тридцать...

Некоторые части тела Ларри съежились, превратившись в тонкие светящиеся полоски. Другие остались, образуя последовательность клонов, соединенных светящимися шнурами. Игровое поле на экране телевизора застыло переплетением розового, синего и оранжевого, набранные очки сложились в постоянное 088888.

– Приращение одна минута, две, три...

Ларри на кушетке превратился в многорукого бога, одновременно державшего джойстик, тянувшегося к чипсам и почесывавшего нос.

– Десять минут... двадцать... – Теперь Ларри стало несколько, и все они были соединены сияющими нитями времени.

Чемберс открыла потрепанный чемоданчик. Надев по паре толстых перчаток, компаньоны достали из брезентовой сумки ножницы и принялись обрезать нити, по одной опуская их в чемоданчик, пока там не оказался весь запас времени, потраченного Ларри попусту.

Мартин запросил у паузера время остановки.

15:47:05, – появилось на экране.

Мартин закрыл чемоданчик, Чемберс собрала оборудование. В коридоре Мартин отключил паузер и спросил:

– Ну, кто у нас следующий?


– Пришли, – коротко бросила Чемберс. – Квартира 310. Янина Коста.

Мартин навел паузер.

– Начало в 22:16:53.

– Ну и бедлам, – воскликнула Чемберс, как только они вошли в квартиру. Она переступила кучку грязных носков на полу. – Ты уверен в том, что мы не вернулись на корабль?

Мартин сардонически хохотнул, обходя стопку коробок из–под пиццы и выискивая свободное место для паузера.

– Сколько времени у нас осталось?

Мартин заглянул в чемоданчик:

– Похоже, десять часов.

– Итак, нам останется еще четыреста девяносто. – Чемберс бросила яростный взгляд на устроившуюся на кушетке молодую женщину и ниспадающую волну ее покрытых лаком волос. – Не иначе мы навсегда застрянем в этом дурацком году.

Мартин глянул в журнал:

– Неплохой экземпляр. Выходит, она будет тратить время до четырех утра.

– Ого, целых шесть часов!

– Итак, я готов начать забор времени. Начало отсчета – 22:16:53. Остановка 04...

– Какого черта вы делаете в моей квартире? – подала голос Янина.

– Вот дерьмо! – Мартин подпрыгнул.

– Что ты сделал? – Чемберс бросилась к сумке с оборудованием.

Вскочив, Янина споткнулась о груду заброшенных учебников и теперь стояла, неловко привалившись к стене. – Как вы попали сюда?

– Ничего, – ответил Мартин напарнице. – Просто он выключился.

– Так включи снова. – Чемберс принялась копаться в сумочке, отчаянно пытаясь высвободить из запутанных проводов ножки складной треноги.

– Не работает, – бросил Мартин. – Нам нужен запасной паузер!

Заметив, что Янина продвигается бочком к двери, он завопил:

– Эй, остановись!

Янина швырнула ему в голову баночку флуоресцентного лака для ногтей.

– Ну–ка, получи!

Чемберс выхватила из сумки первое, что попалось под руку, и навела на Янину словно пистолет.

– Застынь! – ткнула она странного вида гаечным ключом в сторону Янины.

Та остановилась, выставив перед собой руки.

Мартин почесал голову:

– С твоей стороны это не очень вежливо.

– Что вы делаете в моей квартире?

– Эй, мы не причиним тебе зла, – взволнованно произнесла Чемберс. – Мы простые сборщики утиля. Не беспокойся, мы скоро уйдем.

– Утиля? Что это значит? Какого еще утиля?

– Собираем потраченное попусту время, – пояснил Мартин.

Янина пристально посмотрела на него.

– Вы свихнулись!

– Угу, он свихнулся, я свихнулась, и через минуту мы уберемся отсюда. Кстати, можешь присесть – так удобнее ждать.

Янина неторопливо подошла к кушетке и опустилась на нее.

– Что это у вас в чемоданчике?

– Время.

– Мартин...

– Вы крадете мое время?

– Не крадем, а перерабатываем. Ты тратишь его попусту.

– Поменьше говори, Мартин.

