Фантастика : Ужасы : 3. : Николай Басов

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11

вы читаете книгу




3.

Сотня шла легко, наверное, потому что солнышко вдруг пригрело. Такое тут бывало – холод собачий, и вдруг чуть ли не жарко делается. Рыжову показалось, что он в своей шинели хорошо согрелся. Хотя расстегиваться поостерегся, на ветру могло и прохватить. Сколько у него так-то вот бойцов из строя вышло, рассупонятся на марше, а вечером уже миску с кашей не держать, жаром горят и перхают на каждом слове.

Табунов по-прежнему ехал в тачанке. Но выглядел уже не таким размазней, как вначале. И все-то его интересовало, или недоверчивым он был от природы?

Вот и сейчас привстал, начал махать руками, Рыжов понял, подождал, пока тачанка, которая шла перед обозом, его догонит. Тогда комиссар и напустился, не стесняясь бойцов, которые этот разговор слышали:

– Рыжов, ты что же так смело идешь? Ты же не знаешь, куда тот обоз направился? А телеграфист сказал, они вдоль полотна пошли…

– К следующему поезду, который их ждал, прибыли ящики с железным ломом, так? – Рыжову не нравилось, что разговаривали они о такой очевидности, но приходилось. – Значит, они куда-то тут свернули, причем, недалеко, иначе бы до поезда добрались с большим опозданием, чем за десять дней, как сказал нам телеграфист.

– А почему ты решил, что они сюда направились? – и Табунов обвел рукой все лежащие перед ними холмы, реденькие пятна леса и огромное небо, хмурившееся вдали, на юге.

– В этой степи вода – первое дело. Сюда и казахи потому доходят, что тут можно всех напоить. Вот найдем казахов, у них сразу и спросим. Они тут все видят, все знают, от них ни один обоз не скроется, тем более груженный.

– Казахов искать, это же… – комиссар не знал, что дальше, и Рыжову стало жаль его немного. Это надо же, настолько не понимает человек, как устроена жизнь.

К вечеру третьего дня они прибыли к крохотной казачьей станице. Хотя и станицей это назвать было нельзя, так выселки какие-то, хутор – в лучшем случае. На хуторе решили заночевать, но случилось иначе.

– А чего вы тут, у меня? – спросила хмурая по виду тетка, которая, кажется, всем тут и командовала. – Вам, краснозвездным, дальше надо, до Щавеля скакать.

– Кто такой Щавель? – не понял Табунов.

– А это ближе к Чанам, версты четыре от меня, – пояснила казачка.

– Почему именно туда? – спросил Рыжов.

– Так у него и постой лучше, и анжинер этот, подстрелянный, отлеживается. Вы же его ищите?

– Какой такой инженер? – теперь уже и Рыжов ничего не понимал. А вот не дури, сказал он себе, не хвастай, что все на свете знаешь.

– Ехайте туда-ть, сами и увидите.

Делать нечего, пришлось эти четыре верты проскочить, оставив на постое у вредной хуторянки половину эскадрона. Но сделано это было не зря, хозяйство Щавеля оказалось и большим, и налаженным на удивление. Тут же обнаружился и бледный человек в черной инженерной шинели. Почему-то Табунов на него сразу взъелся.

– Знаем мы, как вы, офицерская кость, под интеллигенцию маскируетесь, – заявил он, когда к ним, сидящим у тачанок, бойцы подвели этого человека. – Мы еще посмотрим, что ты знаешь, и тогда…

– Вы лучше рассказывайте, – сказал этому человеку и Рыжов, который был в целом доволен тем, что они тут остановились, и что наступало весеннее тепло, и что для коней наконец-то овес нашли у хозяина, этого самого Щавеля, и что ночевать придется не в степи, а в почти теплых казачьих лабазах, и что ужинать скоро Шепотинник принесет.

– Рассказывать нечего, – начал допрашиваемый. – Я не офицер, а Раздвигин Алексей Михалыч, путейный инженер. В октябре прошлого года был направлен сюда по распоряжению главковерха… – Он поперхнулся.

– Ага, а главковерха вашего, то бишь адмирала Колчака в феврале еще расстреляли, – сказал Табунов. – Так что он вас просил тут сделать?

– Собственно, не он, а администрация железной дороги. Получилось довольно странно, знаете ли… Меня, путейца, вовсе незнакомого с геологией, попросили обыскать здешние степи, чтобы найти бурый уголь. Он тут есть, это точно, его добывали лет двадцать назад… Но даже карт при этом не выдали.

– И тебя прямо перед зимой отправили на поиски угля? – снова щелкнул зубами на Раздвигина Табунов.

– Точно так, направили. А что перед зимой, так ведь понятно – тогда у нас холода и стоят, – инженер скупо усмехнулся, вероятно, насмешничал над комиссаром. – Уголь я не нашел, то есть, карьеры нашел, но они либо выбраны, либо… Нет угля там больше. Я решил найти другое место, откуда можно бы этот уголь брать, но меня и обоих приданных мне казаков подстрелили.

А вот это уже интересно, подумал Рыжов, принимая решение. И пошел устраивать полуэскадрон на ночевку, лишь после этого направился в главный дом. Здесь уже расположился Табунов, под большим, на весь горшок войлочным колпаком прела каша на столе, а Шепотинник даже расстарался, подставил длинную лавку и разложил ложки. Рыжов пересчитал их, оказывается, ординарец нашел ложку и для пленного Раздвигина. Вот только Табунов ему не верил, на лавку присесть не предложил, а держал стоя перед собой, и разговаривал с ним нахмурившись.

Инженер был спокоен, поглядывал на дверь, куда, вероятно, скрылась семья Щавеля, потому что оттуда доносился детский плач и рокочущий бас хозяина, отдавшего власть на своем хуторе бойцам с винтовками.

Рыжов снял шинель, в избе было тепло, погрел руки на печке, уселся на лавку. Хозяин на минуту выглянул, тряхнул бородой и уставился на Рыжова во все глаза. Недобрый это был взгляд, но Рыжов к такому привык, да и кто был бы доволен, если бы к нему в дом такая орда закатилась.

С этим Щавелем, или как его там, бойцы уже успели переговорить, и получалось, что все верно, в декабре, перед Рождеством, он нашел в степи инженера Раздвигина, истекающего кровью, без коня, и выходил. Потому что тут, в степи, иначе нельзя. Да и человек он оказался, по мнению хозяина, порядочный, даже заплатить пытался за лечение и за постой, отдав свою винтовку и пол-шапки патронов. Винтовка эта Рыжова немного беспокоила, но не слишком. Пускаться без оружия на любые поиски по этим местам, где зимой то и дело откуда-то выскакивали волки, было глупо. А инженер глупым никак не выглядел, умученным, не до конца здоровым – это да, но не глупым.

Рыжов еще раз посмотрел на разом замолчавших инженера и комиссара. Они тоже почему-то смотрели на него, словно от него сейчас все и зависело.

– Итак, вы искали уголь, – сказал Рыжов.

– Когда осенью прошлого года пошла эвакуация, – начал Раздвигин, – от вас, кстати, люди в поездах насмерть замерзали. Я этого не забуду…

– Значит, на советскую власть злобу копишь? – спросил угрюмо Табунов.

– При чем тут власть? Люди же замерзали, их по-любому жалко, не заслужили они такого.

– Революция без смертей не бывает, понятно тебе?

– Я о том, что люди не виноваты, а смерть приняли мучительную. – Раздвигин вдруг всмотрелся в комиссара, глаза его стали ясными и жесткими. – Вот вы когда-нибудь замерзали? Не так, когда просто согреться нечем, а до смерти? Вы – замерзали?

А ведь он молодец, решил Рыжов. И не хорохорится, говорит, что думает, хотя знает – расстрелять его можем по одному подозрению, что он белогвардеец переодетый.

Табунов смотрел на Раздвигина откровенно зло, ненавидяще, Рыжов и не знал, что этот человек так устроен. Плохо, если он такой, скоро с ним придется поговорить… Армия, это ведь не только люди с оружием, армия ясности и справедливости требует, иначе ничего не выйдет, и бойцы за таким комиссаром не пойдут.

– Вы вот что, Раздвигин, – вмешался Рыжов, – вы подсаживайтесь к столу. Будем кашу есть, а то простынет.

Раздвигин усаживался неуклюже, тяжело опершись руками о столешницу, усмехнулся, когда увидел, что Рыжов все это заметил.

– Рана болит еще, и Щавель меня лечил, и казахи тоже… А все не вылечили.

– Если Щавель такой крепкий мужик, почему же его не мобилизовали? – буркнул Табунов, принимаясь, однако, за кашу.

– Вы не заметили, а он сухорукий. Еще когда с хунхузами воевали, покалечили его, но он сумел-таки хозяйство наладить. За это его и уважают.

– Подкулачник он, – высказался комиссар.

– Не знаю, – инженер ел аккуратно и вкусно. – Я здесь замерз бы зимой или от голода до весны не дожил. А у него – все правильно, и не жадный он, мне казахи рассказывали, когда сюда приезжали.

– Казахи здесь бывают? – спросил Рыжов.

– Часто бывают, иногда патроны выменивают, иногда просто вдоль берега Чанов со своими стадами бредут и сюда наведываются.

– Теперь вот что, – жевать приходилось быстро, а сейчас это почему-то раздражало. – Кто вас подстрелил?

Инженер посмотрел на Рыжова, словно впервые увидел. И такой это был взгляд, что стало ясно – нечего этому человеку скрывать. Если бы он был враг, настоящий, как белогвардейцы, он бы давно сам об этом сказал.

– Не знаю, мне говорили, тут странные люди появились перед Рождеством. Обоз целый, и что-то они тут такое сделали, чего даже казахи испугались, ушли, и давно тут не показываются.

– Что же они такого страшного сделали? – удивился Табунов. – Или расстреляли кого-нибудь из этих… ваших подкулачников, к которым прежде наведывались?

– Нет, – спокойно отозвался инженер. И хотя был еще голоден, отложил ложку, вероятно, из вежливости. – Ими командовал очень плохой человек, как казахи сказали, колдун.

– Беловолосый? – уточнил Рыжов.

– Так вы о нем знаете? Да, он.

– Куда они шли?

– Куда-то в сторону старых курганов, как я слышал. Подробностей не знаю, но это чуть в стороне от тех карьеров, которые я прошлой осенью разведывал.

– Вы знаете эту местность?

– Как же я могу не знать, если месяца три уголь этот чертов пытался найти?

Он ведь впервые выругался, заметил Рыжов. Но не потому, что привык ругаться, как раз наоборот, он выражал так свою неспособность справиться с задачей. Практически, на себя ругался, и еще на уголь, конечно, которого в карьерах не оказалось.

– А вы про женщину, которая с этим, беловолосым Вельмаром была на станции Татарской, ничего не слышали? – спросил Рыжов.

– Нет, про женщину кого-нибудь другого спросите. Европейской женщине тут опасно, если о ней кто и знает, так только другие женщины, казачки.

Эх, подумал Рыжов, нужно было ту злобную тетку на предыдущем хуторе расспросить. Она могла бы сказать, если бы захотела.


Содержание:
 0  Золото Росийской Федерации : Николай Басов  1  2. : Николай Басов
 2  вы читаете: 3. : Николай Басов  3  4. : Николай Басов
 4  5. : Николай Басов  5  6. : Николай Басов
 6  7. : Николай Басов  7  8. : Николай Басов
 8  9. : Николай Басов  9  10. : Николай Басов
 10  11. : Николай Басов  11  12. : Николай Басов



 




sitemap