Фантастика : Ужасы : 45 : Лорел Гамильтон

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46

вы читаете книгу




45


Они выбрали вершину холма, где раньше был луг, но теперь траву и полевые цветы выкосили, и в свете луны холм казался голым и разоренным.

В кино здесь был бы алтарь и пара костров, или хотя бы факел. На самом деле тут не было ничего, кроме тьмы и серебристого потока лунного света. Самым бледным на поляне казался цвет кожи Шарлотты Зееман. Ее раздели и привязали к вбитым в землю кольям. Сначала мне показалось, что она без сознания, но тут ее руки изогнулись и натянули веревки. Я была одновременно счастлива видеть, что она продолжает бороться, и жалела, что она не отключилась.

На Линусе Беке был пресловутый черный плащ с капюшоном. Думаю, раз уж он спас меня от вида его голых телес, я смогу это пережить.

Рядом с Линусом стоял Найли. Он был в том же костюме, в котором я его уже видела. На земле был круг из какого-то темного порошка. Шарлотта была внутри этого круга. Она была пищей для демона, приманкой.

Уилкс стоял меньше чем в восьми футах вправо от меня. В руках у него была мощная винтовка, и он вглядывался в темноту.

Голос Линуса взмыл заунывным ритмом, который наполнил ночь отголосками и движением, будто сама тьма дрожала от этих слов.

Мы с Натаниелем лежали на земле за деревьями и наблюдали. Джейсон и Джамиль должны были устроиться с противоположной стороны от поляны. Мгновение концентрации помогло мне определить их местоположение. Метки с Ричардом были открыты и кипели. Мне еще никогда не доводилось так остро чувствовать запахи и звуки летней ночи. Моя кожа будто растянулась, касаясь каждого дерева и куста. Я превратилась в жидкость и с трудом оставалась в своей оболочке.

Я чувствовала, как к нам подобно ураганному ветру движутся Ричард с остальными. Лукои приближались. Но они все еще были за мили от нас, а заклинание почти завершилось. Я чувствовала, как оно растет, клубится, как сырой невидимый туман. Зло приближалось.

Из дома послышались выстрелы, эхом отразившиеся от холма. Уилкс обернулся на звук, я привстала на одно колено и прицелилась. Первая пуля попала ему прямо в центр спины. Вторая – чуть выше, так как он начал валиться на колени. На коленях он застыл на одну из тех секунд, которые длятся вечность. У меня было достаточно времени послать третью пулю ему в спину.

Рядом с моей головой по дереву чиркнула пуля, и я перекатилась обратно в траву. Еще три выстрела попали в кусты, из которых я только что убралась. У Найли был пистолет, полуавтомат, в котором могло быть восемнадцать патронов, если он модифицировал обойму. Не хорошо. Конечно, там могло оказаться всего десять. Сложно определить в темноте и на таком расстоянии.

Прижавшись боком к дереву, я вытянула руку и прицелилась в его очертания на фоне темноты. После моего аккуратного выстрела он упал. Я не была уверена, насколько серьезно он ранен, но куда-то я попала точно. Он выстрелил в ответ, и я прижалась к земле.

Ко мне подполз Натаниель.

– Что будем делать?

Найли заорал:

– Вы не сможете пересечь круг, Анита. Если убьете нас, то все, что вам останется – смотреть, как умирает Шарлотта.

Я рискнула бросить туда быстрый взгляд. Найли спрятался. Я могла пристрелить Линуса, но не была уверена на все сто, как это повлияет на Шарлотту. Я не знала, что вызовет заклинание. Я не так много знала о колдовстве.

– Чего ты хочешь, Найли?

– Брось пистолет.

– Ты тоже, или я пристрелю Линуса.

– Что будет с Шарлоттой, если Линус умрет, не закончив заклинание? – нервно спросил он.

– А вот и проверим. Бросай оружие.

Поднявшись, он запустил пистолет вниз с холма. Из-за песнопений Линуса я не услышала, как он ударился о землю, но он это сделал. Я вышла из-за деревьев и бросила браунинг. У меня остался файрстар.

– И второй пистолет, – крикнул Найли. – Не забывай, что Линус тебя сегодня обыскивал.

Я бросила файрстар на остатки травы. Все правильно. Оружие теперь ничего не решало.

Я чувствовала, что заклинание близко к завершению. Последнее слово Линуса многократно отразилось эхом в ночи, будто ударили по огромному медному колоколу, и его диссонансный звук отражался от каждой поверхности, которой достигал. Он металался и рос, пока моя кожа не захотела сползти и спрятаться, и чесалась так, словно под нее забрались все насекомые мира. Целую секунду я не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть. Потом послышался голос Найли:

– Ты опоздала, Анита. Опоздала.

Через кляп во рту кричала Шарлотта. Кричала снова и снова, так часто, как только хватало дыхания.

Посмотрев на холм, я увидела, что в круге появилось нечто новое. Не уверена, что мешало это разглядеть – абсолютная чернота или то, что это было похоже на дым, не принимающий определенной формы. Оно было примерно с человека высотой, около восьми футов, или ненамного выше. И такое тонкое, будто было сделано из прутьев. Ноги были длиннее, чем положено, и согнуты как-то неправильно. Я поняла, что чем дольше смотрю на это, тем плотнее оно становится. У него была змеиная шея, согнутая назад, как у цапли, на вершине было нечто вроде клюва. Если у него и были глаза, то я их не видела. Лицо казалось слепым и сделанным только наполовину.

– Ты опоздала, – повторил Найли.

– Нет, не опоздала.

Поднявшись, я вышла из-под защиты деревьев. Похоже, Найли был чертовски в себе уверен из-за того, что демон здесь.

– Только Линус может отправить его туда, откуда он пришел. Если ты ранишь Линуса, это определенно уничтожит нашу прекрасную Шарлотту.

Я не обратила на его слова ни малейшего внимания, так как знала, что в их планы входило скормить Шарлотту этой твари. Пусть думают, что я верю в их намерения ее спасти. Пусть думают, что она все еще полезна в качестве заложника. Я хотела подойти достаточно близко, чтобы рассмотреть защитный круг, который они создали.

Шарлотта перестала кричать. Ее голос продолжал пробиваться через кляп, но теперь она говорила, а не кричала. Сильная, очень сильная женщина.

Демон приблизился к краю круга, размахивая длинным, тонким, похожим на хлыст хвостом. Он все больше раздражался и начал метаться по кругу, как заключенный по камере.

– Круг замкнут, – сказал Линус. – Ты повинуешься мне.

Демон зашипел на него, и звук заставил мою бедную голову заболеть. Он развернулся и посмотрел на меня, хоть у него и не было глаз. Я была уже у самого края круга, видела, что Шарлотта закрыла глаза, и поняла, что она делала. Она молилась.

Опустившись на колени у круга, я поняла, что не чувствую его. А это означало, что он не был предназначен для меня. Кого бы он ни должен был держать внутри или снаружи, я не входила в их число.

– Она чиста, Линус. Она чиста сердцем и душой. Она не подходит для жертвы этой твари.

– Чистота – редкость, и отличное угощение для моего хозяина.

– Ты не сможешь скормить ее душу, Линус. Ее душа полна веры, и эта тварь не сможет ее тронуть.

Демон в то время удалился от Шарлотты настолько, насколько позволял круг. Выглядел он не слишком счастливым.

– Приказывай ему, Линус, – крикнул Найли.

– Я даю тебе жертву плоти, крови и души. Прими мое жертвоприношение и выполни мою волю.

Демон вернулся и остановился около Шарлотты. Он щелкнул клювом совсем рядом от ее лица, и она завизжала. Молитва прервалась, и тварь расхохоталась с металлическим скрежетом.

– Этот круг против зла, так, Линус? Только против зла.

– Ты – некромант, – ответил за него Найли. – Ты сама зло.

– Не верь всему, что слышал или даже читал, Найли.

Демон воздел руки к луне, его пальцы заканчивались черными лезвиями. Шарлотта открыла глаза и закричала. “Отче Наш” был бы сейчас то, что доктор прописал, но в голове было восхитительно легко и пусто. Единственное, что я смогла вспомнить – о Рождестве.

– В той стране были на поле пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего. (Евангелие от Луки, 2: 8-14, прим. пер.)

Я переступила через линию круга. Со мной ничего не произошло. Он был предназначен для того, чтобы останавливать зло. Я не была злом.

– Вдруг предстал им Ангел Господень, и слава Господня осияла их; и убоялись страхом великим.

Демон стрекотал, угрожающе щелкая, острые когти мелькали вокруг меня, как лопасти вентилятора, но меня не касались.

– И сказал им Ангел: не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям…

Опустившись на колени, я начала отвязывать Шарлотту. Когда я вытащила кляп, она присоединилась к моим словам:

– Ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, который есть Христос Господь.

Я обняла Шарлотту, она оперлась на меня и плакала. И я плакала тоже. Я знала, что нам надо как можно скорее выбираться из круга, потому что помнила еще примерно три строки.

– И вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях.

Шарлотта не могла стоять, и мне пришлось наполовину нести ее. У самого края круга мы споткнулись, и демон обрушился на нас волной лязгающего и щелкающего ужаса.

– И внезапно явилось с Ангелом многочисленное воинство небесное, славящее Бога и взывающее... – читая молитву, я смотрела на круг, на этот так тщательно выписанный круг, – слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение! – и взмахом руки стерла его. Разрушила защитный круг Линуса.

Демон откинул голову и издал пронзительный визг. Звук был похож на крик петуха, и в то же время – на рык, и еще на что-то неуловимое. Будто даже слыша, его нельзя было запомнить.

Он вырвался из круга и обрушился на Линуса. Пришла его очередь заверещать и верещать так долго, пока хватало дыхания. В воздух взмыла струя крови, накрыв нас, как ливень.

В этот самый момент показался свет фонарей, и сразу несколько человек закричали:

– ФБР! Не с места!

ФБР?

Свет фонарей упал на демона, и в нем блеснул клюв, который полностью покрывала кровь, словно демон в ней искупался. Думаю, если бы они не начали по нему палить, он не стал бы их трогать. Но они открыли огонь, и, толкнув Шарлотту на траву, я накрыла ее собой.

Демон бросился на федералов, и они начали умирать. Я изо всех сил заорала:

– Пули не помогут! Молитесь! Молитесь, черт возьми, молитесь!

Я попыталась подать пример, и обнаружила, что наконец смогла вспомнить “Отче наш”. Мой голос подхватил сначала один человек, потом другой. Я слышала, как кто-то читает “Благослови меня, Господь, ибо я согрешил”. Еще кто-то молился не по-христиански. Думаю, это был индуизм, но в любой религии есть свои демоны. И в любой религии есть молитвы. Все, что нужно, это вера. Ничто не прибавляет старой доброй религиозности, как настоящий живой демон.

Держа в пасти человеческое тело, демон поднялся. Шея у человека была сломана, и демон длинным тонким языком ловил текущую кровь. По крайней мере, он никого больше не пытался убить.

Молитвы во тьме становились все громче, а я готова была поспорить, что никто из присутствующих еще никогда так горячо не молился – ни в церкви, ни за ее пределами. Развернувшись на своих кривых ногах, демон направился ко мне. Шарлотта бормотала следующую молитву. Кажется, это была Песнь Песней. Забавно, чего только не вспомнишь в состоянии стресса.

Вытянув в мою сторону длинный палец, демон заговорил низким голосом, таким проржавевшим, будто им пользовались совсем не часто.

– Свободен, – проскрежетал он.

– Да, – ответила я громко. – Ты свободен.

Клюв с залитой кровью головой, похоже, дрогнули. Всего на миг мне показалось, что я вижу человеческое лицо – чистое и почти сияющее, но я никогда не смогу сказать этого наверняка.

– Благодарю, – гулко сказал он и исчез.

Федералы были повсюду. Один из них накинул на плечи Шарлотте куртку с надписью сзади “ФБР”. Я помогла ей сесть и натянуть куртку, которая доходила ей до середины бедер.

Иногда так удобно быть маленькой. Одним из федералов оказался Мейден. Я в полном изумлении уставилась на него.

Улыбнувшись, он опустился рядом с нами на колени.

– С Даниелем все в порядке. Он выкарабкается.

Шарлотта вцепилась ему в рукав.

– Что они сделали с моим мальчиком?

Его улыбка исчезла.

– Они собирались забить его до смерти. Я вызвал подкрепление, но… Они мертвы, миссис Зееман. Они никогда больше не причинят вам зла. Мне так жаль, что я не оказался там сегодня раньше, и не помог вам обоим.

Она кивнула.

– Вы спасли жизнь моему мальчику, ведь так?

Опустив глаза, Мейден помедлил, затем кивнул.

– Тогда не извиняйтесь, – сказала она решительно.

– Интересно, что федеральный агент делал под прикрытием помощника шерифа в таком маленьком городке? – поинтересовалась я.

– Меня отправили к Уилксу, когда здесь начал крутиться Найли. Это сработало.

– И вы вызвали копов штата, – сказала я утвердительно.

Он кивнул.

– Ага.

Подошел еще один агент, и Мейден откланялся.

Я чувствовала приближение Ричарда. Чувствовала, как они скользят меж деревьев. И поняла, что некоторые из них, по крайней мере, не в человеческой форме.

Подозвав агента, который отдал Шарлотте свою куртку, я тихо сказала:

– В лесу несколько вервольфов. Они друзья. Идут на помощь. Не дайте никому в них стрелять, ладно?

Он уставился на меня.

– Вервольфы?

Я укоризненно посмотрела на него.

– Я же не знала, что в дело собирается вмешаться ФБР. Мне было нужно подкрепление.

Последнее замечание заставило его рассмеяться, и он пошел предупреждать остальных, чтобы они не хватались за оружие и не открывали огонь по вервольфам. Не думаю, что они были по этому поводу счастливы, но спорить никто не стал.

Рядом с нами присела женщина в униформе “Скорой” и принялась осматривать Шарлотту, светя ей в глаза фонариком и задавая дурацкие вопросы, по примеру, знает ли та, какое сегодня число и где она находится.

Ричард появился неожиданно, все еще в человеческой форме, но в одних джинсах и ботинках. Шарлотта бросилась из моих рук в его объятья и снова зарыдала. Поднявшись, я оставила Шарлотту в распоряжении ее сына и медиков.

Но не успела я отойти, как меня за руку схватил Ричард. Он смотрел на меня снизу вверх, и в свете луны блестели слезы.

– Спасибо тебе за маму.

Сжав его ладонь, я оставила их. Если я срочно от них не уйду, то опять заплачу.

Ко мне подошел еще один врач “Скорой”.

– Вы Анита Блейк?

– Ага, а что?

– С вами хочет поговорить Франклин Найли. Он умирает. Мы ничего не можем для него сделать.

Я последовала за ним, чтобы поговорить с Найли. Тот лежал на спине. Они наложили тугую повязку, пытаясь остановить кровь, но он был буквально изодран. Я встала так, чтобы он мог видеть меня, не прикладывая к этому усилий.

Облизнув губы, он дважды пытался заговорить прежде, чем у него получилось.

– Как ты прошла в круг?

– Он должен был удерживать зло в себе, или не пускать внутрь. Я – не зло.

– Ты поднимаешь мертвых, – прошептал он.

– Я некромант. Меня всегда мучил вопрос, где это на шкале между добром и злом, но как оказалось, Бог не имеет ничего против.

– Ты вошла в круг, не зная, что для тебя это безопасно?

Он хмурился и был очевидно растерян.

– Не могла же я сидеть и смотреть, как Шарлотта умирает.

– Ты бы принесла себя в жертву ради нее?

Секунду или две я размышляла над вопросом, потом ответила.

– Именно об этом я не думала, но я не могла позволить ей умереть, если у меня была возможность ее спасти.

Он поморщился, прикрыл глаза, потом снова посмотрел на меня.

– И не важно, какую цену пришлось бы заплатить лично тебе?

– Думаю, так, – пожала я плечами.

Он смотрел мимо меня, его взгляд уже не мог сфокусироваться.

– Экстраординарно… экстраординарно…

Он выдохнул с последним звуком и отошел в мир иной. Ребята из “Скорой” набросились на него, как стервятники, но он умер. У них так и не получилось заставить его снова дышать.

Около меня возник бледный Джейсон.

– Анита, Натаниель умирает.

– То есть?

– Он поймал две пули в грудь, когда люди начали стрелять в демона. Федералы знали, кем был Линус, поэтому пользовались серебряными пулями.

– О, Боже, – я схватила Джейсона за руку. – Веди.

С обеих сторон от него были врачи. Опять повязки, кроме того, они установили освещение. В белом свете кожа Натаниеля касалась бледной как воск. Его росой покрывал пот. Когда я опустилась рядом с ним на колени и постаралась пробраться между врачами, его светлые глаза меня не увидели.

Я позволила медикам меня оттеснить, уселась в траву и слушала, как Натаниель пытается дышать сквозь две дыры в груди. Его подстрелили не плохие парни. Он попал под перекрестный огонь хороших. Дурацкий несчастный случай. Он умирал только потому, что в неправильное время стоял в неправильном месте. Но я не дам его забрать какому-то случаю. Не потеряю еще одного близкого человека из-за плохого момента.

Я оглянулась на Джейсона.

– Марианна здесь?

– Я посмотрю, – и он нырнул в царящий на поляне хаос.

Спина Натаниеля выгнулась вверх. Воздух выходил с режущим слух звуком. Он лежал на спине, пугающе неподвижный. Один из врачей покачал головой и поднялся. Собрав оборудование, он пошел помогать другим.

Я ползком подобралась на его место около Натаниеля, и посмотрела на оставшегося врача. Это была женщина, со светлыми волосами, забранными в хвост.

– Вы можете что-нибудь сделать?

Она посмотрела на меня.

– Вы друг?

Я кивнула.

– Близкий?

Я кивнула снова.

– Мне очень жаль, – сказала она тихо.

Я решительно мотнула головой.

– Нет, я не дам ему умереть.

Я не была злом. Что бы я ни натворила в жизни, но моя вера все еще были чиста. Когда я произносила слова, они были такими же настоящими, как тогда, когда я много лет назад вспоминала их на рождественском представлении. И эти слова все еще трогали меня. Я никогда не сомневалась в Боге. Я сомневалась в себе. Но может быть, Бог был намного более милосердным, чем я это допускала? Появились Джейсон с Марианной.

Схватив ее за руку, я торопливо попросила:

– Помоги мне вызвать мунин.

Она не стала спорить и опустилась рядом со мной на колени.

– Вспомни ощущение его тела. Вспомни его улыбку. Запах его волос и кожи.

Я кивнула.

– Он пахнет ванилью и мехом.

Я стояла рядом с Натаниелем на коленях, касаясь его кожи, которая уже начала холодеть. Он умирал. Меньше всего я сейчас чувствовала влечение. Мне было грустно и страшно. Склонив голову, я начала молиться. Я молилась, чтобы открыться Райне. Молилась, чтобы открыть глаза, посмотреть на Натаниеля и почувствовать вожделение. Это была самая дикая вещь, о которой я когда-либо молилась, но стоило хотя бы попробовать. Я ощутила ту меру спокойствия, которое находило на меня иногда во время молитвы. Это не значит, что ты получишь то, о чем просишь, но это действительно означает, что кто-то слушает и слышит.

Медленно открыв глаза, я посмотрела на Натаниеля. На длинных огненных волосах лежали листья. Я смахнула их на землю. Подняв его волосы, я зарылась в них лицом. Они все еще пахли ванилью. Я потерлась щекой о его лицо, провела носом по линии за его ухо, погрузилась в шелк его волос. Не отнимая лица, я положила руку на его раны. Стоило мне коснуться его, как он издал тихий звук от боли. Не знаю, в чем было дело – в звуке его голоса, знакомом запахе тела или молитве, но Райна, как огонь, охватила мое тело. Меня захватил мунин, и я открылась ему навстречу, без страха, без борьбы. Я приняла его, и из моих губ вырвался ее смех. Поднявшись на колени, я посмотрела сверху вниз на Натаниеля.

Мне больше не было страшно. Райна считала, что было бы грандиозно трахнуть его, пока он умирает. Я коснулась его губ своими, и его были холодными, сухими. Прижавшись к нему губами, я почувствовала, как этот огонь перетекает из меня в него.

Мои пальцы нащупали раны у него на груди и ударили, погружаясь глубоко в них. Врач вскрикнула и попыталась меня оттащить, но Джейсон и кто-то еще ее удержали. Я вонзала пальцы в рану, пока Натаниель не распахнул глаза и не застонал от боли. Его веки трепетали над бледными светло-лиловыми глазами в искусственном свете. Он смотрел, но не видел меня, не видел ничего.

Я покрывала его лицо поцелуями, и каждое прикосновение жгло. Вернувшись к его губам, я выдохнула в него. Отстранившись, я обнаружила, что он сфокусировал взгляд. Дыхание вырвалось слишком низким звуком, чтобы оказаться шепотом.

– Анита…

Оседлав его, я положила руки на его обнаженную грудь. Я закрыла его раны руками, но касалась его груди изнутри чем-то кроме рук. Я чувствовала повреждения. Могла погрузить его разбитое сердце в жар моих рук, который просачивался сквозь его кожу, наполнял его плоть.

Я сгорала заживо. Я должна была направить жар в него. Должна была разделить эту энергию. Оторвавшись от раны на его груди, мои руки скользнули на мою собственную рубашку. Рубашка расстегнулась и канула в траву, но майка попалась в плен наплечной кобуре. Чьи-то руки помогли мне стянуть ее с плеч. Кобура тяжело и неудобно шлепнулась мне на бедра. Я расстегнула ремень и, кажется, Марианна помогла мне вытащить его из петель. Знаю, что именно Марианна остановила меня, когда я начала расстегивать брюки. Райна у меня в голове зарычала.

Мою голую спину ласкали руки, и я поняла, что это Ричард. Он опустился позади меня на колени, переступив через ноги Натаниеля, но не садясь на них. Он прижал меня к себе. Я вдруг обнаружила, что мы были центром стаи. Они окружили нас стеной лиц и тел.

Руки Ричарда стянули с моей спины ножны и сам клинок. Его руки нашли застежку моего лифчика и расстегнули ее. Я попыталась возразить, удержать, но он начал целовать мне плечи, скользя губами вниз по моей спине, скользя руками, убирая лишнюю одежду.

– Обнаженная кожа для этого лучше всего, – прошептал он мне прямо в ухо.

Наблюдающих лукои наполнил жалящий поток нашей энергии, захватил их и вернулся ко мне. Энергия мунина питалась от этой силы, росла, пока я не подумала, что моя кожа от нее взорвется.

Ричард увлек мое тело к Натаниелю. Моя обнаженная грудь коснулась груди Натаниеля. Касание моей бархатной кожи и разорванной плоти его гладкой груди. Прижимаясь к нему, я задрожала, и от моей кожи начал изливаться жар. Сначала моя обнаженная плоть словно накрыла его кожу поверх капель пота, а затем я почувствовала, как его плоть начала отзываться. Я со вздохом упала на него, и наши тела будто стали пластичными, текучими. Наши тела сплавлялись в одну плоть, одно тело, я словно погружалась в его грудь. Я почувствовала, как соприкоснулись наши нетвердые сердца, ударяясь одно о другое. Я вылечила его сердце, закрыла его плоть своей.

Губы Натаниеля нашли мои, и между нами, как дыхание, потекла сила, поднимая волоски на моей коже, и вокруг не было ничего, кроме его обнимающих меня рук, его прижимающихся к моим губ, моих рук на его теле, и только далеким якорем я чувствовала Ричарда, а за ним – остальную стаю. Чувствовала, как они предлагают свою энергию, свою силу, и взяла их дар. А за всем этим, далеко, как во сне, я ощущала Жан-Клода. Чувствовала, как его холодная сила присоединяется и укрепляет нашу, жизнь от смерти. Собрав все воедино, я обрушила это в Натаниеля и изливала, пока он не оторвал от меня губы и не закричал в голос. Я почувствовала отдачу его тела под моим, его наслаждение хлестнуло по моей коже, и я выбросила его в ожидающую стаю. Взяв их энергию, я вернула им наслаждение.

Мунин оставил меня в потоке изумленных голосов. У Райны никогда не получалось брать силу у других. Это было целиком и полностью моей заслугой. Так что даже лучшая сука запада никогда не доставляла удовольствие стольким людям одновременно.

Я выпрямилась, все еще сидя верхом на Натаниеле. Он смотрел на меня своими фиалковыми глазами и улыбался. Проведя руками по его груди, я не нашла ран, только заживающий шрам. Он все еще был бледный как смерть, но живой.

Ричард протянул мне рубашку, которую я бросила в темноту. Накинув ее на себя, я застегнула пуговицы. Понятия не имею, что случилось с остальной одеждой. Наплечная кобура и клинок были у Джейсона. Это самое главное.

Попытавшись встать, я покачнулась и не упала только благодаря Ричарду. Он помог мне выбраться из толпы. Когда мы проходили мимо, все старались коснуться, провести по мне руками. Я то ли не возражала, то ли мне было все равно. Я обхватила рукой Ричарда за талию и на сегодня смирилась со всем этим. Подумаю, что все это значит, завтра, а может, даже послезавтра.

Из толпы вышел Верн.

– Проклятая девчонка, ну, ты даешь!

Рядом с ним появилась Роксана.

– Я исцелилась! Как это у тебя получилось?

Я улыбнулась и, продолжая идти, ответила:

– Поговорите с Марианной.

К нам рванули врачи. Я услышала, как одна из женщин воскликнула:

– Черт возьми! Это чудо!

Может, так и было.

– Я не буду искать другую лупу, – тихо сказал Ричард для меня одной.

Я обняла его второй рукой.

– Больше никаких проб?

– Ты моя лупа, Анита. Вместе мы можем быть самой могущественной парой из тех, которые я видел.

– Могущественными нас делаем не только мы двое, Ричард. Есть еще Жан-Клод.

Он неожиданно поцеловал меня в лоб.

– Я ощущал его, когда ты призвала силу. Почувствовал, как он отдает нам свою силу.

Мы остановились. Я повернулась, чтобы рассмотреть его в лунном свете.

– Мы навсегда втроем, Ричард, нравится это тебе это или нет.

– Menage a trois, – сказал он.

У меня взлетели брови.

– Нет, если только ты не занимался с Жан-Клодом ничем, кроме разговоров.

Ричард рассмеялся и обнял меня.

– Он еще не настолько меня испортил.

– Рада слышать.

И мы в обнимку пошли дальше по склону. У подножья холма на носилках лежала Шарлотта.

Она протянула к нам руки. Одна из рук была плотно перевязана.

– Почему ты мне не сказал, Ричард? – улыбнулась она.

– Думал, это будет иметь значение. Думал, ты перестанешь меня любить.

– Дурачок и засранец, – вздохнула она.

– Вот и я говорила ему то же самое, – улыбнулась я.

Шарлотта тихо заплакала, прижимая к губам руку Ричарда. Я просто улыбалась и держала ее за другую руку. Жизнь – не идеальна, но когда я стояла там и смотрела на Ричарда с его мамой, держа их за руки, она была очень близка к тому.


Содержание:
 0  Голубая Луна : Лорел Гамильтон  1  1 : Лорел Гамильтон
 2  2 : Лорел Гамильтон  3  3 : Лорел Гамильтон
 4  4 : Лорел Гамильтон  5  5 : Лорел Гамильтон
 6  6 : Лорел Гамильтон  7  7 : Лорел Гамильтон
 8  8 : Лорел Гамильтон  9  9 : Лорел Гамильтон
 10  10 : Лорел Гамильтон  11  11 : Лорел Гамильтон
 12  12 : Лорел Гамильтон  13  13 : Лорел Гамильтон
 14  14 : Лорел Гамильтон  15  15 : Лорел Гамильтон
 16  16 : Лорел Гамильтон  17  17 : Лорел Гамильтон
 18  18 : Лорел Гамильтон  19  19 : Лорел Гамильтон
 20  20 : Лорел Гамильтон  21  21 : Лорел Гамильтон
 22  22 : Лорел Гамильтон  23  23 : Лорел Гамильтон
 24  24 : Лорел Гамильтон  25  25 : Лорел Гамильтон
 26  26 : Лорел Гамильтон  27  27 : Лорел Гамильтон
 28  28 : Лорел Гамильтон  29  29 : Лорел Гамильтон
 30  30 : Лорел Гамильтон  31  31 : Лорел Гамильтон
 32  32 : Лорел Гамильтон  33  33 : Лорел Гамильтон
 34  34 : Лорел Гамильтон  35  35 : Лорел Гамильтон
 36  36 : Лорел Гамильтон  37  37 : Лорел Гамильтон
 38  38 : Лорел Гамильтон  39  39 : Лорел Гамильтон
 40  40 : Лорел Гамильтон  41  41 : Лорел Гамильтон
 42  42 : Лорел Гамильтон  43  43 : Лорел Гамильтон
 44  44 : Лорел Гамильтон  45  вы читаете: 45 : Лорел Гамильтон
 46  46 : Лорел Гамильтон    



 




sitemap