Фантастика : Киберпанк : Тень Победы : Константин Аникин

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10

вы читаете книгу

Ближайшее будущее. Город Воркуйск-8, когда-то советский закрытый город, ныне независимая Интернет-республика, неофициальная информационная столица мира. Инфодилер по кличке Зиро и его цифровая тень Аи попадают в круговорот странных и опасных событий…

Все события, места и персонажи (кроме общеизвестных) вымышлены. Все совпадения случайны, автор не несет за это ответственности.

001: Регион В8

  - Хочешь трахнуть спутник? — спросил Зиро. Он достал из рюкзака лазерный фонарь и сунул Пипетке под нос.

  - Вот это да! — Изумился Пипетка. — Это же Светоч!

  Зиро позабавило выражение лица друга. Глаза выпучил, будто приведение увидел. Он как-то забыл повзрослеть, его друг-Пипетка. Все те же глаза десятилетнего мальчика. Невысокий, Зиро до плеча, подвижный, ни минуты на одном месте. От предков из Казахстана, Пипетка унаследовал смуглую кожу, чуть раскосые глаза и черные смоляные волосы, которые прядями выбивались из-под бесформенного вязаного берета с абстрактным черепом. На Пипетке спортивная кофта c тремя полосками, черная т-ишка с логотипом его группы Hellblender, широкие штаны, с карманами везде, где только можно. И кроссовки типа кеды. Или наоборот кеды типа кроссовки. Пип сидел на клепанном полу смотровой площадки и вертел в руках Cветоч.

  - И что, работает? — спросил он.

  - Ага, — ответил Зиро. — Аппарат в идеальном состоянии. Как новенький.

  - Но их же все до единого похерили, разве нет? Я свой сдал, да и ты, вроде, тоже?

  - Думаю, это самый последний….

  Зиро подошел к ограде, оперся на перила, закурил. Посмотрел вниз. Высоко, черт побери. Они забрались на самую верхушку Дуги, наверное, этажей двадцать вниз — Пипеткин джип отсюда как игрушечный. Загоризонтная РЛС Дуга-4, так ее называли в советское время. А потенциальный противник дразнил этот радар Woodpecker, Дятел — он добил по частотам с похожим треском. Дуга состояла из двух гигантских антенн, приемника и передатчика, два ажурных параллелепипеда на краю антенного острова. Они были на передатчике, тысячи конических излучателей смотрели на запад. Когда-то Дуга считалась чудом техники — этот радар мог заглянуть за горизонт, скользя по изгибам земного магнитного поля, и засечь факел стартовавшей ракеты на расстоянии до трех тысяч километров. На практике все оказалось прозаичное — малая точность, огромное энергопотребление (когда-то один из блоков их АЭС работал целиком на Дугу) да и, в конце концов, пронырливые спутники оказались более выгодны в деле трансконтинентального шпионажа. Тогда Дятлом стали тупо глушить радиопередачи капиталистов — эта хрень могла любому клеветнику глотку заткнуть. Дятла вырубили когда началась гласность. С тех пор он тихо гнил, разделив судьбу большинства советских техночудес. В последствии, Дугу облюбовали местные адреналиновые наркоманы: бейсджамперы прыгали с нее на резинках. Здесь все было разрисовано их тэгами, валялись баллончики из-под краски да, и вообще, замусорено. Вот и все чудеса.

  - Так откуда у тебя Светоч? — Пипетка пристроился рядом.

  - Понимаешь… — Зиро смотрел на мерцающее болото и с трудом подбирал слова. — У меня он был все это время…

  Пип удивленно вскинул брови: мол, «и ты ничего не сказал лучшему другу»?

  - Это другой. Тот, что ты помнишь, я тогда тоже сдал особистам. Как и все. Истерику, помню, закатил. Но потом…. Оказалось, что у отца в конторе случайно завалялся экземпляр. И я выпросил его…

  Зиро посмотрел на тяжелый кусок стекла и металла в руке. Сколько страстей было в его детстве из-за этой штуки! Светоч, как и положено настоящей советской вещи, выглядел ужасно. Прямоугольный ящик с ручкой и рефлектором, он напоминал мрачный фонарь путевых обходчиков советской железной дороги, На черном корпусе выдавлено 'НПО Красный Лазер', 'Фонарь лазерный Светоч-1', и 'Не направлять на людей'.

   — А потом… Короче, это был последний раз, когда я его видел. А после смерти отца все это как-то сразу потеряло смысл. Все эти забавы наши детские… Я думал, может его смерть, как-то связана с этим? Может это какой-то гребанный вещдок? Комплекс вины, короче, сформировался. Я хотел даже утопить его в болоте. Но потом просто постарался о нем забыть.

  Зиро пнул ногой смятый аэрозольный баллончик.

  - И, ты знаешь, забыл! А вот вчера неожиданно наткнулся на него, в одной коробке, куда тысячу лет не заглядывал. И что-то мне грустно стало, чувак… Заныло в груди. Сидел, детство наше вспоминал…. Как мы по спутникам стреляли, как лягушек изводили, все такое. Какое все-таки это было безосновательно на то, счастливое время, скажи Пип? Короче, я решил сегодня прыгнуть.

