Фантастика : Ужасы : Fata morgana ( Мираж) : Ольга Горовая

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18

вы читаете книгу




Это история про ликанов. И еще, про Свет и Тьму, и их сочетание в каждом из нас.

А так же, о том, стоит ли жизнь того, кого ты любишь - Апокалипсиса.

Глава 1

Быстрее, быстрее, она должна ехать еще быстрее. Педаль газа была вдавлена до упора, но это не помогало. Ей хотелось кричать. Хотя, она и так уже кричала.

Никогда в жизни она не ездила с такой скорость - 190 км в час. О Боже! Она нарушала все законы. И где?! В самом центре города! До сих пор, ей "везло": она еще ни в кого не врезалась. Остальные машины шарахались от нее во все стороны.

Возможно, этому способствовало то, что ее палец свело судорогой на кнопке сигнала, в положении " ON". Хотя, более вероятным было все же то, что всех пугали звуки выстрелов, и их непосредственные последствия - ее машина была похожа на решето, и только чудом не были задеты какие-нибудь важные части. О других машинах, вокруг, она не могла сказать то же.

Оливия не знала, что происходит. Она не понимала, почему именно ее машину выбрал этот маньяк. Но, когда третий выстрел отпечатался круглой дырочкой на ее лобовом стекле, у нее отпало желание это выяснять. Осталась лишь одна мысль - быстрее, быстрее, быстрее…

Ей надо сосредоточиться. Она не может пропустить этот поворот. Иначе, ей не добраться до дома Мадлен. Зачем ей туда, Оливия не знала, но это была привычка, выработанная годами: проблемы - Мадлен - решение.

Не сбавляя скорость, девушка резко вывернула руль. "О мой Бог! Господи! Господи!

Пожалуйста, не дай мне умереть сейчас, пожалуйста." - Оливия закусила губу до крови, и ее соленый привкус смешивался со вкусом слез на ее губах. " Я еще так много не успела, я не хочу умирать, не могу, я еще не сделал ничего, не вспомнила, не нашла. Не дай мне умереть" Даже ремень безопасности не мог удержать ее тело на одном месте при повороте на такой скорости. Она почувствовала, как он натянулся, прижимая девушку к сиденью.

Но, все равно, инерция влияла на ее тело, клонила его в сторону. " Нет, нельзя, тебя размажет по любому встречному препятствию, держись, держись…" Тонкие руки вцепились в руль со всей возможной силой.

И в этот момент, произошло нечто, весьма странное. Она раздвоилась… Ну, может это и не то слово, однако, ничего более подходящего в тот момент на ум не пришло.

Неужели это смерть? И ее душа, отделившись от тела, смотрит на происходящее сверху? Но вот же она, там, за рулем, живая, хоть и испуганная. Может ли тело жить без души? Ее, вроде, живет и функционирует. Более того, она, словно, и не теряла с ним связи, Оливия чувствовала все, что происходит в машине, и, в тоже время, смотрела на все это сверху и следовала за машиной. Да что же это такое?!

Оливия обернулась и посмотрела на машину ее преследователя. К своему ужасу, девушка увидела, что сквозь лобовое стекло, мужчина смотрит на нее, не на ту, что в машине, а на душу, которая сверху. Может это не душа? Она что, видима?!

Его губы зашевелились, и, ничему уже не удивляясь, она услышала его хриплый голос, полный ненависти:

- Я знал, что не ошибся насчет тебя! Ты - такая же. Ты умрешь. Как и другие, как твой отец. - Его губы скривились в насмешливой гримасе. - Не беги, маленькая Ольви, тебе не убежать. Никто не убежал. - Он откинул голову и рассмеялся надсадным, ломающимся смехом. А затем, резко оборвав смех, навел руку с пистолетом на нее.

Миг, и она снова… едина, пожалуй, так можно сказать. Наверное, это прогрессирующее сумашествие на фоне стресса. А что еще это может быть?!

Не смотря на хаос, творящийся в ее голове, она, все еще, вела машину. И, все еще, не была подобием лепешки, размазанной по первой встречной стене. Каким образом это ей удалось? Ни одной идеи. Ноль. Ее мозг взял выходной на сегодня. А может, и навсегда. Чтож, не важен путь, важен результат. Не так ли?

Ее машина, визжа по асфальту на очередном крутом повороте, странным, необъяснимым для Оливии образом, вписалась в узкую арку, которая была въездом во двор Мадлен.

Резко выжав сцепление, и тормоз, девушка пыталась остановить бешено летящую машину, лихорадочно переключая передачи. Машину дергало, Оливию бросало вперед-назад, и, только благодаря ремню безопасности, девушка не вылетела, разбивая стекло головой.

Все же, полную остановку машины нельзя было назвать совершенной. Вряд ли кто-то поверит, что это просто такой метод парковки - капотом в дерево. Но - она жива, и пока, это главное. Трясущимися руками, Оливия отстегнула ремень, и отпихнула от лица подушку безопасности. Дернув ручку двери, девушка выпала из машины на землю, жадно хватая воздух. Опираясь о дерево, остановившее ее машину, она старалась принять вертикальное положение.

И вот тут ее везение кончилось, во всяком случае, ей так показалось. А как может быть иначе, когда весь двор, в котором жила Мадлен, был набит полицией. Именно набит, лучшего слова не подобрать. И как она никого из них не раздавила?! А, может, раздавила? Взгляд невольно метнулся под колеса - нет, вроде никаких внутренних органов и частей тела там не было, чтож, и на том - спасибо.

Картина двора была впечатляющей: несколько десятков людей в немом изумлении смотрели на нее, трясущуюся, истерично глотающую воздух, взъерошенную девушку, стоящую возле разбитой о дерево машины. Почему-то, в ее оторопелом, ушедшем в отпуск мозге, отпечаталось два лица - перепуганное лицо Мадлен, с огромными, в пол лица глазами, и пораженное мужское, странно знакомое, словно, виденное раньше. Но, это было не то лицо, нет, точно не тот, кого она искала все эти шесть лет. Ее отвлекло движение сзади, она не смогла вспомнить, где видела этого человека. Машина ее преследователя пронеслась мимо арки. Хотя, Оливия была уверенна, что он прекрасно знал, что она здесь. Почему же не повернул? Ему было известно о полиции? Это его план? Ограничить свободу ее передвижений путем заключения в тюрьму? А потом спокойно добраться до нее подкупив охрану?

Ее голова отказывалась думать, она пульсировала и болела, возможно, на лбу был синяк, но кого это сейчас волнует?

И тогда, Оливия сделала то, ради чего она ехала сюда на такой скорости.

Захлебываясь рыданиями, девушка побежала к Мадлен. Где-то сбоку, началось движение, резко хлопнула дверь машины. Но ее это не волновало, она добралась до женщины, и, практически упав на нее, начала плакать еще сильнее. Мадлен обняла ее и начала что-то говорить, но Оливия не слышала ее, просто не могла ничего слышать. Девушке казалось, что она окружена плотным коконом, который не дает пробиться звукам, даже свой собственный плач она не слышала.

* * *

Шесть лет назад.

Сегодня было странное утро. С самого начала, как только Мадлен проснулась, и пошла в душ, ее не покидало странное ощущение, что что-то произойдет. Нельзя сказать, что Мадлен отличалась сильно развитой интуицией, нет, даже напротив, она ею вовсе не обладала. Иначе, не носила бы, столь поддерживаемый государством, гордый титул матери-одиночки. Одно воспоминание об этом подонке, заставило женщину презрительно искривить губы. Впрочем, и от такого ничтожества была польза - прекрасная двухлетняя кроха - Анита. Мадлен обожала свою дочурку, тем более, что в возрасте 37 лет такими подарками судьбы не разбрасываются, пусть отец этого подарка был и остается, ничтожеством. Слава Богу, Анри исчез из их жизни еще до рождения дочери. А в том, что он не вернется, Мадлен не сомневалась.

Вновь вернуться к своему " предчувствию" женщине пришлось уже во время завтрака.

Они с Анитой сидели в теплой, освещаемой солнцем, кухне, когда сердце Мадлен пустилось вскачь. Непонятно было, то ли средний возраст, непростая жизнь и поздняя беременность - сказались на ее сердце. То ли бедный орган, ни с того, ни с сего, стал чутким радаром будущего. Конечно, все эти мысли пришли ей в голову позже, тогда она не особо задумывалась о странном поведение организма. Тридцать девять, все еще, не тот возраст, когда мы сознательно относимся к своему здоровью. День прошел в обычных хлопотах воскресенья, Мадлен наслаждалась своим поздним материнством в полной мере. И хотя саму женщину воспитывали в строгой манере истинной немецкой буржуазной семьи, ее дочь не имела отказа ни в чем.

А вот вечер принес неожиданности. Этот апрельский дождливый вечер навсегда изменил жизнь матери и дочери.

Сидя перед телевизором с дочерью и просматривая очередные развивающие мультфильмы, которых она накупила превеликое множество, Мадлен услышала звонок в дверь своего дома. Это удивило женщину. Они жили в престижном районе, это позволяли доходы Мадлен и состояние ее семьи, доставшееся ей в наследство. И в этом районе не было принято беспокоить соседей без их на то предварительного согласия.

Тем не менее, Мадлен пошла посмотреть, кто пришел. Подойдя к двери, и выглянув на крыльцо, через окно, она увидела стоящих там женщину и девочку - подростка.

Мадлен открыла двери.

- Чем я могу вам помочь? - она внимательно осматривала пришедших. Их одежда, определенно дорогая, была изрядно испачкана, а местами и порвана. И женщина, и девочка выглядели усталыми и измученными. На вид им было около тридцати и четырнадцати лет соответственно.

В этот момент зеленые глаза женщины встретились с голубыми глазами Мадлен. И холод прошел по спине немки. Вот сейчас она вспомнила и утреннее предчуствие, и странное поведение сердца за завтраком.

- Вы дочь Брюге? - голос женщины дребезжал на ветру, словно треснутый сосуд.

Мадлен не смогла произнести слова, в горле внезапно пересохло. Ее платиновая головка нервно дернулась в утвердительном жесте.

- Нам нужен приют. - Женщина наклонила голову, пытаясь достать что-то в сумке, черные волосы упали ей на лицо, подчеркивая мертвенную бледность пришедшей.

Такая просьба не была странной для нынешнего времени, война окончилась не так давно, и в страну, все еще, прибывало много беженцев. Но откуда этой странной пришелице была известна ее фамилия?

Все это время девочка молча стояла, глядя в пространство, казалось, она не замечает ничего, что окружало ее. Один взгляд на нее заставлял усомниться в ее адекватности и здравом восприятие мира.

Наконец, женщина выпрямилась и что-то протянула Мадлен. Та непроизвольно подставила ладонь, хотя про себя уже решила, что откажет этим странным и пугающим беженкам. На ее тонкую холеную ладонь упала брошь, и весь мир Мадлен перевернулся с ног на голову. Она снова была маленькой девочкой, которая сидела в кабинете отца и внимательно слушала семейную легенду.

- Запомни, Мадлен. Если когда-нибудь к тебе придет человек, и покажет брошь с таким рисунком, - отец положил перед ней старый ветхий кусочек бумаги с изображением пантеры, волка, медведя, которые, казалось, застыли в момент прыжка, и парящего над ними сокола. - Ты будешь должна сделать для него все, о чем бы он не просил. Брюге помнят свои клятвы, и никогда не предают их. А мы обязаны этим людям самим своим существованием. - И отец сурово поджал свои тонкие губы, подчеркивая важность произнесенного постоянными кивками своей седой головы.

Это был не первый их разговор, и не последний, на эту тему. Каждую пятницу, после работы, отец звал ее к себе в кабинет. Так же, как и четыре поколения Брюге до него, так же, как его собственный отец делал это. Но никому из них не довелось воюче увидеть этот узор.

И вот она, та, кто менее всех верила во все семейные предания, уж больно смешно смотрелись они в двадцатом веке, держала в своей ладони тяжелый кусок черненного серебра в форме овала, с которого на нее готовились прыгнуть пантера с глазами из оникса, волк, сверкающий топазами, и медведь, с глазами из янтаря. А над ними парил, расправив крылья и выставив когти, сокол, сверкая глазами - изумрудами.

Все, о чем она думала до этого, вылетело у нее из головы. Она просто отошла вглубь дома, молча приглашая зайти странную пару.

В эту же ночь, успев лишь сообщить, что ее дочь зовут Оливия, женщина впала в забытье. И ни один из докторов, которых Мадлен приглашала к ней, не смогли выяснить причину такого состояния женщины, и тем более, не могли ей ничем помочь.

Все эти дни, Оливия просто сидела в комнате, которую Мадлен выделила для нее.

Она делала лишь то, что ее просили сделать. Ела только если ей напоминали об этом, принимала душ лишь потому, что Мадлен каждый день говорила ей об этом, а в остальное время сидела, смотря куда-то, куда никто кроме нее не имел доступа.

Как и с ее матерью, а в том, что это была ее мать сомнений не возникало - те же черные волосы, отливающие синевой, белая кожа, те же тонкие черты лица. И зеленые глаза, который были столь же потухшими и безжизненными; врачи не смогли найти никаких физических отклонений в здоровье девушки.

Мадлен не представляла, что ей делать. В один из вечеров, к ней подошла нанятая для женщины сиделка и сообщила, что подопечная очнулась. Немка тут же бросилась к ней в комнату.

Женщина лежала в кровати, сливаясь с белыми простынями, лишь волосы, черным пятном, выделялись на подушке.

- Скажите, кто вы, что произошло с вами? - Мадлен стала на колени возле ее кровати.

Но больная лишь слабо покачала головой. А затем начала говорить тихим голосом.

- Позаботься о моей дочери. Сделай ей документы. Ее фамилия… - женщина замолчала на некоторое время и прикрыла глаза - Носен, ей шестнадцать лет. Скажи ей, что ее мать звали - Амелия.

После этих слов, она просто закрыла глаза и… умерла. Мадлен не могла поверить своим глазам. Они вызвали скорую, но немка уже знала, что ничто не поможет.

Так и оказалась Мадлен Брюге матерью двух девочек.

* * *

И вот сейчас, стоя в окружении огромного числа незнакомых людей в форме полиции, и еще непонятно кого. Держа в руках рыдающую Оливию, Мадлен поняла, что прошедшие шесть лет были лишь затишьем перед этими событиями.


Содержание:
 0  вы читаете: Fata morgana ( Мираж) : Ольга Горовая  1  Глава 2. : Ольга Горовая
 2  Глава 3 : Ольга Горовая  3  Глава 4 : Ольга Горовая
 4  Глава 5 : Ольга Горовая  5  Глава 6 : Ольга Горовая
 6  Глава 7 : Ольга Горовая  7  Глава 8 : Ольга Горовая
 8  Глава 9 : Ольга Горовая  9  Глава 10 : Ольга Горовая
 10  Глава 11 : Ольга Горовая  11  Глава 12 : Ольга Горовая
 12  Глава 13 : Ольга Горовая  13  Глава 14 : Ольга Горовая
 14  Глава 15. : Ольга Горовая  15  Глава 16 : Ольга Горовая
 16  Глава 17. : Ольга Горовая  17  Глава 18 : Ольга Горовая
 18  Глава 19 : Ольга Горовая    



 




sitemap