Фантастика : Ужасы : Линейный странник : Ким Харрисон

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5

вы читаете книгу




Рассказ вышел в сборнике "Unbound". Действие происходит после 7 книги о Рейчел Морган "Белая ведьма, черное проклятье".


Редакторы Asgerd, Тея Янтарная

Перевод never_be_free


Перевод выполнен форуме сайта «Лавка миров»

http://www.lavkamirov.com/cgi-bin/forums/lavka/YaBB.pl?num=1279545392


Глава 1


Темнота уже окутала нижние этажи пня Дженкса, и только на высоком своде напоминающего пещеру зала еще виднелся ослабевающий свет солнца. Освещая путь мерцанием своих стрекозиных крыльев, Дженкс полетел в широкий проход, ведущий к кладовым; нужно было выровнять зарубку на косяке – ноги при этом болтались, а плечи болели. Пикси ощутил запах прошлогоднего сада: заплесневелый пух одуванчика, высушенные цветы жасмина и последний донник, из которого они делали свои постели. Маталина была традиционалистской, и ей не нравился паралон, который он срезал с дивана, найденного на обочине прошлой осенью.

Резкий звук токарного станка отражался от живых дубовых стен, подчеркивая отсутствие детей; тишина была одновременно странной и успокаивающей – после зимы, проведенной в церкви его партнеров человеческого размера. Замахав нижними крыльями, чтобы поднять в воздух осыпающуюся серебряную пыльцу и осветить место для работы, Дженкс провел рукой по дереву, намечая, где сделает новую декоративную резьбу. На его лице медленно расплылась улыбка.

– Тинкины панталоны, она никогда не узнает, – прошептал пикси, радуясь.

Выемка, которую сделала его дочь, пока гонялась за братом, была выровнена. Осталось только отполировать ее, и его прекрасная и такая умная жена никогда об этом не узнает. Или, по крайней мере, никогда ничего не скажет.

Довольный, Дженкс наклонил крылья и полетел к инструментам. Он попросил бы дочь исправить повреждения над входом, но для этого требовалось использовать металл, а в свои пять лет Джоливия еще не имела опыта работы с токсичными металлами. Сыпля еще больше пыльцы, чтобы осветить свои потертые инструменты, он взял пилочку для ногтей, украденную из ванной Рэйчел.

“Конец марта”, – подумал он, возвращаясь к работе. Опилки, осыпаясь, смешивались с его собственной пыльцой, пока он работал в тишине и прохладе. Уже конец марта, а они все еще не переехали в сад из стола Рэйчел, предоставленного им на зиму. Днем уже достаточно тепло, а ночью будет хватать тепла от очага. Пикси Цинциннати уже выходили из спячки, и если они в ближайшее время не вернутся в сад, кто-нибудь может заявить на него права. Буквально вчера дети выгнали трех разведчиков фэйри, ошивавшихся у дальней стены кладбища.

Задержав дыхание из-за поднимавшейся пыли, Дженкс задумался, сколько детей заведут романы и уйдут из дома этой осенью и как это повлияет на безопасность сада. Должно быть, немного, ведь только восемь детей достигли возраста, когда приходит время покидать дом. А вот в следующем году к ним присоединится еще одиннадцать, а новых, чтобы их заменить, не появится.

Резкое, нервное движения его крыльев осветило большой круг, выхватив из темноты забытые на зиму подушки возле центрального очага, но, только услышав суматоху на входе в туннель на первом этаже, он просыпал достаточно пыльцы, чтобы осветить углы комнаты, высветив полки, буфеты и крючки для одежды, вбитые прямо в живые стенки пня.

– Если нет рваных крыльев или костей, торчащих наружу, я не хочу об этом слышать! – крикнул он, и повеселел, когда опознал голоса детей.

– Папа. Папа! – возбужденно крикнул Джерриматт, один из его самых младших сыновей, влетая в комнату и оставляя за собой серебряный шлейф. – Мы поймали злоумышленника возле уличной стены! Он не ушел, даже когда мы напугали его! Он сказал, что хочет поговорить с тобой. Он браконьер, и я уверен, что увидел его первым!

Дженкс взлетел, встревоженный.

– Вы не убили его, не так ли?

– Не-е, – сказал мальчик угрюмо, откинув светлые волосы, повторив привычное движение отца. – Я знаю правила. На нем был надето красное.

Выдохнув, Дженкс опустился, встав на пол, когда шумная толпа из Джека, Джема, Джумока и Джикси втолкнула пятого пикси, нервно дергающего крыльями, в комнату.

– Он был на заборе, – сказала Джикси, снова грубо толкнув незнакомца, отчего его крылья загудели громче, и она коснулась деревянного меча, готовая ударить его, если он попытается взлететь. Она была самая старшая в группе, и относилась к этому очень серьезно.

– Он заглядывался на наши цветники, – добавил Джумок. Из-за угрюмого вида темноволосый пикси выглядел агрессивнее обычного, вдобавок к его необычно темным волосам.

– И он прятался! – воскликнул Джек. Если где-то есть неприятности, Джек тут как тут.

Эти пятеро сегодня охраняли сад, и Дженкс, отложив пилочку, посмотрел на собственный стальной меч, лежащий поблизости. Он предпочитал носить на его бедре, но сейчас он, черт побери, в своем доме. И не должен носить его внутри. Тем не менее, сейчас он был в зале рядом со странным пикси.

Джерриматт, которому было всего три года, летал по комнате, как светлячок на бримстоне. Протянув руку, Дженкс поймал его за ногу и стащил вниз.

– На нем надето красное, – напомнил ему Дженкс, радуясь, что они не пустили кровь несчастному пикси, наивному и напуганному. – Он имеет право зайти на нашу территорию.

– Он не хотел заходить, – возразил Джерриматт, и Джикси кивнула. – Он просто сидел на заборе! Он сказал, что ему надо поговорить с тобой.

– Он разрабатывал план, – добавила Джикси подозрительно. – Прячась за цветом перемирия. Он просто отброс, – она замахнулась, чтобы ударить его, и остановилась только, когда Дженкс неодобрительно зашумел крыльями.

Злоумышленник кротко стоял на полу, сложив крылья на спине и тревожно глядя на Джумока. Он держал красную шляпу перемирия в руках, пальцами пробегая по краям.

– Я не разрабатывал план, – сказал он возмущенно. – У меня есть собственный сад, – его пристальный взгляд снова метнулся к Джумоку, и Дженкс почувствовал укол гнева.

– Зачем тогда вы осматривали наш сад? – сердито спросил Джем, не обращая внимания на то, как злоумышленник предвзято разглядывает темные волосы и глаза Джумока. Но когда Джем метнулся, чтобы ударить его, Дженкс снова предупреждающе зажужжал. Опустив глаза, Джем сделал шаг назад. У него замечательные дети, но трудно обучить их сдержанности, зная, что быстрая расправа – единственная причина, по которой они выжили.

Недоумевая, Дженкс протянул руку рассерженному пикси, дети наблюдали за ним молча. Мужчина-пикси, стоявший перед ним, выглядел на двенадцать или тринадцать лет, то есть достаточно взрослый, чтобы жить самостоятельно и завести семью, жениться ради того, чтобы всегда носить чистую и заштопанную одежду. Он выглядел здоровым, с хорошо развитыми крыльями, хотя сейчас они посинели от нехватки циркуляции и были вжаты в спину в жесте подчинения. Заметив незнакомый меч в руке Джумока, Дженкс решил, что предположения о захвате его сада не были преувеличением, даже если это фэйриная сталь, а не та, которой обычно пользовались пикси.

Молодой пикси не собирался захватывать сад. Тогда чего он хотел?

Подозрения Дженкса усилились.

– Зачем ты здесь? – спросил он, его взгляд снова скользнул к мечу, небрежно лежащему рядом с инструментами. – И как тебя зовут?

– Винсет, – тут же ответил пикси, его взгляд блуждал по серому перед закатом потолку. – Вы живете в замке! – выдохнул он, и его крылья слегка приподнялись. – Где все?

“Винсет”, – подумал Дженкс подозрительно, хотя он гордо выпрямлялся при словах Винсета о своем доме. Имя из шести букв, и летает с холодным оружием. Пикси, которые рождались вначале, получали короткие имена, те, что позже длинные. Винсет родился в пятом поколении в своей семье, и дожил до возраста, когда давали имя. То, что у него были меч и длинное имя, означало, что его родной клан был силен. Он был из тех детей, которые рождались в конце жизни пикси, и больше всех страдали, когда умирали их родители, а клан распадался. Большинство детей с именами, в которых больше восьми букв, никогда не выживали. Хотя, Джерриматт… Улыбка Дженкса стала нежной, когда он взглянул на белокурого мальчика, сердито смотрящего на Винсета. Джерриматт, его брат-близнец и обе его сестры выживут. Маталина стала сильнее, когда перестала рожать детей. Еще один или два сезона, и все ее дети переживут ее. Она всегда об этом молилась.

Не особо понимая, почему он верит Винсету, Дженкс жестом сказал детям успокоиться, и они начали толкать друг друга. Холод от земли просочился в Дженкса, потому что он не двигался, и он пожалел, что не развел огонь.

– Я слышал, вы занимаетесь расследованиями, – выпалил Винсет, его крылья немного поднялись, когда шумевшие дети заставили его сделать пару шагов назад. – Я не претендовал на вашу территорию! Мне нужна ваша помощь.

– Вам следует обратиться к Рэйчел или Айви, – Дженкс взлетел, указывая ему путь к церкви. – Рэйчел сейчас нет, – сказал он, радуясь, что не пошел с ней по магазинам. Она искала малоизвестный текст, который потребовал ее учитель-демон. Она проведет весь завтрашний день в Безвременье на своем еженедельном занятии с демоном, и, конечно, она ждала до последнего, чтобы найти книгу. – Но Айви здесь.

– Нет! – воскликнул Винсет, его крылья стали размытым пятном, хотя ноги твердо стояли на покрытом стружкой полу – он справедливо опасался из-за детей Дженкса. – Мне нужна ваша помощь, а не какого-то здоровяка. У меня нет того, что им нужно, а я привык платить по счетам. Они меня прогонят. А я не могу уйти. Мне нужны вы.

Дети перестали толкаться, и ноги Дженкса коснулись холодного пола. «Работа?» – подумал он и ощутил внутри себя волнение. Для меня одного?

– Вы поможете мне? – спросил Винсет, и пыльца, сыпавшаяся с него, стала ярко серебряной, когда он собрал всю свою храбрость, и пошевелил крыльями, чтобы размять их и согреть себя. – Мои новорожденные в опасности. И моя жена. И трое детей. Я не могу переехать прямо сейчас. Уже поздно. Мы потеряем новорожденных. Возможно, и детей тоже. Нам некуда податься!

“Новорожденные”, – подумал Дженкс, его взгляд поплыл. Жизнь новорожденного пикси была настолько непредсказуема, что им не давали имен и не рассматривали как детей, пока они не доказывали, что способны выжить. Считалось, что схоронить новорожденного не так печально, как похоронить ребенка. Но это была ложь. Они с Маталиной потеряли всех новорожденных в тот год, когда переехали в церковь, и у Маталины с тех пор не было детей, благодаря тому, что он загадало желание получить стерильность. Вероятно, это продлило ей жизнь, но он скучал по тихим звукам, которые издавали новорожденные, и удовольствию, которое он испытывал, придумывая имена, когда они крепко хватались за его палец, требуя еще один день жизни. Новорожденные, черт. Они были детьми, и каждый был любим.

Пристальный взгляд Дженкса вернулся к Винсету, оценивая его. Тринадцать лет, а уже столько ответственности на нем. Мысль, насколько коротка его жизнь, никогда не посещала Дженкса в детстве, уступив место горю и страданию, когда он увидел долгую юность и еще более долгую жизнь людей. Это так несправедливо. Он его выслушает.

А раз он собирался его слушать, надо, чтобы Винсет почувствовал себя, как дома. Так поступала Рэйчел, когда люди стучали в ее дверь, испуганные и беспомощные.

От появившегося чувства неуверенности его крылья загудели.

– Мы выслушаем вас, – он сказал детям с твердостью, откуда-то взявшейся в нем, и они посмотрели друг на друга, в недоумении опустив крылья. Пикси не пускали чужих на свою землю, исключением были случаи, когда обсуждался брак, и то очень редко их приглашали в дом.

Улыбнувшись, Дженкс жестом предложил Винсету сесть на заплесневевшие за зиму подушки, пытаясь вспомнить, что делала Рэйчел, опрашивая клиентов.

– Хм, дайте мне его меч, и принесите горшочек меда, – сказал он, и Джерриматт открыл рот от удивления.

– М-мед… – запнулся мальчик, и Дженкс отобрал меч с деревянной ручкой у Джема. Фэйрийский меч был свидетельством побед в прошлом, вероятно еще до того, как Винсет покинул дом.

– Да ради сгоревшего печенья Тинки, идите уже! – воскликнул Дженкс, махнув им. – Винсету нужна моя помощь. Не думаю, что он собирается причинить мне вред. Имейте хоть каплю уважения к своему отцу, а?

Услышав знакомое ругательство и поняв, что все в порядке, дети нырнули в главный туннель, болтая, как сумасшедшие.

– Я вас всех вырастил, – крикнул он, им вслед, почувствовав, что Винсет наблюдает за ним. – Вы же не думаете, что я не отличу гостя от вора? – добавил он, но они уже ушли, звук крыльев и быстрой речи постепенно затихал, когда они растворились в туннеле. В комнате стало темнее, когда осела их пыльца, перестав светиться. Начиная мерзнуть, Дженкс замахал крыльями, чтобы согреться и осветить комнату.

Тяжело вздохнув, Дженкс вернул пикси меч, подумав, что он никогда не делал такого раньше. Винсет взял его, выглядя так же неуверенно, как и Дженкс. Просить помощи тоже не входило в их традиции. Пикси тяжело привыкали к переменам, ведь только благодаря непоколебимому соблюдению своих правил им удавалось выжить. Но для Дженкса, перемены всегда были проклятием, которое не давало ему остановиться и сдаться.

Дженкс метнулся ко второму, меньшему очагу в конце комнаты, рядом с которым стояла коробка с хворостом. Страховка не позволяла разводить огонь в церкви, а дети никогда еще не разводили огонь внутри пня. “Если я опрашиваю клиента, – подумал он, волнуясь, что не произведет хорошего впечатления, – нужно не только сверкать пыльцой. Интервью должно быть честью для клиента, ведь я провожу его у главного очага в центре комнаты”.

Винсет отложил свой меч, замахав крыльями, чтобы согреться, пока рассматривал потолок.

– М-м, не хочешь присесть? – снова предложил Дженкс, когда вернулся к разведению огня, и Винсет осторожно присел на край подушки возле темного очага. Хотя это не приводило к открытой войне, незаконное вторжение было как чума для пиксиного общества. И хотя сам он пренебрегал некоторыми законами, Дженксе ощкутил чувства собственника, когда глаза Винсета осматривали темную комнату.

– Слышал, вы живете в дубовом замке, – сказал Винсет, с благоговением. – Где же остальные?

Наблюдая за ним, Дженкс стукнул камнями, шепча слова благодарности тому пикси, который первый украл живое пламя, и молясь об урожайном лете. Маталина должна быть рядом, когда он первый раз в сезоне разводит дома огонь, и Дженкс заволновался, подумав, что, возможно, неправильно делать это без нее.

– Сейчас мы живем в церкви, – сказал он, когда обгоревшие тряпки над угольками занялись и запылал пух. – Мы собираемся съехать оттуда на этой неделе. Надеюсь.

Крылья Винсета замерли.

– Вы живете внутри. С… этими здоровяками?

Улыбаясь, Дженкс стал подкладывать небольшие ветки. Привычно взмахнув нижними крыльями, он изменил сыпавшуюся с него пыльцу, сделав ее легковоспламеняющейся. Она мгновенно вспыхнула, и отдельные частицы взлетали в воздух, как звездная пыль.

– Мы живем там зимой, чтобы не впадать в спячку. Я даже видел снег, – сказал он гордо. – Он почти обжигает, и пальцы от него синеют.

“Возможно, мне стоит переделать одну из кладовых в офис?” – подумал он, кладя небольшое полено в огонь и поднимаясь с колен. Но представив боль в глазах Маталины, когда незнакомцы будут постоянно вторгаться в их дом, он вздрогнул. Она замечательная женщина, которая не сказала ни слова, когда он планировал очередные заговоры против фэйри. Лучше попросить Рэйчел поставить перевернутый цветочный горшок в саду возле ворот, то есть у границы его владений. Приделать вывеску или что-то в этом роде. Если он собирается помогать пикси всего Цинциннати, ему следует подготовиться.

– Мне нужна ваша помощь, – повторил Винсет, и пыльца Дженкса стала яркой, как огонь в очаге.

– Не принято нанимать пикси со стороны при территориальных спорах, – сказал Дженкс, не понимая, чего от него хочет этот взрослый пикси.

– Я и не собирался, – сказал Винсет оскорблено, и с его крыльев посыпалась желтая пыльца. – Если я не могу удержать клочок земли, я не достоин ухаживать за ним. А я могу удержать его. У нас с женой есть земля, три напуганных прошлогодних ребенка и шесть новорожденных. Вчера у меня родилось еще семь.

Хотя голос молодого пикси звучал ровно, его гладкое, искреннее лицо исказилось страданием. Видя его боль, Дженкс отступил, впечатленный: хотя это его второй сезон в качестве отца, он уже сумел вырастить троих детей. Только после второго сезона у них с Маталиной выжили их новорожденные, и никто из появившихся в тот год не пережил зиму.

– Мне жаль, – сказал он. – В это время года трудно достать пищу.

Винсет склонил голову, скорбя.

– Дело не в пище. У нас ее достаточно, и мы с Ноэль с удовольствием поголодали бы, только бы прокормить наших детей. Все дело в статуе, – он поднял голову, и Дженкс почувствовал, как накатило беспокойство от загнанного взгляда Винсета. – Вы должны помочь мне, вы работаете с ведьмой. Все дело в магии. Она во сне сводит мою дочь с ума, а вчера вечером, когда я не дал ей спать, магия убила одного из новорожденных.

Дженкс повернул крылья, чтобы согреть их от огня, и внезапная волна теплоты вытеснила холод, который окутал его. Статуя? Наклонившись вперед, Дженкс пожалел, что у него нет блокнота и ручки, которые всегда брала с собой Айви, когда опрашивала клиента. Он не знал, что ответить, а вот ручка придавала Айви вид, будто она всегда знает, что делать.

– Статуя? – спросил он, и Винсет слегка качнул головой, отчего его светлые волосы упали на лицо.

– Так мы получили сад, – сказал он, и заговорил быстрее, когда увидел, что Дженкс внимательно слушает. – Он находится в парке. Цветник был заброшен. Никаких следов пикси или фэйри. Почему так вышло, нам неизвестно. В прошлом году мы владели землей на холмах, но потом пришли здоровяки, все вырубили, построили дом и даже не посадили цветы или деревья, чтобы возместить ущерб. Я еле успел вывезти свою семью живой, когда прибыли бульдозеры. Ноэль, моя жена, уже была на сносях. Она не могла много летать. Парк был пуст. Мы не знали, что земля проклята. Я думал, что это благословение, а теперь мои дети… новорожденные… Они умирают во сне, в горячке!

Дженкс скрестил колени, стараясь не выглядеть пораженным рассказом Винсета, но в действительности он волновался. Рэйчел всегда получала как можно больше информации, прежде чем сказать “да” или “нет”. Он не знал, зачем это нужно, но спросил:

– В каком парке вы живете?

Винсет облизал губы.

– Я не знаю. Я еще не слышал, чтобы кто-нибудь произнес название парка. Я могу отвести вас туда. Цветник находится возле длинной лестницы, в середине лужайки. Место идеальное. Мы заняли цветник, вырыли небольшое жилище под корнями кизила. Ноэль родила семерых. Мы даже начали придумывать имена. И тут моя дочь Ви начала летать во сне.

Нахмурившись, Дженкс взмахнул крыльями, освещая пространство перед собой, потому что сидел спиной к огню.

– Летать во сне? Она перерастет это. Один из моих сыновей провел лето, чаще просыпаясь в саду, нежели в своей кровати, – Дженкс улыбнулся. Хотя это был спорный вопрос, летал ли Джумок во сне или просто хотел уединения. Его сын из среднего поколения стерпел много подколок от своих старших братьев из-за своих каштановых волос и карих глаз, что, к сожалению, редкость среди пикси.

Винсет раздраженно выдохнул, пыльца, сыпавшаяся с его крыльев, стала черной.

– А ваш сын кричал от боли, когда его крылья тлели, пока он бился о статую? Его аура становилась болезненной и бледной? Моя дочь не летает во сне, на нее совершаются нападения. Я не могу разбудить ее, пока луна не пройдет зенит. Она не просыпается, даже когда я сгибаю ей крылья. Теперь это происходит каждую ночь, потому что близится полнолуние.

Лицо Винсета исказилось от горя, голова опустилась.

– Прошлой ночью я не дал ей уснуть, и статуя напала на новорожденного. Ноэль держала его, пока он умирал и кричал, не способный сделать вдох. Это было… – крылья молодого пикси опустились и он вытер глаза, черная пыльца посыпалась с его пальцев, когда слезы высохли. – Я не смог разбудить его. Мы пытались снова и снова, но он только продолжал кричать, пока его крылья превращались в пыль, а его пыльца сжигала его изнутри.

Шокированный, Дженкс заерзал на своей подушке, не зная, что сказать. Ребенок Винсета сгорел заживо?

Винсет встретил его взгляд, умоляя помочь, но, не произнося ни слова.

– Ноэль боится укладывать спать новорожденных, – прошептал он, заламывая руки, крылья его не двигались, пока он сидел на заплесневевшей с зимы подушке Дженкса. – Мои дети боятся темноты. Пикси не должны бояться темноты. Наше место под солнцем и луной.

Отцовские инстинкты проснулись в Дженксе. Винсет был не на много старше его Джакса, самого взрослого и самостоятельного сына. Если бы он не видел страх Винсета, то сказал бы, что пикси пыльца в голову ударила. Взяв палку толщиной со свою руку, Дженкс наклонился подложить ее в огонь, предварительно обильно посыпав пыльцой, чтобы она быстрее разгорелась.

– Я не понимаю, как статуя может сводить детей с ума, – сказал он нерешительно, – еще меньше, как они могут сгорать от своей пыльцы. Ты уверен, что дело в ней? Может, проблема в почве или плесени.

Пыльца Винсета стала грязно-красного цвета, образовав большое пятно возле его ботинок.

– Это не почва и не плесень! – воскликнул он, и Дженкс проследил за его мечом. – Это статуя! На ней ничего не растет. Она проклята! И с чего бы ее ауре вот так меняться? Дело в ней!

Крылья Дженкса зажужжали, когда он отодвинулся от очага. Заставить статую оживать, чтобы мучить пикси? Это не походило на волшебство ведьм, но были и другие создания, которые не вышли из подполья, как это сделали пикси, вампиры и ведьмы; создания, которые заставили бы людей вырубить леса и уничтожить маленькие города, если бы они узнали о них. Но статуя?

И зачем статуя хотела разрушить себя? Если только… может, что-то заперто в ней?

– Ты почувствовал что-нибудь? – спросил он, и Винсет посмотрел на темный туннель позади него.

– Нет, – он неловко подвинулся, глядя на свой меч. – И Ноэль тоже. Мне нечего дать вам, кроме моего меча, и я с радостью передам его вам, если вы нам поможете. Я пропал. Я могу защитить мою землю от фэйри, шума, ворон и крыс, но я не вижу, что убивает моих детей. Пожалуйста, Дженкс. Я проделал такой длинный путь. Вы поможете мне?

Сбитый с толку, Дженкс посмотрел на меч молодого человека, когда Винсет протянул его. Его лицо было искажено беспомощностью.

– Я не возьму оружие другого мужчины, – сказал Дженкс грубо, и молодой пикси испугался.

– Но мне больше нечего… – сказал он, роняя меч на колени.

– Ну, я бы так не сказал, – ответил Дженкс, и крылья Винсета наполнили комнату звуком тысячи пчел и светом солнца. – У вас две руки. Вы сможете сделать домик для стрекозы из цветочного горшка?

Надежда, появившаяся на лице Винсета, сменилась отвращением.

– Мне не нужна милостыня, – сказал он, вставая и крепко зажав в руке меч. – Я не дурак. У вас есть замок и большая семья. Вы можете сами сделать домик для стрекозы.

– Нет! – сказал Дженкс, тоже вставая. – Я хочу офис на границе моих владений, с другой стороны от забора, на улице, которая отделяет сад от дороги. Вы сможете построить его? Под кустом сирени? И нарисовать вывеску, если я дам вам символы? Это не работа в саду, и я не могу попросить детей сделать мне офис. А жена оторвет мне крылья, если я попрошу!

Винсет засомневался. Его глаза закрылись на мгновение, когда они открылись, надежда снова сияла в них.

– Я могу сделать это.

Улыбаясь, Дженкс задумался, стал ли Джакс хоть вполовину благородным пикси. Этот идиот с затвердевшей пыльцой сбежал с вором, почти ничему не научившись. Последние слова Дженкса, обращенные к нему были резкими, и его это беспокоило, но когда ребенок покидает сад, это значит, что он ушел навсегда. Как правило. Но дети Дженкса нарушили и эту традицию тоже.

– Я, пожалуй, взгляну на статую, – сказал Дженкс. – Я и мой партнер Бис, – добавил он, быстро все обдумывая. Рэйчел никогда не отправлялась на задание, не имея прикрытия. Ему тоже следует взять кого-нибудь. – Если я смогу помочь вам, вы построите мне офис из цветочного горшка.

Взглянув на него, Винсет кивнул, от облегчения с него сыпалась золотая пыльца.

– Спасибо, – сказал он, убирая меч, в нетерпении. – Мы можем отправиться сейчас?

Дженкс искоса посмотрел на потолок, определяя время. Судя по виду, солнце очень скоро сядет, и Бис проснется.

– Конечно. Но, м-м, я должен сообщить жене, куда я отправился.

Винсет понимающе вздохнул, и они вместе вылетели к садящемуся солнцу, оставив огонь догорать.

“Решение проблем для пикси, обращаться сюда”, – подумал Дженкс, отведя Винсета к стене, окружавшей сад, чтобы он подождал с Джумоком, пока он поговорит с Маталиной. “Разве может эта затея причинить вред?”



Содержание:
 0  вы читаете: Линейный странник : Ким Харрисон  1  Глава 2 : Ким Харрисон
 2  Глава 3 : Ким Харрисон  3  Глава 4 : Ким Харрисон
 4  Глава 5 : Ким Харрисон  5  Глава 6 : Ким Харрисон



 




sitemap