  - Понятно, — кивнул Пипетка. В его руках уже был косяк.

  - Новая! — сказала он гордо. То, что сейчас надо — чистая канабис сатива. Сорт Сильвер Хэйз доведенный вашим покорным слугой до совершенства.

  Пип изобразил несколько дискотечных па.

  - Ошеломляющий фанки-приход в духе восьмидесятых! Рекомендован канадской ассоциацией врачей, как средство от всех болезней. Поверь специалисту, пара затяжек любые душевные раны лечит.

  Пип закончил презентацию, нежно облизал джойнт и щелкнул зажигалкой. Вдох-выдох — недолгая эстафета и пятка на финише. Пипетка щелкнул окурком, они смотрели, как он долго-долго падает вниз, роняя искры.

  Дооолгоооо — доооолгооо…..

  - Ни хрена себе. Эта ваша трансгенная конопля, — сказал Зиро, через пять минут, когда концентрация тетрагидроканабинола в крови достигла своего пика. Каждый нейрон в его мозгу вдруг выстрелил радостью. Грусть-тоска куда-то исчезла.

  Пип широко улыбался.

  - Головокружение от успехов.

  - Чё?

  - Чувствуешь ли ты головокружение от успехов? Это главный симптом прихода.

  Зиро захохотал.

   — Да-да. Отличная дурь, чувак!

  Пипетка ухмыльнулся.

  - Заходи завтра, отсыплю. Я не люблю когда ты хмурый.

  Зиро захотелось его обнять. В принципе они были разные люди, все такое, но любили друг друга без памяти.

  - Ну, так чё там? — Пип почесал в затылке. — Кто-то там собирался спутникам навалять? — Пипетка с деланным сомнением оглядел Зиро с ног до головы. — Не знаю — не знаю…. Раньше ты у нас был чемпион, да, но сейчас…. Какой-то ты дряблый стал. И глаз уже не тот и рука. Я уже не говорю про, ха-ха, выжженные наркотиками мозги.

  - Ха! Смотри, головастик!

  Зиро взял фонарь за нижнюю ручку, почти забытым жестом положил Светоч на правое плечо и перевел тумблер зажигания в положение ВКЛ. Светоч недобро загудел и, разогревшись, выстрелил в небо ярким красным лучом, таким плотным, что, казалось, его можно пощупать. Светоч, в принципе, обычный фонарь, просто он такой мощный, что легко добивает до околоземной орбиты — Зиро, кажется, чувствовал, как все эти сотни миль красного света, давят ему в плечо. Светоч дарил неповторимое ощущение; казалось, у тебя вырастает длинная-длинная рука, которой можно потрогать звезды. Прекрасное, как счастливый сон, и почти полностью похороненное под грузом жизненного опыта, чувство.

  - Давно не виделись, старушка, — сказал Зиро Вселенной. — Помнишь, как я щекотал твое брюхо лучиком?

  Он внимательно всматривался в ночное небо, ища взглядом звездочки спутников, наматывающих бесконечные петли в пустоте. Уже во времена детства Зиро над Воркуйском-8 было полно спутников — через эту точку на земном шаре проходили многие орбиты. Но сейчас…

  - Смотри Пип, сколько их стало! Все небо кишит, — сказал Зиро.

  - Да, уж наплодили сволочей, — зло отозвался Пипетка.

  В Воркуйске-8 спутники не любили.

  Свободной рукой Зиро натянул на голову агменты, свои киберочки, они висели у него на шее. Окружающий мир сразу приобрел привычный зеленоватый оттенок. Коммерческим моделям AR — очков Зиро не доверял — он ценил надежность и функциональность. А настоящая надежность и функциональность есть только у военных. Агменты Зиро были сделаны из электронных гоглов, такие стоят на вооружении американских спецподразделений, типа Дельты или Морских Котиков. Зиро купил их, по случаю, на местном радиорынке, а местные спецы их перепаяли, перепрошили, отхачили, заапгрейдили и русифицировали так, что вся американская военщина удавилась бы от зависти. Список функций: AR, VR, cтократный оптический зум, инфравизор, глобальное позиционирование трех систем, видео-съемка хай-рез, лазерный голопроектор, голосовой и аккомодационный интерфейс, все виды беспроводной связи, датчики всего, что только можно измерить датчиками, пленочной накопитель на 300 петабайт. Даже коллекцию пасьянсов вставили, не поленились. В этих очках Зиро походил на летчика времен Первой Мировой, они массивно-круглые, с наглазниками, постоянно крутящаяся катушка с пленкой полностью закрывает его левое ухо. У них нет дужек, они держаться на резинке из эластики, к ней, в районе затылка, прикреплены несколько квадратных батарей. На всякий случай — вообще, агменты подзаряжаются от ходьбы и от солнечных батарей в его куртке. Теперь на реальность наложена информация в многочисленных окнах, совершенно смешивая эти два понятия. Зиро смотрит на мир сквозь свой привычный десктоп, кликая взглядом на иконки. Благодаря агментам, Зиро постоянно он-лайн, всегда на связи со своим мэйнфреймом. Всегда и везде с Аи.

