Фантастика : Ужасы : Ванна : Гильермо Дель Торо

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  4  8  12  16  20  24  28  32  36  40  44  48  52  56  60  64  68  72  76  80  84  88  92  96  100  104  108  112  116  120  124  128  131  132  133  136  140  143  144

вы читаете книгу




«Ванна»

«Ванна», образовавшаяся на месте башен Всемирного торгового центра, уходила в глубину на семь этажей. Она была ярко освещена: работа в ней шла круглые сутки. Однако в эту ночь в котловане царила тишина, все машины и механизмы застыли. Наверное, впервые с того дня, как рухнули башни.

— Почему? — спросил Эф. — Почему именно здесь?

— Это место притягивало его, — ответил Сетракян. — Крот устраивает себе гнездо в мертвом стволе упавшего дерева. Гангрена начинается в ране. Для него нет ничего приятнее человеческой трагедии и боли.

Эф, Сетракян и Фет сидели в микроавтобусе Фета, припаркованном на Церковной улице. Сетракян с термовизором устроился у окошка в задней дверце. Машин практически не было. Лишь изредка проезжали такси или автофургон. Никаких пешеходов. И никаких вампиров.

— Здесь слишком светло. — Сетракян не отрывался от термовизора. — Они не хотят, чтобы их видели.

— Мы не может кружить и кружить вокруг котлована, — заметил Эф.

— Если их так много, как мы предполагаем, они должны быть неподалеку, — сказал Сетракян. — Чтобы вернуться в логово до рассвета. — Он посмотрел на Фета. — Представьте себе, что это крысы.

— Вот что я вам скажу, — откликнулся Фет. — Я никогда не видел крысу, идущую через парадную дверь. — Он немного подумал, а потом протиснулся мимо Эфа к передним сиденьям. — У меня есть идея.

По Церковной улице он поехал на север, к городской ратуше, расположенной в квартале к северо-востоку от котлована. Ратушу окружал большой парк. Фет заехал на стоянку для автобусов и заглушил двигатель.

— В этом парке — одна из самых больших в городе крысиных колоний. Мы пытались убрать весь плющ, потому что он очень уж хорошо скрывает землю. Поменяли контейнеры для мусора, но ничего не помогло. Они играют здесь, как белки, особенно в полдень, когда люди приходят сюда перекусить. Еда очень их радует, но еду они могут добыть где угодно. Инфраструктура, вот что влечет их сюда. — Фет указал на землю. — Под нами находится заброшенная станция подземки. Она так и называлась — «Ратуша».

— Она связана с действующими линиями? — спросил Сетракян.

— Под землей все связано, так или иначе. Долго ждать им не пришлось.

— Вот! — воскликнул Сетракян.

В свете уличного фонаря Эф увидел оборванку, метрах в тридцати от них.

— Бездомная.

— Нет, — возразил Сетракян и передал термовизор Эфу.

Женщина ярко-красным пятном выделялась на холодном и потому тусклом фоне.

— Вампирский обмен веществ, — пояснил Сетракян. — А вон еще одна.

Полная женщина шагала с трудом, переваливаясь на слоновьих ногах. Чтобы не упасть, она придерживалась за железный заборчик, огораживающий парк.

И еще: мужчина в фартуке уличного продавца газет нес на плече тело. Перекинул через заборчик, неловко перелез сам. Свалился, порвал брючину, безо всяких эмоций поднялся, взвалил тело на плечо и проследовал под деревья.

— Да, — кивнул Сетракян. — Это здесь.

По телу Эфа пробежала дрожь. Эти ходячие патогены, эти заразные болезни в человеческом обличье вызывали у него отвращение. Его мутило, когда он видел, как они сползаются к парку, словно низшие животные, убегающие от света, повинуясь инстинкту. Он чувствовал, что они спешат, совсем как жители пригородов, торопящиеся на последний поезд домой.

Они тихонько вышли из микроавтобуса. Фет надел защитный костюм из тайвека и резиновые сапоги. Предложил запасные комплекты остальным, но Эф и Сетракян взяли только сапоги. Сетракян, никого не спросив, опрыскал всех спреем, отбивающим запах, — из флакона с оленем и двумя красными перекрестьями на этикетке. Но спрей, разумеется, не мог скрыть ни выдыхаемый ими углекислый газ, ни удары сердца, ни движение крови.

На Фета нагрузили большую часть снаряжения. Гвоздезабивной пистолет висел в чехле на груди, вместе с тремя дополнительными магазинами серебряных гвоздей без шляпки. Различные инструменты и приспособления крепились на ремне, включая монокуляр ночного видения, фонарь черного света и один из кинжалов Сетракяна с серебряным клинком в кожаных ножнах. В левой руке Василий держал мощную лампу черного света, на плечо повесил мешок с ультрафиолетовой миной.

Сетракян в одной руке нес свою трость, в другой — лампу черного света. Термовизор лежал в кармане пальто. Старик дважды проверил, что коробочка с таблетками по-прежнему в кармане жилетки, а вот шляпу он оставил в микроавтобусе.

Эф тоже держал в левой руке ультрафиолетовую лампу. Его грудь пересекала перевязь, а над левым плечом торчала рукоятка шестидесятисантиметрового серебряного меча, висевшего за спиной.

— Я не уверен, что это правильно, — пробурчал Фет. — Спускаться вниз, чтобы сразиться с монстром на его территории.

— У нас нет другого выхода, — ответил Сетракян. — День — единственная часть суток, когда мы точно знаем, где он. — Он посмотрел на светлеющее небо. — Ночь на исходе. Идем.

Они подошли к калитке в низком заборе, которая запиралась на ночь. Эф и Фет быстро перебрались через нее, потом помогли Сетракяну.

Шум чьих-то шагов — шло несколько человек, быстрым шагом, при этом они кого-то волокли — заставил их углубиться в парк.

Под деревьями стояла тьма. Они слышали журчание фонтана и доносящийся с улицы шум проезжающих автомобилей.

— Где они? — прошептал Эф.

Сетракян достал из кармана термовизор. Оглядел парк, потом протянул его Эфу. Эф увидел ярко-красные фигуры, быстро двигающиеся по холодному фону.

И получил ответ: они везде. Вампиры стекались к какому-то месту, расположенному к северу от них.

Скоро стало понятно, куда они идут. Их как магнитом тянуло к небольшому домику, который стоял с бродвейской стороны парка. На таком расстоянии они могли разглядеть только общие контуры темного сооружения. Оставалось только наблюдать и ждать, когда последний вампир исчезнет в домике. Новых вампиров термовизор Сетракяна более не обнаруживал.

Света прибывало и, подбежав к домику, они увидели, что это информационный киоск, закрывающийся на ночь. Фет распахнул дверь, внутри никого не было.

Они вошли. На деревянном прилавке лежали туристические проспекты с описанием маршрутов и расписанием автобусов. Фет направил луч ручного фонарика на крышку люка в полу. На створках имелись ушки для висячего замка, но сами замки отсутствовали. Большими буквами там было вычеканено: «УГТ» — Управление городского транспорта.

Фет откинул сначала одну створку, потом другую. Эф стоял с лампой наготове. Ступени вели в темноту. Сетракян осветил выцветшую надпись на стене, когда Фет уже начал спускаться.

— Аварийный выход, — сказал Фет. — После Второй мировой войны старой станцией «Ратуша» перестали пользоваться. Рельсовый путь поворачивал по слишком крутому для более современных и скоростных поездов радиусу, платформы кому-то показались слишком узкими. Хотя поезда шестой линии вроде по-прежнему здесь поворачивают. — Он огляделся по сторонам. — Должно быть, наземную часть прежнего аварийного выхода снесли и заменили информационным киоском.

— Отлично, — кивнул Сетракян. — Пошли.

Он последовал за Фетом, Эф шел в арьергарде. Закрывать за собой створки крышки они не стали, чтобы в случае необходимости иметь возможность быстро подняться на поверхность. Грязь и копоть покрывали края ступенек, но посередине их счистили подошвы ног. Внизу было чернее, чем самой черной ночью.

— Следующая остановка — тысяча девятьсот сорок пятый год, — пробасил Фет.

Лестничный пролет закончился у открытой двери, которая вела к более широким ступеням. По ним они спустились в старый вестибюль под выложенным плиткой куполом, который увенчивался световым фонарем. Сквозь грязное стекло они разглядели уже синеющее небо. Лестницы и доски лежали у стены, рядом с билетной кассой. Турникетов не было, станция принимала пассажиров в те далекие годы, когда до использования жетонов еще не додумались.

Из дальней арки лестница, ширины которой хватало только на пять человек, спускалась на узкую платформу. Они прислушались, остановившись у арки, но до их ушей донесся лишь визг тормозов далекого поезда. Потом спустились на заброшенную платформу.

Они словно попали в кафедральный собор. С арочных потолков свисали бронзовые люстры, только лампы в них, увы, не горели. Керамические плитки были выложены зигзагами — рисунок напоминал гигантские застежки-молнии. Через два воздушных фонаря на платформу проникал аметистовый свет, остальные фонари когда-то заделали свинцовыми заглушками, опасаясь воздушных налетов даже после того, как Вторая мировая война закончилась. Свет проникал и еще через какие-то щели, очень слабый свет, но все-таки они видели уходящий вдаль, проложенный по дуге рельсовый путь. Облицовка стен местами выкрошилась, но большие белые плиты с синими буквами, складывающимися в слово «РАТУША», сохранились.

Слой пыли, лежащий на платформе, пятнало множество следов вампиров, которые вели в темноту тоннеля.

Они подошли к краю платформы, спустились на рельсы. Выключили фонари, и ультрафиолетовая лампа Эфа высветила множественные многоцветные лужи мочи. Сетракян уже собрался достать термовизор, когда они услышали за спиной шум. Опоздавшие спускались из вестибюля на платформу. Эф выключил лампу черного света, и они отошли к стене тоннеля.

Опоздавшие спустились с платформы, шурша ногами по щебенке, которой были засыпаны шпалы. Сетракян следил за ними по термовизору. Он увидел две оранжево-красные фигуры, ничем не отличающиеся от других вампиров. Первая исчезла, и Сетракяну потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что вампир проскочил в стенной проем, который они пропустили. Второй вампир остановился у проема, но не нырнул в него, а посмотрел в их сторону. Сетракян не шевельнулся, зная, что ночное видение у вампира еще не развилось, поскольку обратили его недавно. Что-то горячее оранжевое потекло по ноге, переходя в теплое желтое и совсем уже остывая на земле: существо опорожняло мочевой пузырь. Вампир по-прежнему смотрел в их сторону, как хищный зверь, почувствовавший добычу, потом наклонил голову и исчез в стенном проеме.

Сетракян двинулся в обратную сторону, остальные последовали за ним. Вонь свежей, еще теплой вампирской мочи заполняла тоннель, запах жженого аммония вызвал у Сетракяна давние, отвратительные ассоциации. Они обогнули лужу, направляясь к стенному проему.

Эф достал из ножен меч и пошел первым. Узкий проем расширился в жаркий тоннель, в котором пахло паром. Он едва успел включить ультрафиолетовую лампу, как вампир, сидевший на корточках, поднялся и набросился на него. Эф не успел вовремя выставить перед собой меч, и вампир прижал его к стене. Эф выронил лампу, она упала около ручейка грязной воды, текущего вдоль стены. В густо-синем свете Эф увидел, что вампир — женщина, точнее, была женщиной. Блейзер поверх грязно-белой блузки. Черная тушь, подчеркивающая мертвенность глаз. Ее челюсть опустилась, язык закруглился кверху… и тут из проема вышел Фет.

Он кинулся на вампиршу с кинжалом, ударил в бок. Она отпрянула от Эфа, развернулась и атаковала уже Фета. Он ударил вновь в то место, где полагалось находиться сердцу, в грудь, пониже плеча. Вампирша отшатнулась, но опять рванулась к Фету. Третий удар пришелся в нижнюю часть живота. Вампирша зарычала, но не от боли, а от недоумения. И снова пошла в атаку.

Но Эф уже пришел в себя и, когда вампирша шагнула к Фету, взмахнул мечом, держа его обеими руками. Он еще не успел сжиться с мыслью о том, что теперь ему придется убивать, а не лечить, а потому удару не хватило силы, чтобы обезглавить вампиршу. Но позвоночник он перерубил, так что голова упала вперед. Руки повисли, тело затряслось, вампирша упала на землю.

Времени на то, чтобы прийти в себя, им не оставили. Громкие шаги эхом разнеслись по подземелью. Второй вампир убегал, чтобы предупредить остальных.

Эф подхватил с земли ультрафиолетовую лампу и побежал следом, зажав в другой руке меч. Он представлял себе, что преследует того самого вампира, который заманил сюда Келли, и злость ускоряла его бег. Тоннель повернул направо, где труба выходила из камня и горячая вода, дымясь, стекала в дыру. Землю и стены покрывала плесень, блестевшая в черном свете лампы. Эф видел впереди силуэт вампира, который бежал, растопырив пальцы рук и словно бы скребя ими воздух.

Еще один поворот тоннеля, и вампир исчез. Эф остановился, огляделся, принялся водить лампой из стороны в сторону, запаниковал… но тут увидел ноги вампира. Тварь, улегшись на спину, шустро уползала в лаз в стене. Эф рубанул по грязным ногам, но опоздал, меч воткнулся в землю.

Эф встал на колени, однако не смог разглядеть, что находится на другой стороне лаза. Он слышал шаги и знал, что Фет и Сетракян сильно отстали. Решив, что ждать нельзя, Эф лег на спину и пополз, извиваясь, в дыру, выставив над головой руки с мечом и лампой черного света.

«Только бы не застрять», — думал он, понимая, что в этом случае выбраться не удастся. Эф отталкивался ногами, и вскоре его руки и голова появились на другой стороне лаза. Еще несколько энергичных движений, и Эф перевернулся на живот, а потом поднялся на колени.

Тяжело дыша, он покачал перед собой ультрафиолетовой лампой, будто факелом. Эф очутился в другом тоннеле, уже с рельсами, однако чувствовалось, что поезда здесь не ходят. По левую руку, менее чем в сотне метров, он увидел свет.

Платформа. Эф прибавил шагу и вскоре забрался на нее. Великолепия станции «Ратуша» здесь он не увидел. Металлические столбы, трубы под потолком. Эф полагал, что побывал на всех станциях в южной части Манхэттена, но на эту определенно попал впервые.

У платформы застыли несколько вагонов. На каждом висела табличка: «НЕИСПРАВЕН». Посреди платформы стояла старая будка диспетчера, разрисованная граффити. Эф попытался открыть дверь. Заперта.

Он услышал шум в тоннеле у себя за спиной. Это Фет и Сетракян выбирались из лаза. Возможно, он поступил опрометчиво, убежав так далеко. Эф решил подождать их здесь, в оазисе света, но вдруг услышал стук отброшенного камня. Повернувшись, он увидел вампира, который выскочил из последнего вагона и бежал у дальней стены, подальше от огней заброшенной станции.

Эф погнался за ним сначала по платформе, потом спрыгнул на пути и побежал в темноту. Тоннель повернул направо, рельсы закончились. Стены, казалось, сблизились. Он слышал шаги вампира. Тот спотыкался о камни, его качало, так что расстояние между ними уменьшалось. Черный свет лампы пугал вампира. Один раз он обернулся, на Эфа глянула маска ужаса.

Эф на ходу взмахнул мечом и отсек голову бегущего монстра.

Безголовое тело упало, Эф остановился, направил свет лампы на шею, чтобы убить кровяных червей. Выпрямился, задышал более ровно… а потом затаил дыхание.

Он слышал тварей. Точнее, чувствовал их. Они находились вокруг. Не ходили, не двигались, просто… шевелились.

Эф достал маленький фонарик, посветил. В тоннеле лежали тела ньюйоркцев. Полностью одетые, у обеих стен тоннеля, напоминающие жертвы газовой атаки. Некоторые с открытыми глазами, смотрящими в никуда, как у принявших дозу наркоманов.

Обращенные. Недавно укушенные, недавно зараженные. Подвергшиеся нападению этой самой ночью. Шевеление, которое слышал Эф, исходило от тел, где полным ходом шла трансформация: руки-ноги не двигались, но вирусы пожирали органы, а в горле росло жало.

Луч фонарика освещал десятки тел, но их наверняка было гораздо больше. Мужчины, женщины, дети, самые разные люди, всех возрастов, национальностей, цветов кожи. Эф переводил луч с одного лица на другое. Он искал Келли и надеялся, что ему не удастся ее найти.

За этим занятием его и застали Фет и Сетракян.

— Ее здесь нет, — поделился с ними Эф с облегчением, в котором сквозило отчаяние.

Сетракян стоял, приложив руку к груди. Он никак не мог отдышаться.

— Сколько еще идти?

— То была вторая станция «Ратуша», на Бродвейской линии, — сказал Фет. — Нижний уровень не эксплуатировался, использовался как отстойник и склад. Это означает, что мы находимся под Бродвейской линией. В этом месте рельсы огибают основание Вулворт-Билдинг. Следующая остановка — «Улица Кортлендт». А это значит, что Всемирный торговый центр… — Он посмотрел наверх, словно мог видеть сквозь тридцать-сорок метров толщи земли. — Мы близко.

— Давайте с этим покончим, — вырвалось у Эфа. — И побыстрее.

— Подождите. — Сетракян все еще не мог отдышаться. Луч его фонарика прошелся по лицам обращенных. Он опустился на колено, проверил некоторых зеркалом с серебряной амальгамой, убрал его в карман. — Мы должны выполнить свой долг.

Долг выполнил Фет, убивая новоявленных вампиров в свете фонарика Сетракяна. Каждое обезглавливание било кувалдой по психике Эфа, но он заставлял себя не отводить глаз.

По мере спуска вода на полу прибавлялась; странные, бесцветные корни и лианы спускались с потолка, чтобы добраться до нее. Редкие сохранившиеся лампы показывали полное отсутствие граффити на стенах тоннеля. Белая пыль лежала на сухих участках пола, покрывала лужи стоячей воды. Пыль попала сюда давно, когда рушились башни Всемирного торгового центра.

Все трое старались не наступать на пыль, если могли; они относились к ней с почтением, как к могильным камням.

Потолок становился ниже, им уже приходилось пригибаться. Они определенно приближались к тупику, но луч фонаря Сетракяна обнаружил пролом в стене, достаточно широкий, чтобы они смогли протиснуться в него. Гул, далекий и неясный, стал набирать силу. В лучах фонарей они увидели, как по лужам воды рядом с их сапогами пошла рябь. Впереди справа, но уровнем выше находилась станция «Ратуша» Бродвейской линии. Трест, грохот, вибрации нарастали; они будто попали в эпицентр землетрясения и в тот самый момент поняли, что при таком прикрытии никто не обратит на них ни малейшего внимания.

Через пролом они перебрались в новый рукотворный тоннель, без рельсов, без единой горящей лампы, сотрясающийся при каждом прохождении поезда подземки. Около металлических колонн, поднимающихся каждые десять метров, лежали груды мусора. Далеко впереди за углом виднелся желтоватый свет. Они выключили ультрафиолетовые лампы и быстро зашагали по темному тоннелю, чувствуя, что он расширяется, а после поворота превратился в длинную, широкую пещеру.

Земля перестала ходить ходуном, шум поезда утих, они сбавили скорость, чтобы приглушить шум шагов. Эф почувствовал присутствие вампиров, прежде чем увидел их, сидящих или лежащих на земле. Чувствуя присутствие людей, вампиры поднимались, но в атаку не шли. Поэтому Эф, Сетракян и Фет продолжали идти вперед, с каждым шагом приближаясь к логову Владыки.

Демоны хорошо подкормились в эту ночь, они как клопы раздулись от выпитой крови. Апатия, подобная смерти, охватила их, они спокойно дожидались нового заката солнца, чтобы потом начать кормиться опять.

Однако столь близкое присутствие людей будоражило вампиров, и они двинулись к ним, в комбинезонах строителей и деловых костюмах, в трениках и вечерних туалетах, в пижамах и вообще без одежды.

Эф крепко сжимал рукоятку меча, вглядываясь в лица. Мертвые лица с кроваво-красными глазами.

— Держимся вместе, — прошептал Сетракян, на ходу осторожно доставая ультрафиолетовую мину из сетчатого мешка, который висел на плече Фета. Искривленными пальцами он снял полоску изоляционной ленты, фиксирующей взрыватель, и начал вращать верхнюю часть мины, сводя контакты, замыкающие электрическую цепь. — Надеюсь, это сработает.

— Надеетесь? — переспросил Фет.

Вампир подошел к нему. Это был старик, возможно, еще не насосавшийся до отвала, как остальные. Фет показал ему кинжал, и вампир зашипел. Фет пинком отбросил его, показал серебро остальным.

— Да-а, мы загнали себя в глубокую яму, — сказал он.

Лица словно бы отделялись от самих стен, лица с раздувающимися ноздрями, с горящими глазами. Более старых вампиров, первого и второго поколения, отличали поседевшие волосы. Они издавали звериные стоны, в горлах клокотало, словно в попытке что-то сказать вампиры не могли протолкнуть воздух сквозь отростки, выросшие под их языками. Раздутые шеи подергивались.

— Как только штырь воткнется в землю, контакты электрической цепи должны замкнуться, — предупредил Сетракян, шагающий между Фетом и Эфом.

— «Должны», как же! — фыркнул Фет.

— Вам необходимо найти укрытие до того, как мина вспыхнет. За этими опорами. — Ржавые металлические колонны стояли через равные интервалы. — На это у вас будет лишь несколько секунд. Потом закройте глаза. Не смотрите. Вспышка может вас ослепить.

— Так уже пора! — воскликнул Фет, на которого напирали вампиры.

— Еще нет… — Старик на пять сантиметров вытащил серебряный меч из трости, провел подушечками двух пальцев по лезвию. На бетонный пол закапала кровь. Запах привел вампиров в неистовство, они подходили со всех сторон, выползали из самых дальних углов, всегда любопытные, вечно голодные.

Фет рубил кинжалом пыльный воздух, чтобы не подпускать вампиров вплотную.

— Чего вы ждете? — выкрикнул он.

Эф по-прежнему вглядывался в лица, в каждой женщине с мертвыми глазами он поначалу видел Келли. Одна метнулась к нему, но Эф ткнул острием меча ей в ключицу, и она отпрыгнула назад как от ожога.

Шум нарастал, на тех, кто стоял впереди, напирали задние, кровь Сетракяна капала на землю, ее запах — и расход впустую! — бесил вампиров.

— Ну же! — крикнул Фет.

— Еще несколько секунд… — сказал Сетракян.

Вампиры усилили натиск. Эф колол острием меча то одного, то другого, не подпуская к себе. Только тут он догадался включить лампу черного света. Передние хотели было отпрянуть от ее лучей, но не смогли: их подпирали задние. Свободное пространство вокруг сжималось… Эф почувствовал, как чья-то рука схватила его за рукав…

— Пора! — крикнул Сетракян.

Он подбросил вверх шар со штырем, как судья подбрасывает баскетбольный мяч в начале игры. В верхней точке полета тяжелая сфера выровнялась и штырем вниз полетела к земле.

Четырехгранное острие воткнулось в бетон, в мине что-то зажужжало — так жужжит, перезаряжаясь, старая лампа-вспышка.

— Уходим, уходим! — закричал Сетракян.

Эф размахивал и лампой, и мечом, пробиваясь к одной из металлических колонн. Он чувствовал, как его хватают, тянут, слышал стоны вампиров, их вопли. Но при этом всматривался в лица, искал Келли, рубил всех, кто не был ею.

Жужжание мины сменилось нарастающим воем. Эф пробился к металлической колонне и заступил за нее в тот самый момент, когда окружающее пространство начало заполняться ослепляющим синим светом. Он закрыл глаза, уткнулся лицом в локтевой сгиб.

Слышал агонию вампиров. Их тела таяли, разлагались, сгорали, превращались в пепел. Стон разносился по всему тоннелю.

Вампиры гибли десятками и сотнями.

Пронзительный вой длился не более десяти секунд, яркий очищающий свет, заполнявший тоннель от пола до потолка, потух, едва разрядились аккумуляторы. Тоннель погрузился в темноту. Слышалось только шипение догорающих останков. Эф опустил руку, открыл глаза.

Тошнотворный запах поднимался от обугленных существ, лежавших на полу. Люди не могли сделать и шага, не наступив на хрустящие под сапогами угли. В живых остались только те вампиры, которых частично прикрыли металлические колонны. Эф и Фет совершили быстрый обход пещеры, отрубая головы этим покалеченным, наполовину уничтоженным существам.

Потом Фет вернулся к мине, которая теперь просто горела обычным огнем. Огляделся, оценивая нанесенный урон.

— Да-а, — протянул он, — сработала долбаная хреновина.

— Смотрите, — сказал Сетракян.

В дальнем конце тоннеля, пол которого затянуло едким дымом, на возвышении из земли и мусора стоял длинный черный ящик.

Когда Эф и остальные направились к нему — со страхом саперов, приближающихся к подозрительному предмету без защитных костюмов, — ситуация показалась Эфу чрезвычайно знакомой, и через несколько мгновений он понял, откуда такие ассоциации: те же чувства он испытывал, шагая по рулежной дорожке к темному самолету, с которого, собственно, все и началось.

Он вновь ощутил, что приближается к чему-то мертвому и не мертвому. К чему-то прибывшему из другого мира.

Расстояние сократилось настолько, что Эф уже мог подтвердить — да, это тот самый длинный черный ящик, который он видел в грузовом отсеке самолета, прибывшего рейсом 753. С резной двухстворчатой крышкой. Человеческие фигурки, горящие в пламени, лица с раззявленными в диком крике ртами.

Огромный гроб Владыки поставили на алтарь из мусора и земли под руинами Всемирного торгового центра.

— Это он, — кивнул Эф.

Сетракян первым подошел к ящику, почти коснулся резьбы и лишь в последний момент отдернул скрюченные пальцы.

— Давно я его искал.

Эфа передернуло. Не хотелось ему вновь встречаться с этим монстром, безжалостным, невероятно сильным гигантом. Он оставался с другой стороны гроба, ожидая, что створки распахнутся изнутри. Ручек на крышке не было. Чтобы поднять створки, следовало подсунуть под них пальцы. Это было неудобно и отнимало время.

Держа наготове длинный меч, Сетракян встал словно бы у изголовья гроба. Лицо его оставалось мрачным. Эф поискал причину в выражении глаз старика, но они ему ничего не подсказали.

Слишком легко все получилось.

Фет и Эф подсунули пальцы под створки и после третьего кивка Эфа подняли их. Сетракян выступил вперед с мечом и лампой черного света, чтобы… чтобы обнаружить только одно: ящик был полон земли. Старик проткнул ее в нескольких местах, серебряное острие каждый раз упиралось в дно. Ничего.

Фет отступил назад с горящими глазами.

— Его нет?

Сетракян вытащил меч, постучал о край, стряхивая землю.

Разочарование сокрушило Эфа.

— Он удрал. — Эф развернулся, оглядел усеянный убитыми вампирами тоннель. — Почувствовал наше приближение. Не прошло и пятнадцати минут, как ушел. На поверхность он выйти не может. Из-за солнца… значит, он останется под землей до наступления ночи.

— Это же самая большая подземная транспортная система в мире, — сказал Фет. — Тысяча триста километров рельсовых путей.

Эф даже осип от отчаяния.

— У нас не было ни единого шанса.

Сетракян, конечно, вымотался, но сдаваться не собирался. Его глаза горели огнем.

— Разве не так вы уничтожаете грызунов, господин Фет? Изгоняете из гнезд, а потом добиваете.

— Только в том случае, если известно, куда они прибегут.

— Но ведь все существа, роющие норы, крысы там или кролики, создают некое подобие черного хода…

— Запасной выход. — Фет начал понимать, к чему клонит старик. — На случай чрезвычайных обстоятельств. Хищник входит в одну дверь, ты убегаешь через другую.

— Я уверен, что мы заставили Владыку пуститься в бега, — кивнул Сетракян.


Содержание:
 0  Штам. Начало The Strain : Гильермо Дель Торо  1  Посадка : Гильермо Дель Торо
 4  Рулежная дорожка Фокстрот : Гильермо Дель Торо  8  Командно-диспетчерский пункт аэропорта Кеннеди : Гильермо Дель Торо
 12  Дарк-Харбор, Вирджиния : Гильермо Дель Торо  16  Улица Келтон, Вудсайд, Куинс : Гильермо Дель Торо
 20  Международный аэропорт имени Джона Ф. Кеннеди : Гильермо Дель Торо  24  Ангар для ремонта самолетов компании Реджис эйрлайнс : Гильермо Дель Торо
 28  Затмение : Гильермо Дель Торо  32  Манхэттен : Гильермо Дель Торо
 36  Окончание затмения : Гильермо Дель Торо  40  Международная космическая станция : Гильермо Дель Торо
 44  Стоунхарт груп, Манхэттен : Гильермо Дель Торо  48  Инфекционное отделение Медицинского центра Джамейки : Гильермо Дель Торо
 52  Инфекционное отделение Медицинского центра Джамейки : Гильермо Дель Торо  56  Перебор : Гильермо Дель Торо
 60  Первая ночь : Гильермо Дель Торо  64  Управление главного судебно-медицинского эксперта, Манхэттен : Гильермо Дель Торо
 68  Трайбека : Гильермо Дель Торо  72  Инфекционное отделение Медицинского центра Джамейки : Гильермо Дель Торо
 76  Флэтбуш, Бруклин : Гильермо Дель Торо  80  Старый профессор : Гильермо Дель Торо
 84  Фрибург, Нью-Йорк : Гильермо Дель Торо  88  Шипсхед-Бей, Бруклин : Гильермо Дель Торо
 92  Стоунхарт груп, Манхэттен : Гильермо Дель Торо  96  Стоунхарт груп, Манхэттен : Гильермо Дель Торо
 100  Ответный удар : Гильермо Дель Торо  104  Улица Келтон, Вудсайд, Куинс : Гильермо Дель Торо
 108  Медицинский центр Джамейки : Гильермо Дель Торо  112  Улица Келтон, Вудсайд, Куинс : Гильермо Дель Торо
 116  При свете дня : Гильермо Дель Торо  120  Бушвик, Бруклин : Гильермо Дель Торо
 124  Пенсильванский вокзал : Гильермо Дель Торо  128  Логово : Гильермо Дель Торо
 131  Морнингсайд-Хайтс : Гильермо Дель Торо  132  вы читаете: Ванна : Гильермо Дель Торо
 133  Улица Вестри, Трайбека : Гильермо Дель Торо  136  Лавка древностей и ломбард Никербокера : Гильермо Дель Торо
 140  Клан : Гильермо Дель Торо  143  Улица Келтон, Куинс : Гильермо Дель Торо
 144  Использовалась литература : Штам. Начало The Strain    



 




sitemap