Фантастика : Ужасы : Безумие ночи : Ольга Горовая

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0

вы читаете книгу

Его обратили с одной целью — быть орудием пытки. Боль стала смыслом его существования. Своя ли, чужая, но только агония дарила Максу ощущение цели. Столетия истязаний, которыми мучили его, столетия мук, в течении которых он мучил других, сделали этого вампира помешанным на боли безумцем. И Максимилиан не мог представить себе иного существования, пока однажды, в коридорах дома его собственного создателя, обычный человек — девушка — не попыталась зарезать его серебряным кинжалом. Ощутив идеальную жертву для своих забав, безумие Макса довольно зарычало… Неужели ей никто не рассказал, что никогда не стоит так дразнить Макса? Итак, игра только началась…

В своей жизни Элен совершила лишь одну ошибку — променяла тихое и мирное существование примерной внучки и ярой католички, на сомнительную работу у странных партнеров, которые знали ее пропавшую мать. Так Элен считала раньше. До тех пор, пока не осознала, что самой большой ошибкой — была ее попытка убить вампира с дикими, пылающим алым пламенем, глазами. Поэтому когда Максимилиан даровал ей шанс, нужно было воспользоваться им и бежать от него как можно дальше, так далеко, чтобы он никогда не смог ее найти. Но, отчего-то, и сердце, и тело, и душа предательски жаждут остаться…

Горовая Ольга Вадимовна

Безумие ночи

Безумие ночи

Пролог

Через месяц после описываемых событий

Элен брела по улицам Парижа, не глядя в лица проходящих мимо нее людей.

Наивные.

Они ничего не знали.

Ни о чем не подозревали.

Думали, что так хорошо представляют себе окружающий их мир. И, в то же время, проходили в каком-то сантиметре от ужасающей реальности, так и не видя ее.

Девушка не была им подобна.

Она прекрасно знала об этой, ночной, стороне окружающего мира. Ей удалось из него вырваться.

И, совершенно определенно, она не собиралась терять свое преимущество.

Ей стоило закрепить успех, и спрятаться там, где Элен не обнаружит никто из тех, кто, без всякого сомнения, идет по ее следу.

Теодорус не сдастся. В этом не было сомнений.

Макс…

Девушка одернула себя, стараясь прогнать мысль об этом мужчине…

"Вампире, девочка, вампире…"

Господи! Почему ей приходилось напоминать себе об этом?!

Почему она не могла избавиться от него?!

Отчего, видела этого светловолосого мучителя с черными глазами, в каждом сне?!

Просто…. лишь прикрывая веки…

Пресвятая Дева! Спаси и сохрани!

Но и эта молитва — уводила к нему в мыслях, заставляя учащаться дыхание, и увлажнять губы в желании… в желании его страсти…, пусть и с болью…

Дьявол!

Отчего?!

Она убежала.

Смогла.

Теперь, надо было только спрятаться…

Элен до боли сжала пальцы в кулаки.

Девушка врала самой себе.

И сама же — знала об этом.

Не Элен убежала…

Максимилиан позволил ей это сделать…


Глава 1

Суета, которая окружала Элен, не могла отвлечь девушку от тяжелых, грустных, полных страха и неуверенности, мыслей.

Она зябко повела плечами, в жалкой попытке согреться…

Но, это было сложно, учитывая то, как легко девушка была одета для начала ноября.

Сейчас, Хелен, даже, немного скучала по коже, в которую так любил наряжать ее Ротан. По крайней мере, та защищала от пронизывающего ветра, и влаги, которая, казалось, висела в воздухе, капельками мутного тумана и дождя.

Ее же, нынешняя, очень тонка ветровка и джинсы, вовсе не справлялись с сохранением тепла. Что было неудивительно, учитывая, что не Элен была их первой хозяйкой.

Устало вздохнув, девушка прислонилась к стене дома, мимо которого проходила, пытаясь, хоть немного, отдохнуть.

Она ужасно чувствовала себя все это время.

И, Хелен прекрасно знала отчего.

После таких кровопотерь, которые обеспечил ей Макс, надо было, как минимум, месяц лежать в больнице, принимая препараты железа, и отдыхая.

Хорошо питаясь при этом.

Она не могла позволить себе такого. Не тогда, когда старалась убежать от всех и вся.

Не в тот момент, когда не могла, в общем-то, купить себе и краюху хлеба…

В конце концов, при побеге, ей не пришло в голову, попросить у своего мучителя, денег.

Может, зря?

Представив, как бы это происходило, Элен улыбнулась. Поражаясь тому, сколь глупые мысли, порою, рождает измученный мозг.

Иногда, когда терпеть голод, сил не было вообще, девушка начинала думать о том, чтобы украсть хоть что-то.

В конце концов, что ей терять? А тюрьма, в принципе, то же, убежище.

Ну, кто догадается ее там искать?

Но, Элен так и не смогла решиться на такое. Да и, всякое чувство голода быстро проходило, главным было — долго не есть…

И, потом, не спасет никакая тюрьма от вампиров.

Рука потянулась к груди…. где иногда, еще тянула кожа, на месте, которое он когда-то обжег…, в попытке найти поддержку и утешение.

Крест.

Если бы это украшение осталось у Элен, она бы, совершенно точно, уже давно продала бы его.

Но…, нет, и оно — осталось там, где и большая часть ее разума.

Где, как она надеялась, не осталась ее душа.

В его руках…

Оттолкнувшись от своей опоры, Элен побрела дальше, просто не имея сил поднять голову от брусчатки.

Она не ела уже три дня. И, дошла до того состояния, когда это уже не имело значения. А перед этим, все, что ей удалось достать — тарелка супа в одном из приютов для бездомных, в которых девушка пряталась, в слабой надежде, что там — ее не будут искать.

Пусть, это и было очередным самообманом.

Даже, не было уже желания пытаться найти хоть какой-то выход.

Только две мысли вызывали оживление в затуманенном разуме Хелен.

Убежище… и…Макс.

Да, пошел он к черту!!

Сколько можно, Элен?! Пора перестать о нем вспоминать!

Девушка подняла ворот своей тонкой куртки, в попытке хоть немного защититься от промозглой влажности, окутывающей ее.

И, вздрогнула, услышав колокола собора, звонившие к вечерне.

Это было хорошо.

Возможно, там ей удастся переночевать. Девушка сознательно выбирала приюты при церквях, рассчитывая хоть на слабую, но защиту.

В этот момент, мешая девушке быстрее добраться до своей цели, люди вокруг нее, начали суетиться и раскрывать зонты.

Никому не хотелось мокнуть под холодным осенним ливнем, не так уж и неожиданно, хлынувшим с серого неба.

И у Хелен — не было подобного желания. Просто, девушке нечем было укрыться от крупных капель дождя.

А потому, она лишь передернула плечами, отводя с лица, давно влажные, каштановый волосы, и сделала следующий шаг…

Это было странно…, наверное, мозг, давно не питаемый глюкозой, решил поиграть с Элен…

Иначе, отчего бы, капли ливня, бегущие по ее щекам, казались такими теплыми?

Они ласкали и согревали девушку, даря то, что она уже отвыкла ощущать за последние четыре недели…

Комфорт и тепло…

Наверное, это было нечто, сродни ощущению покоя, которое испытывает человек, замерзающий в горах. Когда, просто отмирают рецепторы кожи, и все ощущения — начинают изменять человеку, предавая разум, заходящийся в тревожном предупреждении…

Она остановилась посреди дороги, запрокидывая голову и прикрывая веки, с наслаждением впитывая это тепло, посылая к дьяволу все свои размышления…

Во всяком случае, именно так решила девушка до того момента, пока какая-то женщина, проходящая мимо нее, не начала пронзительно, неприятно кричать, с шумом заглатывая воздух, и указывая на Элен своим, распахнутым, зонтиком.

Вырывая ее из ласковых объятий этой… неги…

Хелен ничего не могла понять.

Что с ней было не то?!

Девушка протянула руку, чтобы протереть от капель свое лицо…, и с ужасом замерла…, глядя, как при соприкосновении с ее кожей — на ладонях, капли дождя, превращаются в алые, горячие, тягучие капли крови…

Элен была вся покрыта ею…

Что тут можно было не понять?!

Кричать — бесполезный выход. Это не для нее…

Ей нужны были силы для другого.

Глубоко вздохнув, девушка резко бросилась бежать, расталкивая безучастных ко всему прохожих.

Ее трясло, сил не хватало, а перед глазами — мелькали яркие всполохи…, но, это все было чепухой.

Элен уже видела шпиль костела.

До него было всего ничего, оставалось перебежать, стремительно пустеющую, площадь.

И, собрав последние силы, давно не имея резервов сделать новый вздох, Элен еще быстрее побежала к нему, ощущая, как отнимаются ноги.

И, лишь переступив порог огромного зала…,

Падая на холодные, каменные плиты затертого пола…,

Элен позволила себе бросить один единственный взгляд назад…, почти рыдая…, но, прикусывая губы.

Зная, что из наступающей тьмы, за нею смотрят черные, с алыми, как эта кровь, омывающая ее, всполохами, глаза вампира…

* * *

Месяц назад, после боя…

Михаэль провел пальцами по лицу Сирины, зная, ощущая, насколько она слаба.

Как же трудно ему было находиться вдали от нее.

Нереально сложно.

Однако, ей в этот раз, было тяжелее…

Это не нравилось ему…, но именно вампир был тем, кто оставил девушку в таком состоянии.

Его руки обхватили затылок Рины, пусть Мастер и ощущал, что она все еще сердилась, не желая говорить с любимым, стараясь отвернуться от него.

Не планируя покорно прощать, как ей казалось, нанесенную обиду.

И, не смотря на все произошедшее, это вызвало его улыбку.

— Не стоит, малыш. — Его губы щекотали нежную кожу, пока он прижимал лицо любимой к своей шее, понуждая Сирину пить, набираясь силы. — Не надо считать, что я унижаю тебя подобной заботой. Я не пренебрегаю тобой, и тем, что ты даешь мне, любимая. Просто не могу рисковать тобою. И ничто не может заставить меня сделать подобное. — Пальцы Михаэля скользили в тяжелых темных прядях, пытаясь, ощущением этой шелковистой гладкости, чувством Сирины в своих руках, привнести в разум покой.

— Что случилось, Михаэль? — Сирина мягко провела своей щекой по его шее, вызывая в вампире дрожь.

Это было бы смешно… Только, хотелось не смеяться…

Какой, к черту, разум?!

Михаэль откинулся в постели, понимая, что если хочет обдумать все, что произошло, им стоит оказаться в каком-нибудь другом месте…

Так, где будет еще кто-то…

Только, будет ли это иметь значение для него?! Вряд ли…

Но стоит оказаться там, где у него будет мотивация не послать все к дьяволу, просто растворяясь в Сирине. Произошло то, что не стоит забывать и опускать.

— Пошли, будем это обсуждать. — Со вздохом пробормотал мужчина.

Однако, не имея сил удержаться, впился в рот любимой, с тихим рычанием. Слизывая языком капли своей крови с ее губ.

Упиваясь ее стоном.

Наслаждаясь горячим ответом Сирины.

* * *

Макс отвернулся от окна, отрываясь от созерцания предрассветного неба.

Пекло!

Какого черта он стоял тут и смотрел на это! Кто б ему сказал?!

Вампир отвел глаза от друга, который, казалось, не мог отнять своих рук от Сирины, и уставился на Грегора. Тому было безразлично, где находиться.

Максимилиану, так же, должно было быть все равно, не так ли?

Но, бездна!!

Нет, ему, дьявол забери все, не было!!

Его пальцы сжались, натягивая мышцы…, страдая от ощущения пустоты в ладонях…

Какого черта?!

Он не мог унять это странное чувство потери…

Серебро не помогало.

В этот момент, ему хотелось не той, обжигающей боли.

Крестик болтался на цепочке, обмотанной вокруг запястья, не касаясь руки вампира, изолированный кожаным браслетом, служившим подложкой.

Казалось, что его безумие, странным образом, изменило свой узор.

Мужчина…, впервые за сотни лет, был… спокоен…

Однако, он знал, ощущал, что этот покой был сродни тишине в центре урагана.

Обманчивое, дающее ложные и неоправданные надежды, затишье, посреди бушующего тайфуна…

Мертвая тишина безумия, заставляющая думать…

А он… нет, гори все в бездне!! Сумасшедший не хотел думать!

О, да, вампир ощущал удары своего безумия по этой странной глухой пелене, которая окружила разум мужчины после гибели Аристарха… после того, как он отомстил Лейле…

Макс глубоко вздохнул, не имея в этом движении потребности.

И уставился на свои руки, не обращая внимания на разговор, который растекался по библиотеке тихими словами.

Отчего же, если не от желания боли, казалось, ныла его кожа?!

Каждый нерв был натянут в его теле.

Он хотел быть не здесь.

Определенно, не в этом месте.

И, наблюдая, как пальцы Михаэля нежно скользят по коже Сирины, сидящей на его коленях, как девушка улыбается и тянется за этими пальцами, вампир осознал, что терзает его разум, впервые за триста лет, оказавшийся на поверхности безумия и боли…

Макс хотел узнать, какая на ощупь кожа Элен…

Какой она кажется при едва ощутимом, легком касании…

Таком, которое было бы невесомей прикосновения цветочного лепестка.

Таком, которое бы не рвало и не мучило ее кожу, не оставляло бы на ней багровых следов его страсти…

Таком… которое он никогда не сможет ей подарить…, которым сам, никогда не сможет насладиться в полной мере.

Вампир не мог быть таким, не так ли?! Не он, по крайней мере.

Не тот, кто получал удовольствие, доставляя как можно больше боли Элен, унижая и мучая ее…

…Наверное, ее кожа была бы подобна тончайшему, нежнейшему бархату…

Бездна!!!

Максимилиан не знал, какого чертового дьявола, он думает о таком?!

Возможно, мужчина просто не заметил, как кто-то из вампиров, в той драке, стукнул его по голове?!

Но, выбросить это из своего, больного разума — никак не получалось.

Макс обхватил пальцами серебряный крест, надеясь в привычной, всегда желанной боли, найти оплот своего безумия и того, другого…, сумасшедшего покоя…

Но, черт его раздери!

У вампира это не получалось!!

Максимилиан не мог, не хотел думать и размышлять о подобном.

Он не хотел, разрази его гром! знать, каков на вкус ее поцелуй без угнетения и боли!!

Не желал понимать, что пальцы сводит от желания набрать полные пригоршни ее локонов…

Не для того, чтобы причинить боль, наматывая длинные пряди на пальцы… нет, просто, чтобы ощутить их шелковистое касание… и вдохнуть полной грудью аромат леса, которым пахли ее волосы, смешанный с тонким и дурманящим ароматом ее крови…

Не желал!!…

Потому что знал, что это — не то, что может, хоть когда-то, стать реальностью…

Так как, рано или поздно, так или иначе, но безумие Макса убьет, уничтожит Элен…

* * *

Париж, месяц спустя после боя…

— Что с вами случилось, дитя мое? — священник склонился над Элен, которая так и лежала на полу основного зала костела, просто не имея сил встать и отойти от полураскрытой двери…

Не уверенная, что хочет скрыться от этого взгляда…

Он был там… девушка, со сто процентной точностью знала это.

Макс…

Ее окружал шепот его безумия…

Он заполнял ее разум…, окутывая Элен.

Почти отрывая от реальности.

Заглушая голос преподобного, который стоял подле.

Уговаривая встать и выйти в ночь…

Не давая понять сути вопроса, лишь позволяя наблюдать за движением губ человека в сутане.

Этот мужчина…

Ох, нет, дьявол все забери, вампир… наблюдал за Элен из темноты!!

Боже, за что же ей это?!

— Вы ранены? Вам плохо? Вы меня слышите? — Немолодой священник настойчиво пытался привлечь внимание девушки, не уверенный, очевидно, что она пребывает в сознании.

Но, она, все же, была при разуме…, пока еще.

И именно потому, девушка убежала… не так ли?

— Не ранена, кажется… — Слабо прошептала Элен, так и не находя в себе сил отвести глаза от проема двери, от наступающей ночи, от… — Я не знаю точно. Я… просто упала. Устала очень.

Священник опустился на пол рядом с девушкой, стараясь нащупать пульс на ее руке, что, вполне вероятно, было не так и сложно, несмотря на ее истощение.

Элен казалось, что ее сердце, сейчас выпрыгнет из груди.

Только…, от бега ли…?

Но, стоило пальцам священнослужителя коснуться ее руки, как резкий порыв ветра толкнул дверь, в которую Хелен упиралась ногой.

Пастор вздрогнул от того, что ему, наверное, послышалось в этом, внезапном порыве почти ураганного шквала…

Но Элен знала точно, что ни ей, ни священнику — не померещился этот рев…

Она толкнула дверь ногой, расходуя на это все оставшиеся у нее силы.

Вслушиваясь в гулкое эхо этого стука в пустоте зала костела.

Зная, что, по запекшейся уже, крови на ее лице, текут горячие дорожки слез, прочерчивая причудливые узоры…

Вздрагивая от глухих звуков ударов стихии по стенам церкви…

Он же не мог попасть сюда…, правда?!

Наверное, не мог.

Иначе, уже был бы здесь, а не бесновался снаружи…. у девушки не было сомнений в этом… Или, все же…?

— Не могли бы вы мне помочь добраться до монастыря в Сен-Круа? — Поднимаясь с пола на колени, спросила Элен у, все еще, испуганно смотрящего на дверь, священника.

— Зачем вам туда, дочь моя? — Недоуменно спросил пожилой человек, проводя по лицу рукой.

Скорее всего, в попытке убедить себя, что это все — игра его воображения. Что ж, девушка вполне могла понять его. Сама испытывала подобное желание.

Просто, она знала, что это не поможет.

— Я хочу стать послушницей. — Ответила она, понимая, что сил на то, дабы принять вертикальное положение, ей не хватит.

А потому, приняв помощь священника, она побрела по проходу, опираясь одной рукой на его плечо, а другой, перехватывая спинки, стоящих в ряд скамей…

Продолжая вздрагивать, от неистовых ударов ветра о стены здания. Вслушиваясь в нестройный перезвон, встревоженных его порывами, колоколов.

— Какая буря разыгралась. — Покачал головой священник, так же, прислушиваясь к тому, что творилось на улице. — Вам повезло, что вы успели добраться до церкви дитя мое. Я так понимаю, вам больше некуда идти? — Мужчина посмотрел на Элен, стараясь передвигаться как можно медленнее, видя, что у той просто нет сил, на следующий шаг, и она, едва переставляет ноги.

— Некуда. — Кивнула она, облизывая пересохшие губы, понимая, что глотает свои слезы и… эту кровь… — Но мне очень надо добраться туда. — Крепко вцепилась Элен в руку священника, не в силах скрыть свой испуг… потому что, вспомнила этот вкус…

— Успокойтесь, милая. — Священник остановился, давая ей возможность передохнуть. — Я постараюсь вам помочь. Если это так важно для вас.

— Очень важно. — Элен отпустила руку пастора, ухватываясь за спинку скамьи и, не обращая внимания на то, что мужчина потянулся, в попытке ее подхватить, едва не падая, сделала несколько шагов, практически рухнув к алтарю.

Священник остановился.

Он не собирался мешать.

Всякий человек имел полное право обратиться к Богу в этом месте.

Только вот, пожилой священнослужитель не мог понять, отчего так рыдает эта девушка, размазывая слезы и кровь по своему лицу, упираясь в него сложенными руками и шепча молитву "Милостивый Бог"…


Глава 2

Месяц назад, замок Максимилиана, после совета у Михаэля…

Она еще спала.

Наверное, он истощил ее сильнее, чем думал.

Не то, чтобы это должно было волновать его…

Макс присел на пол, рядом с лежащей Элен, которая так и куталась в покрывало. То, которым вампир укрыл ее, уходя несколько часов назад.

Когда она… Элен…, ела в последний раз?

Явно, до того, как он украл девушку у Ротана.

Значит, прошло, как минимум, двое суток.

Вампир не помнил, как часто должен питаться человек, чтобы не ощущать дискомфорта…но, казалось, чаще, чем раз в три дня. Однозначно.

Максимилиана не интересовало, когда и как питаются его игрушки…. он помнил, как говорил нечто подобное Михаэлю несколько дней назад.

И, совершенно точно, его это и не должно было интересовать…

Но, дьявол забери все!!

Это, все же, волновало Макса!!

Будь проклята эта, выбивающая опору из-под его ног, тишина безумия сумасшедшего вампира!!! Пропади она в бездне!

Вампир, уже почти жалел, что убил Аристарха, даже на миг, допуская разум в свои мысли.

Он не хотел так жить!

Не желал думать о подобном!

Мастера не должно интересовать, что хочет и чувствует его жертва!

А, именно ею и была эта, спящая на полу его замка, девушка…

Жертва…, игрушка…, забава… которую, у кого тут могли быть сомнения в подобном? он обязательно сломает…

Макс потянулся к ее кресту, болтающемуся у его ладони.

Вампир, носящий крест…, ха-ха, кто мог усомниться в том, что ему недостает разума?

И, похоже, в придачу к уму, Мастер испытывает недостаток в воле…

Какого черта, он не выбросит эту безделушку?! Отчего, таскает с собой этот… ее… крест?!

Стоило избавиться от него…, разве может быть у Вечного недостаток в выборе путей причинения себе боли?

Совершенно точно — нет.

Так, почему же он сосредоточился на этой форме?

Пекло!!

И все же… все же…

Легкий вздох Элен, приковал его глаза к лицу девушки.

Она не казалось счастливой и довольной.

Определенно, нет.

Даже во сне…

Бездна!! Кто сказал, что это его беспокоит?! Он не для счастья собирался использовать Элен.

Не для ее, по крайней мере.

Мужчина, с удивлением, смотрел, как его рука, словно, в обход разума вампира, потянулась к лицу спящей…

Казалось, время замерло для сумасшедшего, поломанного вампира, когда, его пальцы, едва прикасаясь, дотронулись до скулы Элен…

Он замер…. боясь…. опасаясь, не желая, чтобы вес его пальцев на ее щеке — был тяжелее ощущения вздоха девушки…

Наверное, узнай Макс, что в этот момент, вся планета остановилась, прекращая свой природный ход — это не обеспокоило бы вампира.

Ничто не могло поразить его более, чем вот это, мягкое и…, да…, бархатное ощущение ее кожи под кончиками его пальцев…

Никогда, наверное, он не ощущал подобного…

Не в своей жизни, по крайней мере…. Возможно, до нее… но, нет…

Это было нереально — найти хоть что-то, пусть отдаленно схожее с этим ощущением.

С молчанием безумия в его разуме…

С понимание, которого не желал получать мужчина.

Дьявол!! Нет!! ОН НЕ ХОТЕЛ ЭТОГО!!

Камень пола раскрошился от давления, с которым другой кулак вампира, вдавливался в него…, но, пальцы, касающиеся кожи Элен, не усилили своего давления и на миллиметр.

Девушка, опять, вздохнула, и чуть сдвинулась.

Сама, прижимаясь сильнее.

АД!!

Но, он еще не перешел границу боли.

Кто, как не вампир, все свое существование, терпящий и причиняющий пытки, мог не знать этих рамок муки?

Он знал…, просто, всегда предпочитал оказываться за нею… за этой чертой…

Не сегодня, однако… не сейчас…, не этим утром, по, чертовски непонятной причине…

Ну и что, что он сам себе врал!? Его это, как и все остальное, не должно, и не будет беспокоить!!!!

Максимилиан не знал, каким образом это так повлияло на него.

Вампир не имел представления, сколько еще, глухая пелена будет изолировать его разум, не давая довлеть безумию.

Правда, у него было пара предположений, что это все закончится, ох, как скоро…

И, все же… бездна поглоти его, если мужчина знал, почему!! Но вампиру хотелось узнать еще одно ощущение, чистое от боли…

Элен не проснулась, когда его губы, мягко, столь же неощутимо, как и пальцы, все еще лежащие на щеке девушки, накрыли ее губы…

Пока не целуя… нет, едва обводя контур…

Она лишь подалась вперед, что-то бормоча во сне, щекоча своим дыханием его рот…

Максимилиан сходил с ума… но, уже совсем по-другому.

И, он просто не знал, что ему с этим делать…

А потому, вампир поддался этому, неизвестному, и неизведанному им, виду безумия.

Язык мужчины скользнул по губам Элен, в мягкой, и…

Дьявол забери все! Он не знал, не думал, что способен на такое…

Это было лаской, нежной и едва ощутимой.

Но, Макс хотел познать больше.

Он жаждал узнать влажность ее рта, тогда, когда она не напрягается от причиняемой им боли.

Его руки, обхватили ее щеки, так и не переходя за черту, лишь согревая бледную и холодную кожу.

Его губы полностью накрыли ее уста, так же, как тело Мастера, накрыло тело Элен.

Не придавливая. Лишь позволяя ощутить вес.

Не раня, лишь лаская губами, возбуждая томными и медленными движениями языка в глубине ее рта.

Не беспокоясь о том, что глаза Элен распахнулись, пораженно глядя на него.

Не заботясь о том, что девушка проснулась.

Он хотел ее целовать, накрывая всем телом, о…, пекло, он хотел большего!!!

Его пальцы… о, да! Он погрузил их в ворох ее спутанных волос, наслаждаясь и загораясь от этого прикосновения.

Упиваясь тем, как неуверенно и мягко ее губы отвечали на его поцелуй, целуя вампира.

Он запылал, услышав ее тихий и чистый стон наслаждения…

Сам застонал, ощущая, как ее тело, плавно скользит под ним, возбуждая мужчину своим трением…

Это было невероятно… Удивительно… Так…

Так, как не могло быть с Максом на самом деле…

И, он столь быстро понял это…. падая с вершины ТАКОГО удовольствия, столь же стремительно, как упали призрачные стены глухой пелены в его разуме, удерживающие безумие вампира…

Разум боролся за свое место… но, у него не было шансов…

И мужчина ощутил, как просыпается, вскидывается, вырываясь на волю — желание ее боли.

Как усиливается, сжимаясь, захват его пальцев, натягивая волосы Элен.

Он не мог остановить себя, впиваясь в ее губы, уже не лаская, прикусывая их до боли…, до капель крови, которые тут же, слизывал языком.

И, в этот момент, когда ее стон изменил свою тональность, когда он зазвучал другой мелодией — Макс понял, что никогда не избавится от этого…, от своего сумасшествия.

От безумия, ломающего его.

От ненависти…

И смерть его создателя и Лейлы, не могла, и не изменила ничего в этом.

Потому что, он не только, и не столько их ненавидел…

Вдавливая тело Элен в гранитный пол, зная, и упиваясь ощущением ее подавления и боли, вампир осознал, что именно себя, он ненавидел все это время…

И, последнее, что оказался способным сделать его разум, до того, как полностью сдаться, покоряясь давлению безумия… — с силой отбросить от себя Элен, пусть и зная, что причиняет новую боль, оставляя синяки… возможно… переломы…

Это, казалось лучшей альтернативой смерти, которой требовало его безумие…

Приказывая себе не слышать ее стон, полный боли, зажимая ее крест в кулаке…, прожигая мышцы до кости…

Максимилиан растворился во тьме, не готовый к тому, что принесли эти ощущения, пережитые им без боли….

* * *

То же утро, замок Макса…

Он знал, что сделал.

Вампир дал ей шанс.

Еще тогда, когда разум был ведущим в этой дикой пляске с его безумием.

Использует ли она его?

Позволит ли он ей в полной мере сделать нечто подобное?

Максимилиан не знал ответа на это.

Он не думал об этом тогда, когда разводил пальцами железо оков, охватывающих тонкую руку. Просто, в тот момент, мужчина хотел, чтобы Элен коснулась его кожи, с той же неистовостью, с которой сам хотел касаться ее.

Сейчас, ему было, даже интересно, достанет ли ей силы и выносливости осуществить столь мизерную возможность…

Хватит ли его воли на то, чтобы позволить это ей…

Это казалось сомнительным… и на первый, и на повторный взгляд.

Вампир приказал своим демонам не трогать ее, если девушка решится выйти из комнаты…, если попробует покинуть пределы замка.

Но, стоя у окна…

Прижимая, почти насквозь, прожженной ладонью, ее крест к своим губам, вспоминая другое прикосновение…

Не предпринимая ни малейшей попытки укрыться от жгучих лучей октябрьского солнца…

Наблюдая за тем, как тонкая фигурка, неуверенно оглядываясь и, на каждом шагу ожидая подвоха, старается как можно скорее достичь леса, который виднелся вдалеке…

Максимилиан не мог сказать бы — было ли это задумкой его разума…, либо же — идей безумия, чтобы развлечь Вечного новой забавой… — выслеживанием, такой… желанной и манящей жертвы.

Однако, когда Элен замерла на опушке леса, внезапно повернувшись в сторону замка, устремляя взгляд своих темно-синих глаз именно на это окно, сквозь которое он следил за нею…

Находя его глаза этим взглядом…

О, он был уверен, что она видела, как мужчина наблюдал за ее побегом…

Вампир прошептал то, что его безумие, имея желание развлечься, навряд ли, смогло бы сказать своей жертве…

— Что же ты стоишь, глупая? — Шептал Макс, обожженными губами…, только, серебро ли было виновато в клеймящем ощущении ожога…?

— Беги…. — Вампир отступил на шаг, скрываясь в тени комнаты, разрывая контакт их глаз.

— Беги так далеко, чтобы я никогда не смог тебя поймать…

И, с силой ударяя кулаком в стену, заставляя себя сделать еще один шаг назад, чтобы не видеть, как, невольно… о, он совершенно точно, был уверен в этом…. ее рука дрогнула, потянувшись к нему…. мужчина уперся лбом в серый и шершавый камень стены, останавливая взгляд на блеснувшем серебряном клинке…

— Только…, позволю ли я, сделать это тебе? — Вопросил безумный вампир неизвестно у кого, обхватывая изувеченными пальцами черную рукоять…

* * *

Париж, ночь, церковь…

Элен, почти, не верилось, что такое возможно.

Она была чистой, впервые за месяц.

Девушка была сытой, впервые за тот же месяц, и… опять-таки, впервые за этот злополучный срок, она лежала в, пусть и узкой, но самой настоящей постели.

Это был… почти рай.

Ей очень повезло, что она почти выбралась из Парижа этим днем, и нашла церковь именно на околице столицы. Будь костел покрупнее, навряд ли, чтобы ей позволили остаться на ночь в Божьем доме, так как, приюта при этой церкви — не оказалось.

И теперь, лежа в комнатке, кутаясь в теплое одеяло…

Забыв уже, когда имела подобную роскошь…, привыкнув ночевать в подвалах и на чердаках домов…

Элен перевернулась на другой бок, отворачиваясь от окна, шторы на котором, определенно, не собиралась отдергивать, и укрылась с головой, убеждая себя, что глаза просто устали от напряжения…потому она их так сильно прижимает руками.

Это был почти рай….

Только вот, черт все забери, почему же ей так хотелось в пекло?!

Буря утихла еще час назад…

Наверное, он ушел.

Девушка не знала, что остановило вампира.

Она не была уверена, что церковь, в самом деле, могла помешать ему.

Теодорусу это была не помеха, насколько Хелен было известно. Не такая церквушка, во всяком случае.

Монастырь — да, ее хозяин как-то говорил, что не смог бы попасть туда, потому девушка и стремилась в святую обитель.

Ротан не смог бы зайти и в подобную церковь.

Макс… она просто не знала.

Легкий вздох вырвался из ее прикушенных губ.

Но, казалось бы, должна была что-то понять из происходящего… и, не понимала…

Веки закрывались сами собою, не давая Элен сосредоточиться на своих размышлениях.

Наверное, это из-за того, сколько она пережила за сегодня.

Или, вследствие ее истощения…

Возможно, из-за сытного, в кои-то веки, обеда.

А может, потому, что мягкий шелест деревьев за окном и мерный перестук капель моросящего дождя по стеклу, убаюкивал Элен своим шепотом…

Еще раз вздохнув, так и не позволяя своим щекам стать влажными, девушка погрузилась в блаженное марево дремы…

Ей снился сон…

Он не был странным или необычным для Элен в последнее время.

Каждую ночь она шла, нет…, она убегала, и в царстве грез не находя покоя от набата, звенящего в разуме Хелен опасностью.

Девушка старалась найти убежище.

Вот только, сегодня, Элен брела не по лесу, через который пробиралась в первые дни своего путешествия, и не по городам и поселкам, которые прошла по мере своего продвижения к далекой цели.

Элен снилось, что она шла по церкви…

Этот зал был странно знакомым. Но, сон не давал осознать, где именно она находилась, затягивая ее глаза пеленой сумрака.

Ей не было холодно от голого камня пола, по которому, неслышно, ступали босые ступни.

Она шла по темному и пустому помещению, не понимая, зачем, и куда направляется… но, как ни странно, не испытывая ни опасений, ни страха.

Элен было хорошо.

Шепот окружал ее, хоть и не было рядом вероятного источника этого хриплого и надломленного голоса.

Он — ушел.

Она — убежала.

Его не могло быть рядом, не так ли?

Это был сон…, она точно знала, что спала…?

— Ты плохо старалась, детка. — Шепот нарастал, становясь на октаву громче. Этот голос насмехался над Элен, девушка прекрасно это ощущала… и все же, за насмешкой, она слышала в этом голосе и что-то иное… То, что просто не могло быть в реальности, подтверждая ей, что она спала.

Он скользил по ее плечам, гладя и царапая кожу, шероховатым звучанием.

Ох, нет, это были его руки… Или же, так просто казалось…?!

Девушка терялась в переплетение этого сна, этого касания, этого голоса…

Но, церковь должна же была остановить вампира?!

Это, просто, снилось, Элен!

И, так не хотелось просыпаться…

Абсурд!!

Пресвятая Дева, защити ее!!

— Я смог тебя найти… Ох, и похоже, ты совсем не старалась…, Элен. — Голос окружал ее… — Я могу подумать, что ты не так и хотела убежать? — Насмешка пробежала по ее позвоночнику дрожью, заставляя резко вскидываться, вынуждая ее оборачиваться, понукая сердце Элен, неистово стучать от пугающего предположения…

Но, рядом никого не было.

Девушка была одна в пустом и темном зале.

Что это было? Ее подсознание? Ее тайный страх, что он узнает о том, как она боролась с собственным желанием?

И Элен ступила дальше, тайком наслаждаясь отзвуком своего имени, которое произнес… его… голос, эхом, продолжающим вибрировать в гулкой пустоте помещения.

Она же могла, хоть во сне, насладиться этим без оглядки?!… Или, и это был новый шаг по пути в бездну?

Девушка вздохнула, откидывая с лица волосы.

Она была одна… но этот голос…

Ее рука протянулась, обхватывая ручку двери.

Это настораживало.

Уж слишком хорошо ощущалась текстура этой металлической детали…

Но шепот отвлек, не давая сосредоточиться на этом чувстве, заменяя собой любое осязание, новым порывом пробегая по коже.

Элен знала, куда шла.

Девушка надеялась его увидеть.

Ведь, во сне можно?

И он был там, где она ожидала.

Максимилиан стоял на площади перед костелом.

Хелен замерла, так и не делая следующего шага. Просто смотря на него.

Улица была пустынной, а туман и продолжающийся дождь, окутывавший ее, делали бесполезным всякое уличное освещение.

Но, казалось, мужчину, стоявшего у входа лишь в брюках и сорочке, совершенно не волновала такая погода. Фантому и должно быть все равно.

Он молчал.

Она ничего не сказала.

А что можно было сказать своему самому страшному кошмару…и, в то же время, самой желанной фантазии?

Пусть и во сне, но разговор между ними не казался чем-то, что могло существовать в границах любой возможной реальности.

Стоя на пороге церкви, глядя в эти черные глаза, которые, только в глубоко упрятанных мечтах, и позволяла себе увидеть, Элен подумала, что на самом деле, не смогла бы помешать святость ее убежища зайти вампиру в помещение.

Это было полной чепухой, которой беглянке так нравилось обманывать себя.

О, нет, Макс мог в любой момент прийти за нею…, если бы имел такое желание…

Но…, возможно, его развлекало, то, чтобы именно она сделала последний шаг, выходя за порог своего убежища навстречу ему…, тому, кто причинял ей боль… и… наслаждение?

Девушка задохнулась от понимания того, что была, вполне готова сделать это. Пусть и во сне.

Мужчина был так близко, почти впритык стоя, и так хотелось сделать этот шаг…

Хотя бы, оказаться еще чуть ближе…, сделать то, что в жизни он никогда не позволил бы — притронуться к нему.

Но Элен сопротивлялась искушению, не желая рисковать единственным, что еще сохранила.

Понимая, что была глупой и безнадежной дурой, потому что плавилась и задыхалась от желания при виде этих, вспыхивающих алыми искрами, глаз…

Потому что, как оказалось, безумно скучала…

О, Господи!

Идеальная жертва… так он когда-то ее называл, не так ли?

Наверное, именно ею она и была, если, даже убегая, скрываясь, не могла не обернуться назад, в попытке еще раз увидеть своего мучителя.

Элен знала, что глупо было так поступать.

Но, тем не менее, она протянула руку, желая, хотя бы в памяти, вновь вспомнить ощущение его кожи под своими пальцами.

Зная, что будь это реальностью, он никогда не позволили бы ей себя ласкать.

Пресвятая Дева!

Элен всхлипнула, ощущая себя классическим примером Стокгольмского синдрома.

Как?!

Как она могла так за ним скучать?!

Испытывать потребность в том, кто мучил ее.

Мягкое касание не было болью, которую он так любил, не так ли?

Только, отчего же, ей так жгло пальцы, скользящие по его кожи?!

Настолько, что слезы текли по щекам, а Элен уже и не пыталась их остановить.

Не физической мукой — нет, терзая пыткой собственную душу, которая не могла болеть из-за вампира, и все же, делала именно это.

О, будь это реальностью, Макс был бы доволен, что и таким способом сумел причинить ей эту боль.

Но здесь, в ее сне, он просто стоял, позволяя девушке делать то, что хотелось Элен.

Это был самый странный сон, который она хоть когда-либо видела в жизни.

И, не могло это быть ничем иным.

Несмотря на то, что она видела, как все сильнее сжимались пальцы вампира на чем-то, что блестело серебром даже в тусклом тумане этой странной ночи. Несмотря на то, что искры в его глазах, давно переросли в алое пламя.

Пальцы Элен продолжали изучать черты лица Макса, то ли врезая, то ли извлекая их из собственной памяти.

А потом…, потом, она не знала, как решилась на подобное…. ее ладошки обхватили его лицо, и девушка сама поцеловало вампира, лаская его сомкнутые напряженные губы своими, солеными от рыданий.

Не желая замечать и понимать, что он, как и в жизни, не реагирует на нежность ее касания, но, хотя бы, позволяет ей это делать.

Элен хотела дать ему это, не вот так, в своем сне, она хотела подарить свою нежность Максу в жизни.

И, еще сильнее рыдая от того, что это никогда не могло стать реальностью, девушка едва ощутимо целовала мужчину, погружаясь в его волосы своими пальцами.

Она не помнила, когда шепот вокруг нее перерос в рычание, не смогла осознать, когда к ней пришло понимание, что так и стоя в церкви, прижимая к себе его лицо, Элен мучает вампира, заставляя гореть его кожу от касания к святости. Ему было больно…

Она этого не хотела.

Но, был ли он против этого ощущения?

Однако, когда его губы раскрылись, перехватывая власть в этом, навеянном ее сном, нереальном танце, когда его руки обхватили ее лицо — девушка поняла, что до этого момента, Максу удавалось себя контролировать…

Сложно понять, как рождает выводы мозг, пребывая в дреме. Мы не поддаем их сомнению, принимая аксиомой в параллельной реальности наших сновидений. И она не задумывалась о том, как получила подобное озарение.

Но, ощущая спиной, как, все сильнее, вжимает, целующий ее вампир девушку в косяк церковной двери; как усиливаются перекаты рычания в его груди, в душу Элен закралось сомнение…, а во сне ли это все происходило?

И все же, она не отняла своих рук, продолжая гладить ими, волосы Максимилиана, путая эти пряди, которые манили ее, продолжая ласкать его плечи, скользить пальцами по его шее. Не отвернула своего лица, не отняла губ, которые он целовал все сильнее, почти уже мучая силой этого поцелуя.

Лишь обхватила ногами талию мужчины, позволяя ему приподнять и прижать себя к его телу еще сильнее. Загораясь от жестких…, но, все еще сдерживаемых его разумом, движений рук вампира по ее коже, которые уже захватили ее грудь, перекатывая сосок обожженными пальцами…

Она ощущала рубцы на его коже, и это ее мучило… из-за него… заставляя, вновь, плакать.

Но, все же, Элен не смогла не застонать от боли, когда фантом, вызванный ее мозгом в этом сне, неожиданно реально, прикусил губу Элен, пронзая тело самой настоящей болью, почти разбивая уверенность девушки в происходящем…

Он замер, тяжело дыша, так и удерживая ее прижатой к двери церкви, а потом, прошептав " Бездна!!" растворился во тьме… покидая Элен…

С всхлипом, девушка вскинулась, откидывая одеяло и садясь в постели.

Она глубоко вздохнула, пытаясь унять перестук сердца в груди…

Провела пальцами по влажному от слез лицу, и замерла, глядя в полумраке комнаты на собственные руки, не в силах совладать с пробирающей душу, дрожью.

Элен не знала, отчего ее трясло — от страха ли, от дикого и безумного желания…, от того ли, что она только что вырвалась из кошмара…, или, от того, что из ее, болезненно чувствительной, губы сочилась струйка крови, капая на ворот одолженной сорочки…


Глава 3

Кинжал, с хлюпающим звуком, погрузился в широкую, уже не колотую и не резанную — разодранную его яростью, рану, на бедре вампира.

Какого, безумного дьявола, он делает?!

Мастер, с нажимом, с усилием провернул рукоять, царапая кость.

Это не помогало, бездна все поглоти!

Ему ничего не помогало!! Весь этот месяц…

Какого беса он пытается себя сдержать?! Какого, проклятого беса?!

Его сила вырвалась, сметая деревья, в окружающем лесу, но это не интересовало безумного вампира.

Да что он строит из себя?!

Макс не был и не будет, ни во имя чего, пушистым и белым!!

Никогда, пропади все в пекле!!

Так, из-за чего же, сейчас, он торчит здесь, мучая себя, тогда, когда хочется услышать ее стон… только… боли ли?

БЕЗДНА!!

Отбрасывая серебряный кинжал, он уставился на крестик, болтающийся на его запястье.

Макс хотел бы его взять… только, было нечем.

Мышцам…, он не вспоминал уже про кожу, надо было хоть сколь значимое время для регенерации…, которого, сумасшедший вампир себе почти не давал.

На его ладонях начали образовываться рубцы.

Это было почти нонсенсом.

Шрамы у вампира?! Ха-ха!! Смешно, в самом деле!

И, все же, они были.

Никогда ранее, он не истязал себя с подобным рвением…, не получая при этом, и толики удовольствия от боли.

Ох, нельзя сказать, что Максимилиану, хоть когда-нибудь, было ведомо сочувствие к себе, но, мужчина с расчетом подходил к любой боли, давая телу восстановиться…

Всегда…

Не сейчас…

Не в эти, проклятые, три с половиной недели!!!

Ему не хотелось этого!!!

Максимилиану хотелось другого!

Что ж, сегодня ночью, он получил сполна той, иной, желанной боли…

Она выжигала его внутренности изнутри, ломая и скручивая, и без того искореженного вампира.

ПЕКЛО!!!

Зачем он пришел, услышав ее голос в своем, ненормальном мозге?!

Собственно, не то, чтобы вампир находился далеко, все эти недели…, но… какого черта он приперся к этой двери?!

Макс уткнулся лицом в искалеченные ладони.

Его лицо жгло, но не ладан церкви был виной этому ожогу.

Ее… нежность…?!

Она убивала его. Растирала в своих маленьких и мягких ладонях, без единой отметины на идеальной коже.

Добивала едва ощутимым касанием губ, мокрых и соленых от ее слез и боли.

За что ему это проклятие?!

А, именно им и была Элен…

Жертвой, которою он так настойчиво пытался отпустить…

Проклятием, которое его не отпускало…

Вампир зарычал, пытаясь прогнать терзающие его мысли…

Но, разум, которому удавалось периодами пробиваться сквозь пелену его сумасшествия, не желал сдаваться.

АД!!

Какого черта он из себя строил?!

Макс не здесь хотел сейчас находиться!

Не в этом лесу, который, своими стараниями, уже почти превратил в рощу.

О, нет, дьявол, нет!!

Он хотел быть в ее теле!

Мастер хотел погружаться в Элен так, чтобы она никуда не могла и сдвинуться от мощных ударов плоти мужчины, не то, чтобы помышлять о каком-то там бегстве.

Вампир хотел глотать ее кровь, сжимая тело Элен своими руками, так, чтобы точно знать, что девушка не вырвется.

И, ПЛЕВАТЬ, что ей может быть больно!

В конце концов, какого черта, это его должно волновать, в самом деле?!

Он вампир. Он безумец.

И его заботят только собственное удовольствие и наслаждение, не так ли?!

Ох, в самом деле!

Он не собирался слушать этот, раздражающий голос разума, неясно с чего, объявившийся в его теле!!

К дьяволу его!

Он хотел иметь Элен?!

Так какого черта вампир торчит здесь, боясь поломать ее?!

Она хотела его!

Макс слышал ее голос, он ощущал ее жар, обонял возбуждение, растекающееся с кровью в теле девушки…

Бездна!!

Так, отчего же, он не сделал то, чего желала сама его жертва?!

Вампир поднялся, зная, что его глаза полыхают алым, не оставляя места даже тьме в зрачках.

Его не могла, и не остановит боль во всем теле.

Он будет иметь ее.

Максимилиан будет обладать Элен.

И если она боится — ему плевать!

Незачем было его призывать тогда, в самом деле!

Он будет погружаться в ее влажность и жар своим телом…

Он будет прокусывать ее кожу, и пить, глотая вожделение и возбуждение девушки, упиваясь ее наслаждением!

Он заставит Элен упиваться наслаждением мужчины, и его не волнует, что она не желает принимать кровь своего мучителя!

В общем-то, ему глубоко безразлично ее мнение!

Она будет пить его кровь, усиливая удовольствие вампира.

Вечный так хотел, и ничто, более, не имело значения.

Ох, и да!

Как бы она не пыталась отрицать — вампир видел, как наслаждалась теплом и ароматом его крови Элен, когда мужчина, по дурацкой, непонятной, и, чертовски сумасшедшей, идее, заменял капли дождя, своей кровью…

Не желая, чтобы ей было холодно…

Ослабляя себя этим…

Хотя, не то, чтоб ему надо было привыкать страдать подобным бредом…

Максимилиан не собирался здесь задерживаться, отбрасывая все свои разумные идеи, за которые столь упорно цеплялся в эти недели.

Он не был, и не будет тем, кто позволит уйти Элен!

Какого дьявола вампир оставил ее в той церкви, возвращая в комнатушку за залом?!

