Фантастика : Ужасы : Глава девятая : Патриция Бриггз

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17

вы читаете книгу




Глава девятая

Когда я вошла, Сэмюэль и Уоррен сидели в противоположных сторонах гостиной и в воздухе густо пахло гневом. Глядя на них, я не могла решить, сердятся ли они друг на друга или на кого-то еще. Но вервольфы всегда готовы разозлиться на что-нибудь. Я просто забыла, каково быть рядом с ними.

Конечно, не у меня одной чутье. Уоррен, сидевший ближе к двери, глубоко вдохнул.

— Она была с Кайлом, — произнес он ровным голосом. — От нее пахнет одеколоном, который я ему подарил. Она ему сказала.

Он отругал меня, но в его словах было больше печали, чем гнева. Я остро почувствовала свою вину.

— Ты не мог ему сказать сам. — Я не извинялась. — А он заслужил право знать, что все, с чем он должен считаться, не твоя вина.

Уоррен покачал головой и бросил на меня отчаянный взгляд.

— Ты хочешь умереть? Адам может приказать казнить тебя и Кайла за это. Я видел, как это делается.

— Только меня, не Кайла.

— Нет, черт побери, Кайла тоже!

— Только если твой любовник решит обратиться к полиции или прессе. — Сэмюэль говорил спокойно, но Уоррен все равно посмотрел на него сердито.

— Ты слишком рискуешь, Мерси. — Он снова повернулся ко мне. — Как, по-твоему, я буду себя чувствовать, если потеряю вас обоих? Может, ты права, но это должен был сделать я. Это мой риск. Если ему нужно знать, сказать должен был я.

— Нет. Ты — в стае, и поклялся повиноваться. — На верху лестницы появился Адам, он покачивался и слегка опирался на трость. На нем была белая рубашка и джинсы по размеру. — Если бы сказал ты, я вынужден был бы применить закон, чтобы не вызвать восстание в стае. — Он опустился на верхнюю ступеньку более резко, чем собирался, как мне кажется, и улыбнулся мне. — Я и Сэмюэль, оба, можем свидетельствовать, что Кайл все узнал не от Уоррена, а от тебя. Вопреки возражениям Уоррена, должен добавить. И, как ты продолжаешь настаивать, ты не член стаи. — Он посмотрел на Уоррена. — Я бы давно дал тебе разрешение, но я тоже должен подчиняться правилам. Я некоторое время смотрела на него.

— Ты знал, что я собираюсь сделать.

— Скажем так: я намеревался спуститься вниз и приказать тебе не говорить Кайлу, чтобы ты выбежала из дома до того, как он уедет.

— Ублюдок, ты мной манипулировал, — произнесла я с ноткой благоговения и страха. «Сниму три шины со своего старого „рэббита“!»

— Спасибо. — Адам скромно улыбнулся.

«А когда Джесси вернется, она поможет мне расписать его граффити».

— Как он это принял? — спросил Уоррен. Он встал с дивана и смотрел в окно. Руки его вели себя спокойно, никак не выдавая его чувств.

— Он не собирается обращаться в полицию, — заверила я Адама и Сэмюэля. Поискала слова, чтобы обнадежить Уоррена, но не захотела возбуждать его надежды, если я в Кайле ошиблась. — Он обещал поговорить об этом с тобой. После того как завершится это дело.

Уоррен неожиданно поднес ладони к лицу — очень похоже на то, как это делал Кайл.

— По крайней мере еще не все кончено. — Он не обращался ни к кому из нас, но я не могла вынести отчаяния в его голосе. Я тронула его за плечо и сказала:

— Смотри не испорть дело. Я думаю, все будет в порядке.

Мы с Сэмюэлем направлялись на встречу с Зи и его информанткой, и я все еще не решила, нужно ли мне сердиться на Адама за то, что он мной манипулировал. Хотя нисколько он не манипулировал. Все, что он сделал — приписал мои действия своему влиянию.

Загорелся красный свет, и я остановилась за минифургоном чуть ближе, чем следует. При резком торможении Сэмюэль ухватился за сиденье и шумно выдохнул. Я скорчила рожу мальчишке, сидящему на заднем сиденье мини-фургона; он оглянулся на нас. Потом потянул нижние веки вниз и высунул язык.

— Я не возражаю против того, чтобы попасть в аварию, — сказал Сэмюэль. — Просто хотел бы, чтобы это было не напрасно.

— Что? — Я повернулась к нему, потом снова посмотрела вперед. Передний фургон закрывал всю видимость в двух футах от моего ветрового стекла. Неожиданная догадка заставила меня улыбнуться. — У нашего авто нет носа. Наш бампер — в футе от твоих ног. Ты мог бы легко пройти между машинами.

