Фантастика : Ужасы : 6 : Анна Кэтрин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу




6

Мы расстаемся: Райан говорит, что идет охотиться, но я не знаю, на что он собирается охотиться. Может быть, он собирается найти Нарнию и выжать из нее дополнительную информацию. Она оказалась столь полезна в первый раз. Я заставила его пообещать, что он не будет рыть окопы, и он заверил меня, что это всего лишь атака с двух направлений. Я не поняла, смеется ли он надо мной.

Я возвращаюсь в закусочную. Время снова сесть на автобус. Когда я начала работать в закусочной, я ездила на одной из машин Аманды из ее дома на Лонг-Айленде. Потом я решила экономить и сняла дешевую квартирку в паршивом доме рядом со станцией метро. Я никогда не ездила на автобусе, пока не встретила Райана. Почему-то ему очень нравится автобус. Может, потому, что так он может наблюдать за миром со стороны, не погружаясь в события. Полагаю, что охоты на демонов более чем достаточно, чтобы чувствовать себя вовлеченным в события.

Я больше не живу в том паршивом домишке. Теперь я обитаю над закусочной. Когда Салли уехала, она сказала, что я могу остаться в ее квартире, и я поймала ее на слове. Так я могу держать все под контролем и быть уверенной, что Райан на самом деле принимает душ с горячей водой и что в наличии есть нормальный матрас, которым он может воспользоваться хотя бы время от времени, когда Дверь спокойна, а его койка становится слишком комковатой. Я могу делать свое дело.

Я вхожу через заднюю дверь и поднимаюсь в свою квартиру. Там удушающе жарко, хотя день хороший и ветреный. Я насыпаю дорожку соли перед окном и фиксирую ее на месте липкой лентой - это значит, что соль будет работать только двадцать четыре часа, но оно того стоит, ведь можно широко открыть окно и впустить ветерок. Соль не защищает от всего, особенно в нейтральной форме, но она отгоняет слабых демонов - все виды гибридов демона и человека.

Я снимаю рубашку - на ней немного крови из-за нападения вампирши, она пропотела, к тому же пахнет автобусом. Я заменяю ее черным топом на завязках, стягиваю волосы розовой банданой и спускаюсь вниз.

В закусочной никого нет. Такое ощущение, что клиенты покинули ее навсегда.

Мне хочется упасть на четвереньки и целовать уродливый пол из черно-белой плитки. Однако думаю, что официантам покажется это странным. Они сидят в кабинке Райана, со скучающим видом поигрывая палочками из моцареллы. Заведение и правда сверхъестественно пустое, нет даже Бездомного Парня у прилавка. Я интересуюсь, как дела, и, когда получаю в ответ только пожимание плечами, уворовываю палочку моцареллы, велю всем расходиться по домам и отправляюсь на кухню. Использую палочку для того, чтобы пощекотать блондинку за ломтерезкой. Она взвизгивает.

Прекратив щипать меня за руку и доедать украденный сыр, она говорит:

- Сегодня странные вещи творились, Элли.

Ее зовут Дон, она моя дневная повариха. Пряди ее волос выкрашены в безумные цвета, и у нее невероятные манеры.

Она начинала работать в зале, общаясь с посетителями, потому что я подумала, что у нее забавные манеры. Однако посетители со мной не согласились. Ей лучше на кухне в любом случае. Она может приготовить что угодно; иногда я думаю, как плохо, что меню Салли не предусматривает экспериментов. Иногда, когда нет спешки, Дон готовит сумасшедшие вещи - однажды она сварила капучино из грибов, а не из кофе. Да, оно было отвратительным и иногда снится мне в кошмарах. Но я уверена, однажды я потеряю ее, потому что она променяет нас на какой-нибудь изысканный ресторан и станет новым Бобби Флаем [9].

Она читала, кажется, какую-то из книг Райана о зле. Это мог быть роман, а могла оказаться и книга по истории; мне сложно их отличить, когда дело касается читательских привычек Райана.

- Ты это читала? - спрашивает она, поднимая книгу.

На обложке серебро, поэтому я делаю вывод, что это роман. Не многие исторические книги так разукрашены.

Я качаю головой.

- Сегодня весь день было затишье?

- Сумасшедшая штука, - говорит она мне. - Здесь есть эльф, который выглядит как Дэвид Боуи.

- Это что, социальная критика? - отвечаю я.

Я бы подмигнула, но когда я подмигиваю, то выгляжу, словно у меня нервный тик, поэтому я просто ухмыляюсь. Что заставляет меня выглядеть злобным гомофобом, я уверена.

Но Дон принимает меня всерьез.

- Не знаю, - задумчиво отвечает она.

- Нет, на самом деле, - говорю я и прислоняюсь бедром к барной стойке. - Гриль практически чистый.

- Потому что не было заказов. Весь день. - Она кладет книгу на ломтерезку, и я волнуюсь за ее переплет. И за свою закусочную.

- Никого за весь день? Что за черт! Ладно, в таком случае… - Я вздыхаю. - Иди домой, Дон. Я сама закрою.

- Еще не время закрывать, - возражает она. - Что, если кто-то придет?

- Я сама справлюсь. Правда, иди, - машу я утомленно. - Я заплачу тебе как за полный день.

- Ну, раз ты уверена… - В ее голосе звучит сомнение, но она вскакивает со стула и хватает книгу. - Я одолжу ее.

- Я скажу Райану. - Я тру глаза руками.

- Это… это засос? - Дон подходит поближе и впивается взглядом в укус вампирши у меня на шее. - О боже мой, Элли. Ты и Райан? Наконец?

- Я бы хотела… - страстно шепчу я. - Но это просто укус насекомого.

- Укус насекомого, похожий на засос. - Она придвигает лицо ближе к моей шее, и я отодвигаюсь.

- Серьезно, Дон. Это не засос. Райан никогда этого не сделает.

- Я бы хотела, чтобы он уже сделал. Вы, ребята, танцуете вокруг друг друга, как планеты на орбите. Давно пришло время вашим орбитам совпасть. - Дон сует книгу под мышку и снимает передник.

- Когда это случается, разве не происходит взрыв или еще что-то в таком духе? - Я никогда не была сильна в науке.

- В этом и смысл, детка. Взрыв. - Она неприлично смеется и подмигивает, беря свой велосипедный шлем с полки рядом с мойкой.

Ее подмигивание не похоже на нервный тик. Она машет на прощание, выходя из кухни.

Взрыв. Я бы хотела взорваться вместе с Райаном. Дон права: мы танцуем вокруг друг друга годами. Шесть лет. Но он отвергал меня оба раза. В первый раз я была пьяна, и ладно, это я могу понять. Мы были испачканы какой-то липкой гадостью и только что познакомились. Обстоятельства не благоприятствовали.

Я беру нож и начинаю крошить морковку и лук для тушеной говядины для охотников. Высыпая овощи в чугунок, я вспоминаю о втором разе. Я не часто о нем думаю; кому приятно мучить себя мыслями об ужасном отказе?

Мы были вдвоем в подвале; он охранял Дверь, а я делала инвентаризацию для Салли. Было так тихо; я просто слушала, как он дышит. Каждый его вдох волновал меня все больше и больше, поэтому я старалась не отводить взгляда от чертовых банок с черной фасолью и помидорами.

Потом он позвал меня: «Элли», и я обернулась, он стоял и казался таким… таким… таким погруженным в меня. Я сделала несколько шагов и обняла его.

«Боже мой, Райан», - сказала я и подняла голову.

И он поцеловал меня. О да, он поцеловал меня. Я никогда такого не испытывала. Словно в фильме, словно в романе. Казалось, мое тело в огне. Его горячие руки касались моей кожи. Он скользнул ладонями под мой топ, по спине и пояснице. Потом его пальцы нырнули в мои джинсы, и он так прижал меня к себе, что я выгнулась дугой.

Потом я застонала, и он отскочил от меня, словно я огонь, а он мотылек. Один миг мы смотрели друг на друга - длинный, нескончаемый миг.

«Нет, - произнес он с таким видом, словно я его ранила. - Нет».

И он отвернулся и ушел в противоположный конец подвала, опрокинув по пути стул. Он поднялся по лестнице, и я услышала, как он перепрыгнул через соль. Мне показалось, я слышу звук захлопнувшейся за ним задней двери.

Я просто стояла там, прижимая пальцы к губам.

Это был первый год, и в ту ночь я впервые чуть не погибла. Самьяза вышел из Двери, не прошло и пяти минут, и слава богу, Райан только поднялся наверх, но не ушел. Он был в кухне. Он примчался, когда я закричала. Он спас меня. Он оставил на мне шрам.

И больше он никогда не целовал меня.

- Элли.

Я оборачиваюсь. Я ждала Райана, но это снова была Дон.

- Элли, - говорит она, - извини, но… ты не могла бы выглянуть на улицу? Серьезно.

- Серьезно, Дон, иди домой.

Я занята, работаю своим отличным ножом. Ножом, потому что прямо сейчас я чувствую необходимость в удобном оружии (и можете ли вы сказать, что я провожу все время с охотником? Я правда сейчас подумала об «удобном оружии»? Не могу поверить в это) - и я делаю подготовительную работу, на случай если кто-то придет. Я совершенно уверена, что никого не будет, но мало ли, вдруг Райан и Нарния придумают, как созвать сюда охотников, а у меня будет готова еда. Райан берет пакеты с собой, и другие старшие охотники, заходящие сюда, тоже. Имею в виду, я могла бы просто повесить большую табличку с надписью: «Собрание переехало, отправляйтесь в ШОР [10] » на переднюю дверь, но это кажется немилосердным. Вы спасаете человечество, вы получаете хорошую еду. По-моему, честно.

Поскольку Двери появляются в многолюдных местах, где много шума и суматохи, интересно, есть ли Дверь в ШОР, куда мы со Стэном и Амандой частенько ходили в Лонг-Айленде. Иногда мы любили пойти слоняться в три часа ночи. До того как в Нью-Йорке запретили курить в общественных местах, мы могли всю ночь курить и пить водку из бутылок из-под воды. Конечно, мы никогда ничего не ели. Иногда могли взять на троих тарелку картошки фри. Чаще всего это была водка, иногда мы мешали ее с диетической кока-колой. Мы были омерзительны. Я была омерзительна. Странно, но я с трудом вспоминаю, какой я была тогда. Я помню отдельные моменты - драки на вечеринках, наркотики, алкоголь. Удивительно, как я не погибла, когда водила машину в пьяном виде, честное слово. Я образцовый представитель испорченной золотой молодежи - или была им. Стэн и Аманда остались такими же, как были, когда мы учились в колледже, но я совершенно изменилась.

Или мне нравится думать, что я изменилась. Но я как будто… я как будто стала на самом деле живой, когда Дверь открылась и я встретила Райана. Как будто моя жизнь началась по-настоящему. Все воспоминания о последних нескольких годах резкие и подлинные - счастье ярче, боль ранит сильнее, и я уверена, что помню каждый раз, когда Райан улыбался.

Я не могу вспомнить, как выглядит моя мать, но я помню каждый раз, когда Райан мне улыбался.

- Элли, - голос Дон звучит обеспокоенно, - ты, наверное, подумаешь, что я идиотка, но мне правда не нравится то, что я вижу на улице. Пожалуйста, посмотри и скажи мне, что я спятила, ладно?

Я прикусываю губу. Дон никогда не боялась ехать на велосипеде через весь город. Она жительница Нью-Йорка до мозга костей. И услышать от нее такое?!

Я встревожена. Сегодня я была свидетельницей разнообразной активности демонов, и теперь я призадумалась, не привела ли я кого-нибудь за собой.

Я кладу нож, но, поразмыслив секунду, снова беру его. Он из высокоуглеродной стали - это сплав с железом, и он достаточно хорош, чтобы убить или серьезно повредить все, что угодно. Я жестом велю Дон держаться позади меня, потом крадусь к кабинкам у окон. Приоткрываю жалюзи и смотрю.

Сначала я ничего не вижу. Имею в виду, что за окном обычное движение, но никаких созданий ночи, болтающихся вокруг, понимаете? Все выглядит нормальным.

За одним исключением. На тротуаре большой зеленый лист. Дубовый.

Если вы никогда не бывали в районе Уильямсбурга в Бруклине, возможно, вы не понимаете, почему я так смотрю на лист. Видите ли, он предполагает наличие деревьев. А в Уильямсбурге нет деревьев.

«Откуда ты здесь?»

Словно услышав меня или от дуновения ветерка лист приподнимается в воздухе и возвращается обратно.

Мир содрогается. Действительно. Как картинка в Волшебном экране [11], только он не становится пустым, а возникает совсем новое изображение. Прямо передо мной стоит женщина, одетая в зеленое, и лист на длинном стебле у нее в руке. Она поворачивает руку, и лист начинает плавать в воздухе, привлекая внимание проходящего мимо подростка в больших солнечных очках. Он улыбается и протягивает руку к листу. 

Он не замечает женщину. Или не может ее увидеть. И она улыбается так, что в дрожь бросает.

Я поднимаю жалюзи и стучу торцом ножа по стеклу.

- Эй! - кричу я. - Не ешь людей!

Существо в женском облике бросает на меня раздраженный взгляд. Оно начинает пятиться к переулку рядом с закусочной, заманивая мальчика с собой.

Не в первый раз я жалею, что Райан не идет в ногу со временем. Если бы он шел в ногу со временем, у него был бы чертов мобильник и можно было бы позвонить, чтобы он пришел и убил демона. Но у него нет мобильника, и он не может, и придется мне самой.

Дерьмо!

Ладно. Я осматриваюсь. Кетчуп. Я срываю крышку, выдавливаю содержимое на стол и отбрасываю бутылку. Пришло время рисовать пальцами! Два пересекающих друг друга треугольника на окне и точки по кругу, и я смотрю на женщину за окном сквозь Печать Соломона из кетчупа и думаю изо всех сил: «Пожалуйста, уходи!»

Понимаете, Райан никогда не говорил мне, как на самом деле надо использовать Печать.

Но, должно быть, я сделала верно, потому что женщина внезапно шипит и лист прячется в ее ладони. Она поворачивается и бежит - и тут я вижу, что у нее нет спины. Имею в виду, там ничего нет, кроме зазубренных краев. Она состоит из пустой древесины, потрескавшейся и сгнившей.

Я поворачиваюсь посмотреть на подростка, просто чтобы убедиться, что он в порядке. Он пялится на меня. Я извиняюще улыбаюсь. Он снимает солнечные очки, и становятся видны большие черные фасетчатые глаза. Это оборотень. Он скалит на меня зубы и затем убегает за женщиной.

Вот так. М-да.

Не знаю, чей обед я испортила в этом столкновении.

Я оглядываюсь. Дон все еще на кухне, слава богу. Я снова опускаю жалюзи, не стирая Печать, и потом возвращаюсь на кухню.

- Не знаю, что сказать тебе, детка, - вру я. - Ты можешь остаться тут, если хочешь, или можем вызвать тебе такси.

- У меня велосипед. - Она смотрит на меня, ее глаза слишком густо обведены черным карандашом. Он размазался; ей надо научиться наносить основу и пудру, перед тем как красить глаза.

- Оставь его тут, у меня в квартире. - Я указываю на дверь, за которой лестница наверх. - Я вызову тебе такси. За мой счет. Серьезно. Тут становится страшно, я не хочу, чтобы ты ехала домой на велосипеде. Никогда не знаешь, кто может напасть, верно?

Дон тяжело сглатывает и кивает.

- Пойду за велосипедом, - говорит она.

- Возьми это. - Я протягиваю ей нож. Она берет его, бросив на меня странный взгляд. Я пожимаю плечами. - Назови это психологией. Ты будешь чувствовать себя более уверенной. И ты ведь вернешь мне его через пару секунд, так что, почему бы и нет?

- Думаю, да, - отвечает она с сомнением и направляется к выходу, надеюсь не к своей смерти.

Потому что теперь я знаю, что снаружи что-то не так, я знаю, что где-то тут прячутся другие демоны; я чувствую это. И я очень расстраиваюсь от мысли отправить моих сотрудниц туда, не попытавшись защитить их. Надеюсь, что, по крайней мере, одна из них справится. Надеюсь, я не стану причиной ее смерти лишь потому, что опять сглупила.

Я вызываю такси - мы держим номера разных служб такси под рукой, на случай если клиенту потребуется, но на этот раз я звоню в службу, которую мне много лет назад посоветовал Райан. Дон возвращается, вкатывая велосипед внутрь и неуклюже сжимая нож в руке. Я забираю нож; она выглядит так, будто собирается выскочить из собственной шкуры в любой момент, и поэтому я решаю отвлечь ее:

- Видела сегодня Стэна или Аманду?

Она прислоняет велосипед к двери в мою квартиру, потом запрыгивает на прилавок и обеспокоенно смотрит на меня:

- Нет, никого из них не было. Правда, Аманда звонила. Я не шутила, когда говорила, что у нас тут было глухо. - У нее действительно сильный бруклинский акцент, и сейчас он слышен еще сильнее.

Она говорит словно персонаж из телешоу, акцент подчеркнут - карикатура на саму себя. Она интересуется: - Почему ты спрашиваешь?

Доносится автомобильный гудок, и я смотрю за ее спину:

- Быстро. Твоя машина уже приехала. - Я открываю кассу и даю ей двадцатку. - Принесешь сдачу завтра.

Она колеблется, перед тем как взять деньги, и серебряные кольца на ее пальцах блестят под лампами дневного света.

- Ты уверена?

- Конечно. - Я снова протягиваю ей двадцатку, и на этот раз она берет ее и спрыгивает с барной стойки. Учитывая, кто посоветовал эту службу такси, я добавляю: - Слушай водителя, если он скажет тебе что-то жизненно важное, хорошо?

Дон, может быть, слишком умна для своего собственного добра. Она задумчиво кивает.

- Будь осторожна, Элли, - говорит она, и вот она ушла, и я могу снова перевести дух.

Надо взять паузу: я достаю пачку сигарет с полки под кассой и закуриваю. Плевать на отдел здравоохранения и на запрет курения. Это моя гребаная закусочная, и я буду курить свой «Кэмел лайт», если хочу.

Потом я поднимаю трубку, чтобы позвонить Аманде. Когда-то это было первое, что я делала, когда происходило что-то странное. Сейчас мой первый порыв - позвать Райана. Но поскольку сейчас Райана нет, придется воспользоваться тем, что есть. Если все, что мне светит, - это пьяная лучшая подруга, так тому и быть. Она не сможет ничего сделать, но, возможно, приедет в закусочную и составит мне компанию, пока вампиры слоняются по округе и пугают меня.

Она не отвечает на звонок. Я не кладу трубку, пока не включается автоответчик, потом я набираю номер снова, и снова, и снова. Она так и не отвечает. Это так неестественно, потому что Аманда… как это сказать… прикована к телефону.

Я оставляю ей послание на автоответчике с просьбой перезвонить и потом набираю Стэна.

- Привет, крошка, - приветствует он меня.

- Привет, Стэн. Ты собираешься прийти к закрытию закусочной? - спрашиваю я.

- Да, конечно.

- Аманда проявлялась? - продолжаю я.

- Аманда? Нет, ее не было слышно сегодня весь день. Но я был… занят.

Я слышу в его голосе похоть.

- Уф, не рассказывай мне, я не хочу знать. Просто… уже почти стемнело. Почему бы тебе не прийти чуть-чуть пораньше, а?

Теперь в его голосе слышна подозрительность:

- Это трюк, чтобы заставить меня работать?

Я вздыхаю:

- Нет, я просто не хочу, чтобы ты бродил тут по темноте. Серьезно, тут происходит какое-то дерьмо, и тебе надо об этом знать.

- Не беспокойся обо мне, Элли, у меня при себе железный гвоздь.

Он ржет. Он все еще думает, что я шучу. И однажды это его убьет. Сама мысль об этом заставляет мой желудок скрутиться. Стэн - нехороший парень, я не буду врать, ладно? Я люблю его, но он нехороший человек.

После заката начинают стекаться охотники. Понятия не имею, как Нарния это делает. Она вообще знает, где расположена закусочная? Ладно, улики свидетельствуют о том, что знает, но я все еще не уверена. И как она собирает всех, не используя еженедельную газету? Может быть, она действительно использует дымовые сигналы? Имею в виду, если это она назначает охотников, у нее должен быть их список и какой-то способ связи.

Может быть - и это самое дикое и безумное предположение, - она пользуется мобильником?

Большинство из них выглядят обычными людьми, просто у них чуть больше шрамов. Многие носят форму продавцов, например «Таргета [12]» и «Икеи». Полагаю, что сложно заниматься офисной работой, когда тебя постоянно зовут сражаться с демонами, - или, возможно, Двери открываются в розничных магазинах так же, как и в торговых центрах, и это самое удобное решение.

Я хочу спросить Райана, но он ходит туда-сюда между группами охотников и тихо разговаривает. Я не могу даже подслушать.

Девушки- охотницы -мои любимицы, должна признаться. Они поднимают мою гордость за свой пол на совершенно новый уровень. Они все мускулистые и выглядят так, словно могут справиться с чем угодно. И я, да, эгоистично сравниваю себя с ними - ни одна из них не так худа, как я ожидала Слишком много фантастических фильмов, я полагаю, и я так же легко поддаюсь социальному программированию, как другие. Я сама не худая ни по каким стандартам. И никогда не была.

Пару лет я пыталась похудеть, когда была подростком, но вне зависимости от того, сколько приемов пищи я пропускала, я никогда не худела ни на унцию. Просто у меня естественные изгибы, думаю я. К тому времени, как мы закрылись, все места были заняты. Все охотники за демонами из нашей округи и из-за ее пределов были тут.

Стэн тоже явился - они с Амандой обычно приходят к закрытию, независимо от того, есть охотники или нет. Они выросли такими же, как я, эгоистичными и испорченными, но на их приход к закрытию закусочной - на это я могу рассчитывать. Главным образом, я полагаю, они делают это, чтобы убедиться, что я жива, что меня еще не убил демон. Иногда мне кажется, что они делают это, потому что им плохо оттого, что я теперь бедная, все равно бедная, хотя забегаловка процветает.

Вместо того чтобы покупать модные туфли, я теперь покупаю новые передники и футболки с надписью «Закусочная "У Салли"», чтобы привлечь внимание случайных туристов. Иногда, если у меня остается немного денег, я хожу на маникюр, но в этом нет большого смысла, потому что мои пальцы все время давят помидоры или отскребают демонятину с пола. Вот только вместо того, чтобы быть здесь, Аманда, вероятно, дома на Лонг-Айленде, сидит около бассейна, пьет что-нибудь крепкоалкогольное, и… и ее нет рядом со мной. Я не могу решить, то ли мне горько оттого, что она не здесь, когда я в ней нуждаюсь (не то чтобы она была очень полезна, но девушке нужны лучшие друзья в такие моменты), или мне горько оттого, что у нее есть возможность делать что хочется и когда хочется. Закусочная моя или вроде того, и Аманда моя лучшая подруга, но это не значит, что она должна быть приговорена к моему образу жизни. Я знаю это. И мне это чертовски не по вкусу.

- Жаль, что ты не пришел до заката, - говорю я Стэну, пока варится кофе.

Когда он спрашивает почему, я наливаю ему немножко и рассказываю о вампирах, которые исчезли из окрестностей на закате перед приходом охотников.

- Я знаю, ты беспокоишься на эту тему, - произносит Стэн, - но, может быть, ты принимаешь все слишком близко к сердцу?

- Не думаю, что слишком близко.

Я беру буханку итальянского хлеба и начинаю резать ее просто для того, чтобы что-то делать руками.

- Расслабься, - предлагает он мне и уносит чашки с кофе.

Мне хочется стукнуть его по глупой физиономии.

Он относит кофе, я - подносы с тушеным мясом. Все приступают к еде и кофе, и тут Райан встает и прислоняется к барной стойке.

- Нарния, вероятно, сказала вам всем, зачем мы здесь сегодня собираемся, - объявляет Райан. - Дело в том, что, когда меня отвлек шеду, Дверь в этой закусочной исчезла. Мы не можем понять, то ли она просто закрылась, то ли переместилась. Я советовался с Нарнией, и она уверена, что Дверь просто переехала, но мы не знаем куда и почему.

Стэн поворачивается ко мне, широко открыв глаза.

- Что? - мямлит он.

- Потом, - отвечаю я и киваю на Райана, надеясь дать понять Стэну, что «потом» - значит «подальше от того места, где Райан может обозвать нас непосвященными и унизить перед другими охотниками».

Не то чтобы я думала, что Райан на самом деле стал бы это делать, но вероятность такая есть. Я действительно провела много времени, живя так, как и сейчас живет Аманда, - бассейн, алкоголь, наркотики, и вкупе со всем этим - плохое отношение к людям без всяких причин, только потому, что они другие.

Звучит так, словно я сама сейчас другая. Нет. Я просто спокойнее.

Райан продолжает говорить, пока я мысленно приписываю ему бог знает что, и затем охотник в задней части закусочной - это единственная высокая чернокожая великолепная женщина среди них - выкрикивает:

- Магия?

- Думаю, да, - отвечает Райан. - Я убежден, что кто-то переместил Дверь, но не знаю, как и какие чары используют для того, чтобы помешать мне ее найти. Это серьезные люди, и мне не нравится, что я не знаю о них и зачем им Дверь. Но хотя это и проблема, она не самая большая.

- Какое облегчение, - говорит охотник, сидящий в первых рядах.

В его голосе звучит сарказм, но как можно знать наверняка?

- Как насчет этих придурков, тех, которые открыли Дверь в первый раз? Готов поспорить, что это они сделали! - кричит парень в мягкой фетровой шляпе и пелерине.

Пелерине. Серьезно. В пелерине.

- Мы усвоили урок, - сердито отвечаю я. - Мы не имеем отношения к пропаже.

Никто мне не верит, это ясно. Иногда я думаю, как же охотники на демонов должны ненавидеть нас, непосвященных, которых они защищают. Мне кажется, они защищают нас случайно, - может быть, у них просто разборки с демонами. Если они ненавидят простых людей, которые знать не знают о демонах, тогда зачем они сражаются с демонами? Почему просто не дать всем умереть?

С другой стороны, чертову Дверь тогда могли бы открыть какие-нибудь несносные двенадцатилетние дети. Всем даже повезло, что это оказалась я. Всем тем, кто приходит сюда сражаться вместе с Райаном. Я даю им скидку на еду, позволяю спать на моем полу и пользоваться душем.

- Не втирай нам чушь! - кричит охотник из дальнего угла.

Да, они ненавидят нас. Я сердито смотрю на него:

- Несмотря на то, что мне было плохо, и я ужасно устала оттого, что у меня в подвале Дверь, мне бы в голову не пришло передвинуть ее куда-нибудь, не поговорив сначала с кем-нибудь. Черт побери, мне бы в голову не пришло вообще тронуть ее! Демоны - дерьмо, это правда, но как насчет ни о чем не подозревающих людей, которые пострадают, если Дверь неожиданно переместится?

- Да, - произносит Стэн. Он несколько заторможен, и его высветленные волосы торчат во все стороны, как будто он только что выбрался из кровати. Может, так и есть. - В любом случае мы даже не знаем - как. Райан нам ничего никогда не рассказывает.

- Что ж, хоть что-то он делает правильно, - хихикает сзади охотник в бейсболке.

Я приглядываюсь - это Оуэн. Серьезно? Черт!

- Послушайте, кретины, - говорит Райан, и я никогда не слышала, чтобы он был таким грубым. - Забудьте о передвинувшейся Двери. У нас есть проблемы посерьезнее, чем мы с Нарнией полагали. Много более серьезных проблем. - Его взгляд скользит по присутствующим. - Неужели вы не заметили? Появляются новые Двери, спонтанные. Десять лет назад сколько их было, три на весь штат Нью-Йорк? Я видел столько же новых сегодня.

Охотники начинают, надо отдать им должное, осматриваться по сторонам и переговариваться. Я вижу даже, как бейсболка что-то говорит фетровой шляпе. О-о-о, зло объединяет людей.

- Кто занимается Дверью в торговом центре «Кинге Плаза»? - спрашивает Райан. - Мы с Элли были там сегодня в поисках нашей Двери и…

- Я, - встает охотник в бейсболке, в форме охранника. - Кристиан, к вашим услугам.

- В последнее время она более активна, - говорит Райан.

Это не совсем вопрос.

- Угу, - протяжно говорит Кристиан.

Он, должно быть, откуда-то со Среднего Запада; у него резкий гнусавый акцент. И он великолепен, но по нему видно, что он может быть реально противным. Я знаю, как раскусить таких людей. Охотник или нет, но у меня чутье на мерзких сукиных сынов.

- Когда мы с Элли пришли туда, на телах были следы многих демонов: позже я вернулся туда, и к этому моменту там появилась вторая Дверь рядом с первой, и она не единственная. Определенно спонтанная, хотя Элли говорила с новой Дверью, когда мы искали ее Дверь, до того как я понял масштабы проблемы. Но в «Кинге Плаза» теперь определенно две Двери.

- Дерьмо! - с чувством ругается Кристиан. Потом делает паузу и наконец произносит: - Она может говорить с ними?

Внезапно общий интерес сосредоточивается на мне.

- На самом деле они ничего не говорят, - объясняю я пискливо. - Они просто хотят… я не знаю… поболтать. Они обращаются ко мне. Я пытаюсь ничего не говорить в ответ. - Я цепляю на лицо свою самую легкомысленную улыбку. - Я не хочу того, что они предлагают.

- И что они предлагают тебе, дорогая? - Это вопрос от женщины, которая уже выступала. Она с запозданием добавляет: - Зови меня Рокси. Я стерегу Дверь в кинотеатре в Шипшед-Бей.

Я была в Шипшед-Бей. Однажды. Случайно. Я искала Манхэттен-Бич, расположенный по соседству. Это маленькая рыбацкая деревушка, построенная вокруг залива, и там полно русских. Рокси, которая ростом как минимум шесть футов, носит кожаный плащ и кожаные брюки и лицо которой по диагонали рассекает широкий шрам, должна там выделяться.

- Они просто хотят, чтобы я у них что-то попросила. Все Двери хотят одного и того же.

- Потому что, - объясняет Джэксон, - чем больше ты просишь, тем больше демонов они могут прислать в мир.

- Я знаю. Под моей закусочной в течение шести лет была Дверь. И я не так глупа, чтобы просить ее о чем-либо.

- Просто, - говорит мне Райан, - большинство людей на самом деле не слышат, как Дверь обращается к ним. Это просто потребность, необходимость попросить о чем-либо.

- Ладно, этого я не знала, - признаю я.

- Послушай, учить непосвященных - забавное занятие, - грубо говорит парень в бейсболке. Эта группировка стремительно становится у меня самой нелюбимой. Но следует сохранять вежливость в кризисные времена. - Хотя я считаю, нам надо все обдумать. Если активность Дверей растет, что-то должно быть причиной.

Райан кивает.

- И если причина в том, что Двери собираются умножаться, может быть, нам предстоит что-то намного худшее, - делаю я предположение.

- Я говорила с вампиршей… - Меня перебивает сердитое бормотание.

Я обмениваюсь взглядами с Райаном. Он так же зол на охотников, как и я. Хорошо, кто-то прикроет мне спину, когда я буду разбираться с этими идиотами. Отлично! Я повышаю голос:

- Как я уже сказала, я говорила с вампиршей, и она сказала, что скоро появится много Дверей. Она еще начала говорить что-то о пище…

- Это все? Слухи от вампирши - все, что ты знаешь? - фыркает Кристиан.

Я так и знала: мерзкий сукин сын!

- К несчастью, Нарния убила ее до того, как я успела узнать что-то еще, - подавленно сказала я.

- Послушайте, - говорит Стэн, и в зале становится тихо, - но если в торговом центре и в кинотеатрах есть Двери… почему вы просто не оставите их в покое? Кому какое дело? Это же просто торговый центр. - Он произносит «торговый центр» так, как другие говорят «таракан» или «Интернет через диал-ап».

Из уголка его рта торчит сигарета, и он выглядит так, словно вот-вот отправится в Нью-Джерси танцевать в клубе. Зачем он открыл рот и начал нести чепуху? И еще продолжает.

- Люди, которые делают покупки в торговом центре, заслуживают того, что выходит из Дверей, - заявляет Стэн и делает шаг ко мне. - Это теория Дарвина в действии.

Я терпеть не могу попадать в ситуацию, когда мне надо быть логичной и ответственной. В таком положении я уже несколько лет, и меня это утомило. Когда я смогу просто сидеть спокойно, курить сигареты в свое удовольствие и по своему усмотрению решать, что имеет значение, а что - нет.

- Заткнись! - говорю я ему.

Он заставляет меня выглядеть идиоткой.

- Так что у нас на самом деле две проблемы. - Райан обращается к охотникам, игнорируя нас. - Первая проблема - здешняя Дверь исчезла, и мы не знаем куда. Вторая проблема - открывается все больше и больше Дверей. В лучшем случае сценарий будет таков: нам не хватит охотников и демоны заполонят весь мир. - Это лучший сценарий?! Райан поправляет стетсон на голове. - Худший сценарий: мир погибнет в земле и воде.

Охотники серьезно кивают, как будто эти слова имеют какой-то смысл. Вот только насчет конца света… Это звучит плохо.

- Я уже охраняю две Двери, - вступает совсем юный охотник.

Серьезно, сколько ему лет? Шестнадцать? Или просто я становлюсь настолько старой, что все вокруг кажутся мне молодыми?

Пока охотники обсуждают, связаны эти две проблемы или нет - и, похоже, приходят к согласию, что да, потому что в противном случае получается, что два загадочных дерьмовых происшествия почему-то случились одновременно, и мысль об этом слишком угнетает, - я прислоняюсь к Райану. Совсем чуть-чуть. Просто чтобы почувствовать, что он тут. Он пахнет кровью, как будто с охоты, и еще моим сандаловым мылом и немного потом. Это самый сексуальный запах, который я когда-либо ощущала в жизни.

Мои феромоны хотят его феромоны. Я приподнимаюсь на цыпочки и тихо-тихо шепчу ему на ухо:

- Что такое «в земле и воде»?

Он наклоняет голову набок и смотрит на меня так, будто видит в первый раз. Сюрприз-сюрприз, я слушаю. Но не могу сосредоточиться, потому что прямо здесь, в нескольких дюймах от моих губ, эта его фантастическая скула.

Именно в этот момент Стэн решает, что еще не полностью изобразил из меня эгоистичную идиотку.

- Она на самом деле должна вернуться сюда? - спрашивает он, и я опускаюсь вниз, а Райан снова поворачивается к толпе.

И посмотрите, я думаю, я на самом деле эгоистичная идиотка, но я не нуждаюсь в помощи, чтобы проявить это на людях, а Стэн продолжает говорить:

- Хватит уже с Элли этого охотничьего дерьма. И это скучно.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Открываю глаза и произношу:

- Стэн, почему бы тебе не пойти домой?

(«И, - добавляю я про себя, - просто забудь обо всем этом».)

В любом случае толку от него ноль. Моя жизнь стала бы намного проще, если бы он ничего не помнил о Двери или охотниках, правда. Я не уверена, как именно это сделает мою жизнь проще, но я уверена, что сделает. Может быть, если он прекратит нести чепуху, из-за которой я выгляжу полной идиоткой, играющей с вещами, которых не понимаю.

Потому что знаете что? Это было шесть лет назад. И с тех пор я убила не меньше демонов, чем начинающий охотник. Я не просто сижу и позволяю Райану сражаться. Я не очень хороша в этих делах, но я помогаю. Я помогла открыть Дверь. Я помогу закрыть ее, если когда-нибудь придумают как. Райан спит на раскладушке в моем подвале вот уже шесть лет - иногда, когда меня нет, он спит в моей постели. Черт, он помогает в закусочной, когда много работы и когда Дверь дремлет. Не то чтобы я не понимала обстоятельства, в которых мы находимся, насколько кошмарными они могут быть. Я осознаю, что в любой момент, если Райан или я промедлим хоть миг, хоть долю секунды, мы можем погибнуть. Стэн пялится на меня.

«Уходи», - внушаю я ему.

- Иди, - утомленно роняю я. - Охотники и я сами разберемся.

- Отлично, - отвечает он и стремительно проносится сквозь охотников.

Они расступаются, давая ему дорогу. Я надеюсь и молюсь, что я выгляжу не так, когда убегаю прочь, потому что он выглядит как капризничающий ребенок.

Как только за Стэном захлопывается дверь, Райан кладет руку мне на плечо, слегка сжимая. Я надеюсь, что это пожатие можно перевести как «ты только что поступила правильно», а не как «ты невероятно тупая».

Охотники спорят между собой с недовольными лицами. Я перестаю обращать на них внимание. Это все интересно, но охотничья политика - это ерунда. Я познакомилась с ней только сегодня и уже успела устать от этой драмы. Как в правительстве - они все говорят и говорят, воюют и воюют, пререкаются, раздражают и шумят, и в конце концов решения принимают два или три самых неприятных человека, которые кричат громче всех и никого не боятся.

Райан достает табак и папиросную бумагу и начинает скручивать сигарету. Я знаю, что мне не должно это нравиться, но он действительно круто смотрится, когда курит. И охотнику нет смысла беспокоиться о смерти от рака легких; раньше до него неизбежно доберется кое-что другое. Я не знаю, как Райан умудрился примириться с неизбежностью смерти. Разумеется, каждого из нас может сбить автобус посредине улицы в любое время, но эту вероятность можно игнорировать. Гибель Райана реальна, это то, что должно произойти. По счастливой случайности этого еще не произошло.

Он поднимает глаза и ловит мой взгляд. Смотрит на меня. В такие моменты мир словно уплывает куда-то. Мир просто уплывает. Райан облизывает папиросную бумагу, склеивает сигарету и протягивает ее мне. Я терпеть не могу сигареты без фильтра, потому что табак всегда забивается между зубов, но я все равно беру ее. Он дает «зиппо» прикурить. Дым проникает в легкие и жжет глаза, но я выпускаю колечки дыма и жду, когда охотники утихомирятся.

Вот в чем дело: как я ощущаю, что с электричками что-то не так, и слышу, как шепчут Двери в торговых центрах, - точно так же я знаю, что мне предстоит сделать что-то опасное. Я знаю это.

У меня очень плохое предчувствие.


Содержание:
 0  Соль и серебро : Анна Кэтрин  1  2 : Анна Кэтрин
 2  3 : Анна Кэтрин  3  4 : Анна Кэтрин
 4  5 : Анна Кэтрин  5  вы читаете: 6 : Анна Кэтрин
 6  7 : Анна Кэтрин  7  8 : Анна Кэтрин
 8  9 : Анна Кэтрин  9  10 : Анна Кэтрин
 10  11 : Анна Кэтрин  11  12 : Анна Кэтрин
 12  13 : Анна Кэтрин  13  14 : Анна Кэтрин
 14  15 : Анна Кэтрин  15  16 : Анна Кэтрин
 16  17 : Анна Кэтрин  17  18 : Анна Кэтрин
 18  19 : Анна Кэтрин  19  20 : Анна Кэтрин
 20  21 : Анна Кэтрин  21  22 : Анна Кэтрин
 22  Использовалась литература : Соль и серебро    



 




sitemap