   — Ну, приступим.

  Зиро театрально взмахнул рукой и отбросил Тень. В трех шагах от него, лазерный голопроектор нарисовал трехмерную проекцию Аи; со стороны могло показаться, что эта девчонка выскочила у Зиро из головы. Аи это Тень Зиро, его операционная система, виртуальная личность-посредник, через которую он управляет своим компьютером. Его Тень выглядела как молодая японочка; стройная, длинноногая красотка с небольшой грудью. У нее почти треугольное лицо, губки бантиком и большие (гораздо больше, чем позволяет человеку природа), карие глаза. Черные, светящееся, от флуоресцентного геля, волосы собраны в два хвостика. Аи сейчас в режиме японской модницы, она выглядит так, будто ее только что оторвали от шопинга в Сибуе. Даже пакетики в руках. Одета она в какое-то тряпье из японского сэконд-хэнда — полосатые топики, надетые друг на друга, коротенькая юбочка с оборочками, разноцветные полосатые гольфы, высокие кеды, отороченные мехом. Все эти наряды она автоматически подкачивала с сайтов о японской уличной моде. Аи сложила из пальцев V и обворожительно улыбнулась.

  (Зиро переключал Аи в этот режим, когда хотел произвести впечатление)

  - Добрый вечер, джентльмены, — с поклоном сказала Аи. Со стороны могло показаться, что это Зиро вдруг заговорил нежным женским голосом с мягким восточным акцентом. Аи говорит через маломощные динамики агментов, и источник звука не совпадет с местоположением ее визуальной проекции.

  - Привет, старушка! — поздоровался Пип. — Хорошо выглядишь

  - Моя внешность лишь отражение внутренней красоты моего господина, — Аи отреагировала на комплимент с запрограммированной скромностью.

  - Аи, звездную карту! — дал команду Зиро.

  - Хай!

  Теперь каждая светящаяся точка в ночном небе, будь то звезда, планета, спутник, или кусок орбитального мусора, в агментах Зиро обведена зеленым квадратиком и снабжена поясняющим ярлыком. Раньше они, конечно, обходились без этого, но что делать, прогресс. Зиро выбрал цель — над Воркуйском-8 пролетала одна из многочисленных японских орбитальных камер. Японцы, как известно, обожают фотографировать. Зиро прищурил глаз, прицеливаясь, а вихрь воспоминаний опять поволок его в детство.

  Охота на спутники — так тогда называлась эта забава. Все просто — видишь, как по ночному небу летит спутник, включаешь фонарь, и пытаешься поймать звездочку лучом. Если попал, звездочка на мгновение вспыхивает ярче отраженным светом Светоча. Одно очко. Просто, но не так просто как кажется — тут нужна твердая рука, острый глаз и изрядная доля интуиции, ведь приходилось делать поправку на скорость света. Зиро аккуратно вел луч чуть позади летящей звездочки, потом задержал дыхание, и резким движением насадил ее на луч. С первой попытки. Звездочка мигнула в небе.

  - Есть! — Зиро сжал кулак. — Получи, сука!

  - Это было прекрасно, любимый, — нежно прошептала Аи в ухо Зиро.

  - Старик, ты в форме. — Уважительно кивнул Пипетка. — Покажи им, мать их, звездные войны!

  Зиро не надо было упрашивать. Он погнался за американским орбитальным телескопом. Бах! Наезд, рывок, и Зиро подрезал британский метеоспутник. Больше всего в небе было русских спутников. К ним был особый счет — некоторые из их этих бандур Зиро подстреливал еще ребенком. Потом он уже без разбора сажал спутники на луч. Он полностью растворился в процессе — удивительно ощущение, ему снова стало десять лет и есть только он и космос. Как выяснилось, никуда его талант его не делся. После стольких лет простоя, он по-прежнему был лучший. Еще один! Еще! 17 очков! За 20 минут! Пипетка, запрокинув голову, изображал звуки из старинных компьютерных игр, шипя и булькая, как восьмибитовый компьютер на грани нервного срыва. Зиро всегда поражали способности Пипетки к звукоимитации. Пипетка был натуральный бит-бокс, он мог горлом посоперничать с компьютерными сэмплерами. Вообще Пип был музыкант, один из самых известных воркуйских МС. Отец местного хип-хопа.

  СЛАВА ГОРОДУ-ГЕРОЮ ВОРКУЙСК-8 — ГОРОДУ ПЕРВОГО СОВЕТСКОГО ЛАЗЕРА!' — побежала по небу бегущая строка из гигантских букв красного цвета. Фонарь дрогнул в руках Зиро, и он промазал. Буквы величаво плыли в небе, постепенно увеличиваясь в размерах и размазываясь в малиновое зарево у горизонта. Зиро поморщился. Рекламщики в Игле включили свои голопроекторы и снова начали загаживать небо спамом. Насчет города-героя они, видимо, пошутили. В мире давно уже не осталось ничего советского.

  Зиро оглянулся на Иглу, откуда нескончаемым потоком вылетали рекламные объявления. Бог знает, в какой раз попытался достать взглядом до ее верхушки. Это было нелегко. Высота Дуги не шла ни в какое сравнение с высотой Иглы. Она стояла в центре антенного острова, опираясь на пирамидальное основание — колоссальная серая башня высотой около километра, словно ось вылезла из глобуса. Отсюда Игла напоминала шприц, вкалывающий Небу инъекцию. Сейчас этот шприц был полон всего на одну треть, светились лишь верхние окна технических этажей, в том месте, где железобетонный цилиндр башни, переходил в длинный металлический штырь-антенну. Когда-то Игла была самой большой антенной в СССР, но об этом, естественно, мало кто знал — все было строго секретно. В конце сороковых годов двадцатого века здесь обнаружили естественную геомагнитную аномалию, здесь магнитное поле Земли прогибалось немного внутрь и образовывалось что-то вроде воронки, этакого волнового водоворота, в который засасывало любой мало-мальски мощный сигнал на планете. То есть, здесь были идеальные условия для радиошпионажа. Поэтому здесь построили Иглу, а вместе с ней и город Воркуйск-8 — самый секретный из всех советских закрытых городов. С того времени очень многое поменялось, и в мире, и в Воркуйске, но одно осталось неизменным — город мог существовать до тех пор, пока работает Игла. Все они сидят на этой Игле. И не соскочишь.

  Зиро вздохнул.

  (Ква!)

  У одного из датахранилищ Иглы разгружался грузовик с вечерним бэкапом данных. Зиро добавил зума. Набитая информацией фура подъехала под фермы интерфейсов, по направляющим к грузовику скользнула двупалая железная рука, каждый ее палец заканчивался круглой головкой считывания. Рука аккуратно сжала грузовик, головки вошли в пазы на кузове и завращались с бешеной скоростью. Рядом с кабиной дататрака стоял техник в синей форме и что-то записывал в тетрадь. Другой грузовик, уже разгрузившись, стоял под аркой размагничивания. Арка на миг вспыхнула синим светом, и обнулила электромагнитным импульсом все пленку в грузовике. Все как обычно. Рутина.

   (Ква! Ква!)

  - Ей! — сказал Пип. — Ты чего, заснул? Дай-ка я теперь!

  Зиро передал другу фонарь. Пипетке приходилось сложнее, ночное небо над В8 уже превратилась в обычную мешанину рекламных объявлений. Распродажи, уникальные предложения, скидки и акции расползались в разные стороны. Пип промахивался чаще, но в целом, признал Зиро, тоже еще был вполне молодец. Среди коммерческой ерунды, выделялось строгим шрифтом официальное объявление: 'Информационный Комитет приглашает всех граждан на праздничные мероприятия по случаю Дня Победы в Великой Отечественной Войне, которые состоятся завтра, 9 мая, на Площади Революции'.

  - Слышь, кореш, не забыл — завтра, праздник у нас. — Пип запрокинув голову, продолжал охоту.

  - Забудешь тут, как же… — недовольно сказал Зиро.

  Вот уже около двух месяцев в В8 бушевали яростные споры по поводу уместности возобновления празднования Дня Победы. 9 мая в Воркуйске-8, вместе со всеми остальными советско-русскими праздниками, не праздновали со времен научной революции, после которой В8 формально вышел из состава Российской Федерации, превратившись в независимый анклав в глубине ее территории. И теперь, скандальный указ Информационного Комитета 'О городских праздниках' разделил воркуйское общество на две примерно равные половины: против и пофиг празднования Дня Победы. На текущий момент, эта шумиха ничего, кроме вялого раздражения у Зиро не вызывала.

  (Ква! Ква! Ква!)

  - Блин, сплошные флэшбеки. Сначала Светоч, теперь вот День Победы… — Зиро снова закурил. Ему нравилось, как дым сигареты играет в луче фонаря. — Не понимаю, на кой он нам? Дел что ли других нет?

  - Потепление в российско-воркуйских отношения, — пожал плечами Пип. — Новый внешнеполитический курс Информационного Комитета, — он очень точно пародировал голос известного ведущего с местного телеканала. — Партнерство во имя обоюдного процветания. Типа, назад к корням. Мир, дружба, атомный реактор.

  - Надружились уже! — Зиро постучал ребром ладони себе по шее. Он хорошо помнил, какой кошмар творился в городе во время блокады. Такое не забудешь.

  - Тут явно какое-то западло!

  - Да не заводись ты. Забей. Что ты, как все эти… c активной гражданской позицией? Нам то что? Ну, осваивают люди средства…. Пусть осваивают. Говорят, будет какое-то лазерное шоу нереальной красоты…. Вот, я тебя! Ах, зараза, сорвался!

  Кто-то там, в космосе, ускользнул от его луча.

  Они успокоились только когда заметно посветлевший луч, перестал добивать до орбиты из-за подсевшей батареи. Зиро выключил Светоч. Спутники, как ни в чем не бывало, продолжали болтаться в небе. Ничем их не проймешь. Светоч не настолько мощен, чтобы свалить их с орбиты. В детстве экспериментировали, собирали десятки лучей разом, все равно было мало. Игрушка, что тут скажешь.

  Ква-ква-ква-ква-ква-ква-ква-ква-ква-ква!!! Сто тысяч миллионов раз ква!

  - Ну твою жабью мать! — Зиро хлопнул себя по ляжкам. — Начинается!

  Болотные лягушки опять завели свою песню. Как всегда, сначала одна здесь, другая там, — и вот уже все болото ревет как взлетающий истребитель. Брачный сезон амфибий набирал обороты. В принципе, жить в Воркуйске-8 было не так уж и плохо, под определенным углом зрения, так это вообще было райское место, если бы не одно но. Большое 'но', вязкое, мокрое, гнилое. Город Воркуйск-8 стоял в центре огромного болота. С высоты Дуги оно, болото, выглядело вполне невинно — туманная равнина до горизонта, сверкающая многочисленными участками открытой воды, да кое-где поросшая редколесьем. Невинно, если забыть о том факте, что эта равнина на самом деле сплошная непролазная топь.

  Зиро с ненавистью смотрел на болото. Дрянь. Душит, давит. Каждый здесь постоянно чувствовал эти холодные влажные пальцы на своем горле. Надо признать, окружить секретный город болотом, это была гениальная идея. Просто, эффективно, и гораздо надежней и дешевле минных полей, колючей проволоки и солдат с овчарками, которые, впрочем, тоже были. Всего-то делов — повернуть русла нескольких рек так, чтобы они разлились по этой и так заболоченной равнине. Плевое дело для советской страны, где столько народу сидело. Так оно и возникло, это чертово болото. Болото было категорически непроходимо, ни туда — ни сюда, никто и не подозревал, что в этом гиблом месте может стоять город, да еще такой, какой как В8. Гениально, мать их. Конечно же, о том, какого будет людям жить в этом болотном плену, никто не думал. А жить было тяжко — вместе с болотом город получил все болотные бонусы: вечную промозглую сырость, вонь, болезни, гнус и, конечно, лягушек.

  Говоря языком науки, бесхвостые амфибии лидировали в биотопе воркуйского болота. Закон, мать ее, природы: чем больше болото — тем больше лягушек. И столько лягушек превращалось в большую проблему. Когда у них начинался брачный сезон (как сейчас) они своим кваканьем глушили почище Дятла — на окраинах города приходилось буквально в ухо друг другу орать. И еще сезонные миграции, когда вся эта чертова прорва зачем-то перла напролом через город. Да и, блин, дня не проходило, чтобы не наступить на какую-нибудь сколькую заразу. Чем их только не травили — Воркуйск-8 высыпал в болото все свои запасы химического оружия. Хрен там. Лягушки были непобедимы. Зиро наблюдал, как болото медленно покрывается зеленоватыми мерцающими пятнами. Воркуйские лягушки имели одну яркую особенность — они светились в темноте, мертвенным зеленым светом, как светлячки. Особенно ярко они светились в брачный сезон, как-то их свечение было связано с кваканьем, чем громче они квакали — тем ярче светились. Такая вот земноводная светомузыка. Первые мигалки (так в городе называли светящихся лягушек) появились еще до рождения Зиро. Мигалок специально вывели в воркуйских биолабах для маскировки, чтобы дурить вражеские спутники-шпионы. Из-за мигалок все болото было усеяно пятнами света и благодаря постоянному туману городские огни размазывались по всей площади болота. Поди, разберись из космоса, что тут за огни болотные сияют. Еще одна гениальная идея.

  Посадить бы всех этих гениев на кол, подумал Зиро.

  - Ты кого больше ненавидишь — спутники или лягушек? — спросил Пип. Он, видимо, тоже упивался ненавистью.

  Зиро подумал секунду-другую.

  - Конечно, лягушек. Спутники же не квакают.

  Ненависть к лягушкам Зиро, как и остальные воркуйчане, пронес через всю жизнь. В детстве уничтожение лягух было одним из главных развлечений. Это был их крестовый поход — детская жестокость против земноводной плодовитости. Как только воркуйские детки не изводили амфибий — резня достигала апокалипсических масштабов, но все было бесполезно. На место тысяч приходили миллионы.

  Зиро вновь включил Светоч и воткнул красный луч в одно из светящихся пятен, состоящих из тысяч лягушек. Луч оставлял темные следы, мигалки, напуганные жарким светом, ныряли в болотную жижу. Зиро написал в зеленом пятне короткое непечатное слово. Короткое непечатное слово на пару минут застыло внутри пятна, затем стало потихоньку расплываться, когда мигалки соображали, что им ничего не угрожает. Вынырнув, они вновь целиком отдавались своим любимым занятиям: квакать и светится. Жрать и размножатся.

  - Какая все такие классная вещь, — сказал Пипетка. — Чувак, они тогда у нас не Светоч отобрали. Они у нас детство отобрали, сволочи. Еще что-нибудь нарисуй, — попросил он.

  Зиро кривовато написал в болоте японский иероглиф 'ши'.

  - Это чего значит? — спросил Пип.

  - Смерть!

  - Ага. Дай-ка я попробую. Вот если кто со спутника увидит, охренеет.

  Зиро отдал ему фонарь и Пип, высунув кончик языка от усердия, нарисовал в болоте череп с косточками.

  Все это вызывало у Зиро еще один острый приступ тоски.

  - Помнишь, россказни, что по окраинам города всех душит огромная жаба? — задумчиво проговорил он. — Огромная бугристая жаба размером с автобус. Меня часто кошмар снился: БАХ-БАХ-БАХ! — я слышу ее жирные прыжки за окном, вижу, как ее длинный язык лезет в форточку, тянется к горлу. Я просыпался в холодном поту — оказывалось, что это стучит мое сердце. — Зиро передернуло.

  - Да жаба это фигня, — возразил Пипетка. — Вот женщины-вамп! Страшные болотные тетки! Вот где ужас был!

   Зиро закивал.

  - Да, да, про женщин-вамп это был хит. Помнишь, у них еще были дочки. Девочки-упыри. Они пробирались ночью в город и нападали на детей. У них еще вместо пальцев были пиявки и длинный лягушачий язык в костяных крючках. Они ими вытаскивали наружу кишки маленьких детей. Через рот.

  - Ты меня пугаешь, — пропищал Пипетка тоненьким голоском.

  Зиро понизил голос до зловещего шепота:

  - А может тебе еще сказочку про Царевну-Лягушку рассказать?

  - Нет-нет! Только не про Царевну-Лягушку!

  В детстве, Царевна-Лягушка единогласно считалась самым большим кошмаром, ужасом и страхом. Мол, иногда, глубоко в болоте, лягушачья икра слипается, и из нее вылупляется огромный шар из сросшихся друг с другом лягушек. Шар этот катался по болоту и если человек его видел то всё, кранты.

  - А про Говорящую Тину? А про Личины? А про Малявку-Пиявку?!

  - Дяденька, пожалуйста, не надо! — улыбаясь, подыгрывал Пип. — Я не усну!

  У Зиро был припасен еще целый ряд детских страшилок, но приближающийся стрекот закрыл ему рот. К Дуге подлетел дрон. Радиоуправляемый вертолётик, крестовина с четырьмя винтами, посередине — мощная оптика. Такие летающие камеры использовала Служба Безопасности Инфокома. Считалось, что такие штуки не так напрягают, как живые стражи закона. Как бы не так. Дрон завис над ними, прицелился объективами.

  - Информационный комитет. Предъявите ваши документы, пожалуйста, — сказал оператор по громкой связи.

  - Не признали, родные? — Зиро показал в камеру средний палец

  Тонкий луч лазера, скользнул по ногтю его пальца, потом сфокусировался на Пипетке, который протягивал кулак, большим пальцем вверх. Многие, в Воркуйске-8, для удобства, всю идентификационные данные, логины-пароли записывали на ногти. Записывали по такому же принципу, как и данные на CD — микролазером прожигали микроканавки. На средний ноготь можно было втиснуть мегабайт пять данных, на полгода, пока ноготь не сойдет. Поэтому приходилось периодически обновлять этот цифровой маникюр.

  - Хватить баловаться, парни, — строго сказал оператор. — У нас помехи от вашего лазера.

  - Ладно-ладно, начальник. Как скажешь, — не стал спорить Зиро.

  Камера сделала над ними круг, видимо, в назидание, и полетела в сторону сверкающего огнями родного болотного технополиса. Зиро сплюнул и погрозил механической стрекозе Светочем.

   — Помехи мы им, видите ли, создаем. Совсем зажрались, родные. — Ладно, — он повернулся к Пипетке, — черт с ними. Предлагаю считать экскурс в детство законченным.

  Некоторое время он молча смотрел на друга и вдруг закричал:

  - Ну что, мать твою?! Готов ли ты? В глаза смотреть! Готов?! Небось, поджилки трясутся, а?

  Теперь была его очередь накручивать. Уж чем-чем, а искусством взаимной накрутки они овладели в совершенстве. Давно дружили.

  - Я? — Пип ударил себя в грудь. — Я-то не готов? Я всегда готов, как пионер! Смотри, как это делают настоящие мужики!

  Пип решительно подошел к краю смотровой площадки, где прыгуны приварили к полу несколько железных катушек с эластикой. Пипетка влез в сбрую для прыжков, затянул ремни потуже, проверил карабины. Повернул козырек берета назад и напустил на себя лихой вид.

  - Сынок, лестница там, — махнул он рукой.

  - ААААА!!! — Заорал Пип и с разбегу сиганул вниз. На мгновение ему удалось переорать всех лягушек болота.

  Такая у них была традиция — как минимум раз в год прыгнуть с Дуги.

  Теперь была очередь Зиро. Он упаковал в рюкзак свой драгоценный артефакт и повесил за спину. Подошел к катушкам, надел второй комплект ремней, затянул потуже, проверил карабины. Подошел к самому краю площадки и замер. Мягкий ветерок осторожно ерошил его волосы. Зиро набрал полные легкие весенней свежести и как всегда, перед прыжком, спросил себя: Зиро, мать твою, осознаешь ли ты, что всего один шаг, и все может кончиться? Кончиться, раз и навсегда?

  - Осознаю, — ответил Зиро вслух. — Кончиться, и хрен с ним.

  Он развел руки и ласточкой прыгнул вниз.

* * *

  Пипетка гнал свой 'хаммер' по пустынной трассе, соединяющей город и антенный остров. В салоне ревел бали-фанк, разухабистая музыка бразильских фавел. Пип постукивал по рулю в такт ядреной девичьей читке, такой искренней, какой может быть только музыка, написанная за пару долларов. Зиро прислонился лбом к прохладному стеклу. Он смотрел пустым взглядом в окно, за которым один за другим мелькали столбы в лапше проводов, сигарета в руке превратилась в столбик пепла. Впрыск адреналина, последствие прыжка, подействовал на мозг как ресет на компьютер, полностью очистив от канабинольного энтузиазма. И тяжелая сумка со Светочем на коленях, снова потянула Зиро на дно глубокой болотной депры. Болото за окном мигало огнями, ревело лягушками. Оно было щедро удобрено человеческими жизнями. Оно привыкло к этому. И оно требовало еще.

  Воркуйск-8 получил свое имечко совершенно заслужено. Здесь давно и плотно сидели. В этих карельских болотах, сложились совершенно уникальные климатические условия помогающие сводить в могилу большое количество людей в максимально короткие сроки. Первая каторга возникла здесь еще при Александре Втором, Воркуйском прозвали жандармское поселение при каторге. Потом, когда Россия решила построить новый, лучший мир, Воркуйск превратился в город. В город заключенных. Здесь возник огромный филиал ГУЛАГа, государство в государстве, главный источник рабочей силы для советских строек века. Кто здесь только не сидел, самая широкая статистическая выборка: уголовники, предатели всех мастей, нацмены. Были даже специальные зоны для ученых, здесь страна с большим успехом избавлялись от своего интеллектуального потенциала. Все эти разные люди дружно рыли каналы и мерли тысячами. Но после открытия геомагнитной аномалии Воркуйск решено было слегка перепрофилировать. И так одна часть зеков в сжатые сроки построила город для другой части зеков. Город зеков превратился в город науки. В 1956 году, после указа Хрущева о закрытых городах, к имени Воркуйска приписали цифру 8, черт их знает, почему именно 8, и город навсегда исчез с карт. Это был единственный советский научный город, специализировавшийся на информационных технологиях — отставание от США в этой области было значительным, а до советского руководства хоть и медленно, но дошло, что кибернетика не только буржуазная проститутка, но и способ заставить советские ракеты бить точно в цель. И потому Советская Родина берегла Воркуйск-8 как зеницу ока. В советское время о существовании 'региона В8' даже в политбюро знало всего несколько человек.

  Зиро расстегнул молнию рюкзака.

  - Наверное, он сейчас кучу бабла стоит, — сказал Пипетка, покосившись на фонарь. — То есть, — поправился он, — наверняка.

  - Хрен там! Не продам. В могилу с собой заберу, — сказал Зиро.

  Пипетка бросил на Зиро озабоченный взгляд

  Как бы было здорово избавиться от всех неприятных воспоминаний! Но работы по разработке таблетки от неприятных воспоминаний, насколько знал Зиро, буксовали. Пока выбор был небольшой: либо помнить все — либо ничего не помнить. Так что приходилось как-то с этим жить. Зиро смотрел на свое искаженное отражение в рефлекторе Светоч. Он смотрел в глаза прошлому.

  Светоч делали в Ордена Ленина, Научно-Производственном Объединении Красный Лазер. Подпольно, в свободное от основной работы время. В Красном Лазере занимались серьезными вещами — проектировали и производили тяжелые промышленные и военные лазерные установки. Первый Светоч разработал для своего сына один из ведущих специалистов объединения. Подарок на день рождения, с игрушками в то время было туго. И покатилось. Где один — там и другой — скоро фонарики были у большинства детей города. Каждый вечер детские лазеры раскрашивали ночь. Развлекались они таким образом до тех пор, пока кто-то попал своим лучом в один из американских спутников-шпионов. Спутник принял блик на своих линзах за старт ядерных ракет, о чем и доложил куда следует. Американский офицер, в тот момент сидевший 'на кнопке', вытащил из кобуры пистолет, взвел курок, стиснул зубы, но не нажал. Инцидент получил огласку и в Кремле решили, что в Воркуйске-8 заигрались лазерами. Игры кончились — все фонари изъяли и уничтожили. Зиро до сих пор помнил вкус своих слез, когда он отдал любимую игрушку человеку в форме. КГБ устроило чистку в Красном Лазере, тому Кулибину впаяли срок, на скорую руку сшив дело из 'разглашения', 'нарушение режима', и 'халатности', Он быстро умер в лагере — не выдержал, там не все выдерживали. Светочей хвалились после его смерти. Выяснилось, что в приступе служебного идиотизма их уничтожили все до единого, включая чертежи. Тот изобретатель унес свою тайну в могилу — никто потом так и не смог повторить такую мощь в таком объеме. Так секрет производства 'фонаря лазерного Светоч-1' был утерян.

  Светочи сгинули все, кроме, как оказалось, одного. Отец Зиро как-то обмолвился, что у него на работе завалялся всеми забытый экземпляр. Он случайно его обнаружил, но не заявил. И Зиро (который тогда был никакой не Зиро, тогда его звали, как звали многих советских мальчиков), вцепился в него, как пиявка. В конце концов, страсти по Светочам утихли, а Зиро настолько хорошо себя вел, что не узнавал себя в зеркале. Он приносил из школы пятерки, помогал матери по хозяйству, был вежлив и причесан, короче говоря, отказывал себе во многом. В конце концов, отец дрогнул. 'Ладно' — сказал он, когда Зиро продемонстрировал четвертной табель всего с двумя четверками, — 'зайди ко мне завтра на работу'.

  Даже спустя столько времени, Зиро помнил тот день до мельчайших подробностей. После школы, он пришел к отцовскому институту, попросил скучающего солдатика на проходной, вызвать отца. Солдатик что-то сказал по вертушке, вышел папа, ступая, как всегда, широко и уверенно. В руках его была брезентовая сумка. Он подмигнул сыну и сказал, — 'Паек маме отнеси. Я сегодня задержусь '. Спросил что-то дежурное про школу, потрепал по голове и пошел обратно.

  Зиро летел, как на крыльях. Сердце норовило выскочить из груди. Ура! Пацаны сдохнут от зависти. Как же, теперь Светоч есть только у него. Один-единственный, последний-распоследний. Скорей бы вечер! Он уже успел забыть, каково это, держать космос в своих руках. Ха-ха, да он теперь абсолютный властелин неба! Зиро успел отбежать довольно далеко, когда за спиной грохнуло и он, действительно, полетел. Взрывная волна подняла его в воздух и с размаху впечатала в какой-то старый сарай, так, что он протаранил лбом деревянную стену. (До сих пор голова иногда побаливала.) Он потерял сознание. Очнулся он ночью, в госпитале, и первое, что увидел, белое, как мел, лицо матери. Зиро передернуло. Оно до сих пор стоит перед глазами. Самое страшное, что он видел в жизни.

  Тогда мало кто в Воркуйске-8 жил долго. Смерть постоянно висела над городом, как отравленное радиацией пылевое облако, все они жили с предчувствием близкой гибели. Говорили, они ковали лазерный щит Родины. А может, конструировали спутники. Или логику для ракет. Кто знает? Отец никогда не рассказывал о своей работе. В Воркуйске-8 никто никогда не говорил о своей работе. Можно было говорить о чем угодно, только не об этом. За теми, кто много говорил, ночью приезжали суровые люди в черных автомобилях. Известно было только то, что там никто не выжил. Включая того солдатика на проходной. Взрыв разрушил здание до основания.

  Что его убило? Что они испытывали в тот день? Разве это важно теперь? Кто теперь сможет сказать, что важно, а что нет? — думал разом повзрослевший Зиро на похоронах отца. В тот день даже лягушки заткнулись. Взвод солдат выстрелил в небо. Как будто оно было в чем-то виновато.

  Хоронили они какой-то опечатанный свинцовый контейнер.

  - Эй! Ты где?! — Друг-Пипетка тряс Зиро за плечо.

  - А?

  - Я говорю, в 'Кластер' поедем?

   — Ага. Поехали. Отожжем слегка.

  - Во! — Довольно кивнул Пип. — Это я понимаю. А то насупился, понимаешь, как выпь. Лягушки дохнут.

  Зиро стало легче. Зачем мне эти мрачные мысли, думал он. Какой от них толк? Жизнь продолжается. И не самая хреновая жизнь. Болотная хмарь расселась — они въезжали в город. Промчались мимо поста, охранявшего дорогу на антенный остров; патрульный лениво махнул им жезлом, мол, давайте, проезжайте, не останавливайтесь. Пип вырулил на трехуровневую развязку и развернулся в сторону промышленного сектора города. Над ними, с характерным свистом, пролетел скоростной монорельс на магнитной подушке. Пип гнал по сверкающим неоном улицам ночного города, на которых в честь наступавших выходных было полно народа. Эх, пап, если бы ты видел, во что превратился в наш городок, подумал Зиро. Ты бы очень удивился.


Содержание:
 0  вы читаете: Тень Победы : Константин Аникин  1  002: Битый Кластер : Константин Аникин
 2  003: Утро в мэйнфрейме : Константин Аникин  3  004: Эфирные войны (в реальном времени) : Константин Аникин
 4  005: Буккакэ : Константин Аникин  5  006: Все права защищены : Константин Аникин
 6  007: Новый Прометей : Константин Аникин  7  008: Стрелы Бога : Константин Аникин
 8  009:Инфинити : Константин Аникин  9  010: Дэдлайн доктора Шнобеля : Константин Аникин
 10  011: Тень Победы : Константин Аникин    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap