Фантастика : Фэнтези : Глава 5. : Елена Кондаурова

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу




Глава 5.

Пришла зима, вьюжная и снежная, как и все зимы на севере Ольрии. Долгая череда предзимних праздников, традиционно отмечаемая в Ольрии еще с языческих времен, уже закончилась, и веселая праздничная кутерьма, закружившая Лику в эти дни, канула в лету.

Права была Нея, когда делала ставку на светловолосую рабыню смертельно опасного изгоя. Парни крутились вокруг нее постоянно, но, натыкаясь на холодное равнодушие и плохо скрываемое отвращение, были вынуждены обращать внимание на окружающих ее менее привередливых девушек. И у Неи, и у Дары появилось столько поклонников, что они должны были носить Лику на руках, если бы их одновременно с благодарностью не душила черная зависть. Только Тибун по-прежнему хранил верность Лике, хотя после памятного знакомства с ее хозяином, стал вести себя значительно сдержаннее.

Пилу молодые люди тоже не обходили своим вниманием, но смириться с ее характером был способен далеко не каждый. Сама Пила тоже была не склонна идти на компромисс, ей нужен был сильный, надежный и умный мужчина, с которым она могла бы быть на равных, а остальные могли не беспокоиться.

И, наконец-то, кое-кто из парней заметил Нету, но ее застенчивость, как всегда, помешала ей отреагировать должным образом, и их внимание стало носить оттенок насмешливой снисходительности.

Однажды Лика пришла с посиделок намного позже обычного, и Таш, который по-прежнему дожидался ее каждый вечер, решил выйти и поинтересоваться, что же случилось. Но она разговаривать не пожелала, отвечала на его вопросы неохотно, и при этом прятала от него правую руку, замотанную носовым платком. Вскоре, она, извинившись, ушла в свою комнату. Таш посидел несколько минут в одиночестве, и, выругавшись, пошел за ней. Ему не хотелось давить на нее, но ситуацию следовало прояснить немедленно.

Он подошел к ее комнате и прислушался. За дверью было тихо, наверное, она уже легла. Таш негромко постучал и распахнул дверь. Она сидела на своей кровати и подняла голову, когда он вошел. Таш взял стул, сел напротив нее и сказал:

– Рассказывай.

Она попыталась сопротивляться. Деланно пожала плечами и натянуто улыбнулась. - Что именно?

– Не валяй дурака! Ты знаешь, о чем я. - Таш кивнул на ее руку.

Арилика с безнадежным видом отвернулась от него и начала рассказывать.

– Понимаете, там, на посиделках, один парень есть…

– Как зовут?

– Вача Длинный.

– Ну, знаю, дальше.

– Вы же знаете, что я с Нетой туда хожу. Раньше я с ней все время рядом была, а теперь вокруг меня постоянно Тибун крутится, то на танец пригласит, то с гитарой привяжется. В общем, с недавних пор этот Вача начал к Нете приставать. При всех, представляете? То ущипнет, то зажмет ее в углу. А она же безответная! Она ему слова сказать не может, и меня рядом нет. Ее обычно Пила защищала, а сегодня… - Арилика чуть помолчала, а потом повернулась к нему и решительно продолжила: - А сегодня Пила почему-то не пришла, а меня задержали, и я думаю, что нарочно. Но у них ничего не вышло, я не осталась и не стала ждать Тибуна, чтобы он меня проводил. Пошла одна. А когда стала подходить к дому, смотрю, у Нетиного дома кто-то возится. Я остановилась, прислушалась, вроде, как голос Неты. Подошла посмотреть, и вижу, что этот… - Рил остановилась, чтобы не выругаться. - Это ничтожество…Он прижал ее к забору, расстегнул на ней платье и лапает ее. А она даже не кричит, только поскуливает, как щенок. Если бы не я, он бы ее, наверное…

– А ты что?

– А я, - тут Рил немного смутилась, - я не знаю, как это у меня получилось, но я сломала ему нос. По-моему. А еще дала ему в глаз и,… ну, в общем, между ног. Вот. Нета убежала, а он сказал, что, если бы я не была твоей рабыней, то он бы меня убил.

– А ты?

– А я сказала, что пусть радуется, что я не убила его.

Таш не знал, злиться ему или смеяться над ее рассказом. Этот Вача работал на Крока и был парнем с характером. Интересно, как он переживет то, что девка набила ему морду? И вообще, как это у нее получилось?

– Покажи руку! - потребовал он.

Арилика развязала платок и протянула ему руку. Таш взял ее и недоумение его только усилилось. Маленькая узкая ладонь, тонкое запястье, длинные нежные пальцы - как этим можно было сломать кому-то нос или дать в глаз? Тем не менее, кожа на пальцах была стесана почти до кости, а сами пальцы уже начали распухать. Таш не стал ломать голову над тем, действительно она это сделала, или нет, завтра и так все станет ясно, а пошел за мазью и бинтами. Надо было обработать рану.

На следующий день он пошел к Ваче в гости. Вача был из местных, изгоем не был, и жил с родителями. Такую профессию он выбрал себе сам, никакой необходимости у него в этом не было. Он вполне мог бы жить честно, зарабатывать себе на жизнь, плотничая, как его отец, но не захотел. Его родители все еще надеялись, что он одумается, и не прогоняли его. А значит, его пока принимали и все остальные, несмотря на его занятие.

Дверь Ташу открыл сам Вача и, глядя на него, Ташу захотелось засмеяться, потому что выглядел он, как после хорошей драки. Его нос действительно был сломан, или Таш ничего не понимал в сломанных носах, а под правым глазом красовался роскошный синяк. При виде Таша Вача, несмотря на свою, уже ставшую притчей во языцех, наглость, несколько смутился. Таш же невозмутимо прошел мимо него в дом, и Ваче ничего не оставалось, как последовать за ним. Его родителей дома не оказалось, но это было к лучшему: можно было не церемониться. Таш по-хозяйски уселся за стол в горнице и очень спокойно спросил:

– Это кто тебя так?

Наглость тут же дала о себе знать.

– А кому какое дело? - Ощетинился Вача, усаживаясь напротив Таша.

– Мне есть дело, раз спрашиваю.

– Я ее не трогал! Не знаю, что она там тебе наплела!

– А я в этом не уверен. - Голос Таша по-прежнему ничего не выражал, и, тем не менее, Вача начал оправдываться.

– Она сама в мои дела влезла! Подумаешь, пощупал ее подружку. Ничего бы я ей не сделал! - Чем дальше, тем сильнее Вача заводился. - А она накинулась на меня, как сумасшедшая! Да если бы она не была твоей рабыней, я бы ее прибил! Тебе ее надо на цепи держать, чтобы на людей не бросалась!

После этих слов Вача вместе с табуреткой отлетел к противоположной стене и рухнул на пол. Таш подошел к нему, парень был в сознании и попытался уползти, но Таш не стал его добивать. Только наклонился к нему и сказал:

– Еще раз увижу в Закорючке - прибью.

И ушел. И, если он еще хоть что-то понимал в своих собственных ударах, то у Вачи теперь, вдобавок ко всему прочему, была сломана еще и челюсть.

За этим, в сущности, не столько значимым, сколько неприятным, по мнению Лики инцидентом, последовали события, которых она при всем желании не смогла бы предвидеть в тот момент, когда ломала Ваче нос. А если бы смогла, то сделала бы все, что угодно, только бы исправить то, что она, по недомыслию, натворила.

Прибежавшая домой вся в слезах и в разорванном платье Нета, конечно же, была вынуждена рассказать обо всем, что произошло, своим хозяевам. И они, люди очень пожилые, сделали из этого свои выводы. Они решили, что Нету необходимо как можно скорее выдать замуж, пока не пошли сплетни, иначе ее шансы на семейную жизнь становились совсем призрачными.

И с оханьем, стенаниями и плачем, они отдали ее какому-то дальнему родственнику своих знакомых, который согласился ее взять, позарившись на небольшое приданное, выделенное ей сердобольными хозяевами.

Лика вместе с Пилой присутствовала на венчании, и была не в состоянии удержать злые слезы, безостановочно катившиеся из ее глаз. Своей обострившейся в последнее время из-за чувства вины интуицией она ощущала, что муж Неты не то, что не любит ее, она вызывает в нем отвращение, и перед глазами Лики вставали картины такой семейной жизни маленькой вандейки, от которых волосы вставали дыбом. И, похоже, не у нее одной.

Мрачно молчавшая во время церемонии Пила, как только они вышли из храма, вынесла свой вердикт:

– Да, не повезло нашей королеве с мужиком! А ты еще удивляешься, почему я не хочу замуж! - Хотя уж кто-кто, а Лика этому совершенно не удивлялась.

Молодые зажили в маленьком домике, который Кивену (так звали мужа Неты) помогли купить родственники, и который они обставили на приданное Неты. Какое-то время они устраивались, а потом молодой муж устроился в лавку приказчиком, и Нета стала приходить в гости к прежним хозяевам и, разумеется, к Лике. На вопросы подруги о том, как она живет, Нета неизменно отвечала, что хорошо, но вид у нее при этом был такой несчастный, что даже Пила не решалась выспрашивать подробности, и, уж тем более, подшучивать.

Как-то, спустя недели три после свадьбы, Нета не показывалась у Лики три дня подряд, и подруги забеспокоились. Отпросившись у Дорминды, они пошли навестить свою замужнюю подружку, и, как только она открыла им дверь, поняли, почему она не приходила.

Лицо Неты представляло из себя сплошной синяк, на шее красовались следы от пальцев, а левое запястье было замотано тряпкой. Под сочувствующими взглядами подруг Нета совсем смутилась, и забормотала что-то о том, как она поскользнулась и упала. А также о том, что им лучше уйти, потому что Кивен скоро придет обедать. Пила, не считая нужным возражать избитой подруге, просто молча отодвинула ее от двери и прошла в дом. Лика не менее решительно последовала за ней.

Усевшись за кухонным столом, Пила потребовала:

– Ну, давай, рассказывай, что тут у тебя творится!

Нета, не зная куда девать разукрашенное лицо, горячо заговорила о том, что это она сама виновата, что хозяйка из нее никудышная и т.д. Пила подняла руку, останавливая этот поток.

– Так, с чего ты взяла, что ты плохая хозяйка? Мне Лика уже все уши прожужжала, что у тебя все получается лучше, чем у нее, и что она никогда не научится делать женскую работу так, как ты! Что конкретно настолько не устроило твоего мужа?

Нета мучительно покраснела сквозь синяки.

– Суп.

– Так. А еще?

После этого вопроса Нета вообще опустила голову и замолчала.

Тут хлопнула входная дверь, и из прихожей послышался шум. Нета, встрепенувшись, резко сорвалась с места и бросилась туда.

– Что ты там копаешься, дрянь? - Прозвучал недовольный голос Кивена. - А ну-ка, помоги сапоги снять! Да что ты возишься, дура бестолковая! - Звук удара и грохот упавшего ведра.

Через пару секунд он вошел на кухню и замер, с неудовольствием глядя на сидящих там девушек.

– А вы что здесь забыли, барышни? - Холодно поинтересовался он, даже не поздоровавшись. - Нета теперь замужняя женщина, ей некогда с вами лясы точить. Так что ступайте-ка вы отсюда подобру-поздорову, нечего ее с пути истинного сбивать!

Пила, чье ольрийское воспитание не позволяло ей вмешиваться в супружеские отношения, встала и молча направилась к выходу. Но, как выяснилось минутой позднее, Лике, обычно мягкой и всеми способами избегающей конфликтов Лике, глубоко плевать на все ольрийские обычаи вместе взятые. Она взяла со стола нож, медленно встала и подошла к Кивену почти вплотную.

– Если ты еще раз, сука, хоть пальцем ее тронешь, я тебя порежу!

Пила и Нета, не ожидавшие от нее ничего подобного, остолбенели, а Кивен презрительно хмыкнул:

– Ты, пигалица? - Он оглядел ее с высоты своего роста. - Если бы не твой хозяин, я прибил бы тебя прямо здесь, и ничего бы мне за это не было!

Вообще-то Лике в тот момент и в голову не пришло прикрываться Ташем, но, после того, как Кивен сам напомнил о нем, она решила не стесняться.

– А если я ему нажалуюсь, от тебя мокрого места не останется!

Кивен ухмыльнулся и сплюнул на чисто вымытый пол.

– Да ничего он мне не сделает! Никто не будет встревать между мужем и женой, цыпа!

Лика подняла на него такой бешеный взгляд, что Пила, быстро сообразив, что дело пахнет керосином, схватила свою чрезмерно агрессивную подругу за рукав и с силой потянула вон из дома.

К счастью, Дорминда уже ушла, когда они вернулись, потому что Пиле совсем не улыбалось объяснять ей, почему Лика находится в таком… неуравновешенном состоянии. Сама Пила тоже была далека от спокойствия, и потому решила, что им обоим не помешает выпить чего-нибудь… расслабляющего. Она по-хозяйски прошла на кухню, немного покопалась на полках и с довольным возгласом выудила оттуда большую бутыль с вином. Налив два полных стакана, она протянула один Лике, нервно нарезающей по кухне круги. Та залпом, не глядя и не чувствуя вкуса, выпила, и наконец-то бросила свое бесполезное занятие, усевшись за стол напротив Пилы.

– Пила, скажи мне, ей, правда, никак нельзя помочь?

Ответ Пилы был кратким и очень емким.

– Нет.

– И даже Таш ничего не сделает?

Пила пожала плечами.

– Вряд ли он станет вмешиваться. Кто она ему? Нет, Кивен прав, никто не захочет вставать между мужем и женой. Богиня не велела, да и неблагодарное это занятие!

– Тогда я сама его прибью! - Мрачно пообещала уже слегка опьяневшая Лика.

Пила налила еще вина.

– А кормить ее кто будет? Ты?

Вопрос был чисто риторическим.

– Но неужели ничего нельзя сделать? - Простонала Лика.

– Ну, почему же? - Пиле во хмелю сам змей был не брат. А вино оказалось крепким и накрывало так, что дай боже. - Можно к ведьме сходить, пусть приворотное зелье сварганит! - Пила пьяно хихикнула. - По-моему, моя мачеха к ней точно наведывалась, судя по тому, как она сейчас из отца веревки вьет!

– Шутишь? - Удивилась Лика. - Здесь, что, правда, есть ведьма?

– А ты что, не знала? Она живет рядом, на соседней улице, крайний дом. Да ты ее видела! К ней со всего Олгена бабы шастают мужиков привораживать!

– И как, помогает?

– Еще как! Она же зарестрированная, у нее и бумага из храма есть. Все чин чином!

– Тогда это идея! - Тут же загорелась энтузиазмом Лика. - Пошли!

– Эй, ты чего, прямо сейчас хочешь идти?

– А чего тянуть? - От всей пьяной души возмутилась подруга. - Пока мы будем

ждать, он ее вообще убьет!

– Тоже правильно. - Согласилась Пила, разливая остатки вина по стаканам и мимоходом удивляясь, что оно так быстро кончилось. Лика встала, слегка пошатываясь, сбегала за плащами и деньгами, и они, поддерживая друг друга, направились к ведьме.

Жизнь давно отучила Далиру чему-либо удивляться, и уж две хорошо набравшиеся девушки в любом случае не смогли бы вызвать у пожилой женщины это забытое чувство. Тем более что пришли они за тем, за чем обычно приходили в этот дом все женщины. Разве что, светленькая показалась Далире на секунду странной, но не более того. Поэтому она спокойно начала делать свою обычную работу. Сначала расспросила, что и как, потом насыпала трав в котелок, и приступила к самому важному. Для того чтобы зелье получилось, надо добавить в него немного удачи, которую она обычно забирала у клиенток. А чего они хотели, за все надо платить! Далира внимательно оглядела девушек и протянула руку к брюнетке, потому что светлая на тот момент показалась ей еще более подозрительной, чем вначале. Но сделать то, что она планировала, ей не удалось. Пьяная в дым блондинка со всей дури двинула ее по руке.

– Ты, старая корова, назгул тебе в задницу, не смей ее трогать!

Далира зашипела от боли, с ужасом осознав, что получила не только по руке.

– А ну, пошли вон отсюда! - Неожиданно истерически завизжала она, в первый раз в своей жизни по-настоящему испугавшись. Все ее чувства кричали ей о том, что эта девчонка может, не особенно напрягаясь, развеять ее в пыль.

– Как пошли? А зелье? - Возмутилась брюнетка, даже не догадываясь, чего она только что избежала.

– Пусть она тебе зелье варит! - Отрезала Далира, напирая на них всем своим немаленьким телом и подталкивая к выходу.

– Слушай, чего она так разоралась? - Уже дома недоуменно спросила Пила, распечатывая еще одну бутыль вина. - Из-за того, что ты ее огрела, что ли?

– А нечего к тебе руки тянуть! - Агрессивно заявила Лика. - Еще раз потянет, я ее так шарахну, что костей не соберет!

– Да ты ее и так не хило шарахнула! - Восхитилась Пила. - Ни разу не видела, чтобы она так разорялась!

– А то! - Пьяно хихикнула Лика. - Сдавайся, ведьма, ночной дозор!

– Да, все это, конечно, здорово, - сказала Пила, опрокидывая очередной стакан, - только где мы теперь приворотное зелье возьмем?

– Да-а! - Снова расстроилась Лика. - Бедная Нета!

– Слушай, а как там она сказала? Пусть тебе твоя подруга зелье варит?

Лика честно попыталась вспомнить, но у нее не получилось.

– Ну…

– Так, может, она в тебе силу углядела, и ты тоже сможешь зелья варить?

Вот это Лика поняла хорошо.

– А что, и смогу! - С пьяной уверенностью заявила она, и начала шарить по кухне в поисках необходимых ингредиентов.

На пол посыпались пучки трав, которые Дорминда хранила здесь на всякий случай. Она отобрала некоторые из них и довольно улыбнулась.

– Так, то, что надо!

Набрала в кастрюльку воды из стоящей в углу бочки, предварительно расплескав половину и не обратив на это никакого внимания, поставила на огонь. Магическую зажигалку Таш ей все-таки купил, и с его разведением даже у пьяной Лики проблем не возникло. За время, пока вода закипала, она старательно крошила сухую траву ножом, что-то бормоча себе под нос. Пила не вмешивалась, не забывая, однако, наливать вина себе и подруге.

Вода закипела, и травы отправились в кастрюлю. Варево побулькало минут пять, и Лика решительно сняла его с огня и поставила на стол.

– Теперь самое важное! Наговор!

Она наклонилась над котелком, и куда подевался хмель? Движения стали плавными и уверенными, на лице и в глазах не было заметно и следа опьянения.

Неуклюжие стихи полились, вводя в транс и ее, и совершенно обалдевшую от такого поворота Пилу.

Серая вода, чужая беда,

Ненависть подлая,

Змея подколодная,

Покинь сердце холодное!

А у белых ворот

Конь копытом бьет,

И со светлых дорог

Молоко течет.

Уходи впотьмах,

Позабудься, страх!

Прячься в темных углах,

Не блести в глазах!

Там у синего бога

Стоит любовь у порога

И тем, кто не спит,

Прямо в душу глядит.

Подними свой взгляд,

Приходи в мой сад,

В тишине ночной

Загляни в окно.

Там горит свеча,

Свет блестит в очах.

Там опять не спят,

Там рядком сидят.

Связанные - не развяжутся,

Скованные - не расцепятся,

Молодые други, светлые супруги

Неотанна с Кивеном!

Лика дунула на отвар, и глаза ее на мгновение засветились зеленым светом, впрочем, Пила не была на сто процентов уверена в том, что это было наяву, а не показалось ей с пьяных глаз.

Лика подняла голову.

– Ну, что, идем?

– Куда?

– Как куда? К Нете, конечно!

– Эй, подруга, а ты, что, не помнишь, как нас с тобой сегодня оттуда выперли?

– Ничего! - Лика была уже в таком состоянии, что ей было море по колено. - Скажем, что пришли мириться и покажем бутыль! Я не знаю ни одного мужика, которого нельзя было бы соблазнить дармовой выпивкой!

– Ну, это да. А вот как ты собираешься подсунуть ему свое зелье?

– В вино добавлю, разумеется! - Лика уже вытащила еще две бутыли и начала отливать от каждой понемногу. Потом взяла кастрюльку и щедро разбавила вино своим варевом.

– Эй, слушай, а нам же тоже придется пить?

– Само собой! - Пожала плечами Лика, снова затыкая бутыли.

– А мы случаем, того, не влюбимся в Кивена? Или он в нас? - Пилу даже передернуло от такой перспективы.

– Не-а! - Беспечно мотнула головой Лика. - Я же только их имена назвала, так что нам с тобой, подруга, ничего не грозит!

– Ну, если так, тогда пошли!

Как они добрели до дома Неты, Пила позже не смогла отчетливо вспомнить. Все было, как в тумане. Только уже у самого дома голова несколько прояснилась, и это было очень кстати, потому что Кивен, как того и следовало ожидать, был не очень-то рад их видеть. Но Лика оказалась права, и при виде двух приличного размера бутылей, он все-таки сменил гнев на милость.

В общем-то, Кивен оказался не таким уж плохим парнем, или Пиле просто показалось это спьяну? Во всяком случае, посидели они душевно. Лика развлекала всех своим пением, а немного погодя возмутилась, что поет в одиночестве, и к ней присоединились все остальные. Страшно представить, что получилось. Кивен был очень милым, улыбался и подливал барышням вина, не забывая и свою жену. В результате все прилично нахрюкались, и Пила как-то упустила момент, когда все началось. Очнулась только тогда, когда Кивен уже стоял перед Нетой на коленях и клялся в вечной любви. Похоже, для Неты это тоже было неожиданностью, потому что она шарахнулась от него, как мышь от дикого кота. Пиле даже показалось, что, если ее муж будет настаивать на своих чувствах еще мгновение, то она спрячется от него под стол. К счастью, Кивен настаивать не стал, просто беспомощно сложил руки и опустил голову, а по его пьяному лицу потекли слезы. Нета, не выдержав такого зрелища, нерешительно вышла из своего угла, подошла к непутевому мужу и погладила по голове. Тот начал жадно целовать ее руки, но тут Пилу потянула за собой Лика, и она не увидела, что было дальше.

Обратная дорога, кстати, запомнилась еще хуже, чем дорога туда.

Вернувшийся вечером домой Таш обнаружил на кухне полный разгром и следы попойки, а также совершенно пьяную Рил, безмятежно спящую в верхней одежде на неразобранной постели. Первым делом он избавил свою рабыню от одежды, не от всей, разумеется, иначе никакого самообладания не хватило бы. А так дело обошлось всего несколькими украденными поцелуями. Ну, да, он же вор, значит, имеет право! И совесть могла заткнуться и валить на все четыре стороны!

Потом вернулся на кухню и навел там порядок, чтобы скрыть следы преступления от бдительной служанки.

Потом пошел к себе, хотя закрытая дверь Рил тянула его к себе, как магнит.

Он разбудил ее на рассвете, незадолго до того времени, когда обычно приходила Дорминда.

Просыпаться она не хотела. Хныкала и стонала от головной боли, до тех пор, пока Таш почти насильно не влил в нее кружку рассола. Только после этого она открыла глаза и огляделась.

– Ну, и в честь чего вчера был праздник? - Поинтересовался он. - И с кем, кстати?

– С Пилой, конечно! - Ответила Рил, страдальчески морщась.

Таш молча протянул ей простоквашу, в которую намешал много всяких ингредиентов, и это было то самое знание, которое давал только богатый жизненный опыт. Она отпила несколько глотков и поморщилась, на вкус эта дрянь была намного хуже, чем ее вчерашнее зелье, но в голове сразу прояснилось. И она продолжила пить маленькими глотками, между делом рассказывая о вчерашнем визите к Нете, который произвел на нее такое тяжелое впечатление.

– Ты бы видел ее лицо, Таш! Ой, то есть вы! - Она смутилась, но мающийся похмельем мозг наотрез отказывался выдавать вежливые фразы. Рил подозрительно быстро смирилась с этим вопиющим нарушением основных устоев ольрийской жизни и продолжила. - Она была еще хуже, чем я, когда ты меня купил! Я так разозлилась! Мы с Пилой пришли домой, и она, чтобы меня успокоить и успокоиться самой, достала вино и мы напились.

– Вот дуреха! - Насмешливо улыбнулся Таш. - Нашла из-за чего переживать! Сказала бы мне, и все дела!

– Я хотела, но Пила рассоветовала. Сказала, что ты связываться не захочешь.

– В принципе, она права. Ради кого другого и не захотел бы. Но ради того, чтобы моя рабыня окончательно не спилась, я готов на все!

Рил возмущенно взвизгнула и швырнула в него подушкой. Он легко поймал и бросил ее обратно. Рил хотела уклониться, сделала резкое движение и снова застонала от боли, сжав виски ладонями.

– Итак, вы напились, и все? Не рассказывай мне сказки, Рил, я ни за что не поверю, что ты просто оставила все, как есть!

– Не оставила! - Вынуждена была согласиться Рил. - Мы пошли к Далире за приворотным зельем.

– О, пресветлые боги, Рил! Какой же ты еще ребенок! - Кому, как не Ташу, в течение десяти с лишним лет проохотившегося на всякую магическую нечисть, было знать, что "чистое" зелье работало в одном случае из десяти, а варить "грязное" таило в себе опасность нарваться на неприятности с храмом. Поэтому чаще всего ведьмы просто морочили головы тем, кто за ним обращался.

– Ничего не ребенок! - Надулась Рил. - Оно, между прочим, помогло! - Рил решила не уточнять, кто именно, в конце концов, сварил это змеево зелье. - Мы добавили его в вино и снова пошли к Нете. Что там было, я уже смутно помню, но, по-моему, у них все наладилось. Вот.

Вот.

– Ну, и хорошо! Наладилось, так наладилось. - Не стал спорить Таш, поднимаясь со стула. - Ты вот что, сейчас ложись и досыпай. Дорминде я скажу, что ты вчера что-то не то съела и всю ночь животом промаялась, так что приставать она к тебе не будет.

– Ой, Таш, неудобно! - Заныла Рил. - Там столько работы, надо помочь!

– Так, молчать тут у меня! - Гаркнул Таш. - Я тут хозяин, или кто? Ты мне нужна веселая и здоровая, а не бледная и полудохлая, так что изволь выполнять приказ!

Строгого голоса Таша испугался бы кто угодно, во всяком случае, на его учеников он производил неизгладимое впечатление, но Рил он абсолютно не подействовал. Или это хмель из нее еще не весь выветрился? Когда он был уже у дверей, она его окликнула.

– Таш!

– Что?

– Спасибо!

– Пожалуйста!

Дверь хлопнула так, что чуть не сорвалась с петель, но Рил только улыбнулась на это, и, сладко потянувшись, закрыла глаза.

Таш прождал Дорминду, которой именно сегодня приспичило задержаться на рынке, где-то около часа, и, конечно же, к Самконгу опоздал.

Явился он, когда все уже разошлись по своим делам, и только его старый друг сидел, обложенный со всех сторон бумагами в своем кабинете, и ждал его, как в старые добрые времена.

– Что-то случилось? - Спросил он вместо приветствия, поднимая глаза от бумаг.

– Да нет. - Таш прошел к столу, уселся в глубокое кресло и глубокомысленно изрек: - Задержался.

– И когда такое случилось в последний раз? - Поинтересовался Самконг. - Согласись, было бы глупо с моей стороны надеяться на то, что ты просто проспал!

– А куда ты моих парней отослал? - Не стал комментировать свои действия Таш. - На площадке я их не видел.

– Скажи спасибо, - Самконг был вежлив, как удав, - что твоих парней согласился взять Франя, чтобы преподать им несколько уроков по своей специальности. Так сказать, для общего развития. Потому что, пока тебя не было, они сначала чуть было не разнесли весь двор, а потом ввязались в драку с охраной.

Таш пожал плечами. А чего еще от них ожидать? Его пацаны сейчас как щенки, уже не дети, но еще и не взрослые. Силы много, а ума - не очень. Надо же им куда-то сбрасывать лишнюю энергию! А те парни, что постарше и посдержаннее, приходят позже, у них занятия обычно начинаются после обеда. Странно, что Самконг не в курсе происходящего. Или в курсе, но предпочитает делать вид, что ничего не понимает?

– Ты мне так и не ответил, почему опоздал, Таш! - Самконг по-прежнему спокойно во второй раз выразил желание узнать причину опоздания, хотя еще с юности знал, что, как правило, это может быть весьма и весьма чревато. Все знали, что один раз Ташу можно задать любой вопрос, но, если он на него не отвечал, за второй попыткой могли последовать неприятности, и исключений он не делал ни для кого. Если уж чего Таш и не терпел даже от друзей, так это вмешательства в свою личную жизнь.

И сейчас он поднял глаза и внимательно посмотрел на своего лучшего друга. Мгновение он колебался, но потом неожиданно засмеялся.

– Всего лишь приводил в чувство свою рабыню! Снимал похмелье, если точнее!

С Самконга мигом слетела вся напускная вежливость.

– Чего? Рил напилась? Рил?! Друг мой, ты плохо влияешь на свою рабыню! - Самконг откинулся в кресле.

– Моя служанка постоянно обвиняет меня в том же самом! - Заметил Таш.

– Умная женщина! - Согласился Самконг. - Но скажи на милость, за каким змеем тебе понадобилось поить Рил?

– Мне? - Оскорбился Таш. - За кого ты меня принимаешь? Мне, слава богине, пока еще нет нужды женщин спаивать! Это она сама на пару с подружкой от души накушалась, потому что, видите ли, расстроилась!

– И кто же этот несчастный, которому так не повезло? - Развеселился Самконг. - Опять Вача? Надеюсь, шею она ему набок не свернула?

– Нет, Вача здесь не при чем! На этот раз в немилость впал муж ее подружки, Неты, насколько я помню. Похоже, что этот парень не в состоянии держать свои шаловливые ручонки подальше от личика своей жены. Уж не знаю, чем она ему там не угодила, но раскрасил он ее знатно. А у Рил, сам понимаешь, какие воспоминания возникли. Конечно, она расстроилась.

– Вот глупая баба! Нашла из-за чего переживать! Надо было тебе на него настучать, ты бы растаял и вбил того придурка в землю. По уши. - Не удержался Самконг

– Можно подумать, ты бы не растаял! - Огрызнулся Таш. - Но лично я никуда идти не собираюсь! Пошлю пару ребят поумнее, пусть разберутся.

– И правильно! - С преувеличенным энтузиазмом поддержал Самконг. - Пусть все знают, что нефиг твою рабыню расстраивать, а то можно и огрести!

– Да ну тебя! - В сердцах плюнул обычно невозмутимый Таш и пошел на тренировку. Мало ему Франиных шуточек?!!!

Пила пришла к Лике ближе к вечеру, бледная и недовольная, как сотня змеевых прислужниц. Лика к тому времени уже выспалась, пришла в себя и была готова к новым подвигам, чего нельзя было сказать о ее подруге.

– Слушай, ты прямо, как огурчик! - Мрачно позавидовала Пила. - Хотя вроде пила не меньше, чем я. Если, конечно, не больше, тут уж я не поручусь!

– Да ну, какое там меньше! - Засмеялась Лика. - Видела бы ты меня с утра, клянусь, нежить рядом не стояла! Спасибо хозяин меня рассолом отпоил и выспаться разрешил. Даже Дорминде соврал, что я отравилась, так что она ко мне не приставала!

– Слушай, золотой у тебя хозяин, Лика! Мне, что ли ему в рабство продаться? А то меня родня как начала с утра доставать, я чуть на тот свет не отправилась! Тут и так тошно, а еще они со своими нотациями. Ладно, отец, поворчал и ушел, а Тата весь день меня пилила. Все грехи припомнила, и все свела к тому, что мне срочно нужно замуж, иначе я сопьюсь!

– Интересно, как там Нета? - Этот вопрос мучил Лику весь день. - Я, надеюсь, мне не приснилось, что он ей руки целовал? Или это у меня уже крыша поехала?

– Ага, на почве систематического беспробудного пьянства! - Хмыкнула Пила. - В таком случае, крыша поехала у нас обеих, потому что я это тоже помню.

– Слава богине! - Облегченно вздохнула Лика. - А то я весь день боялась, что мне все приснилось. Хотя, кое-что лучше бы приснилось!

– Это ты про то, как ты зелье варила? - Хитро улыбнулась Пила. - Не бери в голову, подруга! Ты была великолепна! Далира тебе и в подметки не годится, не зря она тебя сразу так невзлюбила! Наверное, конкурентку почуяла!

– Пила, не надо! - Взмолилась Лика. - Я сама не знаю, что на меня накатило! Ты не говори никому, ладно? Я со стыда умру, если меня об этом начнут спрашивать, а Дорминда мне вообще голову открутит!

– Да, эта может! И как ты ухитряешься с ней ладить? Я бы уж давно расплевалась! А что касается того, чтобы рассказывать про тебя, так я не имею привычки подруг закладывать. И потом, мы же не знаем наверняка, подействовало твое зелье, или нет! Надо бы, конечно, сходить поинтересоваться, но, ты уж извини, я сегодня туда ни ногой. Мне вчерашнего визита за глаза хватило. Да и потом, если мы заявимся сегодня, мы и не поймем ничего, потому что мордашка у Неты такая красивая, что добавил он ей за пьянку или нет, просто так не определишь! А вот если через пару дней ее синяки зеленеть начнут, значит, у нас получилось. Вернее, у тебя.

– Да, это верно. - Вынуждена была согласиться Лика. - Придется подождать.

– Послушай, - после недолгого молчания заговорила Пила, - а ты совсем не помнишь, как ты это зелье сварганила?

– А что, оно тебе нужно? - Обернулась Лика.

– Да понимаешь, рано или поздно, меня все равно замуж сбагрят. И, скорее всего, рано. Не хотелось, знаешь ли, вляпаться во что-нибудь… эдакое. Как Нета, например.

Лицо Лики вдруг стало жестким, как будто сквозь привычные девические черты глянул совершенно другой человек. Женщина. Много пожившая и много повидавшая на своем веку.

– Нет. - Твердо сказала Лика. Все-таки Лика. - Я не дам испортить тебе жизнь. Только не тебе. - Она с мрачной решимостью взяла со столика расческу и подошла к Пиле. - Повернись ко мне спиной!

Та послушно повернулась, и Лика резким движением сорвала с ее головы вышитую повязку. Традиционный узел волос, удерживаемый ею, распался, и роскошные черные прямые пряди водопадом потекли по плечам Пилы. Лика нежно провела по ним гребнем, любуясь их тяжестью и блеском, и тихо зашептала:

В синем бурьяне

На белой поляне

Ходит, бродит пастух,

В ком сияет дух.

Там в сыром бору

Вдаль бежит ручей

Приходи сюда,

Если ты ничей.

Если губ твоих

Не коснулась страсть,

Приходи сюда,

Здесь легко пропасть.

Раствориться сном

В ледяной воде,

И тогда судьба

Подойдет к тебе.

Я спрошу судьбу,

Что несешь в руках?

Только горсть золы,

Светлой жизни прах.

Лика наклонилась над самой макушкой Пилы, над тем местом, где у грудных детей бьется родничок, и последние строчки прошептала прямо туда. Волосы Пилы на мгновение засветились голубоватым огнем, который потом рассыпался мелкими искрами.

Шепотом тихим я счастье зову,

Пусть подойдет, тихо склонит главу,

Светлая будет судьба у тебя.

Сила моя охраняет любя.

Потом выронила расческу и тихо опустилась на пол рядом со стулом, на котором сидела ее подруга. Пила еще пару минут провела в трансе, уставившись в одну точку, а потом вздрогнула и очнулась. Увидела лежащую на полу Лику, подскочила, захлопотала вокруг нее, хлопая по щекам и брызгая в лицо водой. К счастью, та скоро пришла в себя, не позволив своей подруге, как следует впасть в отчаяние.

На посиделки они в этот день дружно не пошли, оправдывая себя тем, что там не место двум калекам.

Вернувшийся довольно поздно Таш застал их обеих за чаепитием и разговором, то и дело прерываемым тихим смехом. Он подозвал Рил, негромко сказал ей пару слов, после чего ушел переодеваться. Пила засобиралась домой, Лика решила проводить, и только у калитки, сочла возможным поделиться с умирающей от любопытства подругой новостями. Подозрительно блестя в темноте глазами, она сказала, что за Нету теперь можно не беспокоиться. С ее мужем побеседовали, он осознал всю глубину своих заблуждений, и теперь будет обращаться с женой со всей возможной вежливостью.

Пила несколько минут помолчала, а потом сделала из всего этого неожиданный для Лики вывод насчет мотивов поведения ее хозяина.

– Он к тебе точно неровно дышит! - Уверенно выдала она. - Это же как нужно с ума сходить, чтобы добровольно в такое дерьмо сунуться!?

– Да ладно тебе! - Лика покраснела так, что даже в темноте было заметно, но тем не менее моментально поняв, о ком идет речь. - Неправда это! Он просто… благородный, вот!

– Ага! - Хмыкнула Пила. - Ты еще вспомни, какой подарок тебе этот благородный на предзимники сделал! На это никакого благородства не хватит!

Таш действительно подарил ей кошелек с золотом, и его было там ровно в пять раз больше, чем Пиле подарил родной отец, который был отнюдь не бедный, и ровно в полтора раза больше того, что получил Какон за свою побитую рабыню. Пила потом помогала ей потратить это золото так, чтобы Дорминда ни о чем не догадалась.

– Да ну тебя! - Окончательно смутившись, Лика чмокнула на прощанье свою слишком откровенную подругу, и сбежала от нее в сад.

– Ну-ну! - В очередной раз хмыкнула ей вслед Пила, которой было страшно интересно, до каких пор будет продолжаться это хождение вокруг да около и чем оно, в конце концов, закончится.


Содержание:
 0  Там, за синими морями… : Елена Кондаурова  1  Глава 1. : Елена Кондаурова
 2  Глава 2. : Елена Кондаурова  3  Глава 3. : Елена Кондаурова
 4  Глава 4. : Елена Кондаурова  5  вы читаете: Глава 5. : Елена Кондаурова
 6  Глава 6. : Елена Кондаурова  7  Глава 7. : Елена Кондаурова
 8  Глава 8. : Елена Кондаурова  9  Глава 9. : Елена Кондаурова
 10  Глава 10. : Елена Кондаурова  11  Глава 11. : Елена Кондаурова
 12  Глава 12. : Елена Кондаурова  13  Глава 13. : Елена Кондаурова
 14  Глава 14. : Елена Кондаурова  15  Глава 15. : Елена Кондаурова
 16  Глава 16. : Елена Кондаурова  17  Глава 17. : Елена Кондаурова
 18  Глава 18. : Елена Кондаурова  19  Глава 19. : Елена Кондаурова
 20  Глава 20. : Елена Кондаурова  21  Эпилог. : Елена Кондаурова
 22  Использовалась литература : Там, за синими морями…    



 




sitemap