— Могу вытянуть руку и дотронуться до мальчишки. — Тот снова состроил гримасу, и Сэмюэль ответил ему, вставив большие пальцы в уши, а остальные растопырив, как рога лося. — Знаешь, одна из задач Адама заключалась в том, чтобы не позволить тебе рассказывать всему свету о вервольфах.

Загорелся зеленый свет, и мальчишка помахал нам: его машина свернула на дорогу, ведущую к федеральному шоссе. Мы тоже увеличили скорость, но здесь был заметный подъем, и требовалось какое-то время, чтобы достичь нормальной для такого шоссе скорости.

Я фыркнула.

— Кайл — это не весь мир. — Я оглянулась на Сэмюэля. — К тому же ты не хуже Адама понимал, что я собираюсь сделать. Если бы захотел, ты мог меня остановить.

— Может, я считаю Кайла достойным доверия. Я снова фыркнула.

— Может, луна сделана из зеленого сыра. Тебе все равно. Ты считаешь, что вервольфы, как другие, должны выйти из укрытия.

Сэмюэль никогда не боялся перемен.

— Мы просто не сможем дольше скрываться, — ответил он, подтверждая мою догадку. — Вернувшись в университет, я осознал, как далеко ушла за последние годы медицина. Лет десять назад, когда нам нужно было беспокоиться только об исследованиях военных и ФБР, — иметь нескольких волков на нужных постах было вполне достаточно. Но чтобы проникнуть в лаборатории полиции в каждом маленьком городке, волков просто не хватит. С тех пор как малый народ открылся, ученые гораздо больше внимания уделяют всяким отклонениям от нормы, которые раньше приписывали ошибкам оборудования или загрязнением образцов. Если отец сам не выберет подходящий момент, время выберет за него.

— Ты причина того, что он об этом задумался.

Это имело смысл. Бран всегда внимательно прислушивался к советам Сэмюэля.

— Он совсем не глуп. Поняв, с чем мы столкнулись, он пришел к такому же заключению. Предстоящей весной у него назначена встреча со всеми Альфами. — Сэмюэль помолчал. — Он думает использовать Адама — красавца и героя Вьетнамской войны.

— А почему не тебя? Красивый самоотверженный врач, который столетиями помогает людям оставаться в живых.

— Вот почему отец главный, а ты мелкая сошка, — ответил он. — Помни, распространенное убеждение заключается в том, что достаточно вервольфу тебя укусить, как ты сам станешь вервольфом, — что-то вроде спида. Пройдет немало времени, прежде чем люди смогут спокойно чувствовать себя рядом с нами. Лучше, чтобы они считали, что все вервольфы служат в армии или полиции. Знаешь: «Служить и защищать».

— Я не мелкая сошка, — горячо возразила я. — Мелкие сошки — это те, кто слушается.

Он рассмеялся, довольный тем, что снова поймал меня на приманку.

— Ты не был против того, чтобы я сказала Кайлу? — спросила я наконец.

— Не был, ты права. Он слишком многое потеряет, если обратится к таблоидам, а он как раз из таких людей, в которых мы нуждаемся — чтобы держать большинство под контролем.

— Образованный, красноречивый, воспитанный юрист?

— Да, все это подходит к Кайлу.

— Но он не вполне типичен. Сэмюэль пожал плечами.

— Быть геем — сегодня неплохая отличительная черта.

Я вспомнила, что поведал мне Кайл о своей семье, и подумала, что Сэмюэль ошибается, по крайней мере кое в чем. Но сказала только:

— Сообщу Кайлу, что ты его одобряешь. Неожиданно Сэмюэль улыбнулся.

— Лучше не надо'. Иначе он опять будет флиртовать со мной.

— Говоря о неприятностях, — осведомилась я, — что вас с Уорреном так взволновало?

— В основном Уоррена, — ответил он. — Я чужак, волк-доминант на его территории; а он и так был расстроен, потому что терял любовь всей своей жизни. Если бы я сознавал, в какой степени он доминант, я бы остановился на ночь у кого-нибудь другого, но тогда он был бы недоволен.

— Он третий после Адама.

— Было бы неплохо, если бы кто-нибудь известил меня об этом, — добродушно заметил Сэмюэль. — Адам ранен, второго нет, следовательно, Уоррен оказывается в роли Альфы. Неудивительно, что он так взвинчен. Я уже собирался выйти и отправиться гулять в одиночестве, когда ты вернулась. — Он пристально посмотрел на меня. — Странно, как успокоило его твое появление. Как будто пожаловал второй в стае — или подруга Адама.

— Я не принадлежу к стае, — резко произнесла я. — И я не встречаюсь с Адамом. У меня в стае вообще нет статуса. Просто я слишком долго разговаривала с Кайлом, и это отвлекло Уоррена.

Сэмюэль продолжал наблюдать за мной. Уголки его рта были приподняты, но а глаза полны мыслей, которые я не могла прочесть.

— Адам перед всей стаей объявил, что претендует на тебя. Ты это знала?

«Нет, не знала». — Я страшно рассердилась, но тут же поняла, зачем он это сделал.

— Ему нужно было удержать стаю, чтобы кто-нибудь не убил меня. Волки убивают койотов на своей территории. Формальное объявление меня его подругой делало мое положение безопасным. Скорее всего, об этом его попросил Бран. Но это не делает меня членом стаи и подругой Адама. Первое — потому что я койот, второе — потому что прежде чем объявить меня своей подругой, меня об этом нужно попросить.

Сэмюэль рассмеялся, но невеселым смехом.

— Можешь думать, что хочешь. Сколько у нас времени, прежде чем мы отыщем этот бар?

— Он в конце Паско, — ответила я. — Будем там через десять минут.

— Что ж, почему бы тебе пока не рассказать мне о Зи и об этой другой?

— Я мало что знаю. О другой. Просто что у нее есть информация, которая может нас заинтересовать. А что касается Зи, то он гремлин. Когда я закончила колледж, он взял меня на работу, потом я выкупила у него мастерскую, когда он ушел на пенсию. Но он по-прежнему помогает мне, когда я нуждаюсь в помощи — или когда ему скучно. Он любит что-нибудь разобрать и посмотреть, почему это не работает, но собирать обычно предоставляет мне.

— Поблизости есть резервация других. Я кивнула.

— Примерно в сорока милях. Возле Уолла-Уолла.

— Адам считает, что присутствие здесь меньших других привлекает сюда и больших.

— Я об этом ничего не знаю. Я могу учуять их волшебство, но не могу определить, насколько они сильны.

— Он также считает, что именно поэтому здесь, в Тройном городе, больше вампиров, призраков и всяких других, чем, скажем, в таком большом городе, как Спокан.

— Я стараюсь не вмешиваться в дела других видов. Избегать вервольфов не получается — ведь Адам живет по соседству, — но я пытаюсь. Единственные другие, с которыми я связана, это Зи и его сын Тед.

— Другие охотно общаются с тобой. — Сэмюэль вытянул ноги, закинул руки за голову и расставил локти, как крылья. — Адам говорит, что твой прежний босс — один из старейших других, а как ты знаешь, кузнецы по металлу, гремлины, не относятся к меньшим другим. К тому же Адам рассказал, что тебя частенько навещает вампир Стефан. Потом этот коп. Привлекать к себе внимание полиции опасно.

«Похоже, Бран в курсе всех моих дел».

— Зи заставили выйти на поверхность Серые Повелители. Значит, они относят его к меньшим другим. Стефан любит свой автобус, а я позволяю ему помогать в ремонте.

— Что?

Я забыла, что он не знаком со Стефаном.

— Он не похож на большинство вампиров, — попыталась я объяснить.

Хотя Стефан единственный вампир, с которым я знакома, я знаю, как они предположительно ведут себя: как и все остальные, я хожу в кино.

— Все вампиры одинаковы, — мрачно сказал Сэмюэль. — Просто некоторые умеют это лучше скрывать.

Спорить с ним бесполезно — тем более что в принципе я с ним согласна.

— А полицейский не моя вина, — проговорила я, сворачивая в Паско. Подходящее время для смены темы. — «Волшебная гора» в Уолла-Уолла — это бар, куда приходят туристы поглядеть на других. Те другие, которые не хотят, чтобы на них глазели, обычно заходят к дядюшке Майку здесь в Паско. Зи говорит, что тут заклятие, не дающее заходить людям. Меня оно не затрагивает, а что касается вервольфов — не знаю.

— Без меня ты не пойдешь, — заявил он.

— Отлично.

«Никогда не спорь с вервольфом раньше времени», — напомнила я себе.

Бар дядюшки Майка расположен напротив моего гаража, через реку Колумбия, он находится вблизи Индустриального парка Паско. В небольшом здании раньше размещался склад. По обе стороны от него строения сплошь расписаны местными мальчиками. То ли волшебство прогоняет уличных художников, то ли у кого-то есть много краски и кистей, но стены заведения Майка всегда выглядят безупречно чистыми. Я свернула к бару и выключила фары. Около семи, для большинства посетителей еще рано, но на стоянке уже были четыре машины, в том числе грузовик Зи.

Внутри бара так темно, что человек, поднимающийся по ступеням от входа к прилавку, может споткнуться. Сэмюэль немного задержался у входа, но скорее из тактических соображений, а не из-за заклятия. Стойка бара занимала всю стену справа от нас. Небольшое пространство в центре комнаты было предназначено для танцев, а вокруг стояли маленькие столики.

— Вон они, — сказала я Сэмюэлю и направилась в дальний угол, где сидел Зи рядом с привлекательной женщиной средних лет в деловом костюме.

Никогда не видела Зи без маскировки: он как-то объяснил мне, что ему удобней в человеческом облике. Он выбрал внешность довольно рослого лысеющего мужчины с небольшим брюшком. Лицо у него морщинистое, но приятное — вполне соответствующее характеру.

Он увидел нас и улыбнулся. Поскольку они с женщиной уже заняли самые удобные для защиты места, спиной к стене, мы с Сэмюэлем сели напротив. Если факт, что все помещение, в основном пустое, остается за нами, и тревожил Сэмюэля, я заметить это не смогла. Но сама повернула стул так, чтобы видеть по крайней мере хотя бы часть комнаты.

— Привет, Зи, — произнесла я. — Это доктор Сэмюэль Корник. Сэмюэль, познакомься с Зи.

Зи кивнул, но не стал представлять свою спутницу. Просто повернулся к ней.

— Это те, о ком я тебе говорил.

Она нахмурилась и постучала по столу длинными наманикюренными ногтями. Что-то в том, как она это делала, заставило меня подумать, что без маскировки она использует их как когти. Я попыталась определить ее запах, но вынуждена была заключить, что либо он отсутствует, либо она пахнет железом и землей, как Зи.

Оторвав взгляд от своих ногтей, она обратилась ко мне, а не к Сэмюэлю.

— Зи сообщил мне, что исчез ребенок.

— Пятнадцати лет, — уточнила я, чтобы все было ясно. Другим не нравится, если покажется, что им лгут. — Она человек и дочь местного Альфы.

— Это может доставить мне неприятности, — заявила женщина. — Но я все же поговорила с Зи. То, что я собираюсь вам рассказать, не имеет никакого отношения к другим, поэтому я могу это сделать. Обычно я не помогаю волкам, но не люблю, когда в драку втягивают невинных.

Я ждала.

— Я работаю в банке, — приступила она наконец. — Название не имеет значения, но этим банком пользуется местная семья вампиров. Взносы на их счет носят регулярный характер. — Она имела в виду, что большинство жертв платят ежемесячно. Женщина отхлебнула свой напиток. — Шесть дней назад поступил неожиданный взнос.

— Гости заплатили дань. — Я выпрямилась на стуле. Звучит многообещающе. Одинокий другой, волк или кто-нибудь еще вряд ли переведет такую большую сумму, что она привлечет внимание.

— Я взял на себя смелость расспросить до вашего прихода дядюшку Майка, — негромко сказал Зи. — Он ни о каких гостях не слышал: это значит, что держатся они очень незаметно.

— Вам надо пообщаться с вампирами, — предложил Сэмюэль. — Адам знает, как это сделать.

— Это будет слишком долго. — Я достала свой сотовый и набрала номер Стефана. Для него еще рановато вставать, но иногда звонил мне немного позже.

— Мерси, — приветливо отозвался он. — Вернулась из поездки?

— Да. Стефан, мне нужна твоя помощь.

— Чем могу помочь?

Что-то в его голосе изменилось, но я решила об этом не беспокоиться.

— Во вторник вечером или утром в среду группа, в которую входило несколько волков не из местных, похитила дочь Альфы. Она мой личный друг, Стефан. Кое-то сообщил мне, что ваша семья может обладать информацией об этих гостях. — Это вне сферы моей ответственности. Хочешь, чтобы я навел справки?

Я колебалась. Я не очень много знаю о вампирах — только то, что умные люди их избегают. Что-то в его вопросе заставило меня думать, что он не так прост.

— А что конкретно это значит? — подозрительно осведомилась я.

Он рассмеялся — добродушным, совсем не вампирским смехом.

— Хорошо, что спросила. Это значит, что ты назначаешь меня своим представителем; а это дает мне некоторые права при занятии твоим делом, каковых в противном случае у меня не было бы.

— Права на меня?

— Не такие, какими я мог бы воспользоваться. Даю тебе слово чести, Мерседес Томпсон. Я ничего не буду заставлять тебя делать вопреки твоему желанию.

— Хорошо. В таком случае — да, я бы хотела, чтобы ты навел справки ради меня.

— А что тебе известно?

Я посмотрела на бесстрастное лицо женщины.

— Не могу тебе все рассказать. Мне сообщили, что ваша семья может знать приехавших в Тройной город, которых я ищу. Они могут заниматься какими-то экспериментами с лекарствами и наркотиками.

— Спрошу. Держи сотовый при себе.

— Не уверен, что это разумно, — заявил Зи, когда я закончила разговор.

— Ты сказал, что она имеет дело с вервольфами. — Женщина скривила верхнюю губу. — Ты не сказал, что у нее дела и с неживыми.

— Я автомеханик, — обратилась я к ней. — Недостаточно зарабатываю, чтобы платить вампирам наличными, поэтому ремонтирую их машины. У Стефана есть старый автобус, который он восстанавливает. Он единственный вампир, с которым я имела дело лично.

Она не выглядела довольной, но ее верхняя губа распрямилась.

— Я высоко ценю затраченное вами время, — произнесла я, старательно избегая обычного «спасибо», что может привести к неприятностям. Некоторые другие, если их поблагодаришь, считают, что ты перед ними в долгу. А это значит, что ты обязан сделать то, что они велят. Зи очень старался отучить меня от обычая благодарить. — Альфа будет счастлив вернуть себе дочь.

— Всегда хорошо, когда Альфа доволен и счастлив, — ответила женщина; не могу утверждать, был ли эти сарказм. Она неожиданно встала и принялась приглаживать юбку, чтобы я могла отодвинуть свой стул и дать ей пройти. Выходя, она задержалась у прилавка и что-то шепнула бармену.

— Она пахнет, как ты, — заметил Сэмюэль Зи. — Что, тоже кузнец по металлу?

— Пожалуйста, гремлин, — попросил Зи. — Возможно, это и новое название для старой вещи, но перевод неплохой. Она тролль — родственник, но не близкий. Тролли любят деньги и вымогательство, многие из них работают в банках. — Он встревожено посмотрел на меня. — Ты не должна одна идти в гнездо вампиров, Мерси, даже если тебя будет сопровождать Стефан. Он кажется лучше большинства из них, но я живу очень давно. Вампирам верить нельзя. Чем привлекательней кажутся, тем они опасней.

— Я не собираюсь никуда идти, — заверила я. — Сэмюэль прав: здесь волки не платят дань. Вероятно, те, что заплатили, не имеют никакого отношения к похищению Джесси.

Зазвонил мой телефон.

— Мерси?

Это был Стефан, но что-то в его голосе меня встревожило. Я различила еще кое-что, но теперь в баре было много народу, и кто-то включил музыку.

— Минутку, — громко сказала я — и солгала. — Я тебя не слышу. Выйду наружу.

Я помахала Сэмюэлю и Зи и направилась на стоянку, где было тихо.

Сэмюэль последовал за мной. Он начал что-то говорить, но я прижала палец к губам. Не знаю, насколько острый у вампиров слух, но рисковать не хотелось. — Мерси, сейчас нормально? — Голос Стефана звучал четко и ровно.

— Да, — ответила я и услышала женский голос, ласково попросивший Стефана:

— Узнай, пожалуйста.

Он вздохнул так, словно незнакомая женщина причинила ему боль.

— С тобой в баре Майка незнакомый вервольф?

— Да. — Я оглянулась. Никого похожего на Стефана поблизости не учуяла, а я была совершенно уверена, что почувствовала бы. Должно быть, у вампиров есть кто-то свой в баре, и этот свой знает волков Адама и сумел определить, что Сэмюэль вервольф.

— Моя госпожа удивлена тем, что ее не известили о госте.

— Волки не нуждаются в разрешении вашего семейства, чтобы приехать сюда, — заявила я. — Адам в курсе.

— Адам исчез, и стая его теперь без предводителя. — Стефан произнес это так, что его слова походили на эхо.

Я была почти уверена, что женщина не знает о том, что я ее слышу, — хотя Стефан должен помнить о моем остром слухе, потому что я демонстрировала его ему. Очевидно, не счел нужным сообщить остальным членам семьи. Конечно, такое относительно слабое существо, как я, не представляет интерес для вампиров.

— У стаи есть предводитель, — сказала я.

— Стая слаба. И волки создали прецедент. Они заплатили за право появиться на нашей территории, потому что мы сильнее стаи Адама.

Глаза Сэмюэля сузились, рот затвердел. Те, кто заплатил вампирам, — убили Мака и похитили Джесси.

— Значит, среди гостей были вервольфы! — воскликнула я. — Это не волки Брана. Они не могут быть из стаи. У преступников нет статуса. Я сама убила двоих из них, а Адам — еще двоих. А как ты знаешь, я не очень сильна. Настоящие волки, волки из стаи, никогда бы не поддались бы такому слабому существу, как я.

Это правда, и я надеялась, что они оба поймут это.

Наступила долгая пауза. Я слышала негромкие звуки, но не могла ничего разобрать.

— Возможно, ты права, — произнес усталым голосом Стефан. — Приходи к нам и приведи своего волка. Мы определим, нуждается ли он в разрешении. Если откажешься, мы не видим причин информировать вас об этих преступниках, которые не представляют стаю.

— Я не знаю, где ваша семья.

— Я приду за тобой и провожу, — ответил Стефан и прервал разговор.

— Кажется, мы сегодня идем в гости к вампирам, — сказала я. В какой-то момент появился Зи. Я не заметила, когда это произошло, но сейчас он стоял рядом с Сэмюэлем. — Ты имеешь представление о вампирах?

Сэмюэль пожал плечами.

— Немного. Встречался раз-другой.

— Я пойду с вами, — негромко произнес старый автомеханик и допил остатки виски из стакана, который принес с собой. — Вряд ли смогу вам помочь — металл не их проклятие. Но я кое-что знаю о вампирах.

— Нет, — возразила я. — Ты мне нужен для другого. Если завтра утром я не объявлюсь, позвони по этому номеру. — Я достала из кошелька старый счет из бакалейного магазина и написала на обороте несколько цифр. — Это номер Уоррена, третьего волка в стае Адама. Расскажи ему все, что знаешь.

Он взял листок.

— Мне это не нравится.

Но в знак согласия сунул листок с номером телефона в карман брюк.

— Хотелось бы, чтобы у тебя было больше времени на подготовку. Есть ли у тебя символ твоей веры, Мерси, может, крест? Он не так эффективен, как изобразил мистер Стокер, но помогает.

— Я ношу крест, — заявил Сэмюэль. — Бран всех нас заставляет. У нас в Монтане нет вампиров, но есть другие твари, против которых крест хорош.

Сэмюэль имеет в виду самых отвратительных других, но не назовет их в присутствии Зи — это было бы невежливо. Точно так же, как Зи никогда не скажет, что третья и четвертая пули в его пистолете — он всегда его носит с собой — серебряные; я сама их для него изготовила. Конечно, он мог сделать их и сам, но я решила, что если у него будут стычки с вервольфами, то из-за меня.

— А ты, Мерси? — осведомился Сэмюэль.

Не люблю кресты. Моя нелюбовь не имеет никакого отношения к их метафизическим свойствам, которые так действуют на вампиров: когда я жила в стае Брана, я тоже носила крест. Мне известна история об этом инструменте мук Христа как о символе Князя Мира, который учил нас любить друг друга. Хорошая история, я даже в нее верю.

Но на самом деле у меня от крестов руки и ноги дрожат. Я очень хорошо помню одно из редких посещений церкви с матерью, когда мне было четыре или пять лет. Мама была бедна и жила в Портленде; она не могла бывать в церкви часто. Поэтому когда собиралась пойти, любила это делать как-нибудь необычно. Мы вдвоем по воскресеньям отправлялись в Мизулу и выбирали церковь наудачу — скорее потому, что мать считала себя обязанной сводить меня туда, чем потому, что была особенно религиозна.

В тот раз она задержалась, чтобы поговорить с пастором, а я одна прошла в здание и, когда завернула за угол, увидела на стене огромную, больше человеческого роста, статую распятого Христа. Мои глаза были на уровне его ног, прибитых огромными гвоздями. Все было бы не так плохо, если бы талантливый художник не изобразил муки реально, вплоть до крови. Мы в тот день так и не зашли в церковь — и не ходили с тех пор. Я не могла взглянуть на крест, не увидев умирающего на нем Сына Божьего.

Так что никаких крестов. Но, будучи выращенной стаей Брана, я носила с собой кое-что другое. Я неохотно вытащила нашейное ожерелье.

Сэмюэль нахмурился. Маленькая фигурка была стилизована: вероятно, он сразу не понял, кто это.

— Собака? — спросил Зи.

— Овечка, — ответила я, убирая ее под одежду. — Потому что одно из именований Христа — Агнец Божий.

Сэмюэль слегка пожал плечами.

— Вижу, как Мерси не подпускает к себе целую комнату вампиров своей серебряной овечкой.

Я сильно толкнула его в плечо, чувствуя, как краска заливает мне лицо, но это не помогло. Он насмешливо запел:

— У Мерси была овечка…[18]

— Мне говорили, что имеет значение вера носящего, — сказал Зи, хотя в голосе его тоже звучало сомнение. — Ты, наверно, никогда не использовала свою овечку против вампиров?

— Нет. — Я все еще была обижена этой песенкой. — Но если действует звезда Давида — а Бран уверяет, что это так, — должно подействовать и это.

Мы все повернулись и смотрели на машину, свернувшую на стоянку, но пассажиры покинули ее и вместе с водителем, который приподнял воображаемую шляпу в адрес Зи, прошли в бар дядюшки Майка. Никаких вампиров.

— Есть ли еще что-нибудь, что нам может пригодиться? — спросила я Зи, который казался наиболее информированным из нас. Все, что я знала о вампирах, можно было поместить под общим заголовком «Держаться от них подальше».

— Молитвы не действуют, — сообщил он. — Хотя похоже, на демонов и самых древних темных других они влияют. Чеснок…

— …действует как репеллент для насекомых, — заметил Стефан, неожиданно возникший между двумя машинами, стоявшими за Зи. — Не больно, но плохо пахнет, и вкус ужасный. Если не будешь раздражать никого из нас и не приведешь с собой друга, наевшегося чеснока, станешь частью меню в самую последнюю очередь.

Я не видела, как он подошел, не слышала и не чуяла, пока он не заговорил. Зи откуда-то извлек темный кинжал с мою руку и встал между мной и вампиром. Сэмюэль зарычал.

.— Простите, — скромно извинился Стефан, словно не заметив, как он ошеломил нас. — Приближаться незаметно — моя особая гордость, но обычно к друзьям я эту способность не применяю. Просто у меня была неприятная встреча, поэтому я соблюдал осторожность.

Стефан высокий, но мне всегда казалось, что он занимает места меньше, чем должен, поэтому я редко думала о нем как о крупном существе, если он только не стоял рядом с кем-нибудь. Но сейчас я заметила, что он одного роста с Сэмюэлем и почти так же широк в плечах, хотя ему не хватало массы вервольфа.

У него правильные черты лица, и в обычном состоянии его можно даже счесть красивым. Но на лице его присутствовала такая широкая улыбка, что я утратила представление о его чертах.

Но тут он нахмурился и посмотрел на меня.

— Если хочешь, чтобы я отвел тебя к госпоже, тебе нужно одеться не так открыто.

Я оглядела себя и поняла, что на мне все еще та одежда, в которой я отправилась смотреть, что происходит в доме Адама. Казалось, это было неделю назад, но на самом деле — только накануне. Футболку мне подарил сам Стефан за то, что я научила его поправлять часы его автобуса. На ней была надпись: «Счастье — это немецкое инженерное мастерство, итальянская кухня и бельгийский шоколад» и большое пятно от пролитого какао. Вспомнив, как долго я ее ношу, я тут же ощутила, что от нее пахнет сильнее, чем обычно, и пахнет не стиральным порошком и не смягчителем воды.

— Мы совсем недавно приехали в город, — извинилась я. — У меня не было возможности зайти домой и переодеться. Но и ты ненамного лучше выглядишь.

Он покачивался на каблуках, широко расставив руки, как комик в водевиле, на потеху публики коверкающий свои движения. На нем был распахнутый черный пиджак поверх простой белой рубашки и джинсы с дырой на колене. Никогда не видела его более по-деловому одетым, но почему-то он всегда выглядел так, словно… напялил чужую одежду.

— Это мой лучший вампирский костюм. Может, стоило надеть черные джинсы и черную рубашку, но терпеть не могу переигрывать.

— Мне казалось, ты нас подвезешь. — Я нарочито огляделась. — Где твоя машина?

— Я пришел быстрее. — Он не стал объяснять, как это, и продолжил: — Здесь твой фургон. Места на всех четверых хватит.

— Зи остается здесь, — заявила я. Стефан улыбнулся.

— Чтобы привести подкрепление.

— Ты знаешь, где те, кто напал на Адама? — спросила я, чтобы не комментировать его слова.

Он с сожалением покачал головой.

— Госпожа не сообщила мне больше того, что я передал вам. Я даже не уверен, что она знает правду. — Лицо его на мгновение застыло. — Можешь найти предлог и не ходить, Мерси.

— Эти гости уже убили одного человека и все перевернули в доме Адама, — сказала я ему. — Если твоя госпожа знает, где они, мы должны у нее спросить.

Он необычно чопорно поклонился мне, посмотрел на Сэмюэля и широко улыбнулся, сумев не обнажить клыки.

— Мы не знакомы. Должно быть, ты новый волк в городе.

Я представила их друг другу, но было очевидно, что Сэмюэль и Стефан не станут немедленно друзьями — и вина в этом не Стефана.

Я слегка удивилась. Оба отличались добродушным очарованием, которое заставляет окружающих улыбаться. Но поведение Сэмюэля было необычайно мрачным. Очевидно, он не любит вампиров.

Я забралась в фургон и подождала, пока Сэмюэль и Стефан закончат очень вежливо спорить, кому где сидеть. Оба хотели располагаться сзади. Я надеялась, что Стефан постарается быть сговорчивым, но не тут-то было, Сэмюэль же не хотел, чтобы вампир находился у него за спиной.

Прежде чем Сэмюэль не вышел из себя и прямо не заявил Стефану об этом, я вмешалась:

— Мне нужно, чтобы Стефан сидел рядом со мной и показывал дорогу.

Зи постучал мне в окно и, когда я включила двигатель и опустила стекло, дал мне кинжал, который вытащил, когда впервые появился Стефан, дал вместе с чем-то кожаным, похожим одновременно на ножны и пояс.

— Возьми. Пояс можно перестегнуть, чтобы он был тебе впору.

— Разрешите? — почтительно спросил Стефан, устраиваясь рядом со мной на переднее сиденье. Когда Зи коротко кивнул, я протянула ему кинжал.

Вампир поднял кинжал и стал поворачивать и разглядывать его в тусклом освещении. Потом хотел вернуть его мне, но Сэмюэль протянул руку и перехватил оружие. Проверил остроту, слегка проведя лезвием по большому пальцу. Ахнув, отвел клинок и сунул палец в рот.

Мгновение ничего не происходило. И тут на нас накатила волна Силы — но не такой, какую призывает Альфа, и не такой, какую использует Елизавета Аркадьевна. Эта Сила походила на ту, с помощью которой маскируются другие, и от нее у меня во рту появился вкус металла и крови. Через несколько мгновений все снова стихло.

— Я бы сказал, что кормить старое лезвие кровью, — не лучшая мысль, — спокойно заметил Стефан.

Зи засмеялся — глубоким низким смехом, отчего голова его запрокинулась.

— Прислушайся к вампиру, Сэмюэль, сын Брана. Моей дочери слишком нравится вкус твоей крови.

Сэмюэль вернул мне кинжал.

— Зи, — произнес он так, словно только сейчас что-то пришло ему в голову. И продолжил по-немецки: — Siebold Adelbertkrieger aus dem Schwarzenwald.

— Зибольд Адельбертсмайтер из резервации Уолла-Уолла, — спокойно представился Зи.

— Кузнец Зибольд Адельберт из Черного Леса, — перевела я, впервые пользуясь знаниями, полученными в ходе двухлетнего изучения языка в колледже. Неважно: по-английски или по-немецки, но слова, которые Сэмюэль произнес как почетнейший титул, для меня ничего не значили.

Отправляйтесь в любую ирландскую деревню, и там вам назовут имена других, живших с предками. Скалы и пруды там носят имена брауни и келпи,[19] когда-то в них живших. Немецкая история сосредоточивается на героях. Только о некоторых немецких других, таких как Лорелея или Румпельстильскин,[20] сохранились истории, которые могут подсказать, с какими другими ты имеешь дело.

Но Сэмюэль, очевидно, кое-что знал о Зи.

Зи увидел выражение моего лица и снова рассмеялся.

— Не забивай себе голову, девочка. Мы живем в настоящем, и пусть прошлое само о себе заботится.

У меня диплом историка — и это одна из причин того, что я стала автомехаником. В основном я удовлетворяю свое любопытство, читая исторические романы. Я раньше пыталась уговорить Зи что-нибудь рассказать мне, но он, как и вервольфы, не любит разглагольствовать. В прошлом слишком много теней. Но теперь, вооруженная этим именем, я заберусь в Интернет, как только окажусь дома.

Зи посмотрел на Стефана, и смех в его глазах погас.

— Вероятно, кинжал не очень подходит против вампиров, но я буду лучше себя чувствовать, если у нее есть чем защищаться.

Стефан кивнул.

— Он будет позволен.

Кинжал лежал у меня на коленях, как самое обычное оружие, но я помнила исходившую от него волну Силы, и осторожно вложила его в ножны.

— Не смотри им в глаза, — неожиданно сказал Зи. — Это относится и к вам, доктор Корник.

. — Не играй с вампирами в господство, — оскалился Сэмюэль. — Я помню.

Вторая половина этого старого афоризма волков — «просто убивай их». Я была рада, что он ее не произнес.

— Больше ни о чем не хочешь предупредить, вампир, ставший другом Мерси? — спросил Зи у Стефана.

Тот пожал плечами.

— Я бы не согласился на это, если бы считал, что госпожа задумала зло. Просто она скучает. Мерси прекрасно умеет отвечать вежливо, но так, чтобы ничего не обещать. Если волк сможет вести себя так же, мы еще до рассвета благополучно окажемся в своих постелях.


Содержание:
 0  Призванные луной : Патриция Бриггз  1  Глава первая : Патриция Бриггз
 2  Глава вторая : Патриция Бриггз  3  Глава третья : Патриция Бриггз
 4  Глава четвертая : Патриция Бриггз  5  Глава пятая : Патриция Бриггз
 6  Глава шестая : Патриция Бриггз  7  Глава седьмая : Патриция Бриггз
 8  Глава восьмая : Патриция Бриггз  9  вы читаете: Глава девятая : Патриция Бриггз
 10  Глава десятая : Патриция Бриггз  11  Глава одиннадцатая : Патриция Бриггз
 12  Глава двенадцатая : Патриция Бриггз  13  Глава тринадцатая : Патриция Бриггз
 14  Глава четырнадцатая : Патриция Бриггз  15  Глава пятнадцатая : Патриция Бриггз
 16  Глава шестнадцатая : Патриция Бриггз  17  Использовалась литература : Призванные луной



 




sitemap