Какого черта, не завершил то, что и он, и она хотели?!

Ох, Макс причинил ей боль…?!

А его это волновало?!

Нет, в самом деле?!

Ну, и плевать!

Сама Элен, и жажда вампира обладания ею — волновала Максимилиана сильнее!

А значит, он вернется туда, даже, понимая, что будет ломать девушку.

Мужчина сделает и Элен зависимой от боли, так, как уже почти сделал ее зависимой от него…

Ему было глубоко безразлично, что он искорежит душу своей жертвы… Нет, в самом деле… Словно вампир собирался оставлять ее ей…

Ха, однозначно, это не значилось в его планах даже на последнем месте.

Максимилиан будет вечность покорять Элен, превращая это странное, добивающее его ощущение в бесконечность…

Бесконечность в ее теле… подобная мысль заставляла Макса пылать, поднимая безумие на новые пределы…

И, никакая церковь или костел не смогут ему помешать овладеть душой и телом Элен.

Даже, если он захочет поиметь ее у алтаря, его не будет интересовать, что она будет думать о подобной идее… и, Максимилиан был уверен, что в тот момент, девушке будет не до сопротивления в выборе места…

Ох, в самом деле, он сумеет убедить свою жертву… У него были причины для подобной уверенности, и без превосходства в грубой силе…

Это будет забавно, так поломать католичку, в самом деле…

Но, зов другого Вечного, изменил планы Макса, когда тот уже начал растворяться во тьме…

Что ж, это более, не имело значения.

Максимилиан отбросил разум, и определили свои цели.

Теперь, Элен не сможет от него убежать или скрыться хоть где-то, на этой планете.

Какого черта, он вообще, так долго не позволял себе делать то, что хотелось?

И, определившись, впервые за этот месяц, почувствовав внутреннее удовлетворение и предвкушение от предстоящего развлечения…, Макс направился к Михаэлю.

* * *

— Паршиво выглядишь, Макс. — Грегор насмешливо посмотрел на появившегося в зале вампира, отталкиваясь от стены, о которую опирался.

Максимилиан, был не в настроение обмениваться комплиментами, замахиваясь на друга, целясь кулаком в ухмылку.

Грег отклонился от удара.

Макс знал, что он сделает это.

Потому и выбросил, одновременно с кулаком, ногу, подсекая мужчину.

Грегор выругался, оказываясь на полу.

И, в следующую секунду, уже стоял перед другом, сжимая пальцы в кулаки, с предвкушением схватки, разгорающейся в его черных глазах.

На лице Грега расплывалась довольная усмешка.

Не то, чтобы это было тем, что в этот момент хотелось Максу…

И близко нет!! Черт все забери!!!

Но, и от драки он не собирался отказываться.

— Грег, отстань от Макса. — Михаэль насмешливо осмотрел союзников, заходя в зал. — Он и сам, без твоей помощи, себя покалечить может. Разве не видишь? — Мастер задумчиво остановился посреди помещения, глядя в пространство, явно, не собираясь их посвящать в свои мысли.

— Какого черта, Михаэль?! — Грегор был недоволен, что его, в который раз, лишили развлечения. — Мы и сами можем разобраться, чем заняться.

Михаэль хмыкнул, оборачиваясь к вошедшему Кирину, который что-то нес в металлическом коробе, но, все же, предупреждающе покачал головой.

Максимилиану было безразлично, что находилось в коробке.

Ему было плевать, дадут, или нет, им с Грегом подраться.

Его, сейчас, занимало другое.

И, как только он выяснит, что именно хотел Михаэль, вампир вернется туда, где оставил Элен… Вот только, в этот раз, он не уйдет без нее…

Эти мысли, заставили, раскаленной лавой, плавиться его безумство, стремительным потоком разнося этот огонь по сосудам…

О, у вампира были идеи относительно нее… Будоражащие кровь идеи…, если честно.

— Потом, Грег. — Всякое веселье ушло из тона Михаэля. — Как это ни прискорбно, но наш друг, пока еще, нужен нам живой. — Хозяин замка забрал ношу у демона, небрежно кидая ее на стол.

И, наклонившись, что-то спросил у демона так тихо, что, даже, вампиры не услышали.

— Какая трогательная забота. — Макс был поражен тем, КАК он это прохрипел. Неужели, и вампиру было реально сорвать голос? — Пекло! Я просто польщен, Михаэль.

Вечный лишь скривил угол рта в усмешке, явно понимая, чем было обусловлено это восклицание.

Ну, и к дьяволу его!! Вместе со всем пониманием и насмешками!

Максимилиан не хотел, и не собирался верить Михаэлю, чтобы он там не говорил все это время.

Хотя… он так и не смог удержаться, не так ли?!

БЕЗДНА!!

— Катись к дьяволу, Михаэль!! — Прохрипел Макс, одаряя вампира предупреждающим взглядом, зная, что тот хотел показать этой ухмылкой.

— О, там уже нет места, мой друг, ты все занял. — Хозяин замка не спешил просвещать союзников о том, что именно принес Кирин, который так и стоял за его спиной. — Но, мы не об этом должны поговорить. — Голос Михаэля стал жестким, прерывая давно начавшийся, и навряд ли, завершенный спор о том, что творил Максимилиан.

— Да что ты?! — Притворно удивился светловолосый вампир, высоко вздергивая брови. — Удиви меня, неужели сегодня не будет обычных подколок?!

— Ты надоел мне своим сопротивлением собственной участи, Макс. Мы будем говорить о Теодорусе… и Рохусе… возможно, это образумит тебя. — Насмешливо произнес Михаэль, под аккомпанемент подавляемого смеха Грегора.

Придурок чертов!

Не оглядываясь на друга, Макс толкнул в вампира стул, применяя лишь часть своей силы. Просто, чтобы заткнуть весельчака.

Ему, лично, было не до смеха.

Пекло забери их всех!

Вот и этот, пусть, перестанет хохотать.

* * *

Грег увернулся от стула, но намек понял, и старался унять неуместное веселье. Тем более, что и Михаэль смотрел взглядом, не предрасполагающим к мыслям о забавном времяпрепровождении.

Было что-то такое в глубине глаз хозяина замка, что наталкивало на мысли о… бешенстве…?!

Максимилиан не был уверен, что верно истолковал это выражение багрового пламени, плещущееся в глазах друга, но, скорее всего, он не намного и ошибся.

Мужчина стер выражение со своего лица, видя, что безумец с интересом рассматривает его, отвлекаясь на мгновение от мыслей о… том, о чем он не собирался в данный момент думать…

Да кого он обманывает, черт возьми?!

Не Михаэля, однозначно.

Возможно, Грега?

Тот, так и не мог понять, что именно творится с Максимилианом, заставляя все больше и больше погружаться в бездну своего безумия. Казалось бы, смерть создателя должна была бы облегчить его путь…

Должна была бы…, не будь Элен…

Дьявол все забери!!

Макс резко поднялся, не в силах сидеть… не тогда, когда ему хотелось быть не в этом месте, пекло все поглоти!!

Его собственный стул резко отлетел к стене, но мужчину не заботили подобные проявления собственной неуравновешенности.

Эти, и не такое видели от сумасшедшего вампира… Только, Макс не мог припомнить ничего похожего… даже, немного походящего на то, что с ним творила одна мысль об этой девушке…

Мужчина зажал в кулаке серебро, так и не дождавшись полного восстановления кожи.

Плевать!

Его ломало, в самом буквальном смысле, ломала и скручивала изнутри, жажда, хоть как-то, коснуться Элен… а крест, он был ее частью, пусть, и только для него… пусть, это и было очередным извращением больного мозга безумного вампира…

В конце концов, не могло это серебро унять потребность в том, чтобы ее кожа, ее волосы, сама она — наполняли руки Мастера.

Пекло!!

Не могло…, но это не значило, что не хотелось!

— Макс. — Резкий окрик Михаэля вырвал вампира из хаоса, который окутывал мысли.

Не то, чтобы ему сложно было к подобному привыкнуть, не так ли?

— Это — тебе, вообще-то. — С непроницаемым выражением на лице, проговорил союзник, подталкивая коробку по столу к обернувшемуся мужчине.

— О, ты решил сделать мне подарок? — Максимилиан скривился. — Я польщен сверх меры. Чем заслужил подобную честь? Ах, и что там?! Очередной поганый, совет?!

— Макс, остынь. Это не моя затея. Я получил такой же сюрприз. — Вампир увидел, как сжались пальцы Михаэля. Ощутил, как разлетаются от друга волны силы. Это, немного…, выветрило непокорность и бред из его головы. — Собственно, и эту коробку, прислал Теодорус мне… и, возможно, у нас есть преимущество…, если он не знает всего того, что и ты, как последний дурак, не желаешь признавать! — Михаэль, все сильнее отпускал свою ярость… но, Макс, пока, не видел причины. — И, не думаю, что тебе понравится то, что внутри… Хотя, может я и ошибаюсь, если все это время, ты мне утверждал правду… — Темная бровь поднялась над багровым пламенем, сияющим яростью в черноте глаз вампира.

Не было похоже, чтобы Макс понимал, о чем друг говорит… Как и Грег, судя по всему.

Что же тут происходило?!

Испытывая легкое любопытство, вызванное, скорее реакцией и словами Михаэля, он рассматривал этот, ничем, казалось, непримечательный предмет.

Обычный металлический короб, высотой сантиметров пятьдесят, с плотно подогнанной крышкой.

Без отличительных особенностей, или, других каких-либо знаков и символов.

К черту!

Какой толк его рассматривать?!

Очевидно, что само послание — внутри.

Вампир поддел крышку, не обращая внимания на то, что взгляды всех, даже демона, сосредоточились на его персоне.

Мужчину заботило лишь то, что могло это в себе нести…, ему не понравились ни взгляд, ни ярость, ни… уж тем более, намеки Михаэля…

И, он смог понять друга, когда рассмотрел то, что находилось в этом странном коробе…

Чувствуя, как собственная ярость, бешенство…., безумие, и желание убить — вырываются из него, не имея контроля, сметая всякие пределы и налет разумности, которые возможно, имелись у Макса…

Защитить…!!! Вот, что билось внутри у вампира…

Первое, что ощутил мужчина, сняв крышку — запах… кровь, ее было много в этой посылке.

Но, она не была ее сутью, лишь вытекая из того, что являлось смыслом…

О, он видел множество подобного в своей жизни. В конце концов, кто тут не был вампиром?!

И, порою, сам творил нечто подобное…

Но…. ПЕКЛО ВСЕ ПОГЛОТИ!!!!

Максимилиан испытывал дикую, неконтролируемую потребность в диком…, животном убийстве того, кто сделала это…

А еще… он хотел защитить, уберечь…. не допустить такого…

В пустоте коробки, в луже крови, лежала голова девушки.

Она не была ему знакома, в общем-то.

У нее были длинные каштановые волосы, и темно-синие, блеклые в смерти глаза…

Ничего знакомого… если бы…., если бы…

Кто-то, мазками кинжала по лицу этой девушки, дорисовал другие черты… те, которые Макс видел даже с широко открытыми глазами…

Кто-то, пытался уподобить эту мертвую жертву Элен…

Он не смог сдержаться.

У него не было контроля, подобного Михаэлю…

Ярость, боль, страх… все это, смешалось у вампира внутри, разметая то, что находилось подле, заставляя метаться безумие мужчины в клетке непонимания и ужаса….

Она была его, черт все забери!

Он никогда не позволит никому, даже приблизиться, в попытке сотворить подобное, к Элен… пусть и не знал, не хотел признаваться, отчего…

Это было тем, что не подлежало обсуждению!!


Глава 4

Элен не привыкла считать себя дурой.

Даже, если порою, именно, как таковая, она себя и вела.

Ситуативные ошибки и порывы не были поводом губить себя и свою жизнь, не так ли?

Именно так.

И потому, сейчас, когда солнце лишь начинало вставать над Францией, она была очень далеко от костела.

Наверное, было что-то такое в ее глазах, возможно… безумие… которым он заразил ее, что заставило поверить священника, что ей немедленно нужно добраться до монастыря.

А может, ее страх, который девушка нее смогла скрыть, да и не пыталась.

Ох, возможно, свою роль сыграло и то, что девушка была опять в крови.

Не похоже, чтобы подобное зрелище вдохновляло клирика. Преподобный, однозначно, не был вампиром…

Макс бы оценил ее внешний вид…

Если, не он сам ее в такое и превратил…

Девушка тряхнула головой, прогоняя то, в чем не желала разбираться пока, и вернулась к прежним мыслям.

Быть может, просто ее голос, с нарастающей истерикой по фону, был настолько убедительным, что святой отец, вместо того, чтобы готовиться к заутрене, искал того, кто смог бы отвезти девушку в Сен-Круа?

И, подобная настойчивость — дала свои результаты. Сейчас, Элен уже была на полпути от монастыря. Оставалось совсем немного.

Она не собиралась гадать, было ли то сном, или реальностью…

Хотя… разве мог бы он позволить ей такое?…

Никогда…

И все же…

Плевать!!

Плевать на ее безвольное тело!

К черту боль, рвущую глупое сердце!

Элен не будет настолько беспечной, чтобы дать Максу шанс, хоть на минуту решив, что находится в безопасности, после такого «сна».

О, нет!

Четыре года с Ротаном и Теодорусом кое-чему научили Хелен.

Никогда не стоит полагаться на веру, или пропускать что-то там, где хоть краем глаза заметил тень мелькнувшего вампира.

И Элен поступала именно так.

Она убегала.

И, была очень близка к своей цели!

Буквально, в двух шагах от монастыря…

Вот только, поможет ли это ей избежать Максимилиана…?

Пресвята Дева, помоги!

Элен сомневалась в этом…

* * *

Теодорус был недоволен.

Очень недоволен.

Вампир был в ярости из-за того, что не мог, в данный момент, управлять ситуацией.

К тому же, он уже сожалел, что избавился от Ротана… хотя, тот мог выболтать лишнее Михаэлю…

А такой поворот, не устраивал Теодоруса, ни при каких условиях.

И, все же, было жаль, что он потерял способности колдуна. Сейчас, они бы ему пригодились.

Мужчина осмотрел улицу ленивым взглядом, выискивая, среди спешащих домой людей, себе жертву.

Пожалуй, стоило поискать нового помощника.

Вампир отвык лично выполнять грязную работу.

Не то, чтоб его не развлекло то послание, которое он отправил Михаэлю, предлагая тому отдать ему девушек. В конце концов, Рохус утверждал, что и Хелена, и та, за которой они столь долго наблюдали — обе живы. И, именно Михаэль знает, где их стоит искать…

Откуда у его заказчика такая информация — Теодорус не знал, но, собирался выяснить это в ближайшее время.

О, он прекрасно провел время вчера, мучая тех милашек.

Но… и подобные развлечения — могут надоедать.

Так что, скорее всего, он подыщет кого-то, кто сможет, хоть частично, заменить его бывшего компаньона.

К тому же, то, что Аристарх погиб, не расплатившись за услуги, что они делали для него — так же, злило мужчину.

Теодорус не был меценатом. Благотворительность — не было кредо существования вампира.

Уж поверьте, спускать кому-то долги — было не про него.

Значит, кто-то другой должен будет заплатить по этому счету.

Максимилиан убил своего творца.

Да и, Ротан, косвенно, был уничтожен из-за него…

Значит, именно он и заплатит вампиру.

Стук сердца привлек внимание мужчины.

О, вот эта, как раз подойдет для него.

Он прекрасно проведет время, забавляясь с этой крошкой, а потом…, она накормит его.

Именно так, он и поступит.

Вампир вышел из полутьмы, словно ненароком, пересекая путь девушки, ловя ее взгляд…, завлекая жертву, очаровывая наивно смотрящее на него существо.

Девушка замерла, околдованная интересом в глазах этого, столь привлекательного юноши, который, обратил свое внимание на нее…

Сердце сбилось, начиная стучать все сильней… Разогревая кровь жертвы для него, добавляя ей сладости возбуждения…

Кто бы сомневался в том, что Теодорус привлечет несчастную?

Человек, возможно.

Но, не тот, кто столь долго играл людьми…

* * *

Элен прошлась по узкой, полутемной келье. Пять шагов в длину, три шага в ширину.

Что ж, она сама, почти на коленях, умоляла настоятельницу, чтобы та разрешила ей жить именно тут, не так ли?

Так что, нечего теперь вздыхать.

И, все же, девушка вздохнула.

Здесь было очень холодно, центрального отопления в древнем здании не было. Но, Элен пеклась не об удобствах, а о спасении своей души.

А потому, еще раз потерев ладони, в жалкой попытке их согреть, она подошла к кровати, и посмотрела на серое платье послушницы, которое ей предстояло одеть уже завтра.

Она все правильно сделала.

Ей удалось добраться до монастыря.

Удалось убедить настоятельницу в своем рьяном желании стать послушницей, отрекшись от бренности и искусов этого мира….

О, знала бы пожилая женщина, что вовсе не данный мир искушал Элен…, а совсем другая реальность…

Господи!

Неужели, она и минуты не может прожить, не подумав о Максе?!

Выходило, что не может…

Не очень радужный вывод.

Девушка, опять, принялась мерить свою комнатушку шагами.

Интересно, что подумала настоятельница, когда Элен, почти рыдая, просила позволить ей жить в старых жилых помещениях, возведенных еще в шестнадцатом веке?

Здесь никто не жил уже лет десять, после того, как были построены, не то, чтобы более комфортные, но, все же, более модернизированные помещения для монахинь.

И, тем не менее, не смотря ни на что, девушке удалось убедить пожилую женщину, что именно здесь она и хотела бы жить…, для большего смирения.

Бред!

Элен не было присуще смирение…. даже его зачатки.

Однако, эти стены были освящены веками молитв и служб, в отличие от новостроек. А потому, для того, чтобы иметь хоть немного больше шансов, ей стоило именно тут находиться.

Это было просто замечательно…

Вот, только, холод, тусклое освещение лампочками начала прошлого века, и полное отсутствие хоть какого-то комфорта — умаляли радость от такого удачного стечения обстоятельств.

Ну, и плевать!!

Она сделала то, что казалось нереальным. Так?!

Именно так!!

Вопрос был в другом.

Поможет ли ей это?!

А она хочет, чтобы это помогло?!

Пресвятая Дева, образумь ее!!

Элен отвернулась от кровати, и встала на колени у маленького образа, стоящего в нише стены, начиная истово молиться.

* * *

Это было чересчур быстро.

Нет, правда, неужели, у нее никогда не было шансов?!

Два часа.

Жалких, два часа понадобилось безумной реальности, чтобы разрушить все планы Элен.

Так и не поднявшись с колен, не отрывая глаза от образа Девы Марии, девушка точно знала, почувствовала, как тьма проникла в старую келью, которая, вроде бы, как раз от нее и должна была защитить Элен…

— Кто бы мог подумать, что ты мечтаешь стать монашкой, детка. — Насмешливый тягучий голос пробежал по ее коже, заставляя Хелен дрожать… не от страха. — Может, ты шептала молитвы в уме, когда стонала подо мной?

— Иди к дьяволу. — Не сдержалась Элен, но, так и продолжала смотреть на образ, в слабой, почти исчезнувшей надежде, что это сможет ее защитить…

А была ли у Элен для этого вера?

И желание подобной защиты?

Просите, и дано будет вам…?!

— Ох, детка, но я и так там. — Он насмехался над ней.

Издевался, и не скрывал этого… Но, было и еще что-то в его голосе…

Что-то, что заставляло девушку бороться собой…, с желанием обернуться…, посмотреть на него… увидеть…

Но, она лишь сильнее стискивала кулаки, заставляя ногти вонзаться в ладони.

— Хочешь, ко мне присоединиться… Элен? — Горячие пальцы обхватили ее затылок, собирая волосы, вынуждая ее сделать то, что девушка… безумно хотела.

Ей было больно.

Да.

Мужчина сжал пальцы, натягивая пряди, заставляя девушку откинуть голову… Снизу вверх смотреть на огромную фигуру своего… мучителя?

На кошмар? На… мечту?

Господи, спаси и защити ее! Но…

Наконец-то!

О, да!

Она смотрела в глаза Максимилиана.

И, Элен ошарашил, выбил дыхание из легких девушки, взгляд этих черно-алых глаз.

В них горело пламя… не то, которая она привыкла видеть.

Казалось, что внутри у вампира бушует огонь, а глаза — дают увидеть его… но, только самым краем, позволяя осознать, что не показывают и десятой доли этой стихии…

Эти глаза впились в ее лицо, обжигая, словно, что-то выискивая, и… полыхнули… облегчением?!

Элен моргнула, уверенная в том, что у нее начались галлюцинации.

И, лишь больше уверилась в этом, когда пальцы вампира дотронулись до ее щек, повторяя неощутимый путь его же глаз…

Они не были твердыми и жесткими…

Они ласкали…

Элен закрыла веки, не понимая того, о чем кричали ее чувства, не желая понимать.

Девушка с трудом сглотнула…

И, попыталась вырваться из захвата его рук, пусть и, причиняя себе еще больше боли.

Но, Макс не позволил ей это. Не дал отодвинуться и на сантиметр, еще крепче сжимая пальцы, и дергая вверх руку, понуждая Элен встать, чтобы не увеличивать меру своей боли… Только, может, он хотел, как раз, обратного?

— Что такое, детка? Разве ты не рада меня видеть? — Вампир приблизил ее лицо к своему, теперь уже, вынуждая девушку приподниматься на носочки, так и не освобождая ее волос…, еще глубже погружая в эти локоны, свои пальцы. — Вчера, ты была приветливей, не так ли? — Светлая бровь изогнулась, подчеркивая иронию, которую рождали эти жесткие губы.

В нем все было жестким. Все, казалось, кричало о боли, которую вампир был намерен причинить…

И, все же, девушка сжимала пальцы, чтобы не обнять его лицо ладонями…, так же, как ладонь Макса, все еще лежащая на ее щеке…

Что он хотел от нее получить?!

Ей не нравилась идея о дьяволе… Вовсе не прельщала…

Пресвятая Дева!!

Элен прикусила губу, чтобы молитва не сорвалась в звук, прекрасно помня, к чему подобное может привести…

Желая этого…

И проклиная то, что ее рот увлажняется, от этого желания…

К черту!!

— Что случилось, детка? — Мужчина, уже почти касался своими губами ее кожи, все сильнее притягивая Элен к себе. — Сегодня ты не подаришь мне своей поцелуй?

— Изыди. — Почти безнадежно пробормотала Элен, пытаясь вернуть себе здравый смысл.

Рождая смех в вампире.

Макс захохотал, запрокидывая свою светловолосую голову, заставляя ее пальцы сжиматься, от желания дотронуться до этих прядей. А потом, сильнее надавил рукой, обхватывающей ее скулы.

— Помнится, раньше ты говорила "пожалуйста"? — Он с насмешкой смотрел на девушку, обводя большим пальцем контур губ Элен. — Может, стоит напомнить, как тебе хотелось другого?

Ох, словно она, хоть на секунду за эти двадцать шесть дней забывала об этом…

* * *

Ей не надо было напоминать то, о чем она не забыла.

Не было нужды озвучивать желания, которые и сейчас горели в глупой и безумной плоти.

Элен надо было, неким непонятным образом, вырваться и убежать…

Только, как это сделать?!

Дрожь пробегала по коже от шершавого касания его пальцев…

На его ладонях и руках появились шрамы…

Раньше их не было.

Она могла поклясться в этом.

Элен помнила каждой клеточкой своего существа его прикосновение, каждый миллиметр его кожи…

Но… КАК?!

Как это было возможно сделать?!

Прогоняя ненужные размышления, девушка дернулась, в очередной раз, только больше смеша вампира, но, все же, не прекратила своих попыток.

Стараясь не думать о пережитых этим сумасшедшим вампиром, ощущениях. Какого черта?!

Макса не волновала своя боль, не так ли?

Так, почему его мука должна беспокоить Элен?!

Старания вырваться не приносили никаких результатов… кроме, пожалуй, того, что все тяжелее становилось дыхание мужчины, и все крепче сжималось кольцо его рук вокруг ее тела…

Не тот результат, который стоило стремиться получить…

Ох, нет, в самом деле, она не жаждала достичь вот такой реакции вампира, ощущая, как твердая, напрягшаяся плоть давит ей в бедро.

Ой, словно, это не то, о чем она мечтала весь месяц, пусть и, запрещая себе даже вспоминать…

Уже не радовала мысль, что Элен не ошиблась, так поспешно убегая из костела.

Какой смысл быть довольной собой, если ей, так и не удалось скрыться от него?

Какой, вообще, был смысл в этом всем?!

Макс хотел развлечься охотой?!

Что ж, похоже, ей удалось повеселить его!

А она, еще и вчера, вела себя словно идиотка, думая, что спит, раскрывая этому вампиру свою душу…

О, Боже!!

Элен ненавидела себя в этот момент!

Его — ненавидела за это!

И, сила этого чувства, давала ей энергию для борьбы.

— Отпусти меня… — Почти всхлипнула она, в безнадежной попытке добиться положительного ответа.

— Ох, пекло! Я не могу, детка… — Голос вампира не изменил своего звучания жестокой насмешки… но, его глаза… в этот момент, они заворожили Элен… заставляя видеть в них то, чего там не было, и быть — не могло…

Заставляя терять уверенность, растекаясь патокой в твердых и беспощадных пальцах…

О, нет!! Она не собиралась, опять, становится его забавой!!

Ни за что!!!

Даже, не смотря на то, что ей ТАК хотелось коснуться его губ…, дотронуться до его лица, лаская Макса, спуститься языком на его грудь, оставляя влажный след…

Упаси ее Бог!!

— Отпусти!!! — Уже закричала она, вырываясь со всей, доступной силой, пусть и походило это, больше, на сопротивление котенка — ягуару.

И все же.

Макс рассмеялся ей в лицо, забавляясь агрессией девушки.

Еще сильнее распаляя ее злость.

И, это придало Хелен решимости и силы.

— Ненавижу тебя!! — Закричала Элен, пытаясь оттолкнуть его и, одновременно с этим, стремясь, со всей силы, попасть вампиру в пах коленом.

В конце концов, он не казался тем мужчиной, который был готов с радостью терпеть подобную боль…

Во всяком случае, именно об этом, в данную секунду, Элен и молилась.

Макс не дал ей возможности проверить сие предположение.

Вампир был быстрее.

Его рука отпустила ее лицо и, перехватив колено, почти не прилагая усилий, отвела ногу в сторону…, заставляя сопротивляющуюся Элен, обхватить мужское бедро…удобно устраиваясь своим возбуждением у сосредоточия желания девушки…

Больно натягивая волосы, запрокидывая ей голову…

Открывая шею.

Окружая девушку своим рычанием, дезориентируя свою жертву.

Оглушая шепотом своего безумия, проникающим в ее разум… переливающимся вокруг нее.

— Бесполезно…., Элен… — Прорычал мужчина, склоняя свое лицо к, бешено стучащему, пульсу на ее шее.

И… мучительно… нежно?!.. потерся об эту точку щекой, утыкаясь носом в ключицу Хелен.

Заставляя увериться Элен в собственном безумии. В алогичности реальности, окутывающей ее.

Воспламеняя девушку касанием.

Вынуждая задыхаться, глубокими вдохами прикасаясь своей грудью к его…

Напрягая соски на ноющей, в жажде касания этого мужчины, груди.

Понуждая увлажняться и сжиматься от пульсирующего желания ее лоно, от тихого звука протяжного вдоха, когда он упивался ароматом кожи Элен…

К черту!!

Вампир собирался, в очередной раз, поиметь ее, а она готова помочь своему мучителю в этом?!

Девушка не хотела, вновь, покоряться, превращаясь в жертву!

О, у нее не было сомнений, что Макс знал, ощущал, что девушка, уже, хотела его… жаждала покорения своим глупым телом, но и, проклиная себя, готова была принять его плоть… сейчас… немедленно!!

Черт забери ее, но она этого хотела!

Однако, ничего подобного, Элен и не думала позволить ему сделать.

Если, конечно, что-то можно говорить тут о позволении…

Пресвятая Дева!

Игнорируя свой жар и желание, почти сводящие девушку с ума, она резко уперлась локтями в грудь мужчины с, неясно откуда, появившейся надрывной силой. Приказывая себе не замечать боль и слезы в глазах, от того, как дернулась голова, из-за волос, зажатых его пальцами…

И — ей удалось вырваться.

Оставляя несколько локонов в сжатых пальцах…

Удалось заставить вампира отпустить Элен…

Однако, только на секунду.

ЧЕРТ!!

Макс ухватил девушку за талию, когда она попыталась убежать от вампира, с силой ударяя ее спиной, о свое тело. Выбывая дыхание у Элен.

— Куда так торопишься, детка? — Прошептал мучитель ей в затылок, щекоча кожу горячим дыханием…

Все сильнее возбуждая Элен.

Прерывая каждое слово напряженным рыком…

Словно, не мог сдержаться.

И, правда, не мог, а ни не хотел отпустить Элен из плена своего тела.

Ей пришлось закусить губу, чтобы не разрыдаться, доставляя еще больше удовольствия этому мужчине.

От бессилия.

От невозможности повлиять ни на что.

От того, черт возьми!!! ЧТО ОНА ХОТЕЛА ЭТОГО, ТРЕКЛЯТОГО ВАМПИРА!

И ее тело предавало Элен, скользя ягодицами по твердой эрекции этого мужчины.

Без воли ее разума, еще больше возбуждая вампира… Заставляя крепче сжиматься его руки на ее коже…

Рождая новый рык в груди вампира, к которой, Макс так крепко прижал Элен…

Но, и вот так, девушка попыталась рвануться из его рук, с силой откидывая голову, ударяя затылком в кадык мужчине…

Ощущая, как теряет равновесие из-за своей попытки, но, едва ли, и на долю секунды, ослабляет хватку его ладоней…

Достаточной, однако, как оказалось, для того, чтобы Элен начала падать на пол, не имея времени выставить перед собой руки, грозя разбить лицо об стертый за столетия, камень…


Глава 5

Макс горел, едва удерживаясь на краю сознания, от того, что она была в его руках.

Там, где, как оказалось, Элен и должна была быть.

В одном единственном верном месте.

Прижатая к его телу.

И, даже удивляло то, что вампир так долго не желал признавать очевидной истины.

Его кровь бурлила, а желание рвалось наружу…, и все же, каким-то неведомым чертовым способом, ему удавалось удерживаться еще за пределами безумия…, пусть, возможно, и не ежесекундно.

Его сумасшествие прорывалось порою, заставляя его сильнее сжимать пальцы, причиняя боль, и натягивать струной ее тело…, чтобы Элен еще плотнее прижималась к телу мужчины.

Он все больше терял разум от этого… и, в то же время…, каким бы странным и дьявольски непонятным это ни было — обретал его же, от ощущения этого скольжения ее тела по собственной коже.

Макс не знал, как так получалось.

И, пекло!! Не имел ни единого представления о том, чем все это может закончиться…, за исключением, самого очевидного исхода…

И боясь, и желая того, чтобы это не заканчивалось.

До одной секунды, разорвавшей это странное равновесие.

До ее крика, порвавшего чудной баланс, давая преимущество безумию в нем.

ОНА ВРАЛА!!

Элен не могла ненавидеть его!

ОН НЕ ХОТЕЛ ПОДОБНОГО!

И, к дьяволу, что это не должно было иметь значения для вампира!!

Он не желал, не хотел, чтобы ее губы произносили такое!

Макс не собирался допускать, чтобы, даже мысли о чем-то, хоть отдаленно таком, посещали ее мозг!! И он знал, каким способом мог бы добиться этого!

Бездна поглоти все!!

Она врала ему!!

Элен сгорала от такого же желания, какое терзало и мужчину!

Он знал, чувствовал это, утыкаясь лицом в ее кожу, глубоко вдыхая аромат ее возбуждения, усиливая его своим трением о тело девушки.

Но, и понимание этого, не убирало ярости от, хоть миллионной доли вероятности того, что это было правдой.

Плевать?!

Именно так и должно было быть для безумного вампира, не так ли?!

Но, дьявол все забери, именно так и не было!!

ПЕКЛО!

Он хотел слышать другое от нее!

Предпочтительно — стоны!

Мольбы о большем — безусловно!

Не проклятия, нет, пекло, определенно не их!

Руки Максимилиана сжались сильнее, не желая отпускать, хоть своими рывками, она сама усиливала собственные мучения.

Безумие вырвалось, желая показать, заставить признать девушку, чего она желает на самом деле.

Не имело значения ее попытка убежать от него.

Пекло!!

Он, более, не отпустит Элен и на полшага! И ее мысли об этом — не имеют значения!

Не после того, что он увидел у Михаэля!

Не после того, как он решил обратить Элен.

Макс не знал, что заставило его ослабить захват своих пальцев, все равно, не успевая не дать девушке оставить в них свои локоны.

Он не знал, каким образом еще не набросился на Элен, лишь прижимая к себе ее тело, возбуждая ее своим прикосновением.

Доказывая ей, КАК ОНА ВРАЛА ему!!

Вампир хотел, чтобы девушка сама отринула эту ложь, своим ответом признавая поражение.

Ох, ему вовсе не было больно, когда Элен попыталась причинить страдание мужчине, ударяя своим затылком по его шее.

Нет, правда, на одну секунду, Максу даже стало жаль ее.

Столько усилий, а он, даже, не мог доставить ей и грамма удовольствия, удовлетворяя подобную кровожадность, своей болью…

Элен не могла причинить ему боль…

Кто знает, было ли это тем, что и подводило ее в этом стремлении вырваться на волю?

Его руки разжались, чтобы проучить девушку, показывая, что и получив этот путь — ей не выбраться из плена вампира…

Пекло!

Отчего, он не мог позволить себе даже наказать ее?!

Бездна!

Что ж, Макс мог и другим путем вразумить Элен, демонстрируя всю бесполезность ее сопротивления его воле.

Ладонь вампира накрыла ее лицо, не давая ему соприкоснуться с полом.

Рука мужчины обхватила талию Элен, прижимая к себе ее тело, не давая упасть, но понуждая стать на колени…. и сам, опускаясь за ней.

Подавляя ее своей волей и возбуждением.

— Бесполезно, Элен. — Хрипло повторил Макс, зная, ощущая, как дрожь растекается по телу девушки, от его голоса, скользящего по затылку Хелен. От его губ и языка, вдавливающих эти слова в ее кожу. — Бесполезно, детка. Ты — моя.

— Ненавижу. — Всхлипнула она, потерявшись в пространстве, не имея возможности видеть ничего, возбуждая еще больше безумие Макса касанием губ по его ладони, которая лишала ее окружающего мира.

Сужала, всю вселенную для девушки — до него одного.

Только до его тела, окружающего Элен.

Приводя в бешенство этим проклятым словом.

— Ложь. — Зарычало безумие Максимилиана, царапая клыками шею Элен. — Ты мне врешь. — Его рука еще крепче закрыла ее глаза, еще настойчивее прижалась к губам девушки, дрожа от невольной ласки ее рта по его шрамам…, оставшихся из-за нее… — Я докажу тебе, что ты испытываешь на самом деле.

Он не знал, отчего это имело такое значение.

Но, дьявол забери все!! Собирался показать, что не об этом говорило сердце, бешено стучащее внутри нее!

Не ненавистью горела кровь Элен, с напором бежа по сосудам, сводя с ума вампира своим ароматом и силой желания девушки, переполняющего суть ее.

Макс захватил зубами край ее одежды, задевая кожу Элен.

Заставляя еще сильнее дрожать девушку.

И, пекло поглоти все!! Вампир знал, что это — не дрожь страха!

Он обхватил ее грудь свободной рукой, рождая стон в Хелен, пусть она и пыталась заглушить его…, кусая его ладонь…

О, он готов был позволять ей это делать бесконечно…

Мужчина резко дернул головой, разрывая кофту, мешающую ему в полной мере ощущать то, что как он знал весь этот месяц, было нежнее бархата…

И застонал, прижимая лицо к коже Элен…

Утыкаясь губами в изгиб спины девушки…

Ощущая, как желание сжигает ее.

Чувствуя аромат ее страсти в крови…, во влаге, которая уже наполняла ее лоно, дразня его обоняние своим пряным запахом.

И, теряя все остатки контроля от осознания этого.

Мужчина так и не освободил ее лицо, полностью покоряя девушку.

Но, вторая рука вампира, скользила по телу Элен, избавляя от одежды, позволяя ему, в полной мере насладиться прикосновением хрупкого тела.

Он подтолкнул ее, уже и с себя сорвав оковы ткани, понуждая подвинуться к стене маленькой кельи, не давая обзора…, не позволяя подняться на ноги…

Но и мужчина стоял на коленях…

Не имя сил оторваться от жара тела Элен.

Рука Макса, которая имела для этого свободу, скользила по Элен, натирая, мучая своим шершавым касанием ее кожу. Не давая шанса холоду, окружавшему их, охладить пыл девушки.

Его пальцы обхватили сосок на ее груди. Перекатывая, сминая, заставляя Элен стонать, признавая желание большего.

Его плоть болела от напряжения, когда ее ягодицы, все сильнее вжимались в пах мужчины, от того, что она изгибала свою спину, стараясь приблизиться к нему, не оставить между ними и миллиметра пространства.

Она…, но и он был только за такое сближение.

Ох, не то, чтобы Макс планировал подобное, появляясь в этой келье.

Нет!

Тогда, он лишь собирался забрать девушку, упрятав ее от любой угрозы, от всего мира, если понадобится…

Но сейчас, сейчас вампир слабо помнил о первопричине своего появления.

Это было невероятно сложно, сосредоточиться на чем-то, кроме ощущения своей напряженной эрекции, скользящей между горячей плоти ее попки, ощущающей влажность и жар ее лона, уже готового к тому, что он собирался сделать с ней вскоре.

Невозможно было вспомнить о чем-то, понуждая ее руки упереться в стену.

Прикусывая кожу на ее плечах, оставляя на них багровые ссадины…, и слышать, как она хнычет от удовольствия, шепча его имя…, умоляя о большем…

Это выбивало основу даже из-под его безумия…

О разуме уже не шло и речи…

Максимилиан не осознавал ничего, кроме тихих всхлипов Элен, которая терзала его ладонь своими зубами…

Вампир прикусил ее шею, и чуть наклонил голову, когда увидел, что она отнимает от камня пальцы.

— Нет. — Хрипло прошептал мужчина, так и не отпуская ее кожу. — Не смей убирать руки. Ты не будешь ничего касаться. Только камень…

Он требовал ее повиновения, подчиняя своим желаниям… не уверенный, что коснись Элен его хоть кончиком пальца, он не кончит тут же, проливая свое семя на ее кожу.

И место прикосновения, о, он совершенно точно знал это, не имело бы значения…

Достаточным было и то, что она терзала его ладонь и пальцы…

То же, что творило с ним прикосновение ее тела — было сверх меры выносливости вампира, и, тем не менее, он еще держался…

О, да! В этот раз, Макс не собирался отказывать себе в полном удовольствии подчинения и покорения тела Его Элен…

И, когда она не выдержала его укусов, так и не нарушающих целостности кожи, пусть и оставляющих ощущение саднящей боли…

Когда у нее не осталось сил терпеть жесткую ласку его пальцев, сминающих ее полную грудь…

Когда она застонала, от ощущения приближающего оргазма, который и он мог почти ощутить сквозь тонкую преграду кожи девушки…

Когда, о, да!! Когда Элен прошептала в его руку:

— Пожалуйста…

Вампир развел ее влажный жар пальцами, до основания, резко и сильно погружаясь в лоно девушки, одним движением покоряя, не обращая внимания на легкий вскрик, пусть, скорее всего, это и было вызвано болью…

— Так ты ненавидишь меня, детка? — Рычал мужчина, не уменьшая собственного напора.

Он знал, что сможет компенсировать эту боль…

— Я хочу услышать, что ты ощущаешь, Элен, когда я в тебе… — Шептал вампир, мучая девушку перерывом в движениях. — Ненависть? Или, ты не сможешь прожить без следующего толчка, без следующего моего движения?

— Да… — Прохрипела она, скользя губами по его коже.

— Что — да, детка? — Макс чуть сильнее прикусил кожу на затылке Элен, рождая новую волну боли, но, так и не доводя до черты оргазма… или муки?

Да и, так ли уж против была Элен той меры страдания, которую Макс причинял своими движениями?!

— Я нуждаюсь в тебе… — Прошептала она, признавая, по крайней мере, сейчас, свое поражение…

И вампир уже почти верил, что и, несмотря на боль и принуждение, девушка, не менее самого мужчины, жаждала его резких, наполняющих движений…

И, ох, не собирался отказывать ни себе, ни ей в этом…

Девушка закричала, от первого же толчка начиная дрожать в охватившем ее оргазме.

Откидывая голову, накрывая ворохом своих локонов его лицо, изгибая свою шею у его клыков… но, так и не отрывая от стены ладоней…

И, зарычав от ощущения ее жара, сокращающегося вокруг собственной плоти, не собираясь отказываться от подобного приглашения — Максимилиан вонзил клыки в бешено пульсирующую артерию на изогнутой шее, наконец-то, упиваясь в полной мере вкусом ее крови, ее удовольствия…

Тем, ощущение чего, ничем не мог стереть за этот месяц…

Единственным пониманием рая, доступным для безумного вампира в этом мире…

Вновь и вновь глотая это тягучее, расплавленное удовольствие.

Он все резче и сильнее двигался, погружаясь, терзая ее плоть.

Уже не заботясь ни о чем. Обхватывая пальцами ее грудь, ее живот, и сжимая их на ее плоти… оставляя явные следы ее принадлежности ему…

Но, Элен только больше прижималась к мужчине, и в ее стонах, в ее ответных движениях ему навстречу, не было боязни и боли.

Лишь, волна за волной, накрывающее ее наслаждение, растекающееся кровью по его горлу.

А, когда ее губы, обхватили палец вампира, прикусывая его, не стремясь уже освободиться от довления его ладони над ее восприятием мира…

Когда он ощутил, как ее язык скользит по этому пальцу, чуть засасывая, заставляя мужчину вспоминать, как вот так же, ее губы, влажность ее рта скользили и наслаждались его плотью — Макс не выдержал…

С ревом вонзаясь в Элен в последний раз, силой этого движений отбрасывая их обоих на пол, ощущая, как взрывается в оргазме, окруженный пароксизмами удовольствия тела девушки… мужчина вдавил ее в каменный пол, не имея сил остановить конвульсивные толчки своей плоти, наполняющие ее его наслаждением…

Но, так и не убрал с ее лица своей ладони…, защищая Элен от жесткого давления холодного гранита.

* * *

Сирина не была согласна с Михаэлем, отнюдь.

Он, в который раз, решил, что лучше знает, как обезопасить ее.

Это злило девушку.

Да, она понимала, что толкнуло ее любимого на это.

Да, она видела в его мыслях то, что он не хотел ей показать.

Но… они, вдвоем, должны были это решать!!! Молния разрази этого упрямого и своевластного вампира!!!

— Извините, что вмешиваюсь, Госпожа. — Кирин прервал метания девушки, так и не выходя из полутьмы угла комнаты, где они находились. Куда Михаэль упрятал ее, под опеку дюжины демонов!! — Но, Мастер просто хочет вас защитить.

— Иди к черту, Кирин. — Рина взмахнула рукой, еще полнее довершая картину погрома в комнате, который она и сотворила. — Нечего мне указывать, что я должна думать, и как!

— Я думал, мы друзья…. Сирина? — С насмешкой поднял бровь демон.

— Вот теперь, я готова слушать. — С усмешкой обернулась девушка.

— Это шантаж. — Ответил ей улыбкой демон.

— Ох, мы не скажем Михаэлю. — Подмигнула Сирина демону.

— Словно, он и без нас не сможет узнать. — Кирина был прав, в общем-то, но Рина собиралась изменить, и меняла порядки в этом доме.

— Итак. — Прервала девушка сомнения мужчины. — Что ты можешь мне рассказать об этом послании?

— Вы видели его? — Слегка удивился Кирин.

— Можно и так сказать. — Скривила губы Рина, вспоминая образ в мыслях Михаэля. Не то, что хотелось бы увидеть еще раз.

— Тогда, отчего, просто не примете заботу Мастера? — Искренне поразился демон.

— Кирин, — девушка присела на подоконник, рассматривая убывающую луну. — Он ослабляет себя, пытаясь изолировать меня от всего. Он ослабляет меня, отдаляясь. Мы — единое целое. И, только так, сможем справиться с чем бы то ни было. — Сирина бросила на демона задумчивый взгляд. — Вот скажи мне, Кирин, неужели, хоть минуту из того времени, что Михаэль был в зале — в нем было спокойствие? Разве был он уверен, что я в безопасности?

— Нет. — Признал демон.

— Так, какой в этом смысл? — Со вздохом спросила Рина, но, махнула рукой, не требуя, чтобы он отвечал. — Лучше, расскажи мне, как отреагировал Макс. — С интересом в изумрудных глазах, повернулась девушка к собеседнику.

Она криво улыбалась, сочувствуя вампиру. И, в то же время, не могла не поражаться тому, как упорно тот сопротивлялся неизбежному. Хотя, точно знала, что Михаэль пытался втолковать все другу… по ее просьбе.

Нельзя сказать, что сам Мастер, так уж хотел просвещать безумца.

Но, Сирине — не отказал.

Впрочем, не было похоже, чтобы это имело какой-то смысл.

В этот момент, прерывая рассказ демона, в комнате воплотился Михаэль, жестом приказывая Кирину исчезнуть. Тот подчинился хозяину, в поклоне головы, пряча улыбку, которая подтверждала слова Сирины.

— Михаэль. — Рина поднялась навстречу мужчине, зная, что он ощущает, насколько она сердита.

Но, вампир прервал и ее, обхватывая лицо любимой ладонями, и накрывая губы девушки своими. Жадно скользя по ее рту, возбуждая, отвлекая…

Ох, нет! В этот раз, она не собиралась поддаваться!

— Это не имеет смысла, Михаэль. — Прошептала Сирина в его губы, стараясь не обращать внимания на реакцию собственного тела.

— Возможно, малыш. Но я никак не могу рисковать тобой.

— Давай попробуем вместе. — С легкой улыбкой предложила Рина, зная, что ей есть, что предложить. — Расскажи мне о том, что еще было в том послании, любимый. Ты же знаешь, я могу увидеть, если… возьму ту кровь…

— НЕТ!! — Михаэль зарычал, сжимая плечи девушки, захватывая ее затылок рукой, обездвиживая голову Сирины, чтобы вплотную приблизить ее лицо к своему. — Я не хочу, чтобы ты видела это. Не хочу, чтобы у них был шанс увидеть тебя!

— Михаэль. — Сирина протянула пальцы, обхватывая его лицо своей ладошкой. — Мы должны знать, что задумал Теодорус. Что от него хотел… тот, другой… — Рина не рискнула произносить имя Рохуса. До сих пор, с дрожью вспоминая, что ощутила, когда увидела его.

— Тсс, малыш. Не бойся, я защищу тебя. — Прошептал мужчина, имея понятие о ее страхе.

— А кто защитит тебя для меня, Михаэль? — С горечью воскликнула Сирина. — Ты сделал нас едиными. Так отчего же, не даешь истинно стать таковыми?!

Что вампир мог сказать?! Как он мог решиться признаться в том, что девушка и без слов знала? Ощущала дикий, немыслимый для того, кто столько прожил…, кто убил стольких — ужас…, не потому, что был слабее, нет. Михаэль, как минимум, не уступал Рохусу в силе…

От того, что не понимал целей этого противника.

Сейчас, Михаэль уже не был так уверен в том, для чего Рохусу потребовалась Сирина.

Казалось маловероятным видеть те же причины, что и в поступках Теодоруса.

Рохус был древнее и сильней.

И, зачем, в таком случае, убили ее родителей?

Отчего, не похитили девушку еще тогда?…. Ведь ничто и никто не защищало Рину в тот момент….

И мысль об этом — рождала ярость в душе Михаэля.

Злобу и ненависть к себе, за то, что его не было рядом.

За то, что он сам ушел тогда.

* * *

Элен проснулась, от едва ощутимого касания на своей щеке…

Словно легкий поток ветра очерчивал ее скулу…

Но, она не спешила открывать глаза, прислушиваясь к ощущениям в собственном теле.

Кожа на шее саднила и болела, даже при незначительном напряжении.

Все тело болело, в общем-то.

А еще, она не была уверена, что у нее достанет сил даже на то, чтобы повернуться. Девушка уже и не помышляла о чем-то большем.

Не было похоже, чтобы ей удалось убежать от этого вампира, не так ли?

И, кстати, где он?

Где она находится в это мгновение?

Элен была уверена, что не в маленькой келье.

Ей было тепло, и чересчур комфортно для условий, которые могла бы обеспечить старая обитель.

Заставляя себя, испытывая странное ощущение, что это движение забирает все ее силы, девушка подняла веки…, и замерла, встречаясь взглядом с черными глазами мужчины…

Его пальцы скользили по ее лицу…

Наверное, ей, все же, не удалось до конца проснуться…

Это касание было таким…, таким… нежным… как тогда, месяц назад… в его доме…

Элен потерялась в глазах Макса…, загубила себя в этом прикосновении…

Понимая, сколь бессмысленна была попытка.

Не от него она убегала…,

А от себя — невозможно уйти.

И, все же, Элен не собиралась сдаваться на милость этого… существа.

Хотя, какой уж тут выбор?

Девушка вздохнула, понимая, что ее губы пересохли, а рот… жжет от желания напиться.

Что ж, в этом не было ничего удивительного, учитывая то, сколько именно Макс взял у нее крови…, собственно, Элен не стала бы держать пари на то, что хоть немного оной, осталось в ее теле…

Тем более, после такого времяпрепровождения…

Девушка попыталась отвернуться.

И, вполне вероятно, добилась бы своей цели, не окажись ее лицо, придавленным рукой Макса, словно он предугадал это намерение.

Ладонь мужчины обхватила щеку Элен, не позволяя шелохнуться.

Отчего-то, сейчас, ее вес казался просто титаническим.

Девушка прерывисто вздохнула, захваченная новой волной ощущений, которую вызвало его прикосновение.

Не имея силы отвернуть лицо, она перевела взгляд, заставляя себя смотреть поверх глаз Макса.

Эта комната не была ей знакома.

Ни замок Михаэля, ни замок самого Максимилиана, не мог быть местом их нынешнего пребывания.

Они находились в полутемной, освещаемой лишь тусклым светом… рассвета, возможно(?), комнате. Стены были оббиты до середины деревянными панелями, в остальной же части — они были светлыми, словно покрытые молочным шелком. А под потолком, перекрещивались тяжелые балки из темного дерева.

Вот то, незначительное освещение, пробивалось сквозь стекла окна, задернутого шторой.

Здесь было… уютно…. Господи, помоги ей!

Девушка, мимовольно, еще глубже зарылась в теплое одеяло, которое окружало ее… в кольцо его рук, которые обхватывали Элен. Еще плотнее, не осознанно, убеждала девушка себя, прижалась своей кожей к его телу…

Ох, Пресвятая Дева, что же она делает?!

Это ощущение тепла и комфорта, искушало…, не давало Элен, привыкшей за этот месяц к пробирающему до костей холоду и вечно мокрой одежде, выплыть из моря неги, пусть и приправленной слабостью.

Не позволяло найти в себе силы, не оставляло путей, чтобы найти скрытые резервы…, чтобы бороться.

Но, попробовать, все же, стоило.

Элен попыталась сглотнуть, чтобы хоть как-то выразить протест своему мучителю, который, просто напросто гипнотизировал ее своими черными глазами…, забирал душу, легким и мягким касанием руки…, кабалил душу шепотом своего безумия…

Ей хотелось моргнуть.

Хотелось протянуть руку, и дотронуться до его кожи, удостоверяясь, что это — и правда, он, во плоти…

Возможно…, у него есть брат-близнец, не помешанный на своей и чужой боли?

Такое предположение, вызвало слабую улыбку на потрескавшихся губах…, которую тут же поймали пальцы мужской руки, обводя ее контур…

Почему он молчит?

Не могло же у вампира пересохнуть в горле?

Но, тут ее взгляд, натолкнулся на вторую руку мужчины, стиснутую в кулак…, с серебром ее крестика, зажатым в пальцах…

Ох, похоже, вопрос о брате, уже неуместен?!

Еще раз, неудачно попытавшись сглотнуть, чтобы четко и ясно озвучить требование отпустить ее, Элен… внезапно, даже для самой себя, едва смогла прошептать:

— Пить… — И, сама ужаснулась хныкающей мольбе этой просьбы.


Глава 6

Губы Макса изогнулись в усмешке, когда мужчина услышал эту просьбу.

— Замучила жажда, детка? — Его пальцы очертили контур брови девушки, слегка поглаживая полуприкрытые веки.

У вампира появилась цель… и интерес к тому, что он задумал сделать.

Его безумие играло с ней.

Ох, более того, мужчина собирался наслаждаться этим.

И, пусть, он мог просто заставить девушку… — это было не интересно. Не приносило такого азарта и забавы.

Вампир хотел, чтобы она, сама, покорилась.

И, имел представление о том…, как приручить Элен…

Так, словно девушка была бы диким, настороженным зверьком, которого стоило заманивать, чтобы получить в свои сети…, в безраздельное владение.

Ох, и глядя на нее сейчас, он не мог не отметить, что такое сравнение было уместно.

Огонек сопротивления горел в темно-синих глазах, хоть девушка и была измучена всем, что произошло с ней за месяц.

Да и сам вампир, не пожалел Элен этой ночью…, впрочем, он не помнил, чтобы она просила о его снисхождении.

Скорее, наоборот, каждое движение ее тела, каждый стон и всхлип девушки — молил о большем.

Пальцы сильнее сжались, опаляясь серебром.

Мужчина крепко стиснул челюсть.

Сейчас, не стоило возвращаться к таким мыслям. Они распаляли, и так, не дремлющее желание в нем.

Она, просто не выдержит его страсти в этом состоянии.

А мужчина… бездна все поглоти!! Жаждал сохранения Элен в целостности!!

Значит, стоило начинать соблазнять девушку сделать шаг по этому пути.

Вампир хотел не просто обратить Элен, а сделать так, чтобы девушка сама грезила, мечтала об этом…, о нем мечтала…, о его крови…

Ладонь мужчины чуть сильнее нажала на нежную бледную кожу.

— Я не слышу ответа, Элен. — Приподнял бровь Вечный. — Ты хочешь пить, детка?

И, усмехнулся еще шире, видя, как дернулось ее горло от одного этого слова.

Мужчина провел по своей шее ногтем, разрезая кожу, обагряя палец кровью…, и, обвел алой влагой губы Элен… не давая девушки отстраниться, удерживая своей рукою.

Резко выдохнув, она дернулась, пытаясь отвернуться…, упираясь лицом в ладонь мужчины… вытирая губы о кожу вампира…, он ждал этого.

Как и еще кое-чего…

Будь он человеком, Макс мог бы вздрогнуть от мимолетного ощущения ее язычка на линиях своей ладони.

Хотя…, усмешка, вновь, растянула губы вампира…, будь он человеком, навряд ли Макс ощутил бы столь легкое…, запретное для нее, прикосновение…

Ей нравилось это, черт все забери!

И, чтобы она не пыталась доказать, вампир совершенно точно знал это!

Будь он человеком…, навряд ли он провоцировал бы ее…, не так ли?

Но, пекло, Макс им не был!

И искренне наслаждался осознанием этого!

— Вода. — Он слышал, как она прошептала это слово. Ощущал ладонью, в которую уткнулась девушка лицом, движение губ.

Нельзя сказать, что ее просьба была пропитана надеждой на исполнение.

И, более того, Максимилиан был уверен, что сейчас, Элен будет сопротивляться изо всех сил…, даже ценою смерти.

Это не было его целью.

Вампир хотел поломать свою жертву…, ведь, она была ею…?

Но, у вампира было, что ей предложить для этого.

Его ладонь обхватила лицо Элен…, сжимая крепче…, натягивая пряди…, заставляя ее смотреть в свои глаза.

— У меня есть идея, детка. — Голос вампира растекался по ее коже, обжигая, почти причиняя боль… и, ох, да! Он знал об этом! — Я дам тебе стакан воды…, если…ты сама выпьешь глоток моей крови. Как тебе такая цена за утоление жажды?

Макс пристально смотрел в синеву, видя, как мечутся ее мысли в ловушке, в которую он их загнал.

Слишком велик был соблазн…

Вампир имел полное представление о том, сколько ее крови взял…

У Элен не было шанса отказаться.

Жажда не просто мучила девушку, она должна была ее терзать, забирая и разум, и веру.

Но, и знание неизбежности выбора, не умерили чувства удовольствия, растекшегося горячей волной по нервам мужчины, от легкого, едва ощутимого кивка, заставившего шелковые пряди скользить между пальцев вампира.

Но, и он не смог предугадать ее следующие слова.

— Крестик. — Элен шептала, едва выталкивая слова из пересохшего горла. — Верни мне его. Тогда… — Девушка провела языком по губам, забывая, что они измазаны в его крови…

* * *

Вампир замер на мгновение.

Странно, у него было ощущение, что он упустил какую-то фразу, которая могла бы объяснить подобный вопрос…

Такое условие.

Казалось бы, это он был безумным здесь, не так ли? И, похоже, полностью оправдывал такое представление о себе.

На кой черт ей крест, спрашивается?!

Черные, с алыми всполохами, глаза, всматривались в темно-синие, старающиеся убежать от пристального изучения, очи.

Его пальцы, с силой сжимающие лицо Элен, не позволяли девушке отвести взгляд.

Будь у нее достаточно крови — остались бы синяки. А так — лишь белые пятна проступили на, и без того бледной, коже.

Это раздражало…

Заставляло что-то переворачиваться внутри тьмы, которая так давно составляла сущность вампира…

Заставляло чуть натирать ее кожу, уменьшая ощущение боли, которое она не могла не испытывать…

Но, какого беса, это, вообще, волновало его?!

Плевать на все то, в чем пытался убедить его Михаэль!!

Не могло быть такого на самом деле…

Просто не существовало… привязанности…, и уж тем более… чего-то большего, для вампира…

Она на что-то еще надеется?

Ведь знает, видела, серебро, как и крест — не смогут остановить его.

Даже то, что его кожа еще саднила, напоминая о «посещение» монастыря, не имело значения для Максимилиана, ни вчера, ни сегодня.

Отчего-то, он был уверен, не подвергал ни единому сомнению, что заполучить эту девушку в свои руки — стоило всего…

Однако, не веря, отвергая… и безумно желая, сам не зная чего, Макс хотел подтверждения тому, чего не могло быть на самом деле. Тому, в чем, так настойчиво, своим ароматом, своими глазами, своими действиями — она пыталась его, пусть и не осознанно, убедить…

Не Элен диктует условия… Он ставит их.

И, наверное, его сумасшествие прогрессировало подле нее, потому что, дав зависнуть крестику над ее грудью, оставляя серебро болтаться на цепочке, чуть касаясь при этом кожи Элен украшением — Макс хрипло прошептал:

— Поцелуй меня, так…, как у церкви целовала. — Пальцы мужчины так и не отпускали подбородок Хелен, желая все время видеть эти глаза. — Сама. Так, чтобы я поверил…, что нет принуждения… И — получишь его. — Ох, он старался сделать свой голос насмешливым…, и, почти верил, что ей не был слышен этот неуверенный… просящий полутон.

* * *

Элен не смогла бы отвести глаза, даже, имея на то свободу.

У нее — не было воли для этого.

Не тогда, когда Макс вот так смотрел на девушку.

Зачем?!

Зачем она это сделала?!

Захотела уменьшить меру его боли?!

Идиотка!

Он мучил…. практически, насиловал ее…

Хотя…, с последним можно было спорить…

Себе, она не могла не признаться, что до безумия, до полной потери ощущения реальности — хотела всего, что Макс давал…, что с нею делал.

И, большего хотела…, того, чего вампир никогда не сможет, и не захочет ей дать.

О, нет! Элен не просто идиотка, а самый яркий и наглядный пример полного отсутствия разума и здравого смысла в человеческом теле.

Господи, защити ее!

Хотя, поздно было молиться…

Однако… она же не станет вампиром от одного глотка, ведь так?

Зато, он напоит ее после…

А поцелуй…

Черт! Черт! Черт!

Отчего?! Ну, кто ее за язык тянул?!

Почему его боль имела значение, заставляя сердце Элен разрываться, истекая, вместе с его плотью, каплями крови?

Этот вампир не оценил бы подобного, рассмеялся бы над таким волнением о здоровье мучителя.

Разве, не попыткой усилить ее истязание, было это условие?

Заставить его поверить…

Это тогда, прошлой ночью, было легко.

Когда Элен и сама не верила в то, что позволяла своей душе открыться вампиру…, и не только ему, если быть откровенной. Разве, от себя самой, она не скрывала столь многое?

Теперь же, сотворить подобное, казалось чертовски… невозможным…

Как можно настолько открыться тому, кто использует все, чтобы причинить еще больше мучений?

И все же… все же…

Его боль…, Пресвятая Дева, сохрани! Она мучила Элен.

Шепотом его мыслей, заставляя ощущать это все — и ее тело.

Только, стоит ли одно — другого?

Поражаясь самой себе…

Крича в уме "Нет!!".

И, сама же, отвергая это…

Элен потянулась к его лицу, почти не владея силами приподняться над подушкой, однако, имея подозрения, что не в намерениях вампира облегчить ей это…

Пальцы, в которых не было силы, обхватили лицо вампира и, удивляясь тому, сколь напряженным, почти каменным, казалось его тело, девушка, мягко коснулась сжатых губ мужчины…

Он позволил это касание Элен… а, девушка, отчего-то, ощутила себя смелой.

Хотя, вот откуда у нее такая уверенность?

Идиотка.

Нет в ее характеристике, более правильного и емкого слова.

Но… к черту!

Ее губы скользили по губам Максимилиана, щекоча, лаская…, терзая этой нежностью…

Терзая… верное слово.

Она чувствовала, как он дернулся, словно от боли…

Его мысли прошептали ей это…

Только, было ли так на самом деле?

К черту!!

Элен заблудилась в своих опасениях, в своем страхе, и ее…, его…, их ощущениях, которые казались настолько сложными.

Девушка просто скользила губами по его рту.

Ласкала языком его губы, которые, уже давно открылись ей навстречу, и, не смогла удержать стон удовольствия от этого, безумного…. такого, которое она не могла ощущать, наслаждения от этой странной боли…

Мучающей не тело… душу.

И, совершенно не сопротивлялась, когда его руки обхватил ее плечи, вновь, с силой откидывая девушку на подушку, когда его тело накрыло ее, вдавливая в кровать своим весом…

Элен не знала, кому еще может молиться, но, отдала бы все, что еще имела, чтобы это никогда не прекратилось…

Уже поверив в то, что и его касание — было… почти нежным, пусть, и забирающим воздух…

Да, кому он, нужен, в самом деле?!

— Ты мне еще должна кое-что, детка. — Почти не отрываясь от ее губ, прошептал мужчина, чуть сдвигаясь, позволяя ощутить, как именно реагировало его тело, на подобный поступок девушки.

А она не могла не всхлипнуть…, просящее…. потому что, даже вот так, не имея сил сдвинуться, открыть веки — черт забери все!! Желала ощущать его тело на своем…, в своем теле…

Всегда, вечность…

Вот тут, похоже, стоило начинать бояться…

Только, ей было не до этого.

Ощущение горячей, тягучей крови на ее языке — затмило, стерло все остатки опасений.

И, Элен глотнула, уже и от себя не в силах скрывать, КАК наслаждается этим.

Один глоток, ведь ничего не изменит?!…

* * *

Теодорус с интересом наблюдал за тем, кого решил взять себе в помощники. Определенно, это человек, по всем параметрам, устраивал его.

И, дело было не только в силе, которую вампир так явно видел в мужчине, полностью уверенный, что сможет сделать колдуна из этого «материала».

Он нравился вампиру… своим темпераментом.

Бессмертный усмехнулся.

Из этого человека получится интересный компаньон.

Жертва того, кого он выбрал, сдавленно закричала, пытаясь вырваться из рук насильника, но, тот лишь усилил захват на горле девушки, заставляя умолкнуть ее, отбрасывая в беспамятство, перекрывая доступ воздуху, и, с еще большим рвением, начал разрывать одежду. Порою, используя для этого зубы.

Великолепный экземпляр.

Еще человек, а уже такой кровожадный.

Однозначно, он нравился Теодорусу.

А легкое помешательство насильника и маньяка, лишь красило мужчину. Теодорус точно знал, чем все закончится для этой несчастной.

Он уже два дня неотрывно следил за этим человеком, случайно обнаружив его в переулках Бухареста.

Две ночи.

Пять изнасилованных, буквально, изодранных в клочья жертв.

И, для этого, объект интереса вампира, использовал лишь простой кухонный нож… и собственные пальцы.

Прелестный экземпляр, воистину, он полностью устраивал Тео.

Вампир наблюдал, как его будущее творение, с остервенением вонзается своей плотью в жертву. Не то, чтобы это уже имело значение для нее. Судя по тому, что бессмертный слышал биение сердца лишь самого мужчины, тот сильно активно приложил несчастную о камни тротуара. Что ж, вампира это не волновало.

А, любуясь тем, с каким тщанием и удовольствием, наконец-то удовлетворенный насильник, резал бездыханное тело, вампир усмехнулся.

Прекрасный выбор.

Просто великолепный.

* * *

Максимилиан ощущал себя потерянным.

Конечно, сложно сказать, что его разум, хоть когда-то, за все время, был надежной опорой вампира. Но, казалось, он еще никогда, так нагло не подводил мужчину.

Пекло!!

Во имя чего, он поступил так?!

Сейчас, наблюдая за вновь уснувшей Элен, у Макса появилось странное ощущение, что, все же, не он управлял ситуацией.

Пусть и частично.

И это — не нравилось ему.

Бездна поглоти все!!

Какого беса он отдал крестик?!

Не то, чтобы этот амулет что-то значил для мужчины. Не тогда, когда сама Элен была в его руках.

Однако, и факт такого поступка — заставлял задуматься.

Девушка заворочалась, едва слышно вздыхая, и вампир ощутил жажду, которая, все еще ее терзала.

Он отмахнулся от такого странного ощущения ЕЕ.

На эту жажду, вампир и рассчитывал.

Стакан воды, был жалким утешением в ситуации Элен, только распаляя желание напиться.

Но девушка, все еще держалась.

И, даже заставляла его гордиться этим. Пекло!! Он восхищался выдержкой и упертостью своей жертвы?!

И правда, разум окончательно покинул его, не оставив и прощальной записки.

Макс заворчал, не имея представления, чем именно вызвано его недовольство, собственными чувствами, которых просто не должно было быть, или ощущениями девушки, так просто и доверчиво прижимающейся к его телу.

Сон делал ее беззащитной.

Не перед ним, перед собой, перед желаниями ее сознания и тела.

Выругавшись сквозь зубы, с трудом удерживая рычание…, и, бес загрызи его, боясь, что этим звуком ее разбудит??!

Макс, на чем свет стоит, проклиная Михаэля, едва ощутимо обхватил руками Элен, и положил поверх себя ее сонное тело, устраивая голову девушки на своем плече…

Какого дьявола он делает?!

ПЕКЛО!!

Вампиру хотелось завыть, потому что, это ощущение ее кожи на его, казалось более жестокой, более мучительной болью, чем все, что Максимилиан знал о пытках до сего момента…

Но, просто игнорируя это, вампир провел рукой над Элен, еще глубже погружая девушку в сон…, чтобы облегчить муку Хелен.

Она затихла, прижавшись щекой к его груди…

Почти целуя таким касанием…

Мягкая ладошка накрыла кожу над сердцем мужчины…

Добивая его этим прикосновением.

Однако и вот так, он не мог избавиться от дикой, терзающей его, потребности в боли…

Макс не хотел…, обещал себе…, клялся, что не будет причинять эту боль ей…

Не задумываясь, отчего.

А значит, у вампира не было иного выбора.

Его пальцы обхватили кинжал, который лежал на полу у постели…

Там же лежал и крест…, но вампир его ей отдал, ведь так?

И, определившись с этим, с силой зажал лезвие в кулаке…

Разрезая мышцы и кожу.

Вздрагивая от тихого крика, так и не проснувшейся Элен…


Глава 7

Он не видел причины ее беспокойства.

Что было не так?

Элен должна была спать.

Без всяких волнений.

Пекло!

Вести себя вот так, не было привычным для него!

Определенно, заботиться о ком-то, пусть и имея целью покорить, подчинить объект заботы — оказалось нелегким делом.

Что, во имя дьявола, шло не тем путем?!

Мучить и терзать, было несоизмеримо легче…

Пальцы вампира сильнее обхватили металл, жалея о том, что лезвие было не серебряным.

Элен в его руках захныкала, прикусывая губу, и сжала ладошку, которая лежала над сердцем Макса.

— Больно. — Прошептала девушка, прерывисто вздыхая.

Мужчина застыл.

Она никогда не признавала этого.

Даже тогда, когда он специально делала все, чтобы причинить ей как можно больше боли, девушка ни разу, казалось, не испытала настоящее страдание. Словно, и в самом деле, не ощущала нечто подобное, заменяя муку страстью или желанием.

Отчего же сейчас, когда он, вопреки всему…. самой своей сущности, старался уменьшить ее дискомфорт, она испытывала боль?

И признавалась в этом, пусть и мимовольно?

Максимилиан лихорадочно просчитывал вероятности в поисках причины, но ошеломленно глядя на сжатый кулачок Элен… правый…. не мог поверить в то, что кричала в нем, какая-то, не просто безумная, а полностью неадекватная часть…

Которая, как оказалось, в обход логики, поверила тому, что так упорно втолковывал Михаэль все это время.

Какого беса?!! Это не могло быть правдой, не так ли?!

Или, все-таки, мир, в очередной раз, посмеялся над доводами и самоубеждением мужчины, сталкивая его с извращенной правдой такой вот реальности?

Он задавался этим вопросом, заглядывая в распахнувшиеся темно-синие глаза, впервые за все свое существование, понимая и принимая то, что не должно было его волновать.

Однако на это — Максу уже было плевать.

Так или иначе, но он не смог ее отпустить, ведь так?

Максимилиан разжал пальцы правой руки, роняя кинжал на простыни, пачкая их кровью, и обхватил кисть девушки, разжимая сжатые пальцы, испытывая страх…

Второй ладонью, с силой, удерживая ее спину, не давая проснувшейся Элен отстраниться.

Вампир ощутил странное, ничем не объяснимое облегчение, увидев, что ладонь Хелен цела, по крайней мере…, а алые мазки, и на ее коже, и на его — были кровью самого Макса…

И, понимание этого, делало его почти счастливым.

К черту!!

Девушка дернулась, пытаясь, все же, вырваться из крепкого захвата. Очевидно, не понимая того, что он творил.

Или, возможно, испытывая ужас от такого поведения мужчины.

Сложно было не понять ее.

Вампир и сам был поражен тем, что делал.

Макс позволил Элен отстраниться, слегка оглушенный всем тем, что на него обрушилось, заставляя понимать и принимать невозможное.

Мужчина не знал, что девушка увидела в нем, в выражении его лица, не мог представить себе, что пылало в его глазах такого, что заставило ее, не имея для этого сил, сползти с его тела, с кровати… вызывая у вампира дискомфорт и чувство потери…, и, кутаясь в покрывало, отступать к стене.

Все, что сейчас мог выдать его, покореженный мозг, было… весьма нецензурным… и не имело никакого отношения к мыслям или логике…

Глубоко вздохнув, вампир закрыл веки, и откинулся, упираясь головой в стену.

Все равно, ей некуда было отсюда бежать.

А, значит, у него было некоторое время, за которое, он очень хотел заставить себя подумать…

* * *

Элен застыла, упершись спиной в стену, так и продолжая сжимать кулачком, покрывало на груди.

Она не понимала. Девушка не хотела понимать, отчего ощущает страх.

Не свой.

Вот в этом у нее сомнения не было.

Это чувство не было ее.

Господи! Но как?!

Ища опору в стене, Элен провела по ней рукой, и замерла, натыкаясь ладонью на холодное стекло. Это отвлекло девушку.

Она отвернулась от вампира. Что толку смотреть на него, если противопоставить мужчине — Хелен ничего не в силах?

Да и, не могла девушка смотреть Максу в лицо…. не после того, что увидела в алом пламени глаз безумного вампира.

Ей надо было отвлечься, надо было отстраниться.

Не слышать…, не чувствовать…, не видеть…

Не понимать.

За окном шел снег…, и больше там не было ничего…

Снег…, снег…, снег… везде.

Казалось, что в мире больше вообще, ничего не существовало, кроме вихрей и потоков кружащих снежинок.

Но…, нет, что-то темнело не так далеко…

Элен прижалась к стеклу лбом, в слабой надежде рассмотреть подробней. Возможно, то, что она сможет увидеть — удастся хоть как-то использовать?

Ох, она все еще надеялась убежать от него?

Выходит, что надеялась.

Тем более, теперь, после этого… того, что девушка не хотела чувствовать.

Особенно, после того, как поняла, что полюбила этого мужчину…

Вампира…

Черт!!

Как все так вышло, Пресвятая Дева?!

Вот только, о чем ей молиться?

— Ты не сможешь убежать, детка. — Хриплый голос заставил ее вздрогнуть. И, к огорчению Элен, не страх был тому причиной. — Здесь нет дверей ведущих наружу. И это — третий этаж, Элен. Не советую даже пробовать пытаться уйти через окно.

Впервые, казалось, он не насмехался над нею. В его голосе было что-то другое. То, что сейчас, ей понять было не дано… или же, то, в чем она, просто, не хотела разбираться.

Пусть катится к черту!! Со всеми своими предупреждениями и советами!!

Зачем он ее притащил сюда?!

Хотя…, нельзя сказать, что у нее не было предположений…

— Что это за место? — Тихо, не оборачиваясь к… вампиру…, прошептала Элен.

— Это горы. — Голос Макса изменился, словно…, он был в чем-то не уверен ранее, а теперь — принял решение.

— Какие? — Девушка была удивлена ответом. Значит, вот что темнело неподалеку, скрытое мириадом кружащихся снежинок.

— Не глупи, детка. — Мужчина усмехнулся, она ощутила, как его улыбка скользнула по ее коже. — Тебе об этом знать не стоит.

Черт!! Это резко снижало ее шансы. Какова вероятность побега в метель, в горах, без еды и одежды, преследуемой вампиром??

Вероятность была…. только, с неблагоприятным для Хелен развитием сюжета.

Что же ей теперь делать?!

Девушка была… рассержена таким его поступком, и не собиралась молчать об этом. Пусть и глупо было упрекать тюремщика в том, что он максимально исключил все варианты побега.

Но, обернувшись, чтобы высказать вампиру, свое негодование, Элен поняла, что ей некому выставлять претензии.

В комнате, и в самом деле, не имеющей выхода, она была одна.

О присутствие Макса здесь, еще за мгновение до этого, напоминала лишь кровь на простынях, брошенный там же кинжал, и крестик, небрежно откинутый вампиром на пол.

Вздохнув, и ничего не понимая в происходящем, растерявшись в том множестве вопросов и неугодных ей ответов, которые атаковали разум Элен, девушка, завернув уголок покрывала над грудью, соорудила подобие тоги, и подошла к кровати.

Присев, она потянулась к кресту, удивляясь тому, как дрожат пальцы, и крепко сжала их на металле, не уверенная, стоит ли ей опасаться ожога…

А потом, вернулась к окну, продолжая удерживать серебро в ладони, и размышлять над тем, было ли покалывание в ее кулачке вызвано самовнушением, или же тем, что поддавшись его убеждению…, соблазнившись, Элен ступила на путь в погибель, уже расплачиваясь кусочками своей души за наслаждение…

* * *

Максимилиан не хотел пока разбираться с тем, что он понял, отвергая мысли, вонзая клыки в беззащитное, источающее запах страха, тело.

Но мозг не желал, вновь, проигрывать безумию, удерживая, едва отвоеванные, позиции.

Горячая кровь разливалась по его горлу… но она не имела того вкуса, который он хотел.

Это был не тот аромат, но Элен не выдержала бы, возьми вампир у нее еще хоть немного крови.

Да и, кроме того, эту кровь он брал не для себя.

Для нее.

Что бы она там не думала, какие бы планы побега не строила, Макс уже все решил.

У Его Элен не было выбора.

Никогда.

Даже, несмотря на то, что он так отчаянно пытался ей дать его…

Это оказалось сильнее вампира.

Но…, теперь…, после того… ужаса…. да, опустошения и ужаса, который вампир испытал в те секунды, осознавая, что наконец-то, причинил боль девушке; впервые понимая, что испытывали его жертвы, мужчина осознал и…, о да, и признал одну не логичную, абсурдную…, нереальную правду…, которая рождала определенную проблему…

Он не мог заставить Элен мучиться…, Макс не знал, отчего, все его действия, приносили девушке наслаждение, возможно, потому, что мужчина, на самом деле, не хотел давать ей муку?

Он не мог пойти другим путем, причиняя боль себе — потому что, тогда было больно Элен…, а он не хотел и, более того, не мог допустить этого…

Замкнутый круг.

Он не понимал, что…, как делать?!

Но, вампир знал одно: там, в той комнате, куда Макс поместил Элен, желая заставить ее признать, что она в нем нуждается…, признавая этим, что он сам, всем своим безумием, своим разумом, всем, чем он был — нуждается в ней…, несколько минут назад, Максимилиан понял, что не сможет существовать без этой девушки.

Без того, что она несла в себе.

Без того, что он ощутил в ней…

И, более всего, он хотел услышать это от самой Хелен.

Но для начала, вампир обратит ее.

Больше у него не было терпения.

Промедление не казалось теперь забавой.

Более того, мысль о том, что сейчас она одна — пугала его тысячами вариантов различных возможностей.

Его не интересовала разумность собственного объяснения, что девушка не могла никуда выйти.

Ее могли найти, используя его.

Он должен был сделать Элен неуязвимой.

Вампир отбросил мертвое тело, понимая, что не оставил и капли крови в нем.

Это не имело значения. Он сознательно причинял боль этому человеку. Делал все, чтобы его смерть прошла в агонии, утоляя свое желание боли…, и понимал, что не в бо


Содержание:
 0  вы читаете: Безумие ночи : Ольга Горовая    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap