Фантастика : Ужасы : 11 : Анна Кэтрин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу




11

Оказалось, что огненные горы - это не место, где расположена Дверь. Это и есть сама Дверь.

Я вываливаюсь на край кратера. Песок, дым и жара, очень жарко, я уже вспотела. Столб пара поднимается из кратера с ужасным шумом.

Стэн кричит:

- Если никто не объяснит мне, что происходит, я снимаю эту чертову повязку!

- Это бандана, - громко говорю я. - Не делай этого. Я здесь.

Я поворачиваюсь вокруг своей оси - из темных вод в отдалении поднимаются два, четыре, шесть громадных конусов из черного камня, и я стою на верхушке седьмого, а Стэн скорчился подальше от Двери, всего в пяти шагах от края, рискуя упасть в гигантский кратер с лавой.

Я обхожу Дверь и оттаскиваю Стэна от края.

- Справа от тебя, к твоему сведению, огромный провал с лавой, - говорю я ему. - Не упади туда.

- Уж конечно, - обижается он. - Где Райан?

Хороший вопрос. Я осматриваюсь. Чпок. А вот Кристиан со своим жутким пауком. Чпок. Это Райан со своими женщинами. Львица ошеломленно оглядывается и останавливается, увидев меня. Райан на меня не смотрит, он не сводит взгляда с Двери.

Минута, другая. И затем появляется Рокси, у нее свежий порез. Райан наконец переводит взгляд на меня и кивает, словно я солдат. Что ж, я знаю свое место. Я толкаю Кристиана, он дает мне нож, и я режу подушечку большого пальца.

- Ты знаешь меня, - говорю я, и Двери загораются - они в буквальном смысле горят.

Когда я закрываю глаза, я вижу карту Дверей, у каждой Двери свой цвет. Я и не знала, что в мире существует столько цветов.

Может, в мире и нет. Возможно, так много цветов только в Аду.

Я слышу, как некоторые из них смеются.

Громче всех - Дверь на ближайшем конусе-острове. На расстоянии лишь дня пути, наверное, вот только между нами сплошная вода. Я указываю на нее. Остальные вздыхают.

Снизу снова вырывается пар, и на миг шум оглушает. Не самое лучшее место для разговора, но Райан поворачивается ко мне:

- Что ты натворила?

Он уже спрашивал меня об этом - когда, вчера утром? Тогда это звучало совсем по-другому. Более обеспокоенно, менее… что бы там ни было.

- Нас собирался сожрать дракон, - говорю я. - Дверь предложила другой вариант.

- Дура! - рычит Рокси, прижимая руку к боку, где из длинного широкого неглубокого пореза вытекает кровь, - зуб промахнулся мимо цели. Ее змеи шевелятся над раной, вылизывая ее серебряными язычками, и на моих глазах порез медленно уменьшается. - Я бы сделала его, - говорит Рокси.

- Чушь! - возражаю я. - Он был в миллион раз больше нас, это дракон.

- С кем, по-твоему, я сражаюсь? - сердито спрашивает она и отходит, направляясь в сторону черного острова.

- Она сражается с элементалями, - объясняет мне Кристиан - нет, это говорит его паук, с клацаньем и шипением. - Она сражается с огромными безымянными существами, которые рождаются из снега и ветра.

Извините, но у меня такое ощущение, что я только что назвала такое существо драконом. Но я не произношу этого вслух. Я поворачиваюсь к Райану, и он кивает:

- Она бы остановила его.

- Я… - Я в шоке.

Кристиан, не говоря ни слова, уходит к Рокси. Ад не улучшил его манеры. Райан спрашивает:

- Стэн, ты можешь идти?

- Да, - отвечает Стэн, осторожно вставая и вытягивая руку.

Райан берет его за ладонь и смотрит на меня.

- Здесь тебе не нужна бандана, - тихо говорит он. - Мы не в шумерской преисподней. Это что-то другое. Держи глаза открытыми.

И он бережно уводит Стэна.

Я переживаю, как мы попадем на тот остров. Однако другие, судя по всему, не беспокоятся. Спуск вниз был легким - просто иди, избегай случайных выбросов лавы, извергающихся из скалы, и ненавидь всех вокруг. Очень легким. Жаль, у меня нет «сникерса». Я не большая любительница сладостей, но мне очень неуютно.

Внизу, на берегу, где нет песка, а только уродливые глыбы того, что, по-видимому, являет собой охлажденные куски лавы, попавшей в воду, они останавливаются и выжидательно смотрят на меня. Даже Стэн, хотя он ничего не понимает.

Я достаю телесного цвета карандаш из кармана. От него осталось немного. Надеюсь, у Райана есть другой карандаш, потому что иначе мы влипли. Я против того, чтобы рисовать меньшие круги.

Потому что я упряма и, вероятно, глупа. Как я уже продемонстрировала. Я действую согласно своим подозрениям и ожиданиям.

Я рисую круг. Капаю кровь. Произношу слова. И никто ничего не говорит. Рокси продолжает смотреть на новый остров; Кристиан сидит, глядя на старую Дверь. Райан бродит между ними, а я в центре со Стэном.

Я сильно проголодалась.

Когда Райан в очередной раз проходит мимо меня, я хватаю его за брючину. Кожа ламии, да будет вам известно, суперскользкая. Так что я заканчиваю тем, что вцепляюсь в львицу. Ее мех сверху грубый, но, когда мои пальцы погружаются глубже, я чувствую мягкость. Это нормально для львов? Понятия не имею. Она бросает на меня взгляд, и это чудовище издает рокочущий звук, в котором я опознаю мурлыканье.

Райан вздрагивает.

- Что такое? - спрашивает он.

Он смотрит на Рокси.

- Я хочу есть, - говорю я.

Он вздыхает и садится рядом со мной. Львица сворачивается вокруг него, однако достаточно близко, чтобы я продолжала чесать ей голову.

- Нет, - возражает он, - не хочешь.

- Хочу, - настаиваю я. - Умираю с голоду.

- Я тоже, - говорит Стэн. - Но это странно. Никто из нас не знает, что сказать на это, разве что: «Ты хочешь расчленить нас и поглотить нашу грязную плоть?»

Звучит неуклюже и может огорчить Стэна.

- Ты, может, и проголодался, - говорит наконец Райан Стэну. - Но ты - нет, Элли. Ты не можешь здесь проголодаться. Это все у тебя в голове.

Я сужаю глаза.

- Я голодна, - говорю я, - и устала оттого, что не понимаю, что происходит. Здесь есть правила, которые я нарушаю, и вовсе не преднамеренно, и от этого я злюсь. Я хочу помочь, черт побери, но не могу, раз ты ничего мне не рассказываешь!

- Я… - Райан оглядывается на Кристиана, чей паук скользит лапами верх-вниз по скале, потом расстроенно смотрит на меня. - Рокси тебе расскажет. Мне надо отойти ненадолго.

Конечно, расскажет она. Но Рокси, по всей видимости, слушает и не держит на меня зла, потому что отрывается от созерцания плещущейся воды и подходит к нам.

Я поднимаю очки на макушку. Рокси смотрит на меня. Ненавижу признаваться в этом и никогда не скажу этого вслух, и буду отрицать даже под присягой, если меня спросят, но она права. Мне нужна шляпа.

- Ну так расскажи мне о том, о чем я не знаю, - начинаю я, и это доказывает, что я выиграла в разговорном гамбите.

Рокси пожимает плечами:

- Особо нечего. Когда дело доходит до драки, шансы за то, что мы знаем больше тебя, поэтому не мешай нам разобраться. Держись подальше от Стэна не только потому, что ты нам нужна, - он теперь оборотень. И если увидишь бога, попроси его о помощи. Хорошенько.

- Но о чем мне просить? - раздражаюсь я. - Никто до сих пор не рассказал мне о худшем сценарии!

Рокси задумчиво хмурится, достает нож и начинает рисовать завитушки на грязи перед ней.

- Мир может погибнуть разными способами, дорогуша. Иногда мы можем что-то сделать, иногда - нет. Некоторые способы предопределены, и тут уж ничего не попишешь. Мир может погибнуть в огне и воде - однажды это случилось в Калифорнии, лет сто назад. Двери начали закрываться и исчезать. Баланс вещей нарушился, но обошлось. Со всей страны приехали охотники и заставили Двери снова открыться. И это произошло до того, как какой-нибудь чертов лоа встал на пути охотников.

Я представляю многочисленные ряды дружно марширующих крутых ребят, затянутых в кожу. С обрезами и солью в руках.

- Теперь, - продолжает Рокси, - другое, мир кончается в земле и воздухе. И у охотников нет приемов, чтобы исправить это. Когда Двери открываются и открываются, мир без конца… как Кристиан уже говорил, это территория богов. Никакое человеческое существо не может справиться с этим. - Она вздыхает. - Но мы охотники, и это наш долг. Вот почему мы в Аду, ищем богов, способных изменить судьбу. Если ее надо менять, конечно.

Я пытаюсь сделать вид, что у нас только что чуть не произошел самый пугающий разговор в моей жизни.

- Значит, мы просто будем брести по адским измерениям вечно?

- Да, - говорит Рокси. - Таков план. Но мы все-таки надеемся уговорить какого-нибудь бога или кого-то столь же полезного.

- Ладно, ребята! Мы правда в адском измерении? Это чересчур замысловато для простой шутки. - Стэн улыбается, но он очень слаб.

- Заткнись! - командует Рокси.

Я изо всех сил пытаюсь не согласиться с ней мысленно. Что, если я про себя велю ему заткнуться и он навсегда замолчит? Я не в состоянии нести ответственность за что-нибудь еще в этой жизни. Не могу брать на себя что-то еще. Никогда больше.

- Послушай… - Я делаю глубокий вдох. Спокойно. Спокойно. Спокойно. - Послушай, - повторяю я, - я не хочу обидеть тебя. Сегодня я это и так не раз уже делала. Но разве не было бы легче, если бы у нас был более конкретный план, чем «брести по адским измерениям в ожидании, пока какой-нибудь бог вступит с нами в контакт и скажет, что делать»?

- Совершенно верно, - говорит Рокси. Она рисует маленькие завитушки ножом на земле между нами. - Но какой план мы можем составить? Мы никогда этого не делали.

- Большинство из нас. - Райан вернулся, он устраивается поближе ко мне. - Элли, ты ближе всего подошла к тому, чтобы пройти сквозь Дверь, из всех, кого я знаю. Кто выжил, чтобы рассказать. У большинства людей, коснувшихся Двери, душа была высосана, и они превратились в демонов.

Его львица сидит позади него и взмахивает лапой. Исида кивает.

- Отлично, - говорю я. - Я все еще могу превратиться в демона?

Райан кивает:

- С учетом того, что ты делала в последнее время, - определенно. Но каждый из нас и так в любой момент может стать демоном. - Он бросает взгляд на Кристиана, тихо клацающего сам с собой. - Похоже, Кристиан уже на этом пути.

Я смотрю на Рокси, шокированная, но она уставилась вниз.

- Серьезно?

- Да. - Райан вынимает нож и начинает перечеркивать завитушки Рокси.

Может, это такое развлечение у охотников?

- Я думала… Я не знаю, что я думала, - говорю я. - Не думаю, что я поверила, когда ты сказал, что души можно высосать и люди могут превратиться в демонов.

- Тебе следовало поверить мне. Я не лгу, - говорит Райан, и Рокси фыркает:

- Конечно, дорогуша. - Она смотрит на меня. - Ты знаешь достаточно, чтобы не призывать Двери. Вот и все, что я хочу сказать на эту тему. Я не знаю, что нам надо здесь делать. Но если Нарния говорит, что это поможет…

- Нарния говорит загадками. - Райан закатывает глаза. - Если бы она не была такой занозой в заднице, это не так раздражало бы, но…

- Сомневаюсь, - говорит Рокси и тоже закатывает глаза. - Стерва.

Львица Райана шевелится, придвигаясь ко мне. Я прислоняюсь к ее боку. Она такая твердая, огромная и успокаивающая. Она зевает. И я зеваю, хотя не хотела.

Рокси тоже зевает. Я где-то читала, что серийные убийцы не зевают после того, как зевают другие люди, потому что коллективное зевание - это эмпатическая реакция. Шансы за то, что я не отправилась в Ад с серийной убийцей?

- Ты спишь со мной, - говорит Райан, и я думаю, что он говорит это Рокси, потому что смотрит на нее.

Мы собираемся поспать? Мне наплевать, что она не серийная убийца.

- Нет, я не хочу спать одна. - Я знаю, что это звучит ребяческим нытьем, но я не хочу спать одна в Аду, о боже мой.

Рокси смотрит на меня, как на ребенка, и я знаю, что она именно так ко мне и относится.

- Ты будешь спать с Райаном, - говорит она. - А я со Стэном.

- Эй, - встревает Стэн, и Рокси щиплет его.

- Заткнись! - произносит она. - В любом случае ты не в моем вкусе.

Я делаю глубокий вдох и медленный выдох. Мне намного лучше теперь, когда я знаю, что буду спать не одна.

- Лучше тебе спать не слишком крепко, - все, что я говорю, - потому что, если я проснусь с воплями, мне придется тебя стукнуть.

- Ладно. - Райан широко зевает, точно как его львица. - Ты дерешься как любительница.

- Ненавижу тебя, - ворчу я, но, когда он распахивает плащ, я колеблюсь с минуту.

Я плохо пахну - кровью, песком и серой. В моих полосах пепел из страны Кур. Я потная из-за лавы.

- Давай, Элли, - тихо говорит он. - Все в порядке.

Как будто он знает, о чем я думаю.

Я устраиваюсь в его объятиях. Мой плащ все еще на мне, он липкий от пота, но это здорово.

Я знаю, что часто говорю «здорово», когда упоминаю о всяких мелочах, которые делает Райан, но это действительно здорово. Здорово быть защищенной. Здорово знать, что ты можешь кого-то защитить. Я обнимаю Райана, и, даже несмотря на то, что сейчас мы чуть ли не ненавидим друг друга - ненависть, которую ты чувствуешь к кому-то, который, как ты знаешь, может заставить тебя чувствовать не ненависть, вы понимаете, что я имею в виду? - мы будем стоять бок о бок. Я чувствую оружие внизу его спины - вместо пистолетов железо и обсидиан.

- Прости, - говорю я Райану, уткнувшись лицом ему в шею, а его лицо утыкается в меня.

Я обвиваю его бедра ногами, и мы прислоняемся к его львице. Это совсем неудобно, и я не устала, но я ускользаю в сон, расслабляясь.

- Не делай так больше, - говорит он мне скрипучим голосом. - Ты мне нравишься в человеческом виде. - Это, наверное, самые романтичные слова, которые он когда-либо говорил мне.

Его сердце стучит рядом с моим, и я засыпаю.

Я бреду по лугу со свежескошенной травой. Пахнет чудесно, как весной, и над головой звезды.

- Райан обеспокоен, ты знаешь? - говорит глубокий голос.

Я кручусь вокруг себя, но никого нет.

- Кто здесь? - окликаю я.

- Ты меня знаешь. Я богиня Вавилона, богиня куртизанок, богиня…

- Исида? - гадаю я.

Я слышу смешок, похожий на смешок Райана, и внезапно голос становится не таким властным:

- Иштар. Отдыхай спокойно, дитя, тебе не надо меня опасаться. Я предпочитаю любовников, и мои любовники немного больше… немного больше.

- Спасибо. Я подумаю.

Я сажусь на траву. Она влажная. Я ложусь на спину и смотрю на звезды. Луны нет, и я не узнаю ни одного созвездия. Не то чтобы я в этом разбиралась, но, может быть, я бы разглядела Большую Медведицу.

Я чувствую ладонь на своем лбу, она гладит меня по голове, но когда я изгибаюсь, то никого не вижу.

- Ты знаешь мою историю? - спрашивает Иштар.

- Нет, я ничего о тебе не знаю, - сконфуженно говорю я.

- Я прошла через Дверь, в ворота, которые охранял лев, преграждавший путь всем, кто отваживался бросить вызов Эрешкигаль, богине подземного мира. Но я была горда и считала, что могу получить все, что хочу.

«Похоже на мою подружку Аманду», - хотела было сказать я, но придержала язык.

- Да, очень похоже на Аманду… - Рука у меня на лбу замирает, затем продолжает поглаживать. - Эрешкигаль позволила мне пройти через шесть врат Ада, но у каждой Двери я должна была снимать один предмет одежды, поэтому я обнаженная, теперь и всегда. Когда я это сделала, она - эта глупая корова - взяла меня в плен и убила шестьюдесятью болезнями, и никто на Земле больше не мог заниматься любовью.

- Тем хуже для них. - Я переворачиваюсь и опираюсь головой на руки.

Несуществующие руки Иштар дарят прохладу моей шее.

- Наконец остальные боги рассердились настолько, что потребовали у Эрешкигаль окропить меня водами жизни, и я вернулась на Землю, у каждых врат получая обратно свою одежду. Но я все равно всегда чувствую себя обнаженной. - Она испускает глубокий вздох.

- Похоже, Эрешкигаль - стерва.

- Что ж, я нарушила ее владения. Разумеется, если бы она пришла нарушить мои, я бы вела себя так же. И тем не менее…

- И тем не менее… - подсказываю я, поскольку Иштар, похоже, не собирается продолжать.

- И тем не менее я так и не сделала того, за чем пришла в подземный мир. - Ее рука сжимается на моей шее. - Воды жизни истекают из руки Калатурру, бесполого существа, сотворенного моим отцом. Найди эту руку. И ты получишь то, за чем пришла.

Я утыкаюсь носом в грязь и делаю вдох. Пахнет чудесно - жизнью.

- Зачем ты пришла? - спрашиваю я.

- Я пришла за любовью моей юности. - Она развеселилась. - Но если ты спросишь Райана, он расскажет тебе то, что думают другие, что, конечно же, я пришла завоевать подземное царство и укрепить свои позиции как самой могущественной богини Вавилона.

- Разве ты не хочешь быть самой могущественной богиней? - спрашиваю я.

- Что могущественнее любви? - отвечает она, ее голос стал нежнее, ее прикосновение к моей шее нежнее.

- Не знаю, - бормочу я себе в предплечья. - Не думаю, что я вообще знаю, что такое любовь.

Я жду ответа Иштар, но - молчание, нутряной запах земли исчезает, и все, что я чувствую, - это Райан, плотный и горячий.

- Райан? - бормочу я, и он притягивает меня ближе. - Иштар странная, - невнятно шепчу я.

- Ш-ш-ш, - говорит он, и мы синхронно поворачиваемся на бок, я утыкаюсь головой ему в шею.

Когда мы просыпаемся, Кристиан на том же месте, где был раньше, Стэн потирает руки, и Рокси напевает что-то под нос, глядя на воду. Мы лежим, Райан и я; я свернулась клубочком рядом с Райаном. К другому моему боку прижимается львица, сохраняя тепло. Мое тело одеревенело от сна на земле, - должно быть, мы с Райаном ночью отодвинулись друг от друга.

Он рассматривает меня со странным выражением лица. Я улыбаюсь ему, потому что на миг мне показалось, что мы вовсе не в Аду. Лишь на секунду, глядя ему в глаза, я подумала, что остались только мы с ним и наши прижавшиеся друг к другу тела.

- Ты долго спала, - говорит он.

Его дыхание неожиданно пахнет шоколадом. У меня изо рта, должно быть, несет помойкой, но я все равно открываю рот, чтобы поговорить с ним.

- Мне приснилась Иштар, - объявляю я.

Иштар, сидящая рядом с Райаном, улыбается мне.

У нее такая высокая торчащая грудь, что я дико ревную.

- Что она тебе сказала? - спрашивает Рокси.

Она выглядит почти взволнованной, что странно.

Я отклеиваюсь от Райана и сажусь, потягиваясь. Уф, все затекло от сна на земле.

- Она сказала, что нет ничего более… Нет, она спросила меня: «Что могущественнее любви?» - и сказала, что мы ищем воды жизни. В чьей-то руке. Или что-то в этом роде. Звезды выглядели очень странно.

- В подземном мире нет звезд, дорогуша, - говорит Рокси, но Райан качает головой.

- Воды жизни. Из руки? Это может значить много чего. Много измерений. Ни одно предание не говорит о местонахождении такой штуки. - В голосе Райана слышится расстройство.

- Вода жизни - это то, что шотландцы называли скотчем, - хмуря брови, припоминает Рокси.

Она действительно великолепна, даже когда злится на меня, и я продолжаю сердиться на нее. Шрамы на ее лице только прибавляют ей мистической харизмы.

Райан, правда, считает меня привлекательной. Пусть он сосунок, но он говорил мне об этом. Я вспоминаю его руки на своем теле и вздрагиваю.

- Эй, эй, Элли. - Райан щелкает пальцами. - Она сказала что-нибудь еще?

- Да, она сказала, что ты слишком много беспокоишься.

Я показываю ему язык, и он закатывает глаза:

- Спасибо, очень ценная информация.

Я перевожу взгляд на Кристиана:

- Кристиан? У тебя есть идеи?

Он щелкает в мой адрес, и я хмурю брови.

- Напрасно, - говорю я, но ему, похоже, наплевать.

Райан встает и вытирает ладони о брюки.

- Пора идти, - говорит он.

Рокси поднимается и протягивает мне руки. Полагаю, я прощена. Я чувствую, как ее змеи скользят по мне, и опять вздрагиваю, на этот раз не от удовольствия.

- Спасибо. - Я заставляю себя сказать это.

Мы стоим у воды. Я все еще не понимаю, как мы переберемся на ту сторону. Вплавь - не буду. Я ясно дала это понять. Не в этой одежде. И не по этой воде - не доверяю я водным путям Ада.

Райан подошел ко мне сзади. Я чувствую его тепло сквозь кожаную одежду и запах сандалового дерева. Он бормочет мне в ухо:

- Ты видела сон, Элли. Это все, что дала тебе Дверь?

Нет. Это не голос Двери - это Иштар у меня в голове. Я почти вижу, как она морщится от этой мысли.

- Нет, - отвечаю я.

Его губы скользят по моим стянутым резинкой полосам, касаясь кожи.

- Что ты получила, Элли?

Двери здесь ничего мне не давали. Не думаю. Но теперь я посылаю мысли к Двери на другом острове, к той, куда нам надо добраться, и все, что я говорю, это: «Помоги».

Райан выдыхает.

И из вод всплывает черная лодка.

Больше всего на свете я не хочу садиться в эту лодку. Но выхода нет. Она хлипкая и старая и, я замечаю, не совсем черная. Она темно-темно-красная. Настолько красная, что кажется черной. И она чуть больше гребной шлюпки.

Знаете что? Не нравятся мне все эти адские штуки. Правда. Мне не нравятся демоны-элементали, и я не одобряю хлипкие лодки, и вообще мне не нравится все это дерьмо. Особенно мне не нравится работать банком крови. Эти чертовы охотники, включая Райана, с тем же успехом могли быть вампирами, потому что все, что они видят, глядя на меня, - это кровь.

- Давай, Элли, - говорит Райан.

Одной рукой он поддерживает Стэна, второй - берет меня за локоть. Ненавижу это чувство, которое я испытываю каждый раз, когда он ко мне прикасается. Он прикасается ко мне, и я просто хочу раствориться в нем.

- Не хочу, - упрямлюсь я.

- Ты должна, дорогуша, - с другой стороны подходит Рокси.

Кристиан уже забирается в лодку, его ноги издают странные звуки. Не те звуки, которые издают сапоги, понимаю я, а паучье шарканье. Он шуршит, как паук, и эти звуки производит он сам, не паук.

Я бросаю взгляд на Райана, чтобы понять, заметил ли он. Он наблюдает за Кристианом, искривив рот. Судя по всему, заметил.

- Ладно, - объявляю я, - сяду в эту чертову лодку. Но мне это не нравится.

- Тебе это не должно нравиться. - Рокси берет меня под второй локоть. - Давай, дорогуша, пойдем. - Она делает глубокий вдох, перед тем как вскарабкаться в лодку.

Лодка покачивается на волнах, и вода плещет на берег. В том месте, где вода попадает на лаву, она шипит.

И я понимаю: Рокси тоже не хочет этого делать. Никому это не нравится. И если бы я не была так погружена в себя, я заметила бы. Да, это приключение, но при этом никто не получает от него удовольствия, не только я.

Так что теперь я чувствую себя дерьмом.

Я сажусь в лодку осторожно, стараясь, чтобы она не качалась и чтобы я не коснулась воды. Не уверена, отчего она шипела - оттого, что холодное попало на горячее, или по другой причине. Как бы то ни было, я не хочу прикасаться к воде.

Я помогаю Рокси устроить Стэна в лодке, Райан запрыгивает внутрь, разумеется с минимумом всплесков и покачивания. Он все делает идеально с первой попытки? Я бы возненавидела его за это, если бы это не выглядело так впечатляюще.

Лодка быстро плывет по воде.

- Как ты думаешь, тут так же, как в египетском потустороннем мире, надо класть монетки под язык?

Рокси хихикает.

- Где ты набралась этой чепухи? - спрашивает она. - Это все работает совсем не так.

- Греки?

Рокси качает головой. Ее шляпа лежит на коленях, и я вижу ее волосы. Они коротко подстрижены, но в тех местах, где волосы чуть длиннее, они вьются, сильно вьются, так, как я всегда хотела, чтобы они вились у меня. Но я заурядная шатенка, не глубокая брюнетка, как она, и моя шевелюра абсолютно прямая. Довольно густая, но прямая.

- Я не знаю, где мы. То есть не уверена. - Она смотрит на Райана.

Он качает головой. Стэн сидит, прислонившись к нему, и опять спит.

- Он должен был уже превратиться в оборотня, да? - спрашиваю я.

- Да. - Райан хмурится. - Не знаю, почему это еще не случилось. Возможно, что-то в потустороннем мире мешает ему полностью превратиться. Но вероятнее всего, процесс просто замедлился.

Я протягиваю руку и касаюсь Стэна в месте укуса. Там еще блестит и синяк есть, какой был у него, когда он кололся героином. Я рассказываю об этом Райану и Рокси и затем говорю:

- Поэтому он бросил, понимаете? Вы знали об этом?

Рокси обнимает меня одной рукой. Я стою на коленях в лодке.

- Он бросил колоться, потому что ему было не по вкусу, как выглядит его рука. - Я хихикаю, пытаясь сдержать слезы. - Он такой тщеславный придурок.

Рокси и Райан ничего не говорят. Жаль, что это не Райан обнимает меня. Это нечестно.

Я поворачиваюсь и смотрю за борт. Вижу в воде женщин Райана и кое-где змей Рокси. Одна змея извивается и шипит на меня, и я отшатываюсь.

Кстати, если я вижу их аватаров, наверняка они могут видеть моего. Я сильнее перегибаюсь через край и вижу…

Синеву. Синее пламя, языками пылающее вокруг меня. Пара призрачных крыльев поднимается за моей спиной. Я втягиваю воздух, и, я не шучу, крошечный язычок пламени прыгает мне в рот. Я открываю рот, вытягиваю язык - вот он прыгает. Выдыхаю - огонек выскакивает.

Рокси внезапно толкает меня назад в центр лодки.

- Играться будешь позже, - говорит она.

Я бросаю на нее сердитый взгляд.

- Я синяя, - громко говорю я.

- Ш-ш-ш, - в унисон отвечают она и Райан.

Они наверняка сговорились, когда критиковать меня, даже если не могут договориться по прочим вопросам. Вот засада!

Я усаживаюсь в углу лодки, напротив Кристиана, и разглядываю его паука. Этот паук не уродлив, как они обычно бывают. Не знаю, я не эксперт по наукам. Он черный, с длинными лапами и глазами-бусинками, и, клянусь, он смотрит на меня, и это адски жутко. Глаза Кристиана будто растворяются в этих глазах, ноги - в лапах, и мне совершенно не нравится то, что я вижу. Потому что, как мне кажется, я вижу, как человек реально превращается в демона прямо на моих глазах. Да, думаю, он в буквальном смысле слова превращается в демона.

Я опускаю голову на колени, не желая смотреть ни на что. Оказавшись лицом ближе к лодке, я понимаю ужасную вещь: лодка сделана из крови. Это не какое-то покрытие. Это пахнет человеческой кровью.

Я поднимаю голову, глубоко вдыхаю. Я чувствую Стэна. Теперь он пахнет иначе. Как будто что-то более сильное вытесняет то, что делает его Стэном. Несвежий макияж полностью стерся, остался лишь запах секса. Что осталось от Стэна - это те бесконечные летние закаты, когда я наблюдала за тем, как он отрабатывает трюки на скейтборде снова и снова, доводя до совершенства и, может быть, желая, чтобы я не беспокоилась так о своем маникюре и занялась чем-нибудь веселым.

Вот и все, что осталось от Стэна.

Остальное… оно трещит у меня в мозгу и пахнет смертью. Начинаю думать, что я «унюхиваю» не только носом.

Не думаю, что его можно спасти, - но не хочу сдаваться. Если есть способ помочь ему в этих потусторонних мирах, я найду его.

Может, когда мы в следующий раз ляжем спать, ко мне придет Исида и расскажет, как спасти Стэна. Или что это за синяя штука вокруг меня. Но крылья крутые. Я от них в восторге. Лодка ударяется об окаменевшую лаву. Я встаю и оборачиваюсь: места, откуда мы приплыли, не видно, но, закрыв глаза, я вижу Дверь, слегка мерцающую, но она очень далеко. Это навевает мне воспоминания, как мы сидели на крыше закусочной, лицом к Манхэттену. Аманда, Стэн и я делали так несколько раз, созерцали горизонт. Без башен-близнецов Манхэттен был бы похож на любой другой город, если бы не мосты. Но от закусочной мосты видятся туманными и расплывчатыми, и, если не знаешь, куда смотреть, ты их не увидишь.

Вот на что это похоже - закрыв глаза, смотреть на Дверь по ту сторону воды.

- Пойдем, Элли, - говорит Райан.

Он стоит на камнях и протягивает руки, чтобы помочь мне спуститься. Я повисаю на нем всей тяжестью, и он переносит меня через борт лодки, словно я перышко, крепко держа меня под мышки. Мой плащ развевается вокруг меня, и я надеюсь, это выглядит потрясающе.

Я балансирую на камнях из застывшей лавы, и Райану приходится помочь выбраться Стану.

Стэн потирает виски в том месте, где повязан платок.

- Я так голоден, - жалуется он. - Я очень голоден, Элли.

Рокси ловит мой взгляд и смотрит на меня так, как порой на Райана, поднимая бровь и все такое. Я четко понимаю, чего она не говорит: Стэн больше не человек и мы должны убить его.

Я слегка качаю головой, легчайшее «нет». Она приподнимает одно плечо и роняет его, затем отворачивается. Как бы говорит: это твои похороны.

Кристиан, пощелкивая, отходит к Двери. Эта Дверь светится коричневым. Она старая, истертая непогодой, похожая на мою Дверь, какой та была, когда только открылась. Мне не хватает моей Двери отчасти, но не по-настоящему. Ведь она была по-своему милой, пусть и отталкивающим, пугающим образом. Высокая арка, кованая железная решетка, позади которой - ничто, лишь мрак и временами демоны.

Мне даже не надо смотреть на Райана: он протягивает мне обсидиановый клинок, я режу очередной палец, роняю кровь к порогу Двери.

«Ты знаешь меня, - говорю я мягко. - Ты знаешь меня».

Элли.

Дверь вспыхивает ярче коричневым, становится почти желтой или оранжевой, и мне приходится жмуриться. Я оглядываюсь на Райана. Его руки сжаты в кулаки. Он не щурится. Я возвращаю ему нож.

- О-о-о, привет, - говорит Стэн. Он спотыкаясь идет к Двери и прижимает руку к деревянному косяку. - Привет, - повторяет он.

- Что за черт? - спрашивает Рокси.

Она распахивает плащ и кладет руку на меч.

- Не надо, - говорю я. - Не надо.

Я оттаскиваю Стэна от Двери. Он хнычет. Я глажу его волосы вокруг банданы. Откуда-то на моей руке возникает блеск.

Я все еще чувствую лето.

- Я не могу просто так сдаться, - отрывисто говорю я и ускользаю прочь от недовольства Рокси, неодобрения Райана и Кристиана, шагнувшего к нам. - Давай, Стэн, пойдем в Дверь.


Содержание:
 0  Соль и серебро : Анна Кэтрин  1  2 : Анна Кэтрин
 2  3 : Анна Кэтрин  3  4 : Анна Кэтрин
 4  5 : Анна Кэтрин  5  6 : Анна Кэтрин
 6  7 : Анна Кэтрин  7  8 : Анна Кэтрин
 8  9 : Анна Кэтрин  9  10 : Анна Кэтрин
 10  вы читаете: 11 : Анна Кэтрин  11  12 : Анна Кэтрин
 12  13 : Анна Кэтрин  13  14 : Анна Кэтрин
 14  15 : Анна Кэтрин  15  16 : Анна Кэтрин
 16  17 : Анна Кэтрин  17  18 : Анна Кэтрин
 18  19 : Анна Кэтрин  19  20 : Анна Кэтрин
 20  21 : Анна Кэтрин  21  22 : Анна Кэтрин
 22  Использовалась литература : Соль и серебро    



 




sitemap