– Откуда вам известно, что я делаю со своим временем?

– Эти сведения публикуются, – Мартин заглянул в журнал. – С 22:03:29 по 22:14:12 красила ногти на ногах. С 22:14:13 по...

– Эй, дружок, я же просила помалкивать!

– ...по 22:20:07 глядела в пространство. С тех пор как ты ушла из стоматологического училища, подобных записей накопилось много. В 22:20:08 встречалась с фирмой «Временной утиль Ч & М». Он посмотрел на Чемберс. – Ох, дерьмо! Мы попали в ее временную линию.

Напарница побледнела:

– Это плохо. Надо действовать немедленно!

Янина нервно пискнула с кушетки:

– Знаете, я ничего и никому не скажу о том, что вы здесь были. В самом деле.

– Крестный Отец, – проговорила Чемберс.

– Не слишком ли круто? – отозвался Мартин.

– Он может послать кого–нибудь исправить ситуацию. Нам придется попросить у него о милости.

– Не убивайте меня!

– Что? – Чемберс и Мартин дружно уставились на Янину.

– Не убивайте меня... Клянусь, я ничего не скажу!

– Убить тебя? – переспросила Чемберс. – Мы не собираемся убивать тебя. Таким образом можно лишь ухудшить ситуацию.

Мартин повернулся к Чемберс:

– А что мы собираемся сделать с ней?

– Ну, не можем же мы просто оставить ее в измененной временной линии, так ведь?


– Это и есть ваша э... машина времени? – спросила Янина.

– Угу, – согласилась Чемберс, помахивая гаечным ключом. – И как она тебе?

– Ничего, здесь очень мило.

– Спасибо. Садись. – Чемберс указала на отвратного вида кушетку, обитую пледом и снабженную пристяжными ремнями. Подобрав с пола скомканный носок, Янина застыла в полной растерянности, пока Чемберс не выхватила его у нее и не зашвырнула в угол.

– Оставайся здесь, – велела она и присоединилась к Мартину у пульта. – Ты готов?

– В основном. – Мартин передал Чемберс ярко–розовый блистер. Она сняла с него языком таблетку, Мартин последовал ее примеру. Еще один блистер он подал Янине. – Положи на язык.

Янина спрятала руки за спину:

– Ой, нет. Я не собираюсь принимать ЛСД с вами, ребята. Ситуация–то достаточно странная... согласитесь.

– Ты слыхала когда–нибудь о ДзАМК, дзета–аминомасляной кислоте?

– Гм... на полном нуле.

К кушетке подошла Чемберс:

– Нечего церемониться! Дай ей эту проклятую таблетку.

– Она не хочет ее глотать.

Чемберс посмотрела на Янину.

– Должно быть, девушка хочет, чтобы ее гипоталамус лопнул?

– Ну ладно тебе, не надо пугать бедняжку. – Мартин опустился на кушетку возле Янины. – Не лопнет он. Просто вспухнет немного. А потом опять сожмется. Поэтому таблетку надо принять.

– Скажите мне, а что от нее будет?

Чемберс вздохнула:

– Тебе случалось сталкиваться с разницей в местном времени во время дальних перелетов?

Янина кивнула.

– Тогда тебе известно, как это действует на внутренние часы твоего тела. С путешествием во времени дело обстоит хуже. Оно превращает внутренние часы твоего тела в груду дымящихся пружин и шестеренок, испускающую к тому же жуткие вопли. А поскольку твои внутренние часы также управляют пищеварением, температурой тела и кучей других вещей, о которых в твоем времени еще только начинают догадываться...

– То есть заключенные в таблетке вещества защищают внутренние часы?

– Как правило.

– Чемберс!

– Всегда, – поправилась та. – В самом деле. Так что глотай, и все будет в порядке.

Янина взяла таблетку у Мартина, скептически осмотрела ее и только после этого поместила на язык.

– А вообще–то вкусно.

– Это глютамат, – пояснил Мартин.

– Вы уверены? Скорее, напоминает волшебную пыль2.

– Ерунда, – возразил Мартин, – простой глютамат.

Он вернулся на свое место за пультом управления и оттуда снова обратился к Янине:

– Наверное, тебе лучше пристегнуться. Иногда сильно трясет.


Стоя возле Янины в крошечном туалете корабля, Чемберс, стараясь скрыть нетерпение, спросила:

– Тебе уже лучше?

– Чуть–чуть. А мы действительно совершили прыжок во времени?

– Если я скажу «да», тебя снова вывернет наизнанку?

– Наверное, нет.

– Тогда – да.

– А знаешь, я сейчас действительно хочу домой.

– Понимаю, – кивнула Чемберс. – Мы как раз работаем над этим.

К ним присоединился Мартин, указавший в сторону носовой части корабля небольшим пылесосом:

– Ну, думаю, я уже навел там порядок.

– Простите за кушетку, – проговорила Янина.

– Чего там, – Мартин убрал пылесос. – Она видала и худшее.

Чемберс передала компаньону ключ:

– Займешься разъемами? Надо подзаправиться, и я хочу приступить к розыскам Крестного.

– О'кей, – согласился он и повернулся к Янине: – А тебе лучше пройти со мной. Даже небольшой моцион полезен в твоем состоянии.

Мартин направился вперед, а Янина тем временем выудила из кармана большую пачку жевательной резинки. Отправив в рот две пластинки, она предложила пачку Мартину.

– Бананово–ягодный пунш, – прочитал он. – И ты смеешь утверждать, что это мы принимаем странные химикалии?

Янина выхватила пачку из его рук.

– Их на шоу «Чокнутый арбуз» рекламировали, – заявила она. – В любом случае они вкуснее, чем ваш антиблев.

– Ну, тебе виднее. – Мартин открыл стыковочную панель и подсоединил воздух и энергию, а потом подтянул разъемы ключом.

– Ага, – протянула Янина, – значит, это не пистолет.

– Ты не права.

– Нет же. Это гаечный ключ.

– В будущем все инструменты имеют комбинированный характер, – проговорил Мартин, вводя с пульта состав атмосферы. – Это будет у нас ключ–пистолет–шпатель.

Он закрыл стыковочную панель.

Янина выдула пузырь.

– Дерррь... – не договорив, она наморщила нос: – А спичками сейчас положено вонять?

– О, нет, опять ты... – завопила Чемберс из главной каюты.

– Виноват–виноват–виноват... – протараторил Мартин.

– Как–нибудь ты переправишь всех нас на тот свет, – вознегодовала Чемберс.

Мартин открыл стыковочную панель и переключил атмосферный селектор с SO2 на О2.

– В свое оправдание могу сказать, – обратился он к Янине, – что деления на селекторе находятся слишком близко.


– «Временной утиль Ч & М», вы следующие. Куда и когда?

– Земля, – отрапортовал Мартин. – 37,8501 северной широты, 15,283...

Появившийся на экране монитора Гнор столкнул оператора с места в тот самый момент, когда Чемберс выпихнула Янину из поля зрения коммуникатора. Придерживая девицу одной рукой, она дала ей знак помалкивать – без особой нужды, потому что Янина вглядывалась в физиономию Гнора слишком увлеченно, чтобы издать даже звук.

– И когда это вы намерены отправиться?

– Нам нужно время, чтобы все собрать, Гнор, – ответила Чемберс. – Может быть, ты позволишь этому милому оператору вернуться на свое место, чтобы мы могли стартовать.

– Ага, кстати. Как–то не верится, что пара бездельников, которую вы собой представляете, явится ко мне с нужным количеством времени, и поэтому я придумал для вас поручение.

– Нам не надо никаких поручений, у нас есть...

– Ваши жалкие журнальчики из общественного домена? Где не сыщешь больше двенадцати часов подряд?

– Но и этого довольно.

– Может быть, но не в том случае, когда вы в долгу передо мной.

– Мы не занимаемся сбором нелегального времени.

– Работа вполне легальна. Клиент – русский. Я устроил, чтобы он смог выкупить собственное потраченное попусту время. Минус 30 процентов, конечно. Двадцать пять из них мне, остальные пять вам.

– Нет уж, спасибо, – сказала Чемберс.

– Вы принесли мне мои пять сотен часов?

– Нет.

– Тогда отправляйтесь в Москву. В 1847 год. Высылаю вам нужные подробности. Собирайте все растраченное время до того, как клиент оставит город в 1849 году, затем перескакивайте в 1868–й и вручите клиенту его долю. Он будет ждать вас.

– Гнор...

– Найдется у вас на борту лишний соединитель?

– Есть парочка, – кивнул Мартин.

– Хорошо. Ему понадобится один. А вам придется научить его пользоваться этой штуковиной.

– Что–то слишком много хлопот за пять процентов, – сухо заметила Чемберс.

– Неужели вы в самом деле так считаете? – Перегнувшись через оператора, Гнор нажал кнопку старта, добавив уже по–русски: – До свиданья, лузеры.


– 5 февраля, 1847,28, – проговорил Мартин. – Местное время 3:40 пополудни. Ставим задержку на ноль... Прибыли!

За открытой им дверью обнаружилась серая пелена.

– А мне казалось, ты снял задержку, – проговорила Чемберс.

– Снял.

– Тогда откуда взялась эта серая пустота?

Янина выглянула наружу:

– Разве это не двор?

Из тумана донесся приглушенный грохот колес кареты по булыжной мостовой.

– Привет тебе, Москва, – чинно поздоровался Мартин, покидая корабль.

– Только ничего не трогай, – приказала Чемберс Янине.

– А ты уверена, что мы правильно поступаем, не оставляя ее в корабле? – сказал Мартин, наставляя паузер на дверь.

– Ты хочешь, чтобы она натворила дел в наше отсутствие?

– Тонко подмечено.


Войдя в гостиную, Чемберс обнаружила в ней застывшего молодого человека, чисто выбритого, с оттопыренными ушами. Мартин покачал головой:

– Он изо всех сил пытается выглядеть ослепительным кавалером.

– Что ему никоим образом не удается, – подметила Чемберс.

Янина выдула пузырь.

– И кто это у нас будет?

– Лев Толстой, – отрекомендовал Мартин.

– Тот самый тип, который написал груду толстых–претолстых книг?

– Именно так... тот самый тип, который написал груду толстых–претолстых книг, – согласилась Чемберс. – Но несколько последующих лет он будет только играть в карты и закладывать за воротник. И заниматься еще кое–чем.

Янина приподняла бровь:

– Можно узнать, чем именно?

Чемберс настроила линию и указала на клубок переплетенных конечностей в спальне.

– Ух ты, – выдохнула Янина.

– 22 сентября, 1868,28, – объявил Мартин. – Местное время 7:51 пополудни.

Они вышли во двор, и Мартин постучал в дверь. Открыл человек в крестьянской рубахе, темная, еще не разделившаяся надвое борода его уже обнаруживала признаки седины.

– Это он хорошо придумал, когда отрастил длинные волосы, чтобы спрятать уши, – заметила Янина.

– Спасибо. Обратиться к вам мне посоветовала жена, – с легким акцентом произнес по–английски Толстой.

Янина покраснела:

– Ох, простите, я и не знала,, что вы говорите по–английски.

– Я говорю на многих языках. – Толстой распахнул дверь пошире. – Прошу вас, входите. Я ожидал вас.

Они проследовали за Толстым в кабинет, Чемберс поставила чемоданчик на стол и откинула крышку. Писатель завороженно смотрел на скопление ярких нитей.

– Это и есть моя беспутная юность? – Поймав утвердительный кивок Мартина, он вновь обратил взор к яркой поре своей жизни.

– Она куда прекраснее, чем помнится мне. – Толстой повел рукой в сторону светящихся нитей и сразу отдернул ладонь. – Могу ли я прикоснуться к ним?

– Только соблюдая меры предосторожности. – Мартин достал из брезентовой сумки пару перчаток и подал их Толстому. – Иначе время рассеется.

Он показал писателю небольшую черную коробочку.

– Это соединитель. Когда вы захотите воспользоваться временем, поставьте ее сюда. Закройте коробочку, нажмите защелку. Всякий, кто находится в пределах двадцати футов от вас, ощутит поток лишнего времени. Когда вы откроете защелку или когда лишнее время кончится, вас вернут в собственный обыкновенный временной поток в той самой точке, где вы оставили его.

Мартин показал, как надо поступать, а потом убедился, что Толстой делает все правильно.

– Вы все поняли?

– Да, спасибо.

Мартин вновь запустил руку в сумку и извлек из нее отливавшую тусклым серебром емкость.

– Храните время только в ней и плотно заворачивайте крышку.

Он начал перекладывать время из чемоданчика в емкость. Переложив ровно 70 процентов, он закрутил крышку и передал емкость Толстому, с завистью смотревшему на только что закрытый Чемберс чемоданчик.

– Приятного времяпрепровождения, – проговорила она, направляясь к двери.

Толстой кивнул и с новым вниманием посмотрел на емкость.

– Стыдно, – проговорил Мартин, вместе с Яниной следуя за Чемберс. – Он использует это время лучше, чем Гнор, который просто продаст его Барбаре Картленд3.

– Стыдно не это, а то, что мы получаем только пять процентов, – произнесла Чемберс, остановившись при виде застывшего перед кораблем украшенного шрамами рослого мужчины в темном костюме. Справа и слева от него скучали двое товарищей.

– Вы передали время Толстому?

– Да.

– Это хорошо. Лев должен получить свое время. И кое–что приберегли для себя?

Янина шепнула Мартину:

– В руке его точно не гаечный ключ?

– Абсолютно точно, – согласился он, – не гаечный ключ.

– Процент сукиному сыну, пославшему нас, – сказала Чемберс.

– А, так вы шестерки.

Чемберс вздохнула:

– Точно, шестерки.

– Тогда живите. – Он протянул руку к чемоданчику. Чемберс выпустила его из руки.

– Передайте вашему сукину сыну, что русские принадлежат нам, – проговорил незнакомец. Его спутники отступили в сторону и, не снимая пальцев со спуска, дождались, пока Чемберс, Мартин и Янина окажутся на корабле.


Чемберс нажала кнопку коммуникатора. Мартин скривился.

– Итак, вы вернулись, – проговорил Гнор. – И где мое время?

– Осталось вместе с бластером у покрытого шрамами русского великана.

– Орхан Татар. Хороший парень, если его не трогать. И я удивлен, что вы не сумели договориться.

Чемберс вспыхнула:

– Ты знал, что этот парень крышует Москву, и тем не менее послал нас за временем?

– Я не думал, что он станет интересоваться девятнадцатым столетием при всем урожае, который дает ему двадцатое.

– Ты сукин...

– Вы по–прежнему должны мне.

– Нет, это ты должен нам за соединитель, который мы оставили Толстому.

– Назовем это процентами с вашего долга. Однако это маленькое недопонимание смущает меня, поэтому я хочу предоставить вам кредит еще на одну поездку по Рельсу. Куда – выбирайте сами, но отправление сегодня. И не возвращайтесь назад без моего времени.


– Ну, вот и приехали, – сказал Мартин. – 24 июня 1892,00, местное время 3:17 пополудни. Таормина, Сицилия.

Следом за Чемберс и Яниной Мартин вышел из корабля на крутую тропинку, ведущую к развалинам древнего амфитеатра.

– Когда Крестный Отец говорил, что возвращается в родные края, он действительно имел в виду это место.


Старик, носивший прозвище Крестный Отец Парадокс со вздохом опустился в кожаное кресло. Оркестр вовсю наяривал тарантеллу, собравшиеся на свадьбу гости плясали и веселились на лужайке.

– Том, – обратился он к помощнику, – это мне только кажется или день и в самом деле как–то затянулся?

– Сегодня и в самом деле долгий день, Крестный.

– Кто следующий?

– Пара ничтожных сборщиков утиля нуждается в перезагрузке временной линии в 1983 году.

– И ты ставишь их первыми, потому что?..

– С ними Янина Коста.

– Ага. Пусть войдут.

Чемберс и Мартин вошли в обшитую темными деревянными панелями комнату, Янина неуверенно семенила за ними.

– У вас проблема, – начал Крестный Отец.

– Да, сэр, – кивнула Чемберс.

– И вы приходите с ней ко мне.

– Да, сэр.

– И никто не придет для того, чтобы просто сказать «здрасьте».

– Сэр, мы были бы рады зайти...

– Ну уж нет, – прогрохотал Крестный Отец Парадокс. – Вы раздражаете меня. Терпеть не могу сборщиков утиля, которые не проверяют свое оборудование.

Попытки извинений со стороны Чемберс были погашены одним взглядом Крестного.

– Тем не менее, – проговорил он, – эту временную линию следует сохранить. Это я для вас сделаю.

– Нет слов благодарности, Крестный.

Старик перевел взгляд на Янину и изрек:

– Янина Коста. Я знаю тебя. Ты умная девушка.

– Она? – переспросила Чемберс и тут же обожглась о яростный взгляд Крестного.

Хозяин жестом пригласил Янину выйти вперед, и девушка застенчиво показалась из–за спин Чемберс и Мартина.

– Итак, – начал он, – тебе не понравилось учиться на зубного техника.

– Откуда вам это известно?..

– Ты ушла оттуда. Значит, тебе там не нравилось. Старику не обязательно становиться абстрактной персонификацией хронологической аномалии, чтобы вычислить это. – Крестный откинулся в кресле. – Итак, никаких зубов. Отлично. Не всякий человек способен проводить день за днем, рассматривая зубы. Этой жилки в тебе нет. Пусть так. Тогда вопрос заключается в следующем: какого рода специалист в тебе заключен?

– Не знаю...

– У тебя почти вся жизнь впереди. Должна же ты хотеть кем–нибудь стать.

Янина разволновалась настолько, что не могла и рта открыть. Крестный улыбнулся... самую малость.

– Но те науки, которые ты уже изучала, не сводятся к одним зубам. У тела есть и более интересные части. Колени... легкие... мозги...

– Не понимаю...

Старик повел рукой:

– Ладно, у тебя еще есть время, поймешь.

После этого Крестный перевел взгляд на Мартина и Чемберс.

– Возвращайтесь назад в тот же день. За десять минут до того, как вы там наследили. Отвезите эту девицу домой, и все будет так, как и должно быть.

– Спасибо вам, Крестный, – проговорила Чемберс.

– Однажды я попрошу вас кое–что сделать и для меня. Этот день может никогда не настать, но если такому суждено случиться, это произойдет 15 мая 2367 года. Или, возможно, 3 октября 1491–го. Мы свяжемся с вами.

– Да, Крестный, – сказала Чемберс.

– Спасибо, Крестный, – добавил Мартин.

– Ступайте, – молвил Крестный Отец. – И не забывайте вовремя проверять свое оборудование.


– Что это он говорил о зубах? – шепнула Мартину Чемберс, пока один из помощников Крестного Отца вел их к выходу из поместья мимо длинной цепочки страждущих посетителей. Ошеломленная Янина шествовала впереди. – Или от того, что он зовется Парадоксом, у него вконец расплавились мозги?

– Он говорил не о зубах, но о судьбе, – возразил Мартин.

– Но я слышала про зубы.

– Ты была невнимательна.

– Верно, мне было слишком страшно.

– Будем надеяться, что Янина впитывала все, как губка.

Помощник вывел их за последние ворота.

– Стоя в этой очереди, люди тратят попусту уйму времени, – заметила Янина. – Почему утильщики не собирают его?

– Кому хватит ума забирать время у Крестного Отца, – возразил Мартин.

– Но вы будете отбирать время не у него.

– Нас обыскивали каждый раз, когда мы проходили ворота, –произнесла Чемберс. – Мы не могли пронести внутрь паузер.

Янина указала на хвост, тянувшийся наружу из последних ворот.

– Похоже, что вам незачем было это делать.

Мартин повернулся к Чемберс:

– Жуткая идея.

– Угу, – согласилась она.

– Я хочу сказать... действительно страшная.

– Опасная.

– Глупая.

– Безумная.

– Конечно, безумная, – сказал Мартин. – Целиком и полностью.

– Абсолютно согласна с тобой, – отозвалась Чемберс. – Неси оборудование.


Оказавшись на корабле, Чемберс заглянула в чемоданчик, еще более неряшливый, чем тот, с которым пришлось расстаться в России. Ей не приходилось видеть столько сверкающих нитей времени, плотно уложенных в таком небольшом пространстве.

– Здесь должно быть никак не меньше ста тысяч часов.

– Вот времени–то... – протянул Мартин. – Годы и годы...

– Это прекрасно, – проворковала Янина, лицо которой озаряли отблески времени. – То есть прекрасно, что я повидала Толстого, но видеть сразу столько времени – это просто чудо.

Чемберс захлопнула чемоданчик.

– Отлично, следующая остановка 17 апреля 1983 года.

– Нам надо убить двадцать минут, оставшихся до старта, – сообщил Мартин, раздавая таблетки ДзАМК из стоявшей на пульте коробочки. –Могу подсоединить нас к свежему воздуху, кто хочет, может глотнуть соку.

– Мне, э... надо в туалет, – промямлила Янина и направилась в заднюю часть корабля.

– Хочешь буррито?4 – спросил Мартин у Чемберс. – Я бы расправился с разогретой лепешечкой.

– Мне казалось, что их уже не существует.

Мартин проверил цифры.

– Нет, две недельки у нас еще есть в запасе.

– А это значит, что за счет сбора временного утиля они просуществовали, по меньшей мере, на год дольше.

– На восемь месяцев... и отлично.

– Отлично... для твоего желудочно–кишечного тракта.

Мартин с дымящимся буррито уселся на кушетку.

– Послушай–ка, интересно, сколько замороженных лепешек могли бы мы приобрести на все это время?

– Это время мы потратим не на приобретение мексиканских деликатесов.

– Я это понимаю... Но просто в качестве мысленного эксперимента?

– Это не мысленный эксперимент, а простая математика.

– Так сколько же? Чемберс вздохнула:

– Семьсот тридцать три тысячи восемьсот двадцать четыре штуки.


– Можем отчаливать? – спросила Чемберс у Мартина, когда он вернулся в кабину, освободив атмосферные разъемы.

– Действуй.

Чемберс подвела корабль к очереди на Рельс. Мартин сел возле нее.

– Что–то Янина застряла в туалете.

– Должно быть, съела один из твоих буррито.

– Перестань осмеивать мое любимое блюдо. – Мартин скороговоркой доложил координаты места назначения оператору Рельса. – А теперь, – продолжил он, глянув на Чемберс, – я вижу улыбку женщины, которая сбором утиля заработала свою свободу.

– Ты и сам сияешь, как начищенный пятак, – усмехнулась Чемберс.

– А ты хихикаешь, – отреагировал Мартин, прежде чем подтвердить стандартную процедуру отлета.

– Я счастлива. Настало время, которое не могло мне и присниться, вот я и хихикаю. – Она направила корабль к Рельсу.

– Забавно, – молвил Мартин. – А я бы сказал, что веселящего газа5 надышалась.

– Это я–то надышалась?

– За все годы нашей совместной работы ты единственный раз смеялась, когда я случайно напустил в атмосферу закись азота. – Он отдал распоряжение оператору Рельса начинать запуск. – Неужели забыла: ты же сама всегда попрекаешь меня этим случаем. Признайся, ты ведь не из смешливых.

– Верно, – согласилась Чемберс. – Я не из смешливых.

Мартин поставил задержку.

– Прибыли! 17 апреля, 1983,00, 22:06:53. – Он повернулся в кресле. – А знаешь, у меня даже голова покруживается...

Чемберс поднялась, а потом рухнула в кресло.

– Янина, – выдавила она.

– Ее здесь нет, – подытожил Мартин, после того как они с Чемберс ввалились в квартиру Янины.

– Что и следовало доказать.

– Она забрала учебники.

– И оставила коробки из–под пиццы. – Чемберс взяла верхнюю. Янина оставила на ней трогательные послания: ПРОСТИТЕ МЕНЯ и СПАСИБО.

– Мы можем вернуться...

– Смеешься? – спросила Чемберс. – И опять запутать временную линию? Крестный Отец этого не простит.

– Можно иначе. Девица должна проявиться в каких–нибудь регистрационных журналах.

Чемберс села на кушетку Янины и вздохнула:

– Бессмысленно. Ты был прав. Крестный Отец говорил о судьбе.

Он знал, что так и должно случиться. Стало быть, теперь «все будет так, как и должно быть».

Мартин сел возле Чемберс.

– Собрать временной утиль в очереди нам предложила Янина. – И она оставила нам половину.

– Половина чертовой кучи также называется чертовой кучей.

Чемберс улыбнулась из глубин своей постазотной головной боли.

– Триста шестьдесят шесть тысяч девятьсот двенадцать буррито, – заключила она.


Заведующая кафедрой хронобиологии Калифорнийского университета в Беркли, откинула со лба прядь седых волос и обратилась к последней ниточке времени, свернувшейся запутанным клубком на дне тусклой серебряной емкости.

– Я не теряла времени даром, – проговорила она. Женщина завернула крышку на емкости и убрала последнюю в ящик стола, где также находились пара перчаток, небольшая черная коробочка, три крохотных поблекших от времени блистера, медаль Нобелевского лауреата и пачка арбузной жевательной резинки. Она вынула эту пачку – как приятно, хотя и неловко снова ощутить себя молодой, – а потом задвинула ящик и заперла его.

Физика в ее время сделалась довольно странной, но еще недостаточно странной для рутинного путешествия во времени. Человечество еще не познакомилось с другими разумными существами, и Янине не пришлось более столкнуться со сборщиками временного утиля. Жизнь ее к концу сделалась удивительно рутинной.

Тем не менее она хорошо распорядилась своим временем. Исследования привели ее к новым представлениям о влиянии скорости движения на время в пути, а также существованию серьезных, подчиняющихся суточному ритму расстройств, коренящихся в основе десятка умственных и физических болезней. Коллеги–хронобиологи с каждым годом все более расширяли области применения.

Откинувшись на спинку кресла, она положила ноги на стол и отправила в рот пластинку жевательной резинки.

Физика все догонит, и физиология будет готова.


Перевел с английского Юрий СОКОЛОВ


© Heather Lindsley. Where the Time Goes. 2009. Печатается с разрешения автора.

Рассказ впервые опубликован в журнале «Asimov's SF» в 2009 году.


Содержание:
 0  вы читаете: Если 2010 № 09  1  Юлия Галанина Зверинец
 2  Песнь первая  3  Песнь вторая
 4  Песнь третья  5  Песнь первая
 6  Песнь вторая  7  Песнь третья
 8  Вячеслав Астров-Чубенко Переносная планета  9  Видеодром
 10  Рецензии  11  ХИЩНИКИ (PREDATORS)
 12  УЧЕНИК ЧАРОДЕЯ (THE SORCERER'S APPRENTICE)  13  МАШИНА ВРЕМЕНИ В ДЖАКУЗИ (НОТ TUB TIME MACHINE)
 14  Герой экрана  15  Хит сезона
 16  Рецензии  17  УЧЕНИК ЧАРОДЕЯ (THE SORCERER'S APPRENTICE)
 18  МАШИНА ВРЕМЕНИ В ДЖАКУЗИ (НОТ TUB TIME MACHINE)  19  ХИЩНИКИ (PREDATORS)
 20  УЧЕНИК ЧАРОДЕЯ (THE SORCERER'S APPRENTICE)  21  МАШИНА ВРЕМЕНИ В ДЖАКУЗИ (НОТ TUB TIME MACHINE)
 22  Герой экрана  23  Крис Уиллрич С зарею в путь
 24  Тед Косматка Майкл Пур Красная оса  25  Евгений Лукин Попрыгунья - стрекоза
 26  Глеб Елисеев Давить нельзя помиловать  27  Двое — это уже народ!
 28  Рецензии  29  продолжение 29
 30  продолжение 30  31  продолжение 31
 32  продолжение 32  33  продолжение 33
 34  продолжение 34  35  продолжение 35
 36  продолжение 36  37  продолжение 37
 38  Валерий Окулов Мне нечего стыдиться...  39  Курсор
 40  Использовалась литература : Если 2010 № 09    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap