Фантастика : Ужасы : Убить мертвых : Танит Ли

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13

вы читаете книгу

Здесь, в Городе Мертвых, суждено сойтись в поединке «убийце призраков» Парлу Дро, юной безжалостной мстительнице Сидди и «черному менестрелю» Миалю...

Здесь МЕЧТАЮТ УМЕРЕТЬ — а принуждены УБИВАТЬ!..

Валентине

Глава 1

— Силни, мы в опасности!

Тени ничего не ответили.

С горы вела единственная дорога — крутая, извилистая, отливающая в сумерках синей сталью. Примерно десятью милями ниже перевала она неохотно выравнивалась и сворачивала в горную долину, где росли деревья и жила своей жизнью большая деревня. За полмили от нее дорога изгибалась, чтобы обогнуть стены странно покосившегося дома.

Вокруг этого дома тоже росли деревья. Их корни уходили глубоко в землю, под фундамент, стремясь добраться до источника, питавшего колодец во внутреннем дворе, сразу за железными воротами. Со временем корни деревьев накренили дом. Стены его пошли причудливыми трещинами, темно-зеленый плющ затянул их сплошным ковром. Однако в северной части дома кое-что стойко сопротивлялось времени — трехэтажная каменная башня.

Видимо, некогда эта башня предназначалась для защиты. Три ее узких окна смотрели на северо-запад, на гору, поверх клубящихся древесных крон.

Солнце садилось. В этот час гора становилась такого же цвета, как небо, словно была сделана из чуть мутноватого затемненного стекла. Дальние же вершины и вовсе казались набросками углем на холсте небосклона.

Из верхнего окна горная дорога была видна очень четко, даже в сумерки. И еще лучше — после того, как на небосклоне вспыхнули белые крапинки звезд, а из-за восточного горизонта всплыл бледный ломтик луны.

С перевала в долину спускался путник. Он кутался в черный плащ с капюшоном, но силуэт и походка выдавали мужчину. Еще они выдавали его хромоту — он каждый раз заметно запинался, прежде чем ступить левой ногой.

Когда хромой в черном плаще подошел к дому на семьдесят шагов, девушка в башне стремительно отпрянула от окна. Шепотом, в котором звучало отчаяние, она повторила, обращаясь к теням в комнате:

— Силни, мы в опасности! В страшной опасности! Ты слышишь меня? Ты здесь? О, Силни, отзовись же...

На этот раз ее шепот не остался без ответа. В густых тенях в углу что-то изменилось, и от них отделился бледный, как ломтик луны, силуэт.

— Я здесь, — раздался не то шепот, не то шелест листвы за окном. — В чем дело?

— Силни, единственная и любимая сестра моя, — сказала девушка, что выглядывала в окно. — По дороге идет человек. Он хромает на левую ногу и одет в черное. Я могу ошибиться, но, кажется, знаю, кто он такой.

Бледная тень рассмеялась нежным смехом, подобным шороху листьев.

— Когда ты успела встретиться с таким красавцем, Сидди?

— Я не встречалась с ним. Никогда. Надеюсь никогда и не встретиться, молюсь об этом. Но я слышала старые истории о нем.

— Как таинственно! Не хочешь поделиться со мной?

— Если это тот, о ком я думаю, то его имя — Парл Дро. Но люди зовут его Убийца Призраков.

Бледная лунная тень — тоже девушка, с такими же длинными волосами и такая же тоненькая, но просвечивающая насквозь — при этих словах отпрянула, полупрозрачная рука метнулась к полупрозрачным устам.

— Нельзя, чтобы такой человек пришел к нам! — испуганно прошелестела она.

— Да, нельзя. Так прячься же, Силни! Прячься!

* * *

Парл Дро спускался в долину, не сводя с дома непроницаемо-черных глаз. Дом притягивал его взгляд, но в основном потому, что жилье на отшибе означало — деревня, куда он хотел добраться до заката, уже близка. Не то чтобы ему не приходилось ночевать на голой земле — он привык к этому, как привык к неослабевающей боли в ноге. Но, как бы то ни было, он знал свою рану уже несколько лет и выучил на горьком опыте, что подобное панибратство, особенно с болью, до добра не доводит. Кроме того, не так уж далеко позади у него остались неприятности, о которых он не хотел задумываться, поскольку было вполне вероятно, что еще большие неприятности поджидают его не так уж далеко впереди.

Порой случалось, что в таких вот глухих, оторванных от мира селениях Парла Дро — длинноногого, хромого, в черном одеянии — принимали за саму Смерть. Карты обычно предсказывали его появление в образе зловещего Короля Мечей. И скажем прямо, это было не слишком далеко от истины.

Последние полчаса Дро чувствовал, что из дома за ним наблюдают, но не беспокоился. Нет ничего странного, что в такой глуши глазеют на незнакомца. И все же, когда дорога свернула и он поравнялся со старинными железными воротами, что-то заставило его остановиться. Может быть, это было загадочное седьмое чувство, которое и сделало его тем, кто он был. А может, более обыденное и полезное шестое — нечто, легко ловившее привкус несчастья или тайны в человеческой ауре. Дро ничего не мог знать — но испытывал странную уверенность. Сам дом, заросший и покосившийся, в сгущающихся сумерках выглядел так, словно с ним обязательно связано нечто сверхъестественное. Тем не менее Дро едва не отринул неясную догадку как плод чрезмерного воображения. Но он был не из тех, кто легко отбрасывает подозрения — чутье редко подводило его.

Он толкнул железную створку ворот и ступил на мощеный двор.

Над колодцем скорчилось мертвое фиговое дерево. Другие деревья позавидовали его близости к воде и высосали жизнь из своего собрата. Воистину зловещая картина. Дверь дома, обрамленная каменным портиком, была деревянной, старой и сильно покоробившейся. Дро подошел к ней и пару раз постучал.

Пока он ждал, звезды в сгустившейся ночи разгорелись ярче, и призрачная луна, подобно всем призракам, обрела плоть и притворилась настоящей.

Никто не отвечал на стук, хотя дом, несомненно, был обитаем. Казалось, теперь все в нем напряженно прислушивается, затаив дыхание, разглядывает незнакомца у порога. Возможно, здешний обитатель, оставшись один после заката, просто проявлял разумную осторожность и не хотел открывать дверь незнакомым странникам.

В привычки Дро не входило попусту запугивать ни в чем не повинных людей, хотя при необходимости это было ему по силам. Он отступил и пошел прочь от старой двери.

Двор уже окутали тени, но свет звезд пробился сквозь кроны деревьев и отразился в воде колодца... Что-то было связано с этим колодцем. Что-то...

Парл Дро подошел к нему, заглянул за край, и его собственное безликое отражение заслонило искрящуюся темноту неба. Ржавая цепь уходила под воду. Подчинившись минутному побуждению, Дро стал крутить ворот, выбирая цепь. Седьмое чувство насторожилось. Полное ведро с натугой вышло на поверхность — и в то же мгновение распахнулась дверь. Распахнулась без малейшего предупреждения: ничто не шелохнулось в доме, ни единого звука не раздалось из-за порога. Только что тьма ночи расстилалась нетронутой, а в следующий миг ее разорвало пятно света от тусклого фонаря.

Дро бросилось в глаза, как бледна девушка на пороге, бледна настолько, что у него пробежал знакомый холодок меж лопаток. Но это оказалась вовсе не та бледность. Просто светлое платье, льняные волосы, собранные в пять тонких косичек — три падали на спину, две петлями лежали вокруг ушей, обрамляя лицо. Белая кожа, белые руки — правая держала фонарь зеленоватого стекла, в котором плясал узкий язычок пламени, левая сжимала длинный обнаженный бликующий нож.

Дро перестал вращать ворот, но не выпустил его. Он стоял и разглядывал хозяйку дома, ожидая притворного возмущения и вранья: «Кто ты такой? Как ты смеешь? Мой муж вот-вот вернется и покажет тебе!» Но ничего этого не случилось. Девушка попросту пронзительно закричала на него:

— Уходи прочь! Убирайся!

Он выждал немного, позволив ее словам повиснуть в воздухе. Потом, стараясь, чтобы голос звучал ровно и ясно, сказал:

— Нельзя ли мне прежде напиться из вашего колодца? Я постучал и решил, что никого нет дома...

— Убирайся, я сказала! Немедленно!

Он снова чуть выждал, а потом отпустил колодезный ворот. Цепь размоталась с громким скрежетом, ведро плеснуло о воду. Он сделал так, чтобы ошеломить девушку — и ему это удалось. Седьмое чувство надрывалось в тревоге. Дро обогнул колодец и пошел обратно к двери, прямо на нее. Он хотел подтвердить свою догадку, а для этого нужно было отмести все прочие объяснения недружелюбия девушки. На ходу Дро откинул капюшон с головы. Когда он шел медленно, хромота его была почти незаметна на фоне общей грации движений. Руки он держал на виду, желая показать, что не держит наизготовку никакого оружия.

Облик Парла Дро был весьма примечателен. Его молодость миновала лет десять назад, но на смену ей пришла та необычайная мужская притягательность, которую придает правильным волевым чертам налет мрачности. Нос, рот, скулы и подбородок — словно у легендарного императора, чей профиль чеканили на монетах. Глаза — невероятно, непроницаемо черны, столь же черны, как и длинные прямые волосы. Все особенности его облика и характера указывали на принадлежность к зодиакальному поясу где-то между земным знаком Быка и огненным знаком Змеи.

Когда Дро подошел достаточно близко и позволил свету фонаря упасть на свое лицо, девушка должна была увидеть все это. Увидеть холодно-язвительный изгиб рта, какого не бывает у человека, одержимого низменными страстями, и еле заметную, но четкую складку меж бровей — знак проницательности, пытливого ума и контроля над собой. Только дурочка могла бы принять такого человека за грабителя, насильника или иного проходимца, а девушка была совсем не похожа на дурочку. И все же она боялась и угрожала ему ножом. И продолжала бояться и угрожать.

Столь же внезапно, как появилась в дверях, она ударила его своим оружием.

Парл Дро сделал шаг назад — неловкий шаг хромого, однако рассчитанный с безукоризненной точностью — и нож вспорол воздух в дюйме от его бока. Дро был немного выше среднего роста, а девушка ростом не отличалась, но метила настолько близко к сердцу, насколько ей позволяла эта разница.

— Сейчас же сгинь отсюда! — закричала она, похоже, испугавшись своего намерения убить чужака не меньше, чем промаха. — Тебе тут не рады!

— Вижу, — Дро стоял за пределами ее досягаемости, смотрел на нее и не спешил уходить.

— Что тебе нужно? — не выдержала она.

— Я уже сказал. Напиться воды.

— Ты не хочешь пить.

— Надо же, а я думал, что хочу. Спасибо, что развеяла мое заблуждение.

Девушка моргнула. У нее были длинные серые ресницы и глаза цвета неостывшей золы, чуть отливающие зеленым.

— Не заговаривай мне зубы. Прочь, или я кликну собак!

— Тех самых, чье рычание и лай я услышал, едва шагнул в ворота?

Тогда она метнула в него нож. Она бы все равно не попала — Дро видел это и не стал уклоняться. Несколько дней назад ему пришлось куда тяжелее... Нож задел его рукав и звякнул о камни колодца.

— Мимо, — сказал Дро. — Тебе стоит побольше упражняться.

Он повернулся и пошел прочь, оставив ее стоять и во все глаза смотреть ему вслед, но в воротах приостановился и обернулся. Девушка не двинулась с места. Должно быть, она все еще не оправилась от потрясения, но в то же время надеялась, что теперь-то уж избавится от незваного гостя. Напрасно...

— Может статься, — произнес он, — я еще увижусь с тобой завтра.

Оставив нож валяться у колодца, она метнулась в дом и захлопнула дверь. В тишине ночи оглушительно лязгнули засовы.

Дро вновь накинул капюшон. Он был мрачен и задумчив, когда спускался в долину, к деревне.

* * *

Деревня ничем не отличалась от сотен других. Прямо от бегущей с гор дороги начиналась главная улица, единственная широкая улица во всем селении. Посреди нее протекал то ли бывший ручей, то ли сильно запущенный канал, который смывал нечистоты. По ночам в нем плескались странные фосфоресцирующие рыбы. Местами канал пересекали цепочки камней, по которым можно было перейти на другую сторону. Кое-где линию домов разрывали узкие переулки.

Большинство строений на главной улице было торговыми лавками, по ночному времени их витрины скрывались за ставнями на крепких замках. Жилые дома и вовсе выставляли на улицу глухие стены, окнами же смотрели в другую сторону, так что на мостовую не падало ни единого золотистого лучика из случайной щели. Однако три постоялых двора с лихвой возмещали недостаток света и шума в деревне, замершей в тиши и темноте среди полей, садов и виноградников, благоухающих концом лета.

Первый постоялый двор Дро миновал, не замедлив шага. Слишком большой, слишком шумный и суетливый. Второй, через два дома от первого, очевидно, вдобавок служил деревенским домом терпимости. Когда Дро проходил мимо, разбитная кудрявая девица в дверях прокричала ему древнее как мир приглашение. Когда же он не обратил на нее внимания, она выплюнула ему в спину оскорбление, в котором его мужское достоинство или отсутствие такового как-то увязывалось с хромотой. Это вызвало у Дро мимолетную усмешку.

Последняя гостиница стояла на углу главной улицы и поперечного переулка. Здесь тоже было светло и шумно, но не настолько. Надпись на вывеске не поддавалась прочтению. Дверь была притворена, словно говоря: «Если пройдешь мимо, тут не обидятся».

Когда Дро распахнул дверь, все, кто сидел в таверне, повернулись взглянуть на новоприбывшего. Увиденное взбудоражило их, но не слишком.

Слава Парла Дро — порой недобрая — обычно бежала впереди него. Девушка в покосившемся доме наверняка его узнала, значит, это мог сделать и кто-то из селян. Но если здесь и признали Убийцу Призраков, то либо не стремились это показать, либо им было попросту все равно. Даже гуляки, горланившие песни где-то ближе к очагу, над которым неуклюже поворачивались вертела с мясом, продолжали вопить как ни в чем не бывало.

Дро не стал придерживать дверь, и она с грохотом захлопнулась за его спиной. Он постоял немного, чтобы любопытствующие могли вдоволь наглядеться на него, потом медленно, почти не хромая, прошел к одному из длинных столов. Когда он опустился на лавку, у него вырвался тихий, едва слышный вздох облегчения — адская мука ушла из искалеченной ноги, осталась лишь обычная боль.

Сидевшие за столом зашевелились, как трава под ветром, и снова притихли, переглядываясь поверх мисок и кружек, карт и игральных костей. К Дро подошел немолодой слуга в кожаном переднике, с мясницким ножом за поясом. В руках он держал бутыль и кружку.

— Чего изволите?

— Что найдется.

— Найдется вот это, — он грохнул на стол кружку и плеснул в нее мутного пойла из бутыли. — И вон то, — он указал на вертела с мясом, сковороду и противни, на которых поверх горячих караваев запекались цельные луковицы.

— Зря стараешься, — сказал один из игроков. — Этот не ест, — и показал одну из карт, которые ему только что сдали. Король Мечей. Четыре острия, а меж ними — погруженный в раздумья монарх в высокой короне поверх капюшона. Карта смерти. Неудача.

— Он имел в виду, — объяснил слуга, — что ты смахиваешь на Смерть.

— Я и чувствую себя почти так же, — ответил Дро, откинул капюшон, подхватил со стола кружку и разом осушил ее. — Вон тот хлеб, — указал он слуге, — и пару ломтей барана, который жарится на вертеле.

— Мы всегда их жарим, прежде чем подавать на стол, — сострил слуга, — чтобы убедиться, что баран на самом деле помер.

Кто-то засмеялся, еще один принялся изображать, будто горбушка, от которой он откусывает — живая. Слуга снова наполнил кружку Дро и стал протискиваться к очагу через поющую компанию, угрожающе размахивая огромным ножом. Когда сиплый хор ненадолго умолк, Дро удалось расслышать пару тактов чудесной мелодии, чистой и прекрасной — словно золотая рыбка мелькнула в мутной реке. Сперва прозвучали струны, мелодия взлетела до небес, потом флейта вступила еще выше. Дро чуть наклонил голову, ожидая услышать еще один изысканный такт, но хриплая песня грянула вновь, и мелодия потонула в ней.

Слуга вернулся и брякнул на стол поднос.

— Ткни в него вилкой. Если скажет «бе-е», я его снова на вертел насажу — пусть еще малость пожарится.

Дро тронул баранину вилкой, и дюжина глоток за столом заблеяла на все лады.

— Надо бы пастуха кликнуть, пока волк не пришел за своей долей, — уронил Дро и стал есть — не спеша, маленькими кусочками.

Повисло недолгое молчание. Потом кто-то сказал:

— Этот волк хромой будет — так, что ли?

Сосед ткнул весельчака локтем.

— Тихо ты, идиот! Я понял, кто это такой.

— Да, — сказал еще кто-то. — Я тоже. Я-то думал, это просто сказки.

Дро продолжал неторопливо есть. Один из сидевших за столом сказал ему:

— Мы догадались, кто ты.

Дро оторвался от еды и загадочно усмехнулся:

— Выходит, я единственный, кто остается в неведении?

Они заерзали. Кто-то, как обычно и бывало, заявил: «Не стану я с ним за одним столом сидеть, вот еще!» — но никто не тронулся с места, чтобы уйти. Даже наоборот, несколько человек как бы ненароком пересели поближе. Их тянуло к Убийце Призраков, как притягивает зевак место жестокого преступления. Дро продолжал есть и пить — отстраненно, не обращая внимания на переполох, который сам же и вызвал. Он привык к этому, как привык ночевать на голой земле, как привык к боли, сопровождающей каждый шаг. Привык и научился сплошь и рядом оборачивать это в свою пользу.

Говорили негромко, опасливо. Реплики перекатывались в спертом воздухе таверны, словно рябь на луже.

— Что ты сам-то о себе думаешь, с твоим занятием?

— Как спится по ночам?

— Да спокойно он спит. Тех, кому есть за что поблагодарить его, найдется немало.

— А еще больше найдется тех, кто его вовсе не благодарит.

— Тех, кто проклинает. Верно, Убийца Призраков? Сколько проклятий таскаешь ты за собой по дорогам? Не потому ли ты так молод на вид?

— Ты охромел из-за проклятья, верно?

— Не-а, не так все было. Это один из призраков успел воткнуть в него коготь перед тем, как отправиться за грань. С тех пор он и не старится.

Чем больше предположений и выпадов оставались без ответа, тем тише становилось в таверне. Пение тоже заглохло, но и музыка смолкла. Дро не смотрел по сторонам — просто ждал. Он доел все, что было на его тарелке, и уже допивал последние глотки, когда кто-то озвучил неизбежное:

— Ты зря проделал долгий путь, Парл Дро. У нас тут нет неупокоенных.

— О, вы заблуждаетесь, — возразил он, и многие вздрогнули, после долгого молчания вновь услышав его безукоризненный голос. — Полмили отсюда, вверх по дороге. Покосившийся дом с каменной башней.

Тишина, повисшая после его слов, была такой плотной, что он мог бы нарезать ее мясницким ножом слуги. Селяне знали, что в доме нечисто, и пытались скрыть от него. Парл Дро подтвердил их подозрениями это повергло людей в трепет. Конечно, он не стал объяснять им, что на самом деле направляется совсем в другое место, а покосившийся дом — всего лишь еще одно дело, встретившееся по дороге.

Первый из тех шутников, что изображали блеянье жареного барана, произнес, понизив голос:

— Он говорит о доме Собана.

Кто-то другой поправил:

— Теперь это дом Сидди. Там ничего нет. Только нищета и легкое дыхание безумия.

Слуга в кожаном переднике наклонился через плечо Парла Дро, чтобы снова наполнить его кружку, но Дро накрыл посудину ладонью. Тогда слуга вступил в разговор:

— Лет пять тому назад Собаны были здешними господами, старый Собан и две его дочки. Но они разорились, и землю выкупила община.

— Они разорились, потому что папаша все пропил, — подал голос еще один селянин. — Он начал пить раньше, чем Сидди научилась есть. Тогда они распродали барахло — так, всякий хлам, дурацкие поделки. Помните, там была такая мудреная штуковина, якобы из дальних краев? А на самом деле — просто пара старых кос, склепанных вместе. Ему, Собану, тогда кузнец помогал. И плотник, и каменщик. Да все...

— Говорят, — сказал еще кто-то, — он сделал ожерелье из молочных зубов Сидди и продал его. Чокнутый.

— Да Сидди и сама чокнутая. Жаль, она ведь такая хорошенькая. Мы ее не трогаем, в память о старых временах. Она одна живет в том доме.

— Не вполне одна, — заметил Дро.

— Ее папашу выпивка уже несколько лет как в могилу свела, — снова вмешался первый из собеседников. — Ты не о нем толкуешь?

— Не думаю.

— Поговаривали вот что, — сказал второй селянин. — Девчонки любили играться с травами. Колдовскими, может, и ядовитыми. Папаша довел их своим пьянством, и... вон как оно вышло.

— Враки это все, — возразил кто-то.

Жители деревни были взбудоражены, встревожены. В их небогатую событиями жизнь в кои-то веки вошло нечто незаурядное.

Дро уже давно обратил внимание, что гуляки, распевавшие песни, поднялись с насиженных мест у камина. Теперь среди крепких плеч и жестикулирующих рук нет-нет, да показывался менестрель, игравший ту чудную музыку: то мелькнет потрепанный красный рукав, то перепачканный зеленый, то копна волос цвета темного золота, то длинный нос. Музыкант пристроился у очага с вертелами, склонившись над своим инструментом, сосредоточенно настраивал его и держался так, словно очень хотел остаться в стороне от оживления, показать, что у него нет с селянами ничего общего.

— Была и вторая дочка, — сказал кто-то почти в самое ухо Дро.

— Сестренка Сидди? Вот уж что совсем не забавно...

— Воистину. Ведь Силни Собан убежала из дому и бросилась в реку на северном склоне. Я бы не сказал, что такое у нас в порядке вещей.

— Это правда, Парл Дро, — сказал пожилой слуга. — Двое пастухов нашли ее как-то утром, когда гнали коров на верхние пастбища.

— Она лежала на дне, вот оно как, — печально проговорил первый селянин. — Но вода в речке такая чистая и прозрачная, что видно было все-все. Один из ребят, что нашли ее, простоватый парнишка, решил, что видит фею вод — она лежала там, в ночной рубашке, в венке из цветов, и серебристые рыбки сновали в ее волосах.

— Что ты скажешь на это, Парл Убийца Призраков?

Дро убрал руку и позволил слуге вновь наполнить кружку. Итак, селяне дозрели до разговора по существу. Теперь они не успокоятся, пока не получат ответа на свои вопросы. Они вывалили на него слухи и обрывки воспоминаний и ждут, что он обрадуется. Но Король Мечей продолжал сидеть с мрачным и задумчивым видом, предоставляя толпе складывать к его ногам все новые и новые подношения.

И селяне начали рассказывать, как жили Сидди и Силни — бывало, вот только что были не разлей вода, а глядишь, уже вцепились друг дружке в волосы. Раз или два случалось, что одна из сестер заглядывалась на парня из села, тогда вторая тут же поднимала шум, крича, что даже принимать сватов от деревенщины, не говоря уже о замужестве, недостойно дочери рода Собанов. Когда прошлой весной Силни покончила с собой, никого в деревне это нисколько не удивило. Но когда Сидди потребовала, чтобы тело сестры сожгли, а не погребли в земле, и пепел доставили ей в каменной урне, даже у священника не нашлось слов. Собаны испокон веку были язычниками, безнравственными и вздорными.

С тех пор, как умерла ее сестра, Сидди нечасто показывалась на людях. Порой кто-нибудь видел, как она по ночам одна гуляет по отрогам горы или стоит у верхнего окна башни, глядя на дорогу. Достойная дочь своего отца, она упрямо считала, что селяне будут приносить еду и другие необходимые вещи к ее воротам, причем бесплатно, как причитающуюся ей десятину. Скрепя сердце, разрываясь между стыдом и гордостью, община признала за ней это право. Никто толком не задумывался, могла ли Силни-утопленница вернуться голодным призраком. Но теперь, когда задумались, селяне признали, что не удивятся, если так оно и есть.

Дро маленькими глотками допивал третью кружку.

То, что Силни нашла смерть в воде, могло объяснить ауру колодца, пульсацию сверхъестественных сил вокруг него. Урна с прахом — тоже немаловажно. Настала пора возблагодарить толпу, частично удовлетворив ее разожженное любопытство, а потом залить костер. Дро представил себе прекрасную деву источника с цветами в волосах, лежащую на дне кристально чистого ручья — и тут заметил, что музыкант уже давно покинул место у очага и подобрался довольно близко. Он скользил сквозь толпу с наработанной легкостью, почти не привлекая внимания. Заинтригованный, но не более, Король Мечей и виду не подал, что заметил это.

— Что скажешь, Парл Дро? — повторил слуга.

— Скажу, что в покосившемся доме обитает призрак, — ответил Дро. В сущности, он лишь повторил то, что сказал в самом начале, но по таверне прокатился довольный говорок. Музыкант, закинув свой инструмент за спину, просачивался сквозь толпу, словно облачко разноцветного пара.

— И что ты будешь делать?

— Думаю, что для начала пойду посплю. Если, конечно, у вас найдется подходящая комната.

Толпа разочарованно зароптала.

Без сомнения, все ожидали, что он тут же бросится за порог.

— Но разве ты не пойдешь к Сидди Собан?

— Пожалуй, нет, — ответил Дро и встал, не обращая внимания на боль, словно раскаленной петлей, вновь захлестнувшую его покалеченную ногу. Музыкант замер в двух шагах от него, вклинившись между двумя здоровенными батраками, будто именно тут он, менестрель, и появился некогда на свет из крошечного зернышка, оброненного на пол, и прочно пустил корни. Он был всего лишь на дюйм-другой ниже Дро, но тонок, как стебель тростника.

Дро продолжал смотреть на слугу в переднике.

— Есть у вас комната?

— Я покажу. Так что насчет неупокоенной Силни?

— А что с ней?

По толпе прошел сердитый ропот. Идя мимо длинного стола, за которым ужинал, Дро чувствовал, как напряглись и насупились его сотрапезники. Не хотелось им, чтобы он просто взял и ушел после того, как разбередил всех. Однако даже когда напряжение достигло предела, Дро не пропустил мгновения, когда легкая, как перышко, рука скользнула к кошельку во внутреннем кармане его плаща. Но он и бровью не повел в сторону музыканта, не испытывая ни презрения, ни зависти к мастерству карманника.

Слуга подвел его к лестнице.

— Наверху, дверь налево. Но разве ты не собираешься хоть что-нибудь сделать с Силни? А говорили, что ты герой!

Толпа зашевелилась, демонстративно не глядя в сторону охотника, словно женщина, которая решила, что ее обделили вниманием.

Музыкант уже снова погрузился в настройку своего инструмента, спрятавшись за завесу темно-золотых волос, будто он тут вовсе ни при чем.

Старый слуга позволил себе ухмылку, глядя, как неуклюже, по-утиному, карабкается по лестнице Дро.

— А ты, оказывается, вовсе не так хорош, как говорят в народе.

Дро добрался до лестничной площадки, остановился и обернулся к трактирщику с самой озадаченной и дружелюбной улыбкой из всех, что случалось тому видеть.

Убийца Призраков снова молчаливо ждал. Обнаглев, слуга добавил:

— Прямо сказать, так и совсем нехорош. Надеюсь, мне в жизни не доведется увидеть более мерзкого типа, чем ты.

— Держись подальше от зеркал, и есть шанс, что не увидишь, — сказал ему Дро и толкнул дверь по левую руку.


Содержание:
 0  вы читаете: Убить мертвых : Танит Ли  1  Глава 2 : Танит Ли
 2  Глава 3 : Танит Ли  3  Глава 4 : Танит Ли
 4  Глава 5 : Танит Ли  5  Глава 6 : Танит Ли
 6  Глава 7 : Танит Ли  7  Глава 8 : Танит Ли
 8  Глава 9 : Танит Ли  9  Глава 10 : Танит Ли
 10  Глава 11 : Танит Ли  11  Глава 12 : Танит Ли
 12  Глава 13 : Танит Ли  13  И снова глава 1... : Танит Ли
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap